Текст книги "Обманутые надежды, или Чего не прощает любовь (Женщина в клетке, или Так продолжаться не может)"

Автор книги: Юлия Шилова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

– Да я и не злюсь. Я всё понимаю.

– Она в полицию заявила?

– Говорит, что боится, что Жана после этого могут убить.

– Но ты же ей ясно дала понять, что она обязана это сделать.

– У неё своё мнение на этот счёт, и оно в корне противоположно моему. Она сказала, что это её жизнь и её муж и она сама знает, как лучше, а как хуже.

– Ей же мудрые люди подсказывают.

– Видимо, она не любит подсказки.

– Она поверила, что ты коллега мужа?

– Вполне.

– Ну вот, а ты переживала. Позвонила и позвонила. Теперь мы хотя бы знаем, что со стороны семьи твоего француза никаких движений не будет. А жаль. Тома, тебя что-то беспокоит?

– Знаешь, может, я, конечно, ошибаюсь, – неуверенно начала я, – но мне показалось, что жена не слишком убивается по поводу того, что её муж в беде. Пока мы с ней разговаривали, там играла музыка и француз так громко смеялся, будто он не в квартире скорбящей женщины, а на вечере юмора.

– Где француз смеялся?

– В трубке, где ж ещё.

– Может, там просто телевизор работал.

– Нет. Уж что-что, а телевизор я отличить могу. Это был самый настоящий француз. А телефон ведь не мобильный, а домашний. Тебе не кажется странным, что в той ситуации, в которой сейчас находится жена Жана, совсем не должна играть музыка, да и смеяться никто не должен.

– Ты хочешь сказать, что должен играть траурный марш, а в трубке слышны рыдания?

– Я не знаю. Может быть, его семья не понимает всю серьёзность ситуации?

– Томка, да какая нам, в конце концов, разница, какие там тараканы у них в голове? Мы позвонили лишь для того, чтобы выяснить, ищет ли Жана полиция. Теперь мы точно знаем, что никто его не ищет и никому нет до него никакого дела. Может, хоть его начальник в полицию заявил?

– Думаю, жена бы про это знала.

– А вдруг они не общаются. – Лейсан хотела сказать что-то ещё, но в дверь позвонили.

Я ещё никогда в жизни не реагировала на звонок в дверь так, как среагировала сейчас. Услышав приятный музыкальный звонок, доносившийся из прихожей, я вскрикнула и посмотрела на подругу глазами, в которых был страх вперемешку с безумием.

– Лейсан, кто это?

Лейсан глянула на часы и удивлённо пожала плечами:

– Девять часов утра. Вообще-то я никого не жду. В такую рань.

Я схватила Лейсан за руку:

– Не открывай.

– Да не переживай ты так. Я только к глазку подойду. На цыпочках. Что я, чокнутая, дверь всем подряд открывать?

Лейсан встала со своего места и осторожно направилась в сторону двери. Я поднялась следом за ней и подошла к зеркалу, висящему в прихожей. Увидев своё отражение, я чуть не ахнула: бледное, слишком несчастное и слишком испуганное лицо. Под глазами чёрные круги и мешки, которые появляются только тогда, когда нет возможности хорошенько выспаться. Правда, стоит мне хорошо отоспаться, и они тут же исчезают. А глаза… У меня были такие глаза, глядя на которые хотелось не просто плакать, а орать от ужаса.

– Ничего не видно, – шёпотом сказала Лейсан и отошла от двери.

– Что значит ничего не видно?

– Вообще ничего не видно. «Глазок» пластырем заклеили.

Услышав последнюю фразу, я закрыла глаза и прислонилась к стене. Мне вдруг показалось, что, если Лейсан скажет ещё хоть одно слово, я просто потеряю сознание.

Глава 13

– Эй, есть кто живой или нет? – послышался за дверью хриплый мужской голос.

– Нет, – шёпотом произнесла я и прислонила палец к губам, показывая Лейсан, чтобы она ни в коем случае не открывала дверь. Лейсан кивнула и осталась стоять не шелохнувшись.

– Девчонки, это Марат. Вы дома?

– Какой ещё Марат? – тихо спросила Лейсан.

– Я знаю только одного Марата, с которым познакомилась вчера ночью, но он бы вряд ли сюда приехал.

– Ой, да вам «глазок» скотчем заклеили. Да и не только вам, но и вашим соседям.

