Текст книги "Мое проклятие с глазами кошки (СИ)"
Автор книги: Юлия Зимина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)
28. Дети
Поговорить с племенем удалось не скоро. Сначала, пришлось отбиваться от визжащей мамаши, которая попыталась кинуться на Рива, а когда ее все же оттащили, потребовала кучу шкур и мяса в качестве выкупа, грозясь забрать дочь обратно.
На последнее Софья только фыркнула насмешливо.
— Отвали, — сказала она намеренно грубо, — ты дочь на мужика поменяла. Выгнала из хижины, чтобы не кормить и даже те шкуры, что мне отец дарил не отдала. Ты чужая — ничего мы тебе не должны.
Тетка еще пыталась кричать и даже порывалась влезть в драку, но тут вмешался Харан. Схватив скандалистку за волосы на затылке, он осмотрел внимательно замершую в шоке женщину, а потом дёрнул вниз и усадив у своих ног, мрачно приказал, — молчи!
Как ни странно, но на удивление всей компании, та и вправду замолчала, только зыркала злобно, но встать и продолжить разборки уже не пыталась.
В общем, на фоне этого скандала, даже повисшая на шее Арена дамочка отошла на второй план. Все, включая Марию видели, как брезгливо скривился мужчина, разжимая руки на шее и отодвигая Кану в сторону.
— Ни к тебе пришел, — сказал он уверенно и сделал шаг к Марии, — у меня есть женщина — другую не надо.
Кана только всхлипнула театрально.
— Шкуры давал, говорил, что в хижину возьмешь, кормить обещал, — запричитала она громко, явно рассчитывая на жалость и поддержку окружающих, — все племя видело, все знают, что я в твоей хижине живу.
На последних словах Мария поморщилась и вопросительно посмотрела на Арена.
— Обещал, — не стал отпираться мужчина, снова поморщился и открыто посмотрел в глаза своей женщины, — Кана шкуры у меня брала, а потом ходила к Гану. У нее потомство должно было быть, но Ган не захотел брать ее себе, и я тоже отказался. Зачем мне жена, которая обманывала? Все смеялись, и я ушел из племени.
Мария только кивнула понятливо, а потом до нее дошел смысл сказанного, и она постаралась сдержать рвущийся изнутри смешок, — значит, наш пострел и здесь поспел, — хмыкнула она имея в виду вышеупомянутого Гана и с любопытством уставилась на прилипалу.
— Уходи, — сказала она спокойно, — это теперь мой муж, тебе он не достанется.
Кана снова запричитала, но понимания от окружающих не добилась, Мария только отмахнулась нетерпеливо, — иди лучше ребенка воспитывай, — посоветовала она веско, — где он кстати? Ты что, его одного в хижине оставила?
Тетка запнулась, прекратив причитать, а потом видимо о чем-то вспомнив, заулыбалась во весь рот и снова бросилась к Арену, — нет потомка, — сообщила она радостно, — я его в лес унесла, чтобы он к предкам ушел. Теперь мне можно в твою хижину идти, никто смеяться не будет.
Сказать, что Мария обалдела, это значит ничего не сказать.
— Как унесла? Он, что умер? — Прошептала она и перекинулась взглядами с такими же ошарашенными Софьей и Клео. Даже Кора восприняла информацию настороженно, хотя выросшая в этом жестоком мире повидала немало.
— Эй, где ребенок? — Потрясла за шкуру на бёдрах Каны, первой пришедшая в себя Софья, — куда именно ты его унесла? Зачем?
Не дождавшаяся ответа от отступившего от нее Арена, тетка обернулась к спрашивающей женщине и раздраженно передернув плечами, с вызовом ответила, — маленький, слабый. Много кричал, мужчины не хотят кормить его. Зачем он мне? Столько светил прошло, — она выставила руку с тремя пальцами и быстро убрала ее, — туда унесла, — махнула она в сторону ближайших деревьев, — долго идти.
Маленькая, или теперь уже не очень, компания переглянулась.
