Текст книги "Забудь все! (СИ)"
Автор книги: Злата Тур
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 6 страниц)
Забудь все!
Глава 1
К семи я привела себя в порядок под строгим контролем своего персонального коуча и спустилась вниз. И ровно в это же время зашел Олег. Приблизившись, он галантно подставил мне локоть, и я уцепилась за него, как за спасательный круг. Все Улькины наставления вылетели из головы, как пробка из бутылки шампанского, от одной его уверенной улыбки.
До ресторана мы шли пешком – там, действительно, было метров триста.
– Вера, хочу сразу договориться на берегу. Я терпеть не могу манипуляции и сам не страдаю этой фигней. Ты понимаешь, о чем я. Это важно.
– Да. Это из серии выдать первое свидание на высшем уровне, а потом пропасть на три дня, чтоб девушка успела себе надумать всего, чего можно, а потом обрадованно кинулась на шею? Или на следующий же день начать обеспокоенно названивать? – выдала я почерпнутые в интернете приемы пикаперов.
– Именно! – подтвердил Олег. – Если я не звоню или не отвечаю, значит, я на самом деле занят, а не вот это все. И ты, пожалуйста. Не придумывай ничего, чтоб создать иллюзию занятости. Всякие там – не могу, у меня сегодня Спа, договорилась с подружками в кафе и прочее.
Хорошо, что в свете фонарей не видно было, как я неумолимо краснею. Ведь он ткнул в то, что я, собственно, и собираюсь сделать. Вернее, наполовину. Я жутко не люблю врать. И вот сейчас придется дать повод заподозрить меня в том, что мне не свойственно.
– Я с тобой полностью согласна. И не подумай ничего плохого, но сегодня я и, правда, ограничена во времени, – я невольно дернула плечом, будто извиняясь. – Улька меня прибьет, если я не явлюсь в отель в двадцать два ноль – ноль. Мы договаривались сходить в караоке еще до отъезда сюда. Я просто…тяжело переношу перелеты, вот и забыла тебе сказать.
Я снова соврала. Про перелеты. Летела я вообще первый раз. – И кто такая Улька? – с наигранной ревностью спросил Олег.
– Моя подруга, – я открыла было рот, чтоб сказать, что это именно она притащила меня сюда. Но вовремя спохватилась. Разрушать образ самодостаточной девушки, которой по карману и дорогой отель, и бизнес-зал – это значит сейчас поставить крест на отношениях. Неизвестно, как он отнесется к Золушке. На его вопрос: «Чем занимаешься?», я, не вдаваясь в подробности, ответила: «Муниципальный служащий». И вроде не соврала, но и не уточнила, что я не в приемной какого-нибудь министра сижу. Но Олегу было достаточно информации.
За что ему благодарна. Я не стесняюсь своей работы, но никак не желала бы объяснять, как библиотекарь может оказаться в отеле, ночь в котором стоит, как половина моей зарплаты. – Ну, надеюсь, она не будет вставлять палки в колеса и говорить, что встречи с подругой приоритетней личной жизни, – в очередной раз Олег удивил своей проницательностью. И от этой его сверхспособности меня мурашки пробирали. Да чего там! От его голоса, от взгляда, который заставлял учащенно биться сердце, у меня ноги становились ватными. Казалось, помани он сейчас в пучину морскую, и я пошла бы за ним, как завороженная.
Прежний негативный опыт и клятва, данная самой себе – никогда никому не отдавать ключи от сердца – сейчас казалась глупостью. А в голове вспыхивал лозунг, так любимый Улькой: «Живем здесь и сейчас!»
Пусть даже это будут всего несколько дней, наполненных восторгом, я согласна. Хотя никогда в жизни не одобряла курортных романов. Не осуждала, нет. Просто не понимала – как можно спать с мужчиной, если знаешь, что это просто случайная связь. Наверно, на курорте срываются тормоза, потому что сам воздух искрит энергией удовольствия, заставляет радоваться всему.
Вот и Олег встретился мне на пороге другой жизни, куда я заглянула, как Золушка, в платье, которое в полночь превратится в тряпье.