Как только за дверью послышались звуки отлипающего скотча, я, опередив Лейсан, быстро посмотрела на лестничную площадку и увидела стоящего возле нашей двери Марата.

– Открывай, – тут же скомандовала я своей подруге и указала на дверь.

– Что это за мужик? – Лейсан трясло, а её бледный вид говорил о том, что она испугалась больше меня.

– Он меня вчера к тебе привёз.

– Ты уверена, что нужно открыть дверь?

– А ты предлагаешь поговорить через неё?

– Можешь выйти на балкон, как вчера. Всё будет слышно. – Лейсан была настолько напугана произошедшими со мной событиями, что стала шарахаться от собственной тени, а уж о том, что можно открыть дверь и впустить в квартиру чужого мужчину, не было и речи.

– Лейсан, я не могу с человеком с балкона разговаривать. Неудобно.

– Неудобно приезжать без приглашения. Вчера ты с ним с балкона очень даже разговаривала, и это было удобно.

– Вчера была ночь, а сейчас утро. Не хочется, чтобы весь дом слышал то, о чём мы говорим. Вчера все спали, а сегодня все уже давно проснулись.

Мужчина за дверью услышал наш спор и вновь подал голос:

– Девчонки, я вам ничего плохого не сделаю. Не стоит меня бояться. Я много времени не займу. У меня нет ни оружия, ни злых мыслей.

– А что ты хотел? – Лейсан дотронулась до замка, но не решилась его открыть.

– Мне с Томой поговорить надо.

– О чём?

– Что, прямо через дверь?

– А у тебя есть другие варианты? Ты хочешь пригласить нас в ресторан?

– Нет проблем! Поехали. Девчонки, да вы не того боитесь. Меня бояться не надо. Я к вам, можно сказать, скорой помощью приехал. Глазок вам расклеил, а то неизвестно, что было бы дальше.

– Лейсан, да пусти ты его, – умоляюще посмотрела я на подругу. – Он меня вчера среди ночи подобрал и к тебе привёз. Нет смысла его бояться.

– Ну смотри, как знаешь.

Открыв дверь, Лейсан впустила мужчину и с ног до головы прошлась по нему подозрительным взглядом.

– Ну, как у вас дела?

Мужчина посмотрел на свой свитер, который был по-прежнему на мне, и удивлённо покачал головой:

– Вы что, спать не ложились?

– Нет, – хором ответили мы.

– А что так?

– Не спится, – объяснила я Марату. – Сна нет, мысли всякие в голове витают. Ты за свитером?

– Нет. Я за тобой.

– За мной?

– Ну да. Мне тоже сегодня не спалось. Хотелось увидеть тебя живой.

– Ты думал, что меня убьют? – на всякий случай задала я вопрос, на который мне уже был дан ответ.

– Всё могло быть, – замялся мужчина. – Я вот что подумал…

– И что ты подумал?

– Ты ведь вчера сама призналась мне в том, что ехать, по большому счету, тебе некуда.

– Так оно и есть. Вот именно поэтому я и приехала к своей горячо любимой подруге Лейсан.

– Но и здесь тебе, по-моему, задерживаться нельзя. Или я ошибаюсь?

– Нет. Ты не ошибаешься.

– Значит, я вовремя. Кто-то успел заклеить вам «глазок». И вам, и вашим соседям.

– Кто? – Лейсан захлопала ресницами и занервничала ещё больше.

– Вот этого я не могу знать. Я поднялся на этаж, а у вас у всех заклеены «глазки».

– Интересно, кто это сделал?

– Не знаю. Зачем людям закрывают «глазки»?! Наверное, затем, чтобы они не видели, кто хочет к ним войти. Я приехал сюда, чтобы забрать Тому. Иначе у вас обеих будут крупные неприятности.

– Куда ты хочешь меня забрать?

– Поживёшь пока у меня на даче. Дом со всеми удобствами. Думаю, тебе там понравится.

– А как же я?

Лейсан позеленела и, съехав по стене, села прямо на пол.

– Лейсан, ты чего?

– Страшно.

– Что тебе страшно?

– Ага, Марат сейчас тебя увезёт, а ко мне вломится компания Влада и начнёт выпытывать твоё местонахождение. Быстро они вычислили, где я живу.

– Марат, а ты у дома никого подозрительного не видел?

– Да вроде нет.

– А вдруг у них ключи и от моей квартиры есть? – паниковала Лейсан.