— Думаешь, есть смысл искать? — Несмело озвучила общую мысль Софья, — три дня всё-таки прошло. Насколько он маленький?
Мария только нахмурилась, — Арен ушел из племени года два назад, — прикинула она, — значит ребенку не больше полутора лет.
Она вздохнула и с неприязнью посмотрела на довольную собой, старающуюся как можно ближе подобраться к Арену тетку.
— Посмотреть придется, — буркнула она, — вдруг он жив еще…. А насчет того, что долго идти — думаю она соврала. Не сунулась бы эта крыса трусливая в лес слишком далеко.
Остальные кивнули согласно. Рив тут же направился к лесу в сопровождении Вэла и Ника, а вперед выступила Клео.
— Тоже пойду посмотрю, — растерянно сообщила она, — мне кажется нам теперь куда-то туда идти надо будет, — и пока остальные соображали, прямо на ходу под визг перепуганных женщин перекинулась в кошку и рванула следом за мужчинами
Визг стоял еще долго.
Отойдя подальше от истеричных баб, оставшаяся компания быстро развела два костра между трех стоявших рядом хижин и поставила котелки.
— Думаю, остальных тоже кормить придется, — мрачно предположила старающаяся не замечать голодных детских глаз, выглядывающих из-за хижин, Софья.
Мария только вздохнула и обернулась к Коре, — может до реки за рыбой сходим? — Спросила она задумчиво, — неизвестно, когда еще мужчины мяса достанут, а есть скоро всем захочется.
В общем, когда часа через три вернулись мужчины с Клео, поздний обед или точнее ранний ужин из ухи с кусочками сладковатого, несколько отличавшегося от того, что у них в долине, набранного по дороге батата, кучи запеченной рыбы и разнообразных, похожих на капустные, листьев был готов.
— Блин, — первая заметила вышедших из леса, возвращавшихся друзей Софья и в шоке замерла, — смотри, сколько их, — даже не заметив, ткнула в бок стоявшую рядом Кору женщина, во все глаза разглядывая приближающихся, — откуда они?
А посмотреть было на что! Приподнявшаяся с корточек Мария, как и все остальные с удивлением уставились на идущую впереди и несущую на руках двоих, довольно маленьких детей Клео, еще двое, постарше, повисли на мощной шее Вэла. Следом, сгибаясь под тяжестью, тащил тушу, похожую на кабанью Рив, а замыкал эту процессию, подгонявший, устало передвигавших ноги троих подростков Ник.
— Кажется, еды надо было готовить больше, — выдохнула Софья, — а потом рванула вперед и перехватила у уставшей Клео детей, — где вы их взяли то? Там же разговор только про одного шёл!
Кошка только отмахнулась и обессилено уселась на землю.
— Там вообще все сложно оказалось, — выдохнула она злобно, — мы собрали кого нашли, но похоже это не все были.
Она бросила ненавидящий взгляд на начавших собираться вокруг них на запах еды теток и резко отвернулась.
— Они выкинули их, — сказала Клео тихо и устало, — выгнали всех, у кого родители пропали, чтобы не кормить, а старшие, которые самостоятельные, сами ушли за братьями — сестрами.
Софья с Марией только охнули пораженно и переглянулись.
— Что делать будем? — Мария мрачно оглядела собравшихся и нахмурилась.
— Так! Для начала предлагаю всех накормить, а потом уложить спать в хижинах, — Софья первая пришла в себя и развила бурную деятельность, — план такой — сначала кормим детей, потом остальных и долго беседуем — надо же узнать в конце концов, куда делась большая часть племя и чего нам ожидать в будущем. Потом будем действовать по обстоятельствам. Ты, кстати, про Алекса своего ничего нового не узнала? — Обратилась она к Клео.
Кошка отрицательно качнула головой и нахмурилась, — знаю только, что туда идти надо, — кивнула она в сторону леса.
— Ясно, — на секунду задумалась Софья, — значит сегодня действуем по моему плану — похоже кое у кого из детей истощение и травмы — их еще и подлечить придется, а потом решаем, что делать дальше.
