Текст книги "Рунические войны Захребетья"
Автор книги: Юрий Москаленко
Соавторы: Алекс Нагорный
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Кстати, пока мы двигаемся в общем потоке гостей, на наши маски никто особо не смотрит. Так что, оценить их смогли пока только конюхи, принимающие бричку.
Ну, что могу сказать? Нормальная реакция у народа просматривается. Не особо они и бежать захотели, а просто слегка погрустнели от вида бледных лиц с ограниченной мимикой, но щедро давших копеечку.
– Ого! Е-моё! – вырвалось у меня непроизвольное выражение. – Гриня, ой! А как мы будем называть друг друга, если на маскараде положено конспирироваться?
Я вспомнил о важном, а сам рассматриваю здание, по сути, являющееся замком, не иначе. Ну, или чем-то таким. С одной лишь разницей – внутри два громадных зала с колоннадой вдоль стен. На втором этаже есть многочисленные выходы на широкий прогулочный балкон, где запланирован отдых от танцев, наверное.
– Да! – лаконично ответил друг.
– Что – да? – я ухмыльнуться хотел, но передумал.
– Монументально! – чуть более подробно, но так же лаконично охарактеризовал увиденное Гришаня.
– Согласен! – я поддался на его манеру вести восхищённый диалог.
Об именах пока забуду. Напарнику не до того!
Мы поднялись по широким ступенькам к высоченным дверям главного входа в парадный атриум этого шедевра архитектуры древнего зодчества. Даже невооружённым взглядом можно определить, что постройка старше всех, что я успел тут увидеть. Наверняка, одного возраста с развалинами крепостей и оборонительных стен.
Тут мы сразу попали в водоворот массы гостей, входящих внутрь и ищущих местечко вдоль стен, где бы встать и постоять до начала мероприятия, среди лат и рыцарских доспехов. Ну и картины тут всякие наблюдаются. Битвы и такое всё, воинственное и однообразное. Не пахнет пейзажами или натюрмортами с вазами, ни разу даже не пахнет.
– Народу разодетого – тьма! – шепнул я Гришке на ухо.
– Это – да! – он отреагировал с восхищением. – Вон, дамы в пышных платьях, в красивых масках, украшенных перьями редкими и чем-то явно драгоценным.
– Ты про наши так намекаешь? – я вкрадчиво осведомился у друга, подначивая.
– Да нет, – он смутился. – И наши хорошие, редкие.
Мы продолжили рассматривать гостей, и я отметил, что мужская часть более равномерно одета. Все поголовно в строгих костюмах определённого покроя.
Однако, есть и новые, явно сшитые известным мне мастером, Моцартом, моего фасона, так сказать, новомодного. И это здорово!
А мы с Гриней во фраки вырядились, чтобы не быть белыми воронами, в смысле, не выделяться одеждой, из-за которой есть шанс быть сразу узнанными.
Выходит, зря я беспокоился.
Ну а выделяемся мы и так, масками моими. На нас многие уже поглядывают и шепчутся…
Бум! Бум! Бум!
Специальный глашатай, одетый во всё блестящее и тоже снабжённый маской, привлёк всеобщее внимание, постучав об пол красивым посохом, или как он там называется – я без понятия.
Он замер на самой верхней площадке у распахнутых теперь дверей второго этажа, куда сводились сразу две полукруглых центральных лестницы.
– Господа и дамы! – обратился он так громко, как когда-то я слышал в колизее местном. – Прошу вашего внимания, – глашатай замер, ожидая соответствующей реакции.
Гости и мы с Гриней сконцентрировались на этом человеке, гадая о теме в продолжении речи. Тон мне его не понравился, так как счастьем не отдаёт, а скорее, на что-то серьёзное намекает. Стоим, ждём.
Наконец, публика вокруг перестала шевелиться в поисках места с наилучшей видимостью оратора. Он оценил достигнутый результат и приосанился. Хотя, я точно был уверен, что товарищ уже достиг в этом предела. Но нет, как оказалось, можно и прямее стать, если очень захотеть этого.
– Магистр Валентайн, член-представитель Протектората Верховных Архимагов Руссии, – назвал подошедшего глашатай. – Обязан зачитать указ Императора Руссии. Это – важно!
Магистр вышел вперёд, заняв место отошедшего в сторону, прокашлялся и взял в руку бумагу, свёрнутую в трубочку и перевязанную лентой с кучей сургучовых печатей. Распаковал и…
– Указ Императора! – ошарашил началом он всех, судя по вздохам и ахам.
Да и сам Валентайн удивился, перечитав про себя начало, но собрался и…
– Указ об усилении войска Руссии на территории Захребетья, Прихребетья и Застав Пограничных у Земель Восточных, – начал зачитывать магистр, – что до самой Царь Реки простирается…
Я отвлёкся, слушая вполуха нового глашатая.
– Интересно, а река эта какая? – вопрос меня посетил логичный и я его шепотом другу озвучил. – Енисей, Пур или Обь? Больше там на титул царской реки нет претенденток. Вроде. А, Гришка?
– Знамо дело, Обь упомянута, – пояснил Григорий.
Мы вернулись к прослушиванию…
– … Я, Великий Государь, Царь и Великий Князь, Пётр Годунов, всея Руссии и иных многих государств и земель, восточных и западных и северных, отчич и дедич, и наследник, и Государь, и Обладатель, – перечислил регалии Монарха Валентайн, точнее зачитал. – Высочайше повелеваю! Вернуть на службу армейскую запасников всех сословий, по состоянию возраста и здоровью годных к прохождению службы воинской. Применить к Вольнонаёмным Рунным Магам меры ограничительные, и прикрепить к подразделениям армейским…
Я посмотрел на маски вокруг и огорчился, так как не увидел под ними лиц, чтобы доподлинно оценить реакцию. Однако, по лёгкому ропоту, пронёсшемуся по толпе и быстро затихшему, мне не составило труда догадаться, что счастливых тут единицы.
Новость нелицеприятная, и это однозначно.
– Особо касаемо Рунных Магов призывного возраста и с опытом боя… – звучит голос чтеца…
Я снова прислушался к словам уважаемого магистра.
– Упразднить до распоряжения особого… – он начал перечисление ограничений…
Я слушал и зондировал окружение на предмет настроений, когда что-то знакомое заставило вновь обратить внимание на речь Валентайна.
В итоге я ахнул, ведь это уже перебор, даже для меня, хоть и призывного возраста, но надеюсь, что не буквально. Очень не хочется загреметь в армию, ещё и без оруженосца, которого только что отменили указом. Временно, но насколько?
По обещанию Аперкилда, мне ещё около года амнистия по призыву светит. Но, а вдруг до того момента поправки к указу с ослаблением закрученных гаек не случится, обещанной монархом в завершении указа? И пойду я топтать земли Захребетья, точнее, помчусь на своём скакуне, не имея представления о всякой там лошадиной сбруе, которую мне придётся навешивать на животное самостоятельно.
Нужно обязательно ознакомиться с этим процессом, когда Гриня в очередной раз коней седлать затеет. И попросить его лекцию по ликбезу прочесть. На всякий случай.
Вот такие мысли, тревожные и даже мрачные отчасти, завладели моим разумом во время чтения Валентайном Императорского указа. Я даже не сразу заметил, что магистр завершил знакомить гостей с государственным распоряжением и удалился, вновь уступив место глашатаю.
– Гриня, – я тихонько ткнул друга, привлекая внимание и заставив приблизиться ко мне ухом. – Будешь коней готовить – меня кликни!
– Ну ладно, Феликс, как скажешь, – он удивлённо повёл плечом. – Что-то стряслось, вероят…
Бум! Бум! Бум!
Словно для таких как я и Григорий, блестящий дядя постучал по каменному полу, привлекая внимание гостей и выводя из ступора с глубоким мыслительным процессом некоторых, на меня сейчас похожих. И не так уж их и мало, если на окружающих обратить более пристальное внимание.
– Дамы и господа! – начал вещать глашатай зычным голосом. – Прошу всех подняться в главную залу! И пусть начнётся праздник, по традиции и случаю начала учебного года в нашей прославленной Академии Боевых Рун! – огласив приглашение, он развернулся и первым вошёл внутрь.
В этот же момент из-за открытых дверей полилась музыка, и довольно мелодичная, кстати. Мы стали подниматься по одной из лестниц в главный зал всего здания вмести со всеми гостями, перешёптывающимися и обсуждающими услышанное. Однако, по мере продвижения, общее настроение собравшихся явно улучшается и это заметно по нарастающему возбуждению.
Спустя целых пять минут, никак не меньше, такой вот, неспешной поступи по ступеням, мы поднялись на второй этаж, где я моментально оценил главный зал и его убранство. Ну, и на детали праздничной подготовки внимание обратил.
Всё можно обобщить одним словом – достойно!
Красивые полотнища с гербами Великих Кланов спускаются из-под потолка по стенам между колоннами, образовывая ещё одно место для уединения и отдыха от танцев. Снующие тут и там слуги, тоже в масках, подносят на позолоченных подносах тонизирующие и слабоалкогольные напитки гостям.
Я даже заметил некий ажиотаж, когда у пары разносчиков смели все бокалы, едва он вышел из специальной двери в торце зала.
– Гришка, – я уже заговорил смелее, не опасаясь свидетелей, занятых кто чем. – Глянь-ка в ту сторону, – Я указал легким движением подбородка нужное направление.
Распутин отвлёкся от любования нарядными дамами и сконцентрировал внимание на противоположном конце зала.
– И что там, Феликс? – он не понял моего радостного настроя. – Не вижу, чему ты так счастливо реагируешь…
– Бестолочь! Гриня, – я ткнул его посильнее и направил голову рукой. – Вот там, наши коктейли, – пояснил невнимательному другу.
Он просиял внутренне, как мне подсказал восхищённый вздох, лица же не вижу.
– Ого! Дык это… Теперь все будут знать про него, – проговорил он очевидное. – Так это здорово же, да, Феликс?
– Да, и это…
Тут все оживились, а оркестр заиграл что-то задорное, ну, это на мой взгляд, неискушённого гостя на маскараде.
Женская половина гостей и мужская разделились и встали в шеренги, поклонились и… Я обалдел. Нет, естественно, что о групповых танцах в давние времена я слыхал, но вижу второй раз в жизни и всё время удивляюсь. В чём прикол?
– Вот когда вальс будет. Э-хх! – словно прочтя мои мысли Гришка вздохнул мечтательно. – Тогда можно и к талии притронуться.
– Василиса! – коротко напомнил я.
– Да я что? Это к слову… – отпрянул друг от меня, чуть руками не замахав. – Она лучшая, Васька моя! Василисушка.
– П-фф… кому это мешало, хоть когда-нибудь! – фыркнул я. – Гриня… Угу! Свежо предание… Казанова, блин! А что ещё, помимо вальса, предусмотрено программой? – спросил, а сам подумал, что зря это сделал.
Мимо, как раз, проходил лакей с подносом напитков, и я выбрал что-то шипучее, искрящееся пузырьками в свете многочисленных свечей. Люстры такого размера огромного, что я невольно обратил внимание на кованые цепи, держащие их. Нормальное изделие.
– Дык, как обычно, Феликс, – Гриня поспешил с ответом. – По заведённой программе, ежели будут следовать, то далее… – он задумался, почесав висок. – А, так вот! Полонез, вальс, полька, – начал он перечисления, – лансье потом. Дальше галоп будет, после снова вальс…
– Стоп! – я понял, что не могу классифицировать, да и вообще, осознанно воспринять поступающую от Грини информацию, просто не в состоянии, от отсутствия понятия в названиях. – Достаточно! Я пойду, пройдусь, осмотрюсь тут… А ты танцуй, или мы зря пришли на этот праздник жизни? Я Василисе ничего не скажу, – добавил я и подтолкнул любителя праздников к шеренге с мужской половиной гостей. – Давай-давай!
– Пару танцев всего! – обрадовался оруженосец.
Я же осмотрелся ещё раз, и мне захотелось выйти на воздух, маску на пару минут снять неплохо. Под ней жарко.
Пройдя к шторе из кланового флага, свисающего с потолка, я миновал его и вышел через двери на широкий балкон, где уже прогуливались пары, чинно беседующие и иногда смеющиеся. Увидел и группки девушек, или дам постарше. Мужская часть тоже присутствует.
При встрече все раскланиваются и отпускают шуточки, или обсуждают указ, но я не прислушиваюсь, а ищу место уединения.
Нашёл, как раз то, что нужно – такой вот, между двумя колоннами, закуток с перилами балкона. Нормальное местечко и незанятое!
Подышал, какое-то время, при этом слушая смены музыкальных композиций оркестра. Гришка, видно, отрывается по танцам. Ну и пусть порадуется. Ведь получается, что это самое популярное из ассортимента досуга аристократов. Балы-маскарады и приёмы у знати… М-мм-да.
Потом я нарезал пару кругов по обеим сторонам здания с балконами, в качестве прогулки. И опять вернулся стоять у перил, прихватив очередной фужер лёгкого алкоголя.
Прошёл час, а может, и полтора моего офигенного празднования в одиночестве. Марфу с Роксаной я не отыскал, да и как их узнать-то? Это невозможно, даже при помощи чтения ментального окружения. Народищу слишком много с едиными мыслями. Фонят, понимаешь ли, это если можно так выразиться.
Так и коротаю время, никому не мешаю, и меня никто не трогает.
– Начальника?! – Чукча в голове возник столь неожиданно, что я дёрнулся.
Забыл про него совсем, хотя сам же наказывал никуда не шастать, и со мной на бал отправляться. Память что-то рано продырявилась, или это офигенное моё веселье в одиночестве сказалось.
– Чего тебе? – буркнул я в ответ, ожидая какую-нибудь очередную глупость или комментарий.
– Моя предупредить твою обязанная! – начал таракашка серьёзно, чем обескуражил даже, заставив меня напрячься. – Послушает твоя пусть, однака! Тама дамочка одна к тебе сейчас подойдёт, симпатичная и привлекательная, только подозрительная её, аднака, – он интригу внёс.
– И чем же? – я даже перестал облокачиваться и выпрямился, осматривая участок балкона перед собой. – Ну же, чудо усатое, говори уже!
– Любовная магия так и прёт из дамочки, моя видит! – он совсем меня в смятение начал вводить. – Но твоя, хозяина, не в качестве любовничка ей спонадобился… Уй! Подходит-подходит ужо!
Я обрадовался, что стою с маской на лице, и моё глупое выражение не видит эта прелестная особа, направляющаяся ко мне лебединой, плавной и обворожительной походкой. Декольте привлекло, как и разрез на обегающем платье. Подобное я видел на Роксане на днюхе у Марфы.
Ножка стройная и ровно до того места просматривается, которое мужика за причиндалы своим видом берёт и уже не отпускает. Но в пределах разумных и никакой откровенности не допускает. Загляделся прямо и перевёл взгляд на её лицо.
Из-под маски видна только нижняя часть, с аккуратным носиком, щёчками с привлекательными ямочками и… Контрольный в трепетное сердце, в виде едва приоткрытого ротика, через щёлочку между упругими губками которого, просматриваются чуть разомкнутые зубки.
Это боевая форма соблазнения! Не иначе!
Но вот магия, ещё и любовная, про что Чукча вещал, на меня не подействовала. Перстень Рюрика отреагировал однозначным уколом горячей иголки в палец, а цепочка с кулоном обдали холодом. Нормальная, такая вся, реакция артефактов, бодрость духа поддерживают.
– Не стоит так реагировать, князь, – заговорила девушка молодым, бархатным голосом. – Предупреждая ваш вопрос, я отвечу! Инкогнито ваше не раскрыто, но мне повезло, что один из моих друзей, – она сделала паузу, разжигая интригу. – Так! – она кокетливо махнула рукой с веером. – Просто упомянул, что некий господин Феликс, коего все считают покинувшим этот мир, прогуливается по балкону. Он его увидел из-за снятой маски, когда находился внизу со своей дамой, – она указала мне за спину. – В парке. Я, конечно же, взяла с него слово, что больше никто не узнает о вас, и инкогнито князя останется, – завершила она предисловие, намекающее на знакомство. – Так как, я привлекла ваше внимание? Или мне сказать знакомому, что моя просьба утратила основания? – тонко так, соблазнительница пошла на лёгкий шантаж.
Я отошёл от перил, встал рядом, по левую сторону от прелестницы и изогнул локоть, недвусмысленно намекая на желание пройтись с ней рука об руку, и побеседовать. Что, наверняка, ей сейчас и нужно. Так зачем сходу отказывать даме в такой мелочи? Да и самому интересно, что за игра намечается со мной в главной роли.
Она истолковала мой посыл правильно, как согласие на приватную беседу, и, приблизившись, сделала то, что и предполагалось. Взяла меня под руку, и мы не спеша пошли вдоль, по балкону.
– Маска у вас, Ваша Светлость, уж больно интересная, – начала она, ну очень издалека, наверное, следуя этикету. – Вот только на ней отражена печаль, я верно подметила? Может, драматический роман у вас с какой-нибудь благородной девушкой случился? Быть может, она разбила князю сердце?
– Это Каонаси – заморское божество, древнее, типа духа, – совершенно спокойно высказал я, выбрав из двух, так тонко предложенных ею всего лишь в одном прозвучавшем вопросе, тему с масками. – Воинственное, опять же, и безликое.
– Тогда, это многое объясняет, – подметила она скептически, и выразившись, как Артур.
Мы пропустили шумную группу господ, отступив к витражу огромного окна, начинавшемуся от самого пола. Гости обсуждали указ Императора, жестикулируя и выражая досаду.
Я сразу понял, что это молодые маги, уже набравшиеся опыта в познании и практическом освоении рунных плетений боевого характера, но неподходящие под призыв. Понятно. Молодые и рвущиеся на войну ребята и девчата, страстно желающие себя проявить.
И что на войне их прельщает? Как по мне – да на фига она нужна, война эта!
– Так о чём вы хотели поговорить со мной, неизвестная госпожа, – я решил пропустить великосветский раунд переговоров ни о чём. – Вы разожгли во мне огонёк интереса, признаюсь! Но один момент, в нашем начавшемся общении, меня смущает.
– О! Рада, что так подействовала на вас. А какой же момент заставил смутиться столь одиозную личность? – переспросила она с интонацией кокетства, вперемешку с недоверием. – Или вы, князь, позволите, испытав удачу, догадаться самой?
Дамочка явно играет роль, но что всё это значит и чего ожидать дальше? Интересно, и правда.
– Если вам, сударыня, это доставит радость, то я не имею ни повода, ни желания чинить вам препятствия, – я скопировал поведение Артура, галантно отстранился от неё и освободил свою руку. – Прошу Вас! Пробуйте догадаться.
Она развернулась и пошла вдоль перил, чуть-чуть касаясь их веером, а вот вторую руку поднесла к лицу и кокетливо прикусила пальчик. Ну, это вообще, игра на уровне высшего пилотажа!
Ну, делать более ничего не остаётся, как подыграть ей, и я последовал за неизвестной госпожой, изображая пойманного и околдованного её чарами.
Глава 4. Предвестники неприятностей…
Пройдя не более десятка шагов, неспешно и привлекая моё внимание недвусмысленной походкой чаровницы, девушка, или же молодая женщина, остановилась и развернулась лицом ко мне.
– Возможно, что князю неудобство составляет моё инкогнито? – проявила соблазнительница чрезвычайную сообразительность. – Не этот ли момент вас смущает в общении со мной?
Я поравнялся с ней и встал, разыгрывая увлечённость созерцанием парка с окрестностями вокруг здания или дворца празднований. Незнакомка последовала моему примеру, терпеливо ожидая от меня поддержки диалога.
Ну, что ж, не вижу особого смысла разочаровывать девушку.
– Вы правы, неизвестная госпожа, – подтвердил я правильность высказанной ею догадки. – Вы знаете кто я, в отличие от меня, сгорающего от вашей неизвестности. Да и причина обращения ко мне, скорее далека от праздной игры на нервах, намекая о скором раскрытии моего инкогнито. Может, мы перейдём к делу, как вы на это смотрите?
В этот момент мимо проходил лакей, у которого на подносе находились бокалы с напитками, привлекавшие внимание букетом красок. Коктейли из разных соков, сродни разноцветной ёлочной гирлянде, не могут оставить никого равнодушным, в том числе, и меня.
– Платье у вас интересное, это коллекция этого года? – решил я разбавить непринуждённым разговором её нерешительность с представлением.
– Что, простите? – она не поняла вопроса, задаваемого в моём, покинутом мире. – А-аа? Вы про платье… Да, пошито специально для этого бала.
– Как мило! – выдал я немного восхищённых эмоций. – Вам определённо идет этот фасон, – добавил я комплимент, сам же подумал, что и без оного атрибута на теле девушка будет неотразимой. – Милейший, – вспомнил я о лакее. – Подойдите!
Призвав его дополнительным жестом, я взял два фужера и элегантно протянул оба даме, предоставив право выбора.
– Прошу вас, выбирайте, – подкрепил я жест словом. – Красный, возможно, из клюквы, но я могу и ошибаться.
– Благодарю, князь, – она взяла бокал, а я в очередной раз испытал проблемы с употреблением напитка.
Мне, в отличие от остальных гостей на балу, мешает маска, полностью скрывающая лицо от подбородка до волос. Моё неловкое положение не ускользнуло от незнакомки.
– Могу я предложить вам уединение? Тут внизу есть комнаты для тех, кто сбрасывает маски, – она произнесла недвусмысленное предложение, заставившее меня задуматься над продолжением.
Мне не очень хочется, если честно признаться, попадать в сети любовной интриги с непонятным финалом. Тем более, что всё очень уж откровенно выглядит.
Но я могу и ошибаться. Вполне может статься, что эта игра с соблазнением предназначена исключительно для привлечения моего внимания и проявления интереса к беседе с девушкой.
– Не вижу определённых причин для отказа, – чуть поклонился я. – Итак, какое имя носит дама? – пришлось напомнить.
Мы прошли вдоль фасада по балкону до того места, где наружная лестница спускалась к первому этажу. Девушка молчала, скорее всего, решаясь на представление, которое неизбежно, если предстоит снять маски в кабинете для общения. Или как он тут правильно называется?
Уже подходя ко входу, я притормозил, ожидая её ответа с оглашением имени и титула. Ведь даже ежу понятно, что дамочка – аристократка.
– Итак? Что вы решили? – я счёл возможным надавить с ответом, когда мы подошли к двери небольшого кабинета. – Я до сих пор не знаю имени своей спутницы! – я добавил в тон нотку нетерпеливости.
Войдя, я оценил приятную атмосферу комнаты для проведения бесед. Не единую, как оказалось, а одну из многих в этом замке. Приглушённое освещение несколькими магическими свечами в массивных подсвечниках прибавляет романтизма или интриги.
Небольшой столик с круглой столешницей стоит напротив дивана и имеет пару дополнительных кресел по бокам. Сервирован напитками и чем-то из лёгких закусок. Очень скромно, но более ничего и не надо для переговоров без свидетелей и масок.
А для того, чтобы подстегнуть девушку к скорейшему избавлению от своего инкогнито, я снял свою маску и положил её на столик, заняв место в кресле, предварительно дождавшись пока дама не присядет на диванчик. Этикет же, ёлы-палы. Соблюдать приличия надобно.
– Ну что же, князь, не вижу более причин для ношения этого, – она последовала моему примеру и грациозно избавилась от своего атрибута маскарада. – Позвольте представиться, графиня Потёмкина Полина Николаевна, – назвалась она и сосредоточила внимание на мне, изучая реакцию.
Но мне имя ничего не сказало, а вот внешность поразила. Особенно зелёные глаза красавицы, так привлекательно, и, в то же время, настораживающе сверкнувшие отражением свечей.
– Очень приятно, – я поднялся и приблизился.
Девушка среагировала на мой поклон протянутой рукой для поцелуя, что я и сделал, прежде чем вернуться на место. Ну, раз так положено при знакомстве, то зачем разочаровывать Полину Николаевну незнанием этикета. Право, не стоит.
– Чем обязан, графиня? – перешёл я к делу.
При этом, глядя на статную фигурку девушки, разрез платья которой сродни кулону гипнотизёра, не дающего шансов смотреть куда-то ещё. Но я поборол себя и сосредоточился на лице прелестной собеседницы, явно довольной эффектом от действия на меня своей внешности. А может, она думает, что подействовали магические чары.
– Странная реакция у вас, князь, – графиня чуть разочаровалась. – Многие ищут аудиенции со мной, а вы словно и не рады?
– Я недавно прибыл из далёких краёв, – поспешил я пояснить своё поведение. – Многого не знаю о жизни губерний, а о столичных делах, тем паче, – развёл я руками и пожал плечами. – Капельку крепчайшего, или чего-нибудь послабже? – протянул я руку к столику.
– Да, пожалуй, – невнятно ответила она, видимо, слегка задумавшись.
Я налил крохотную рюмку чего-то и подал даме, сам же ограничился принесённым коктейлем. Она пригубила напитка и поставила ёмкость на место.
– Если вы немного расскажете о себе, то я гарантирую изменение своего поведения, – подначил я девушку. – Да и разговор, как мне показалось, как-то да связан с вашей фамилией? Я прав?
– Вы проницательны, – она улыбнулась. – Что ж, я удивлена, не скрою…
– В таком случае, – я продолжил за неё, – будет не лишним провести маленькую беседу и познакомить меня с вашей личностью. Правда, – я чуть осмелел, и решил сломать великосветский тон разговора на нормальный, – Полина Николаевна, чем ваш род так уникален, чтобы я таял лишь при его упоминании? И кто вы, и чем занимаетесь?
Тут она искренне удивилась, но быстро взяла себя в руки.
– Признаться, я впервые буду рассказывать сама о себе и своей династии, – графиня улыбнулась, показав зубки. – Ну, коли уж вы и вправду не искушены в реалиях деловой Руссии, то я кратко поясню сферу своих интересов… Н-да, определённо о вас говорят правду, обсуждая в кулуарах неизвестного князя, способного на выдумки и изобретения, – подметила она, чем выдала основное русло будущей темы.
– Буду весьма признателен, – я легонько поклонился. – Это поможет мне более чётко понимать цель переговоров, в проведении которых я уже почти не сомневаюсь. Прошу вас, произнесите буквально несколько слов о себе, можно тезисно и без излишних подробностей! – добавил я и откинулся на спинку, готовясь выслушать монолог красавицы о своей династии.
Графиня придвинулась к краю дивана и демонстративно положила ладонь на освободившееся место.
– Не желаете присесть чуть ближе, князь? – с лёгким кокетством прозвучал предсказуемый вопрос. – Так общение пойдёт в более доверительной интонации!
– Пожалуй, я пока воздержусь, – парировал я, не намереваясь делать ошибок. – Не поймите меня неправильно, однако мы ещё не так хорошо знакомы, – пояснил я, не меняя положения.
Она скривила губки, и мне показалось, что тень зарождающегося раздражения пробежала по её безупречному личику. Но графиня быстро справилась с собой, показав внутреннюю силу и хороший самоконтроль. Непростая дамочка с твёрдым характером.
– Так вот, род наш известен во многих кругах, а особенно, среди промышленников, – начала она пояснение для меня, по её мнению, только что спустившегося с гор обезьяна, мало чего слышавшего о знати. – Оружейные мануфактуры славятся по всей Руссии, – она кивнула на мой револьвер. – Вон там есть клеймо, что проясняет принадлежность изготовителя, и в большинстве случаев – он наш.
Я не стал отвлекаться и только кивнул, смотря на неё тем самым взглядом повышенного внимания.
– В генеральном инженерном ведомстве, что при адмиралтействе, многие о нас знают, – тут она схитрила, выразив мимикой безразличие к сказанному. – Да и служат там некоторые господа из нашего рода…
– Позвольте, я догадаюсь? – пришлось ухмыльнуться и попытаться развеять её заблуждение относительно моей тупости. – Ваши регалии – это здорово, но для меня не самое главное, – отразил я способность к трезвому мышлению. – Полина Николаевна, – я оторвался от спинки кресла и принял чуть более строгое положение, – думаю, что вас заинтересовали некоторые мои патенты? Я прав?
Она и правда слегка удивилась и кивнула своим мыслям, пришедшим только что и связанным с тугодумом, который сразу не понял, с кем разговаривает, но только что осмыслил своё положение.
– Вы проницательны, – графиня грациозно взяла рюмку и, прищурившись, посмотрела сквозь рубиновую жидкость на меня. – Интересует, не скрою, приобретение генеральных лицензий на прицельные приспособления. Мануфактуры наши известны повсюду, да и за границей продукцию ценят, так что, можем оговаривать любую сумму, вплоть до такой, что перешагивает грань приличий, – она усмехнулась, и отпила глоток, рассчитывая, что я моментально поведусь. – Кроме того, мои высокопоставленные родственники могут содействовать вам, князь, если вы пожелаете связать своё будущее с флотом, – прозвучало контрольное предложение, должное меня поразить.
Она замолчала, изучая реакцию и смотря на моё лицо, ровным счётом ничего не отражающее. Что-то говорить сейчас – это провал и признание своей слабости. Ну, уж нет, я пока не готов к таким переговорам.
– Предложение интересное, – я смягчил возможный будущий отказ. – Но позвольте, генеральная лицензия позволит вам продавать и патенты, что является отдельной статьёй дохода…
– А что в этом плохого? – удивилась она. – Да и не так уж это и много, но вот какая выгода получается вам, не забудьте, что карьерная лестница очень сурова! Ступени её слишком широки для господ, обделённых поддержкой друзей, и чем выше, тем всё сложнее подъём по ней! – надавила графиня, нарочито громко ставя рюмку на стол.
Мне пришла в голову мысль о таком вот сигнале, и я вдруг отчётливо осознал свою правоту в этом предположении.
За спиной распахнулась дверь, с шумом ударившись о вешалку рядом. Ну, вот теперь мне понятен весь план, только зачем так усложнять-то? Комедия с суровым женихом, что ли? И что я должен буду сделать по завершении этого действа с непонятным финалом? Согласиться отдать лицензии? Но, во избежание чего?
Мысли промелькнули быстро, а я остался сидеть, даже не отреагировав на звук быстрой поступи шагов влетевшего неизвестного. Пока неизвестного, нового действующего лица несостоявшихся переговоров, точнее, неудавшихся по плану графини.
– Вы! Вы! – прерываясь от частого дыхания, начал орать неизвестный в маске. – Вы, сударь, оскорбили мою даму непристойным поведением! – выдал он банальщину. – Я требую немедленного удовлетворения!
– Ты понты свои великосветские в заднице оставь, откуда пытаешься их вытащить, а то воняют! – проговорил я, не вставая. – Где доказательства твои? Я к вашей даме не приближался!
– Вас видели вдвоём! Вы прогуливались рука об руку! – дал он ссылку на мой единственный прокол. – И уединились в этих комнатах! – продолжил он орать. – Вот мои секунданты! – он указал мне за спину.
Мне разонравилась эта беседа. Я обратился мысленно к Чукче и выяснил, что один из камней памяти до сих пор в кармашке патронташа и Рыжий его давно активировал. Но там только звук, а вот с остальным проблема. Но и этого думаю достаточно.
– Да без проблем, – заявил я, вставая. – Выбор оружия за мной, я полагаю, по правилам поединка?
– Выбирайте! – снова повысил голос дядя, лет под тридцать, если прикинуть по голосу.
– Уже выбрано! – коротко донёс я информацию и сделал всего два шага, но длинных, для набора инерции…
Подскочив к гостю на третьем шаге, я провёл прямой в челюсть. Это как на тренировке.
Удар пришёлся точно в ямочку подбородка, где достигается максимум эффекта. Господин подался назад, но не шагая, а просто падая вертикально, потеряв сознание, а я констатировал нокдаун и вероятный перелом челюсти.