– Да откуда они у них могут быть?

– А откуда у них ключи от твоей квартиры?

– Девчонки, тогда поехали все вместе. Я вас отвезу к себе на дачу. Немного поживёте, а там, глядишь, всё само собой решится. Выспитесь, приведёте себя в порядок.

– Послушай, а зачем тебе чужие проблемы? – Я посмотрела на мужчину в упор, пытаясь понять, зачем ему всё это действительно нужно.

– Может, ты с ними заодно? – подняла голову обеспокоенная Лейсан.

– С кем?

– С компанией Влада. Если ты с ними, то передай им, что мы настроены крайне решительно и агрессивно.

В подтверждение своих слов Лейсан встала, выпрямила спину и, пытаясь не показывать своё напряжение, проговорила:

– Может, ты сам эти «глазки» заклеил? В спасателя поиграть решил и отвезти нас туда, где уже давно ждут? Так вот, мы на подобные провокации не поддаёмся. Поэтому передай своим, чтобы оставили нас в покое. Иначе пощады не ждите. И ещё. Лучше по-хорошему верните на место нашего француза. Потому что если вы его не вернёте, то неприятностей не оберётесь. Его уже везде ищут.

Я смотрела в безумные глаза своей подруги и поняла, что бессонная и кошмарная ночь отразилась не только на мне, но и на ней тоже.

– Лейсан, ты что такое говоришь? Марат не имеет никакого отношения к компании Влада. Если бы он был с ней хоть как-то связан, то меня здесь не было бы. Он бы отвёз меня прямиком к Владу. Человек нам искренне хочет помочь, а ты на него накинулась.

– Тома, а ты сама-то веришь в то, что говоришь?

– В смысле?

– Ну разве в наше время кто-нибудь может искренне помочь? Вернее, я неправильно выразилась. Ты веришь в то, что совершенно незнакомый человек с улицы может искренне помочь точно такому же незнакомому человеку?

Я пребывала в замешательстве – в словах моей подруги была доля разумного.

– Я не верю. Но может быть, это исключение. Марат, ты правда приехал, чтобы мне помочь?

– Да я уже и сам не знаю, правильно ли я поступаю. Правду говорят, не делай добра, не получишь зла.

– А зачем тебе это надо?

– Девчонки, пожалуй, вы правы, мне это вообще не надо. Расхлёбывайте сами кашу, которую заварили, а я поеду, у меня дел по горло.

Мужчина развернулся для того, чтобы уйти из квартиры, но мы в один голос закричали:

– Стой!

Марат остановился и уже без особого энтузиазма спросил:

– Ну что, едем?

– Едем.

– Только зарубите себе на носу. Я не с ними. Я сам по себе. Если я предлагаю вам свою дачу, то это не значит, что я ненормальный и люблю решать чужие проблемы. Мне просто понравилась одна девушка, и я искренне захотел ей помочь. Я увидел её на ночной трассе в сумасшедший ливень, избитую, несчастную, насмерть испуганную, да ещё и с пистолетом. Посмотрел я на девушку, и жалко мне её стало. Я благотворительностью не занимаюсь, а тут помочь захотелось.

Слова Марата растрогали Лейсан, и она сменила свой тон на более доброжелательный:

– Тома, а может, и в самом деле поедем? Не каждый день тебе посторонний человек помощь предлагает. Мне на работу только через два дня. Я пока с тобой побуду, а уже потом решу, что делать.

– Так, а я на этой даче всю жизнь сидеть буду?

– Ну не всю жизнь, а посидеть придётся. Уж лучше сидеть вдали от Влада и размышлять о том, как выбраться из крайне неприятной ситуации, чем сидеть во владениях Влада и под его чутким надзором предполагать, помрёшь ты сегодня или завтра.

Немного пришедшая в себя Лейсан достала спортивную сумку и направилась в комнату, чтобы собрать необходимые вещи.

– Я мигом. Только самое необходимое покидаю. Я-то всего на два дня, а вот Томка неизвестно на сколько задержится. Домой ей нельзя. Это опасно.

Пока Лейсан собирала вещи, мы с Маратом стояли в коридоре, стараясь не смотреть друг другу в глаза.

– Не думала я, что ты приедешь. – Я чувствовала себя неловко. Человек живёт себе спокойно, никому не мешает, а тут раз – и его начинают грузить чужими проблемами. Вернее, даже не так. Он сам начинает грузиться чужими проблемами, и, похоже, ему это нравится.

