![](/files/books/160/oblozhka-knigi-sweet-gwendoline-si-372391.jpg)
Текст книги "Sweet Gwendoline (СИ)"
Автор книги: Actinid
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 21 страниц)
Забрав поднос с тумбочки, Мастер поставил его между моих разведенных ног, затем, подумав, отодвинул его в сторону, а между ног устроился сам.
– Я покормлю тебя, – многообещающе произнес он, и я сглотнула мигом набежавшую слюну. О, да! Еда!
Тарелки на подносе были накрыты крышками, и мужчина снял одну из них, самую большую. Я увидела нарезанные дольками запеченные овощи, и желудок радостно сжался, предвкушая хорошую трапезу. Взяв пальцами ломтик картошки, мужчина моей мечты поднес его к моим губам.
– Я мог бы макать еду в твой соус, – он многозначительно покосился на мою киску, и я, округлив глаза, замотала головой. Я, конечно, открыта для экспериментов и все такое, но картошку из собственной, простите, вагины есть не буду. Пусть сам так питается, если ему это нравится, а я из соусов предпочитаю кетчуп. Обычный, из помидоров. Мастер хмыкнул и неторопливо поднес еду к моим губам. Я ухватила картошку, пока он не передумал и не засунул, куда не просят, едва не укусив мужчину за пальцы. В последний момент сама себя остановила и чуть разжала зубы. На долю секунды задержав пальцы у меня во рту, Мастер отдернул руку, и взгляд его стал задумчивым. Мне даже показалось, что он к чему-то прислушивается, потому что вид у него был сосредоточенный, но явно не на мне. Между бровей залегла хмурая складочка, как будто то, что он услышал, ему сильно не понравилось. Но, скорее всего, это просто мое воображение. К чему он там может прислушиваться? К урчанию моего желудка?
Наверное, вид у меня был красноречивый, потому что если мужчина и планировал какие-то дальнейшие эксперименты с едой, то решил не воплощать их, а дать мне спокойно поесть.
Сняв крышки с остальных тарелок, на которых оказалось мясо, сыр и фрукты, он просто кормил меня, предлагая то одно, то другое. Я молча жевала, обдумывая, чем накосячила в этот раз. Ведь явно у Мастера какой-то план был. Не зря же привязал меня таким способом. Опять мысли мои подглядел? Я начала тщательно вспоминать кадры из фильма «9 с половиной недель», где герой играет с кусочком льда, потому что втайне всегда мечтала попробовать что-то подобное, но в памяти, как назло, всплыла комедия, где все начиналось со льда, а закончилось жареным беконом на раскаленном животе героини. Как там было? “Маленький шкворчащий животик”? Чуть не подавившись от неожиданной замены сексуального Микки Рурка не менее, кстати, сексуальным Чарли Шином, я решила вообще ни о чем таком не думать, а то подглядит не ту версию, и стану я не сексуальным объектом, а бесплатной сковородкой.
Однако, что не делается, все к лучшему, и очень скоро я поняла, что наелась. Не до такой степени, что ни шевелиться, ни дышать, но голод утолила. Отвернувшись от очередного предложенного кусочка, я облизнула губы, предлагая перейти к напиткам. Знаю, что еду запивать вредно, но не ждать же еще полчаса. Мастер вернул крышки на место и убрал поднос с глаз долой. Все то время, что кормил меня, он старательно избегал смотреть мне в глаза, косился то на губы, то на обнаженную грудь, на которой, к слову, появилось пятнышко соуса. Хорошо хоть кровать не заляпали, а то вообще неловко бы было, а на меня можно было и слюнявчик повязать. От этой мысли настроение на продолжение эротических игр увяло окончательно. Мастер, обернувшись ко мне, покачал головой, но губы его кривились в усмешке, а в глазах плясали веселые искорки. Не повезло ему со мной. Дура дурой оказалась, думаю не о том, о чем стоило бы в этой ситуации.
Взяв с тумбочки стакан с напитком, мужчина сунул мне в зубы трубочку.
– Все не пей, – предупредил он, – а то будешь булькать, пока я буду тебя трахать.
На этот раз я все же подавилась. Напиток чудом не полился из носа. Если бы такое случилось, я бы совершенно точно отправилась домой, надеясь, что Мастер забудет меня, как свой кошмарный сон, и не будет вспоминать, как самую ужасную клиентку за всю историю его практики. Прокашлявшись и отдышавшись, я смело взглянула в глаза тому, кто чудом не стал свидетелем моего позора. Мужчина выглядел чуть обеспокоенным.
Интересно, что ему будет, если со мной случится несчастный случай? Членом там подавлюсь, или секс-машина меня разорвет. Никто ведь не знает, где я. Я даже из дома не выходила. На этот раз Мастер не спешил меня успокаивать. Взгляд его как-то многообещающе потемнел, и на один краткий миг я начала сомневаться, что вообще вернусь домой. В голову полезли мысли о вампирах и инкубах, которым я сгожусь на пропитание. За все, в конце концов, стоит платить, а мы с Олесей как-то стоимость услуг не обговаривали. Я только знаю, что если не понравится, то бесплатно.
Убедившись, что больше я пить не буду, Мастер вернул стакан на тумбочку и вернулся ко мне. Его оценивающий взгляд просканировал меня от глаз до самой промежности, задержавшись там на длительное время. Думает, что делать дальше? Склонив голову набок, как будто ему в ухо попала вода, мужчина скользил взглядом по моей груди, и от одного этого взгляда соски внезапно затвердели, и почему-то захотелось прикрыться. Я сглотнула внезапно образовавшийся комок. Все веселье как рукой сняло, а ведь минуту назад фантазия рисовала, как я буду булькать в такт его движениям, и идеальное невозмутимое лицо Мастера в итоге перекосит. Надеюсь, эта мысль проскочила незамеченной.
Мужчина хмыкнул, и одним плавным движением оказался вплотную ко мне. Его дыхание коснулось моей шеи, и я непроизвольно закинула голову назад, давая ему больший доступ. О да, моя мечта о вампирах навсегда со мной. Скользнув губами по сонной артерии, Мастер чуть прикусил чувствительную кожу, и я едва слышно всхлипнула, выгнувшись ему навстречу. Его рука погладила гладкий лобок, дразнящими движениями едва задевая клитор, и все мысли окончательно выветрились у меня из головы, кроме одной – я снова дико, до умопомрачения, хочу оказаться на его члене. Видимо, эта светлая мысль была настолько яркой, что мужчина пальцами раздвинул увлажнившиеся складочки, и я почувствовала, как на миг прервалось его дыхание. Втянув воздух возле самого моего уха, он плечом прижал меня к изголовью кровати так, что я не могла пошевелиться, в то время как его пальцы погрузились в меня на всю длину, безошибочно найдя внутри тот самый заветный бугорок. Я закрыла глаза, полностью растворившись в ощущениях и сосредоточившись на своем хриплом, судорожном дыхании. Он растягивал меня пальцами, и каждое движение как будто возносило меня на очередную ступень удовольствия, неумолимо приближая к оргазму.
– Мне нравится, как ты сжимаешься и пульсируешь, когда кончаешь, – прошептал он мне в ухо. – Такое можно почувствовать только пальцами. Мне нравится, как ты пахнешь.
Я всхлипнула, потому что он внезапно остановился, и жаркая волна, которая уже покатилась было по телу, замерла в ожидании.
– Мне нравится, как сладко ты стонешь, – он коснулся моих приоткрытых губ поцелуем. – Так нежно, так трепетно. И так приятно сознавать, что ты полностью в моей власти. Даже пошевелиться не сможешь, когда я буду входить в тебя медленно, наслаждаясь каждым сантиметром.
Пока что я наслаждаюсь каждым его словом. И это не звучит пошло, это звучит очень многообещающе, потому что наши желания совпадают до мельчайших деталей.
– Покричи для меня, – прикусив мою нижнюю губу, Мастер продолжил трахать меня пальцами, и уже через мгновение мои стеночки начали судорожно сокращаться, дав ему в мельчайших подробностях прочувствовать мой оргазм. Я и правда закричала, не в силах совладать с эмоциями, чувствами и необыкновенно яркими ощущениями. Кажется, я могла бы кончить от одних только слов.