Клео недовольно засопела за задержку, но спорить не стала — бросать подобранных детей был не вариант, а значит и выбора не оставалось. Она еще немного повздыхала, а потом смирилась и присоединилась к подругам, разливавшим рыбную похлебку по мискам для самых маленьких.
29. Ненужные
Освободились все поздно. Марии очень хотелось поговорить и узнать, что же случилось с племенем, но времени катастрофически не хватало.
Сначала умывали и кормили приведенных с собой детей, потом подзывали тех, что оставались в племени. Кстати, последних оказалось неожиданно много — человек тридцать, да плюс около десятка глядящих настороженно, словно молодые хищники подростков.
— Странно, — задумчиво протянула Мария, — женщин всего пятнадцать, да и то половина из них матерями быть не могут. Откуда тогда их столько?
Секрет открылся быстро. Несколько детей постарше, подхватив полученные на листах условной капусты порции с рыбой, не остались у костра, а отошли к не молодой, сидевшей отдельно от остальных женщине и попытались отдать еду ей. Та только улыбнулась грустно и потрепав по не мытым головам, оторвала по небольшому кусочку, положила в рот и отрицательно покачала головой, — мне хватит. Это вам, сами ешьте.
Заинтригованные подруги переглянулись. В свете диких нравов этого мира, когда выживал сильнейший, а мать спокойно избавлялась от собственного ребенка, считая его обузой и не испытывала ни малейших угрызений совести — представшая сцена казалась не реальной и даже несколько фантастичной.
Кивнувшая понятливо Клео подошла к женщине и ухватив за руку потянула ее к костру.
— Твои дети? — Спросила она, протягивая ей лист с очередной запечённой рыбой, — наверно ты очень хорошая, раз они заботятся о тебе.
Растерявшаяся женщина машинально взяла угощение и покраснела от удовольствия.
— Они хорошие, — улыбнулась она несмело, — надо помогать им сейчас, чтобы они выросли сильными.
— Да, помогать, это хорошо, — согласилась Софья с удивлением наблюдая как дети, настороженно глядя на них собираются вокруг женщины, — мы не обидим, — сказала она громко, — просто поговорить хотели.
Дети несколько расслабились, но не отошли, а подруги в очередной раз переглянулись удивленно.
— Откуда их столько? — Повторила вопрос Софья, — они же не могут все твоими быть?
Женщина нахмурилась.
— Мои, — сказала она твердо, — их выгнали из пламени, а я себе взяла, значит все мои.
— Ясно, — Софья задумчиво посмотрела на женщину, представила, чего ей стоит прокормить их и потом перевела вопросительный взгляд на Марию.
— Ну, конечно, заберем их всех в долину, — та правильно поняла посыл подруги, улыбнулась, чтобы не напугать и подошла ближе, — а зовут то тебя как, замечательный человек?
В общем пока разбирались с Хлаей и ее детьми, коих оказалось аж семнадцать душ, включая пятерых подростков и троих совсем маленьких, почти стемнело. Мужчины разделили остатки еды между взрослыми, не обделив начавших роптать, что их так и не покормили женщин и наконец то все устроились у костра.
— Ну, и что здесь случилось? — Задала наконец, мучавший ее целый день вопрос Мария, а потом забыв жевать, слушала историю о несправедливости и других лишениях "бедных" женщин.
А оказалось все просто. Примерно неделю назад, когда большинство мужчин ушли на большую охоту, на племя напали чужаки с красной кожей и длинными летающими палками.
— Те индейцы с копьями, что ли? — Нахмурилась Мария, у которой встреча у пещер еще была свежа в памяти.
Софья только плечами пожала продолжая слушать.
— Они убили мужчин, которые не убежали и забрали женщин, — продолжала повествовать рассказчица, зыркая глазами и ища, чего бы из еды еще взять.