– А я вот подумал, дай заеду. Ты же мне сама сказала, что тебе укрыться негде.

– Ты не переживай. Лейсан через пару дней на работу. Да и я долго на твоей даче не задержусь. Мы только хорошенько выспимся, всё обдумаем и шибко стеснять тебя не будем.

– Да вы меня особо и не стесните. Я редко на даче бываю.

– Чего так?

– Работы полно. Мне дачей заниматься некогда. Но как только свободная минутка выпадает – приезжаю с удочкой посидеть, рыбку половить или шашлычок сделать.

Марат меня порадовал – он не волшебник, явившийся спасти принцессу от разбойников, а обыкновенный мужчина, который решил сделать что-то полезное для понравившейся ему женщины. Правда, мне было совершенно непонятно, чем именно я смогла ему понравиться. Нормальные люди от таких просто шарахаются.

Марат потянулся к моей щеке и провёл по ней влажной ладонью.

– Ты ужасно выглядишь. Надо было поспать.

– Можно подумать, ты видел меня другой.

– Вчера ты выглядела получше.

– Не говори ерунды. Вчера я выглядела в сотни раз хуже. У меня был стресс.

– А сегодня?

– Сегодня я в послестрессовом состоянии. Сегодня я вся в раздумьях по поводу своих дальнейших действий.

– Твоё дальнейшее действие должно быть только одно: лечь в постель и хорошенько выспаться.

Лейсан вышла из комнаты с огромной, туго набитой сумкой в руках. Я посмотрела на сумку и, несмотря на чудовищность ситуации, не могла не улыбнуться.

– Ты куда собралась?

– На дачу, – невозмутимо ответила она.

– А побольше сумки не было?

– У меня есть ещё больше. Я ж не только на себя одну вещей набрала, но и на тебя тоже.

– Я Марату пообещала, что мы его долго стеснять не будем, а ты с такой здоровенной сумкой выползла. Как на курорт собралась.

– Так я взяла всё только самое необходимое. Ничего лишнего.

– Лейсан всё правильно сделала, – поддержал мою подругу Марат. – Женщина в любой ситуации должна оставаться женщиной. Лейсан, давай сумку. Не люблю, когда женщина тяжести носит.

Лейсан отдала сумку Марату и пробубнила себе под нос:

– А я и не думала, что в наше время ещё существуют мужчины, которые и тяжёлую сумку помогут отнести, и от неприятностей спрятать.

– Уж не знаю, с кем вы общались и где вы своих мужчин откапывали.

– Да нигде мы их не откапывали. Они сами откапывались. И все, как на подбор. Нарочно не придумаешь. Это ты вот у нас выискался редкостный экземпляр.

– Девчонки, я не знаю, где и с кем вы общались, но вы говорите жуткие вещи, и мне за наших мужиков становится стыдно.

– Мне тоже за них стыдно, – согласилась Лей-сан. – Нам стыдно, а им хоть бы хны. Я вот недавно в Сочи отдыхала. В аэропорту у моего чемодана колёсики повылетали. А чемодан просто громадный. Пришлось тащить на себе. Иду, горбачусь, а рядом мужички почти налегке проходят, и ни один из них не поможет. А когда на регистрацию подходила, так они мне ещё и пинков надавали, чтобы побыстрее к стойке подбежать и зарегистрироваться. Один так своим пузом шуранул, что я в другую очередь улетела. Хоть бы извинился. Фига два. А в самолёте я на последнем ряду сидела. На обед давали рыбу и курицу на выбор. Рыбы осталась последняя порция, а я именно рыбу хотела.

Стюардесса стала вежливо извиняться. Смотрит на меня и соседа, мол, поделите сами, кому курица, а кому рыба. Я на сидевшего рядом мужчину посмотрела жалостливым взглядом и говорю: «Мужчина, извините, у меня диатез. Мне курицу нельзя. Можно я рыбу съем?» Вместо того чтобы мне уступить, он рыбу прямо у стюардессы из рук вырвал и стал быстро-быстро жрать. Я ему со злости свою курицу отдала. «На мужик, подавись! Чтоб она тебе поперёк горла встала!» Так что же вы думаете, он мне спасибо сказал и курицу мою следом за рыбой себе в желудок и закинул. Схомячил и даже не поморщился. Спросил, гад, может, я еще и булочку не хочу. Вот такие экземпляры мне встречаются постоянно.

