Текст книги "Контрабандист Сталина. Книга 5 (СИ)"

Автор книги: Юрий Москаленко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]

Глава 6

Разговор через десять минут после моего отъезда.

– Нет. Ну, каков наглец. Коба чего ты его постоянно слушаешь – стал возмущаться Ворошилов.

– Врага надо знать в лицо. А умного, тем более. Но во многом он всё же прав. Даже с Муссолини не сильно ошибся. Это мы ошиблись, упустили его – спокойно ответил Сталин, немного с изумлением смотря на взбесившегося Ворошилова.

(В начале 20-х годов на встрече с итальянскими социалистами и коммунистами, сторонниками Амадео Бордига, В. Ленин так и сказал: «Муссолини – это смелый человек и прекрасный лидер. Жаль, что вы упустили его. Он привел бы вас к победе…» Ленин восхищался Бенито Муссолини не просто как политическим союзником, единомышленником, а именно как решительным человеком, даже когда тот отказался от близких Ленину идеалов. – истор. Справка)

– Так давай зашлём грека к итальянцам. Они тоже выпускают неплохую технику – вдруг предложил Будённый и подкрутил усы.

– А что. Правильно – с ухмылкой поддержал Сталин.

– Ну… знаете – зло Ворошилов.

– Так Семён, раз Клим так настроен… – начал Сталин.

– Да он нас всех коммунистов, постоянно какими-то негодяями считает – перебил его никак не успокаивающийся Ворошилов.

– Успокойся Клим. Он только с нами так говорит. Потоцкий мне докладывал, что никаких контрреволюционных разговоров и агитаций он не ведёт. Так подтрунивает над нашими недостатками. Но это мы и сами знаем. Учись аргументированно противостоять ему. Он такой не один… хотя очень и умный… зараза. Посоветуйся с женой, она у тебя теорию коммунизма наизусть помнит… А главное он привозит разную технику и рассказывает слабые и сильные её стороны… и достаточно честен… хотя… и наглец – спокойно проговаривал слова Сталин, с остановками, успокаивая своего самого преданного сторонника. – Так продолжу. Семён свози его завтра, пусть посмотрит наши новые самолёты. Внимательно слушай что скажет, сам знаешь, как мы в этом отстаем и не знаем, что нам надо закупать.

– Конечно, отстаём. Делаем самолёты, а они падают. А потом выясняется, что двигатели и детали закупили бракованные – Будённый. Это особенно касалось списанных американских моторов «Либерти», под видом новых, и деталей от «Юнкерса».

– Да перспективные моторы Райт мы тоже отклонили. А какие бы устроили двигатели наших летчиков и конструкторов я так внятно добиться от них и не могу. Совсем не ответственно подходят наши товарищи. Но то, что так дальше продолжаться не может… это точно – поставил точку в сегодняшнем разговоре о делах Сталин. Слишком уж все устали, да и вина выпили немало…под отличное мясо.

* * *

На следующий день после завтрака я засел в беседке с чашкой кофе, чтобы разобраться, что за документы мне вручил Сталин перед отъездом. С первым под номером № 107 Директивы Наркомторга СССР о торговых взаимоотношениях СССР с САСШ от 8 февраля 1928 года я разобрался довольно быстро, делая пометки. Сделал вывод, что коммунисты торговать или не умеют или кто специально толкает сырьё в САСШ и имеет там свой нехилый процент. Обсудим. А то такая тенденция сохранится сто лет, если её сейчас не разрушить.

А вот второй документ привёл меня в недоумение. Речь шла об организации спасения дирижабля «Италия». Только через час я понял, что Сталин раздумывает, так как бюджет страны и так «трещит по швам», как минимизировать потери. К сожалению, в советской прессе поднялась «огромная волна» о помощи пострадавшим и Сталину хочешь, не хочешь, а придётся организовывать спасительную экспедицию [12]. Надеется, что я что-нибудь подскажу? Ну и чтобы такого придумать?

К моему сожалению, как только снять какой-нибудь большой документальный фильм в стиле Голливуда на разных языках, на больше моей фантазии тут не хватило. Обдумав ещё раз, я вспомнил, что в прошлое посещение СССР читал книгу «Земля Санникова» и смотрел советский фильм, где мне очень понравилась песня «Есть только миг». Остается только попробовать убедить Сталина создать сейчас свой Голливуд. Заодно направить всяких писак на работу по созданию сценариев фильмов, а то такую фигну в прессе пишут, что читать противно.

Только я закончил более-менее обдумывать, как это донести до Сталина, как услышал во дворе ржание коней и бас Буденного, который искал меня. Чёрт…а было так хорошо: тёплое утро, зелень кругом, нет вибрации от транспорта. Отдохнул, называется. Встаю и иду к воротам дома.

– Пулемётная тачанка, все четыре колеса – только и вырвалась у меня, обойдя дом и увидев это. У меня во дворе расположилась тёмно-зелёная тачанка с пулемётом Максима, запряжённая четырьмя великолепными гнедыми конями. Возницей неизвестный мне парень в будёновке, за пулемётом неизменный ординарец Будённого Чибурданидзе. Сам Семён Михайлович в новой форме встал на переднее сиденье и чуть ли не в позе Ленина на броневике, чуть придерживая шашку, и громогласно зовёт меня.

– Сакис, где ты прячешься? – осталось добавить «подлый трус, выходи» – поехали смотреть наши самолёты. Вот прокачу на новой тачанке. Мы собираемся такие принять на вооружение.

– Такие? – теперь понятно, почему СССР оказался не готов к будущей войне. Потому, что у этих генералов, прежде всего мозги были не готовы к современной войне, а расплатилось за это население и простые солдаты. Генералы, видите ли, готовились по типу своей – гражданской войны. Да сколько раз им напоминать, чтобы хотя бы пересмотрели факты и вооружение, используемое на западном фронте [13].

Иду к себе, переодеваюсь в военную форму и захватываю кроме неизменного портфеля большую подушку. Как-то не впечатлили меня рессоры и сиденья у этой тачанки. Тут в нормальных сегодняшних машинах трясёт немилосердно, а в этой с деревянными колёсами, оббитые железом телеге так тем более будет трясти.

– Семён Михайлович, а вы статистику по использованию лошадей в последних войнах смотрели? – начал я разговор, как только мы отъехали от дома. Почему-то у нас изобретение тачанки приписывают батьки Махно, хотя это в корне не верно. Первые разные повозки появились в США, как только изобрели систему Гатлинга. Так же американцы первые переставили пулемёт на мотоцикл с коляской, ещё в конце девятнадцатого века. Пулеметные двуколки применялись и ранее (в частности, русской армией в период Первой мировой войны), но использовались преимущественно для транспортировки пулеметного оружия. Польские тачанки – это разнообразные брички и дрожки, часто на двух колесах и без рессор.

– На что ты намекаете? – Будённый, устраиваясь поудобнее, и с завистью смотрит на мою подушку, на которой я сижу.

– Если взять статистику современной войны, будемсчитать с англо-бурской войны, то количество погибших лошадей на одного человека с каждым годом только увеличивалась. В англо-бурской войне примерно один к десяти и Англия вынуждена была закупать лошадей по всему свету. В других конфликтах ещё больше. А ведь лошадь надо лет пять растить для военных действий. Это же какая нагрузка на экономику страны – и смотрю на него.

– Это ты намекаешь, что с тачанкой мы опять опоздали – достаточно уже хорошо изучил мою манеру ведения разговора Будённый.

– Я думаю… да – отвечаю немного с паузами, чтобы не было слишком подозрительно.

– И что ты предлагаешь? – и жалостливо так посмотрел на коней.

– Я в Африке у французов видел самодельную технику, очень понравилась. Думаю, вам место тачанок будет самое то – и рассказываю ему о военном багги двадцать первого века.

– Необычно. Я подумаю. Может ты и сам нам такую мотоповозку сделаешь? Ты же хороший инженер – предлагает мне Будённый.

– Сдавайте мне в аренду Миусский полуостров и получите тогда много разного – делаю предложение. Как говорят, вода камень точит, так и я по капле склоняю руководителей к нужному мне решению.

– Да я бы тебе сдал. Да остальные бояться, что оттуда будет начата новая интервенция. Ты же обязательно военное соединение создавать будешь – покрутил ус Будённый.

– Никакой интервенции не будет. Мне это крайне не выгодно… Вы знаете, для чего в своё время возникло пиратство на Карибских островах? – хмыкнул я.

–? – удивленно посмотрел на меня Будённый.

– Это в основном это были наёмники Англии, которые не только сбывали награбленный товар в Англию по дешёвке, но и выполняли разные военные операции в интересах Англии. Но официально Англия была там, как бы не причём и всё отрицала. Понимаете, о чём я говорю? – и хитро так смотрю на него.

– И ты тоже хочешь… – улыбнулся Будённый.

– А почему нет – и тут же ухватился сильнее за борт подпрыгнувшей на камне тачанке. Херня эта полная. Не хочу. Пусть сами на ней скачут.

– Но это может вызвать войну – не уверенно, но так же ухватившись за другой борт Буденный.

– А у вас и так впереди очень много разных конфликтов – махнул я рукой, которую убрал от борта, так как тачанка поехала спокойнее.

– Даже так. А почему не рассказал? – и слышим, как адъютант распекает возницу за такую езду.

– Да не успел всё за одну встречу – отвечаю Семену Михайловичу.

Дальше до Центрального аэродрома на Ходынском поле мы проехали молча, каждый думая о своём. Предварительный показ техники проходил в стороне от деревянного здания центрального аэровокзала. Завтра сюда должна приехать правительственная комиссия, а Будённый должен проконтролировать сегодня всё и доложить о готовности…или не готовности.

Посмотрел на эти для меня раритеты. Посмотрел, как летают, правда, не все модели, ТБ-1 не летал. Послушал инженеров и лётчиков и молча сел в тачанку. Единственное, что не понял, так это зачем на самолёте У-2 лётчики-испытатели крутили высший пилотаж перед Будённым. Хотя сам самолёт несколько не такой как в моей истории. Привезённый мной английский «мотылёк» явно оказал влияние на конструкцию У-2 в лучшую сторону. Так же на одном экземпляре стоял впереди пулемёт с синхронизатором. А это уже настоящий ПО-2 в лучшей версии.

Инфраструктура аэродрома тоже удручала, как и в моем понятии бардак. Отсутствие нормальных ангаров, столов, лавок, инструментов, да что там, нормальных туалетов не было. Всё делали «на коленке». Критиковать здесь и сейчас не имеет смысла. Именно на эту тему надо разговаривать со Сталиным.

– Что смурной – пихнул меня в бок Будённый. – Не понравилось?

– Нет – честно ответил я.

– А почему? – тут же насторожился Будённый.

– А потому что ваши инженеры и пилоты слишком восторженно отзываются о своих самолётах, абсолютно не интересуясь, что происходит за границей. А то, что вы отстаёте, лет на десять…как минимум они и не думают. Бредят какими-то рекордами и перелётами. Вот зачем это вам? А об удобстве лётчиков и пассажиров инженера имеют вообще смутное представление. Даже туалета нормального на поле нет. Так будущую войну вы не выиграете. Вот я и думаю, может я зря с вами связался? – грустно вздыхаю я.

– Ты это… давай не спеши. Поехали к тебе, объяснишь мне про свой пулемётвоз – почесал нос, а потом поправил усы тут де погрустневший Будённый.

– Вы сначала должны решить, возглавите или нет фронтовую разведку? Вот тогда и будет смысл разговаривать… – Сначала научитесь лучше строить вардо [14], вместо ваших…тачанок. Толку больше будет – после продолжительного спора я перешёл я на другую тему. – Вы знаете, почему зачастую раньше заканчивались войны?..

* * *

Следующий день. Кремль. Заседание расширенной комиссии.

Перед тем как смотреть достижения отечественной авиапромышленности решили провести расширенное заседание. Уж очень много накопилось разных вопросов, и надо было срочно принимать по ним какие-либо решение. Обострилась и борьба между правыми и Сталиным и Кº, сразу после разгрома троцкистов.

Схватка продолжалось уже час, но Сталин пока только слушал, не вступая в дискуссию. Увы, но его сторонники проигрывали. Им часто не хватало компетенции и конкретики.

– Мы всё понимаем, что тяжёлое положение в стране, но нельзя так резко менять планы. А с американцами? Мы ведь уже согласовали наши поставки сырья и продукции… А тут вы со своими предложениями. И теперь надо абсолютно всё менять. Как так можно? А где я тогда вам возьму деньги в бюджет? У нас и так дефицит почти в полтора миллиарда [15] – гневно Рыков. Это стали чуть ли не дежурные выражения председателя Совнаркома СССР на каждом заседании. – Отменили контракт с Фордом, тогда давайте заключим контракт с «Дженерал Моторс» модели «Шевроле». Они предложили продажу технической документации и лицензии на выпуск шевроле из поставляемых в кредит авточастей – двенадцать с половиной тысяч машин в год.

– Правильно. А то стыдоба. С нашими двенадцатью тысячами машин в стране на сегодняшний день, мы на сороковом месте в мире. А в САСШ их почти двадцать пять миллионов – поддержал Оболенский Рыкова.

– Американцы не всегда честно выполняют контракт. Да и мы только заключили в прошлом году контракт с фирмой «Геркулес» на поставку оборудования, двигателей, запчастей и инструментов. Плюс большой контракт с чешскими автомобильными фирмами. Скоро так же договоримся и со шведами. Триста двигателей уже купили – отбивается от насевших Куйбышев.

– Всё это потому товарищи, что мир очень быстро меняется. А наши ответственные работники плохо работают за рубежом. Обратите на это внимание, товарищ Томский. Так же товарищ Уборевич. Разберитесь с военными атташе, они нам поставляют очень устаревшую информацию – тихо с места произнёс Сталин.

После продолжительных споров Сталину и Кº пришлось уступить в некоторых экономических вопросах. Зато он настоял на частичном закрытии «эстонского окна» стараясь не задеть интересы ОГПУ, в ужесточении проверок вывозимых товаров в связи с расследованием дел Ягоды и Петерса. Уже арестовано более сорока человек, но следствие продолжается. Сталин ещё раз убедился в правоте грека, что многие его товарищи кто долго жил за рубежом, отстаивают далеко не интересы СССР. «Надо бы получше поинтересоваться их зарубежными счетами, заодно и бюджет поправим. А золото мы и мелкими партиями переправим через грека, когда надо будет» – дал себе зарок генсек.

– Давайте обсудим вопрос. Что мы будем делать с нашими товарищами, кто запутался и кого обманул Троцкий? Нельзя же их вечно держать под арестом – Осип Пятницкий. Сейчас он курировал кадровую политику при назначении советских чиновников.

Постановили выслать их за границу [16]. – Я предлагаю не просто их выслать, а дать им партийное задание. Пусть покажут чего они стоят и принесут пользу нашей стране. Кто справится, вернём – внёс предложение Сталин.

– Что конкретно вы предлагаете? – вступил в полемику Бухарин.

– Мы уже направили небольшую группу в Иерусалим. Некоторых можно направить туда для усиления. Большую же часть выслать на Карибские острова. Они должны перехватить нелегальную торговлю алкоголем, а полученную прибыль направить на закупку в Америке нужное нашей промышленности. Часть товарищей направим в Венесуэлу. Они должны организовать там нефтяную компанию. Сейчас там активно начали работать англичане, вот пусть у них и поучатся. Может, удастся закупить через них передовое бурильное и перерабатывающее оборудование. Кроме этого в Венесуэле добывается много золота, серебра и других, так нужных нам ископаемых – удивил всех Сталин.

– Это поэтому вы отказались в СССР поддержать антиалкогольную компанию? – переспросил Ларин-Лурье.

– Мало нам контрабанды наркотиков, так вы хотите, что бы у нас ещё и бутлегерство как в САСШ появилось? – повторил на свой лад вопрос грека Сталин.

– Почему вы так решили? – Ярославский «главный безбожник» страны. С его «легкой руки» развернутая компания сочетала административный запрет на водку и «живое творчество» масс, в котором даже Христос описывался алкоголиком. Емельян Михайлович Ярославский (урождённый Миней Израилевич Губельман) [17] с 1925–1943 годах – председатель Центрального совета Союза воинствующих безбожников.

– Потому что ваша компания плохо проработанная. Я не спорю насчёт самогоноварения… но вот остальное очень плохо, товарищи. Только одними радикальными мерами мы ничего не добьемся. Вам надо ещё качественнее проработать этот вопрос и посмотреть, как это сделано в других странах. Подготовьте расширенный доклад для ЦК. Вам же товарищ Уборевич, подготовить списки специалистов… из наших бывших. Увольняемых сейчас из Красной Армии, постараемся направить их советниками в Абиссинию – в конце ошарашил последним предложением Сталин.

Многие тут же с удивлением посмотрели на Сталина. Слишком за последнее время Сталин стал не «похожий сам на себя». Его взгляды из радикальных и нетерпеливых начали больше смещаться к центристским и поискам приемлемого компромисса. Не требовал Сталин и скорейшего сворачивания внутреннего НЭПА, в отличие от быстрейшего сворачивания концессий зарубежных компаний в стране [18].

Разбор военной темы был отложен. Там тоже возникло много проблем и изменений. Тем более новый начальник генерального штаба РККА Уборевич настаивал на изменениях принятых при Тухачевском. К вопросу решили вернуться после посещения Центрального аэродрома и в более узком кругу.

Глава 7

Следующий день меня никто не трогал, и я успел прочитать всю местную прессу, которая гневно обрушилась на местную контрреволюцию. Из прочтения я понял, что Сталин и Кº не удержались и «раскрутили Шахтерское дело и дело Промпартии», но тут всё в одном деле. Пресса сообщала, что под руководством Кирова в Росбассе пресечена крупная попытка вредительства на многих предприятиях СССР. А целый профессор А. А. Гореев и рад других бывших специалистов хотели устроить в стране энергетический кризис. Все это координировалось из-за границы организацией «Торгпромом», которая поддерживала контакты с французским Генеральным штабом.

– Да… чтоб его – со злости шлепнул газетами об стол, так что зазвенела посуда. Тут я пытаюсь всеми силами наладить советско-французские отношения, а тут то одно, то другое. Радовало только одно, что Киров более внимательно разобрался в этом вопросе. Наказали и некоторых советских руководителей. Почти не тронули рядовой состав, кроме зачинщиков бунтов. Киров в нескольких городах выступил с пламенной речью, которые приводились в газетах, что несколько сгладило общее недовольство населения на местах, и пообещал решить их бытовые проблемы в ближайшее время.

Чтобы немного «остыть», пошёл и погонял Матвея и его работников. Но обратной стороной моего вмешательства стало дополнительные расходы на материалы и оплату строителей. Ну и чёрт с ним…хоть «пар спустил». После обеда поговорил с китайцами и наметил примерный план на будущее.

На следующий день к обеду за мной приехал Сергей и повёз меня на склад к Берсону. Там уже находились Сталин, Ворошилов и Будённый. Пока же они внимательно рассматривали американские грузовики «Мак» АС «Бульдог».

– Не новые, да и кабина не для нашего климата – бросил мне упрёк Ворошилов, как только я пошёл к ним, предварительно пообщавшись со своей и Сталина охраной.

– Не новые, но в хорошем состоянии и довольно дёшево. Французам они сейчас абсолютно не нужны, а вам в самый раз. А если сделаете прицепы, то вообще будет хорошо – подаю с портфеля рисунок. – А переделать кабины не великая хитрость. Как раз по вашим возможностям – не удержался я в конце. Достал меня Ворошилов если честно. Тут и так настроения нет…а он вечно нудить.

– А почему только две новые легковые машины? – спрашивает Сталин и хитро прищуривается, посматривая на меня. Объясняю ситуацию с бриллиантами и золотом в Европе. Даю слово, что следующий раз привезу недостающие.

– Нет. Раз не выполнили заказ, то привезёте Renault 1 °CV MH Sahara. Разница за вас счёт – удивил меня Сталин.

(Без сомнения Renault 1 °CV MH Sahara была очень удачной машиной. Информационный бюллетень торгового представительства СССР во Франции от 1 декабря 1926 года… Действительно, в 1926 году Госторг закупил несколько таких машин. Одну из них отправили в Узбекавтопромторг, где 22 июня 1927 года она и совершила пробег из Чарджоу в Хиву. 500 километров бездорожья были пройдены за 108 часов 10 минут. При этом машина зачастую преодолевала барханы с крутизной до 18 градусов. А в апреле 1929 года экспедиция академика Александра Евгеньевича Ферсмана отправилась в пустыню Каракумы на двух «трехосках» Renault MH и одном Ford Т. Форд вскоре пришлось отправить назад в Ашхабад. Зачем через десять лет что-то там изображали наш Грачев и Лихачёв с внедорожники мне совсем не понятно. – прим. Автора).

– Тогда я предлагаю попытаться договориться купить линию и запчасти по сборке Рено у вас. Такие автомобили во Франции пока никому не нужны, на них нет спроса – предлагаю. Вот же…Сталин явно подготовился и поднял материалы про испытываемую технику в СССР. Надо быть осторожнее.

– Ну… попытайтесь – хмыкнул Сталин.

Идём дальше. Останавливаемся около пулемётовоза. Объясняю ситуацию с ним и тачанками. Объясняю, что нет смысла производить тачанки, лучше на этом заводе производить вардо. Ситуация с жилплощадью сейчас катастрофическая, особенно на новых стройках и у военных. Показываю следующий рисунок. Рассказываю сколько разных мотоциклов, мопедов и велосипедов сейчас за границей.

– Поймите. Ваш лозунг, что посадим всех на автомобили, это прекрасно, но сейчас невыполнимо…да и не нужно. Нельзя сразу с кобылы пересесть на автомобиль. А для того, чтобы люди знакомились с техникой, надо начинать с малого возраста. С игрушек и самокатов – объясняю минут двадцать. Слушают внимательно, вот только не пойму, согласны они или нет. Иногда ловлю себя на мысли, что всё это им известно, просто не всегда правильно принимали решения под чьим-то влиянием…или хотели прыгнуть выше головы.

Наконец дошли до разукомплектованного бронеавтомобиля Rolls-Royce Armoured Car. Охрана скинула с него брезент.

– А что он в таком виде? – повернулся ко мне Будённый.

– Каким достался, таким и привёз. Я его посмотрел, он почти цел. Отремонтируете. Там поснимали медные части, оружие и подпортили колеса – начал я.

– А цену выставил, небось, как за новый? – перебил меня Ворошилов.

– Нет. Нормальную поставил цену, вы плохо список просмотрели…Этот бронеавтомобиль я считаю лучшим прошедшей войны, который я видел. Но я предлагаю его несколько изменить, прежде чем поставить у вас на производство – достаю из портфеля рисунки-схемы и мы склоняемся в четырёх над ними. – Во-первых, немного изменить наклон листов корпуса, тогда в некоторых местах можно и десяти миллиметрами обойтись, вместо двенадцати – показываю карандашом, который достал из кармана.

Дальше показываю большой бампер, которого у Роллс-Ройса нет. Большие колеса. Двигатель я поставить по схеме сегодняшнего Рено, где более толстый радиатор ставится за двигателем. Конечно лучше воздушный, но очень сомневаюсь что сделают. Да и там надо ставить второй совсем маленький двигатель…как было на американских танках Второй мировой у нас.

– У вас ведь холодно, а так можно будет сделать заслонку. Нос формой, тоже как у Рено, что я привёз. В экипаже три человека. Два в башне, какую я вам уже раньше рисовал и один водитель посередине.

– А почему? Ведь рядом можно посадить ещё одного с пулемётом – заинтересовался Сталин.

– Это раньше было можно. Выкатил бронеавтомобиль на прямую наводку и обстреливай противника и ничего не бойся. А сейчас у пехоты есть всё: противотанковые ружья, миномёты, бомбомёты, гранаты, пехотные пушки, крупнокалиберные пулемёты и скорее всего, появятся и противотанковые пушки. Стаять никак нельзя. Так что в башнедолжен быть командир, который внимательно следит за полем боя и руководит. Я переместил его в башню. Зато увеличил бензобак на двадцать пять литров. Теперь смотрите, у меня рама составляет единое целое с корпусом. Это позволит с одной стороны уменьшить массу машины, а с другой увеличить прочность корпуса. На башне дополнительный вертлюг, туда при необходимости можно ставить пулемёт против воздушных целей. Сзади оставил так же. Тут примерно… или триста килограмм груза или дополнительно двух-трех человек посадить. Которые тоже могут стрелять. Хорошо бы поставить и радиостанцию – и тут же показываю на чертеже всё что объясняю.

– Вооружение? – заинтересованно Ворошилов.

– Одну автоматическую мелкокалиберную пушку миллиметров двадцать-двадцать пять миллиметров, которые сейчас начинают делать в Европе и пехотный пулемёт – опять показываю на башне.

– А что, хороший бронеавтомобиль получится. Отдадим рисунки на «Большевик» пусть делают. А то они замучили меня своим нытьём. Танки МС-1 выпускать мы им не дали, а полугусеничный бронированный тягач они неизвестно ещё когда сделают…и осилят ли вообще – удивил меня такими словами слишком спокойный Ворошилов. Чего это вдруг?

– Вы бы ещё нам танк привезли, а то у наших конструкторов что-то не очень получается – обратился ко мне Сталин.

– Можно было бы попробовать Сен-Шамон без орудия купить, если бы вы не сорились постоянно с французами. Ну, вот зачем надо было писать в газетах про французский генеральный штаб? Неужели вы не понимаете, что вас специально стравливают? – с горечью выражаю своё мнение.

– Хорошо. Постараемся впредь проконтролировать такие статьи – после недолгого раздумья пообещал мне Сталин.

– Я привёз немного африканской смолы. Не знал, что вы в САСШ покупаете канифоль в больших количествах. Можно и из Африки возить, всяко дешевле – идём дальше. Рассматриваем всё, а я комментирую привезённое мной. – А вот это «манилла» – показываю медный браслет, который используется в Африке как деньги. – А вот «катанга». В общим, в Африке разной меди хватает. Нужен только нужный товар на обмен.

На рассмотрение всего мной привезённого затратили довольно много времени, но Сталин, Ворошилов и Будённый остались довольные проведённой мной экскурсией. Не кривились даже, когда я показал и рассказывал про достоинство шапки-ушанки 49 пехотной дивизии Колчака купленной мной случайно в Париже на «блошином» рынке. Покрутили с удовольствием в руках «Астру». Для меня стало большой неожиданностью огромной проблемой с пистолетами и наганами в СССР в РККА. Хотя на «чёрных» рынках такого добра с войны осталось много. Спросили, как много я могу привезти таких пистолетов. Удивительно, но команда Сталина решила отказаться от закупок «Маузеров С-96» из-за моих советов и цены на сами пистолеты. Хотя может, и соврали мне.

– Мы по вашему совету присматриваем за фирмой, и как только она разорится, мы попытаемся выкупить оборудование – поделился со мной вдруг такой информацией Ворошилов.

– Маузер пистолет сложный в производстве и дорогой по цене. Для его производства лучше сделать отдельный завод или цех. Производить малыми партиями и сделать его наградным оружием под патрон 9 на 23 – выдаю на одном вздохе. Никак хотят опередить испанцев. Ну может, что и получится.

– Мы подумаэм – Сталин и тут же переглядывается с Ворошиловым.

– Ну и как вишенка на торте, ваш автомобиль-лодка под названием «Пежо-Наутилус» – мы подходим к последнему экземпляру привезённому мной.

– На этом… лодке только твоих бл… балерин катать, а не корабли проверять – пихнул в бок Ворошилова Сталин после осмотра этого необычного экземпляра. – Но вы обещали что-то другое, не так ли?

– Этот прототип вам тоже очень пригодиться, если вы собираетесь строить оборону по голландскому типу. Да и в Европе и других местах рек не мало. Сделать её из металла… и менее помпезную и будет пользоваться большим спросом…везде – пытаюсь оправдаться.

– И, тем не менее, вы обещали нам совсем другое. Надо исполнять свои обязательства – строго Сталин.

– Постараюсь в ближайшее время – только и остаётся, что развести руками. Нуда… место адмиральской яхты притащить лодкоавтомобиль и уверять других, что это тоже подходит… не прошло.

– За вас счёт – опять Сталин разводит меня на деньги.

Э… как их припекло то. Опять за мой? Ладно. Тут я действительно маху дал. Ну, тогда на чём-нибудь другом отыграюсь. На этом мы и расстались. Машина Будённого повезла меня домой, а кавалькада с охраной направилась в сторону Москвы…

* * *

На следующий день, хорошо выспавшись и позавтракав, я как обычно за чашкой кофе читаю свежую прессу привезённую Сергеем. Удивила одна статья, где описывалась, что одна научная группа отправилась в Боровический уезд Новгородской области для изучения жизни… колдунов. Что-то нам в двадцать первом веке наврали об истории нашей планеты. Сейчас тут то колдунов, то Шамбалу, то ещё что-то на севере ищут…мистическое. Ведь неспроста же? А после войны…всё как обрезало.

Ладно, всё это хорошо… и немного даже весело, но когда же мне обещанные деньги привезут? Мне тут уже надоело. Обратно в Париж хочу… или на свой корабль, в крайнем случае.

Как неудивительно, но во второй половине дня за мной приехал Власик. Меня пригласили на ужин, на дачу к Сталину. Вот же работоспособность у некоторых. Когда он только всё успевает?

Заехав во двор, услышал глухие выстрелы. Похоже на звук охотничьего ружья.

– Это что Николай Сидорович? – удивляюсь я и открываю портфель.

– Не надо – перехватывает мою руку Власик. – Это товарищ Сталин ворон стреляет, а то они ему по утрам спать не дают.

– Да? – удивляюсь я. Вот уж не знал, что Сталин был охотником. Надо ему охотничью бельгийскую Fabrique Nationale d’Herstal Browning Auto-5 пятизарядку подарить, чтобы он оценил. Смотришь, тогда и на вооружение её быстрее примут.

После процедуры моего разоружения я уже привычно направился к беседке за домом. О-па. Какая неожиданность. Устройство новой беседки-достархана сильно напоминает, как у меня дома, только несколько больше и другие украшают узоры. Даже тандыр с мангалом уже поставили. Однако.

– Проходи. Нравиться? Садись – пригласил меня подошедший Сталин с двустволкой.

– Хорошо – отвечаю, сажусь и поудобнее устраиваю подушку-валик под себя.

– Это мне Николай все уши прожужжал как у тебя хорошо, вот и сделал – поморщился Сталин.

– И правильно. Ничего тут дорогого нет, зато очень удобно. И гостей не стыдно принять – улыбаюсь. Читал, что Сталин был большой консерватор и очень неохотно менял что-то в жизни, начиная от одежды, заканчивая условиями жизни.

– Скажите, а зачем вам китайцы? – спрашивает с подколкой Иосиф Виссарионович. Странно он начал разговор…к чему эта прелюдия?

– Я бы хотел, чтобы в Таганроге Бехтерев организовал институт изучения мозга. Соединив восточную и западную культуры и подходы в области медицины, надеюсь на лучшие результаты – отвечаю правду.

– У вас так и не прошли головные боли? – интересуется он.

– К сожалению нет. Опухоль очень медленно, но растёт – а чего тут скрывать.

– М-да. Плохо конечно. Пусть профессор организует такой медицинский институт. Мы выделим деньги и материалы. Это сейчас действительно большая проблема. Даже у моей жены Надежды такая неприятность – смотрю, как тяжело дались последние слова генсеку.