Текст книги "Трехкольт (СИ)"
Автор книги: Alfranza
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 7 страниц)
– Кайа!...
Морана вздохнула не оборачиваясь.
– Душа моя. Чего не спиться тебе? – спросила Морана, спиной чуя Анэку.
– Кто такой Азат и почему его так боятся?
Морана усмехнулась, Анэка будто прочла ее мысли.
– Я знала, что спросишь.
Анэка подошла и села рядом с Мораной на ветхое сваленное полено, около пруда.
– Азат – отступник, разбойник и убивец. Не мало храбрых воинов и простого люда он положил в сыру Землю Мать. Лучше не попадаться на его пути.
Анэка наклонила голову.
– Говоришь так, знаешь его.
Морана вздохнула.
Какое-то время она молчала, и когда Анэка уже подумала было что зря задала свои вопросы, вепска сказала:
– Он убил моего брата.
Иллинка заметила, как сверкнули злостью глаза Мораны, когда она говорила об этом. Девушка еще ни разу не видела ненависть Кайи к кому-либо.
– Прости.
Морана молчала, уставившись на редеющие блики, на глади пруда. В воде отражалась спокойная жизнь Сайранта и сумрачная луна.
А потом она сказала:
– Спать пойдем.
Утро следующего дня началось довольно рано. К Моране пришел граничник, по имени Фрейт, и сказал, что кнесс города Сайранта просит посетить его. Кайа пообещала зайти. Фрейт дал ей специальную монету, с ее помощью можно было пройти к кнессу, даже когда он был очень занят.
– Пойдем-ка со мной, душа моя – сказала ласково Морана, когда они ополоснулись и съели молочных лепешек. – Бахарь и Грана присмотрят на Альго и Беаром, думаю, ничего плохого с ними не случится в наше отсутствие.
– Хорошо.
Кнесс Катрой-Ол Мегг жил в своем доме на окраине Сайранта, окруженный мелкими, но глубокими озерами. Дорога туда заняла времени до полудня. Покамест они шли, Анэка сразу заметила, как встречный люд изредка снимал головные уборы и преклонял голову перед ними. Ей подумалось, что это потому, что Морана была в латах, а значит, многие ее принимали за война. А перед войнами в Сайранте принято кланяться, выражая почтение и уважение. Еще ей бросилось в глаза, что бравые ухары (стражники возле ворот в замок кнесса – прим.авт.) свободно пропустили их даже без монетки, которую дал Моране Фрейт.
“Странно”
Но когда они вошли в хоромы кнесса, и Анэка услышала приветствие Ол Мегга, она начала понимать гораздо больше.
– Святые небеса! – вскочил кнесс со своего седалища, и устремился на встречу Моране. – Неужто это все же ты!? – подивился он, обнимая Кайю.
Крепкие объятия.
– Добро здорово, Катр! – улыбнулась вепска.
И вновь ее улыбка показалась иллинке такой... изумрудной, будто она блистательно играла свою роль в некой пьесе.
– Это моя спутница – Анэка – ознакомила она девушку с кнессом.
Анэка кивнула и присела на одно колено.
Он тоже кивнул, и сразу гостьи были приглашены за стол. Отказаться от застолья было бы оскорблением.
Кнесс на вид был статен и боевит, примерно сорока годниц от роду, высокий, широкоплечий, с сильными мозолистыми руками, видимо когда-то ловко владевшие мечом, а может и сейчас еще. Говорил он ладно и почтенно, не позволяя себе вольности в беседе. Анэка предпочла большую часть беседы молчать. А речь шла об ... Азате, как это ни странно, и о его шайке. Уж шибко он тут всех напугал. Но в конце довольно милой беседы, прозвучала из уст Ол Мегга просьба похожая на мольбу и частично на приказ.
– Морана, ты славный войн, и у нашего народа на тебя вся надежда. Ты должна нам помочь справится с Азатом.
Вепска словно бы знала, что этим закончится разговор.
Она вздохнула.
– Я вынуждена отказаться, Катр. У меня сейчас другие планы на судьбу. А воевать... так еще успеется – и она, отвесила ему поклон, после коего они поспешали удалится.
– Добро тебе, Каилла Морана! – бросил Ол Мегг им в след.
Когда они отправились в обратный путь, до лекарни, иллинка спросила:
– Може зря я с тобой пошла?