Зная, что Лейсан готова рассуждать о мужчинах до бесконечности, я одернула её:

– Лейсан, ты это Марату потом расскажешь. Сейчас ехать надо.

– Да уж, девушки, я о таких вещах не слышал.

– Мы тебе ещё и не то расскажем, – пообещала ему Лейсан и стала открывать входную дверь.

Мы толком ничего не сумели понять, как Марат приказал нам ложиться на пол, оттолкнув меня в противоположную сторону и закрывая собой. Раздались выстрелы. Лейсан вскрикнула и отлетела к стене. Я грохнулась на пол и затряслась от страха. Марат достал пистолет и выстрелил в ответ.

– Не вздумайте вставать! Отползайте! – крикнул он нам и встал так, чтобы было видно в щель лестничную площадку. Он смотрел туда, откуда ещё совсем недавно вылетела пуля. На лестничной площадке воцарилась гробовая тишина, Марат захлопнул дверь и стал бить себя по карманам в поисках телефона.

Глава 14

Я смотрела на полулежащую подругу и не верила тому, что произошло.

– Лейсан, ты как? Ты в порядке?

– Я жива, – попыталась улыбнуться она и посмотрела на окровавленное плечо. – Вот только кожу немного обожгло.

В то время, пока я рассматривала плечо своей подруги и осторожно снимала с неё кофту, Марат звонил по телефону в своё агентство и вызывал охрану. Затем, сунув мобильный в карман, он резко открыл входную дверь и с пистолетом выскочил на лестничную площадку.

– Ушёл! – злобно проговорил он и, громко хлопнув входной дверью, бросился на балкон. – Уехал. Белый «Москвич» без номеров. Вот чёрт! Без номеров! Даже зацепиться не за что.

Сев рядом со мной, Марат внимательно посмотрел на оголённое плечо моей подруги и покачал головой:

– Пуля прошла навылет. Я звоню в «скорую».

– Ты хочешь отправить меня в больницу?

– Обязательно.

– Я боюсь. Тот, кто караулил нас за дверью, может прийти в больницу.

– Не придёт. Я поставлю охрану.

– Я всё равно боюсь. Это же несерьёзное ранение. Может, можно обойтись без больницы? У тебя есть знакомый врач? «Скорая» обязана сообщить милиции об огнестрельном ранении, и тогда начнётся.

– Что начнётся?

– Будут расспрашивать и выйдут на Томку, а её сейчас нельзя подставлять.

– А ты и не подставляй. Мы сейчас уйдём, а к тебе «скорая» приедет и отвезёт в больницу. Машина с охранником поедет за тобой. Он круглосуточно будет у твоей палаты дежурить. Так что ты ничего не бойся. А если в больницу придёт кто-нибудь из милиции, ты скажи, что ничего не знаешь. Просто открыла дверь и получила пулю. Никаких врагов и недоброжелателей у тебя нет. Поэтому подозревать тебе некого. А если спросят насчёт охранника, то скажи, что его тебе выставили родственники, так как опасаются за твою жизнь.

– Я не хочу в больницу, – замотала головой Лейсан. – Не бросайте меня одну. Можно, я с вами поеду?

– Это я во всём виновата, – всхлипнула я. – Какого чёрта я к тебе поехала? Жила ты спокойно, проблем не знала, тут я к тебе прирулила. Эта пуля мне предназначалась.

– Всё это уже не важно. Ты не хочешь в больницу?

– Нет, – слёзно ответила Лейсан.

– Тогда не поедешь.

– Как же так? – перепугалась я за свою подругу. – Ей же врач нужен.

– Я за врача, – не размышляя ни минуты, ответил Марат.

– Много ты в этом понимаешь?!

– Вообще-то я медицинский институт закончил. Сначала врачом работал, а затем переквалифицировался в охранника. У меня в шефа несколько раз стреляли. Я неоднократно из него пули доставал. А потом организовал своё охранное агентство, а медицинские навыки у меня остались. Как говорят, профессионализм не пропьёшь! Пулю вытаскивать здесь не надо, а обработать рану я и сам смогу. – При этом Марат многозначительно посмотрел на Лейсан и сурово спросил:

– Будешь терпеть?

– А что, больно будет?

– Пулю доставать больнее, а это всего лишь рану обработать, но потерпеть надо. Так я тебя спрашиваю, терпеть будешь?

– Буду.