– Хорошая девочка, – вынув из меня пальцы, блестящие и скользкие от смазки, он одобрительно шлепнул меня по промежности, и по телу прокатилась новая волна удовольствия.
Не дав мне отдышаться после пережитого сокрушительного оргазма, мужчина потянулся ко мне и расстегнул ремешки, сначала на руках, потом на ногах, затем снял браслеты и бросил их на кровать.
– Идем, – легко соскочив на пол, он пошлепал босыми ногами в сторону выхода, и мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Мы вновь оказались в стерильно-белом коридоре, но на этот раз идеальную обстановку нарушала судорожно мигающая лампочка. Она издавала тихий гул, какой обычно был от люминесцентных ламп в школе. Помню, когда посреди урока лампа начинала внезапно мигать, кто-то из моих одноклассников должен был влезть на парту и стукнуть по ней шваброй. Что удивительно, подобный метод перкуссионного ремонта был довольно эффективен и срабатывал каждый раз. Заблудившись вновь в своих мыслях, я не заметила, как мы оказались у намеченной Мастером цели. Распахнув простую белую дверь, мужчина галантно пропустил меня вперед. Я смело шагнула внутрь и споткнулась на пороге, потому что практически в середине небольшой комнаты стояло оно – кошмар всех девушек – гинекологическое кресло.
========== Акт десятый ==========
Моя кожа в одно мгновение покрылась мурашками. Я бы так и застыла на пороге, если бы Мастер не шлепнул меня по попе, придавая ускорение. И все же он дал мне время, чтобы осмотреться. Помещение действительно напоминало кабинет врача. Стены, покрытые белым кафелем, чтобы удобнее было их мыть. Такой же стерильный пол. Окно, наполовину закрытое плотными жалюзи. Интересно, за ним, и правда, светит солнце? Оно действительно выходит на улицу? Ответ на этот вопрос я, видимо, не получу. В углу кабинета расположился стол, простой, деревянный, накрытый стеклом, на котором стояла одинокая лампа. И все же существенное отличие бросалось в глаза. Обычно кресло гинеколога стоит за ширмой, а не в самом центре помещения. Ширма тоже была, она стояла в противоположном от стола углу, возле двери. Рядом с ней я увидела шкафчики с инструментами и тумбочку с стоящим на ней стерилизатором. Я узнала его, потому что в нашем магазине можно было купить такой, только маленький, предназначенный для маникюрных инструментов. На один миг мне показалось, что за ширмой мелькнула чья-то тень, но присмотревшись, я ничего подозрительного не увидела. В этом помещении мы с Мастером были вдвоем.
Пальцы на ногах непроизвольно поджались, и вовсе не от удовольствия на этот раз. Голова в одно мгновение наполнилась воспоминаниями. Как-то раз одна из моих подруг решила отметить день рождения нестандартным способом и пригласила своих гостей на Квест. По сюжету мы разгадывали загадку врача-маньяка, и, судя по набору инструментов, по специальности он был стоматологом. Повсюду были снимки зубов, окровавленная вата, вообще очень много всего кровавого было вокруг, что вызывало устойчивую ассоциацию с миром игры Сайлент Хилл. Но за грязной ширмой мы обнаружили гинекологическое кресло, что немного выбивалось из моих представлений о стоматологах. И, естественно, возник вопрос, какая больная фантазия была у этого маньяка, совместившего такие разные специальности. Квест мы, к слову, так и не прошли. Время вышло, и по сюжету мы все стали жертвами.
Я обернулась, пытаясь поймать взгляд мужчины, которому до этого момента безоговорочно верила. Он действительно хочет, чтобы я добровольно залезла на это кресло? Но при виде обнаженной груди моя фантазия вышла из-под контроля, и перед глазами встал совершенно иной образ. Такой же идеальный рельеф, упругие мускулы, длинная юбка, залитая кровью, острый тесак и огромная пирамида на голове. Между ног мгновенно стало влажно, стоило вспомнить, как я ласкала свой клитор, представляя именно этого персонажа из игры. Обычно жестокий и неумолимый, бездушный монстр, с какой силой и жестокостью он насадил бы меня на свой член.
Губы Мастера растянулись в какой-то нехорошей, предвкушающей усмешке, а пальцы уверенно скользнули между моих влажных складочек, мгновенно сбив мне дыхание.
– Мне нравится ход твоих мыслей, – прошептал он, коснувшись губами моего виска, и, подхватив меня под ягодицы, поднял и понес к креслу. – Сегодня у меня есть возможность как следует изучить твое прекрасное отзывчивое тело. Я оставлю твой ротик свободным, чтобы насладиться каждым оттенком твоего стона.
А мне, определенно, нравятся его методы убеждения. И когда он посадил меня на кресло, незначительно, но все же отличающееся от стандартного «вертолета», я уже не испытывала страха, хоть и убедилась мимолетно, что никакой бормашины здесь нет и в помине, зато есть рельса, по которой, вероятно, это кресло двигается вперед и назад.
По корпусу тянутся провода и гофрированные трубки, предназначение которых я, скорее всего, скоро узнаю.
Не дожидаясь напоминаний, я расположилась на кресле, устроив ноги в специальных подставках. Моя попа немного свесилась над краем сидения, но Мастеру это явно пришлось по душе. Его взгляд потемнел, и, пристегивая мои ноги специальными ремнями, он плотоядно смотрел на мою промежность, ставшую еще более влажной под его взглядом. Руки мне пришлось вытянуть вдоль тела, и их зафиксировали с помощью прочных металлических браслетов, прикрепленных к креслу. Шевелить в итоге я могла только пальцами.
Полюбовавшись результатом, Мастер взял незамеченный мною до этого пульт и нажал кнопку. Подставки для ног бесшумно разъехались в стороны, открывая меня для его цепкого, внимательного взгляда. Очередная манипуляция с пультом, и кресло, тихо загудев, приподнялось и будто бы придвинулось ближе к Мастеру. Посмотрев мне в глаза, он усмехнулся, после чего нажал кнопку, и мои ноги раздвинулись еще шире.
За плотно закрытой дверью отчетливо послышался цокот каблучков. Не прошло и нескольких секунд, как раздался требовательный стук, и, не дождавшись ответа, в кабинет зашла Олеся, неся в руках поднос. Ее рот был закрыт аккуратным шариком-кляпом, блестящим от слюны. Ну и чего она сюда прикопытила? Еще и уставилась прямиком на мою выставленную на всеобщее обозрение промежность. Кажется, я залилась краской вся, от кончиков ушей до кончиков поджатых от смущения пальцев, потому что в ее взгляде было явное одобрение и что-то еще, чему я не могла подобрать определения.
Мастер, кажется, тоже был удивлен таким поворотом. Но, судя по хмурой складочке, прочертившей его лоб, мысли блондинки прочитать так и не смог. Бросив на меня извиняющийся взгляд, мужчина взял Олесю за локоть и отвел в сторонку. Расстегнув на ней кляп, он что-то тихо спросил, и девушка, продолжая держать поднос, так же тихо ответила, посмотрела на меня и мило улыбнулась, едва заметно поведя изящным плечиком, затянутым в алый латекс. Этот костюм удивительно шел блондинке, обтягивая каждую округлость соблазнительного тела, как вторая кожа. Немного помолчав и, кажется, приняв какое-то решение, Мастер вернул кляп на его законное место – закрыл грязный Олесин рот, и вернулся ко мне. Девушка, цокая своими умопомрачительными каблуками, последовала за ним, как привязанная. На ее шее был надет ошейник, от которого тянулась длинная цепочка, и один конец этой цепочки мужчина пристегнул к колечку на моем кресле. Смотрю, у них тут все продумано, только никак не могу понять, зачем нам третья лишняя.
– Олеся будет мне ассистировать, – мягко пояснил Мастер, на корню душа все мои возражения. Я недовольно засопела, но возразить мне, в общем-то, было нечего, да и слова мне не давали.
– Для нее это своего рода испытание, – продолжил мужчина, и, шагнув к Олесе, расстегнул неприметную молнию на комбинезоне, расположенную между длинных стройных ног. Края разошлись в стороны, обнажив гладко выбритую, аккуратную киску.
Испытание? Это, скорее, меня сейчас испытывают на прочность. Больше всего мне хочется, чтобы Олеся укатилась куда подальше, виляя по дороге своей обтянутой латексом круглой задницей, а не вот это вот все. Зачем, спрашивается, мне ее голая промежность? Надеюсь, Мастер не собирается ублажать и ее тоже? Мои взгляды на секс с представительницами слабого пола не успели измениться за это время. Но у мужчины, похоже, были другие планы, потому что мое недовольство было полностью проигнорировано, и мне не осталось ничего иного, кроме как смириться. Если Мастер считает, что присутствие блондинки необходимо, пусть остается.
Олеся, наконец, поставила свой поднос на небольшой столик возле кресла и истуканчиком замерла рядом, ожидая распоряжений.
Мастер в предвкушении потер руки и, сняв со стены халат, облачился в него, перестав вызывать у меня фантазии о Пирамидоголовом и вернув в реальность, где я распята на кресле гинеколога. В довершение образа он закрыл лицо медицинской маской и вернулся ко мне, выглядя немного интригующе, немного угрожающе.
– Итак, – его голос из-за маски прозвучал немного глухо, – Олеся, зажим.
Девушка тут же безошибочно схватила с подноса инструмент, напоминающий ножницы, но на концах у них были плоские кругляши. Выглядела эта штука вполне безобидно, но я вытянула шею, пытаясь рассмотреть, что же творится внизу с моей киской. Оттянув в сторону одну из половых губ, девушка надела на нее зажим, зафиксировав в таком положении, и закрепила его при помощи ремешка, попросту пристегнув к моей ноге.
Взяв с подноса еще один аналогичный инструмент, Олеся проделала такую же манипуляцию с другой увлажнившейся складочкой. Закончив, она отошла в сторону и оттуда любовалась делом рук своих, чуть склонив голову набок.
– Идеально, – произнес Мастер. – Максимальное раскрытие. Ты не представляешь, как много всего я собираюсь проделать с твоей киской. Не стесняйся кричать.
Моя попка инстинктивно сжалась, и это не ускользнуло от внимательного взгляда моего импровизированного доктора. Олеся чуть переступила ногами, глядя на мою распятую зажимами киску. Кажется, кто-то тут возбудился. И я сейчас не только себя имею в виду.
Обойдя кресло и остановившись напротив моей груди, мужчина осторожно обхватил пальцами один сосок. Я прерывисто всхлипнула, поощряя его, потому что по телу вмиг разлилось удовольствие. Грудь у меня сейчас ну ооооочень чувствительная.
– Здесь понадобится дополнительная стимуляция, – тоном заправского доктора вынес приговор Мастер, и Олеся подошла к нему, цепочка при этом натянулась едва ли не до максимума. Кто-то здесь на очень коротком поводке. Интересно, что это за испытание такое? Готовится к чему-то грандиозному? Размотав один из проводов, коих на кресле было великое множество, девушка протянула его Мастеру. На конце провода был небольшой полукруглый колпачок черного цвета, и мужчина, налив внутрь немного лубриканта, надел его на мой сосок. При ближайшем рассмотрении колпачок оказался не цельный, а состоял из двух половинок, и, чуть подкрутив регулятор, Мастер добился, что тот плотно зажал крошечную горошину, венчающую мою грудь. Ощущения были необычные. Лубрикант холодил кожу, медицинский силикон плотно обхватывал сосок, сжимая его, отчего моя киска начала пульсировать, требуя удовлетворения.
Хмыкнув, Мастер при помощи своей ассистентки проделал такую же манипуляцию со вторым моим соском. Выглядело это довольно возбуждающе. От каждого колпачка тянулось по два провода, и явно это было сделано не просто так.
– По этим проводам будет подаваться электрический импульс, – подтвердил мои мысли Мастер. – Сила тока достаточно слабая, чтобы причинить тебе вред в такой близости от сердца, и достаточно сильная, чтобы твои соски непроизвольно сжимались.
Не поняла, меня собираются бить током?
– Если тебе не понравится, мы прекратим, – успокоил меня мужчина, пальцами поглаживая гладкий колпачок и легонько надавливая, отчего по телу, нарастая, бежали все новые и новые волны возбуждения. – Но тебе понравится, поверь мне.
И я поверила. Единственное, что меня смутило, небольшой пульт от этого стимулятора оказался в руках у Олеси, и она, подмигнув мне, нажала на кнопку. Мою грудь тут несильно закололо, соски скрутило в крошечные твердые горошины, ощущения были такие, как будто кто-то с силой их сжал и одновременно потянул. Хорошо настолько, что я протяжно застонала, непроизвольно выгнувшись на кресле. Попа сжалась и пульсировала, настойчиво требуя внимания, а что происходило с киской, не описать словами. Но, подозреваю, Мастер тот еще садист, и вряд ли он прямо сейчас трахнет меня с остервенением и яростью Пирамидоголового, а заставит как следует помучиться, чтобы первый накрывший меня оргазм погрузил меня в пучину наивысшего наслаждения.
Похоже, так оно и будет. Мне не было видно лицо мужчины под Маской, но глаза его прищурились очень уж лукаво. Олеся, не теряя времени даром, снова нажала кнопку, вырвав у меня очередной непроизвольный стон. Я дернула ногами, и кресло отозвалось тихим скрипом, но даже не шелохнулось подо мной.
– Да, чуть не забыл, – мужчина снова обошел кресло, остановившись между моих широко разведенных ног. – Некоторые вещи лучше видеть, чем просто чувствовать. Это зрелище ты никогда не забудешь.
Я не успела удивиться, что он имеет в виду, как на гладком белом потолке зажегся светлый прямоугольник, на который спустя мгновение вывелось изображение моей промежности во всей ее красе. Зажимы крепились на половых губах, широко растягивая их в разные стороны. Розовое нутро блестело от выступившей смазки. Колечко ануса, плотно сжатое, темнело чуть ниже. Мне что, предлагают посмотреть порно с собственным участием? И мне что, действительно это нравится?
Олеся снова послала импульс в мои соски, и на экране отчетливо было видно, как дрогнула моя киска от того, что сократились внутренние мышцы.
О да, мне действительно это нравится. Надеюсь, на память мне подарят копию записи.
– Ну что ж, приступим, – Мастер потянул за цепочку, притягивая Олесю к себе, и та послушно зацокала вокруг кресла. – Начнем с установки расширителя.
Комментарий к Акт десятый
Дорогие читатели, мы теперь параллельно публикуемся на литнете. Нам будет приятна Ваша поддержка на новой платформе https://litnet.com/ru/book/den-svyatogo-valentina-b270915
========== Акт одиннадцатый. Часть 1 ==========
Странно было смотреть на себя со стороны, но от этого не менее волнующе. На большом экране было четко видно, как меня постепенно растягивает металлическое зеркало. Ощущения получились двойственные и какие-то приглушенные. Как будто не со мной все это происходит.
– Вот так, – прозвучал бархатистый голос Мастера. – Дальше уже некуда.
Действительно, фиксаторы расширителя оказались выкручены на максимум, а я не ощущала и капли дискомфорта, какой обычно испытывала на приеме у врача. Неужели моя плоть стала эластичнее? Или эта чудовищная секс-машина со своим гигантским размером так меня растянула?
Пальцы Мастера коснулись клитора, практически невесомо и бережно. Что я говорила об ощущениях? Ерунда. Особенно в совокупности с импульсом, прошедшим сквозь мои соски. Выгнувшись, я протяжно застонала, не в силах отвести взгляд от происходящего на экране. И то, что я все это видела, многократно усиливало возбуждение. Мне, кажется, стала ясна задумка Мастера. Вероятно, он действительно гений в своей области. Но что меня немного смущало – плотоядный взгляд Олеси, не отрывающийся от моей промежности. И снова появилось смутное ощущение, что все это уже со мной происходило, что девушка уже вела себя так по отношению ко мне. Но прокручивая в голове все эпизоды в Сладкой Гвендолин, я не могла припомнить ничего подобного.
Подразнив клитор, пальцы Мастера скользнули внутрь меня.
– Так горячо, – стащив с лица маску, мужчина наклонился и втянул носом воздух в каком-то миллиметре от широко разведенных в стороны складочек, ненадолго перекрыв мне обзор. – И так хорошо пахнет.
Ему удалось в очередной раз меня смутить. Чувственные губы изогнулись в усмешке, от которой по моему позвоночнику прошла дрожь. Что же ты делаешь со мной, Мастер? Какой силой обладаешь, что от одного взгляда я начинаю плавиться? Глаза мужчины, неотрывно глядящего на мой нежный цветочек, потемнели, ноздри дрогнули, и мне послышалось едва различимое, глухое рычание.
– Что же ты делаешь? – пробормотал он, тряхнув головой и будто бы приходя в себя. – Екатеррина.
И было в этом обращении что-то знакомое. Опять. Как будто я раздвоилась, и вторая моя часть знала то, чего не знала я, и помнила то, чего не помнила я. Сложно. Похоже, секс-машина вытрахала из меня мозг, и он начал давать сбои. Но кажется, я каким-то образом влияю на Мастера ничуть не меньше, чем он на меня.
От размышлений меня отвлек стук каблуков. Олеся, до предела натянув поводок, взяла с подноса стеклянную палочку и протянула ее моему экзекутору. На конце палочки был небольшой стеклянный шарик, которым Мастер коснулся клитора. Я ощутила гладкость и прохладу, а также мучительную пустоту там, где давно все должно было быть до краев наполнено. Застонав, я смотрела, не отрываясь, на то, как палочка обводит контуры моих половых губ, скользит по клитору, а затем внутрь, в самую глубину, касаясь чувствительных стенок. Но толщина инструмента составляла не более нескольких миллиметров, и сказать, что этого недостаточно – чудовищное преуменьшение. Олеся тихо переступила с ноги на ногу, вновь привлекая мое внимание, и ее пальцы метнулись к не прикрытой латексом промежности, лаская себя.
О нет, мы так не договаривались. Я не собираюсь смотреть, как эта блондинка будет самоудовлетворяться, глядя на мои мучения. Мастер внезапно помрачнел и с силой дернул девушку за поводок. Вздрогнув всем телом и едва удержав равновесие, она прекратила свое занятие, но мне этого было мало. Хочу, чтобы она убралась.
– Прости, милая, но правила здесь устанавливаю не я, – на лице Мастера отразилась искренняя печаль, и мне даже стало стыдно за собственное негодование. Чего я, действительно. Пусть смотрит. Главное, чтобы руками не трогала.
Мужчина, отложив в сторону стеклянную палочку, потянул за поводок, заставив Олесю подойти вплотную к нему. Перехватив ее руки за запястья, он положил их на одно из креплений кресла так, что девушке пришлось нагнуться, после чего пристегнул ее в такой позе эластичными браслетами, имевшимися на каркасе. Обойдя блондинку, Мастер некоторое время любовался открывшимся ему видом, а затем потянул за “молнию”, обнажая упругую попку. Мне не было видно всех подробностей, но я услышала, как девушка судорожно втянула носом воздух, а ее глаза закатились. Послышался громкий шлепок, и тело Олеси качнулось вперед. Повернув голову, я увидела, как Мастер, мой Мастер, удовлетворенно ухмыляется, занося руку для очередного шлепка.
А про меня он, значит, забыл! Злость оказалась настолько сильной, что я едва не захлебнулась собственным негодованием. И это мне минуту назад было стыдно? Серьезно? Я им не мешаю? Может, мне выйти? Дернув руками, я с разочарованием заметила, что браслеты вовсе не бутафорские, и выбраться без посторонней помощи я не смогу. Внезапно стало как-то неуютно. Я тут обнаженная совсем, распятая на кресле, складочка еще на животе откуда-то, и эти двое, занятые друг другом.
Мастер в очередной раз шлепнул Олесю, и она огласила кабинет продолжительным стоном, таким сладким, что заболели зубы. Я злилась все сильнее, чувствуя себя более чем неловко. По телу разливался жар, и зеркало, вставленное в меня, начало ощущаться слишком уж явно. Взглянув на экран, я заметила, что металлический ободок уже покрыт блестящей смазкой. И что бы это значило? Откуда такая реакция?
– Катя? – Мастер наконец-то вспомнил о моем существовании. Олеся, стояла, закрыв глаза, и на ее лице было такое блаженство, как будто ее только что полностью удовлетворили. Это выбесило меня окончательно. Гады!
– Екатерина? – мужчина склонился ко мне, вглядываясь в мое лицо. – Что происходит?
– А что происходит? – наплевав на запрет, тихим от ярости голосом спросила я и поразилась, насколько отвыкла от этого звука. По коже волнами катились мурашки от того, с какой жаждой Мастер смотрел на мою беззащитную промежность.
– Ты… – его глаза заволокло тьмой, и зрачок начал вытягиваться, превращаясь в узкую вертикальную полоску. Я судорожно выдохнула, рванувшись в путах, но браслеты держали крепко.
Может, он оборотень? И сейчас превратится в здоровенного волка? Ну нет, так мы точно не договаривались.
Мощная мужская грудь задрожала, исторгая протяжный, угрожающий рык, и Олеся, прогнувшись, подалась задом ему навстречу. Ее глаза все еще были закрыты, и, судя по выражению лица, она все еще пребывала где-то посреди океана блаженства, не забывая при этом неосознанно требовать добавки. Среагировав на близость к своему паху круглого и упругого зада, Мастер с силой рванул застежку комбинезона, и прочный по моим представлениям латекс треснул, разлетевшись лоскутками. Я бы тоже зарычала, потому что в злость в душе приобрела какой-то иной оттенок. Это было намного более волнующе, чем смотреть порно. От алого комбинезона остался только верх, низ же частично обернулся вокруг одной из ног блондинки, частично растекся кровавой лужей на полу. И прикованная к своему креслу я никак не могла этого видеть, но какая-то часть меня как будто вышла из тела, охватив всевидящим взглядом сразу все помещение и совсем немного за его пределами. Мне была видна каждая подробность. Ноздрей коснулся сильный запах всеобщего возбуждения, во рту ощущался вкус разгоряченной плоти. Дыхание вырывалось из меня рваными, судорожными толчками, а затылок щекотали встающие дыбом волосы. То, что начало происходить, очень сложно было назвать нормальным, и в голове внезапно всплыло слово “Испытание”. Но к чему оно относится, и что вообще имеется в виду, память подсказывать отказалась.
Потираясь задом о мужчину, которого я по непонятной причине уже начала считать своим, блондинка открыла глаза. В ее взгляде, устремленном на меня, не было ничего человеческого и осознанного, одна лишь голая похоть и, подозреваю, ей сейчас глубоко все равно, где она и с кем, и что у происходящего есть свидетели. Пальцы Мастера по-хозяйски обхватили Олесину грудь, сжимая соски, четко видимые сквозь тонкий латекс, и девушка закричала сквозь кляп, то ли от такого сильного удовольствия, то ли от нетерпения. Я невольно застонала, ощущая внутри нарастающую пульсацию. Но член, освобожденный Мастером из джинсовых оков, предназначался не мне. Властно надавив Олесе на спину так, чтобы она прогнулась еще ниже, мужчина одним сильным движением вошел в нее, и помещение огласилось двойным протяжным стоном, смешанным с рычанием. И для меня это стало последней каплей.
========== Акт одиннадцатый. Часть 2 ==========
Уважаемые читатели, предыдущая часть претерпела некоторые изменения, поэтому во избежание путаницы загляните сначала и туда
Мастер начал ритмично двигаться, с силой вколачиваясь в Олесю. С ее кляпа к полу протянулась длинная нитка слюны, глаза закатились, и если поначалу она еще вскрикивала в такт движениям партнера, то теперь я слышала лишь прерывистые всхлипы. Запрокинув голову, мужчина, кажется, тоже забыл, где он, кто он, полностью занятый процессом продолжения рода. Сквозь пелену охватившей меня злости перед мысленным взором пробежали двое детишек, одинаково блондинистых и кучерявых. Стиснув зубы, я с силой мотнула головой, прогоняя образ, и сквозь мои соски прошел разряд электрического тока, потому что Олеся, забывшись, сжала пульт обеими руками.