– Не зря.
Больше до лекарни Морана не проронила ни слова.
Она знала, что разговор с кнессом последним не будет.
====== 13. Дни в Сайранте ======
В небольшой палатушке, где лежал Артон было светло и чисто. Морана решила проверить, какого самочувствие молодца, а на самом деле она пришла за ответами. Сев на лавку подле него, она про себя тот час отметила, что Бахарь хоть и не кудесник, но лекарь хороший. Повязки и примочки на раны подействовали успокаивающе, и те начали быстро заживать. Тем более на молодом теле-то. Парню было от силы годницы 23, не более и он был крепок, не смотря на раны. Довольно неплохой воин бы вышел из него, подумалось Моране. Через какое-то время, парень заметил ее, и поднявшись на локте, сказал:
– Благодарствую Вас Миледи и Вашу спутницу за мою спасенную жизнь и душу!
– Добро! – молвила Кайа.
И после небольшой паузы, таки спросила:
– Это была шайка Азата?
Артон кивнул, а потом сказал:
– Они отправились на север в порт Гуит, там хотят залечь покамест не придет время вступить в битву наряду с брагами за путарско-махинские земли.
Морана вздохнула. Она знала.
Парень помолчал.
– А вы миледи тоже идете на север, так?
Морана кивнула, все еще думая про Азата.
– Возьмите меня с собой, вы не пожалеете!...
Вепска вдруг резко взглянула на него и отрезала:
– Нет!
Парень приложил усилие, и сел на лежанке, затем спустил ноги на ровный дощатый пол и встал, а потом сказал:
– Я все равно иду в Багор, Азат забрал моего отца к себе в рабство, а мою мать убил...
Его глаза сверкнули ненавистью отчаянной злобой и лицо стало серьезное.
– Месть не лучшее дело от чистой совести, – говорила Морана – Багор опасное место, а у тебя еще раны не до конца затянулись.
– И не затянутся! – перебил Артон.
Лицо у парня не смотря на раны и синяки действительно было молодое, а характер упрямый, дерзкий и неуступчивый, впрямь, как у самой вепски.
– Мои раны не затянуться до тех пор, пока я не найду отца живым. У меня все равно более нет никого на этом свете, поэтому... – он повернулся, взял с соседней койки свои вещи, и стал одеваться.
На ногах он держался еще неуверенно, раны явно не давали покоя, и был нужен отдых. Да он и сам казалось, это понимал, но...
– Я все равно пойду в Багор – поведал он упрямо Моране.
Вепска покачала головой и ответила:
– Глупый ты! Один погибнешь!
Парень с отчаянной надеждой посмотрел на нее, сжимая в руках свой меч.
– Вот что. Покамест обожди уходить один – сказала Морана и вышла из полати.
Парень улыбнулся, садясь на край своего лежбища.
Анэка чистила одёжбу и обувку сидя на лавочке около крыльца дома лекаря. День уже достиг своей середины и надо было готовить одежбу к новому походу. В город идти не хотелось, там пыль, гомон и ничего полезного. Да и Мораны нет. Альго с гридом спали.
– Здравия тебе добрая путница!
Анэка подняла голову. Перед ней стояла женщина, годниц в сорок, в черном шелковом одеянии расшитом белыми и коричневыми тесемками и с вышивкой оленей на рукавах.
– И вам здравствовать! – ответила иллинка.
А потом оглядевшись, спросила:
– Вам Бахаря позвать? Он в погребе...
Женщина села рядом и положила ей руку на плечо.
– Не надо Бахаря. Я к тебе, милая...
Анэка отложила одежбу.
– Ко мне? – удивилась она. – Чем я могу вам помочь?
– Это я тебе помогу, – молвила женщина – я знаю, кто ты. Ты спасительница всего нашего рода. Ты великая Анхо!
Анэка подивилась еще более.
– Вы ошибаетесь, Меня зовут Анэка Монтарски, и я...
Женщина легонько сжала ее плечо.
– Еще не время – тихо сказала она. – Еще не время...
Анэка наклонила голову, пытаясь понять те ли слова она услышала.
– Для чего?
