Текст книги "Юный техник, 2001 № 10"

Автор книги: Юный техник Журнал

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 5 страниц)

ПОДРОБНОСТИ ДЛЯ ЛЮБОЗНАТЕЛЬНЫХ
Райские кущи раскинулись в Англии

В АНГЛИЙСКОМ ГРАФСТВЕ КОРНУОЛЛ ВОЗВЕЛИ РУКОТВОРНЫЙ «РАЙСКИЙ САД».

Восемь огромных куполов (высота – 50, диаметр – 110 м) скрывают крупнейшую в мире теплицу. Здесь, на землях туманного Альбиона, раскинулись настоящие джунгли. К прозрачному искусственному небу вознеслись кроны красных и тиковых деревьев (в природе их высота порой достигает 40 м). Прямо над головами посетителей висят гроздья бананов и плоды страстоцвета. Прижилась в этой северной стране даже самая экзотичная разновидность кокосовых пальм – сейшельская. Она приносит орехи весом до 20 кг.

Поблизости расположен еще один крытый комплекс. В нем приютились растения субтропической зоны. Одни из них знакомы жителям Калифорнии; к другим привыкли в Южной Африке; третьи – например, столетние оливы – привезены с берегов Средиземного моря. Под открытым небом – на участке, разделяющем обе оранжереи, – можно увидеть растения, которым холодный климат нипочем: они встречаются по всей Центральной Европе.

Весной 2001 года была сооружена еще одна огромная теплица. В ней простерлась пустыня. В общей сложности проект «Эдем» обойдется в 120 млн. долларов. Его автор, британский археолог Тим Смит, вознамерился создать восьмое чудо света или, по его словам, хотя бы такой же уникальный памятник, как Тадж-Махал.

Место для нового рая было выбрано не случайно. В Англии хоть и неуютный для тропических «неженок» климат, но полуостров Корнуолл, омываемый теплым Гольфстримом, называют порой местной Ривьерой.

Современный сад Эдем занимает площадь свыше 15 га (или, переводя на мерки, понятные английским футбольным болельщикам, скажем, что здесь могло бы разместиться 35 футбольных полей). Для экзотических теплиц было доставлено 85 000 т земли (ее заранее обработали, чтобы избежать заражения растений). Эта почва представляет собой смесь суглинка и компоста.

Под прозрачными крышами оранжерей было высажено 40 000 растений, свезенных со всех концов света.

Покрыты купола полимерной чудо-пленкой; она в сотни раз легче стекла и, в отличие от него, пропускает ультрафиолетовые лучи. Никакого ухода за пленкой не требуется. Вода и грязь стекают с нее сами собой. Крепится покрытие на стальном каркасе, весящем примерно 450 т.

Каркас придает куполам сходство с сотами, ведь он состоит из восьмисот шестиугольников (гексагонов).

Через особые шлицы поступает свежий воздух. Даже в холодные зимние дни эти оранжереи почти не отапливают. Их купола, как огромные солнечные установки, весь день поглощают тепло, а по ночам отдают его растениям.

Искусственный рай возводили под девизом: «Живой театр людей и растений».

Посетители прогуливаются по дорожкам, углубляясь в непроходимые джунгли или заглядывая в дебри мангрового леса. Незнакомая природа далеких южных стран обступает гостей. Всевозможные экраны и таблицы помогают не запутаться в этом разнообразии и понять, что произрастает на том или ином «островке» дикого леса.

Питер Хемпел, главный художник этого необычного ботанического сада, пытается всеми способами занять и увлечь посетителей.

Их встречают скульптуры и картины. Самые разные средства современной техники напоминают любопытным гостям: «Только растения дают людям жизнь. Они кормят и одевают нас. Мы дышим лишь благодаря им. Если бы каждый из нас хоть немного заботился о своих зеленых друзьях, мы могли бы спокойно смотреть в будущее».

В британском графстве Корнуолл строится настоящий экологический рай.