Арен понятливо вздохнул и сняв с огня палочку с жарившимся на завтра мясом, протянул женщине. Та схватила его, замолчала и обжигаясь, жадно начала есть, тем временем как другие тетки тоже потянули руки, отталкивая конкуренток и хватая горячее.
Мария только глаза закатила от такой жадности. Ясно же, что той еды, что им уже дали сегодня, было более чем достаточно. Ну, ладно бы на завтра или для детей взяли, но нет же, хватают как чайки, глотают, почти не жуя от того, что горячее, но не отступают — вот и зачем так давиться то спрашивается?
В общем, дальше рассказывала Хлая как самая адекватная.
Без нытья и жалоб на судьбу, история оказалось очень даже короткой. Как подтвердила женщина, краснокожих чужаков, действительно оказалось очень много, а потому, они убили нескольких мужчин, забрали часть женщин, что помоложе и сбежать не успели, а потом ушли так же быстро, как и появились.
— Ага, значит вернувшиеся охотники пошли догонять их, — кивнула понятливо Мария и абсолютно растерялась от скептического взгляда рассказчицы.
— Нет, они забрали своих женщин, вещи и ушли на другое место, — пояснила Хлая скривившись, — они знают, что раз краснокожие нашли это племя, то всегда за женщинами и шкурами приходить будут.
Теперь уже растерялись и все остальные.
— Они разве не стали спасать всех и мстить обидчикам? — Недоуменно уточнил Рив и придвинулся ближе к Софье, как будто угроза нависла над ней и спасать ее надо сейчас уже.
— Нет, а зачем? — Пожала плечами Хлая, — они взяли своих или новых жен из тех, что оставались, вещи, своих детей и ушли, бросив остальных. Сказали, что кормить много людей трудно будет, а идти далеко. Здесь остались только не нужные и слабые.
Теперь переглядывалась уже вся компания.
— Хлаю и детей согласна взять, остальных нет, — озвучила свои мысли Софья и твердо посмотрела на друзей, — эти курицы, — она кивнула на ругающихся из-за последних, уже практически обжаренных, предполагавшихся на завтрак, кусков мяса теток и сморщилась, — они нам всю долину разнесут и загадят. Простите, но я этих склочных дур, пускать и терпеть там не готова.
Остальные задумались, а Мария благодарно посмотрела на подругу и кивнула согласно — превращать в базар их тихую и уютную долину, как и содержать кучу склочных, жадных и злобных, спокойно обрекающих на смерть детей, баб не хотелось.
— Согласна, — сказала она коротко, а потом привстала и похлопала в ладоши, привлекая внимание, — на сегодня раздача еды закончена, — объявила она громко, — расходитесь по хижинам.
Тетки недовольно зашипели, оглядываясь на остатки разделанной туши кабана, но Мария только отмахнулась.
— Уходите! — Повторила она сердито, а потом обернулась к оставшейся наконец то в одиночестве компании и тяжело вздохнула, — ну, что делать будем? У кого и какие предложения теперь?
30. Решения приняты
Спорили долго. Хмурая Клео сразу предупредила, что ее тянет туда, куда по словам теток ушли краснокожие, чем вызвала тяжелый вздох остальных.
— Так и знала, что просто не будет, — тут же высказала общую мысль Софья, — ну и что теперь делать будем? Если Алекс у этих краснорожих, неважно в плену или просто в племени, то соваться туда с детьми, это самоубийство форменное.
— Но и здесь их тоже не оставишь, — Мария затравленно посмотрела на снующих туда — сюда теток и вздохнула — ну и чего им не спится? Подслушать вроде и не могут, но само это мельтешение напрягало неимоверно.
Она снова повздыхала и повесила над костром оба имеющихся котелка наполненные мясом.
— За ночь проварится, протомится — будет чем детей покормить утром, — пояснила она свои действия и снова опустилась на бревно рядом с Ареном, — я так понимаю, нам придется разделиться? Часть мужчин поведет Хлаю с детьми в долину, а остальные дальше, Алекса искать?
Все тут же заспорили, особенно так и не понимающие для чего искать чужого мужика, мужчины, но тут поднялась Софья.
— Молчать, — гаркнула она сердито и обвела взглядом всю не маленькую компанию, — про поиски не обсуждается, — сказала она веско, чем чуть не подняла новую волну споров, — поэтому решаем сейчас — кто поведёт детей?
Все молчали, а женщины стали злиться.
— Харан, — позвала родственничка Мария, — вы как? Не хотите с другом до долины прогуляться?
Мужчина насупился и бросил сердитый взгляд из-под бровей.
— Вы мое потомство, — кивнул он на нее с Ником, — не хочу оставлять. Племя красных очень опасно.
— Да? — Тут же заинтересовалась Софья и быстренько продвинулась ближе, — а поподробнее рассказать можешь? Ты встречался с ними?
Харан только сильнее нахмурился от такого напора, но отнекиваться не стал.
— Очень давно они приходили в белое племя, но мы магией прогнали их, — сказал он задумчиво. — О них мало кто знает, но я разговаривал с вождем, и мы договорились, что они не будут больше нападать на нас.
— Теперь Харана с интересом слушали все и даже Ник, который, видимо при этом разговоре не присутствовал, и мужчина приободрился.
— Я знаю, что их много и они живут не всем племенем, а многими мелкими и собираются вместе только на большую охоту, для обмена женщинами или если нападают на других. Еще знаю, что они не сидят на одном месте, а каждый сезон ищут новые места охоты и им нельзя брать женщин в хижины.
Последнее поставило подруг в тупик.
— Как это для обмена? — Не поняла Софья и нахмурилась.
— Почему это не берут? — продублировала эмоцию подруги Мария и хмыкнула, — а зачем тогда этих в плен взяли? Да и размножаться то они как-то должны?
Харан только ухмыльнулся на такое слаженное выступление.
— Не берут постоянно, — уточнил он, — у них есть большие хижины для женщин, куда приходит мужчина и берет любую понравившуюся на ночь. По правилам их племени женщина в мужской хижине может находиться только тогда, пока светило не видит, иначе будут наказаны оба. Насколько я знаю, и вожди и шаманы следят за этим очень строго, а наказания в племени жестоки — вплоть до пыток, убийства в кругу при сражении с сильнейшими воинами или просто отправляют провинившегося без оружия сражаться с хищником. Как вы понимаете, выживших там не бывает, а поскольку наказания жестокие, то и спорить никто не хочет. В племени краснокожих все живут по правилам. Там даже дети общие. Мальчики, когда начинают ходить, идут учиться в хижину защитника или охотника, а девочки вырастают и их меняют на других в ближайшем к ним маленьком племени.
Теперь уже вся компания выглядела ошарашенной.
— Блин, да это секта какая то, сборище фанатиков, а не племя, — отмерла первой Софья, — и как мы Алекса там искать будем?
Все начали тревожно переглядываться и только Клео осталась сидеть, глядя в одну точку и не поднимая глаз.
— Я пойму, если вы не пойдете со мной, — выдавила она наконец глухо, — я понимаю, что это опасно и не буду больше просить. Наверно, это всё-таки моя ноша и нельзя ее на других перекладывать….
— Вот! — Тут же встрепенулся Харан, — так будет правильно! Теперь мы все сможем в долину вернуться.
Мария только вздохнула, перекинулась вопросительно — согласным взглядом с Софьей, зыркнула злобно на родственничка и подойдя ближе, обняла кошку за плечи.
— Мы с тобой, мы все будем аккуратны и у нас все получится, — сказала она просто, а потом снова обернулась к Харану, — завтра с утра берешь детей и вместе с другом идете в долину, — практически приказала она, — потом обернулась к Вэлу, — а ты что решил — уходишь или с нами остаешься?
Так получилось, что в результате долгих споров и перипетий было решено, что Харан с другом будут сопровождать детей, а потом как можно быстрее вернутся назад. Клео даже нарисовала на песке маршрут, по которому, как ей виделось предстоит идти.
— Похоже, это район той пещеры, что мы камнями заложили, — задумчиво прикинула Мария и обернувшись к мужчине начала объяснять, как можно пройти, чтобы сократить путь вдвое и разобрать заложенный ими выход, — только веревок еще возьмите если есть у твоих людей, или лиан потолще, — посоветовала она в конце, — там после Арена ни одного выступа не осталось — одна скала гладкая, просто так не спуститься.
Технические вопросы решили только когда ночь перевалила за середину.
Вэл подумав, вызвался идти с Хараном, — все равно без магии от меня толку не будет, — хмуро сказал он, — а тут маленьких детей куча — кому-то все равно нести их придется.
Женщины переглянулись и…. согласились. Сначала Мария хотела напомнить, что у шамана, тело которого Вэл занял, магия то была и не слабая, а потом махнула рукой — ждать, когда та проявится и обучать все равно некогда, а значит и голову пока морочить незачем.
31. Невесты
Утро снова началось со скандала.
Нет, сначала все было замечательно — споро собираясь, женщины сбегали за рыбой, чтобы запечь в дорогу, подняли детей, умыли их наскоро и накормили разваренным, практически разваливающимся на волокна, мясом с тягучим концентрированным бульоном. Кормить кстати, пришлось всех, поскольку на запахи запекающейся рыбы и мяса снова собралось все племя, а не только дети как планировалось.
В общем, пока готовили еду в дорогу, обсуждали детали с Хлаей и собирали по хижинам старые, протертые шкуры, чтобы было чем укрывать самых маленьких в дороге, собравшиеся и наевшиеся тетки снова устроили свару, возмущаясь, что более вкусные кусочки достаются не им, а детям, которых они выгнали.
— Зачем еду давать? Чужое потомство! — Громче всех возмущалась крупная, довольно молодая женщина, за шкуру которой держался малыш лет пяти, — выгнать надо!
Мария только скривилась, жалея, что еще не все готово и нельзя покинуть это племя вот сейчас сразу.
— Ты тоже чужая, — буркнула она недовольно, — уходи, не будем больше кормить тебя.
Тетка даже опешила от такой "несправедливости", а Мария вздохнула тяжело. Как-то так получилось, что хоть в современном, хоть в древнем мире, но любые морально — этические ценности, воспринимались людьми двояко. Одно и то же действие, которое по отношению к другим было нормой, в свой адрес воспринималось как обида великая и несправедливость безмерная.
— Я не чужая, — возмутилась отошедшая от шока тетка, а потом неприятно улыбнулась, — я в мужскую хижину пойду. Меня муж кормить будет.
Мария только плечами пожала равнодушно, намекая — иди куда хочешь, главное не отсвечивай, но тут она заметила плотоядные взгляды на мужчин их маленькой компании, нахмурилась и кивком головы подозвала суетившуюся неподалеку Софью.
— И в чью же хижину ты собралась, красавица? — Спросила она вкрадчиво и выразительно посмотрела в глаза Софьи.
Как и ожидалось, тётка иронии не заметила.
— К нему пойду, — ткнула она грязным пальцем в Рива, кормившего очередного ребенка и принесшего, вчера такую замечательную добычу, — скажу, чтобы выгнал всех других. Сама потомков рожать буду.
Софья даже задохнулась от такой наглости. Нет, она, конечно, не подпускала мужчину к себе, в ожидании пока тело сформируется, но отдать просто так того, кого уже привыкла мысленно считать своим? Вот же! Не бывать этому!
— Ага, щааассс, — прошипела она злобно, — это мой мужчина, его ты точно не получишь!
Тетка оторвалась от созерцания предполагаемого мужа, внимательно осмотрела соперницу и фыркнула недоуменно.
— Я красивее, — сказала она уверенно, — разрешу мужу взять вторую жену, и он тебя сразу выгонит. Зачем ему чужую некрасивую женщину кормить?
Наверно, если бы подруга не повисла на Софье, та точно кинулась бы на нахалку, как самая настоящая дворовая кошка на соседского пса недотепу. Это надо же мало того, что на чужого мужчину губу раскатала, так еще и ее саму оскорбляет, вытаскивая наружу всех имеющихся внутренних демонов и неуверенность в женской привлекательности.
— Тихо, успокойся, — погладила по спине, тяжело дышащую Софью, Мария. Она прижала к теплому боку подругу и вздохнула, — не обращай внимания. Ты же сама понимаешь, что у них мозгов как у курицы, менталитет набок конкретно сдвинут, да и ценности совершенно другие. Пусть говорят, что хотят, главное, что ты в своем мужчине уверена, а эти…., - она небрежно махнула рукой, — в общем, предоставь все Риву — он их быстро с небес на землю вернет.
Софья только всхлипнула, расслабляясь, а потом с мстительным удовольствием наблюдала, как небрежно отмахнулся ее мужчина от прилипалы, а потом обернулся удивленно и подхватил ребенка тетки на руки.
— Чего это он? — Напряглась она, раздираемая неприятными предчувствиями и так и не отпустившими до конца страхами, но Мария только улыбнулась грустно.
— Ну, судя по всему, раз самой пристроится не удалось, то она малыша спихнула, — прокомментировала подруга увиденное, а потом махнула рукой, — да и ладно, у нас их теперь столько, что на одного больше или меньше — разницы точно нет.
В общем, именно с этого основной скандал и начался. Сначала женщины попытались прибиться к их компании, предлагая себя в жены к мужчинам или надавить на жалость, чтобы заставить заботиться о себе, но получив жесткие отказы, подняли вой, что сильные охотники должны иметь двух жён. Потом, когда до них дошло, что мужчины уходят, вой поднялся еще громче, а трое даже впихнули им наиболее мелких детей, потому, что кормить некому.
Мария с Софьей только за головы хватались — ну ладно несколько мелких, но столько то куда? А еще, для полноты ощущений, пришлось уворачиваться от обозленных теток, решивших, что именно они виноваты в неудаче с мужчинами.
В общем, гвалт стоял такой, что ни один птичий базар не сравнится. Пришлось отойти в сторону и хмуро ждать пока выдохнутся визжащие тетки, на которых, уже даже мужские сердитые окрики не действовали.
Хмурая Клео вынырнула из-за ближайшей хижины, где провели ночь дети, и присоединилась к подругам.
— Я осмотрела малышей, — мрачно сказала она, — не все сами идти смогут, а сопровождающих, кто может их нести, всего трое, — хмуро констатировала очевидное, наблюдая со стороны, как скандал переходит в финальную, по причине сорванных некоторыми особо активными тетками голосов, фазу, — я не знаю, что нам делать. Если мы, взрослые, две недели шли, то им хорошо, если за месяц добраться получится. Боюсь, что не все такую длинную дорогу выдержат.
Женщины напряженно переглянулись и задумались.
— Предлагаешь, оставить их пока здесь с кем-нибудь, а потом вернуться? — Мрачно уточнила Мария, — а если опять гады краснокожие вернутся?
На обсуждение ситуации, вытолкав вконец охрипших куриц, собрались все и тут женщин удивили подростки.
— Мы понесем, — пообещал самый старший, — мы не бросим, все помогать будем.
Софья чуть не прослезилась от облегчения — все же хорошо их Хлая воспитала, хотя, может и ситуация с изгнанием так подействовала — все же детская психика более гибкая и не закостенела еще в суждениях как у взрослых.
— Да, человек странно устроен, пока на себе не испытает, о чужих страданиях редко задумывается, — словно прочитав мысли подруги, выдохнула Мария, а потом привстала и оглядела разросшуюся компанию
— Вот и славно, — подытожила она итоги переговоров, — тогда сейчас надо разделиться, кто из старших за кого отвечает и можем выдвигаться, тем более, что некоторое время и нам по пути будет. Поможем на первых парах.