А женщина наклонилась ближе к ней и шепотом быстро произнесла:
– Ты достигнешь своей цели. Только заплатить придется высокую цену. Твоя любовь будет стоять на кону. Тебе придется многое постигнуть, что она осталась с тобой. Все кончится хорошо, если будешь в дружбе с разумом и не предашь любовь сердца. Наблюдай за совами и змеями, они укажут новый путь, когда попадешь в тупик. Остерегайся человека со шрамом на шее и женщины-шуверки по имени Аль-цзы. Удачной тебе охоты, воительница!
После этого женщина встала и молча пошла прочь. Когда Анэка очнулась от обдумывания того, что было ей сказано и хотела узнать имя женщины, ее и след простыл. Она как-будто растворилась в мехском сухом воздухе.
– Совы...
И она обернулась на спящих в сене магара и грида.
Время подходило к вечерней трапезе, когда Морана появилась перед ее очами.
– Вот, – протянула она Анэке небольшой мешочек из грубой ткани – я взяла на себя смелость подобрать гриду попонку.
Анэка взяла мешочек и вытащила оттуда кожаную, ладно сплетенную снасть.
– Как же ты ее подбирала?
– На глаз.
Беар потянулся в сене и посмотрел на них.
– Выходи, дорогой, сейчас будем примерять – позвала грида Кайа.
Грид звонко чихнул, раздул ноздри и почти спорхнул с належенного места. Альго до этого спавший, прислонившись к гриду, повалился на спину потеряв опору.
Девушки улыбнулись.
Морана ловко запрыгнула на грида и так же ловко накинула на него попонку, затянув и пристегнув где надо.
– В пору – бросила она иллинке сверху. – Покатаемся?
Анэка пожала плечами.
– Отчего же нет. Давай.
Девушка запрыгнула на грида и примостилась позади Мораны, ухватившись за ее статный пояс на латах Мораны.
– Вперед! – скомандовала Кайа, и грид оттолкнувшись взмыл в сиреневое вечернее небо.
После полета, настроение Мораны немного улучшилось, а может быть, оно улучшилось потому-что... она заметила, что когда рядом иллинка, она не может ни на кого злиться и гонит прочь смурные мысли. И рядом с Анэкой ей становится легче. Чудеса в решете да и только. Еще ни с кем ей не путешествовалось так легко.
После полета Анэка взялась чистить меч и точить нож. Ровные, выверенные и спокойные движения заставили таки задуматься Морану об их дальнейшем пути. Анэку вопросами она решила не тревожить, но пока она наблюдала, как ее спутница приводит в боевое состояние оружие, ее посетила мысль, что именно с Анэкой теперь ее путь. Она, совершенно, не могла оставить ее один на один с кровожадным Азатом, да и ее путь, это месть Азату за брата. А еще ведь этот мальчишка Артон, который тоже собрался убить Великого Разбойника и отступника Азата Ог-Зерра, родного брата ее верного друга Норлана. “Всех троих свела судьба на одном пути в брагинские владения” подумалось Каилле. “Да что там, главное, что бы все живы остались после битвы с брагами. А кому-то и вообще не судьба вернуться...” подумала она и посмотрела на сосредоточенный вид Анэки.
Почти всю ночь Анэка провела в раздумьях. Морана лежала рядом, повернувшись к ней спиной, но иллинка нутром чуяла, что ей тоже не до сна. Впрочем, нарушить ее покой Анэка не решилась. Да и не зачем. А думалось ей вовсе не об Азате, не о путниках, встречавшихся на пути, не о дальней дороге, не о странной женщине, а о доме. Она вспомнила маму, и ей стало не по себе, что оставила ее совсем одну. Мама, конечно, все понимала. Все и даже больше, однако, она должна была стать ей поддержкой и опорой, а за место этого сейчас идет за Трёхольт, что бы достать то, что никому не удавалось уже много лет. Сможет ли она не замарать честь иллинского народа? Добудет ли этот меч, хозяин которого, поговаривали, может воистину творить чудеса? Она не была уверена, но веру с каждым днем в нее вселяла Морана. Анэке иной раз казалось, что она, эта воительница, готова пойти на край света за ней. Почему? Чем, она, иллинка, заслужила такую честь? Ведь у Мораны изначально был свой путь, да и брата она потеряла. Может, шла она за возмездием, да только повстречалась на пути ей Анэка.
Иллинка перевернулась на спину и затаила дыхание. За окном щебетали кузнечики, и ночь была теплая, дюжая для прогулок под луной и размышлений, но никак не для сна. Морана рядом дышала ровно и тихо, почему-то ее спокойное дыхание успокаивало Анэку. Однако беспокоило другое, а именно то, что Морана может удумать пойти с ней за Трёхольт. В какой-то момент, иллинка поймала себя на мысли, что не хочет расставаться с Кайей, однако поход за Трёхольт была лишь ее миссия и перекладывать ее еще на чьи-то плечи она не собиралась.
Скрипнула дверь и девушка навострила уши, как дикая кошка. Однако через какое-то время сон все-таки взял свое.
====== 14. Никогда не говори “потом”. ======
Проснувшись утром, Анэка не обнаружила подле себя Кайю. Она встала, отряхнулась от перьев и сена, и направилась искать свою спутницу.
Морана в сенях беседовала с этим молодцом, Артоном. Она подошла.
– Приветствую! – поздоровалась она.
Морана и Артон обернулись, сразу прекратив свой разговор.
– Приветствую, леди, мою спасительницу! – благодарно проговорил парень, и приклонил пред ней колено и голову.
Анэка подняла бровь на Кайю, та улыбнувшись, пожала плечом.
– Чего же вы поднялись ни свет, ни заря? – вопрошала иллинка, смотря, сперва, на Артона, затем на Морану.
Морана сделала шаг назад, беря свой меч.
– Пойду, прогуляюсь в город, а вы потолкуйте – сказала вепска и тут же упорхнула на яркое солнце, оставив Анэку наедине с Артоном.
– Миледи, я вас смутил? – спросил иллин.
– Нет.
– Это хорошо – улыбнулся он – Я хотел вас отблагодарить за мою спасенную жизнь и предложить Вам свои услуги, в качестве сопровождающего.
– Благодарю, но нет.
– Миледи, я должен все равно отблагодарить вас. Просите, что пожелаете – и он в новь, склонил кудрявую светлую голову, перед ней.
– Желаю, что бы вы больше не попадались, в лапы Азата! – серьезно сказала иллинка и в упор посмотрела на иллина.
– Но, Миледи...
– И я прошу, не называй меня Миледи. Это высокое звание женщины, которого я пока не достойна.
Парень кивнул, смотря молча.
– Зовут меня Анэка.
– Артон Горст – представил себя парень, и вытянулся по струнке.
– Иллин?
– Да, мой отец винодельных дел мастер – Бортан Горст, он...
Парень сжал зубы и кулаки, его лицо исказила ненависть.
– ...его Азат забрал в рабство, я был слишком мал, что бы помешать ему. А теперь я иду, что бы забрать отца домой.
– Похвальная смелость! – сказала девушка. – Только Азата победить не просто. Да я посмотрю, в первую встречу тебе это и не удалось – кивнула Анэка на его разбитый нос.
– Это меня не остановит! – зло сказал Артон.
Анэка посмотрела на него, потом на улицу, и предложила:
– Как насчет прогулки по городу?
– С радостью, Миле... Анэка.
В центре Сайранта высились дощатые подмостки. Когда Анэка и Артон проходили мимо, иллин прочел надпись:
ПРИЮТ ВОСТРЫХ САБЕЛЬ
– И что это? – поинтересовалась девушка.
– Показательный турнир воинов, владеющий этим нехитрым оружием, – пояснил Артон – это очень интересно, давай посмотрим.
Иллинка кивнула и они примостились в толпе разношерстного люда, ближе к середине подмостков.
Первый поединок явил с одной стороны белобрысого борха, с другой – стройного легкого мехса. Сабли свистели звонко, и бой был определен шибко быстрым мехсом, искусно владевшего хогдарской саблей. Большинство собравшегося люда, переживало как раз за мехса, так как в толпе было большое количество степных мехсов.
Следующий поединок свел друг против друга смурного бахрейца и улыбчивого махинца. Упорный поединок со множеством уловок, как с одной, так и с другой стороны, завершился победой махинца.
– А теперь, вы увидите, как владеет саблей Харос Кайротт! – объявил высокий борх, больше похожий на брадобрея, чем на устроителя этого турнира.
На подмостки поднялся жилистый крепкий вепс, с короткой дородкой и тонкими рыжими усами.
– Кто он? – шепотом спросила Анэка.
– Харос Кайротт – рыцарь ордена Хайгората, что в Майдаре. Он почти легенда. Неужто ты не слыхала о нем?
Анэка пожала плечом.
– До сего момента нет.
Народ резво захлопал, когда Кайротт вышел с саблей на середину подмосток и поклонился. Ему в противники вышел не высокий вепс. Объявлен, он был как Койраг. Не очень-то вепское имя, подумалось Анэке. Артон смотрел, как мальчишка, с дюжим любопытством, и хоть его правый глаз не очень мог видеть, он пытался, словно что-то в себя впитать, одной Матери Судеб известно зачем. По мере продолжения поединка, Анэке начало казаться, что ей откуда-то знаком этот вепс, хотя его имя ни о чем ей не говорило.
– Койраг – имя хогдарьское (северных иллинов) – пояснил ее спутник. – Оно означает “безмолвный”.
При упоминании этого слова, иллинка вспомнила о Моране. “Не может этого быть” сказала она себе. “Морана не будет выставлять себя в поединке, сие ей не надобно”. Но как же ей хотелось поверить, что это не Койраг вовсе... Но латы надетые на вепсе, говорили о том, что Анэка обозналась, да и поступь... “Нет, я просто ошиблась”. Вепс саблей владел дюже уверенно, и даже легко, как бы играюче. Не напрягаясь, не попадаясь на уловки. Кайротт впрочем. тоже не велся на легкость боя, хотя показалось вроде бы силы берег, или даже соперника. Анэку поединок приковал не на шутку. В этом поединке читалось между строк еще кое-что, окромя самого боя. А именно – его дружелюбность. В конце лишь девушка заметила, что Кайротт машет саблей заведомо мимо, будто поддаваясь. Если в начале было видно, что Харос в мастерстве вепсу не уступает, то конец поединка принес неожиданность, в виде победы низкорослого Койрага.
– Первый раз наблюдаю такое – признался Артон.
– Он поддавался – вырвалось у иллинки.
– Тебе показалось – улыбнулся парень. – Это всего лишь поединок.
Когда спустя время они пришли в лекарню, Морана сидела на лавке и точила меч.
Артон посмотрел на ее сосредоточенное лицо и сказал:
– Пойду, Бахарю помогу.
Анэка кивнула и через мгновение села рядом с Мораной.
– Это ведь была ты? – не удержалась от вопросов девушка.
Её раздирало любопытство.
Морана подняла на нее усталый взгляд. В этом взгляде наверняка многое бы мог прочесть тот, кто знал Морану. Почему-то от него у Анэки внутри все перевернулось, будто она увидела нечто, что боялась увидеть, и о чем совестно было мыслить порой.
– Между прочим, пока вы гуляли по городу, я залатала и твою броню – строго сказала она, и показала легкие домбровые латы. – Возьми.
Анэка забыла про вопросы и поединок и взяла латы. На вес ничего они не весили, но крустеная домбровская сталь холодила руки, выдавая жар кожи девушки.
– Зачем мне они?
– Холода подступают – молвила Морана, кладя меч в ножны. – И потом, мы ведь к брагам в логово идем.
– Я не возьму – тихо сказала иллинка, вставая, откладывая воинскую одежбу в сторону.
Морана поймала ее за рукав.
– Чего ты боишься, душа моя?
Анэка хотела ответить, но поняла, что не может. Какая-то сила сковало ее тело, будто кто-то схватил ее и крепко сжал в объятиях.
– Я не боюсь – наконец сказала она.
Морана улыбнулась уголком рта.
– Я чувствую, что твое сердце боится. Не стоит...
Она замолчала на полуслове, и какое-то время смотрела на иллинку в упор.
Сие длилось всего лишь несколько взмахов вороного крыла, довольный срок, что бы утонуть в этих глазах.
– Нужно подкрепиться. Скоро в путь – сказала она через какое-то время, и голос ее, казалось, опять поменялся.
====== 15. Трое и крылатые ======
После трапезы, Анэка решила прогуляться. Одна. Морана и Артон мило беседовали на крыльце, но Анэке удалось-таки ускользнуть незамеченной. Иллинка отправилась к небольшому пруду неподалеку от домика Бахаря. Сев на лавку около воды, она надолго задумалась. Но думала она не о Трехольте, брагах или Азате, думалось о Моране. Иногда иллинке казалось, что та видит все ее мысли и чувства и от этого становилось не по себе.
Но думать о себе было некогда. Анэка решила, что надо подумать о том, как они будут путешествовать, ведь судя по всему Артон Горст пойдет с ними до Брагинских владений. а может и далее. Это парнишка наверняка не был никогда в настоящем бою. Да и она... Бой немного страшил ее. И эти домбровские латы, которые Кайосса предлагала ей... В иллинской слободе, такой подарок означал... сильную симпатию. Латы это защита, и если человек дарит их без видимой причины, то он...
– Анэка...
Её имя произнесенное знакомым голосом Мораны, казалось, огласило тугую тишь.
Она повернулась, и все мысли разом улетучились из головы.
Кайосса стояла перед ней улыбаясь.
– Прячешься?
Анэка отрицательно покачала головой.
– Я искала тебя. Нам надо готовиться в путь.
Анэка вновь кивнула, чувствуя дрожь в ногах. Откуда она, эта дрожь, взялась...
– Нам поговорить надо – молвила Морана, подойдя ближе.
– О чем?
– О ком. Об Артоне.
Девушка подняла бровь.
– А чего говорить-то, он ведь с нами идет.
– Идет.
Морана опустилась перед ней на корточки и положила ей руки на колени.
– Он не просто идет, душа моя.
Иллинка вздрогнула.
– Что это значит?
– Он идет на войну с брагами!
Анэка пожала плечами.
– И что? Мы тоже туда идем.
Кайосса смотрела внимательно на иллинку. Анэке показалось, что Кайа знала то, что не знала она. Впрочем, ей почти все время так казалось. Но тут...
– У него совсем нет навыков сражаться на войне, да и просто в бою, – сказала Морана – если он пойдет с нами, кто-то из нас должен научить его держать удар.
Анэка улыбнулась.
– Это прекрасно, у тебя есть шанс оставить после себя последователя – сказала иллинка, смотря на подругу.
– Нет – отрезала она.
Анэка прищурила глаза.
– Нет? Но почему?
– Мне это не надо. Учить его придется тебе, душа моя.
– Мне? Все шутишь...
Морана резко встала и повернулась в сторону, сделав рукой жест при котором следовало замолчать.
Было около полуночи, скоро спустится ночь.
– Пойдем – сказала вепска после паузы. – Скоро в путь.
– Но Кайа...
– Тсс... – перебила ее Кайосса. – Для тебя я лишь Морана. Ты не научишь Горста ничему плохому, я в это верю. А теперь молчи – и она приложила холодный палец к губам иллинки.
На рассвете лежал им троим путь на юго-восток. Магар с гридом, отужинав хрящами, спали в сене, когда Анэка и Морана вернулись в лекарню.
– Страшит тебя дорога? – спросила Кайа, хотя, кажется, заранее знала ответ.
– Немного.
Анэке не хотелось вновь говорить, она ощущала, что в их с Мораной мир готов влиться еще один попутчик, который мало того, что молод и сражаться не умеет, к тому же и будущий мужчина. Иллинка, уже привыкшая, к компании грида, магара и Мораны немного ревностно отнеслась к присоединению к ним Артона. И учить его ей совсем не хотелось. Она почему-то вспомнила пророчество той женщины.
– А он хорош собой – подколола Морана иллинку, когда они уже улеглись почивать. – Присмотреться бы тебе к нему.
– Молод слишком – отрезала Анэка.
– Это не помеха. Главное – не трус.
Сон пришел скоро и пролетел быстро. Минуло несколько сот взмахов орлиного крыла, как наступил рассвет.
Запасшись туганским мясом, хлебом и пресной водой, колодезной, трое и крылатые строго направились на юго-восток, надеясь не встретить в пути шайку Азата. Анэка опять откуда-то знала, что вряд ли они его встретят. Не время ему еще умирать. Когда такие мысли впервые ее посетили, она испугалась им. “Неужто ей самой придется его убивать?” Но потом она подумала, что пророчница имела ввиду бой с брагами, и страх отступил, уступая место ожиданию. Морана же была напротив очень разговорчива. то время до первого привала они мило беседовали с Горстом о вине, звездах и походах. Разговоры их перетекали из одного в другой и казались, где-то безмятежными и легкими. Моране нравился этот парень, с ним было о чем поговорить, он знал толк в книгах и оружии. Можно было сказать, что Морана нашла достойного собеседника. Анэка же большинство времени шла молча, моментами лишь прислушиваясь к разговорам спутников, но в основном эти разговоры ее раздражали все больше, посему она не лезла в них, не желая выказывать свое особливое недовольство. Магар бежал впереди, у него был чуткий нос. Беар плелся позади, прикрывая их с тыла, иногда взмывая в воздух, осмотреть окрестности, но потом вновь возвращаясь на свое место, позади остальных.
Время приближалось к вечеру, когда Морана объявила привал и ночлег. Все трое обернулись. Небольшой подлесок недалеко от дороги послужит хорошим прикрытием от неприятеля и не званных гостей. Грид устало обошел, кусты и плюхнулся слева, закрывая тыл. Магар взвизгнув, тут же побежал за Горстом, ушедшем собирать хворост для костра. Анэка и Морана остались, что бы приготовить место для ночлега и еду. Иллинка расстелила до этого хорошо сложенную оленью кожу, упершись в грида. Тот и ухом не повел. Спал. Ну ладно, так будет теплее.
– Молчишь?
Морана словно бы чувствовала некую скованность девушки и ее недовольство.
– А чего молчишь?
– Нечего сказать.
Расстелив место для ночлега, Анэка принялась делать углубление для костерка, который обогреет их и накормит сегодня.
Когда все было приготовлено, девушка села, сложив ноги, и принялась ждать Горста с охапкой хвороста.
– Не нравится тебе что-то? – задала вопрос Морана.
– Нет.
Морана оставила нарезанное мясо и хлеб, и подсела к Анэке.
– Ну, я же вижу...
Иллинка пожала плечом.
– А если видишь, то зачем спрашивать?
Морана покачала головой и принялась вновь готовить съестное.
Да. Это была жгучая ревность. Анэка не отдавала себе отчета в том, что ревнует Морану к Артону. Совсем.
Когда Артон и Альго вернулись с хворостом, был запален небольшой костерок, который обогрел и накормил путников.
– Было очень вкусно и сытно, Миледи! – встал и поклонился девушкам Артон. – Пойду в дозор.
Анэка хотела сама не спать эту ночь, и быть в дозоре, но вепска сказала:
– Оставь. Ему это нужнее сейчас, чем тебе.
И Анэка не стала отговаривать парня, тем более, что магар ушел с ним.
– Приглянулся он магару – молвила Кайосса, лежа рядом с Анэкой около теплого костра.
– Это не значит, что и мне должен! – недовольствовала девушка.
– Не значит.
Повисла пауза, сопровождаемая треском еловых и сосновых веток в костре и уханием где-то далеко, совы.
– Что тебя так сердит, душа моя?
Анэка молчала, зная, что не стоит отвечать.
– Он пошел с нами, потому-что ему нужно было, так же как мне и тебе – наконец произнесла Кайосса.
– Нет! – оборвала ее иллинка. – Он идет за местью, а не за благими делами. Он убивать идет!
Кайа вздохнула.
– Мы все за этим идем, душа моя. Все.
– Нет. Только не я.
Иллинка отвернулась, прижимаясь к теплому крылу грида, который, спал сладким сном.
– Если ты не готова убивать, тебе нет смысла идти дальше – сказала Морана.
Когда девушка обернулась на нее, та смотрела на пляшущие искры костра. Её глаза казались прозрачно-огненными, и Анэке вдруг захотелось сказать фразу, которую она все-таки так и не произнесла: “Если бы не ты, у меня не было бы смысла ни в чем.”
====== 16. Острожники ======
На рассвете они вновь зашагали к мысу Мо. Иллинка шла впереди, когда Артон поравнялся с ней.
– А ты знаешь, что есть за островами “говорящий” меч?! Обладатель его, принесет мир на землю – восторженно говорил парень.
– Знаю.
Анэка решила не говорить ему, что именно за этим мечом она и идет.
– Твой магар не умеет летать. Почему?
– Видно не время еще.
После этих слов Артон понял, что иллинка не настроена на разговор и зашагал вперед вместе с магаром.
Морана шла позади, она тихо разговаривала с гридом.
– Береги ее, она должна достигнуть цели.
Лишь эти слова хорошо разобрала Анэка. Остальное говорилось, на незнакомом ей языке, но она подумала, что это мог быть язык гридов, а значит Морана знала не только вепский и иллинский. Анэка вновь вспомнила шуточный поединок на саблях. “Все-таки как это похоже на нее!”
Морана что-то еще сказала гриду, тот раздул ноздри и остановился.
– Что? – обернулся Артон.
Морана прислушивалась, а потом сказала:
– Кажется нам предстоит бой.
Артон тут же вынул меч и встал немного неуклюже в боевую стойку.
– Если это Азат, я его на ремешки порежу! – зло выкрикнул он.
– Не спеши! – цыкнула на него Морана.
Анэке же сказала:
– Будь наготове.
Иллинка кивнула и приготовила меч.
Они прошли еще две назии (мили – прим. авт.) и за небольшим пригорком показалось озеро Гай. Вокруг него, почти полукругом стояло некое войско. Примерно дюжина человек, одетых как войны Освободительной Иллинской Армии. У всех были не только мечи, но и щиты. Крепкие мужчины одетые в латы кого-то поджидали.
– Баратт – узнала одного из них Кайосса и остановилась.
– Кто? – переспросила Анэка.
– Он охотник на шайку Азата. Если они давно тут стоят, значит поджидают кого. Боя не миновать.
– Ну раз они не враги нам, то можно и примкнуть к ним – сказал Артон, и собрался было выйти из-за кустов боярышника на встречу войска Баратта.
– Стой, мальчишка! – еле успела ухватить его за край рукава Морана. – Погибнуть раньше времени решил?!
Артон вопросительно посмотрел на нее. Анэка тоже не совсем поняла.
– Если они ждут Азата, они дождутся, но нам ввязываться в их бой ни к чему, у нас свой впереди. Покамест они тут кочуют, отвлекая шайку, мы переберемся на тот берег Смурного пролива, и пойдем на Шуйск. Мы должны идти по тыльной стороны реки Шустрая, только так мы сможем добраться до Гридора раньше Азата – пояснила Морана.
После некой паузы Артон сказал:
– Вы следуйте, как наметили, а я должен забрать у Азата своего отца или отомстить за него. Мне с вами не по пути – и он поклонился.
Морана поморщилась.
– Тогда прощай – сухо сказала Кайосса. – Ты скорее всего погибнешь, Азат не дает второго шанса никому.
И она отвернувшись пошла к гриду.
– Артон, – прошептала Анэка – Это глупо сейчас погибать. Силы не равны.
– Нет, это шанс умереть достойно, как мужчина, как воин! – упрямо твердил парень.
– Разве ты этого хочешь? Умереть?
– Мне не для кого жить...
– А как же выжить ради отца? Жив он или мертв предназначения это не меняет. Оно у каждого есть, и у каждого свое. Выжить ради него, своего отца, что бы он гордился тобой, разве это не цель? А умереть... успеешь ещё.
Парень молчал перебирая цепу на поясе.
– Хватит попусту говорить! Пошли! – строго шепнула в сторону Анэки Морана.
И они с гридом стали осторожно спускаться в овраг. Магар засеменил за ними.
– Артон...
Парень молчал и на Анэку старался не смотреть.
– Решать свою судьбу лишь тебе!
Иллинка последний раз глянула на него и быстро пошагала за Мораной, гридом и магаром.
Артон остался стоять на месте, крепко сжимая в руках свой меч.
Они прошли около пяти назий. Анэка немного сожалела, что не смогла уговорить Артона не умирать так глупо, но... Раз он так решил, что она могла сделать, да и кто она ему. Двигались они все это время осторожно.
Но с каждым шагом казалось, что они все больше находятся в опасности, и эта опасность была всюду.
Сделав еще несколько шагов вперед, девушка замерла на месте.
– Морана, слышишь? – обратилась она к вепске.
Кайосса достала меч и тихо велела Беару спрятаться в ближайшей растительности. Тот схватил пищащего магара и почти слился с кустами боярышника.
Анэка прислушивалась, Морана тоже. Шаг, другой, третий...
– Слушай! – шептала Кайосса.
Иллинка нутром чуяла чье-то присутствие, или казалось.
– Будто кто-то за нами наблюдает – отозвалась Анэка. – Справа.