По дорожкам этого тропического леса можно гулять без всякой боязни.

Публикацию по иностранным источникам подготовил А.ВОЛКОВ

С ПОЛКИ АРХИВАРИУСА
Чтобы не тонули корабли…

В судостроение наука внедрялась трудно. Долгое время корабелы доверяли лишь опыту, доставшемуся от отцов, без чертежей и расчетов. Новый корабль строили либо по подобию другого готового, либо по модели.

Поскольку суда делали из дерева, то считалось в порядке вещей менять их формы в процессе строительства. О таких понятиях, как водоизмещение и положение ватерлинии будущего судна, строители имели самое смутное представление. Судно спускали на воду и лишь после этого прорезали в его бортах отверстия для стволов орудий – пушечные порты.

Только в начале XVIII века англичанин А.Дин (у него, между прочим, учился Петр I) впервые построил судно на основе расчета по закону Архимеда и спустил его на воду с заранее прорезанными пушечными портами. Лишь после этого закон Архимеда начал утверждаться в судостроении, но вообще, как сказано, с внедрением науки дело шло медленно. А потребность в расчетах все возрастала: со временем военные суда стали напоминать многоэтажные дома, из окон которых глядели сотни пушечных стволов. При этом поднимался центр их тяжести и ухудшалась остойчивость. Дошло до того, что в 1744 году английское стопушечное судно «Виктория» опрокинулось в Ла-Манше и погибло вместе с экипажем в тысячу человек.

Вопросами остойчивости судов занялись такие крупные ученые, как И.Ньютон, Л.Эйлер, Д'Аламбер. Была создана теория, позволявшая определить способность судна сохранять нормальное положение после прекращения действия возмущающих сил.

Выяснилось, что самая устойчивая форма – это прямоугольный ящик. Однако такое судно даже при малой скорости испытывало бы колоссальное сопротивление движению.

На опытах с моделями инженерам пришлось искать компромисс между скоростью и безопасностью. Для повышения остойчивости старались грузы и тяжелые машины разместить как можно ниже. А если этого было недостаточно, то в трюмы засыпали балласт. Но и здесь не обходилось без борьбы традиций и науки.

В 1869 году англичане ввели в строй парусный броненосец «Кептен» со вспомогательной паровой машиной и орудиями, размещенными в тяжелых башнях. Центр тяжести судна получился недопустимо высок. К тому же, чтобы уменьшить вероятность попадания в корабль снарядов, высоту его надводного борта понизили. Против проекта решительно выступал известнейший английский инженер Э.Рид. Он предвидел, что при сильном боковом порыве ветра корабль зачерпнет воды и опрокинется.

Но лорды Адмиралтейства инженера не послушали. А через год «Кептен» утонул вместе со всем экипажем в 532 человека, опрокинутый внезапно налетевшим шквалом.

Надежность военных судов создала особые проблемы. Размеры их росли, и постепенно становилось очевидно, что прочности дерева для очень больших судов явно не хватает. Корабли во время шторма все чаще разламывались пополам. Применить бы корабелам железо, но существовало мнение, что строить из него суда нельзя, поскольку оно тяжелее воды. (Правда, при этом все знали, что железный котелок отлично держится на плаву.) Первым высказался за возможность железных судов в 1644 году французский монах Мерсенн. Но его не поддержали: железо в те годы было слишком дорого.

Первым построил железное судно в 1815 году англичанин Иевонс. Плавало оно отлично. Однако мгновенно было уничтожено… строителями деревянных судов, не сумевшими снести появление конкурента. Лишь к середине XIX века, когда бурно развилось производство дешевого железного листа и на него уже не было достаточного спроса, началось строительство железных судов.

В 1858 году спустили на воду «Грейт Истерн» – железное судно длиною 210 м и водоизмещением 25 тыс. т, бравшее на борт до 4000 пассажиров. Построить его из дерева было бы просто невозможно (рис. 1, 2).

Рис. 1. Первый железный пароход-гигант «Грейт Истерн» (XIX век).

Рис. 2. Пароходу «Грейт Истерн» Жюль Верн, побывавший на его борту пассажиром, посвятил целый роман.

Предубеждению в отношении железа пришел конец. Верхнюю часть судов стали покрывать мощнейшей броней, толщина которой вскоре достигла полуметра. Но подводная часть все еще оставалась деревянной.

Война Австрии и Италии (1866 г.) неожиданно показала действенность таранных ударов, когда атакующий корабль мощным стальным бивнем-тараном пробивал подводную часть борта противника. Появились шестовые мины и торпеды, бившие ниже ватерлинии.

В ответ на это инженеры значительно повысили живучесть судов. Свободные места в носовой и кормовой части заполнили пробкой. Весь корпус разделили на множество отсеков и переборок, а в его стенках разместили особым образом обработанную целлюлозу, которая от соприкосновения с водой быстро разбухала, закрывая сравнительно небольшие пробоины. Для заделки же больших был изобретен специальный брезентовый пластырь. Все это помогало, но не делало корабли непотопляемыми. Суда получали пробоины, вода попадала в трюмы.

По мере роста водоизмещения судов ручные помпы со спасением уже не справлялись, хотя к ним становилась вся команда. Нужны были специальные механизмы.

Первым разработал систему паровых насосов для броненосца «Новгород» лейтенант, впоследствии адмирал С.О.Макаров.

Особую роль в повышении живучести судов сыграли работы академика Алексея Николаевича Крылова (1863–1945). «Подобное лечить подобным», – говорили еще врачи древности. Чтобы спасти корабль, в иных случаях его следует дополнительно… подзатопить. Так в общих чертах можно изложить метод А.Н.Крылова.

Разберемся в этом парадоксе.

Казалось бы, судно должно потонуть лишь тогда, когда будет настолько заполнено водой, что полностью потеряет плавучесть. Но судно со множеством отсеков и переборок, частичным пробковым заполнением и механической системой аварийной откачки воды крайне редко получает столь сильные повреждения.

Обычно бывает так, что в результате затопления одного-двух отсеков, еще обладая плавучестью, судно опрокидывается. И тогда уж вода устремляется в его трюмы со всех сторон, причем так быстро, что люди не успевают выскочить из кают…

В 1902 году в кронштадтском Морском собрании вице-адмирал С.О. Макаров изложил суть идеи профессора А.Н.Крылова «по борьбе за живучесть корабля». Она сводилась к тому, что при повреждении корабля и затоплении каких-то его отсеков надо бороться с креном. А для этого следует специально затопить часть сухих отсеков для того, чтобы весом воды крен выровнять. Судно при этом несколько осядет в воду, но хотя бы дотянет до берега.

Для правильного и быстрого выбора необходимых мер было предложено на основании расчетов составить для каждого корабля «таблицу непотопляемости». В конце 1903 года А.Н.Крылов продемонстрировал эффективность своего предложения на точно выполненной модели броненосца «Петропавловск».

Открыв клапан, он заполнил водою одно из бортовых котельных отделений модели, и она опрокинулась килем вверх. После заполнения водой других отсеков – выпрямилась. Это доказало правильность расчета, а заодно и возможность спасения броненосца при столь опасном повреждении. Однако многие офицеры встретили рекомендации академика с недоверием.

Вскоре началась русско-японская война. Наш флот на Дальнем Востоке оказался слаб. Из Кронштадта в помощь была послана эскадра. Пройдя 18 000 миль через три океана, при крайне враждебном отношении Запада она пришла к берегам Юго-Восточной Азии в мае 1905 года. За время движения в южных морях корпуса судов обросли раковинами и водорослями. Это увеличило их сопротивление, и скорость снизилась в полтора раза. Экипажи оказались измотаны. В Цусимском проливе их встретили свежие силы японцев…

Все наши суда, участвовавшие в том сражении, имели таблицы непотопляемости, но лишь на броненосце «Орел» (рис. 3), где находился ученик и соратник А.Н Крылова инженер В.П.Костенко, они были успешно применены.

Дважды в бою удавалось устранять крен после попадания снарядов. При аналогичных повреждениях из-за неготовности судовых инженеров к пользованию таблицами погибли броненосцы «Александр III» и «Бородино».

К началу мировой войны идеи Крылова приняли во всех странах мира, однако этому предшествовал эпизод, который потряс весь мир – гибель «Титаника».

В 1909 году русская делегация во главе с В.П.Костенко знакомилась с постановкой дела на заводах фирмы «Джон-Браун» в Белфасте.

Директор-распорядитель завода сэр Карлейль предоставил ей возможность ознакомиться с моделями строившихся здесь гигантов – «Титаника» и «Олимпика». Напомним, что это были суда высшего класса и в них было все сделано ради удобства и комфорта самых богатых пассажиров.

Но в конструкции судов англичане использовали не науку, а все тот же запас практического опыта.

Выяснилось, что все водонепроницаемые переборки не были доведены до уровня водонепроницаемой палубы. При затоплении двух отсеков вода могла перелиться через них сверху. Внутреннее дно судна было проницаемо, а бортовых переборок в трюме и вовсе не было, их не стали строить, чтобы не затруднять пассажирам путешествия по кораблю. Когда Костенко указал на явную опасность такого положения, сэр Карлейль ответил, что требования военных теоретиков «вроде вашего Крылова» не диктуются практикой. На практике «Титаник» погиб в первом же рейсе (рис. 4, 5).

Рис. 4. «Титаник». Первый и последний рейс.

Рис. 5. Парадная лестница «Титаника». По ней во время катастрофы в трюм хлынула вода.

СМИ неоднократно заявляли о намерении некоторых фирм построить новый «Титаник». Для художников детальное воспроизведение облика, интерьера, мебели и прочих предметов корабля эпохи модерн стало бы интереснейшей работой. Но за этой мишурой, вероятно, будет скрываться совсем иная «начинка».

Современная силовая установка, равная прежней по мощности, получается в пять раз экономичнее и в 7 – 10 раз легче. Современные винты экономичнее прежних в полтора раза. Совсем неплохо применить бесшумные винты от подводных лодок.

А почему бы для «Титаника-2» не сделать сверхпрочный и легкий титановый корпус?

И все же для обеспечения безопасности придется воспользоваться советами В.П.Костенко. Другое дело, что переборки можно сделать скрытыми и снабдить автоматикой, срабатывающей лишь в моменты опасности, чтобы не мешали пассажирам путешествовать по кораблю.

Ю.ПРОКОПЦЕВ, А.ИЛЬИН

Дорогие друзья!

Предлагаем вам принять участие в Первой ежегодной общероссийской олимпиаде «ИНТЕЛЛЕКТ», которая пройдет в декабре 2001 года. Победителей ждут ценные призы и туристические путевки.

Чтобы стать ее участником, необходимо пройти отборочный тур. Выполненные задания ждем в редакции до 1 декабря 2001 года. Кроме того, необходимо связаться с Оргкомитетом по телефону (095) 251-77-19 или E-mail: olimpiadal@yandex.ru и получить регистрационный бланк участника.

Желаем успехов!

ЗАДАНИЕ ОТБОРОЧНОГО ТУРА

1. Из листа бумаги требуется сделать заготовку для 16-страничной тетради и, не разрезая, заранее пронумеровать страницы. Левая половина каждого разворота должна иметь четный номер, а правая – нечетный. Как сложить лист и пронумеровать все страницы будущей тетради?

2. Некая вдова древнего римлянина должна была разделить оставшееся после смерти мужа наследство в размере 3500 денариев с еще не родившимся ребенком. По действовавшим в то время римским законам, если родится сын, то мать получает половину причитающейся ему доли, а в случае рождения дочери мать получает вдвое больше ее. У вдовы родились близнецы – сын и дочь. Как разделить наследство, чтобы все требования были соблюдены?

3. На игральной доске размером 10x10 клеток разместите 10 королев таким образом, чтобы ни одна из них не имела возможности напасть на другую.

4. Вставьте пропущенное число

2,7, 342…

3, 26…

4,?…

5. Найдите синоним.

Если ЭТИКЕТ – это принятый порядок поведения, то ЭТИКЕТКА – это: ФОРМА, ПРИНЦИП, НАДПИСЬ, ЯРЛЫЧОК, ПЕЧАТЬ.

ВЕСТИ С ПЯТИ МАТЕРИКОВ

АВТОМОБИЛЬ ДЛЯ ДЖЕЙМСОВ БОНДОВ поступит в продажу в следующем году, обещают английские дизайнеры. Испытания прототипа автоамфибии проходили на озере Денхем в Великобритании в обстановке строжайшей секретности. Потому много об автомобиле пока не расскажешь. Известно лишь, что машина будет развивать скорость порядка 170 км/ч на суше и до 60 км/ч (!) в воде.

Интересно, что за основу своей разработки ее авторы действительно взяли киношный образец. В фильме «Шпион, который меня любил» агент 007 разъезжает на машине, которая могла плавать даже под водой. Автоподлодку в реальности создать все же не удалось, хотя и в нынешнем варианте чудо техники будет стоить немало – около 70 тыс. фунтов стерлингов.

КОМПЬЮТЕР РАССКАЗЫВАЕТ СКАЗКИ. Программисты из Университета Северной Каролины заявили, что создали программу, способную писать сказки и сочинять анекдоты. Следующим логическим шагом, по мнению разработчиков Чарлза Коллуэя и Джеймса Лестера, должно стать создание программы, которая будет автоматически генерировать новости для Интернет-сайтов на основе поданной информации. Однако многие эксперты скептически относятся к возможностям компьютерного творчества. Прежде всего, говорят они, компьютер пока не способен отличить правду от лжи, хорошую новость от плохой. А уж с юмором у ЭВМ и вовсе плохо. Разве может анекдот быть не смешным?..

ПИРАТЫ МОГУТ УКРАСТЬ… ГОЛОС. Как сообщает журнал New Scientists, американские исследователи, разработавшие программу синтезирования человеческих голосов, ныне весьма озабочены проблемой ее защиты от использования в преступных целях. Дело в том, что теперь можно заставить компьютер говорить любым голосом, а стало быть, мошенники смогут отдавать по телефону приказания и распоряжения за кого-то. А поскольку в американской юрисдикции магнитофонные записи разговоров принимаются к рассмотрению судом, то вполне может статься, что кому-то придется весьма долго доказывать, что он никогда ничего такого не говорил…

ПОЧТИ ЖИВЫЕ КУКЛЫ были недавно продемонстрированы в Лондоне. От обычных они отличаются встроенным микрочипом, благодаря которому, как утверждает реклама, эти чудо-куклы умеют делать все, что свойственно настоящим шестимесячным младенцам.

ТОПЛИВНЫЕ ЭЛЕМЕНТЫ ДЛЯ ДОМОВ и квартир разработали инженеры американской компании «Дженерал Моторе». Обычно подобные агрегаты, способные при каталитическом соединении водорода и кислорода выделять электричество и дистиллированную воду, использовались лишь на транспорте – космических кораблях, подлодках и автомобилях. И вот дело дошло до разработки бытовых приборов. Прототип такого устройства, способный давать до 7 кВт электроэнергии, пока имеет размеры холодильника средних размеров. Однако при серийном выпуске конструкторы обещают уменьшить размеры устройства до объема переносного телевизора.

Полагают, что такой компактный и удобный источник электроэнергии окажется очень удобным жителям тех ферм, ранчо и коттеджей, где поблизости нет обычных линий электроснабжения. Единственное опасение пока вызывает проблема хранения в доме запасов водорода и кислорода. Однако храним же мы в домах баллоны с бытовым газом, которые тоже являются источником повышенной пожароопасности. Главное – грамотно эксплуатировать установки.

ПЛАНЕТЫ БОЛЬШОЙ МЕДВЕДИЦЫ открыты астрономами США. Недавно ими обнаружено, что вокруг звезды 47 Большого Ковша вращаются как минимум две планеты величиной с Юпитер. Есть предположения, что вокруг того же светила вращаются и еще несколько планет величиной с нашу Землю, однако нынешние инструменты астрономов обнаружить их пока не могут.

ЖЕНЩИНЫ В БРОНЕ скоро начнут патрулировать улицы городов Великобритании. Местное начальство раскошелилось на создание и приобретение для женщин-полицейских специальных бронежилетов, скроенных по фигуре. Теперь дамы с большим удовольствием пойдут на службу в полицию, полагают чины г. Хертфордшира, где родилась эта идея.

ФАНТАСТИЧЕСКИЙ РАССКАЗ
«Аномалия»
_{Окончание}

Начало в № 9 – 2001.

Андрей АНИСИМОВ

Художник В. САРАФАНОВ

На обзорном экране появился черный кружок с таким же черным перекрестьем. Повинуясь командам с пульта, кружок быстро пополз по экрану, пока не застыл в самом его центре.

На пульте зажглись три зеленых огонька – знак готовности. Теперь оставалось лишь нажать пусковую кнопку.

– До выхода из туннеля – минута, – сообщил навигатор. – Выстрел через пятьдесят четыре секунды. Начинаю отсчет: пятьдесят две… пятьдесят одна… пятьдесят…

Волошин опустил палец на пусковую кнопку и замер.

– … Тринадцать… двенадцать… одиннадцать…

Николаев сдавленно кашлянул за их спинами.

– … Восемь… семь… шесть… Выстрел! – скомандовал Семенов.

– Есть выстрел! – Волошин нажал на кнопку, и на пульте тотчас мигнула красная точка, и протяжно пискнуло сигнальное устройство. Откуда-то из тела корабля вырвался невидимый из-за огромной скорости снаряд и начал свой короткий полет в море разноцветного огня. Проследить за его полетом было невозможно, радары в аномалии тоже не работали.

Семенов, кивнув на экран. – Всю энергию из него высосало и размазало по аномалии. Даже взрывной волны не было. В общем, не получился эксперимент. Пшик один.

– Жаль, – вставил свое слово Николаев. – Я-то надеялся, что мы отсюда выберемся.

– Будем искать другой выход, – сказал Волошин.

– А он есть? – с горькой иронией спросил врач. – Не надо обманывать себя. Запас наших возможностей, причем весьма скудный, исчерпан до конца. И все без толку. – Он кашлянул, прочищая горло, и безнадежно махнул рукой. – Так и будем крутиться, точно щепка в водовороте.

– Очень точное сравнение, – заметил навигатор. – Одно лишь неверно – мы не все перепробовали. Мы еще не пробовали разгоняться.

– А что это даст? – фыркнул пилот. – Тебе мало торможения? Чуть генераторы не спалили. Даже если дело пойдет, будем крутиться быстрее, и только.

– Э-э, нет. На сей раз мы будем двигаться не против этой дьявольской силы, а в одном с ней направлении.

– Ну и что?

– А то, что с каждым витком мы будем сокращать время прохождения туннеля и, следовательно, догонять «хронотень». А когда догоним, должно что-то произойти.

– Да, интересно получится, – сказал Волошин. – Настоящее столкнется с прошлым. Только я не пойму, что это нам даст? В смысле: как это поможет нам выйти из создавшегося положения?

– В этом столкновении вся суть! – Семенов даже щелкнул пальцами. – Если бы вместо «хронотени» был просто другой корабль, дело кончилось бы обычной катастрофой. Но мы не можем протаранить самих же себя в прошлом. Опять получится парадокс, а существование парадокса недопустимо. Значит, это приведет либо к уничтожению аномалии, либо…

– Либо что? – спросил Волошин.

– Либо причины возникновения парадокса. То есть нас.

– Час от часу не легче, – вырвалось у врача.

– Понятно, – Волошин задумчиво почесал переносицу и обратился к спутникам: – Ну, что решаем?

– А сколько мы еще сможем протянуть? – поинтересовался Николаев.

– Все зависит от реактора. Но долго он не проработает.

– Тогда и решать нечего. Другого выхода все равно нет. Давайте попробуем.

– Верно, – сказал Семенов. – Риск оправданный.

– Значит, будем разгоняться, – подытожил пилот.

Он положил руки на пульт управления двигателем, и через пару секунд снизу донесся неестественно громкий свист включающихся гравиогенераторов. Из-за каких-то внешних влияний работали они с перебоями, то резко увеличивая тягу, то снижая ее почти до нуля, то вообще шли «вразнос», грозя разорвать корабль на части. В такие моменты его трясло так, будто он не летел, а ехал по ухабистой дороге. Вдобавок ко всему начала барахлить система искусственной гравитации, постоянно меняя силу тяжести от почти полной невесомости до удвоенной или утроенной нормальной. Однако, несмотря на перебои 8 работе двигателей, время прохода через туннель на первом витке сократилось до двадцати семи с половиной минут. Правда, вне туннеля эта разница вылилась всего-навсего в половину секунды.

– Ерунда получается, – пробормотал навигатор, считывая показания таймера. – Там минута, а здесь всего на полсекунды меньше. Ничего не понимаю.

– Очередной фокус аномалии, – невозмутимо ответил Волошин. – Не забывай: времени в туннеле нет, а эти минуты – время субъективное. Мы ведь отсчитываем его по таймеру, а я с полной уверенностью могу сказать, что он показывает время, взятое, что называется, «с потолка». То есть совершенно произвольное, зависящее от того, как работает его электронная начинка. А ритм ее работы и синхронно с ней и наше восприятие времени может меняться – мы ведь не знаем, как воздействуют на корабль и на наш мозг те или иные участки аномалии. Так что тут все может быть даже шиворот-навыворот. Не удивляйся.

Второй виток получился короче еще на две минуты, а полет среди звезд только на треть секунды. Увидев такой результат, Семенов озадаченно хмыкнул, но промолчал.

Воющие от натуги генераторы продолжали тянуть вперед серебристое дельтообразное тело корабля, ускоряя его вращение в аномалии. Увеличение скорости вскоре вызвало странные явления. Разноцветная мешанина на обзорном экране заметно потускнела, постепенно наливаясь синевой, которая особенно была заметна по краям пятен. Одновременно сами пятна стали двигаться медленней, отчего казалось, будто корабль замедляет ход, а когда радужный сироп исчезал, в черной пустоте вместо звезд появлялись все больше растягивающиеся от витка к витку тусклые спектральные полосы. Неизменными оставались лишь огни «хронотени». Она стала заметно ближе, и с каждым новым витком промежуток сокращался в среднем на четверть секунды. Иначе говоря, уменьшался разрыв во времени между входом в воронку «хронотени» и следующим за ней кораблем. И если раньше этот промежуток равнялся примерно трем секундам, то после пяти витков разгона корабль нырнул в туннель всего с полуторасекундным опозданием от своего двойника. Последний к тому времени приблизился настолько, что даже без оптики можно было прочесть название, написанное на серебристо-белой обшивке гигантскими красными буквами.

– Есть такое выражение: заглянуть в прошлое, – изрек Семенов. – Никогда не думал, что это можно будет сделать в прямом смысле слова.

– Сколько нам еще осталось? – спросил Николаев у навигатора.

– Если будем сокращать дистанцию в том же темпе, то витка два, не больше.

– Знать бы, что тогда произойдет, – вздохнул врач.

– Увидим, – коротко ответил Семенов. – Чего гадать?

Вздрагивая от пробегающей по корпусу вибрации, корабль начал новый, 67-й виток. По расчетам, он должен был продлиться не менее восемнадцати минут, однако уже через десять на экране снова возникли растянутые в полоски звезды.

На сей раз «хронотень» появилась так близко, что все от неожиданности испуганно ахнули. Огромный серебристый корпус со вспыхивающими огнями мгновенье висел не больше чем в двух сотнях метров, заполнив собой весь экран, затем так же внезапно, как и появился, исчез, растворившись в сиянии туннеля.

– Это последний, – сдавленным от волнения голосом вымолвил Волошин. – На следующем как раз… – Он не договорил и с трудом проглотил ком в горле.

Генераторы под полом вдруг дико взвыли, и корабль завибрировал еще сильнее. Радужный огонь погас, и туннель наполнило ровное, чуть пульсирующее синее свечение. Таймер успел отмерить только семь минут полета в туннеле, когда это синее дрожащее пламя неожиданно погасло, и прежде чем кто-то что-то успел понять, впереди мелькнули яркие огни «хронотени». Изображение тут же смазалось, сила тяжести опять пропала, а последовавший за этим сильный толчок подбросил всех вверх, ударив о потолок. Впрочем, уже в следующую секунду система искусственной гравитации заработала снова, и люди, точно перезревшие плоды, полетели на пол.

– Кажется, мы все же врезались, – прохрипел врач, пытаясь за что-нибудь уцепиться.

– Удивительно, что мы остались после этого целы, – заметил Семенов. Ухватившись за подлокотник кресла, он поднялся на ноги и издал победный клич. – Да здравствуем мы! Получилось! Нет, вы только посмотрите на это!

Обзорный экран наполняла густая чернильная чернота, усыпанная мириадами ярких разноцветных точек. В левом верхнем углу экрана виднелось бесконечно далекое звездное скопление, а по нижнему краю тянулись слабо фосфоресцирующие полосы газопылевого облака. Обычная картина, но сейчас она казалась настоящим чудом. Загадочная аномалия, державшая столько времени в плену корабль, выпустила наконец его из своих объятий.

– Неужели правда вырвались? – все еще не веря в случившееся, спросил Николаев. – А где же аномалия? Она-то куда делась?

– Приборы ее не фиксируют, – сказал Семенов, осматривая свою аппаратуру. – Может, и впрямь приказала долго жить?

– Скорее всего мы, при нашей бешеной скорости, просто успели отойти от нее на слишком большое расстояние, – предположил пилот. – Наверняка она осталась где-то позади.

– Надеюсь, вы не собираетесь это проверять? – спросил Николаев с ноткой беспокойства.

– Нет, – рассмеялся Волошин, – не собираемся. С нас достаточно. Еле выбрались. Да и потом, она уже тоже куда-нибудь переместилась, и теперь едва ли кто-нибудь еще раз встретит ее. Космос слишком… необъятен для таких встреч. Все-таки нам действительно повезло.

– Что касается меня, – сказал Семенов, – то поменьше бы таких везений. Так спокойней.

– Тебе бы стать садовником, – хмыкнул Волошин. – Спокойная работа.

– Может, и стану. Но пока я навигатор и, как навигатор, хочу сообщить, что лететь-то мы летим, а куда – неизвестно.

После тридцати часов кувырканий с курса мы сбились окончательно.

– Вот и уточняй его, – сказал Волошин. – А когда все будет готово, ляжем на прежний и сделаем еще одно, очень важное и крайне необходимое, дело.

– Какое? – хором спросили Семенов с Николаевым.

– Выспимся…