Текст книги "Проект Россия. Третье тысячелетие"

Автор книги: Юрий Шалыганов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

Вроде бы в такой торговле нет ничего особенного. Напротив: кажется, торговцы облегчают людям совершить ритуал – вот тебе баран, готовый для жертвы, вот нож, только покупай. Тонкость момента: торговец ничего не производит. Он перепродает готовое с торговой наценкой. Покупает по одной цене, перепродает по другой. Не важно, чем торгует, утюгами или предметами культа, важно, что он торгует. В храм входит дух торговли. «Дом Мой домом молитвы наречется; а вы сделали его вертепом разбойников» (Мф. 21, 13).

Следующий шаг: узаконивается практика оказания священных ритуалов за деньги по прейскуранту, как в магазине. Храм заполняют Волки в Овечьих Шкурах (воши), торговцы в рясах, сбывающие не только религиозный товар, но и благодать как товар.

Начавшееся изнутри разрушение Израиля выходит наружу в виде очевидных социальных пороков. Когда лукавство и лицемерие почитаются верхушкой общества – священством – за норму, мирская элита – князья и купцы – не видит повода себя ограничивать. Люди начинают потакать своим страстям, не чувствуя за собой греха. Возникает круговая порука, и система начинает жить жизнью, не зависимой от людей. Формируются новые правила, нормы, понятия чести и совести. Старые правила формально прикрывают реальную действительность.

Сходный кризис повторился в период бюрократизации Нового Закона у католиков. В христианские храмы, как в свое время в иудейский храм, пришли торговцы религиозной утварью и сопутствующими товарами, на стенах храмов появились коммерческие объявления. Потом дело дошло до торговли церковными должностями. Следующий шаг: ценники на таинства – благодатью стали торговать по прейскуранту. Трупные пятна, свидетельствующие о последней стадии разложения, это торговля индульгенциями и откаты от взносов, пожертвованных Богу.

Характерный момент: в этот период часть иудейского священства начинает жить не на плоды труда рук своих и не на пожертвования, как говорил апостол Павел: «нуждам моим и нуждам бывших при мне послужили руки мои» (Деян. 20, 34) , а на доход от торговли. Священник не имеет права жить на такой доход. Это в принципе противоречит его сути. Если он начинает жить на средства, полученные от перепродажи жертвенных голубей (иудейский аналог сегодняшней свечи), он повреждается как священник. Священство живет на торговую прибыль, впуская через себя в храм дух торговли. Начинается постепенное ослабление и обрушение конструкции.

В иудейском храме законники разрешили торговать предметами культа, потому что получали с этого выгоду. Узаконивание торговли в храме объяснялось тяжелым материальным положением Иудеи. Еврейские священники оправдывались в своей среде – нужно же нам на что-то жить. А раз так, почему бы не позволить торговать в храме?

Христос изгоняет торгующих из храма. Но торговля не останавливается. Законники делают бизнес, оправдывая свое право жить с торговой прибыли. Одно оправдание зла влечет за собой другое, большее. Начинают отрицать заповеди Бога. «Ибо Бог заповедал: почитай отца и мать; и: злословящий отца или мать смертью да умрет. А вы говорите: если кто скажет отцу или матери: дар Богу то, чем бы ты от меня пользовался, тот может и не почтить отца своего или мать свою; таким образом вы устранили заповедь Божию преданием вашим» (Мф. 15, 4—6).

Двойная мораль концентрическими кругами расходится по всему обществу – от священства к творческим людям и власть имущим. Далее доходит до купцов, потом до ремесленников и крестьян. Очень скоро зло насыщает Израиль, проникая в его самые дальние закоулки.

При незыблемом Законе зло нельзя классифицировать злом, если оно внешне соответствует нормативам добра. Сегодня действие этого принципа хорошо видно на признании власти, позволяющей развращать народ, властью от Бога, то есть добром. Причина простая: зависимое священство больше ищет не истину, а свое личное благо, завернутое в религиозную риторику.

С момента, когда зло выглядит добром, это уже сверхзло. Враг в виде друга бесконечно опаснее явного врага, как волк в овечьей шкуре, он же вош. «Переодетый волк» начинает пожирать древний Израиль. Ветхозаветная община угасает нравственно и физически.

Пока разрушительные процессы не очевидны, но они идут и разрастаются. Первые намеки на большую проблему мы находим у самых древних пророков, но они еще туманны, словно Бог надеется: Израиль прекратит своей волей, интеллектом и свободой творить зло. Но евреи наращивают злоупотребления, прикрываясь Истиной.

Бог говорит через пророка Исайю: «К чему Мне множество жертв ваших? говорит Господь. Я пресыщен всесожжениями овнов и туком откормленного скота, и крови тельцов и агнцев и козлов не хочу. Когда вы приходите являться пред лице Мое, кто требует от вас, чтобы вы топтали дворы Мои? Не носите больше даров тщетных: курение отвратительно для Меня; новомесячий и суббот, праздничных собраний не могу терпеть: беззаконие – и празднование! Новомесячия ваши и праздники ваши ненавидит душа Моя: они бремя для Меня; Мне тяжело нести их. И когда вы простираете руки ваши, Я закрываю от вас очи Мои; и когда вы умножаете моления ваши, Я не слышу: ваши руки полны крови. Омойтесь, очиститесь; удалите злые деяния ваши от очей Моих; перестаньте делать зло; научитесь делать добро, ищите правды, спасайте угнетенного, защищайте сироту, вступайтесь за вдову. Тогда придите – и рассудим, говорит Господь. Если будут грехи ваши, как багряное, – как снег убелю; если будут красны, как пурпур, – как волну убелю. Если захотите и послушаетесь, то будете вкушать блага земли; если же отречетесь и будете упорствовать, то меч пожрет вас: ибо уста Господни говорят. Как сделалась блудницею верная столица, исполненная правосудия! Правда обитала в ней, а теперь – убийцы» (Ис. 1, 11—21).

Всю ветхозаветную историю Бог наказывает «жестоковыйный народ», призывая образумиться. После наказания следует религиозный подъем, но все возвращается на круги своя. Религиозное лицемерие становится смертельным ядом, отравляющим и убивающим избранный народ.

Бог посылает пророков обличать законников. Но авторитет Закона выше авторитета пророка. Если пророк обличает грехи там, где с формальной точки зрения все хорошо, в глазах законников и народа он становится бунтовщиком и смутьяном. Если даже пророк являл чудеса, его побивали камнями, сажали в темницу или изгоняли из общества.

Никакой Закон не уместит в свои параграфы живое общество, члены которого имеют свободную волю, испорченные первородным грехом природу и интеллект. Нельзя зафиксировать духовные предписания на все случаи жизни. Невозможно уложить всю полноту жизни в строгие параграфы Закона, не нарушая свободы человека. Нет сомнения, Бог мог создать Закон, учитывающий миллиарды и триллионы самых разных ситуаций. Но это не решает проблемы, потому что как пользоваться таким объемом информации? И потом, все равно остается место для толкования.

Ни в одном законе в мире не говорится (и не говорилось) о правах ребенка, родившегося от... покойника. Этот вопрос нельзя даже поставить, чтобы не выглядеть при этом идиотом. Но... время и наука идут вперед. Недавно в США слушалось дело женщины, добывшей семя умершего мужчины (при жизни он сдал его на анализ). Дама искусственно оплодотворила себя, родила ребенка и заявила право на наследство. Генетическая экспертиза показала: мужчина – отец ребенка. Также установили: по документам и по факту на момент зачатия отец был три года как мертв. По закону ребенок наследник. По здравому смыслу – нет.

С развитием общества количество подобных курьезов будет расти. Если бы в Ветхом Законе были миллионы предписаний, вплоть до того, в какой руке держать нитку, когда вставляешь ее в иголку, предусмотреть права ребенка, родившегося от покойника, он бы не смог. Если допустить, такой пункт был бы введен и он отрицал бы права такого ребенка на наследство, юристы того времени непременно увидели бы в нем аллегорию и перетолковали в соответствии со своим уровнем понимания. Законники получили бы возможность признать богатого человека, пропустившего подряд две службы Богу, духовным покойником и лишить его детей наследства.

Любое слово или словосочетание имеет свои вариации. «ДА» можно написать двумя буквами, «д» и «а». Все, других вариантов нет. Произнести же «да» можно так, что на слух будет «да», но в контексте – что угодно. Нельзя составить закон, охватывающий все нюансы действительности. Духовные критерии не могут быть четкими, как в математике. Невозможно дать духовное мерило содержанию зла и добра в жизненной ситуации подобно тому, как измеряются вес, масса или скорость объекта.

Опыт Израиля показал: нельзя создать духовную палату мер и весов, определяющую количество добра и зла в миллиграммах и миллиметрах. Как только происходит четкая фиксация духовного добра, у понятия «добро» возникает четкая внешняя форма. С этого момента зло ищет способ принять такую же форму (не суть, а только форму). Очень скоро найдутся те, кому такое положение вещей выгодно.

«Горячие головы» могут предложить устроить революцию и свергнуть священство, превратившееся в торговцев. Так в истории зачастую и происходило. Но в стратегической перспективе это только ухудшало ситуацию. На место разоблаченных волков приходили новые. Вывести их на чистую воду с каждым разом становилось все сложнее: чтобы понимать подмену, нужно быть интеллектуально выше того, кто ее совершает.

Тем временем процесс разложения набирает темп. Лицемерие и обман змеями вползают в душу Израиля. Ключевые узлы общества оккупируют формально неуязвимые законники. Лицемеры подмяли под себя Закон. Израиль больше не может нести бремя Истины.

Последним ветхозаветным пророком, посланным еврейскому народу в V веке до Рождества Христова, был Малахия. После него пророков нет, вплоть до Иоанна Предтечи. Небо замолчало, словно обдумывая проблему. Стало очевидно: нет смысла посылать в мир новых пророков. Они не могут изменить ситуацию, их слова перед Законом не имеют авторитета.

Нет смысла больше увещевать и наказывать, как отец наказывает ребенка: «Господь, кого любит, того наказывает» (Евр. 12, 6) . Израиль оглох и ослеп, голос пророков умолк. Ситуация зашла в тупик. В Израиле возникают мессианские настроения. Праведный остаток Израиля не видит выхода и ждет Мессию, понятия не имея, в каком образе Он может прийти.

Глава 8

Новый Закон

Миру необходим новый носитель Истины. Израилю такая ноша не по силам. Но кто может выполнить эту функцию? Создавать с чистого листа другой народ? Кардинально это не решает проблемы. Просчитывается повторение истории развращения и падения.

Израиль, хранитель Истины, определялся по плоти. Если по плоти ты чужой, как бы ты ни разделял наши духовные установки, все равно будешь чужим. Но если по плоти ты свой, даже если не разделяешь наши духовные установки, все равно ближе других. Потому что чужой по плоти пожизненно чужой, тогда как чужой по духу, но свой по плоти, может стать своим по духу и через то полностью своим.

Ревностное отношение евреев к биологической чистоте оправданно с точки зрения среды, в которой создавалась конструкция Израиля. В то время человек не еврейского племени был язычником. Если бы Израиль не защитил себя от язычников, они бы затекли в него, вольно или невольно принеся с собой языческие установки. Повторилась бы египетская ситуация: впадение в идолопоклонничество, ослабление и разрушение структуры.

Чтобы создать нового хранителя Истины, нужен новый стройматериал, «духовная национальность». Из новых верующих можно собрать новый социальный организм, сформированный не по принципу плоти, а по идентичности духа. Решающее значение имеют не разрез глаз, форма черепа, цвет кожи, а параметры духа. Взгляд на мир и шкала ценностей должны определять, кто перед тобой – враг или друг.

Понятия «духовная национальность» в дохристианском обществе не было. Любая религия имела национальный оттенок. С появлением христианства состояние духа приравнивается к состоянию плоти. Вероисповедание в духовном мире становится примерно тем же, чем национальность – в материальном.

Есть разные биологические национальности: арабы, французы, евреи, русские, немцы и т.д. Есть разные «духовные национальности»: православные, мусульмане, иудеи, католики, атеисты. Все «национальности», и по плоти, и по духу, дистанцируются от чужих и структурируются вокруг своих. Народ легко поднять под националистическими лозунгами, потому что это самый простой способ реализовать понятия «свой» и «чужой». Даже если вы космополит и всех считаете своими, чужими будут националисты.

Члены «духовной национальности» не пускают в свой мир представителей другой «национальности». Религиозная община единоверцев никогда не впустит иноверца точно так же, как община единоплеменников не пускает в себя иноплеменника. В худшем случае единоверцы будут считать иноверца злонамеренным язычником, еретиком и слугой дьявола. В лучшем случае увидят в нем заблудшего человека, которому доверять нельзя.

Помимо прочего, новый народ, из которого можно создать нового хранителя Истины, должен иметь атрибуты традиционного народа. Ему необходима своя элита, чиновники и простые люди, а также власть, творцы, защитники, добытчики, ученые, воины и ремесленники. Но главное, «духовный народ» обязан пребывать во власти Бога. При любой иной власти, хоть политиков, хоть воинов или коммерсантов, над обществом установится власть Рынка, что несовместимо с хранением Истины.

Чтобы создать новую конструкцию, нужен Закон, посредством которого можно отличить добро от зла. Это единственный способ защититься от соблазнения сиюминутным благом. Без Закона люди рано или поздно обманутся и променяют вечную Истину на преходящее удовольствие. Кроме того, нельзя будет отличить правду от лжи.

Дерьмо есть в каждом земном организме. Его наличие, если хотите, – признак биологической или социальной жизни. Жизнедеятельность любого организма, «духовного народа» в том числе, образует шлаки – разбойников, приспособленцев, извращенцев, предателей и прочее. Здоровье организма определяется не наличием шлаков, а способностью их выводить. Неспособность освободиться от шлаков отравляет и убивает организм.

Чтобы избавиться от шлаков, нужен критерий, определяющий, что есть фекалии, а что – полезные объекты. Если такого критерия нет, все в организме получают равные права, потому что «а судьи кто?». В атмосфере тотального равенства шлаки переполняют и разрушают структуру.

Бог дает эталон, посредством которого можно иметь понятие абсолютного Добра и Зла. Уберите Бога – исчезнет абсолют и появится много «истин», которые скоро сольются в одну большую ложь.

Вопрос с Законом в высшей степени сложная тема. Если он будет построен на регламентации всех нюансов жизни, как было в Израиле, просчитывается повторение ситуации. «Не вливают также вина молодого в мехи ветхие; а иначе прорываются мехи, и вино вытекает, и мехи пропадают, но вино молодое вливают в новые мехи, и сберегается то и другое» (Мф. 9, 17).

В свое время для создания Израиля понадобились точка отсчета, процесс в пять веков и Закон, выполняющий функцию скреп. Прошло время, и миру понадобились новая точка отсчета, новая конструкция и новый Закон, переносящий упор с Буквы на Дух. Он должен во всей полноте охватить нюансы человеческой жизни, но при этом не регламентировать их. Нужна свобода не в Букве, а в Духе.

Кажется, противоречие в самой постановке проблемы. Как подчинить Истине все стороны жизни общества без регламентации? Но если появляется детальная регламентация, Закон становится недоступным для критики. Тему оседлывают законники разных форматов. Дальше две правды и... конец.

Итак, для нового хранителя Истины нужен Новый Закон. Кто его принесет? Пророки? Но история показала: если пророк говорил что-то, формально противоречащее Закону, его попросту уничтожали или игнорировали. Нужен кто-то, весомее пророка и Закона. Изменить сложившуюся ситуацию может только личное вмешательство Бога.

Глава 9

Предсказания

Примерно за семь веков до Рождества Христова иерусалимский пророк Исайя, проповедовавший за два века до вавилонского пленения Израиля, возвещает решение Бога о пришествии Спасителя. «Се Дева во чреве приимет и родит Сына, и нарекут имя Ему: Еммануил, что означает с нами Бог» (Ис. 7, 14).

В VI—V веке до Р.Х. второй Исайя, именуемый ветхозаветным евангелистом, указывает год прихода Христа в мир и подробно описывает его страдания. Он недвусмысленно говорит о пришествии Мессии, грядущем Воскресении мертвых, Страшном Суде, создании Нового Неба, Новой Земли и о новом состоянии жителей Новой действительности: «Я творю новое небо и новую землю, и прежние уже не будут воспоминаемы и не придут на сердце» (Ис. 65, 17) . Еще он говорит о Страшном Суде, после которого праведные будут уподоблены Божественному состоянию, а грешники ввергнуты в пучину.

Пророк говорит про Идущего от имени Бога: «Вот, Отрок Мой, Которого Я держу за руку, избранный Мой, к которому благоволит душа Моя. Положу дух Мой на Него, и возвестит народам суд; не возопиет и не возвысит голоса Своего, и не даст услышать его на улицах; трости надломленной не переломит, и льна курящегося не угасит; будет производить суд по истине; не ослабеет и не изнеможет, доколе на земле не утвердит суда, и на закон Его будут уповать острова» (Ис. 42, 1—4).

Чтобы сломать надломленную трость и погасить тлеющий лен, нужны малые усилия. Но даже этих усилий не употребит Мессия. «Ибо Он взошел пред Ним, как отпрыск и как росток из сухой земли; нет в Нем ни вида, ни величия; и мы видели Его, и не было в Нем вида, который привлекал бы нас к Нему. Он был презрен и умален пред людьми, муж скорбей и изведавший болезни, и мы отвращали от Него лице свое; Он был презираем, и мы ни во что ставили Его. Но Он взял на Себя наши немощи и понес наши болезни; а мы думали, что Он был поражаем, наказуем и уничижен Богом. Но Он изъязвлен был за грехи наши и мучим за беззакония наши; наказание мира нашего было на Нем, и ранами Его мы исцелились. Все мы блуждали, как овцы, совратились каждый на свою дорогу: и Господь возложил на Него грехи всех нас. Он истязуем был, но страдал добровольно и не открывал уст Своих; как овца, веден был Он на заклание, и как агнец пред стригущим его безгласен, так Он не отверзал уст Своих. От уз и суда Он был взят; но род Его кто изъяснит? ибо Он отторгнут от земли живых; за преступления народа Моего претерпел казнь. Ему назначали гроб со злодеями, но Он погребен у богатого, потому что не сделал греха, и не было лжи в устах Его» (Ис. 53, 2—9).

Последующие пророки предсказывали пришествие Мессии менее ярко. Пророк Михей указывает место рождения Мессии – Вифлеем. «И ты, Вифлеем-Ефрафа, мал ли ты между тысячами Иудиными? из тебя произойдет Мне Тот, Который должен быть Владыкою в Израиле и Которого происхождение из начала, от дней вечных» (Мих. 5, 2).

На Землю приходит Бог в виде одной из своих ипостасей. Иисус Христос упраздняет старый Закон и приносит Новый Закон. Это событие не умещается в логику трехмерного мира, оно из области мира нетварного. «Делами закона не оправдается пред Ним никакая плоть; ибо законом познается грех. Но ныне, независимо от закона, явилась правда Божия» (Рим. 3, 20—21) .

Особенность Нового Закона – в отсутствии детальной регламентации. Там нет указаний, как мыть руки, сколько раз в день молиться, какого козла резать при совершении того или иного греха и где копать яму, если захотел в туалет. Тысячелетний опыт показал: «Не то, что входит в уста, оскверняет человека, но то, что выходит из уст, оскверняет человека» (Мф. 15, 11).

Много в Новом Законе в высшей мере «странных», как для прошлого, так и для нашего времени предписаний. Например, любить врагов. «Вы слышали, что сказано: люби ближнего твоего и ненавидь врага твоего. А Я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас» (Мф. 5, 43—44). Или не менее странная заповедь – не судить. «Как можешь сказать брату твоему: брат! дай, я выну сучок из глаза твоего, когда сам не видишь бревна в твоем глазе? Лицемер! вынь прежде бревно из твоего глаза, и тогда увидишь, как вынуть сучок из глаза брата твоего» (Лк. 6, 42).

В Новом Законе в первую очередь делается упор на религиозную совесть, то есть на дух, а не на букву. У Христа спрашивают: «Учитель! какая наибольшая заповедь в законе? Иисус сказал ему: возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душею твоею и всем разумением твоим: сия есть первая и наибольшая заповедь; вторая же подобная ей: возлюби ближнего твоего, как самого себя; на сих двух заповедях утверждается весь закон и пророки» (Мф. 22, 36—40).

На этих двух заповедях основано ВСЁ христианство. Тут запрет на убийство, воровство, разврат и прочее. Супругам предписано хранить верность, заботиться друг о друге. Мужья должны обращаться «благоразумно с женами, как с немощнейшим сосудом, оказывая им честь» (1Пет. 3, 7).

Мужчины должны любить «своих жен, как и Христос возлюбил Церковь и предал Себя за нее чтобы освятить ее, очистив банею водною посредством слова; чтобы представить ее Себе славною Церковью, не имеющею пятна, или порока, или чего-либо подобного, но дабы она была свята и непорочна. Так должны мужья любить своих жен, как свои тела: любящий свою жену любит самого себя. Ибо никто никогда не имел ненависти к своей плоти, но питает и греет ее, как и Господь Церковь, потому что мы члены тела Его, от плоти Его и от костей Его. Посему оставит человек отца своего и мать и прилепится к жене своей, и будут двое одна плоть» (Евс. 5, 25—31). «Мужья, любите своих жен и не будьте к ним суровы» (Кол. 3, 19).

Жене предписана покорность мужу, как защитнику и кормильцу: «жены, повинуйтесь своим мужьям, как Господу потому что муж есть глава жены, как и Христос глава Церкви, и Он же Спаситель тела. Но как Церковь повинуется Христу, так и жены своим мужьям во всем» (Евс. 5, 22—24). «Жена да боится своего мужа» (Евс. 5, 33).

Дети должны почитать родителей и заботиться о них в старости. Всем рекомендуется скромная жизнь – наилегчайший способ войти в Царство Небесное. Рост дохода должен вести не к росту личного потребления, а к росту помощи слабым. Иначе «удобнее верблюду пройти сквозь игольные уши, нежели богатому войти в Царство Божие» (Мф. 19, 24).

Для справки: игольным ушком в Иерусалиме именовали узкие ворота, впускавшие торговые караваны. Чтобы пройти сквозь них, верблюду требовалось встать на колени и в буквальном смысле протискиваться. Богатый может попасть в Царство Небесное, но ему в прямом смысле придется протискиваться.

Новый Закон упирает на создание внутреннего сторожа – совести. В Нагорной проповеди нет детальной информации. «Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное. Блаженны плачущие, ибо они утешатся. Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю. Блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо они насытятся. Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут. Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят. Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими. Блаженны изгнанные за правду, ибо их есть Царство Небесное. Блаженны вы, когда будут поносить вас и гнать и всячески неправедно злословить за Меня» (Мф. 5, 3—11) . Другими словами, Закон вменяет сильным заботиться о слабых, умным – думать о глупых, храбрым – защищать трусливых. Это не отмена Закона, это исполнение Закона. Христос подтверждает прежний Закон: «Не думайте, что Я пришел нарушить закон или пророков: не нарушить пришел Я, но исполнить» (Мф. 5, 17).

Христос не был новым Богом, как считают некоторые христиане, и Он не нес новую религию. Христос был Богом, создавшим Израиль и давшим ему Ветхий Завет. Когда общество за счет своей свободы изменилось, понадобился Новый Завет. И Бог его дал. Ветхозаветные ограничения имели смысл, когда хранитель Истины характеризовался плотскими признаками. Но в новой ситуации возникают новые требования. Новый Завет упраздняет значение плоти. Для духа не столь важно, чем питается плоть. Для духа важно, чем питается душа.

Пророчество Исайи фиксирует переломный момент: начало падения Израиля, упразднение избранности по плоти и признание равенства всех народов: «Ибо дом Мой назовется домом молитвы для всех народов» (Ис. 56, 6—7).

Христос приходит в первую очередь к избранному народу. Но Израиль не узнает Бога. Христос, проповедуя Царство Небесное языческим народам, все еще надеется на покаяние. Когда иудеи не раскаиваются, Иисус Христос говорит: «Иерусалим! Иерусалим! избивающийпророков и камнями побивающий посланных к тебе! сколько раз хотел Я собрать чад твоих, как птица птенцов своих под крылья, и вы не захотели!» (Лк. 13, 34).

Бог принимает окончательное решение: «Ваш отец диавол; и вы хотите исполнять похоти отца вашего. Он был человекоубийца от начала и не устоял в истине, ибо нет в нем истины. Когда говорит он ложь, говорит свое, ибо он лжец и отец лжи» (Ин. 8, 44) . В этот момент рождается новый вид иудаизма, послехристианский. Иудаизм как бы делится на две части – на продолжение Истины в виде христианства и на уклонение от Истины.

Обозначается сатана, древний персонаж невидимой части сотворенного мира. Он присутствует с самого начала человеческой истории. До грехопадения он был в виде змея, искусившего Еву. На протяжении всей истории он ищет душу человека. По сравнению с душой все богатства – мыльные пузыри. Оперируя человеческой логикой, можно предположить: через собирание бессмертных душ сатана рассчитывает уподобиться Богу.

Древний Израиль и раньше часто отказывался от Бога: «вы теперь отвергли Бога вашего, Который спасает вас от всех бедствий ваших и скорбей ваших» (1Цар. 10, 19), но всякий раз возвращался. На этот раз Израиль делает окончательный выбор: он распинает Бога, окончательно отказываясь от Него. Точка невозврата пройдена.

Израиль не просто предает Бога на позорную казнь. Народ принимает на себя и на своих детей этот грех. «Пилат говорит им: что же я сделаю Иисусу, называемому Христом? Говорят ему все: да будет распят. Правитель сказал: какое же зло сделал Он? Но они еще сильнее кричали: да будет распят. Пилат, видя, что ничто не помогает, но смятение увеличивается, взял воды и умыл руки перед народом, и сказал: невиновен я в крови Праведника Сего; смотрите вы. И, отвечая, весь народ сказал: кровь Его на нас и на детях наших» (Мф. 27, 22—25).

Последние слова оказываются пророческими. После распятия Христа еврейский народ на два последующих тысячелетия рассеивается по всему миру, Храм разрушается. Легенда об Агасфере символизирует судьбу народа.

Суть легенды: мимо дома Агасфера, иудея-ремесленника, вели на распятие Христа. Иисус попросил воды. Агасфер не дал воды, сказав: «Иди» (проходи мимо). Христос ответил: «И ты пойдешь». С тех пор Агасфер вот уже 2000 лет ходит по планете. Он устал и хочет отдохнуть, но ему везде отказывают, везде говорят: «Иди». Агасфер осужден на вечное скитание по земле и вечное презрение до Второго Пришествия Христа.

Шатры Симовы занимают сыны Иафетовы. «Да распространит Бог Иафета, и да вселится он в шатрах Симовых» (Быт. 9, 27) . (Родоначальником семитских народов считается Сим, сын Ноя. Родоначальником европейских и славянских народов является Иафет, тоже сын Ноя. Хам, третий сын Ноя, родоначальник африканских народов).

* * *

Отпавший от Творца мир погрузился во тьму. Чтобы спасти мир, не нарушая свободы человека, кроме Божьей воли нужна человеческая воля. На землю приходит Мессия, в котором две природы и две воли – божественная и человеческая. До этого Бог являлся в виде огня и ветра. Теперь Он пришел в образе человека, пострадавшего за грехи людей и указавшего путь к жизни.

Человеческая природа предстала жертвенным агнцем. Кровь Христа примиряет человека с Богом и закрепляет Новый Завет между Богом и людьми. Все это непостижимо для логики, но было предсказано пророком за много веков до Христа, случилось 2000 лет назад, и это Чудо.

Атеист может возразить: почему же Бог не мог решить проблему более простым способом? Он ведь всемогущ. Пожелал бы, и все без всякой борьбы исправилось бы. Мы на это можем ответить только словами Писания: «Скажет ли глина горшечнику: “что ты делаешь?”» (Ис. 45, 9).

* * *

До Христа единственной религией, построенной на идее сотворения Богом мира из ничего, была религия евреев – иудаизм. Остальной мир или не поднимался до вопроса о происхождении мира, или упирался в идею вечно существующего мира, в крайнем случае, в идею появления мира из плоти божества, то есть трансформации уже имеющегося из одного в другое.

Долгое время носителем идеи сотворения мира из ничего были отдельные личности. Потом небольшая община евреев-кочевников. Затем община стала независимым государством. Далее зависимым, потом снова общиной, живущей в чужом государстве, и т.д. Еврейское общество постоянно меняло форму, никогда не являясь военной, экономической и политической силой мирового масштаба. Это всегда была мировая провинция (за исключением эпохи царя Давида и Соломона).

2000 лет назад, когда Иудея была под властью Рима, приходит Христос, называет Себя Сыном Бога, проповедует и творит чудеса. Потом Христос принимает позорную казнь, и с этого момента разворачивается совсем другая история. Происходит ряд в высшей степени странных событий. Пророчества Христа начинают сбываться, разрушается Храм, еврейская община рассеивается. Через четыре века после прихода Христа вокруг идеи «мир из ничего» возникает христианская империя, самая мощная в мире на тот момент. Через шесть веков после Христа вокруг идеи «мир из ничего» возникает еще одна мировая сила – ислам.

Парадоксальная идея распространяется на огромную территорию. Возникает христианская цивилизация, задающая истории человечества магистральное направление. Христианство становится центральным событием, которое до сих пор определяет ход мировой истории.

Глава 10

Непосильное

Завет Бога с евреями закончился не за то, что они Его распяли, это сделал бы любой другой народ, приди к ним Бог в таком обличии и с такими целями. Завет закончился за то, что они не приняли Его после Его Воскресения, когда божественная природа Христа была подтверждена не только пророчествами, предсказавшими в деталях приход Христа, но и фактом воскресения Христа, которое никто в Израиле не мог отрицать.

Чтобы полнее войти в ситуацию, вообразите: хранителем Истины является народ, к которому принадлежите вы, уважаемый читатель. Вся структура общества простроена вокруг Закона. Умалять Закон считается тягчайшим преступлением. И вот приходит Христос в том виде, в каком Он пришел к евреям (как сын ремесленника, без славы), и объявляет Себя Сыном Бога.