Текст книги "Серая Чума (СИ)"

Автор книги: Жорж Кригг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 7 страниц)

Глава 2. Их лапы и их когти. Часть 1.

Капитан Владимир Селин.

4 июля. Раннее утро.

Включив проблесковые маячки полицейская «Гарнта» неслась на вызов. Сидевшие в машине капитан Селин и сержанты Ложкарев и Куренов не покидали службы ещё с предыдущего дежурства. Москва будто вся сошла с ума, половина вызовов уже остаётся без внимания. Единственным спасением для полицейских стали энергетики, которых они выпили уже по нескольку банок.

– Напомни Вов, куда едем? – спросил Ложкарев.

– На Смольной звонки о каком-то переполохе в жилом доме.

– Охрененно, ставлю рубль что опять у кого-то кукуха поехала.

Свернув с Пребрежного они оказались на Смольной. И у нужного дома. Выскочив они вбежали внутрь, где их встретил перепуганный старичок.

– Там, на третьем. – судорожно произнёс он.

Полицейские рванули на верх. Они рассчитывали что это жилой дом, однако это оказалось какое-то административное здание, или институт. На подходе к третьему этажу они немного затормозили. Странный запах не давал им нормально дышать.

– Фу бляха, что за вонь?

Достав из кобуры ПМ Селин направился вверх преодолев последние ступеньки. В длинном коридоре царила темнота и тишина. Всё вроде бы нормально, но эта вонь…и открытая дверь в самом конце коридора из которой бил свет. Ложкарев по примеру капитана приготовил свой АКС-74У и последовал за ним. Странная дверь была все ближе и ближе, нервы натягивались все сильнее и сильнее, а вонь уже била по мозгам. И замерев возле двери капитан указал остальным на дверь и ворвался внутрь. Следующее, что он увидел заставило его блевануть там же на месте.

На полу лежало два расчлененных тела, животы были вспороты, а внутренности выедены, головы были раздавлены, как яичная скорлупа. Ложкарев обойдя капитана оказался менее впечатлительным и нашёл в себе силы рассмотреть трупы. Не смотря на то, как их изуродовали, все таки получилось определить, что это были девушки. Выглядели они так, будто их рубили шашкой. Остальные части тела были надкусаны, при чем следы от зубов были необычайно крупными. Как будто длинна клыков была не менее семи-восьми сантиметров. Обойдя остатки тел полицейский обнаружил следы. Они напоминали человеческие ладони, но длинна пальцев была раза в три длиннее чем у взрослого человека. Следы вели с разбитому окну, которое в свою очередь выходило во внутренний двор, где велась какая то стройка. Пока третий полицейский оставался на этаже, Селин с Ложкаревым направились вниз. Вся стройка была усыпана песком и мягкой землёй, это создало прекрасную контрольно-следовую полосу. По следам полицейские последовали вплоть до открытого люка в канализацию.

– Я туда не полезу. – на перед сказал Ложкарев.

– Да и я не стану. Вызови экспертов.

Сержант направился обратно к машине, а капитан остался на заднем дворе. Достав фонарик, он включил его и посветил вниз. Как только луч света ударил в темноту, из неё раздался дикий вопль, и звуки, будто кто-то убегает по лужам. Селин так и не успел разглядеть кто, или что это было, но вонь из люка шла такая же как и на этаже с трупами.

Ваня Демидов

4 июля, утро.

На следующее утро Ваня встал привычно рано. Нужно было прибраться и начать готовить завтрак для себя и отца. Кстати из его комнаты издавался звук работающего телевизора. Ваня решил зайти и выключить его, чтобы не накручивал электричество. Стоило Ване открыть дверь как он закашлялся от резкого и мерзкого запаха чего-то тухнущего….нет гниющего. Зажав нос платком он зашёл в комнату и подошёл к креслу отца. Пространство вокруг кресла было покрыто рвотными массами, как и футболка, которую он даже не снял. Затем мальчик взглянул и на самого отца, тот был бледно мертвецки синий, из носа текли сопли, рот был покрыт слюнями и остатками непереваренной пищи вырвавшейся с рвотой. На руке, в районе вчерашней раны кожа была просто синей и от самой раны в стороны расходились ярко выраженные вены. Однако в комнате стоял громкий храп, значит он был жив. Мальчик аккуратно, выбрав наиболее чистый участок растолкал отца:

– Пап, все в порядке? – спросил Ваня.

Спящая туша вздрогнула, издав раздраженный скулеж. Голова повернулась к мальчику. Ваня посмотрел отцу в глаза. Это были не его глаза. Они были потемневшие, зрачки огромные. Хапнув несколько глотков воздуха отец выдавил из себя:

– Ваня. Какого хрена? Охх…как мне хреново. И жрать хочу. Иди готовь и побольше.

Ваня выйдя из комнаты подошёл к окну и открыл его вдыхая свежий воздух. На улице было уже светло и лампу включать уже не надо было. Вспомнив об указании отца мальчик направился к холодильнику и достал оттуда пачку котлет. Из комнаты отца вновь послышались звуки телевизора.

Приготовив партию котлет мальчик переложил их в большую тарелку и понёс в комнату.

– Да что ты так долго! – рявкнул отец выхватив у него из рук тарелку и принявшись поглощать еду.

Практически не пережёвывая он глотал не малые на вид котлеты и когда обнаружил, что в тарелке больше ничего не осталось погнал сына готовить ещё одну партию.

После третьего захода на тарелку Пётр наконец успокоился и продолжил просмотр телека. А Ваня отправился мыть гору посуды оставленную после утреннего жора.

– Что за бред, он никогда так много не ел, и выглядит не здоровым. – крутилось в голове у мальчика.

С перерывами так прошёл весь этот день. В готовке жрачки для отца, который стал похож на бездонную пропасть для еды.

Николай Романов

4 июля, день.

Вернувшись от оружейника Николай весь вечер провел изучая новости о происшествиях по миру и как это связанно с «дэшкой». Очень поздним вечером в месенджере, в общей группе смены пришло сообщение от начальника, который в телефоне числится как «Аквариум». Такое прозвище он получил из за характерной формы живота. В сообщении было сказано следующее:

– Из за введения в Москве и области комендантского часа и полного прекращения авиасообщений с завтрашнего дня аэропорт не работает. Всем сотрудникам оставаться дома и следовать инструкциям местных властей.

Далее шёл список сотрудников которые должны были явиться на работу для поддержания техники в рабочем состоянии.

Эта новость обрадовала Николая, в силу недавних событий он никак не хотел идти на работу и почувствовав себя окончательно уставшим лёг спать.

Утро встретило его в начале десятого. А ведь стоило всего лишь выключить будильник. Встав парень направился к окну, чтобы впустить солнечный свет в комнату. Отдернув шторы перед ним предстало шокирующее зрелище. Стоящая на соседней улице многоэтажка была охвачена дымом, дым валил сразу из нескольких окон разных и казалось что с разных этажей. Пожарные старались попасть струями воды в окна из которых валил дым, некоторые люди, отрезанные огнём и дымом от выхода прыгали с балконов на растянутые спасателями сети. В цель попадали далеко не все. В непрекращающихся клубах дыма Николай разглядел балкон своего коллеги, который также как и он, сегодня не вышел на работу. К балкону уже подтягивалась пожарная лестница, и мужчина в огнеупорном обмундировании. В дыму Николай разглядел как какое-то тело выбирается с балкона и увидев спасателя буквально прыгнул на него. Начилась возня. Николай увидел как этот человек начал избивать пожарника и пытался вцепиться в него зубами. Пожарная лестница расшаталась и не удержав равновесие оба человека рухнули с высоты. Выжить при таком падении можно было лишь чудом. Но чудес как известно не бывает. Понаблюдав за ужасом в горящей многоэтажке Коля быстро оделся, схватил копилку и достал из неё примерно триста тысяч рублей. Деньги которые он откладывал на отпуск, который теперь неизвестно когда наступит, и наступит ли... Выскочив во двор он сел в свой Джип и сорвался на трассу. Его целью был один знакомый крупный военторг. Выкатив на МКАД, а затем на Лихачевский он рванул в сторону Долгопрудного. Все чаще на дорогах появлялись кареты скорой помощи и полицейские машины, ОМОНовские Камазы и ПАЗики, даже старые, ржавые бобики конца девяностых-начала нулевых снова поставили в строй. Вот и показался тот самый военторг занявший здание старого склада.

Войдя в помещение Николаю пришлось встать в небольшую, но все таки очередь, а тут очередей никогда не бывало. Ещё его удивило как сильно взлетели цены. Торгаши всегда чувствую на что будет спрос в скором будущем. Дождавшись своего череда парень начал озвучивать заказ стоящему на кассе бородачу.

– Мне десять суточных сухпайков, набор батареек, а лучше два. Фонари на солнечных батареях, три штуки, два маскхалата, две пары берец, сорок третьего и тридцать восьмого размеров, ранец походный на восемьдесят литров, таблетки для обеззараживания воды, пачек десять, и два бронежилета, первого и третьего размеров.

– Извини, броник только один остался, но третьего размера. – сказал продавец.

– Давай, а плиты есть ещё?

– Есть, но по размеру только передняя, задние первого и второго только остались. Все разобрали.

– Хорошо, давай спину второго размера, а я придумаю что ни будь.

– С Вас двести восемьдесят девять тысяч, пятьсот рублей.

– Ничего себе вы хапаете.

– А ты как хотел? Сейчас наши товары на вес золота.

Спорить парень не стал, он прекрасно понимал, что он не один чувствует надвигающейся пипец и многие, также как и он запасаются всем чем только можно, лишь бы быть готовыми, к тому, что будет.

Николай отсчитал пятитысячные купюры и менее крупные.

– Спасибо что наличкой.

Промолчав Николай начал складывать покупки в здоровенную клетчатую сумку и понёс все это в свою машину. Уехав Коля начал звонить Оксане:

– Да Коль, слушаю. – ответила девушка.

– Слушай, я тут подумал, давай завтра свалим?

– Куда? В смысле свалим?

– За город. Сама видишь какая херня в Москве происходит. Лучше уже точно не будет. Я уже такого успел на смотреться…

– Погоди – прервала его девушка – а как-же наш поход? Ты сам ведь хотел!

– Да знаю, но я до сих пор не могу Димону дозвониться, а с Мишей я поговорю. Думаю он согласится.

– И куда поедем?

– Чуть не доезжая до Солнечногорска у моей бабушки дача была там ни кто не живёт, а места там хватит. Не хоромы конечно, но уютно.

– Ладно, а брать с собой что?

– Все, что собиралась в поход брать, и ещё чего ни будь типа долго хранящихся продуктов. Батарейки, фонарики. В общем все, что может пригодиться в отсутствии магазинов.

– Думаешь ситуация ухудшится?

– Боюсь да.

– Хорошо.

– Я за тобой завтра заеду. Собирай пока вещи.

На этой ноте они закончили разговор и Коля поехал домой. На МКАДе его ждала серьёзная пробка вызванная аварией нескольких автобусов. Похоже кого-то организованно пытались вывезти. Может иностранцы? Но не получилось, они столкнулись с фурой. На месте аварии начался пожар и первый автобус с фурой сгорели дотла. И на такую огромную аварию выехал всего один экипаж скорой помощи…

Добравшись до дома Николай заметил что пожар в многоэтажке так и не потушили, и спасателей кажется стало вдвое меньше. Твёрдо решив покинуть Москву на время всей жопы, что в ней происходила, он начал собирать снаряжение.

Запасы еды закупленные для похода начал упаковывать в здоровенный баул. В него отправились только купленные сухпайки, пачки с макаронами, банки тушёнки и других консервов, отдельно в пакете он положил сухой спирт и котелки для разогревания.

Во второй баул полетела одежда. Не обычная выходная, а проходная и военная, благо такого у Николая было полно: два комплекта Горки, один комплект армейской летней ВКБО, флисовые куртки и кофты, трекинговые ботинки, берцы, комплект формы в расцветке «Мох», пара боевых поясов, наколенники и налокотники, а также один тёплый комплект для горнолыжной езды, которой он так и не занялся.

СКС с патронами уже находился в чехле, а ТТ он снарядил патронами и убрал в кобуру. Расставаться с ним он более не планировал.

Во множество рюкзаков и ранцев Николай упаковал несколько фонарей, все батарейки и спички что были дома. Отдельной сумкой шли медикаменты: бинты, жгуты, мази, таблетки, антисептик и спирт. Куда уж без спирта.

Все приготовления заняли порядка двух часов, но все ещё он не был уверен что собрал все, что было нужно. Взяв перерыв он взял телефон на котором было огромное количество уведомлений, многие с ютуба с заголовками типа: «Больные нападают на здоровых», и «Заражённые – каннибалы». Пролистав уведомления он открыл список контактов и набрал номер Михаила.

Артём Микулин.

4 июля ночь.

После неплохого запоя Артёму пришлось все таки выйти на работу. Огромное количество алкоголя не смогли помочь ему забыть то, что он увидел в ларьке три дня назад.

– Эх. Бедная Юлька. Хорошая баба была. – про себя думал Артём.

Рука его по прежнему болела, не смотря на то, что он её тщательно обрабатывал спиртом, да и сам проспиртовывался параллельно. К врачам он обращаться не стал, а то загребли бы со своей «дешкой».

Сегодня ему пришлось таки выйти на смену, охранником в круглосуточном магазине. Ночные смены были одновременно хороши и плохи. Хороши тем, что он мог поспать часика два-три, а плохи тем, что в одну смену с ним работала продавщица Галя – скверного на его взгляд характера женщина. Вечно мешала спать, называла алкашней, не давала со склада взять бутылочку пивка.

– Вот Машке с той смены, ей то все равно, а этой нет. Выслуживается сучка. – думал Артём.

Вот и вышел мужичок на финальный перед сном обход. А в бытовке он уже собрал себе валежник из упаковок с рулонами туалетной бумаги, проверенная схема. Пройдясь по отделу с товарами для животных, он свернул в отдел со спиртным. Этот отдел он проходил всегда довольно долго, смотрел, мечтал, и при возможности шёл на склад за бутылочкой. Но сегодня явно не тот случай.

Боль в голове последние сутки была необычайно сильная, ничего не помогало. Временами тело ломало как с перепоя, иногда трясло. И вот снова начинался приступ. Благо Артём добрался до бытовки и рухнул на свой валежник. Внутри все сжалось, стало холодно и одновременно пот стекла ручьями. Опять мандраж по телу. Резкая боль в голове и он словно провалился…резко стало хорошо, ничего не болит. Но со временем он начал ощущать что-то…сильное чувство…голод.

– Жрать… – роилось в голове мужика.

Поднимаясь на ноги его вспугнули звуки, и он начал панически оглядываться. Глянув в низ он заметил под собой прямоугольный, тёмный предмет издающий звуки, вибрирующий и подсвечивающийся незнакомыми символами.

Попробовав на вкус до него дошло, что это не съедобно и странный предмет разбился о стенку.

Выбив дверь он вышел в зал…

– О, вот ты где алкаш. Какого хрена мы там делали? – орала та самая продавщица .

– Жрать. – снова пришло в голову Артёму.

Он приблизился в орущей на него женщине и вцепился зубами ей в лицо. Крики разнеслись по залу, а Артём…точнее то, что когда-то им было принялось со всей силы молотить руками про кричащей жертве пока вместо издающего крики лица не стало раздавленное месиво. Когда жертва утихла, оно начало жрать…

Николай Романов

Ночь с 4 на 5 июля.

Закончив собирать вещи к неожиданному переезду Николай начал спускать их на улицу, и переносить к своей машине. Рюкзаки были очень тяжёлыми и приходилось брать всего два за одну ходку. Спустившись второй раз он погрузил баул с одеждой и обувью, и принёс чехол с СКС.

Краем уха Николай уловил гул в воздухе, что-то знакомое. Гул быстро перерос в рокот вертолетных двигателей. Пара Ми-8 пролетела прямо над домом и направилась в сторону Москвы. Со стороны Ленинградского шоссе тоже послышался рев моторов. Любопытство взяло вверх и он закрыв машину направился в сторону дороги. По пути он заметил что многие жители близлежащих домов, кто ещё не спал вылезли из окон посмотреть на что-то. Добравшись до проезжей части Николай оказался рядом со спешно движущейся в Москву огромной военной колонной. Десятки КАМАЗов друг за другом двигались по дороге, из некоторых виднелись сидящие в кузовах солдаты. Скоро строй грузовиков нарушили бронетранспортеры БТР-80 и 82.

– Похоже началось – подумал Николай – то, о чем предупреждал Константин.

Замыкали колонну пара машин связи несколько «Тигров».

Посмотрев на этот неожиданный, ночной парад Николай направился обратно, догружать машину. Но и на этом странности не закончились. По приходу он заметил, что у соседнего дома стояла полицейская машина. Внутри никого не было, а дверь в дом открыта. Резко и неожиданно из темноты подъезда раздались одиночные выстрелы. Николай бросился за УАЗик, чтобы не попасть под пули. Сигнализации почти всех машин во дворе пробудились создав противную до боли в голове какофонию звуков. Из подъезда показалась фигура. Это был полицейский.

Николай вышел из за машины, полицейский по началу не обратил на него особого внимания.

– Здравие желаю тарищ сержант. – произнёс парень.

– А?! А, да. Вы что тут делаете? – переполошено ответил капитан.

– Увидел вашу машину и дверь открытую, стало интересно, зачем вы здесь?

– Любопытный мля…слышал о том, что некоторые заражённые «дешкой» сходят с катушек и нападают на людей?

– Мне кажется это уже все слышали.

– Зайди, посмотри что ещё бывает с этими зараженными.

Николай подождав секунду направился внутрь. В коридоре сходу ему в нос ударил уже знакомый запах кислоты. Поморщившись он продолжил движение вверх. Из приоткрытых дверей начали высовываться лица испуганных людей. На втором этаже вонь уже немного перебивалась запахом пороха, а сам коридор застилал дым. Дверь в квартиру шестнадцать была выбита, а вонь внутри неописуемо сильная. Зажав нос платком парень продолжил движение пока не наткнулся на что-то под ногами. Это было тело, в полицейской форме. На плечах были полицейские погоны, а на груди шеврон с фамилией Селин В. А. Его шею как будто обгрызли, кусок был вырван почти с кулак размером. А дальше, в проходе одной из комнат лежало второе тело. В домашней майке и трусах. Кто жил в этой квартире Николай не знал, но все таки подошёл ближе ко второму телу. Мертвец лежал вниз лицом, и поборов рвотный рефлекс от вони парень таки перевернул его и сразу отскочил. На человек оно проходило уже только по общим признакам. Но то, что произошло с лицом он объяснить не мог. Кожа на лице сморщилась и стала серой, губы стали темно синими и очень тонкими, а из приоткрытого рта виднелись не типично для человека длинные клыки, большая часть зубов как будто сточились и стали более острыми, как если бы они были в пасти хищника. Волосяной покров на голове стал очень густым, это стало заметно потому, что в местах залысин на лбу волосы были менее длинными и густым. Глаза остались практически такими же, за исключением огромного количества полопавшихся сосудов. На футболке было три пулевых ранения, и одно прямо в центре лба.

Осмотрев то, что уже однозначно не было человеком Николай достал телефон и сфотографировал это.

Следующем в его поле зрения стал проход в соседнюю комнату…и какой черт его дернул туда заглянуть? Внутри комнаты на кровати распластались два тела, тучной женщины, на вид лет пятидесяти и второе, небольшое, словно кому то было десять лет. Все мертвы. Обглоданы до костей. И тут Николай не выдержал и сблевал на пол. Выскочив на улицу он принялся хватать ртом свежий ночной воздух. Сержант закуривший к тому моменту третью сигарету посмотрел на Николая.

– Налюбовался?

– Я видел как какие-то психи жрали труп, но такое. Что это вообще?

– Понятия не имею. Но этот урод положил капитана. И выдержал три пули в грудь. Только в бошку угомонился.

– Ты военных видел в городе? – спросил Николай уходя от этой темы.

– Да, приехали выставлять кордоны по городу и карантинные зоны ставить. Да только какой от них смысл когда эта дрянь по всей Москве уже разошлась…

– А у полиции какие планы на этот счёт?

– Меня не посветили. В министерстве полная жопа, сам министр слег с вирусом, его зам пытается выработать какие-то действия, мобилизовали всех, без выходных ребята пашут. Пока носимся по вызовам, но людей не хватает. На один экипаж по три – четыре вызова за раз. Была бы возможность, я бы свалил на время, туда где народу поменьше.

– Я как раз завтра планирую.

– Везунчик. Дам совет, бей в голову, достаточно сильный удар выводит их из равновесия, а пуля кончает на месте.

– Спасибо.

Попрощавшись с полицейским Николай побежал домой, догружать остатки снаряжения и надо было немного вздремнуть до утра.

Максим Глазунов.

В это же время.

Пока с разных сторон в Москву входили войска Максим баррикадировал свой дом. Почти весь посёлок слетел с катушек. Сначала нападали друг на друга, затем прикончили приехавший патруль полиции, и разгромили карету скорой помощи. Эти сумасшедшие вырвались в дома и хватали жителей и…грызли их. Жрали. Максим это видел своими глазам, когда пять или шесть этих безумцев напали на его соседей и разорвали их на лужайке возле дома.

Максим успел спрятать с своём доме помимо жены с дочерью ещё одних соседей и теперь с Виктором – главой соседского семейства закрывали окна шкафами, забивали двери досками. Ночную темноту улицы начинал освещать разгорающийся пожар в коттедже на параллельной улице.

Ещё одно врезалось в память мужчины – собаки. В местном питомнике все зверюги тоже сошли с ума. Сначала сожрали семью державшую питомник, а затем разбрелись по посёлку небольшими стаями нападая на скотину и все попадавшихся на пути людей.

На звуки баррикадирования потихоньку начали сходиться заражённые. Сперва двое, потом ещё трое и вскоре их стало более десяти. Долбились в двери, разбивали окна и пытались проникнуть внутрь. Уши Максима заполнил гул тварей снаружи и крики родных внутри дома. Отступив к лестнице на второй этаж Максим с Виктором начали заваливать её всем, чем только можно было, от тумбочек до старенького пузатого телевизора. Закрывшись в одной, самой глухой комнате люди притаились. С первого этажа раздался треск, затем грохот. Твари проникли в дом…

Николай Романов

5 июля. Утро.

– Охереть – пришло Николаю на месенджер. – Что это?

– Не знаю, но эта тварь выдержала несколько попаданий в тело и смогла загрызть полицейского.

– Слушай, мы с Юлей уже принялись собирать вещи. К часу, двум будем готовы. Заедешь? – спросил Михаил.

– Я думал вы на своих колёсах?

– На своих. Но дорогу мы не знаем.

– Давай тогда вы подкатите к Путилково, там встретимся.

– Ок.

Положив телефон в карман Николай начал одеваться: накинул на себя облегченную летнюю «Горку», под кителем которой скрылась кобура с ТТ, на боевой пояс повесил подсумок с патронами к СКС, на руки накинул беспалые перчатки, а на ноги зелёные летние берцы.

Вновь взяв телефон в руки он хотел набрать Оксане, как телефон завибрировал, а экран зажегся её именем.

– Слушаю тебя Ксю.

– Коля – раздался голос девушки перебиваемый визгами и звуками беспорядков и погром – … Коля, забери меня. Тут несколько сумасшедших ворвались к нам на склад, крушат все, схватили Жанну. Господи. Мы закрылись в кладовой, но они долбят в дверь. Пожалуйста забери нас.

– Выбегаю! Держитесь, скоро буду!

Спустя пару секунд как хлопнула водительская дверь, двигатель внедорожника взревел и машина сорвалась с места. Быстро выскочив на Ленинграду он погнал в сторону Сходни. По ходу движения на Ленинградке Николай замечал кое где по обочинам военные Камазы и Уралы. Инженерную технику. Похоже начали возводить блок-посты на подходе к городу. В небе над Шереметьево крутились военно-транспортные вертолёты. Изредка на взлёт выходили самолёты, в основном частные бизнесс-джеты. Проскочив поворот на Шереметьевское шоссе Николай начал осматривать местность, где-то тут должен был быть склад на котором была Оксана. На въезде в посёлок со звучным названием Чёрная Грязь он резко свернул влево, на Сходненскую улицу. По правой стороне, после заправки находился тот самый склад, точнее огромный погрузочный терминал. Завернув на въезд он с удивлением обнаружил что главные ворота были кем-то любезно открыты. Почти не сбавив хода внедорожник въехал на территорию терминала. Выскочив из машины Николай удивился тому, что на улице не было абсолютно никого. Все стояло ровно, на своих местах, и только одна фура с открытой дверью стояла не на месте и двигатель по прежнему издавал звуки. Выхватив из чехла СКС парень накинул ремень на себя, растянув его до удобной длинны и держась за относительно свежее и гладкое деревянное цевье направился в сторону большой, открытой створки. Внутри картина была менее радужная. На полу лежало множество пустых коробок, некоторые раздавлены, будто на них кто-то плясал. В помещении было достаточно светло и сквозь погрузочные ряды было видно на метров двадцать вперёд. Каждый шаг берца издавал хоть и тихое, но продолжительное эхо. Держа карабин одной рукой парень достал телефон и набрал номер девушки.

– Коля, ты где? – прозвучал тихий испуганный голос.

– Я приехал уже. Направляй меня.

– Дай мне ориентир.

– Я возле открытой створки, за которой фура заведенная. Тут ещё куча коробок на полу.

– А посмотри на номер линии.

Парень присмотрелся на огромный стеллаж в начале которого была большая цифра 7.

– Седьмая.

– Мы закрылись в офисе, он после первой линии, в северной части терминала.

– Чёрт, я похоже на южной части. Ладно. У вас там тихо?

– Да. Эти чокнутые перестали ломиться минут пять назад. Может ушли?

– Не знаю. Поставь телефон на вибрацию, чтобы не издавать шумов. Я скоро буду. Наберу если потеряюсь.

Стоило Николаю положить телефон в карман, как в дальней части линии что-то мелькнуло. Подняв карабин он несколько секунд держал подозрительный сектор под наблюдением. Затем оглянувшись на 360 он начал двигаться вдоль погрузочный линий в сторону первой. От напряжения Николай уже был потный, испарина на лбу начинала раздражать, а бесконечные стеллажи заполненные различными товарами создавали иллюзию бесконечного коридора. Проходя мимо четвёртой линии его ухо уловило странный звук. Похожий на то, как человек пародирует хрюканье свиньи. И снова справа что-то мелькнуло, кто-то явно за ним наблюдал. За следующим рядом вновь показалась фигура. Человеческая.

– Может кто-то не успел спрятаться? – подумал Николай.

Фигура медленно двигалась в сторону грузовых створок и должна была скоро оказаться в его поле зрения полностью. Николай замер держа неизвестного на мушке, и сопровождая его по ходу движения. Момент настал. Фигура вышла из за стеллажей. Это был мужчина с приличным пивным животом. Одет был в джинсовые шорты, и футболку одного из столичных футбольных клубов. Руки были полусогнуты в локтях, пальцы веером и местами тёмные…возможно от крови. И настало время головы: все ещё нормального цвета кожа приобретала все более и более тёмный оттенок ко рту. И только когда незнакомец повернулся к Николаю, тот понял, что это была кровь. Неизвестный зашипел увидев парня, и медленно начал приближаться.

– Стоять. – скомандовал Николай.

Но на него это ни как не повлияло. Только шаг ускорился.

– Стоять сказал! – уже крикнул парень.

Однако на того это уже не действовало, и он перешёл на бег. Николай вскинул карабин и выстрелил в грудь безумцу. Но пуля лишь остановила его, заставила издать рычащий звук и отплюнуть немного крови.

– Твою мать. – прошипел Николай.

Безумец вновь начал двигаться, но парень вспомнил слова полицейского о стрельбе в голову и выстрелил в намеченную цель. За головой цели возникла целая туча мелких красных ошметков, и более крупных, светлых, похоже на куски черепа. Держа убитого на мушке Николай подошёл и толкнул его ногой, убедился в том, что он мёртв. В отличии от той твари, что он видел ночью, этот сохранил человеческие черты, и характерная вонь была куда меньше. Перешагнув через тело он направился дальше, но уже более активным шагом. Добежав до первой линии парень направился вдоль стены, на другом конце была видна обычная дверь. В ушах все ещё стоял звон от выстрела в помещении. Остановившись перед дверью Коля толкнул её и та с лёгкостью поддалась. Внутри его ждал еще один коридор, в котором было с десяток разных дверей. Медленно начав двигаться он толкнул одну дверь. Запрета. Подошёл ко второй, тоже. Только протянул руку к третьей, как услышал за ней жуткое хрепение, из щели проникала уже знакомая вонь. Отойдя дальше Коля взял в руку телефон и написал Оксане:

– Какой кабинет?

– 7

– Сидите тихо, мы тут не одни.

С каждым шагом дышать было все сложнее. Такое чувство, что вонь была из каждой двери, из каждой щели. Вот-вот его бы стошнило, но он добрался до заветной двери с цифрой «7». Костяшками пальцев он тихо постучал. Дверь тихонько приоткрылась пока не стало видно лицо девушки. Николай сразу приставил палец к губам как знак тишины и вошёл внутрь. В отличии от коридора здесь так не пахло, благодаря кондиционеру, создавшему в закрытом помещении избыточное давление. Зайдя внутрь Коля первым делом продышался. Оксана дав ему пару глотков воздуха охватила его шею руками и поцеловала.

– С тобой все хорошо? – спросил Коля.

– Да, а ты? Не ранен?

– Всё в норме, если конечно считать это нормой.

– Ты стрелял?

– Да, наткнулся на одного в главном зале.

– Кто это?

– Да, кто это такие? – откуда не возьмись возник пухловатый лысый мужичок с недельной щетиной .

– Можете называть их каннибалами.

– Что? Да вы с ума сошли все? Какие каннибалы?

– Ну а ты выйди, и глянь по соседним кабинетам. Как эти твари сейчас доедают ваших коллег.

– Что делать? – перевела на себя внимание Оксана.

– Тихо выходим, идём к машине, едем забирать твои шмотки, и валим за город. Как я и говорил.

– А мы? – возник все тот-же мужик.

– Я выведу вас со склада, а дальше сами. У всех же машины есть?

Николай огляделся и насчитал пятерых. Двое мужчин, и три женщины включая Оксану. Все были напуганы, кроме возникающего толстяка.

– Хорошенько продышитесь. Когда выйдем дышать будет тяжело. Вот держи. – передал Николай своей девушке ТТ. – Стреляй точно в голову.

Николай подошёл к двери и спросил:

– Готовы?

Всё молча кивнули. Парень тихо открыл дверь и держа наготове карабин вышел в коридор. Вонь вновь била по мозгам и даже мешала ровно держать оружие. Оксана прикрыла рот в рвотном рефлексе, но выдержала и не прополоскалась на месте. Тихо, но быстро они миновали все дверь из которых доносились звуки трапезы…и в этот самый момент больше всех возмущающийся толстяк не выдержал и проблевался. Конечно это не было беззвучно, и из за дверей издались кряхтение и ворчание. Из трех дверей выскочили твари и издав оглушительные визги бросились на людей. Не успел Николай навести карабин как на толстяка набросились и принялись рвать его живьём.

Первый выстрел из карабина и из плеча одного из уродов ударил фонтан крови. Второй выстрел и его голова приняла двенадцать грамм свинца.