Так я пыталась противостоять мощному магниту под названием влюбленность. Правда, безуспешно. И последняя броня пала уже в ресторане. Кто бы мог подумать, что это мероприятие может разбудить темную сторону меня, о которой даже не подозревала. Что еда может содержать больше эротики, чем даже фактическая интимная близость, не подогретая страстью…
Глава 1.1
Олег выбрал столик за перегородкой, декорированной бамбуковыми ростками и традесканцией, с панорамным окном, позволяющим любоваться морем. Конечно, не стопроцентная изоляция, но достаточно интимно.
– Вера, и еще один вопрос. Я не допускаю, чтоб женщина платила за еду. Это важно. Счета пополам оскорбительны для мужчины. Я глубоко не разбирался в корнях явления. Но уверен, все эти самостоятельные, заявляющие, что не хотят быть ничем обязанными кавалеру за то, что пригласил в кафе, просто боятся увидеть в его глазах ужас при виде счета. А мужского присутствия в жизни хочется. То есть что-то типа того – я не доставлю тебе никаких хлопот, ем не больше ячменного зернышка, только будь со мной.
Я невольно залюбовалась им. Говорит спокойно, уверенно. От одного голоса в душе начинают вибрировать какие-то доселе нетронутые струны. А уж содержание речи! Полное попадание в мое мировоззрение.
– Жестко. – я покачала головой. – Но я тоже так считаю. Чтобы не разочароваться в мужчине, не лишать его ореола рыцарства, женщины и платят за себя. Боятся, что он не сможет проявить заботу так, как ей хотелось бы. А так она сама организует заботу о себе. Получается, что она не такая уж независимая. Просто не доверяет мужчине и не хочет разочарования. Да? – Именно! – дав понять, что больше не будет мусолить эту тему, Олег перешел к насущному. – Ты какое вино любишь? Красное или белое?
– Я больше красное люблю.
– Ну что ж. Тоже подходит, – он загадочно посмотрел на меня и сделал заказ подошедшему официанту:
– Божоле вилляж. – А к чему подходит? – снова выбиваясь из образа успешной леди, не удержалась я от вопроса.
– К искушению, – ответил он спокойно, но я уловила провокационную нотку. И продолжил:
– А вообще чертовски приятно, когда девушка с тобой на одной волне, – заинтересованность в глазах Олега буквально слепила меня. – Теперь по меню. Только не говори, что хочешь что-то вроде карпаччо из цукини с пыльцой от крылышек эльфов.
Я фыркнула, сдерживая смех.
– Нет, я люблю и рыбу, и мясо. И сладкое, – плавясь от счастья, заявила я.
– Матерь Божья! Вот это везение! – Олег улыбнулся одними уголками губ. Но тут же его настрой сменился, голос приобрел властные нотки. – Но сегодня мы отойдем от классики. Ты же заметила, что мы в рыбном ресторане?! Я кивнула.
– Ты как относишься к устрицам? – спросил он, пристально глядя мне в глаза.
Ну вот он. Момент истины. Откровенно врать не люблю и не могу. А устрицы – это лакмусовая бумажка. Гастрономический код богатеев. Я знаю, что если никогда не пробовал этот деликатес, то обязательно себя выдашь. Без привычки съесть живое существо вряд ли сможешь. Но сейчас, когда Улька обрядила меня в дорогое платье и создала образ ни в чем не нуждающейся особы, мне было жутко неловко не соответствовать имиджу и заявить, что я к этим бедолагам без мозга никак не отношусь, потому что незнакома. А выхода не было. И я честно призналась: – Никак. Я их не пробовала.
Спасибо, сгореть со стыда мне не пришлось. Принесли вино. Очень кстати.
– Значит, пора начать! Хороший тост! – сделав вид, что мое откровение его ни на грамм не удивило, произнес он.
Наши бокалы зазвенели, предвещая что-то необычное. Я сделала пару нервных глотков и отставила свой.
А Олег воспользовался паузой. Он накрыл своей ладонью мою руку. Его большой палец проник под мою ладонь, и я почувствовала легкое, но безумно будоражащее поглаживание. Меня словно прошибло током, горячий импульс пробежал по телу. Или это уже вино подогрело мои и без того напряженные нервы? Едва не вздрогнула. Шумно сглотнула, боясь, что Олег заметил мою реакцию. Заметил. Еще как. Едва заметно усмехнулся и довершил эффект словами, от которых под ложечкой стало тревожно пусто, будто бабочки пощекотали крыльями.
Глава 1.2
– Тогда буду первым, кто тебя познакомит. Это очень возбуждает! – прозвучало очень двусмысленно. А учитывая безотрывный зрительный контакт, то и вовсе соблазняюще. Разум в панике забился куда-то в угол, предоставив чувствам право управлять событиями.
– Я не уверена, что хочу есть то, что еще живо, – я неуверенно промямлила, надеясь, что удастся отвертеться от неприятной дегустации.
– А если устрица будет неживой, то ее есть нельзя. Первый раз многие вещи пугают. Нужно их распробовать. Довериться тому, кто знает, как нужно, – голос его звучал негромко, но очень убедительно, не допуская возражений. И не подчиниться ему было невозможно: я ни за что не хотела бы разочаровать мужчину, на которого сделали стойку даже мои принципы.
– Не переживай. – продолжил он. – Мы сначала закажем что-то попроще. А потом перейдем к экспериментам. Рекомендую запеченные гребешки, мидии в сливочном соусе и салат из хрустящих баклажанов. А потом устрицы.
Я облегченно выдохнула. Мой позор откладывался. – Мидии, надеюсь, не живые? – нервно хихикнула я.
– Нет, они тоже запеченные.
С салатом и гребешками я расправилась быстро, очень есть хотелось. И да, совсем не как нимфа, которая капелькой нектара или салатным листиком насыщается. Потом я снова зависла. Официант поставил слева от меня пустую керамическую миску, в которой лежали… перчатки. Такие, которые идут в наборе краски для волос – свою соседку не раз «молодила». Мозг в панике заметался. Что с этим делать?!
Ответ оказался прост. Надеваешь перчатки и берешь руками мидию, раскрываешь и закидываешь в рот. А пустую створку – в ту миску, в которой лежали перчатки. На мое счастье, Олегу миску с мидиями принесли на полминуты раньше, чем мне, так что хлопать глазами и спрашивать, что с этим делать не пришлось. Но расслабляться был рано. Едва мы расправились с мидиями, принесли устриц. На колотом льду, с долькой лимона и крошечной мисочкой с соусом. Я нервно сглотнула, заранее прося у этих несчастных прощения. Однако скоро тот факт, что их придется съесть живьем, отошел на второй план.
– Вилочкой отделяем устрицу от раковины, – начал мой экскурс в мир гастрономических изысков Олег. – Можно съесть двумя способами. Подцепить на вилку или употребить непосредственно из раковины. По этикету, конечно, предпочтительней второй. Сделай глоток вина и доверься мне.
Олег ловко поддел вилочкой скользкую субстанцию, выдавил буквально одну каплю лимона и поднес раковину к моему рту. Я инстинктивно отшатнулась. А он негромко рассмеялся.
– Мне нравится твоя реакция. Но мы с этим справимся.
Он макнул палец в жидкость, окружающую устрицу и провел им по моей нижней губе, присоединил большой, сминая ее и размазывая устричный сок. Затем продвинулся в рот, поглаживая язык.
– Вот видишь?! Вкусно же?! Я замерла. Да, я почувствовала солоноватый и совсем непротивный вкус. Но то, что он проделал с моим ртом, было за гранью. Я едва удержалась, чтобы не обхватить его палец губами. Мне хотелось, чтоб он продолжил. И это неизведанное, острое желание было для меня новым. И оттого будоражащим. Дыхание вдруг стало тяжелым. И я невольно сдвинула ноги, потому что почувствовала, как в низу живота томительно заныло.
А Олег делал вид, что ничего не заметил.
– А сейчас всасывай. Не спеши глотать. Подержи во рту. Ты должна распробовать, почувствовать нежную, бархатистую структуру, насладиться мягким, сливочным вкусом. Давай на раз-два-три.
Я послушно втянула в себя устрицу. Вкус можно было перетерпеть. Но скользкую, медузью субстанцию тут же хотелось выплюнуть, чтоб не случилось чего хуже.
Но Олег не дал этого сделать.
– Глубоко вдохни носом. А теперь глотай! – приказал он.
Я подчинилась и с облегчением выдохнула. Мне казалось, что кровь прилила к вискам и билась там в истерике.
– Ты должна научиться преодолевать рвотный рефлекс, – одобряюще погладил он меня по руке. – Все большие девочки должны уметь глотать. Это важно для мужчины. Запивай вином!
– Что?! – с округлившимися от пережитых эмоций глазами едва выдавила я из себя. Мне показалось или он сейчас намекнул на то, чего он ждет в дальнейшем? А у меня даже волоски поднялись на руках, настолько меня все это выбивало из реальности.
– Молодец, говорю, – он как-то хищно улыбнулся, а мне было не до смеха. Что со мной? Если бы за устрицей последовал поцелуй, я бы не отстранилась, а наоборот, еще бы и прижалась к нему, напрашиваясь, как кошка, на ласки. Краска стыда залила щеки. И хотя полумрак немного скрывал мою реакцию, легче от этого не становилось. А Олег вел себя как ни в чем не бывало. Я поспешно сделала несколько глотков из бокала и выдохнула. Сердце колотилось от новых ощущений.
Глава 1.3
Со второй устрицей я справилась самостоятельно – под внимательным и провоцирующим взглядом Олега и сразу же запивая вином.
– Можно я третью не буду? – жалобно спросила я и прикусила губу, чтоб удержать эмоции под контролем.
– Нельзя. Навык нужно закрепить. Я и так выбрал S.
– Что значит S? – опять я продемонстрировала свою неосведомленность, но теперь я должна была узнать о них все.
– Это значит стандарт. Бывают M medium, L large, J jumbo и SJ SuperJumbo – это деление по размерам от макушки до широкого края. – Олег объяснил спокойно, чуть снисходительно. Как взрослый. – Давай. Ты справишься. Это важно.
И только я поднесла к губам раковину, собираясь совершить акт уничтожения неприятеля, как Олег опять вернул в наше общение эротическую провокацию.
– Мне нравится смотреть, как ты это делаешь.
– Что делаю?!
– Ешь устрицу.
Я едва не поперхнулась, снова почувствовав себя падшей женщиной, потому что первый опыт поглощения деликатесного моллюска до сих пор отзывается сердцебиением. Но отказаться было выше моих сил. Я снова послушно втянула в рот скользкую мерзкую субстанцию, едва не вызывающую слезы на глазах. Повинуясь указанию, пару раз куснула и проглотила под обжигающим взглядом Олега. Кажется, и его это все заводило.
Я выдохнула, отложила раковину на блюдо и вытерла пальцы салфеткой.
– Ну что, теперь десерт?! – слегка охрипшим голосом спросил он.
– А ты опять будешь смотреть, как я ем? – едва скрывая нервозность, отшутилась я.
– Могу не смотреть. Хочешь, покормлю с ложечки? – откровенно провоцировал Олег.
Я понимаю, что наблюдению за тем, как женщина облизывает ложку, тоже можно придать эротический контекст, но я была не готова продолжать. На сегодня хватит. Мне нужно переварить это все. Хотя чего тут переваривать. Если еще по дороге из аэропорта я думала, что на этом наши пути разойдутся, то теперь уверена, что Олег доведет дело до логического завершения. То есть до постели. А там. Как сказала Улька: «Не случится роман, значит, получишь опыт».
В теории я с ней была согласна, на практике – никогда не позволяла себе одноразовых отношений. Как только понимала, что мужчина нацелен чисто на секс, сразу же уходила в тень. Но если честно, то и попыток таких было по пальцам пересчитать. Ведь не зря меня Борис называет Снежной королевой. Хоть и в шутку. Но мы с ним друзья, с ним легко. Можно болтать о чем угодно и не бояться, что скажу что-то не то.
С Олегом все по-другому. Он будоражит меня. Заставляет краснеть, теряться, сердце рядом с ним начинает сбоить. Одного его касания хватает, чтоб по телу острые импульсы возбуждения бежали марафон. – Давай десерт на другой раз отложим? – без задней мысли предложила я и почувствовала, как внутри все перевернулось от страха. Получилось, что я рассчитываю на второе свидание и сама на него напрашиваюсь. Божечки! Что я творю?!
Но Олег невозмутимо посмотрел на меня.
– Хорошо. Другой раз так другой раз. Да, у тебя ж сегодня еще одно мероприятие? – вспомнил он.
Божечки! У меня напрочь из головы вылетело, что клятвенно обещала Ульке вернуться в отель к двадцати двум. Но Олег, оказывается, все держал под контролем.
– Чуть не забыла. Спасибо, что не допустил падения моего морального облика из-за несдержанного обещания, – неловко отшутилась я. Хотя моральный облик уже знатно зашатался. Сдержанным жестом, без намека на высокомерие или фамильярность, Олег подозвал официанта, расплатился картой и оставил в папочке для счета чаевые.
Глава 2
Мы вышли на улицу. Прошлись вдоль моря до отеля. Меня потряхивало и от свежего воздуха, и от пережитых эмоций, и от страха, что он начнет расспрашивать о работе, хобби, и я признаюсь, кто я есть на самом деле. А он развернется и уйдет. Или нет. Как джентльмен, проведет меня и сотрет мой номер телефона за ненадобностью. К счастью, дорога была недолгой, и Олег предпочел разговор о море, о том, что он любит арендовывать яхту и на несколько дней уходить от суеты.
Я слушала его и опасалась, что в какой-то момент у меня просто отвиснет челюсть от неконтролируемого восхищения своим спутником. Каждое его слово, каждое движение наполнено достоинством и вместе с этим – естественностью.
И в нарушение всех Улькиных заповедей, мы поцеловались. Вернее, меня никто и не спрашивал.
Олег довел меня почти до дверей отеля, но не под самый козырек, а в соблазняющую полутьму. Мало заботясь, что нас могут увидеть, притянул меня к себе и властно, по-хозяйски поцеловал. Недолго, каких-то несколько секунд, но я готова была умереть от блаженства, заполнившего каждую клеточку моего тела. В глубине живота все скрутило от сладостного, на грани с болью, спазма. Я даже не успела ответить на поцелуй, как Олег отстранился, посмотрел на меня, любуясь достигнутым эффектом и снова поцеловал. Теперь коротко, целомудренно.
– Хорошо отдохнуть. Я завтра позвоню, – придерживая меня под локоть, подвел к стеклянным дверям, которые разъехалась в стороны, будто от заклинания «Сим-сим, откройся!» Вино, выпитое в ресторане, эмоции, размотавшие меня в лохмотья кружили голову. Я даже не заметила, как оказалась перед дверью нашего номера. И удивительно, что не заблудилась и не стала ломиться в какой-нибудь чужой номер. Ноги, в отличие от головы, дорогу запомнили.
– Ну и как? – докрашивая глаз перед роскошным зеркалом, спросила Улька. – Так не бывает, – я обессиленно плюхнулась на пуфик в прихожей и прислонилась к стене, блаженно закрыв глаза. – Он нереальный. Как в сказке. Улька хмыкнула. – Сказки разные бывают. И персонажи разные. Кащей Бессмертный, Иванушка Дурачок… – Нет. Он как маг из фентези. Такой красивый– красивый и знает, что делает.
– Так, может, он, как в сказке, тебе и зелья любовного подлил? Или это с голодухи тебя так пробрало? А я говорила, что воздержание вредно для здоровья! Вот ты и бросилась на первого встречного, как собака на кость. Он хоть не тащил тебя в туалет, чтоб заняться непотребством?!
Но меня ее слова не задевали от слова «совсем». Хотя на последний вопрос у меня ответа однозначного не было. Не ручаюсь, что если бы он мне на ушко сказал: «Пойдем в укромное местечко?!», я бы отказалась. Даже сейчас меня переполняли отголоски желания.
Раньше от подруги у меня не было секретов. Но сейчас я не готова рассказать о том, что произошло. Вернее, произошло именно в моей голове, так как по факту, ничего не случилось.
– Твоя система дала сбой! Знаешь, что он сказал? Что терпеть не может манипуляции и сам этой фигней не страдает. И у нас во всем мысли сходятся. У меня такое ощущение, будто мы знакомы сто лет. Вернее, наши души знакомы. А тела только-только встретились.
Я замолчала, мечтательно смакуя все подробности нашего чудесного свидания. А потом не утерпела и все-таки выдала:
– Он т-а-ак целуется! У меня до сих пор каждая клеточка вибрирует! – я удержалась от того, чтоб признаться, что, кроме поцелуя, получила другой опыт, рядом с которым поцелуй, даже глубокий, с языком – это как детсадовские игры в песочнице.
– О май гад! – Улька картинно шлепнула себя по лбу. – Девушка, как чекист, должна иметь горячее сердце и холодную голову!
Действительно, гад. Май или не май. Что бы она сказала, если бы узнала, что Олег творил с моим ртом? От этих мыслей мне стало жарко, и я пошла за бутылкой воды, стоявшей на столе. Сделав несколько глотков, выдохнула. Способность рассуждать осторожно вернулась, опасаясь, что я снова скачусь «в прелесть». – Дзержинский еще и про чистые руки говорил. А в твоей теории явно не про чистые руки, – поправила я подругу. – Некрасиво манипулировать человеком.
– Это другое. Еще один факт из военного дела. Девушка, как сапер, не имеет права на ошибку. Поэтому, моя дорогая, все средства хороши в борьбе за свое счастье. И потом. Ты уверена, что у него самого руки чистые и самые добрые намерения?! Что он не играет тобой?! Вы знакомы меньше суток, а ты уже детям имена выбираешь! Включи голову!
– Улька! – простонала я. – Не порть праздник! Человека сразу же видно! Он умный, воспитанный, не позволяет себе лишнего.
Последний аргумент я выдала на автопилоте и сразу начала краснеть, как школьница.
– Так-так…, – подозрительно прищурившись, протянула Улька. – И что ты ему позволила?
– Ничего лишнего. Я ж тебе сказала. Он меня поцеловал, – снова смущенно повторила я. Но подруга слишком хорошо меня знала.
– И все?! – прокурорским тоном спросила она.
– Ладошку погладил. – Совладав с волнением, я решила стоять насмерть, но больше ни в чем не признаваться. – Не позволяет лишнего. Ага-ага. А завтра он тебя в койку потащит. Ты хоть помнишь правило трех свиданий?! И все они должны быть в людных местах!
– Помню. Помню. Только скажи честно. Ты что, никогда не нарушала эти правила? – в моей голове крутилась неотвязная мысль – я очень хочу продолжения. И готова нарушить все моральные запреты. Снова в груди закрутился сладостный водоворот, нагло стремящийся сорваться вниз, обжигая мою женскую суть и вызывая желание. Это какое-то наваждение. И я ничего не могла поделать с этим. Моя трезвая и холодная голова, мой выработанный скептицизм и подозрительность просто отошли в сторонку, чтоб не отсвечивать.
–Я? – Улька картинно вздернула брови. – Я –то нарушала. Но! Скажи, мне пожалуйста. Ты сможешь воткнуть ручку в глаз мужику, если он окажется не тем, кем прикидывается? Или хотя бы вилку в бедро? А костяшками пальцев в кадык?
Она испытывающе посмотрела на меня. Потом поджала уголок губы, кивнула и назидательным тоном произнесла:
