332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Юлия Журавлева » Кафедра зооцелительства (СИ) » Текст книги (страница 9)
Кафедра зооцелительства (СИ)
  • Текст добавлен: 31 декабря 2020, 06:30

Текст книги "Кафедра зооцелительства (СИ)"


Автор книги: Юлия Журавлева






сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 33 страниц)

17. Дежурство

Утром мы проснулись ночью, как бы это ни звучало. Было еще темно и ужасно рано, но какие-то звуки вытянули меня из, казалось, только-только пришедшего сна.

– Элиза! – вой от небольшого зеркала на стене окончательно разогнал сновидения, оставив один на один с суровой реальностью.

– Что такое? – я выбралась из постели и подошла к соседке. – Ничего себе!

Лицо у Элис заплыло и покраснело, глаза-щелочки, красные пятна еще и на руках, судя по тому, как девушка их терла – чесались они безбожно.

– Что с тобой? – я осматривала соседку со стороны, не решаясь подойти ближе: вдруг это заразно?

– Сама не знаю! – девушка была в отчаянии. – Похоже на аллергию, но я же ничего такого не ела...

Я бросила взгляд на пустой бумажный пакет из-под конфет. Целую пачку за день слопать – это ж надо.

– Иди к целителям, их у нас целый корпус, уверена, они быстро приведут тебя в норму.

– А если не быстро? У нас же дежурство, и отказываться уже поздно…

– Ничего, я пока без тебя подежурю, – приободрила соседку. – Чем раньше начнешь лечение – тем быстрее все сойдет. И хватит чесаться!

Переоделась Элис быстро, натянула на себя платье и побежала к местным целителям, на ходу давая мне рекомендации.

– Элис, – перед самым уходом окликнула я соседку. – Насчет вчерашнего…

Как продолжить фразу, я не знала, утром за вечернюю истерику было стыдно, а за откровенность – страшно.

– Не скажу я никому, за кого ты меня принимаешь! – оскорбилась рыжая и дверью на прощание хлопнула.

Вот и ладно. Я уже заметила, что соседка у меня вспыльчивая, но отходчивая. И не болтливая, что самое важное.

Теперь я спокойно умылась, приняла душ, пока никого нет и можно воду не жалеть, вытерлась новеньким полотенцем, предварительно пробежавшись по нему простеньким очищающим заклинанием – вдруг местор его ни разу после покупки не стирал? День начался неплохо, жаль, слишком рано. Поэтому, зевая, я сидела на стуле дежурного с учебником по целительству и читала.

Потихоньку общежитие оживало, мимо начали сновать студенты, к женским душевым образовалась традиционная очередь. Народ толпился, торопился помыться и пойти в столовую. Мне же полагался стандартный паек на день, поскольку уходить с этажа не рекомендовалось. Если в наше дежурство что-то будет испорчено, компенсировать нам придется из собственного кармана или отработкой на благо родной академии. Поэтому я честно следила, что происходит в коридоре.

Около восьми утра большинство студентов разошлись, и можно было расслабиться и вернуться к учебнику, что я и сделала. Не скажу, чтобы чтиво оказалось увлекательным, но я честно старалась наверстать упущенное и приближение парня с полотенцем заметила не сразу. Точнее, парень был в полотенце, совсем коротком, повязанным вокруг бедер, именно так студент с пятого курса преспокойно прошел мимо шокированной меня. Я невольно посмотрела ему вслед, когда какой-то умник, шедший навстречу, щелчком пальцев и небольшой воздушной волной сдул полотенце вверх. И теперь уж полностью голый студент ловко поймал улетающую тряпицу, огрел ею ухмыляющегося товарища и, закинув полотенчик на плечо, сверкая голым задом, пошел себе дальше.

Я же осталась на стуле с открытым ртом и пылающим лицом.

После этого я опасалась лишний раз поднимать взгляд от книги, а то мало ли. Все же приличным девушкам не пристало видеть такое непотребство. Но и на учебнике не получалось толком сосредоточиться.

Все мысли крутились вокруг вчерашнего дня, страшных открытий и воспоминаний, а еще Саймона Бертрана, тайного стража и рыжего некроманта, который так одновременно вовремя и невовремя оказался рядом. Пока совсем не понятно, чего от него ожидать. С одной стороны, сделанного не воротишь, и с Саймоном однозначно стоило встретиться и услышать его мысли по поводу случившегося. С другой, желание держаться от него подальше оказалось не менее сильным. Что победит: любопытство или здравый  смысл?

– Дежурная! – а вот встречаться и выслушивать мысли о себе от нашей комендантши мне не хотелось, но что поделаешь. – Ты здесь для чего сидишь? Для мебели? На кухне бардак! – не давала мне вставить слово женщина. – Почему не следишь?

– Так туда сегодня никто и не заходил, – возмутилась я.

– Значит, со вчера, но раз ты предыдущим дежурным не сказала ничего, значит иди сама убирай, – огорошила меня комендантша. – Ведро и тряпка в конце коридора. И поживее, а то заработаешь штрафные баллы!

Как же они достали со своими штрафными баллами! Кляня все, на чем свет стоит, я закинула учебник в нашу комнату и потащилась за шваброй и ведром. В захламленном чулане они отыскались не сразу, тряпка нашлась там же. Я, надеясь, что сейчас быстро все уберу, заглянула на кухню… да уж, в следующий раз перед дежурством я проведу тщательнейший обход этажа. На плите явно что-то готовили, но оно убежало, да еще так капитально, что залило половину пола. А еще успело присохнуть, поэтому бытовые заклинания тут уже не помогут: они справляются только со свежими загрязнениями, здесь же придется тереть. Фу, какая гадость, право слово!

Второй неприятной неожиданностью стало отсутствие воды и забитая раковина на кухне, вода в ней стояла и совсем не уходила. Из крана же ничего не текло. Интересно, это тоже нас заставят ремонтировать? Элис меня убьет.

Без особого энтузиазма я прошла к душевым и с удивлением обнаружила, что кабинки в женской душевой заняты, а в раковине ведро ужасно неудобно набирать, потому что поставить его не получается.

Через несколько минут ожидания стало понятно, что выходить из кабинок никто в ближайшее время не собирается: студентки явно пользовались тем, что все разошлись на занятия, и я как никто понимала их желание нормально помыться. И тогда в голову пришла  свежая и немного отчаянная идея.

В мужских душевых было пусто. Я постучала и заглянула, но внутри никого, а все кабинки приветливо распахнуты. Мне же надо просто ведро набрать. Я поставила ведро под струю и принялась ждать. Вода, наверное, вся ушла к девушкам и текла едва-едва, а ведро, как назло, попалось очень объемное, такое набирать и набирать.

И в это время, пока я стояла в кабинке и набирала воду, кто-то, насвистывая, зашел. Я напряглась. Кабинку я заняла самую первую, чтобы быстро выйти, в случае чего, и дверь на всякий случай прикрыла, не на щеколду, а просто. Ладно, подумаешь, воды наберу, никому не помешаю.

– Здесь есть кто? – и парень, тоже из пятикурсников, заглянул в кабинку. Голый. Совсем. Даже без полотенца, которое висело у него вместе с мочалкой на руке.

А еще со взъерошенными светлыми волосами, явно со сна, глаза красные, невыспавшиеся, немного помятый, но, если приглядеться, очень даже ничего. Как бы еще глаза ниже его плеч не опускать?

Так мы и смотрели друг на другу, я разрывалась между желанием завизжать и нежеланием себя выдать на всю общагу.

– Женские душевые заняты? – с пониманием и безо всякого стеснения спросил пятикурсник. Я сглотнула и кивнула в ответ. – Может, с ведром помочь? – предложил парень.

Я опять кивнула, скорее по привычке принимать помощь, нежели из реальной необходимости.

– Ты… ты же оденешься? – только и выдавила я. Идти по коридору с голым парнем – это уже перебор.

– Да, сейчас в штаны влезу, подожди немного, – и неожиданный помощник повернулся ко мне спиной, надел светлые брюки и легко подхватил ведро на двадцать литров.

Я же, больше пораженная и шокированная, нежели смущенная, шагала следом. Наверное, начинаю привыкать. Несколько девушек прошли навстречу, но отреагировали спокойно, только улыбнулись и поздоровались с моим спутником – видимо, расхаживанием в полуголом виде здесь никого не удивишь.

– А что у тебя со спиной? – и все же совсем не разглядывать парня у меня не получилось. И несколько свежих царапин бросались в глаза.

– А что с ней? – пятикурсник попробовал посмотреть, но, ясное дело, без зеркала ничего не увидел.

– Расцарапана вся, – я лучше присмотрелась, пытаясь понять, кто же из животных мог оставить такие следы пятью когтями. – Ты бы обработал, а то мало ли, вдруг инфекция попадет? Или яд на когтях?

– Яд на когтях? – усмехнулся парень. – Хотя, все может быть, я не удивлюсь.

И поставил на кухне ведро, заодно заглянув в раковину.

– Проклятье, опять Джастин ночью свою бурду гнал, – поморщился пятикурсник. А потом двумя пассами что-то сделал с водой, и она с утробным чавканьем прошла по трубам.

– Ого, – я подошла к раковине и убедилась, что одной проблемой стало меньше. – Спасибо, а как ты это сделал?

– Это разновидность заклинания расщепления специально для работы в жидкой среде, – небрежно отмахнулся парень и покрутил вентиль на кране. А потом безо всякий магии заглянул под раковину, нащупал что-то рукой и вода снова полилась. – Готово. Не переживай, после Джастина всегда так, но учти, этой ночью придется смотреть в оба, иначе утром одной забитой раковиной не обойдется.

– В смысле? А что не так с этим Джастином? – напряглась я. И где уже моя соседка? Она же к вечеру придет в норму, правда?

– С ним все так, а вот с его пойлом… если предложит – не пробуй, у него там какой-то фирменный рецепт, ушедшие знают, что он туда добавляет, но неподготовленных людей сшибает с одного глотка.

И, видя мои округлившиеся глаза, пятикурсник рассмеялся.

– Не бойся, если что – заглядывай, я Марк из восемнадцатой комнаты. Всегда к твоим услугам, – последнее парень сказал с каким-то хитрым прищуром, но опускать эмпатические щиты, чтобы лучше разобрать его эмоции, я не решилась.

– Спасибо за помощь, – осторожно поблагодарила я.

Марк подмигнул и ушел обратно в душ, оставив меня наедине с ведром и шваброй, а еще с  полным раздраем в голове.

До этого я жила на этаже платных комнат и как-то слабо представляла себе настоящую жизнь в студенческом общежитии. Теперь же она открылась для меня во всей красе. И еще этот Джастин, что бы он там ни вариал и ни гнал, отмывалось оно от пола ужасно. Я честно потерла шваброй, жалея, что не спросила у Марка про расщепление, сейчас бы вылила ведро на пол и все растворила. Потому что стандартные бытовые заклинания даже подмоченные пятна на полу не выводили. А это значит, что здесь использовалось что-то серьезное. Вот тебе и запрет на использование не бытовой магии в общежитии.

И где там уже Элис прохлаждается, пока я страдаю и работаю?

Собственно, стоило подумать, как Элис заглянула на кухню. Отеки у нее сошли, а вот краснота осталась, из-за чего рыжая стала еще более яркой.

– Все в порядке? – сходу спросила соседка.

– Ну как сказать… – я еще потерла шваброй по въевшемуся намертво пятну.

– Джастин, скотина! – тут же взвилась Элис. – Ведь просила же не в мое дежурство!

Видимо, эта история с горе-алхимиком здесь ни для кого не новость. И кто бы ни был этот Джастин, мне его заранее жаль: рыжая фурия мгновенно метнулась на выход искать виновника. Впрочем, я посмотрела на пятно и швабру, которую отставила в сторонку, не так уж и жаль.

Через минуту в коридоре послышались шаги и ругань: это Элис тащила незадачливого самогонщика, или что он там варит, попутно высказывая все, что думает о его пойле.

– Вот, – ткнула пальцем девушка. – Посмотри, что это? Нормально? Мы ведь договаривались!

– Ну, Элис… – заныл парень.

– Бери швабру, тряпку, губку, зубную щетку – что хочешь, – скомандовала моя соседка, – но чтобы через полчаса здесь все сверкало, понял?

Джастин, которого иначе, как хлюпик, не назовешь, быстро закивал.

Среднего роста, щуплый, с отросшими темными кудрями и очками на носу, парень меньше всего походил на злостного нарушителя спокойствия. Классический такой ботаник. Правда, после рыжего некроманта я уже ничему не удивляюсь.

– Чего стоишь? – прикрикнула на него Элис, – поживее!

Джастин нехотя взял швабру и принялся оттирать пятна, шепча то ли бытовое заклинание, то ли проклятье. Но, видимо, признав создателя, неизвестная мне жижа начала поддаваться и отставать.

– И плиту не забудь помыть! – соседка поморщилась, взглянув на заляпанную поверхность, где под грязью даже цвет эмали с трудом угадывался. – И что с раковиной? Опять забита?

– Нет, раковину и кран Марк починил, – пришла я на выручку совсем растерявшемуся Джастину.

– О, и этот уже отметился, – закатила глаза рыжая. – Ты от него только подальше держись, хорошо? Опасный тип, свяжешься – потом проблем не оберешься.

– Правда? – удивилась я. – А с виду такой вежливый и приличный… ведро мне донес.

Полуголый. Но об этом я не решилась рассказать. Слова “приличный” и “полуголый” сочетались как-то плоховато. Но, кажется, Элис и так все отлично поняла.

– Вот я про что и говорю: держись подальше. У нас тут из-за него столько девушек отравилось.

– Он тоже что-то варит? – поразилась я. Не целительский факультет, а алхимический какой-то.

– Лично он – нет. Варят девушки. Кто сам травится из-за разбитого сердца и несчастной любви, кто соперниц подтравливает. Некоторые и его приворожить пытались, а ты же знаешь, какие побочки и токсичность у зелий, влияющих на разум?

Я не знала, но догадывалась, поэтому ошарашенно кивнула. Какие страсти кипят, однако.

– У Марка артефакт распознающий есть, очень крутой и мощный, – влез с уточнениями Джастин. – Его ничего не берет поэтому. Никакие яды и пищевые добавки не страшны.

– Не знаю, что там у него крутое и мощное, но от этого кобелины ничего хорошего не жди, я предупредила, – строго заметила соседка. – Да и тебе, с твоими-то успехами по алхимии, там ловить нечего.

– Может, заодно и алхимию подтяну? – развеселилась я.

На что Элис так выразительно на меня посмотрела, что стало ясно: в мои успехи в учебе она не очень-то верит.

Под нашим присмотром Джастин минут за десять оттер пол, а потом еще столько же драил плиту.

– Вечером заглянете? У нас в десятой комнате компания небольшая соберется, – неуверенно предложил Джастин, заливаясь краской в тон моей рыже-красной соседке.

– Знаю я вашу компанию, – скривилась Элис. – Только попробуйте где-то что-то натворить – лично прибью.

– Ну… я тогда пошел, да? – парень неуверенно оглядел кухню и бочком принялся пробираться к двери.

– Иди уже, – разрешила девушка. – И смотри мне, чтобы без магии.

– Нет-нет, – замотал головой Джастин, – никакой магии! – и быстренько смылся в коридор.

– Строго ты с ним, – прокомментировала я, когда мы остались вдвоем.

– С ними по-другому нельзя, – Элис раздраженно повела плечами и почесалась. Значит, и зуд пока до конца не прошел. – Это ты четыре года на отдельном этаже с платными комнатами жила, а я тут всякого насмотрелась. Тот же Джастин обычно тихий и скромный, а как хлебнет своего пойла – все, туши свет. Идет в разнос только так, не остановишь. Его бы и отчислили давно, да он целитель, каких мало. Его уже в целительском корпусе ждут. А рецепт семейного самогона несколько раз выкупить пытались, но он его даже в самые голодные времена продавать отказывался.

– Ничего себе, – воистину, внешность обманчива. – Как твоя аллергия? Вижу, что лучше, только не чешись, – одернула я соседку.

– Не могу, – Элис поморщилась. – Но обещали, что к вечеру все сойдет. А ты сама как?

– А я-то что? – я вздохнула. – Пока не задумываешься, все нормально. Наверное.

– Давай я с тобой пойду на встречу со стражем? – удивила меня рыжая. – Не хочется мне тебя одну отпускать. Потом, чувствую, опять тащить через всю академию придется. Да и тайной страже я бы на твоем месте не доверяла.

– Да и я сама не особо доверяю тайной страже, просто выбор у меня небольшой. Я должна попытаться спасти родителей. Они же меня тогда спасли, теперь моя очередь.

Только у моих родителей имелся недюжинный талант и знания целительства. А мне и предложить сейчас нечего…

– Разберемся, – заявила соседка. – А пока пошли в коридор, а то знаешь, как бывает: отвлекся на пять минут, а потом неделю в зоосаде сорняки полешь.

Полоть сорняки мне совсем не хотелось, так что мы по очереди сидели в коридоре, проверяли душевые, делали обход по комнатам. День прошел тихо, за это время я успела прочитать треть учебника по магическим видам, через каждые пять минут спрашивая непонятные места у Элис. Соседка бесилась, но отвечала. Так что дежурство прошло плодотворно. Я раньше и не предполагала, что одних только саламандр несколько десятков видов, и большинство из них не огненные.

Вечером студенты вернулись, и общага снова заполнилась людьми. В каждом из них мы с Элис видели врага, из-за которого можно получить штрафные баллы или отработку. Так что люди, чувствуя наши злобные взгляды, предпочитали обходить нас по дуге.

На ночь мы договорились дежурить по очереди, сменяясь каждые два часа, потому что на завтра от занятий нас никто не освобождал, и отоспаться не удастся.

– Если что-то случится – сразу буди меня, – сказала напоследок Элис и ушла спать.

Из-за очень раннего подъема в сон клонило ужасно, поэтому, побоявшись уснуть прямо на стуле, я принялась расхаживать по коридору с тусклым ночным освещением.

Но ночь – время тьмы и голосов, которые днем прятались внутри, а сейчас проснулись и нашептывали, что я убийца. Что толкнула родителей в бездну. Разрушила семью. Я раз за разом прокручивала в голове вернувшиеся воспоминания, и к ним добавлялись все новые детали. То бабушка с дедушкой, проводившие со мной все свободное время. То темный ритуал, стоивший им жизни. То мои дни, недели и месяцы в больнице.

А потом сразу новая квартира, небольшая, но чистая и светлая. Новая школа, в которой я пошла в третий класс, подготовка позволяла. А то, что второго класса в моей учебе не было, я провела его в госпитале, в голове тогда не отложилось. Я совершенно счастливо примеряла новую форму, темно-красную в крупную черную клетку. И тогда в моей жизни не осталось места всем ужасам и кошмарам, осевшим в прошлом и в глубинах памяти. Десять лет беспечной жизни, когда родители тряслись надо мной, боясь повторения пережитого. Конечно, о темной магии не шло и речи. Стихийная тоже была нещадно задвинута в сторону.

– Ты выучишься на целителя, – сказала мама, когда я чуть подросла.

– Но мам, мои способности…

– Ничего не решают, – не стала дослушивать она. –  Не забивай ерундой голову. Выучишься, выйдешь замуж и тебе не придется тратить жизнь на просиживание суток в клинике или в лаборатории. Лучше пойдем новое платье тебе закажем.

Она неохотно говорила со мной о своей работе. Меня допрашивали, что я знаю – да ничего. Родители явно не гордились тем, что делали, пусть для меня и на публике делали вид. Но сколько раз, стоило мне зайти в комнату, они замолкали и спешно меняли тему разговора. Сколько скелетов, оказывается, было запрятано по нашим шкафам. Вся моя жизнь – не больше, чем картинка, нарисованная акварелью. И стоило попасть на нее нескольким каплям воды, как она поплыла.

И все это очень и очень грустно.

Внутри смешались обида, непонимание, злость на себя, на окружающих, на свою слабость и беспомощность. На неспособность что-либо сделать и решить. Тугой клубок эмоций, который пульсировал где-то в районе солнечного сплетения, мешал дышать и мыслить здраво. Воздух вокруг меня замерцал, и я запоздало вспомнила про контроль над магией, с которым у меня и без того в последнее время проблемы. И что есть силы загнала магию обратно. Вот только эффект получился обратный.

Я будто захлебнулась собственной силой, которая ни в какую не желала подчиняться. Воздух выбило из груди, перед глазами заплясали разноцветные искры, в голове зашумело. Магия бурлила и выходила наружу чистой энергией, мгновенно преобразующейся и становящейся опасной. А еще, как назло, ближе всего оказались душевые. Трубы загудели и начали лопаться одна за другой, я слышала, как потекла вода, заряженная магией и оттого вдвойне непредсказуемая.

Я попробовала встать, но слишком резкий выброс магии вызвал перерасход, и пусть клубок внутри исчез и дышать стало легче, сил не осталось даже на то, чтобы дойти до комнаты и разбудить Элис.

А вода, между тем, веселым потоком вытекала из душевых и замысловатыми струйками растекалась по коридору. Надо что-то делать…

– Парни, я отлить, – пьяным голосом кто-то предупредил товарищей, сделал пару шагов по мокрому полу, не удержался и смачно грохнулся. Дальше была заковыристая ругань и ржач из комнаты. Десятой.

– Жоф, да ты совсем в дрова, – подколол кто-то товарища. – А говорил, Джастиновское пойло тебя не берет!

И снова смех.

– Да тут воды по щиколотку! – некто Жоф сел на корточки, не веря собственным глазам.

– А что еще ты видишь? – продолжали потешаться над парнем из комнаты.

– Хорош ржать! – Жоф вскочил. – У нас потоп! И вода… зачарована.

– Жоф, ну ты бы что поинтереснее придумал, – кажется, я узнала голос Марка.

– Парни, а ведь она и в комнату течет! – раздались крики.

И толпа подвыпивших пятикурсников вывалилась в коридор.

Ругань стала еще заковыристее.

– А это кто у нас? Дежурная?

И вот, наконец, меня заметили. Я попробовала встать, но смогла только вяло пошевелиться.

– Так, – Марк, какой бы репутацией ни пользовался, соображал быстро. А еще догадался до нитки промокшую меня поднять и взять на руки. Сама бы я не устояла. – Вы двое – бегите перекрывать воду в душевых. Жоф, Джастин, вы у нас спецы по жидкостям, разберитесь с водой.

– Может, преподов позвать? – неуверенно предложил кто-то из парней.

– Вот еще, – фыркнул Марк. – Сами разберемся.

Небольшой поток целительской силы потек от пятикурсника ко мне, и через пару секунд головокружение и слабость отступили. Правда, опускать меня на пол Марк не спешил.

Остальные тем временем принялись срочно устранять последствия потопа. Вентили перекрыли руками, а дальше то ли Жоф, то ли Джастин сотворили какое-то заклинание, ничего особенного, кажется, как вода пришла в движение. Натекло-то всего десять сантиметров, а сбило всех с ног, будто бурным потоком. Мне повезло, я упала на Марка, почти не попав в воду, а вот остальные…

Все так и остались лежать на полу. Жидкость мгновенно кристаллизовалась, превратившись в ледяную ловушку. И был бы лед обычным, маги, почти месторы, с ним бы справились без труда. Но здесь обычным и не пахло. Я слезла с застывшего, как муха в желе, Марка, видя, как он бледнеет на глазах. Плохо дело, выброс адреналина придал мне сил, так что я вскочила и побежала в нашу комнату.

– Элис! – с порога крикнула я. – Вставай!

– Что? Кто? – соседка спала в одежде и проснулась мгновенно, готовая вершить справедливость на посту дежурного.

– Я, это я…

Элис выглянула и хотела потрогать лед.

– Осторожнее! – а то как бы и с ней чего не произошло. – Если станет совсем плохо – кричи и зови на помощь, – сказала я рыжей, а сама достала из закромов тумбы универсальный набор отмычек.

– А совсем плохо – это как? – девушка высунулась и разглядывала лежащих парней. Лед начал покрывать их целиком. – То есть, это начало и будет хуже?

– Не знаю, но пока рано. Я быстро! – собственная магия не причиняла вреда.

– Элиза! – соседка металась между желанием выйти и нежеланием оказаться рядом с пятикурсниками в ледовом плену.

– Я скоро! – только и крикнула, а потом понеслась вниз по лестнице с третьего этажа.

Комендантши на посту не было, надо же и ей когда-то спать. Так что входную дверь я вскрыла без труда и бросилась к преподавательскому корпусу. И вот знакомая дверь в прачечную, коридор, второй этаж… Местор Альдер меня убьет...

Стучала я громко, чтобы наверняка проснулся, все-таки глубокая ночь. Мелькнула мысль: а вдруг завкафедрой не окажется в его комнате? Но шаги за дверью обнадежили.

– Что такое? Леди? – судя по пижамным штанам и накинутому, но не запахнутому халату, местор спокойно спал до моего прихода. И я как-то невольно пробежалась по нему взглядом и смутилась. Но быстро взяла себя в руки, нельзя теряться и отвлекаться.

– Местор, мне нужна ваша помощь! Срочно! У нас там вода в общежитии! То есть лед!

– Какой лед? Плюсовая температура, – спросонья завкафедрой не мог осознать, что лед не из-за низких температур.

– У меня случился резкий выброс магии, трубы лопнули, а разлившаяся вода набралась энергии. В нее попали парни с пятого курса. Они там лежат!

Судя по взгляду местора, если бы он мог – прибил бы на месте.

– Хорошо, – тихо, но очень страшно сказал преподаватель. – Минуту, Риар, я оденусь.

И дверь передо мной закрылась. Интересно, меня после такого сразу выгонят или сначала заставят отработать?

Местор, как и обещал, вернулся почти сразу в брюках, ботинках и свитере. На улицу он пошел не через прачечную, а через нормальную дверь, по лестнице мы почти бежали, потом неслись до общежития целителей. К третьему этажу я окончательно запыхалась, но мы успели.

Местор Альдер сразу использовал нейтрализацию, только магическую. Увидел лед, приложил к нему руки и произнес формулу. Но поддался лед далеко не сразу, сначала ничего не происходило. Местор бросил на меня сулящий все кары мира взгляд и усилил воздействие. И только после этого лед тронулся, если так можно сказать, и превратился в обычную воду. А воду местор испарил, отчего в коридоре стало очень влажно, на стенах осел конденсат. Дышалось очень тяжело, по спине бежали струйки пота, одежда неприятно липла к телу.

– Проветрите и просушите, – скомандовал завкафедрой, волосы у него вились сильнее обычного. – И вас, Риар, я жду в восемь утра у себя в кабинете. Подготовьте внятные объяснения заранее.

Сказать, что местор был зол, – ничего не сказать. Но раз велел готовить объяснения, а не собирать вещи – значит шанс есть.

– Вот и отдежурили, – вздохнула Элис, открывая окна.

– Извини, – мне правда было стыдно. И перед соседкой, и перед местором. Только у нас с ними начало налаживаться, как я опять доставляю неприятности.

Протрезвевший вмиг народ расходился, обсуждая случившееся. На душевых мы с Элис повесили таблички “закрыто”. Представлю, какой завтра утром шум поднимется.

– Не переживай, – посоветовала рыжая. – А то снова что-нибудь рванет.

Умеет же поддержать.

В итоге Элис отправила меня спать, как первую дежурную, умудрившуюся вместо дежурства наворотить дел, а сама осталась следить за порядком. Поэтому остаток ночи прошел для академии спокойно.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю