Текст книги "Россия и Китай в XX веке: граница"

Автор книги: Юрий Галенович

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]

Далее в этой книге мы будем неоднократно обращаться к содержанию беседы А. Н. Косыгина с Чжоу Эньлаем. Хочу привести здесь часть тех высказываний, которые, по мнению китайской стороны, прозвучали в ходе беседы 11 сентября 1969 г. в пекинском аэропорту руководителей правительств СССР и КНР.

А. Н. Косыгин: «Если все прошлое завязать в один узел и этот узел выбросить, то тогда, может быть, будет проще и легче найти подход к обсуждению проблем».

Чжоу Эньлай: «Старое невозможно все выбросить. Нужно заняться главным вопросом в настоящее время и смотреть вперед».

А. Н. Косыгин: «Империалисты хотят путем столкновения СССР и КНР кардинально решать свои дела».

Чжоу Эньлай: «Но народы не хотят этого».

Чжоу Эньлай: «Спор по теоретическим вопросам будет продолжаться и при коммунизме… Центральный вопрос – комплексный… Но мы должны стремиться к поддержанию нормальных государственных отношений… Центральный вопрос в комплексе наших отношений – это вопрос о границе… Дискуссия по вопросам, оставленным историей, будет продолжаться. Это принципиальный вопрос. Однако мы можем определенно заявить, что у нас нет территориальных притязаний к СССР. Исторически вопросы возникли потому, что в те времена в наших странах не было компартий, наши народы находились в бесправном положении.

Мы за то, чтобы принять за основу существующие договоры. Если действовать в соответствии с этим, то будет нетрудно решить спорные вопросы. Надо начать с вопроса о границе. Если мы не будем вести переговоры по этому вопросу, то конфликты на границе будут продолжаться. Мы точно знаем, что в этих конфликтах мы были пассивной стороной, а вы говорите, что начали мы. Что же делать? Нужно сделать так, чтобы вооруженные силы наших стран не соприкасались в спорных районах».

А. Н. Косыгин: «Что вы имеете в виду под спорными районами?»

Чжоу Эньлай: «Когда начнутся переговоры, это вам станет ясно. Мы передадим свои карты. Места, где были столкновения в этом году и в прошлые годы, – это и есть спорные районы».

После встречи 11 сентября 1969 г. А. Н. Косыгин и Чжоу Эньлай обменялись письмами. Уже 18 сентября премьер Госсовета КНР Чжоу Эньлай направил председателю Совета Министров СССР А. Н. Косыгину письмо следующего содержания (привожу по памяти):

11 сентября 1969 г. во время встречи в пекинском аэропорту обе наши стороны согласились в том, что вопрос о китайско-советской границе, длительное время не получавший разрешения, должен разрешаться путем мирных переговоров и в условиях, исключающих всякую угрозу, а до его разрешения обе стороны будут предпринимать временные меры к тому, чтобы сохранять статус-кво на границе и избегать вооруженных конфликтов. Обе стороны также обменялись мнениями о том, какие временные меры следует предпринять. Конкретно говоря, эти меры заключаются в следующем:

1. Обе стороны согласились строго сохранять статус-кво на границе до разрешения вопроса о границе:

1) На тех участках, где обозначения линии границы у обеих сторон совпадают согласно картам, обмененным на китайско-советских консультациях о границе в 1964 г., обе стороны обязуются строго соблюдать предусмотренную договорами линию границы и не пересекать ее;

2) На тех участках, где обозначения линии границы у обеих сторон не совпадают, т. е. в тех районах, вопрос о принадлежности которых остается спорным, обе стороны обязуются, что население каждой из сторон будет по-прежнему проживать, вести производственную деятельность (включая возделывание земли, строительство оросительных каналов, пастьбу, косьбу трав и заготовку дров на суше и островах, ловлю рыбы на реках и др.) и передвигаться там, где оно всегда проживало, вело производственную деятельность и передвигалось, и не будет передвигаться вперед к другой стороне и чинить препятствия другой стороне; обе стороны не будут входить в те места, где никогда никто из обеих сторон не проживал, не вел производственную деятельность и не передвигался.

Пределы районов, указанных выше в пунктах 1) и 2), будут установлены путем консультаций между соответствующими пограничными органами обеих сторон; как только будет достигнута такая договоренность, уже не возникнет в дальнейшем надобность в уведомлении по каждому случаю; эта договоренность остается в силе вплоть до разрешения вопроса о границе.

2. Обе стороны согласились избегать вооруженных конфликтов:

1) Обе стороны обязуются, что все вооруженные силы своей стороны, включая ядерные вооруженные силы, не будут нападать на другую сторону и не будут открывать огонь по другой стороне;

2) Обе стороны обязуются, что самолеты своей стороны не будут вторгаться в воздушное пространство другой стороны;

3) Обе стороны обязуются, что военные корабли и другие суда своей стороны, плывя по главному фарватеру пограничных рек, будут строго соблюдать ныне действующие Правила плавания, не будут чинить препятствия нормальному плаванию судов другой стороны и не будут угрожать безопасности судов другой стороны.

3. Вооруженные силы обеих сторон выходят из соприкосновения в спорных районах на китайско-советской границе:

1) Все вооруженные силы обеих сторон покидают или не будут входить во все спорные районы на китайско-советс-кой границе; они выходят из соприкосновения;

2) В тех районах, где вооруженные силы обеих сторон выходят из соприкосновения, если ранее имелись уже населенные пункты, то можно будет сохранять необходимый невооруженный гражданский административный персонал.

4. Обе стороны согласились в том, что в случае возникновения споров на границе соответствующие пограничные органы обеих сторон будут в духе равенства и взаимного уважения вести консультации для поисков рационального урегулирования; те вопросы, которые они не смогли разрешить, докладываются каждой стороной своей вышестоящей инстанции и разрешаются путем консультаций через дипломатические каналы.

5. Обе стороны согласились в том, что вышеупомянутые временные меры по сохранению статус-кво на границе и избежанию вооруженных конфликтов на границе не затрагивают позицию каждой из сторон в вопросе о границе и принадлежность спорных районов.

Если вышеуказанные временные меры будут подтверждены Вашим письмом, то они станут договоренностью между правительствами КНР и СССР, которая немедленно вступит в силу и будет претворена в жизнь.

Я уверен, – заканчивал свое письмо глава правительства КНР, – что если будет достигнута настоящая договоренность, то это способствовало бы разрядке обстановки на границе наших стран и проведению китайско-советских переговоров о границе.

25 сентября 1969 г. А. Н. Косыгин ответил письмом, насколько оно мне запомнилось, следующего содержания:

Ваше письмо от 18 сентября с.г. внимательно рассмотрено. Хотел бы Вам сообщить, что в связи с обменом мнениями на встрече в Пекине 11 сентября с.г. Советская сторона уже предприняла зависящие от нее практические меры, направленные на нормализацию обстановки на советско-китайской границе.

Командованию пограничных войск Советского Союза даны указания:

– Делать и впредь все возможное для поддержания нормальных отношений между советскими и китайскими пограничными войсками и властями и сохранять существующее положение границы (статус-кво). Неуклонно соблюдать порядок, при котором все пограничные вопросы должны рассматриваться путем консультаций в духе доброжелательности, корректности с тем, чтобы на границе существовала обстановка добрососедства, исключалось применение оружия и силы. С этой целью более регулярно осуществлять контакты и встречи с китайскими пограничными представителями. Если пограничные представители не придут к согласованному решению по тем или иным вопросам, то такие вопросы передавать на рассмотрение сторон на более высоком уровне.

– Осуществлять строгий контроль за тем, чтобы неукоснительно соблюдалась воздушная граница между Советским Союзом и КНР.

– Исходя из традиционных отношений дружбы между народами СССР и Китая, учитывать в духе доброжелательности и взаимности интересы населения пограничных районов обеих стран в области хозяйственной деятельности. В этих целях, при условии заблаговременного согласования между советскими и китайскими властями сроков и районов, соблюдения режима границы, допускать осуществление хозяйственной деятельности китайских и советских граждан на тех участках, где эта деятельность ранее систематически проводилась.

– Не проводить и впредь на границе недружественной пропаганды против другой стороны, в том числе с использованием громкоговорящих установок.

Правительство СССР при этом исходило из того, что правительство КНР примет в порядке взаимности аналогичные меры для реализации достигнутой договоренности по снятию напряженности на советско-китайской границе.

В Вашем письме, как и в беседе в Пекине, на первый план ставятся вопросы нормализации обстановки на советско-китайской границе путем переговоров в условиях, исключающих всякую угрозу, и вместе с тем выдвигается ряд новых положений, заслуживающих внимания и тщательного обсуждения. Советская сторона готова обсудить все эти вопросы, и Совет Министров СССР назначил для ведения переговоров, как это и было обусловлено на нашей встрече, правительственную делегацию в следующем составе:

Глава делегации – В. В. Кузнецов;

заместитель главы делегации – В. А. Матросов;

члены делегации: А. И. Елизаветин, С. Л. Тихвинский, А. Д. Дубровский, М. Т. Анташкевич, Е. Н. Насиновский, С. И. Ребяткин.

Делегацию будут сопровождать советники и эксперты. Мы предлагаем приступить к переговорам в Пекине с 10 октября 1969 г. Мы придаем особое значение поставленному в Вашем письме вопросу об обязательстве сторон не нападать друг на друга с применением вооруженных сил, включая ядерное оружие. В связи с этим со своей стороны считаем необходимым заявить, что принципиальная позиция Советского Союза по этому крупнейшему и важному вопросу общеизвестна и неизменна. Советское государство всегда выступает сторонником неприменения силы при решении спорных вопросов между государствами, ведет борьбу за полное прекращение производства и запрещение применения ядерного оружия. Это отвечает интересам советского народа, китайского народа и народов других государств. Поэтому советская сторона предлагает эту серьезную и важную проблему, выходящую за рамки пограничного урегулирования, оформить специальным межгосударственным актом на высоком уровне. Если Ваша сторона согласна, мы могли бы предложить проект соответствующего документа.

Принятие и осуществление такого акта, исключающего применение силы и ведение какой-либо стороной пропаганды войны или подготовки к войне против другой стороны, способствовало бы возвращению к нормальным добрососедским отношениям между СССР и КНР.

Возникал вопрос о взаимном обмене послами между Советским Союзом и КНР. Как было условлено, мы ожидаем соображений китайской стороны по этому вопросу.

В заключение А. Н. Косыгин подчеркивал, что меры, принимаемые советской стороной, и наши предложения, направленные на нормализацию отношений между Советским Союзом и КНР, отражают неизменный курс КПСС и Советского государства. И что, по нашему глубокому убеждению, все это полностью отвечает коренным интересам советского и китайского народов, содействует борьбе против империализма, укреплению позиций социализма и упрочению мира и безопасности на Дальнем Востоке и во всем мире.

6 октября 1969 г. Чжоу Эньлай направил А. Н. Косыгину письмо, в котором, насколько я помню, говорилось следующее:

Ваше письмо от 26 сентября с.г. нами тщательно рассмотрено.

Во время встречи 11 сентября с.г. обе наши стороны обсуждали с особым вниманием вопрос о китайско-советской границе, особенно вопрос о разрядке обстановки на китайско-советской границе. Обе наши стороны достигли единого мнения о целом ряде временных мер по сохранению статус-кво на границе и избежанию вооруженных конфликтов, которые обе стороны должны предпринять до разрешения путем переговоров вопроса о границе. Что касается выдвинутого мной предложения о выходе из соприкосновения вооруженных сил обеих сторон во всех спорных районах на китайско-советской границе, то Вы обещали рассмотреть его и затем дать мне ответ. Обобщив эти вопросы, по большинству из которых уже достигнуто единое мнение, я сформулировал временные меры в пяти пунктах и написал Вам письмо. Я надеялся было, что своим ответным письмом Вы подтвердите их или же внесете некоторые дополнения и поправки, а затем после достижения единого мнения путем консультаций эти пять временных мер могли бы стать соглашением между правительствами КНР и СССР и быть претворены в жизнь.

В своем ответном письме от 26 сентября Вы не подтвердили те моменты, по которым обеими сторонами уже была достигнута договоренность. Вы только упомянули о том, что советская сторона предприняла некоторые меры для нормализации обстановки на китайско-советской границе. Подобные меры были предприняты и китайской стороной. Однако мы все же считаем, что хотя предпринятые каждой из сторон меры по разрядке обстановки на границе и являются необходимыми, но это отнюдь не может заменить официального соглашения, имеющего обязательную силу для обеих сторон.

Некоторые из упомянутых в Вашем письме мер, предпринятых Советской стороной, не совсем соответствуют достигнутой между нами устной договоренности. Мы договорились о том, что как только между пограничными органами обеих сторон будет достигнута договоренность относительно проживания, передвижения и ведения различного рода производственной деятельности населения обеих сторон в спорных районах согласно традициям и сложившейся практике, то в дальнейшем не будет необходимости в уведомлении по каждому случаю. Однако Вы в своем письме говорите, что пограничные органы обеих сторон должны заблаговременно согласовывать сроки и районы, соблюдать режим границы. Такая постановка вопроса фактически затрагивает позицию каждой из сторон в вопросе о границе и вопрос о принадлежности спорных районов, против чего всегда выступала и выступает китайская сторона.

Я хотел бы вновь подтвердить, что выдвинутые мной в письме от 18 сентября 1969 г. пять временных мер по сохранению статус-кво на границе, избежанию вооруженных конфликтов и выходу из соприкосновения вооруженных сил обеих сторон в спорных районах, включая обязательства о ненападении ядерных вооруженных сил каждой из сторон на другую сторону, являются совершенно необходимыми для подлинной разрядки обстановки на китайско-советской границе. Китайская сторона считает, что после начала китайско-советских переговоров о границе обе наши стороны должны прежде всего провести консультации и достигнуть договоренности по этим временным мерам.

Китайское правительство неизменно выступает за то, чтобы вопрос о границе между государствами должен решаться путем мирных переговоров. В настоящее время правительства КНР и СССР уже договорились о проведении китайско-советских переговоров о границе в Пекине на уровне заместителей министров иностранных дел. Китайское правительство предложило начать эти переговоры 20 октября 1969 г. Мы ожидаем прибытия правительственной делегации СССР. Ниже приводится список правительственной делегации КНР:

Глава делегации – Цяо Гуаньхуа;

заместитель главы делегации – Чай Чэнвэнь;

члены делегации: Юй Чжань, Цай Хунцзян, Ань Хуай, Чжан Вэньцзинь, Ван Буцан, Ван Цзиньцин.

Делегацию будут сопровождать советники и эксперты. Что касается упомянутых в Вашем письме других вопросов, касающихся взаимоотношений между двумя странами, то можно будет провести обмен мнениями через соответствующие каналы. Китайское правительство уже сообщило соответствующим органам, чтобы они подготовились к этому.

Что касается вопроса об обмене послами, то мы сейчас подбираем соответствующую кандидатуру и будем приветствовать, если Вы пошлете посла раньше нас.

Что касается заявления Советского правительства от 13 июня 1969 г., то китайская сторона вскоре даст свой открытый ответ в виде заявления китайского правительства и документа МИД.

Я уверен, заканчивал свое письмо Чжоу Эньлай, что разрядка обстановки на китайско-советской границе и проведение китайско-советских переговоров о границе создадут благоприятные условия для разрешения других вопросов в отношениях между нашими странами.

14 октября 1969 г. последовал ответ главы правительства СССР. А. Н. Косыгин, насколько я помню, писал:

Ваше письмо от 6 октября нами получено. Можно констатировать, что между правительствами Советского Союза и Китайской Народной Республики имеется договоренность о проведении советско-китайских переговоров по пограничным вопросам. Что касается срока начала переговоров, то Советское правительство, учитывая пожелания, высказанные правительством КНР, не возражает против предложенного Вами срока, и советская делегация прибудет в Пекин к 20 октября с.г.

В нашем письме от 26 сентября с.г. говорится о практических мерах, которые советская сторона уже предприняла для нормализации обстановки на советско-китайской границе.

В своем ответном письме Вы сообщаете, что с китайской стороны также были предприняты подобные меры. Мы принимаем к сведению это заявление правительства КНР и считаем, что последовательное осуществление на основе взаимности этих мер создаст благоприятные условия для предстоящих переговоров.

При обмене письмами китайской и советской сторонами были затронуты некоторые конкретные вопросы, относящиеся к пограничным делам, а также некоторые вопросы, выходящие за рамки пограничных, и точка зрения советской стороны по ним была изложена в нашем письме от 26 сентября с.г.

Мы принимаем к сведению сообщение китайского правительства о готовности соответствующих органов КНР осуществить контакты с соответствующими органами СССР по вопросам отношений между СССР и КНР, затронутым в указанном письме.

Что касается вопроса об обмене послами, то здесь, как мы понимаем, у нас достигнута договоренность, и советская сторона имеет в виду в ближайшее время запросить агреман на своего посла в Китайскую Народную Республику. Разумеется, Советское правительство готово рассмотреть запрос об агремане для китайского посла в СССР.

В заключение А. Н. Косыгин писал, что нам хотелось бы выразить надежду на то, что нормализация обстановки на советско-китайской границе, успешное проведение предстоящих переговоров по пограничным вопросам полностью отвечали бы интересам советского и китайского народов, содействовали бы общему развитию отношений между нашими странами.

Итак, в результате встречи глав правительств СССР и КНР, состоявшейся 11 сентября 1969 г., стороны договорились начать в Пекине переговоры делегаций на уровне заместителей министров иностранных дел. В качестве эксперта советской делегации отправился в Пекин и я. В Москве на нас смотрели, прежде всего, с надеждой, как на людей, которые должны договориться о мире.

В 9 часов утра 18 октября 1969 г. из московского аэропорта «Внуково-2» вылетел самолет с делегацией правительства СССР, направленной для переговоров в Пекин. Переговорам придавалось в Москве большое значение. Речь шла, прежде всего, о закреплении положения, при котором на советско-китайской границе больше не применялось бы оружие. Ведь с марта 1969 г. между сторонами происходили вооруженные столкновения. Первой оружие применила китайская сторона, открыв из засады огонь по двум советским погранпредставителям; Иван Стрельников и Николай Буйневич были застрелены в упор.

Для делегации был выделен специальный самолет. Впрочем, тогда самолеты летали между Москвой и Пекином не часто. Дипломатические отношения едва теплились и поддерживались на уровне временных поверенных в делах. А нам предстояло перевести советско-китайские отношения из фазы вооруженной конфронтации в фазу более или менее нормальных отношений, во всяком случае, прекратить применение оружия на границе.

Во главе советской делегации был первый заместитель министра иностранных дел СССР Василий Васильевич Кузнецов. В Пекине ему предстояло вести переговоры с заместителем министра иностранных дел КНР Цяо Гуаньхуа. Обе стороны выделили для этих переговоров своих «дипломатов номер один». Заместитель главы советской правительственной делегации Вадим Александрович Матросов – генерал-лейтенант, начальник пограничных войск СССР. Моложавый, подтянутый, владеющий английским языком, что для генералов того времени было удивительно.

Делегацию на аэродроме провожали сотрудники посольства КНР в СССР Ань Чжиюань и Ли Цзинсянь. Были также два корреспондента агентства Синьхуа. Семь часов полета до Иркутска. В дороге шла работа над документами, которые готовились для переговоров.

В Иркутске было решено нормально выспаться и прибыть в Пекин на следующий день.

На аэродроме в Иркутске В. В. Кузнецова и делегацию встречал заместитель председателя Иркутского горисполкома, «министр иностранных дел Иркутска» Козлов. Следует отметить, что настроение у всех было неспокойное. Делегацию провожали, связывая с ней надежды на воцарение мира и в то же время очень беспокоясь о людях, отправлявшихся во враждебно настроенное окружение. Нас разместили в гостинице «Ангара». За ужином попробовали омуля. Совершили прогулку на мост через Ангару. И на следующий день, 19 октября 1969 г., в 9 часов 10 минут утра наш самолет вылетел из Иркутска. Вылет происходил в снег – первый в том году в Иркутске.

В 12 часов дня наш самолет приземлился в Пекине. Встречали нас глава китайской правительственной делегации Цяо Гуаньхуа и члены китайской делегации. В остальном летное поле пекинского аэродрома, да и здание аэровокзала были безлюдными. Встречу снимали китайские и итальянские кинооператоры; наших операторов не было. Китайская сторона всегда заботится о том, чтобы иметь все возможные документальные материалы по истории советско-китайских отношений. Мы этого не делаем или поступаем так чрезвычайно редко, на чем проигрывали и еще будем проигрывать.

Француженка-корреспондент просто не отставала от глав делегаций и услышала, как советский представитель тут же у трапа самолета предложил провести в ближайшее время встречу глав делегаций. Такой интерес к переговорам был не случайным. Ведь для всего мира было важно как можно скорее понять, прекращается ли вооруженный конфликт между СССР и КНР.

По прибытии в Пекин В. В. Кузнецов сделал на аэродроме следующее заявление:

«Советская правительственная делегация прибыла в Пекин в соответствии с договоренностью между правительствами Советского Союза и Китайской Народной Республики для ведения переговоров по интересующим обе стороны вопросам. Мы надеемся, что переговоры будут плодотворными и пойдут на пользу нашим странам и народам. От имени делегации и от себя лично хочу поблагодарить наших китайских хозяев за проявленное внимание, любезную встречу».

В советском посольстве по случаю прибытия правительственной делегации во главе с первым заместителем министра иностранных дел В. В. Кузнецовым был дан обед. Хозяином на обеде выступал временный поверенный в делах А. И. Елизаветин. (В то время у СССР в КНР и у КНР в СССР не было послов. Советский посол покинул Пекин в 1966 г., в год начала «культурной революции».)

В тот же вечер в 18 часов 30 минут в здании бывшего посольства Венгрии в Пекине состоялась встреча глав делегаций.

В. В. Кузнецов поинтересовался возможностью навестить главу правительства КНР Чжоу Эньлая. Цяо Гуаньхуа обещал доложить об этом запросе. В. В. Кузнецов спросил: стоит ли нанести визит руководству МИД КНР? Цяо Гуаньхуа сказал, что не стоит, так как руководство Министерства иностранных дел к работе делегаций отношения не имеет.

После встречи глав делегаций в 19 часов состоялась встреча и официальное знакомство советской и китайской делегаций. В ходе знакомства было брошено замечание в том духе, что теперь, дескать, самолеты летают так быстро, что дипломаты не успевают за это время даже подумать. И в 19 часов 30 минут китайская сторона устроила официальный прием по случаю приезда советской делегации.

В ходе приема заместитель главы советской делегации генерал В. А. Матросов сказал заместителю главы китайской делегации генералу Чай Чэнвэню: «Я осмотрел ваш аэродром. Там могут садиться любые, даже самые большие, самолеты».

20 октября 1969 г. в 11 часов утра состоялась встреча глав делегаций. Были согласованы шесть пунктов процедуры проведения переговоров:

«1. На заседании главы советской и китайской делегаций председательствуют поочередно.

2. Протоколы заседаний ведет каждая сторона отдельно. В случае необходимости переводчики обеих сторон могут сверять выступления другой стороны. Каждая из сторон может представить другой стороне по своему усмотрению тексты своих выступлений или письменные предложения.

3. Перевод выступлений обеспечивается переводчиками своей стороны, а переводчики другой стороны могут делать дополнения и уточнения.

4. Стороны назначают связных, которые осуществляют контакты между делегациями по административным и техническим вопросам заседаний.

5. О дате созыва каждого следующего заседания стороны договариваются путем консультаций.

6. Заседания ведутся в закрытом порядке. В случае необходимости стороны могут публиковать совместные сообщения, тексты которых согласовываются сторонами. Если одна из сторон желает публиковать одностороннее сообщение, то она должна заранее ставить в известность об этом другую сторону».

В тот же день, 20 октября, с 16 часов до 16 часов 30 минут происходило первое пленарное заседание на переговорах. Председательствовал Цяо Гуаньхуа. Вся китайская делегация была в тогдашней униформе: френчи, значки с изображением Мао Цзэдуна.

В зале переговоров на стене, лицом к которой было предложено сесть советской делегации, была повешена картина: бесконечные колонны китайских солдат под своими знаменами поднимаются на горные вершины. Судя по подписи, картина нарисована в октябре 1969 г., т. е. специально к приезду советской правительственной делегации. На картине была иероглифическая надпись отрывок из стихотворения Мао Цзэдуна о горах Цзинганшань: «Над широкими просторами орудийный гром возвещает о разгроме вражеской армии». Все это должно было создавать у китайских делегатов приподнятое, бодрое настроение, чувство победителей в пограничной войне, предъявляющих свой ультиматум представителям побежденной (советской или русской) армии. Вполне очевидно, что такими хотел видеть переговоры Мао Цзэдун. Его дух освящал работу китайской делегации, хотя формально упомянутая картина была посвящена боевым действиям китайской Красной Армии в тридцатых годах в горах Цзинганшань, в одном из первых районов Советской Республики Чжунхуа (Китайской Советской Республики). Правда, история этого района закончилась тогда трагически для Мао Цзэдуна и его армии; они были разгромлены и были вынуждены бежать в глухие края Северо-Западного Китая, поближе, кстати сказать, к Советскому Союзу.

Перед началом заседания десять минут было отдано официальным фотографам китайской стороны. Таким образом, опять-таки фиксировали для истории это событие только китайские фотоспециалисты.

На заседании состоялся краткий обмен речами, и заседание тут же закончилось.

Китайская сторона выделила связных: Ло Пэйсина и Ван Ганхуа. Связные были отряжены и советской стороной: Владимир Георгиевич Жданович, Александр Семенович Зарубин (впоследствии ими были Иван Владимирович Григоров и Дамир Аскеевич Байдильдин).

Китайская сторона предложила разместить советскую делегацию в гостинице «Пекин». В. В. Кузнецов принял решение: самому и заместителю остаться в посольстве, а остальным разместиться в гостинице. Гостиница «Пекин» оказалась громадной и в то время почти совершенно пустой. Постояльцев, кроме нас, нескольких членов советской делегации, практически не было (как, впрочем, и вообще в Пекине тогда почти не было иностранцев; оставшиеся жались друг к другу). Персонал по утрам в полной темноте и по вечерам выстраивался на улице и совершал обряды обращения к портрету Мао Цзэдуна, докладывал ему о том, что предстояло сделать, и о том, что было совершено, а также занимался физической подготовкой, готовясь, как и все население страны, к войне. Странно было видеть абсолютно пустыми огромные помещения гостиницы. Никогда никого не было, в частности, в парикмахерской. Туда как-то заезжал подстричься В. В. Кузнецов и остался доволен. Пользовались услугами парикмахерской и мы. Однажды в женской части парикмахерской мне довелось увидеть супругу Линь Бяо Е Цюнь. Она была очень придирчива к работе мастеров, которые, чувствовалось, до смерти перепугались за свои места. А она обращала большое внимание на безукоризненность своей прически.

20 октября агентство Синьхуа распространило следующее сообщение: «Согласно договоренности между правительствами КНР и СССР сегодня в Пекине начались китайско-советские переговоры о границе. В переговорах принимают участие с китайской стороны: глава китайской правительственной делегации Цяо Гуаньхуа, заместитель главы делегации Чай Чэнвэнь, члены делегации Юй Чжань, Цай Хунцзян, Ань Хуай, Чжан Вэньцзинь, Ван Буцан, Ван Цзиньцин; с советской стороны: глава советской правительственной делегации В. Кузнецов, заместитель главы делегации В. Матросов, члены делегации А. Елизаветин, С. Тихвинский, А. Дубровский, М. Анташкевич, Е. Насиновский, С. Ребяткин».

21 октября 1969 г. в 10 часов утра состоялась встреча глав делегаций и их заместителей. В. В. Кузнецов заявил, что, с нашей точки зрения, в первую очередь должно быть рассмотрено прохождение линии границы. Цяо Гуаньхуа считал, что прежде всего следует заключить соглашение о временных мерах по сохранению статус-кво на границе. Китайская сторона высказала претензию в связи с тем, что в советских сообщениях в печати о переговорах обходится вопрос о границе, тем самым создается впечатление, что этого вопроса как будто бы не существует.

В. В. Кузнецов ответил, что публикации, о которых идет речь, – это не совместные публикации обеих сторон. В свою очередь, он подметил, что китайская сторона в одностороннем порядке изменила согласованный обеими сторонами текст коммюнике для печати о встрече глав правительств обеих стран, состоявшейся 11 сентября 1969 г. в Пекине.

Китайская сторона высказала мнение о том, что пленарное заседание надо все же провести, но на час позже, чем было согласовано ранее. В 16 часов состоялось второе пленарное заседание. Китайская сторона представила на этом заседании свой проект Соглашения о временных мерах.

«Проект.

Соглашение между правительствами КНР и СССР о временных мерах по сохранению статус-кво на границе, избежанию вооруженных конфликтов и выходу вооруженных сил обеих сторон из соприкосновения в спорных районах на китайско-советской границе

В результате консультаций относительно временных мер по сохранению статус-кво на границе, избежанию вооруженных конфликтов и выходу вооруженных сил обеих сторон из соприкосновения в спорных районах на китайско-советской границе, предпринимаемых китайской и советской сторонами до разрешения вопроса о китайско-советской границе, между правительствами КНР и СССР достигнуто следующее соглашение:

1. Обе стороны соглашаются строго соблюдать статус-кво на границе до разрешения вопроса о границе:

1) На тех участках, где обозначения линии границы у обеих сторон совпадают согласно картам, размен которых состоялся на китайско-советских переговорах о границе в 1964 г., обе стороны обязуются строго соблюдать предусмотренную договорами линию границы и не пересекать ее;

2) На тех участках, где обозначения линии границы у обеих сторон не совпадают, т. е. в тех районах, принадлежность которых является спорной, обе стороны обязуются, что население каждой из сторон будет по-прежнему проживать, заниматься производственной деятельностью (включая возделывание земли, строительство оросительных каналов, выпас скота, сенокос и заготовку дров на суше и островах, ловлю рыбы в реках и др.) и передвигаться там, где оно ранее проживало, занималось производственной деятельностью и передвигалось, и не будет продвигаться вперед и чинить препятствия другой стороне (другой вариант перевода: «не будет вмешиваться в дела другой стороны». – Ю.Г.); обе стороны не будут заходить в те места, где ранее никто из обеих сторон не проживал, не занимался хозяйственной деятельностью и не передвигался.

Пределы районов, указанных в пунктах 1) и 2), устанавливаются путем консультаций между соответствующими пограничными органами обеих сторон. По достижении такой договоренности необходимость в уведомлении по каждому случаю в дальнейшем отпадает. Эта договоренность остается в силе вплоть до разрешения вопроса о границе.

2. Обе стороны соглашаются избегать вооруженных конфликтов:

1) Обе стороны обязуются, что все вооруженные силы каждой из них, включая ядерные вооруженные силы, не будут нападать на другую сторону и не будут открывать огонь по другой стороне;

2) Обе стороны обязуются, что самолеты каждой из них не будут вторгаться в воздушное пространство другой стороны;

3) Обе стороны обязуются, что военные корабли, катера, а также суда каждой из них, следуя по главному фарватеру пограничных рек, будут строго соблюдать ныне действующие правила судоходства, не будут чинить препятствий нормальному плаванию судов другой стороны и не будут угрожать безопасности судов другой стороны.

3. Вооруженные силы обеих сторон выходят из соприкосновения в спорных районах на китайско-советской границе:

1) Все вооруженные силы обеих сторон покидают или не будут входить во все спорные районы на китайско-советской границе и выходят из соприкосновения;

2) Если в тех районах, где вооруженные силы обеих сторон выходят из соприкосновения, уже имеются населенные пункты, то там можно сохранить необходимый невооруженный гражданский административный персонал.

4. Обе стороны соглашаются, что в случае возникновения споров на границе соответствующие пограничные органы обеих сторон будут в духе равенства и взаимного уважения вести консультации для достижения рационального урегулирования; те вопросы, которые они не смогут разрешить, докладываются каждой стороной своей вышестоящей инстанции и разрешаются путем консультаций через дипломатические каналы.

5. Обе стороны соглашаются, что вышеупомянутые временные меры направлены на то, чтобы сохранить статус-кво на границе, избежать вооруженных конфликтов, не влияют на позицию каждой из сторон в вопросе о границе и о принадлежности спорных районов».

Наше выступление было кратким. Обе стороны высказались в том же духе, что и при утренней встрече. Заседание закончилось в 16 часов 30 минут.