– Молодец. Это займёт немного времени. У тебя спиртное есть?

– Шампанское. Пара бутылок в стенке стоит.

– Я имею в виду водку.

– Есть в холодильнике, для компрессов.

– Придётся вместо компресса её внутрь принять. Тома, неси водку, огурчик солёный закусить и аптечку.

Марат силой заставил Лейсан выпить довольно приличную порцию водки и принялся обрабатывать рану. Подруга держалась. Закрыла глаза, прикусила губу и еле слышно постанывала.

– Потерпи немного. Уже почти всё. – Марат вновь заставлял Лейсан пить водку и рвал бинты. – Могло быть и хуже.

Когда плечо было окончательно перебинтовано и я помогала своей подруге одеваться, у Марата зазвонил мобильный, и по разговору я поняла, что приехали его люди из охранного агентства.

– А вот и подмога.

Накинув на Лейсан кофту, я помогла ей встать и осторожно спросила:

– Ты как? До машины дойдёшь?

– Дойду, – кивнула головой та и взяла меня за руку.

Сев в машину Марата, я немного расслабилась и подумала о том, что, пока мы рядом с этим мужчиной, мы в безопасности. За нами едет охрана, а это значит, что никто не захочет доставить нам неприятности или попытаться убить.

Дачный домик был вполне приличным. А участок ухоженным.

– Эх, хорошо тут.

Мы с Лейсан присели на мягкий диванчик, стоявший в беседке, и посмотрели на Марата, беседовавшего с охранниками. Лейсан, последив за моим взглядом, сказала:

– Хороший мужик. Видишь, как оно в жизни бывает. Сам в руки приплыл. Ходишь, ищешь их и ни черта не находишь, а в тот момент, когда ты осознаёшь, что их просто нет, он раз – и непонятно откуда появляется. Кто бы мог подумать, Томка, что твоё счастье само в руки к тебе приедет на иномарке по ночной дороге?! За таким как за каменной стеной. Он тебе и врач, и охранник, и в постели, наверное, будь здоров!

– Лейсан, что ты такое говоришь? – Слова подруги вогнали меня в краску.

– Я тебе о жизни рассказываю. Такие мужики на дороге не валяются, – поучала Лейсан. – Они по ней ездят. Дураку понятно, зачем он нас сюда притащил.

– Зачем?

– Из-за тебя, конечно. Обворожила ты его, и мужик голову потерял.

– Лейсан, что ты такое говоришь? Ты посмотри на меня! Как от меня можно голову потерять? Я так отвратительно выгляжу. На меня же смотреть страшно. Ему меня просто стало жалко.

– Ты хочешь сказать, что он с нами из-за жалости возится?

– Конечно. А из-за чего?

– Да не похож он на сердобольного. Дышит он к тебе неровно. Не знаю уж, чем ты ему понравилась, выглядишь – страшнее некуда, но тем не менее он на тебя запал, это факт. Знаешь, Томка, а ведь это и есть твой принц, которого ты всю жизнь ждала. Кто бы мог подумать, что принцев искать не надо? Они сами находятся. И для того, чтобы встретить принца, нужен сущий пустяк. Всего ничего – попасть в какую-нибудь криминальную разборку, в руки отъявленных мерзавцев и бандитов… Одного из них шлёпнуть и сбежать… Томка, я уже вижу его в роли твоего мужа. От такого сразу рожать надо. Он и тебя, и ребёнка на руках носить будет. Мужик что надо.

– Лейсан, остановись. Какой, к чёрту, муж?! Человек всего лишь искренне хочет нам помочь, а ты уже и на свадьбе побывала, и детишек нянчишь.

– Я тебе уже об искренней помощи говорила. Повторяться по нескольку раз не хочу. Ты же сама видишь, что мужик от тебя без ума. Мне только знаешь, что интересно?!

– Что?

– Как только мы с тобой нарядимся, накрасимся и в люди выйдем, так всякая шелупень цепляется. Ни одного нормального варианта. Помнишь, как мы в последний раз с тобой ездили в бар, караоке петь? Сели за столик, а за соседний – мужчина в возрасте сел. Все стали шептаться, что депутат какой-то. Одет дорого. Он нам ещё бутылку шампанского за столик прислал. А затем пригласил тебя танцевать. Ты его на целую голову была выше и сказала, что тебе танцевать неудобно. Помнишь, что он тебе ответил?

– Да помню, что ж не помнить-то.

– Он ответил, что в постели рост не имеет значения. В постели мы все равны. Ты тогда ему чуть по его наглой депутатской морде не надавала. Нет, это же надо придумать, пригласить девушку на танец и сказать ей подобное. Ну не хам ли?!

– Зачем ты всё это вспоминаешь?

– Да затем, что всю жизнь одни идиоты попадались. А помнишь, как за тобой цветочный король ухаживал? Неприятный, рыжий, толстый. Денег – выше крыши. Он же мог тебе такую жизнь отгрохать! Через него все цветочные дела шли. Он на этих цветах не один замок себе построил. Да ведь и холостой же был, зараза. Помнишь, как ты ему приглянулась? Как он тебя обхаживать начал? А ведь у него тогда от тебя крыша поехала основательно.

– Помню. Цветочный барон, который держит цветы во всём городе, подарил мне занюханный букет помятых роз.

– Да уж. Было дело. Про ресторан лучше вообще не вспоминать. Охмелев от одного алкогольного коктейля, руками есть начал. Ему официант несколько раз замечание сделал и администратора пригласил. Витька курицу ел прямо руками, а кости на соседний стол кидал, крича: «Я за всё плачу: и за то, что кидаю кости в посетителей, тоже. Принесите мне прейскурант!» Вот такие они, хозяева жизни! Не знаешь, чего от них ждать в следующий момент. Неликвидные цветы или куриную кость в лицо. Ты же ему тогда ещё замечание сделала насчет паршивого букета. Витька сказал, что было поздно и офис закрывался. Какой веник в коридоре стоял, такой он и взял. И ещё тогда по-товарищески по плечу шарахнул. Мол, не расстраивайся, это же не бриллианты, а просто букет. Тебе же его на шею не надевать!

– Лейсан, прекрати мне про него рассказывать. Тошнит уже.

– Да это я всё к тому говорю, что сколько мы с тобой ни искали, с кем только ни знакомились, нормальных вариантов не было. А ведь наряжались так, что все головы сворачивали. А тут ты шла вся в лохмотьях и грязи, и мужик сам в руки к тебе пришёл. Ни наживки тебе, ни подкормки, а он в руках. Вот ведь как в жизни бывает! Ты за такого мужика держись! Если бы я его сама охмурила! А если честно, то я за тебя рада. Мне всегда хотелось видеть рядом с тобой хорошего и стоящего мужчину. И наконец-то он у тебя появился.

– Лейсан, ну как ты любишь всё раздувать. Во-первых, человек нам просто помогает.

Лейсан перебила меня и повторила с издёвкой:

– Просто помогает.

– Ну, хорошо, может быть, я действительно ему симпатична. Я этого не отрицаю, но ты не дослушала, что же во-вторых.

– И что же во-вторых?

– А то, что моё сердце несвободно и я люблю другого мужчину.

– Француза, что ли?

– Ты же прекрасно знаешь, что его.

– Нужен он тебе, этот женатый француз? С ним мороки не оберёшься. Он у тебя какой-то не мастевый.

– Что значит не мастевый?

– А то, что от него одни неприятности.

– Совсем недавно ты по-другому говорила. Соловьём пела. Жана нахваливала и верила в то, что он разведётся. Я это хорошо помню. У тебя на лице столько скорби было, будто это ты француза потеряла, а не я.

– Было дело, – не стала отрицать Лейсан. – Но ведь я не знала, что такие мужики, как Марат, бывают. Я думала, они только в кино и книжках. Красивый, мужественный, сильный, уверенный, самодостаточный. Своё собственное дело имеет, деньги зарабатывает. Мне всегда нравились мужчины, имеющие собственное дело. Пусть не такое большое и прибыльное, как у Витьки рыжего, но семью прокормить он в любом случае сможет. И побаловать. В поездку свозить, платье новое прикупить. Он тебе такие букеты дарить будет и руки при этом целовать. И друг, и муж, и охранник, и врач, и любовник, все в одном флаконе. Где такого ещё найдёшь?

– Я люблю Жана, – произнесла я уже раздражённым голосом.

– Ну и дура.

– Сама такая.

– Хотя бы будь с ним поласковее. Человек же на что-то надеется.

– Хорошо, буду.

Мы замолчали и посмотрели на красивый пруд, в котором плавали дикие утки. А у бассейна стояли лежаки, и можно было позагорать.

– Тома, а кто в нас стрелял? Вернее, в меня?

– По всей вероятности, стреляли в меня, а поскольку ты выходила первая, случайно попали в тебя. Ну кто мог стрелять, конечно же люди Влада. Интересно, с чего это вдруг они решили меня убить? Зачем убивать человека, который владеет важной информацией? Или они уже просекли, что я ни черта не знаю?!

– Да Влад про эти драгоценности придумал. Ему француз нужен был. Томка, а ведь ты только подумай. Если бы не Марат, то меня бы точно убили. Он нас спас.

– Да, действительно повезло, что я его встретила.

– Хорошо, ты хоть это понимаешь. Не могу поверить, что сейчас мы в безопасности.

– А если Влад выйдет на эту дачу?

– Как?

– Элементарно. Тот, кто чуть было нас не убил, приезжал на белом «Москвиче» без номеров. Он оставил машину у подъезда. Там же стояла машина Марата. Я уверена, что убийца был вместе с сообщником, который мог запомнить номера стоящей рядом машины, а по номерам довольно легко найти хозяина.

– Даже если это произойдёт, мы не одни. Тут есть охрана.

Марат приближался к нашей беседке. Я отметила, что бессонная ночь сказалась и на нём тоже.

– Девчонки, не обижайтесь, что я вас оставил одних, мне надо было обсудить несколько рабочих моментов.

– Ничего страшного, – улыбнулась бледная Лейсан. – Тут так красиво.

– Ты лучше скажи, как ты себя чувствуешь?

– Да так. Голова немного кружится. Да и в сон тянет.

– Сейчас я тебя спать положу. Выспишься – будешь чувствовать себя лучше.

– Марат, у нас с Томой есть кое-какие опасения, – как всегда не сдержалась моя подруга.

– Какие ещё опасения?

– А если те, кто хотел нас убить, найдут эту дачу?

– Каким образом?

– Ну, например, по номерам твоей машины, которая стояла у моего подъезда.

– Эта дача оформлена на моего дядьку. У него другая фамилия.

– Ну а если предположить, что они всё-таки вышли на твоего дядьку и решили проверить эту дачу…

– Пусть проверяют. – Мужчина сказал это совершенно спокойным голосом.

– Что значит, пусть проверяют?

– Здесь вам ничто не угрожает. Тут вы в безопасности. Вас будут охранять мои ребята. Это профессионалы. Они знают своё дело – сами под пули лягут, но с вашей головы не упадёт ни один волосок. Я вам гарантирую.

– А что, может и такое быть?

– Ты о чём?

– О том, что они под пули лягут.

– Думаю, что до такого не дойдёт. Не забивайте себе голову ерундой. Наслаждайтесь отдыхом и думайте о хорошем.

– А у меня ещё есть вопрос. – Лейсан подняла руку, как школьница.

– Говори.

– Я вот всё в голове прокручиваю…

– Да хватит уже прокручивать. Лучше расслабься и не думай об этом.

– Но вопрос-то задать можно?

– Задавай.

– Почему убийца не позвонил в квартиру и не стал стрелять? Чего он ждал? Ведь, по логике, все должно было произойти сразу.

– Он ждал, когда вы сами выйдете из квартиры, – всё так же спокойно ответил на заданный ему вопрос Марат. – Их было двое. Один сидел в «Москвиче». И как я не обратил внимания на тот «Москвич» без номеров, когда к вам приехал?! Это моё упущение. А другой прятался в подъезде. Он побоялся стрелять тогда, когда я заходил в квартиру. И исправно выжидал. Ладно, всё это в прошлом. Вы в голову не берите. Меня знаете, что в этой ситуации поразило?

– Что?

– А то, что в обычном подъезде обычного дома стреляли и никто из соседей не пришёл на помощь, не открыл дверь и не поинтересовался, что же там происходит. Я понимаю, что в такие моменты открывать дверь страшно, но хотя бы сообщить в милицию можно было. Народ у нас странный такой! Все живут по принципу: моя хата с краю, я ничего не знаю. Даже звери друг другу на помощь бросаются, а люди нет.

– У нас в подъезде старушки и те, кому утром никуда не надо. Все боятся и предпочитают никуда не лезть. Кому нужны чужие проблемы, кроме тех, кто их нажил? Да и в милицию звонить страшно, крайними сделают.

Лейсан побледнела ещё больше. Марат взял её за руку и заботливо произнёс: