![](/files/books/160/oblozhka-knigi-hozyayka-nezhiti-383885.jpg)
Текст книги "Хозяйка нежити"
Автор книги: Алекса Ди
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 3 страниц)
Алекса Ди
Хозяйка нежити
ПРОЛОГ
В холодном лунном отсвете на одной из мягких моховых кочек, выступавших то тут, то там в болотистой местности, сидела юная особа. Как сверхценный экспонат, выставленный на бархатной подушечке. Ее осоловелый взгляд, некая заторможенность и блаженная улыбка вызывали удивление. Она немного покачивалась и периодически подхихикивала на высокой ноте, разбавляя гнетущую атмосферу мелодичным перезвоном. Ее взгляд был устремлен на занимательное действо. Вокруг маленького болотца собрались необычайные существа. Если б девушка на данный момент могла четко мыслить, она бы точно запаниковала. А так…
Она не замечала ни холода, пробиравшегося под больничную сорочку с завязками позади (судя по материалу, из стратегических запасов Советского Союза), ни пугающе чавкающих и стрекочущих звуков, раздававшихся вблизи. Смрад, царивший вокруг, особо чувствительных особ довел бы до тошноты, хорошо, девушка к таковым не принадлежала. Странная особа, с очень длинными, плывущими в воздухе без ветра волосами, цвета молнии, рассекающей хмурое небо, просто рассматривала очень смешных, на ее взгляд, существ, создававших шум. Даже в самой бурной фантазии ей было бы сложно вообразить таких чудиков. Как в детской книге «Собери животное», отличительные черты зверей были собраны, перемешаны и раскиданы в хаотичном порядке между существами.
Представители местной фауны собирались все большей толпой, усиливая и без того немного тухлый запах. Блаженно прикрывая глаза, поскуливая и похрюкивая, они ловили светящиеся сгустки, медленно плывшие в воздухе. Девушка все так же была не в себе ее забавляли картинки, представавшие перед глазами. И если присмотреться, то было видно, что эти светящиеся сферы образовывались именно в ее теле, в моменты смеха появляясь из груди солнечными зайчиками. Сколько длился бы этот процесс, неизвестно, но картинка сменилась. Зверушки, замерев, насторожились, поджали ушки и хвосты и, медленно хлюпая болотной жижей, разошлись в стороны, освобождая дорогу кому-то более сильному. Живая в больничной рубашке с интересом вытянула шею и смотрела в образовавшийся проем. Как хищники у водопоя, освобождая вокруг себя пространство, из леса выходили высокие, по человеческим меркам, скелеты со светящимися глазами. Они были чистые, как муляжи в кабинете биологии. Плавно подходя, трое существ сверкали ярко зелеными взорами, направленными на живую особь, восседавшую на возвышении. Подойдя ближе, замедлились, немного погодя сели на землю и стали наблюдать, не шевелясь. Девушка начала улыбаться и делать колебательные движения ладошкой, сказав непонятное слово.
Личи, а это были именно они, самые древние и не обделенные разумом жители нижнего мира, решили повторить движение и звук «привет», услышанный от живой. В ответ на это девушка рассмеялась, испуская еще больше энергетически питательных зарядов. Такого личи не видели никогда за свою долгую «нежизнь», даже до запечатывания их «Нижнего мира», никто не делился с ними пищей. У людей приходилось ее насильно отнимать, изощряясь разными способами, вызывая злость, страх и другие эмоции с низкими вибрациями. Но такая пища не была столь вкусна и питательна, а угощение от живой не могло сравниться ни с чем. Живительный нектар быстро наполнил их энергией, глаза засветились еще ярче. Объевшиеся зомби-звери лежали повсюду, блаженно прикрыв веки. А все новые особи появлялись со всех сторон. Нужно было что-то решать.
Живая была ценна, личи понимали, что нужно ее обезопасить. Живым долго не продержаться в их мертвом мире, где на каждом шагу подстерегает опасность, природные аномалии, хищная флора, питающаяся плотью, а не энергией. Хорошо, что живая сидела смирно, иначе ее засосало бы вместе с пригорком.
После консервации нижнего мира осталась только одна воронка, откуда периодически появлялись особи мужского пола, агрессивные, иногда в цепях, иногда с оружием. Конечно, к ним стекались местные жители, чтоб урвать кусочек их эмоций, попугать, если нужно, но не подходили близко. Живые тем временем метались, пытались вступить в бой или убежать, что всегда приводило к их кончине во враждебном мире. Первое время, личи пытались помочь, направить, укрыть от погодных аномалий, ведь им выгодна постоянная подпитка, а не только всплеск от смерти, пусть и мощный. Но ничего не выходило, появлялся очередной житель в нижнем мире, пусть и спящий, энергии на подобие жизни для новых представителей уже не хватало, да и старые начали засыпать. Без подпитки «твари», как их называли живые, не могли существовать, а главное, вновь возродиться в верхнем мире. Круговорот жизни и смерти был нарушен, они не знали, в чем причина, в верхний мир теперь путь был заказан. Единственным источником информации могли бы стать вновь умершие, но они все появлялись спящими, истощенными – сначала животные, а потом в основном женщины. Уже несколько пещер было заполнено разного рода сонной Нежитью.
А теперь живая, как манна небесная, свалилась на них. Умудренные Личи испытывали странный трепет, как когда-то давно, в той жизни, которую забыли. Они решили тихонько ментально посовещаться, как лучше поступить, чтоб не напугать малютку. Отвлекшись на пару секунд, они пропустили момент, когда девушка засопела, свернувшись клубком. Что ж, тем лучше…
Глава 1
Среди мрачного пейзажа, муравьиным строем передвигалась внушительных размеров процессия. Впереди три рослые фигуры, одна из которых бережно несла в руках хрупкое тело, наполненное жизнью. Двое рядом постоянно оглядывались и предупреждающе зыркали на особо настырных представителей мертвого мира, которые все еще ловили отголоски сладкой, живой энергии. В основном это были животные, населявшие ближайшие окрестности. Более разумную нежить всплеск питательной субстанции еще не успел привлечь, только личей, чудом оказавшихся поблизости, забравших живую особь.
Личи решили двигаться к горам, в которых находились их спавшие собратья. Камни создавали особый фон, прятавший тех, кто внутри. Да и самое безопасное место было именно там. Насколько самый древний лич с именем Эрван помнил, живым требовалось тепло и растительная пища, с которой как раз были большие проблемы.
Решили дождаться нового посетителя нижнего мира из воронки и раздеть его до того, как он самоубьётся и его вещи трансформируются вместе с ним в новую нежить. Благо такой вот-вот должен явиться. Нежить отследила закономерность появления представителей верха. Те, что в кандалах, являлись по одному или группами в одно и то же время, раз в десять оборотов отсвета «Лунной девы». А те, что с оружием, редко. По одиночке, всегда в разное время, у них с собой наблюдался мешок с припасами, который им не пригождался.
Эрван думал, что был бы удачей сейчас приход такого живого с оружием, они смогли бы накормить ребенка. Лич рассудил, что ее нужно подольше оставить во сне, чтоб она не проголодалась, и изучить ее память, чтобы понять, как вести себя с ней. А к воронке отправили Гарольда, простого скелета, который только собирался преобразиться в лича со временем. Он был весьма смышлен, но порой неуклюж. Эрван надеялся, что с простой задачей, хотя бы частично раздеть скованного живого он справится. Гар не мог говорить, а личи не хотели оставлять живую ни на миг. Сейчас превыше всего был комфорт для девочки, а не для остальных посетителей. Тем более, предыдущий опыт показывал, что живые не идут на контакт ни с молчаливыми, ни с говорящими жителями низа.
Своды пещеры окрасил ярко-изумрудный свет, испускаемый из черепов личей. Они встали по сторонам от девушки, образуя треугольник. Извиваясь как змеи, из костлявых рук ко лбу живой потянулись прозрачные жгуты. Запахло озоном, и без того спертый воздух стал еще гуще, более влажным и тяжелым. Эхом в пещере разнесся монотонный звук, как камертон для настройки инструментов, из магически созданных голосовых связок. Личи вошли в транс. Все вокруг стихло. Возле входа в пещеры притаились мертвые звери, они уже никуда не уйдут, они видели, что сладкую живую принесли сюда. Они намерены охранять свой живительный источник.
Высшая нежить при помощи специального обряда начала считывать воспоминания, по их мнению, совсем юной девочки. Картинки проносились калейдоскопом, здесь были самые яркие моменты жизни спящей. Девочка жила в очень большой семье, личи и не подозревали, что столько детей может быть в одной семье. Все ее детство было посвящено труду. Большое хозяйство со странного вида животными, которые не умели сами за собой ухаживать. Трудно добываемый огонь для розжига и тепла в доме.
«Зачем же столько сложностей, когда можно обогреть магией»? – Эрван был в замешательстве. Семья все делала своими руками: уборка, готовка, сбор урожая. Девочка помогала родителям с младшими братьями и сестрами, никого не баловали, как принято во всех известных семьях верхнего мира. Самое страшное – семья периодически ела своих животных, за которыми до этого ухаживала.
«Что за странное поселение? Может, приверженцы какого-то неизвестного нам культа»? – тихо переговаривались между собой высшие. Все дети учились множеству наук, как в самых знатных семьях верха. Личи радовались успехам малышки, ее редким шалостям. Да и вечерами в семейном кругу, когда все отдыхали, было уютно. Грустили вместе, когда стены собственного дома стали давить и захотелось свободы. Ребенок стал чувствовать себя лишним. Затем был побег в ужасно шумный город. Странные строения и средства передвижения. Личи все больше удивлялись, очень захотелось расспросить малышку о ее жизни при пробуждении. Лишь бы не испугалась, при первой встрече она вполне нормально отреагировала, но на всякий случай Эрван пустил по нитям силы побольше успокаивающей магии. Она временно заблокирует сильные эмоции, это будет меньшим из зол. Дальше было обустройство в маленьком помещении, живая жила там с еще двумя особями женского пола. Утром девушка ходила в ресторацию, носила еду между посетителями. Личи помнили, что так работают, получая за это деньги. Иногда, почти ночью, ее соседки звали в заведение, похожее чем-то на нижний мир, там был разноцветный свет без неба и спертый воздух. Но отличие в том, что все радовались и танцевали. Там девочка общалась и, похоже, влюбилась в крайне неприятного типа. А в один из вечеров место посещения совсем удивило, там долго украшали живой ногти на руках и на ногах.
«На ногах не логично, там же у взрослых леди всегда сапожки и юбка», – возмутился младший из тройки. А затем ребенка пытали, отрывая волосы на теле, причем везде. В последних картинках был вечерний город, яркий ослепляющий свет и резкий, противно визжащий звук. Темно. Сумбурные виды мелькавших вытянутых ламп перед глазами. Лица, прикрытые ниже глаз светлой материей, и разговор. Наконец нежить поняла, что если не сосредотачиваться на считывании смысла, то звучание слов совершенно не знакомо. Значит, нужно обучить ментально живую знаниям языка, иначе будет трудно общаться. Этим и занялись.
Тем временем по другую сторону гор, в заросшей плесневыми грибками низине (эти флуоресцентные грибницы называли «нежными хищниками», лучше было их не задевать, а то никому не поздоровится – уснут и живые, и мертвые, на радость подземным плотоядным корням, которым все равно, что затаскивать под землю для перегноя), прямо под воронкой разворачивалась нешуточная подготовка к сражению за одежду. Гарольд, преисполненный оказанным ему доверием в важной миссии, словно генерал расхаживал перед своим разношерстным войском. Костлявые ноги постоянно проваливалась в липкую глину, которую накидали под воронку для большей устойчивости плавучей почвы и сдерживания роста грибниц. Но ничто не могло остановить пантомиму скелета, объяснявшего, как нужно встретить гостей. То становясь на четвереньки, то бегая по кругу, он искренне надеялся, что его посыл к окружению добычи был воспринят. Доверять зубам нежити и так поношенную одежду он не желал. Со звуком «чпок» одна нога таки отвалилась от бедра у главы маленького войска, а ведь совсем не время разваливаться.
И вот началось: – сначала множество молний заискрили в центре темного пятна, затем распахнулась гигантская эфемерная пасть, явив из зева медленно спускавшуюся платформу с живыми. Отсвет «Лунной девы» вновь окрасил низко висевшие, непроглядные облака, выше них давно уже никто не поднимался, (у некоторой местной нежити были костяные крылья, без кожи и перьев, на которых не подняться в воздух). Там, наверху, где никогда не развеивались облака, точно было не небо, а верхний мир с когда-то множественными всасывающими воронками-подъемами. А теперь только одна на спуск, и ее не преодолеть.
Низкорослый, но крепкий гном отбивался от подступавшей со всех сторон нежити, рассекая воздух большой секирой. Его вместе с приговоренными к казни заключенными спустили в бездну, кишевшую голодными тварями. Такой вид наказания называли «Решением Богов». Когда за преступление грозило пожизненное заключение в каменоломнях, давали выбор. Возможность искупить свою вину, добровольно отправившись в воронку. Позволяли подобрать себе оружие за счет государства (гном и выбрал самое большое и тяжелое, украшенное драгоценностями, что очень сильно влияло на маневренность) и собрать с собой небольшой скарб с припасами на первое время, авось выживешь. А может, и вернешься, тогда никаких претензий, живи дальше и радуйся жизни, только пока никто из бездны не возвращался.
Его, почтенного и порядочного гнома, жестоко подставил собственный брат, свалив всю вину за поставку бракованного оружия ко двору и прикарманив оплату. Фредерик сам был виноват, подписав пару документов, что подсунул родственник, не перепроверив. Такое поведение совершенно не характерно ни для одного гнома, но теперь поздно обдумывать свой поступок, смертельно оплошал. Он в бездне, в окружении тварей, отсчитывает последние минуты жизни, все лучше, чем прозябать в каменоломнях на благо государства, даже не рассмотревшего его ходатайство о невиновности к главному казначею королевского замка.
Тяжко замахнувшись в очередной раз, немного расширил себе пространство. Звери непрестанно тявкали, хрюкали и держали его в кольце. Чуть поодаль бесновался скелет без ноги, запрыгивая на мельтешащих в панике заключенных, и срывал с них верхнюю одежду. Это жуткое зрелище путало мысли гнома, такой момент, а он думает: «Неужели одежда у них плохо переваривается?». Закончив с ними, скелет направил свои провалы глазниц на Фредерика, при этом любовно прижимая к себе кучу одежды, лавируя на одной конечности. А про заключенных мигом все забыли. Те и побежали, сверкая пятками, быстро, насколько позволяли цепи, в ближайшую лесополосу
«А что, так можно?» – пронеслось в голове у гнома: от стресса он уже плохо мыслил. Все происходящее казалось дурным сном. «Но попытка не пытка». Он рывком оторвал котомку с едой от пояса и бросил вперед. Звери замерли, сев, скелет пощелкал челюстью, в этом театре абсурда такое поведение можно принять за одобрение. Привалив к плечу секиру, гном медленно снял жилетку. Не сводя взгляда с окружающих, бросил ее как можно дальше. Скелет тут же, поскакал за тряпичной добычей, подсвечивая мягким светом от радости. (Если бы его сейчас видела наша героиня, он напомнил бы ей известную лампу студии «Пиксар») Звери начали расходиться и укладываться на землю, просто наблюдая.
«Есть контакт», – подумал гном, он всегда умел договариваться. В ход пошли сапоги. Кинуть еще дальше и чуть отступить назад. Таким нехитрым способом Фредерик оказался в исподнем, но достаточно далеко от тварей и все еще с секирой. А затем побежал, но не в лес, а к видневшимся горам. Он же гном, горы его дом родной. Там больше шансов выжить, да и магия при нем. Умение делать проходы в породе и искать воду сейчас ему пригодится. Хорошо, несколько питательных ягод, которые утоляли голод на пару суток, были припрятаны во внутренних карманах белья. В привычку у гномов входило ценные вещи носить ближе к телу, вот и пригодились заветы предков.
Путь под бегущими ногами стелился обманчиво приветливым моховым ковром, он пластично прогибался от каждого шага, но вот-вот готов был прорваться, утянув в разъедавшую жижу, сомкнув как ни в чем не бывало над головой жертвы свои бархатные объятия. Вдох-выдох – гном бежал к цели, неся на плече тормозивший его груз. В затхлом, не продуваемым ветрами воздухе было тяжело дышать. Фредерик никогда не был спортивным, возможно, Боги были на его стороне – он добрался. Тяжело привалившись к камням и наконец кинув секиру, из последних сил начал при помощи магии образовывать проход в горную породу, там и отдохнет, забаррикадировавшись.
Глава 2
«Цок, цок, цок…»
«Опять… Маруся, сколько можно? Такая мелкая киса, а так топочет, как стадо мамонтов. Дождется, обрежу когти. Сейчас еще запрыгнет и будет усами щекотать. Стоп. Какая кошка? Я уже дома два месяца не живу», – в еще не проснувшемся сознании вяло ворочались мысли. В сердце девушки кольнуло чувство стыда. Ее мучала совесть, ведь в глубине души она понимала, что поступила подло по отношению к родителям.
«Хотя после восемнадцати, а тем более двадцати пяти, пора строить собственную жизнь, совершать свои ошибки», – успокаивала она себя. «Нет. Она не будет никогда столько рожать, как собственные родители. Спасибо. Проходили…» Конечно, она мечтала тоже о большой дружной семье и обожала своих младших. Но искренне считала, что на пятом можно было и остановиться. Восемь детей, вдали от цивилизации, в большом, нуждающемся в постоянной починке доме, нехватка средств на личную одежду и игрушки, комнаты на троих и вечное «должна» – были кошмаром ее детства. Нет. Она не осуждала своих родителей, у каждого свой выбор, но тогда почему ее лишали собственного мнения? Она хотела вырваться и снять с себя груз ответственности за младших братьев и сестер. Постоянно в напряжении. Нельзя портить вещи, потом они еще пригодятся, смотреть за младшими, учить, играть, стирать пеленки, помогать по хозяйству – круговорот обязанностей.
Предаваясь самокопанию, Мира наконец открыла глаза. Темно и влажно. Ей показалось, что она в остывающей деревенской парилке, но характерного запаха древесины не было, скорее подвальная сырость. Очень твердая лежанка, немного затекла спина, но в целом очень хорошо себя чувствовала. Испуга не было.
– Почему такая темень? Ау… Есть кто-нибудь?
– Она же смотрит прямо на нас, – очень тихо донеслось со стороны.
– Девочка не видит в темноте. «Акирессо».
В лицо живой прилетел прохладный сгусток воздуха. Девушка прозрела.
– А—а—а!
От шока сковало тело. Она всегда, когда пугалась, замирала. И в тот раз, когда, переходя дорогу, замечтавшись, увидела, как на нее вылетело авто, просто замерла столбом, даже не попытавшись отпрыгнуть.
– Я в аду, какая прелесть, – страх ушел, в душе разлилась нега, как после бокала терпкого вина. Это Эрван добавил успокоительной магии в воздушное пространство.
– Милая леди. Меня зовут Эрван, это мои названные братья по духу – Лок и Дар. Там, позади вас, Гарольд, он принес материал, мы смогли смастерить из него вам платье и накидку. Также есть сапожки, довольно малого размера, гномьей работы, мы их потуже затянули, надеюсь, подойдут. Приветствуем вас в нижнем мире. Здесь вас никто не посмеет обидеть. Только одной все же не стоит ходить. Здесь бывают горячие дожди, для вашей нежной кожи крайне опасны. К растениям тоже не стоит подходить. Позвольте узнать ваше имя и откуда вы родом?
–Э—э—э. Меня зовут Мираслава, и я с Земли, из России.
Девушка засмеялась, фраза показалась ей сюрреалистичной. А вылетевшие из ее груди несколько сфер сразу притянуло к нежити, те утробно заурчали.
– Давайте одежду. Но здесь и так жарковато и тяжело дышать.
Дар, в прошлом лекарь, подошел чуть ближе.
– «Сперансо».
Девушка почувствовала прохладный воздух с мятным привкусом, который проник в легкие и обволок кожу. Сразу стало комфортнее. Платье оказалось необычным, состряпанным, право слово, из кусочков совершенно разной по текстуре ткани. Оно походило на длинный сарафан и прихватывалось под грудью. Сапожки и накидка были более привычны, но немного широки. Зеркала не было, при переодевании Мире показалось, что на груди у нее золотистый узор, потерев грудь рукой и всмотревшись внимательнее, уже ничего не увидела.
– Спасибо, я теперь прекрасно себя чувствую. Так я умерла? Чем у вас тут занимаются? Ой, я тоже скелет? – она тут же глянула на свои руки.
Фух… Обычные руки, более бледные только.
– Вы живая.
– Можно на «ты», а то не привычно.
– Ты жива, мы сами не знаем, как ты к нам попала, но создадим максимально комфортные условия. Сейчас практически вся нежить оповещена о твоем нахождении в нижнем мире. Все очень рады и хотят познакомиться. На данный момент во всех уголках нашего мира тебе ищут съестное. Вот. На первое время попробуй, если уже проголодалась. Мы тут немного припасли еды, – Дар переглянулся с Гарольдом.
– Кушай. Потом немного поговорим, мы расскажем про свой мир. И тебя послушаем. Потом, думаю, пройдемся по ближайшим окрестностям, мы максимально освободили их от растений, и никаких катаклизмов не намечается. Ты же захочешь гулять? Надеюсь, у нас тебе понравится. Мы сейчас в «Сонных Пещерах», по ним тоже проведем тебе экскурсию.
Перед Мираславой, прямо на лежанку, положили нечто, напоминавшее фрукты.
«М-да, условия-то похуже деревни», – подумалось девушке.
Предвкушение приключений мелкими пузырьками будоражило кровь, а горечь от тоски по родным и привычной жизни отравой расползалась по венам. Такие противоречивые чувства мешали почувствовать вкус еды. Мира меланхолично пережевывала кишь – фрукт верхнего мира, надолго дававший насыщение. Мысль о возможном возвращении домой, раз она жива и случайно сюда попала, приободрила девушку. Ей подумалось, может, она в коме и видит сны. Рядом стоявшая нежить с умилением наблюдала за поглощением пищи.
Живой поведали азы мироустройства. Когда-то Верхний и Нижний мир были неразрывно связаны. Умирая, живые превращались в нежить, теряя часть памяти и социальных навыков. В зависимости от расы и жизненных устоев Живого, появлялась различная нечисть: животные оставались зверьми, приобретая различные черты, нужные им для выживания. Разумные расы преобразовывались в зомби, личей, призраков и многих других. Находясь в Нижнем мире, старались скорее накопить побольше энергии для перерождения. А энергию можно было взять только от эмоций живущих наверху, они медленно оседали в нижнем мире, когда проходы были открыты. Кто-то более нетерпеливый выходил наверх и пугал живых. Само действо перерождения прекрасно по своей сути. Сначала тело осыпается прахом, который подхватывает магия и превращает в золотую пыльцу. Она кружится в воздухе, создавая замысловатые узоры и освещая унылый пейзаж. А затем стремительно воспаряет вверх, в новый мир, в новую жизнь. В это время в теле женской особи или самочки зверя зарождается жизнь. К высшим живым относятся множество рас, самые распространенные: гномы, эльфы, наги, различных видов оборотни, полукровки маги. Вампиры жили на два мира и исчезли после консервации. К низшим – звери разумные или полуразумные, сейчас наверху вряд ли остались живые животные, за это время все перебрались в нижний мир. Возрожденные уже не помнят о себе ничего, начиная жить с нуля. Конечно, сохраняются таланты или знаки из прошлого, но этот вопрос никто не изучал. А теперь наверху только умирают. Личи не стали скрывать от Миры способ своего питания. Девушка абсолютно не испугалась, сказав: «Когда делишься счастьем, его меньше не становится».
Со светившимися от восторга глазами Мира рассматривала окрестности: все утопало в мягком бархате изумрудного мха. Он расстилался ковром, погребая под собой нижнюю часть гор, абсолютно голые черные деревья были объяты растительностью снизу, практически до середины. Нитями неаккуратно брошенных гирлянд выделялись кое-где чудные грибы, подсвечивая идущим. К ним строго-настрого Мире запретили подходить. Хмурые облака висели невероятно низко, по ощущениям девушки, в районе пятнадцати этажей. А почва была чрезвычайно пружиниста, как водяной матрац. Несмотря на все странности, создавалось впечатление уюта. Мира по дороге отвечала на вопросы Личей и задавала свои, Гарольд с толпой зверушек шли позади. Но и без этого за каждым деревом и холмиком кто-то прятался, искренне считая, что их совсем не видно. Дойдя до твердой поверхности, Мира почувствовала вибрацию.
– Землетрясение?
– Это Сорш! Неужели? Мы думали, он заснул. Только не пугайся, это очень большой, но безобидный змей. Наверное, почувствовал твои высокопитательные эманации. Держись.
Мира все же повалилась на попу, сзади подбежавший Гарольд придержал и смягчил падение. А над ней из-под земли вырос исполин. Белоснежный череп, клыки в рост девушки. Земля быстро скатывалась с белоснежных ребер. Змей замер, а рядом с девушкой, как черт из табакерки, выпрыгнул кончик хвоста, настолько быстро махавший, что получился ветер. «То ли он волнуется, то ли так радуется», – подумалось Мире. Было страшновато, но еще больше весело из-за хвоста. Окрестности вновь осветили маленькие яркие пузырьки, быстро поглощаемые нежитью…