![](/files/books/160/oblozhka-knigi-scenariy-331784.jpg)
Текст книги "Сценарий"
Автор книги: Алексей Невтриносов
Жанр:
Современная проза
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 6 страниц)
– А ты хочешь этого? Да нет, Оль, я на такси заеду. Все, давай, у меня вторая линия. Скоро буду.
На самом деле никакой второй линии на этот раз не было, просто я научился так говорить, чтобы избежать пресловутых женских сомнений, проще говоря, чтобы не слушать, как она ломается: поехать ли ей всё-таки со мной или нет. Пока еще эта штука меня не подводила. А, вру, было один раз. Девушка Настя обиделась и скинула сразу же после моего энергичного прощания смс с содержанием «Я не поеду, у тебя даже нет времени поговорить, а вдруг ты меня так же в клубе бросишь?»
Пока я одевался и ехал в такси, успел принять в себя пару бутылок Tuborg. Я любил пить пиво, пока меня куда-то везет какая-нибудь машина. Вот я уже подъезжаю к Оле, она ждала меня на улице. Видимо, я чуть опоздал. Ну да, так и было. На часах значилось четверть одиннадцатого. Соответственно, пятнадцать минут я где-то упустил.
– Оль, представляешь, пробки, скажи же, шеф? – обратился я с надеждой к водителю. Молодой парень, лет двадцати, работающий в такси на Toyota Camry, на личной, как выяснил я в процессе поездки, улыбнулся и подтвердил мои слова. Я поблагодарил его, подмигнув глазами.
Через двадцать минут мы подъехали к клубу. Я протянул четыреста рублей, хотя на счетчике горела сумма в триста. Поблагодарил его, тот все понял. Выйдя из авто, я призадумался, не взять ли у него номер телефона, чтобы напрямую вызывать его, поскольку он явно адекватный человек, но покуда я выводил эту идею, он уже тронулся.
– Вот ты уже нарушаешь свои обещания, – услышал я от Оли упрек в свой адрес.
– Ты о чем, зая?
– Не называй меня так, я же тебе говорила сколько раз!
Да? Говорила? А я что-то не помню. Никак не помню.
– Хорошо, прости, я снова забыл, прости, – я нежно поцеловал ее в щечку. На самом деле, две бутылки Tuborgа давали немного о себе знать, а вернее, для двух бутылок даже многовато. Вероятно, я неплохо выложился на футболе.
– Ты так и не ответил, почему мы сразу поехали в клуб, минуя кафе, мм..?
А ты так и не спросила меня об этом, или я должен был догадаться по твоей первой после выхода из такси фразе?
– Оль, ну время просто уже много, вот я и решил, что так будет лучше.
– Для кого лучше, для тебя, Дань? Тебе вообще, по-моему, безразлично мое мнение.
Вот тут я пожалел вообще о том, что мне в адресной книге попался ее номер телефона. И вообще, кто-нибудь задумывался, почему книгу с номерами телефонов называют адресной? Там что, разве указаны адреса? А было бы здорово, если бы девушка тебе давала вместе со своим номером и адрес сразу. И расписание, например, когда лучше подъехать.
– Нет, Оль, мне не всё равно. Иначе я бы вовсе тебе не позвонил.
В этом, кстати, была доля правды. Достаточно большая доля. Я не любил общаться с тупыми девками, а мнение других мне было вполне интересно. Ну, может, не всегда, но все же не всё равно.
– Ты понимаешь, что я одевалась с расчетом на то, что сначала мы будем в кафе, а потом только поедем в клуб?
Я оглядел ее с ног до головы, демонстративно, ощупал ее сумку, чем привел ее в некоторое замешательство, и сказал:
– Оль, ты в синих джинсах, в белой футболке, в куртке черной, не на каблуках, и в сумке у тебя вроде нет сменной одежды, так чем, черт возьми, то, во что ты нарядилась, отличает вариант с просто походом в клуб от варианта с предварительным заходом в кафе?
Она недовольно и ехидно улыбнулась, и мы прошли внутрь клуба. Имя ему было «Хаус» (именно по-русски). Так и написано. И судя по тому, что там не обязательно играло house направление, название возникло не по этой причине. У меня было предположение, что название клубу дало то, как там все устроено внутри. Там нет четкого порядка в плане расположения баров, танцпола. Нет симметрии и предсказуемости. То есть там своего рода намеренный беспорядок. Но именно это меня и притягивало туда. Вообще, я любил всяческий хаос. Ведь я не был сторонником правил. Однажды не всуе было сказано что-то наподобие «только глупый нуждается в порядке, а умный управляет хаосом».
– Оу, посмотрите, посмотрите, это же наша звездааа! – заорал кто-то сзади, толкнув меня укоризненно в спину.
– Ну так, а ты как хотел, – ответил я, увидев Витька, защитника нашей команды.
– Ты че тут делаешь, братиш?
– То же, что и ты, наверное.
Витек не отличался особым умом. Может, потому, что защитник, и ему уже отбили голову мячом, но скорее просто потому, что так сложилось. А вопросы вроде «че ты тут делаешь» (с явным намеком на то, что «ты же тут редко, а я-то тут частый гость, свой человек») меня и вовсе не радовали, поскольку я, как раз таки, в этом злачном месте бывал раз пять в месяц, а он – раз в пять реже. Ну да, примерно один. Так к чему эти понты? Да и вообще, в чем тут крутость? Тебя пускают в клуб? Ну да, ты взрослый. Ты в тусовке? Ну молодец, только так ли это? Я этим не хвалился, да и хвалиться здесь, по-моему, нечем.
И меня весьма часто удивляет интерес людей, не являющихся моими близкими, к тому, как там моя жизнь, как дела и всё такое. Иногда задавалось столько вопросов, что казалось, будто им интереснее, чем моим родственникам, как я поживаю. Всё это «братание»… для меня это не самая приятная процедура, которой я стараюсь любым образом избежать.
Аккуратнее надо быть с этими «хорошими знакомыми». Это не друзья, не стоит им всецело доверяться, они сегодня есть – завтра нет. И вряд ли это когда-либо изменится, а поэтому и выкладываться ради них вряд ли стоит, проще для себя отмазаться и чтоб не париться потом, когда они неприятное что-нибудь сделают. Не вспомнят они и о твоем существовании, когда ты будешь в этом нуждаться, они вспоминают тебя лишь в моменты, когда ты им нужен, именно что нужен. А когда все в порядке, кто ты вообще и где?
Мы прошли к нашему столику. Мои друзья уже были там в полном сборе: Саня, Вадим со своей Натали, девушкой с потрясной грудью, и Ренат с Ириной, где «сиськи ведь не главное, важно, чтоб человек был хороший». Рядом с Саней, как обычно, обозначилась новая, не знакомая мне девушка. Он умудрялся каждый раз снимать себе симпатичных и, что поразительно, умных девушек. Я предполагал, что он находит их в библиотеке, но потом понял, что там не может быть столько красивых девушек, да и Саня вряд ли ступит за порог названного учреждения.
Спустя пару часов нашего присутствия выяснилось, что сегодня играет какой-то специальный гость. Его имя не называлось, арт-коллектив приготовил сюрприз. Еще через час разнообразных попыток потянуть время это свершилось: dj DqZ. Лично мы не знали, кто это. Никак не знали, даже не слышали. Но публика взорвалась визгом. Хотя больше половины из них слышали это имя также впервые. Просто так принято. Что в этом клубе радовало, так это отсутствие малолеток, вот здесь спасибо, их не пускали: предъявление документа являлось обязательным. Правда, не обязательно возрастного документа, подходили так же документы «особых» сыновей и дочерей.
Оля «уработалась» довольно быстро. Впрочем, я тоже уже был в полном порядке. А точнее сказать, вообще не в порядке. Jameson сделал своё дело. Я даже сходил умыться холодной водой в надежде хоть чуть-чуть вернуть себя в мир настоящий. Но эта попытка, по большому счету, не удалась. Я вдруг почувствовал, что и вправду сказывается усталость после футбола. Пошел искать по клубу Олю. Пройдя оба этажа, не нашел. Ренат и Вадим уже уехали.
– Вот они, признаки семейной жизни, – проорал я в ухо Сане, от которого ни на секунду не отлипала его сегодняшняя жрица любви.
Он утвердительно покивал башкой и улыбнулся. Вадим и Ренат в сопровождении своих официальных пассий всегда уходили раньше нас. Наверное, это и есть семейное.
– Сань, ты не видел мою… мою эту, Олю? – на миг я упустил ее имя.
– Так вон же она, у барной стойки стоит, смотри, – и он показал пальцем в ее сторону.
У меня успешно получилось продолжить линию по указанному им направлению, и я увидел очень любопытную картину: Оля стояла и целовала какого-то дядю. Поначалу я подумал, что, вероятно, должен обозлиться на эту ситуацию и проявить инстинкт самца, но тут же понял, что мне как-то безразличен вообще данный эпизод, а что я хочу от нее? Она же никто мне, я никто ей. Мы свободны. Это то, чего я хочу – чувствовать свободу. Вот и получай ее.
Я вспомнил Диану. Я соскучился по ней. Я сидел и курил кальян, с закрытыми глазами перебирая мгновения, когда мы были с ней вместе. Как я ласково убирал с ее лица распущенные волосы, которые разлетались от встречного ветра во время нашей прогулки на катере по питерским рекам и каналам. Как она щурилась от солнца, когда мы сидели на крыше одного из зданий. Как она перепрыгивала через турникет метро, потому что у нее не было денег, а я не дал ей своих шутки ради. Вот, еще совсем недавно мы сидели на расстоянии вытянутой руки, друг возле друга, на балкончике отеля на Невском проспекте. А теперь между нами простирается бездна воспоминаний.
Из царствия приятных грёз о прошедшем меня вернула в усталую реальность вибрация телефона в кармане. Больше всего на свете я хотел увидеть на экране «Диана». Но вместо этого там светилось «Юля».
Брать трубку в клубе я не очень люблю, поскольку там ничего не слышно. Обычно я уходил в туалет, там можно поговорить. Но в этот раз я, абсолютно инстинктивно, решил поступить иначе. Я вышел из клуба на улицу. Далее случилось нечто чудесное для меня на тот момент – возле входа стояла Юля и тихо, про себя, ругалась, что я не поднимаю трубку. Я подкрался к ней сзади, аккуратно, чтобы она не приметила моего приближения. И решил чуть-чуть просто постоять. Она набрала мой номер еще пару раз, я не брал. И после ее томительного вздоха я тихонько прошептал ей на ушко:
– Юляш, я уже здесь, поехали ко мне, а…
Ее улыбка дала добро.
Пока мы ехали в такси, я думал, как было бы здорово ехать с тем парнем, который отвозил меня сегодня в том направлении, откуда сейчас я ехал к себе. По дороге выяснилось, что, оказывается, мы были с Юлей в одном клубе. Она приехала туда всего часом ранее нашего отъезда. Ей там не понравилось, она вышла и начала звонить мне. Так мы и встретились. Красивое совпадение. Я люблю такие.
3
Вот оно. Снова. Утро понедельника. Для меня понедельник, как я уже говорил, зачастую являлся выходным днем. Мы были освобождены от тренировок ввиду матча в воскресенье. Юля, как это обычно и бывает, убежала с утра пораньше. Погода на удивление была хороша. Я внезапно вспомнил, что календарь вещает всем нам о первых днях весны. И в знак этого солнце отлично наблюдалось на ясном небе. Как-то это не по-московски даже. Бывают здесь такие дни, когда хмурь куда-то уходит, прячется, и город заполняется лучами солнечного света. Сегодня был один из таких дней. В такие часы всё выглядит несколько иначе, чем обычно. Те же пробки являют собой не столь зловещее зрелище.
Позавтракать я решил в кафе, готовить что-то не было никакого желания. Я не люблю, в принципе, заниматься приготовлением еды. Разве что изредка меня пронзает вдохновение, и я могу потратить несколько часов на что-нибудь необычное, вкусное. Или обычное, но от этого не менее вкусное. Я остановил свой выбор на кафешке за углом дома. Там было по-утреннему пустовато. Если быть точным, помимо меня там была одна лишь брюнетка, на вид очень хорошая, честная и неиспорченная девочка. Я не был сторонником того, что блондинки глупые, а вот брюнетки умные, поскольку считал, что все они бывают разными, а перекраситься, иной раз, может любая. Но, тем не менее, брюнеткам с определенного возраста я начал симпатизировать больше. Не знаю, чем это обусловлено, но знаю точно, что это так. Может, из-за Дианы? Да нет же, все началось гораздо раньше. Только я не помню, когда. Пока я ожидал свой заказ, на меня снова нахлынули волны приятных и не очень воспоминаний о нашем времени с Ди.
Диана являлась представительницей той части прекрасной половины человечества, о которых отзываются, как о созданных свыше для того, чтобы привносить радость и свет в глаза и сердца всех окружающих. Её южная, в чем-то испанская внешность воспламеняла подобно тем жарким лучам солнца, ввиду которых и существует сиеста. Она была стройна, но не обладала данными модели, в её фигуре не было чего-либо такого, что непременно заставляло бы собеседника мужского пола думать во время разговора не головой, а другим местом. В ее глазах было что-то такое, что, погрузившись в этот взгляд однажды, хотелось остаться там навсегда. Она излучала странную, но невероятно притягательную энергию добра, обращенного к миру. Она любила громко смеяться и вести себя неразумно открыто, не скрывая эмоций. Она была рассеянной, но ее неподдельная искренность была дороже тысячи минут опозданий. Ее даже ждать было приятно, не возникало ни капли зла. Ее вкус в музыке многим показался бы абсурдным, но только не мне, в этом мы совпадали. Да и вообще, мы были очень похожи во многом, словно две одинаковые вселенные встретили друг друга и теперь вместе делят счастливые мгновения. Делили…
За минуты моего наслаждения памятными моментами кафе немного наполнилось. Зашли еще пять человек – две разных компании, трое и двое, соответственно. Любопытно, что все женского пола. Та, которая сидела одна у окна еще до моего визита, продолжала пребывать в одиночестве. С порцией латте. Мы сидели напротив, но я не видел ее глаз, взгляд их утонул в поверхности стола. Я про себя предположил, что, быть может, она тоже сейчас вспоминает что-то или кого-то из прошлого, как вдруг мои ноги сами встали и повели меня в сторону ее стола. Я без спроса устроился рядом.
– Привет, – начал я.
– Привет.
– Вкусное латте?
– Хочешь попробовать?
Повисла недолгая пауза. Всё это время она так и не поднимала глаз.
– Слушай, а пошли на воздух, а? – неожиданно для самого себя произнес я.
Она посмотрела на меня, нет, не оценивающим взглядом, а взглядом, будто исполненным надежды, надежды на то, что я могу ей как-то помочь. Она, не ответив, поднялась со стула, протянула мне руку, что оказалось для меня несколько неожиданно, и мы пошли к выходу. Вследствие такой спонтанной развязки я не сразу вспомнил, что у меня же заказ, но было уже поздно, мы шли по набережной, спокойно болтая, словно знаем друг друга давно. Солнце освещало наше настроение. Катя рассказала, что не может никак забыть своего бывшего, с которым рассталась, как она сказала, «сама». Просто без причины. Она даже для себя не знала причины. Просто в какой-то момент, в одну из малозначимых ссор, случающихся порой, она предложила ему закончить их сказку. Вместе они были около двух месяцев. Да, немного, и кто-то скажет, что это вовсе не сроки, но я ее прекрасно понимал, поскольку с той девушкой, которая была единственной, кого я сейчас мог бы представить своей настоящей половинкой, я провстречался и того меньше. Я ей рассказал об этом. Мы оба молча, но при этом понятно друг для друга, удивились подобному совпадению.
С Катей было просто. Мне не хотелось от нее абсолютно ничего. Мне просто нравилось идти с ней рядом. Я знал, что у нас не будет никакого продолжения, но это мне тоже нравилось. Поскольку это было чем-то необычным, необыденным. Мы прогуляли целых три часа без остановок. Пока не вспомнили, что вообще-то мы собирались в кино. Но вместо этого плана мы решили продолжить делать все импровизированно. Знаете, к этому чертовски просто привязаться. Не цепляться за какие-то планы, а поступать согласно моменту, эпизоду. Находить в каждом мгновении нечто новое. Это воодушевляющее действо. Всё самое яркое случается именно в такой манере. И мы решили дойти обратно до кафе, покушать там и… по-видимому, пойти каждый своей дорогой. Мы не произнесли этого вслух, но поняли это каждый для себя. Это был чудесный день. Потом еще всю неделю я вспоминал нашу прогулку. Я пару раз заходил в то кафе в надежде встретить ее там снова. Но этого не случилось. И к лучшему, что так.
Каждый человек появляется в нашей жизни именно в тот момент, когда он необходим для нас. Он является к нам, чтобы привнести в нашу жизнь что-то ценное. Это может быть какой-то урок, либо какая-то полезная информация. Он может провести в нашей жизни еще некое количество времени, а может и сразу исчезнуть. Возможно, мы будем знакомы с ним лишь пару дней, а возможно, и всю жизнь. Стоит просто довериться времени и позволить ходу событий самостоятельно определить «зачем» и «на сколько» нам послан этот человек. В любом случае, это окажется интересным. Но не менее важно отпустить этого человека, если он уже выполнил свою роль на нашем пути. Отпуская одно – мы получаем взамен другое. За каждым пройденным шагом – следующий шаг и нечто новое. Наша задача – впустить это на свою дорогу, и мы получим все, что нам предначертано.
* * *
Прошел март. Наступил апрель. Месяц моего дня рождения. Последние пару лет я мечтаю лишь об одном подарке – о том, что приедет Диана и вернет меня в мир снов наяву. Подчас я жалею, что удалил номер ее телефона, чтобы не писать всякую ерунду в бреду. В социальных сетях ее не существовало. Она не жила в них. И это меня также в ней привлекало. Я вообще категорически против сетей. Они нарушают мир. Природный мир человека. Предлагая ему возможность виртуальной жизни. При этом я сам имею аккаунты в нескольких сетях. Есть от чего призадуматься.
В чемпионате мы упустили лидерство, выдав серию невыразительных матчей. Но мне, честно говоря, было как-то безразлично это всё. Я жил ожиданием чуда в мой день рождения. И вот он наступил. Шестнадцатое апреля. Будний день, и это, как ни странно, радовало. В детстве мы скорее хотим, чтобы наш др выпал на выходные, чтоб созвать побольше друзей и весело отметить. А вот сейчас мне, честно, не хотелось ничего устраивать. И факт буднего дня сыграл мне на руку, поскольку многие работают, точнее, все, или почти все, что означает: на всю ночь никуда не сорвутся.
Ввиду совокупности нежелания фееричного торжества с будним днем я решил снять кафешку на короткий вечерок. Ту самую, что за углом, ту самую, где встретил Катю. Получился небольшой стол, человек на восемь. Мы начали в восемь. Не сказать, что было скучно, едва ли, было очень даже весело. Но не мне. Я все еще грезил о звонке Дианы. Уже не первый год. Я ведь даже не знал, быть может, она давно замужем? За примерным семьянином, галантным и внимательным, взрослым и нормальным. Носящим костюм солидный, а не костюм спортивный. Который открывает ей дверь в машину, а не заставляет прыгать через турникеты метро. Я отгонял прочь такого рода мысли, их было немало.
Всё плавно близилось к завершению. Уже было около двенадцати, мы же собирались около половины первого разойтись. Поскольку было несколько человек, кто такси себе не позволяет, и метро для них – единственный способ добраться в столь поздний час домой, а спуститься в подземку надо успеть до часа. Я почти смирился с отсутствием маячка от Дианы, хоть и с некоей долей надежды на крылья доставал из кармана телефон, когда тот оповещал о приходе очередного сообщения с поздравлениями. Пора бы удалить свою дату рождения из сетей, дабы оповещение не побуждало всех подряд проявлять внимание.
Я встал, чтобы дойти до WC, успел заметить, что ни капли не захмелел. По пути я рассматривал пол – не было желания наблюдать происходящее вокруг. Как вдруг у меня перехватило дыхание от того, кого я увидел. Катя. Это же точно Катя. Мне кажется, в то мгновение я даже на долю секунды отпустил Диану. Катя была не одна. Но это меня нисколько не смутило, и я подошел к ней.
– О, привет! – воскликнула она. – Я так рада тебя видеть, – она встала и накинулась на меня с объятиями, словно у нас как минимум двое детей. Мне даже стало немного неловко перед ее молодым человеком, и я тогда успел подумать, что, вероятно, это просто ее друг или брат. Но она мне сразу все прояснила.
– Это он, – шепнула она мне на ушко.
Я все понял и кивнул ей с улыбкой.
– Береги ее, она у тебя лучшая, – сказал я со всей искренностью ее спутнику.
– Спасибо, я знаю, – ответил он, улыбаясь и глядя на нее.
Эта картина подарила мне крутые эмоции. Я почувствовал себя счастливым. По-настоящему. Я очень обрадовался за Катю и сам проникся мечтою, что и со мной, возможно, случится нечто подобное. Со мной и Дианой.
Я выскочил из кафе, сел за руль, включил Ассаи и отправился вперед, без определенного направления. Минут через десять мне позвонил Саня:
– Дань, ну ты где, мы тебя заждались уже, пора расходиться.
– Сань, меня уже нет там, пожалуйста, расплатись за меня, я потом все объясню. И скажи всем, что я извиняюсь, что слетел так резко. Ну ты знаешь, че надо сделать, у меня все в порядке, не переживай, давай, до связи.
Я знал, что Саня меня поймет. Я любил кататься на машине без цели, один. Из колонок доносился звук любимой музыки, вокруг ночью всё было более-менее тихо и спокойно. Это умиротворяло. Я находил в этом равновесие. Проезжая мимо отеля «Балчуг Кемпински», я остановился на набережной Москвы-реки, достал любимую ручку с символикой Juventus и листок бумаги и сделал запись:
«Я решил написать это письмо по совету одного известного московского музыкального поэта. Просто написать, чтобы было, потому что дóлжно.
В то утро я получил от тебя сообщение. Проснувшись от вибросигнала телефона, я не смог вернуться в сон. Я по традиции стал перебирать мысли о том, должен ли я что ответить тебе, но почти сразу пришёл к тому, что не достоин этого.
Прежде я из раза в раз, когда только мне вздумается, не думая о том, каково это для тебя, я из раза в раз вёл себя эгоистично, пропадая и появляясь на связи по собственному желанию. За это мне стыдно. Ведь ты всегда была честна со мной, возможно, как никто другой, а я не ценил этого, самого важного. Я, как и обычно, превращался в собственника, желая сперва присвоить тебя себе и лишь после начать ценить тебя. Но так невозможно. Птицу нельзя загнать в клетку, а потом наслаждаться взмахами ее крыльев.
Я не стану писать здесь обо всём том, чем ты меня так к себе притянула, поскольку это письмо вовсе не об этом, но обо всём другом. О том другом, что двигало мною, когда я в ответ на твоё настоящее отвечал своими глупостями, во главе которых – желание быть первым. Хочется верить, что я и вправду изменился, и именно потому и начал рождаться сей текст.
Отправить тебе это я не могу, поскольку уже делал нечто подобное, но затем вновь ошибался и плутал по коридорам тщеславия. Поэтому я просто посылаю тебе импульс, как однажды ты попросила меня об этом».
Написав, аккуратно свернул и спрятал в бардачок. Дома я оказался без четверти четыре.
* * *
Чемпионат по итогу мы успешно провалили, вернее, его концовку. Сползли до третьего места. По окончании сезона нам давали отпуска. Я, по обычаю, первые дни своих каникул проводил дома, в Балаково. Так я поступил и в этот раз. Но предварительно, накануне отъезда, меня ожидали «московские» друзья всё в том же клубе Хаус. Это превратилось в традицию, что мы собирались перед моим отъездом. На этот раз нас было четверо. Я, Саня и Вадик со своей. Ренат приехать не сумел, они с девушкой улетели куда-то на юг. А Саня, как ни странно, пришел один.
– Сань, че, в библиотеку не успел?
– В смысле?
– Где твоя очередная умная и красивая спутница?
– А, так вон она, – он указал на одинокую девушку возле барной стойки.
– И как же ее называть?
– Сейчас узнаю, – улыбнувшись, направился он в ее сторону.
Через пять минут Вика сидела за нашим столиком. Вот он и ответ, где Саня берет своих дам. Ответ оказался проще простого – здесь. Просто я приходил чуть позже, и он уже завоевывал сердце новой мальвины. Пока я об этом думал, мне на плечи тихонько приземлились чьи-то приятные ладони. Далее они прикрыли мои глаза, чтобы я сыграл в детскую игру и попробовал угадать, кто это.
– Юля, любимая, это ты, у тебя нет шансов выиграть у меня в эту игру, – я поцеловал ее ладони. Я знал, что это она. Она любила проделывать подобный фокус.
Я был очень рад тому факту, что Юля пришла. Но еще больше меня обрадовало следующее известие, преподнесенное в виде полувопроса-полупредложения:
– Любимый, а ты возьмешь свою любимую с собой?
– Эмм… простите, мадам, а куда вы хотите, чтоб я взял вас?
– А у вас несколько направлений, сеньор?
– Юль, а откуда ты знаешь, что я домой еду? – закончил я нашу игру и перешел к прямым обозначениям.
– Друзья у тебя хорошие, я тебе постоянно об этом говорю.
Я повернулся в сторону Сани, который на пару со своей новой леди наблюдал за нашим с Юлей общением, и увидел его довольную рожу. Это был он – тот, кто оповестил ее. Я мысленно поблагодарил его. Я был рад, что поеду не один. С Юлей я любил ездить на дальние расстояния, поездки превращались в романтические путешествия.
На этом-то и завершились все самые любопытные моменты «прощального» вечера. Клуб себя исчерпал на сегодня, или это мы себя давно исчерпали. В два ночи мы с Юлей были у меня. Утром в дорогу.
4
Мы выехали в пол-десятого утра. Вряд ли я выспался. В восемь тридцать вечера мы въехали в Балаково. Довольно быстро получилось доехать, трасса была пустой.
Родители встречали меня за столом. В гости пришли бабушка с дедушкой. Сестра, на семь лет младше меня, тоже ожидала меня за ужином. Последний раз я был дома месяцев восемь назад. Эта пауза оказалась самой длинной за все время моего проживания вне родного города. Я, наверное, не смогу объяснить, почему так сложилось. Ведь раньше я заглядывал строго не реже, чем раз в три месяца. Обычно даже чаще, а тут такое. В связи с чем я чувствовал себя виноватым перед родителями.
Я вмиг вспомнил их голоса в телефоне, когда они звонили мне, а я говорил, что мне неудобно разговаривать. Хотя под неудобством подразумевалось, к примеру, то, что я был увлечен игровой консолью и не мог отвлечься. Или сидел в кафе и попусту болтал с девчонкой. А потом я попросту забывал перезванивать. Вот в этот короткий миг воспоминаний я вдруг всё осознал, и от этого мне стало жутко не по себе. Я хотел сказать речь, которая бы донесла эти мои мысли до родителей, чтобы они тоже услышали мои переживания. И я уже почти начал говорить… как к горлу подступил ком, и я не смог и слова вымолвить. Раньше, на первых курсах института, я всегда приезжал с подарками, из моих уст лились речи за любовь и семейное счастье, я произносил слова благодарности родителям, я мог всё это делать. Но сейчас это куда-то улетучилось, словно я стал стеснительнее и скромнее. А по сути, просто не мог вытащить из себя слова, а их было немало накоплено за эти годы. Но всё оставалось где-то внутри меня.
Говорят, дети неблагодарны по отношению к своим родителям. Наверное, зачастую так оно и есть. Мы, дети, не ценим того, что они делают для нас, принимая это на уровне подсознания за должное. Их просьбы мы обычно встречаем недовольством, поскольку привыкли думать, что ничего интересного не извлечем из этого. Нам трудно порой уделить всего пару минут и помочь своей маме, когда она этого просит. Да, пусть на наш взгляд эта просьба совсем дурацкая и не имеет смысла, но разве суть в этом? Но мы именно таковы. Уже после мы понимаем где-то внутри себя, что неправы, что нагрубили, что отказали, нам от этого больно, но далеко не всегда хватает сил подойти и сказать «прости».
Я встал из-за стола в середине ужина и молча направился в сторону двери. Я вышел из квартиры. Я просто сильно хотел выйти на улицу. Единственное, на что меня хватило, так это на смс следующего содержания: «Мам, простите меня, мне срочно нужно побыть одному на воздухе. Все хорошо. Скоро буду». Больше никаких слов. Хотя очень хотелось добавить в конце «люблю». Но мне всегда было тяжело сказать эти слова маме. Я не знаю почему. Я мог тысячу раз сказать их какой-нибудь девчонке, в которую влюблялся и думал, что она «моя судьба», но маме… У меня не получалось. Однажды, будучи глубоко уязвлёнными песней Басты «Мама», мы с другом отправили ночью сообщения своим мамам со словами «Мама, я люблю тебя». Как итог, наутро звонки с переживаниями о том, что мы с собой что-то сделали. Вот настолько непривычно было нашим мамам услышать такое признание.
На улице шел летний дождь. Мне это нравилось. Это придавало моему вечеру красок, именно тех, какие были у меня на душе. Я вроде дома, но со мной что-то не то. Вообще, я очень любил дождь. Любил гулять под проливным и промокать до ниточки. В дожде есть своя магия. Я погрузился в глубочайшие бездны подсознания. У меня, безусловно, бывали мгновения, когда на меня находило нечто похожее, но сейчас был какой-то исключительный момент. Я полностью повиновался инстинктам, я двигался согласно воле сердца. На одной из лавок парка мне захотелось присесть. Я сделал это, не задумываясь о том, что лавка уже изрядно промокла под теплым весенне-летним дождем. Я даже не заметил, как к этой лавке подкатил старик. Как я мог его не заметить? Старик был на инвалидной коляске. Он оказался не один, за его спиной сквозь капли дождя проглядывал силуэт женщины приблизительно того же возраста.
– Ты сбился с пути, мальчик мой, – внезапно произнес тот.
Для меня это стало полной неожиданностью, и я, поначалу, даже не смог ничего произнести. Я растерялся. В свои двадцать пять лет я растерялся перед незнакомым стариком.
– Но это присуще человеку, – продолжил он. – Мы все сбиваемся порой. Иначе не бывает. Ведь мы не можем знать, куда нам идти, поэтому мы пробуем. И порой выбираем не тот путь. Мы можем идти по дороге и думать, что она наша. Хотя, на самом деле, мы просто так хотим видеть. А наша истинная протянулась где-то совсем рядом, но мы ее не замечаем, покуда туман, окутавший наш взгляд, не рассеется. Но для того, чтобы это случилось, необходимо событие, которое сорвет нас с течения. Иногда, чтобы встретить перемены, нужно просто свернуть с пути. Вернуться шанс будет, а вот попробовать другое, – возможно, на это уже и не хватит смелости.
Я был под впечатлением. Я не мог связать и нескольких букв. Бабушка передала старику мороженое.
– Крем-брюле? – уточнил он.
– Ага, – кивнула она.
– Тем лучше.
– Отчего же?
– Потому что новое, такого я еще не пробовал.
Я продолжал смотреть на эту картину в изумлении.
– Ты очень долго шел по дороге, считая ее своим призванием. Но ты даже не замечал, что ты не получаешь от нее никакого удовольствия. Лишь тот путь является твоим, который изо дня в день будет приносить тебе радость. Когда будут случаться невзгоды, ты будешь к ним готов. Важно жить сегодняшним мгновением. И быть самим собой. Помни, это всё игра, и ты имеешь шанс быть тем, кем хочешь.