355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Ян Кобурн » SEXXX HUNTMЭH, или Правила эффективной секс-охоты » Текст книги (страница 17)
SEXXX HUNTMЭH, или Правила эффективной секс-охоты
  • Текст добавлен: 15 сентября 2016, 02:02

Текст книги "SEXXX HUNTMЭH, или Правила эффективной секс-охоты"


Автор книги: Ян Кобурн


Жанр:

   

Психология


сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 19 страниц)

Меня никогда не привлекали полные женщины. Это не намеренно, просто я не чувствую к ним ничего, как не чувствую ничего по отношению к азиаткам. Есть множество женщин, которых не привлекаю я, потому что слишком худ. Это – химия. У меня есть друзья-толстяки, очень милые приятные люди, не противные и не грубые. Просто не люблю грубых противных женщин, будь они худые или полные.

Самое ужасное, когда встречаешь толстую и раскрашенную одновременно: для меня это катастрофа, мне всегда хочется в такие моменты иметь при себе оружие, чтобы застрелиться. Сначала появляются сексапильные и привлекательные, а вслед за ними вламываются толстухи, пытаясь помешать им: вот тут-то все и начинается.

– Простите, мы разговаривали с ним.

– О, простите, я не заметила вас, мисс Швабра. А не съесть ли вам сэндвич? Может, тогда вас станут замечать.

– Да я бы съела, но, похоже, вы сожрали уже все.

Так ужасно сидеть и наблюдать эту бессмысленную борьбу разных весовых категорий, в то время как ваша «соседка» покидает клуб. Обычно я просто жду удобного момента, чтобы незаметно улизнуть. Иногда, правда, говорю: «Не тратьте зря время, ни у одной из вас нет ни малейшего шанса».

Я давно осознал, что мне нравятся «соседки». Они, как правило, весьма симпатичные, не злоупотребляют косметикой и модой. С ними есть о чем поговорить помимо того, некоторые из них даже занимаются спортом.

Все почему-то полагают, что знаменитости могут иметь все, что пожелают и когда пожелают, включая женщин. Вовсе нет. Я видел, как Деймон и Чак неоднократно пытались. Чак – мерзкая личность. Как можно относится к кому-то с таким безразличием? И почему? Он, что, наказывал ее за то, что она не согласилась переспать с ним? Мне плевать, какое у человека состояние или слава, никто не имеет права обращаться с кем-то с таким неуважением, это отвратительно. Как можно? Что это за мужчина, который накануне обнимался с девушкой, а на следующий день заявляет, что знать ее не знает? Каким надо быть человеком, чтобы заставить ее рыдать и унижать перед подругами? Что это за мужчина, который… раздевает женщину и сосет ее грудь в двух шагах от ее брата, лежащего за занавеской? Какой мужчина станет трахать чужую жену в задницу? Лапать голую женщину на лужайке или в машине, когда весь белый свет видит это? Указывать у дверей клуба на женщин, чтобы их привели, а затем отсылать прочь, решив, что они ему не нравятся, словно это скот?!. Очевидно, это я и есть.

Встретив Чака, я словно увидел себя в зеркале, и надо сказать, отражение мне не понравилось. Есть тонкая грань между игривым нахальством с целью добиться от женщины интимности и истинной наглостью, присущей всякого рода мудакам. Я перешел эту грань. Как? Когда? Не знаю. Знаю только то, что в тот вечер я себе не понравился. И я решил измениться. Первое, что я сделал, попытался исправить то, что наделал Чак. Я поймал двух подруг той девушки на парковке.

– Эй, я был с ними прошлой ночью. Она действительно знакома с ним, и они на самом деле обнимались.

Они мне не поверили.

– Спасибо, что пытаешься помочь ей, приятель, но мы знаем, что это неправда. Она время от времени врет, придумывая всякие небылицы. Мы поверим только ему самому, а поскольку ничего не было, то такого и не случится.

Тут я уже ничего поделать не мог. Но я мог изменить себя. Первый вопрос, на который следовало ответить: «Почему я вел себя, как какой-то мудак?» Все очень просто: потому что это срабатывало. Мужчины ведут себя как мудаки, потому что это срабатывает. Так что к уже перечисленным причинам, почему женщинам нравятся всякого рода придурки, можно добавить еще одну.

Некоторые женщины испытывают потребность менять мужчин. Думаю, это помогает им выделиться на фоне других, придает им некую значимость, идентифицирует их как личность. Многие женщины, желая переспать со мной, говорили мне нечто такое, что свидетельствовало о том, что они хотят изменить меня.

«После ночи со мной твоя жизнь измениться навсегда».

«Держу пари, ты бросишь свои гастроли после ночи со мной».

Я никогда не спал с такими женщинами, чувствуя, что с ними что-то не так от природы. Подобных женщин мужчины со временем раздражают, они постоянно недовольны ими, не в силах изменить их. Они требовательны и навязчивы. Если откровенно, они напоминают мне героиню фильма «Фатальная страсть». Нет уж, спасибо, без меня.

Анонимность – нечто такое, что мне не хочется терять. Будучи довольно популярным в комедийных кругах, я тоже не раз вынужден был останавливаться на улицах, чтобы дать автограф, и меня не однажды угощали пивом или обедом. Это всегда льстит, и я совсем не против. И на мою долю пришлось немало всякого рода чудачек и преследовавших меня женщин, пьянчужек, звонивших мне в четыре часа утра, чтобы рассказать какие-то новые шутки, а также людей, желавших, чтобы я помог им начать комедийную карьеру. Представьте, что вам приходится иметь дело с такими стократно. Кроме того, существует пресса, которая беспокоит моих соседей, друзей, семью и роется в моем грязном белье. Разве это не будет вас раздражать, если вам заранее придется думать о том, что вы выбрасываете в мусорное ведро, на случай, если какому-нибудь репортеру придет в голову порыться в нем и там обнаружится нечто такое, из чего он сможет затем раздуть скандал?

Ключ к счастью – умеренность во всем. Вот почему многие знаменитости несчастны. И вот почему Джоан Кьюсак счастлива. У нее есть солидная профессия, семья, она живет там, где ее не донимают обожающие ее поклонники и СМИ. Она нашла баланс.

Тогда-то я и решил, что больше не хочу гастролировать, поскольку это не давало мне нужного равновесия. Я не мог ни с кем встречаться, общаться с друзьями, не видел даже моего племянника (в то время у меня был всего один, теперь уже три племянника и две племянницы), не мог выступать ни за одну спортивную лигу, не мог писать сценарии, потому что у меня не было достаточно времени между турне, поиском и выполнением ангажемента. Написание сценариев вскоре стало тем единственным, чем я хотел по-настоящему заниматься.

Правила секс-охоты по-быстрому

Женщины часто жалуются на мужчин, которые, переспав с ними, больше не звонят им. Они решают, что этим мужчинам нужен был только секс. В некоторых случаях они правы, но в некоторых ошибаются.

Гормоны – мощная сила. Хотите верьте, хотите нет, но бывает, что мужчине кажется, что женщина ему действительно нравится, но, переспав с ней, понимает, что это не так. Просто он находился под влиянием гормонов. Ему не хочется почем зря обманывать женщину, поэтому он и не звонит. У него не было намерения обманывать ее, когда они были вместе.

Правда в том, что иногда мужчины не различают между подлинными чувствами и обыкновенным влечением к женщине в результате действия гормонов. Как это можно выяснить? Однажды я познакомился с актером, который предлагал проводить несложный тест: мастурбировать. Если после этого хочется немедленно позвонить определенной женщине, значит, она не безразлична. Если нет, значит, эта женщина вам безразлична, хотя вы можете продолжать спать с ней. По крайней мере, вы теперь знаете, что это – всего лишь гормоны.

Конечно, такой тест помогает мужчинам, но не женщинам. Как ей знать, мужчина по-настоящему любит ее или это что-то гормональное? Ей приходится только гадать. Или, когда он позвонит, спросить: «Ты, что, только кончил мастурбировать?» Если так оно и есть, то для нее это хорошая новость: значит, она ему действительно не безразлична.

Путь к успеху

Первое, чего мне стало недоставать, когда я бросил гастролировать, так это общения с людьми. У меня оставалось несколько друзей в Чикаго, но почти все они жили где-то на окраине. А мне надо было встречаться с людьми в центре, где жил я. У меня имелось три закадычных друга, живших в моей округе, я решил, что с них-то и следует начать. Раз в неделю я играл с ними в волейбол в церковном дворе. Они-то и стали приглашать меня на разного рода публичные мероприятия, организуемые прихожанами той же церкви. Вскоре я знал, что в Чикаго проводится множество подобных встреч и собраний, на которые можно пойти.

Я посещал вечеринки, устраиваемые «Клубом 20/30», различными церквами, спортивными лигами, общественными клубами, – они организовывались людьми, которым хотелось повеселиться. Самой большой такой группой на тот момент была та, что называлась «Рефрижиратор», ею руководил парень по имени Джефф Фудзимото – вот уж кто действительно являлся специалистом в этом: он тусовался почти каждый день! Имелись также бары, где отмечались всякие там события, например, «Бар № 1», один из лучших в Чикаго. Таверны «Четыре угла» – еще одна весьма неплохая сеть баров. Некоторые бары объединяют профессиональных спортсменов или коллег. Скажем, «Дуркинс» и «У Джо» – те, куда обычно заглядывают почитатели «Питсбургских сталеваров». В Чикаго проводятся также разнообразные народные гулянья, забеги, фестивали. В общем, здорово. Так я познакомился с массой людей.

С Джоном и Джесси я подружился, играя в волейбол. Мы заметили, что многие играют в волейбол на пляже летом, обычно два на два. Вот мы втроем и решили попробовать. На многих площадках готовы были принять наш вызов, надо было только включиться в состязание, где победитель играл с новоприбывшими. Мы стали регулярно заниматься этим.

Примерно в то же время я услышал о волейбольных лигах и записался как независимый игрок в «Чикаго спорт» и «Общественный клуб», где познакомился в команде с парнем по имени Майк (теперь мы с Майком регулярно играем в теннис). Знакомясь с новыми и новыми людьми, я начал формировать целые команды для «Спортс монстер», и вскоре уже играл в нескольких волейбольных лигах. Там я тоже встретил немало знакомых.

Следующим летом воодушевленный Джесси купил сетку и стал натягивать ее на пляже по воскресеньям, а затем звонил мне в восемь утра и спрашивал, не хочу ли я прийти поиграть. У меня не было ни одной свободной субботы многие годы (самое занятое время для актеров), и я наверстывал упущенное, в результате чего в воскресенье утром бывал не лучше мертвеца.

– Привет, Ян, это Джесси. Я на пляже. Готов играть?

– Пошел бы ты…!

Отбой. Я приплелся на пляж ближе к полудню. Тем временем Джесси успел познакомиться с двумя парнями, Рексом и Ричем, у которых также имелись сетки. Объединив силы, мы стали приглашать все больше и больше людей играть с нами. Вскоре образовалась своя небольшая группа, которую кто-то прозвал «НОС» – сокращенно от «На Юг от Сарая» (мы складывали свои сети к югу от сарая на пляже Северной авеню).

Мы с Рексом сдружились также с другой группой игроков, собиравшихся по субботам. Они свои сети отмечали флажком «феррари», чтобы их было легче опознать. Мы звали кое-кого из них присоединяться к нам по воскресеньям, и наоборот. Вскоре обе группы слились, и мы уже помечали свои сети улыбающейся рожицей. Через пару лет группа сильно разрослась. Двое из «феррари», Эрик и Деннис, отделились и образовали еще одну группу. Они смешались с тремя другими и тоже здорово разрослись.

Нескольких наших игроков пригласили принять участие в волейбольном турнире, организованном еще более крупной группой под названием «Везунчики». Мы быстро разнесли весть об этом грандиозном турнире, в итоге более ста человек решили принять в нем участие.

Зимой я играл в волейбол в крытом зале, где еще занимались члены лиги хоккея на траве. (Нечего-нечего, хоккей на траве – тоже вид спорта.) Я умирал, так мне хотелось поиграть в хоккей, и страшно обрадовался, обнаружив данную лигу. Единственная проблема состояла в том, что я не знал никого из игравших в хоккей. Это было ужасно, просто ужасно. Через пять минут после начала игры противник вел со счетом 7:0. Они выводили на поле своих вратарей. Мы проигрывали со счетом 20:1 или около того каждую неделю, даже при том, что другие команды большую часть времени играли без вратаря. Впрочем, мы получали немалое удовольствие, а один из наших игроков настаивал на том, что зато у нас девчонки лучше.

Все первые хоккейные голы мы отмечали. Санто, наш центральный нападающий, выиграл самое первое вбрасывание. Он запаниковал, увидел противника, развернулся и… вбросил шайбу в собственные ворота. Наш вратарь Джейм, не ожидая удара от своего игрока, пропустил его прямо у себя между ног. Команда противника вела со счетом 1:0, практчески не дотронувшись до шайбы. Санто выиграл второе вбрасывание… и сделал в точности все то же самое! Противник вел со счетом 2:1, по-прежнему даже не прикоснувшись к шайбе. Джейм крикнул Санто:

– Что ты делаешь?

– Я думал, на этот раз ты будешь наготове!

Говоря, что мы были плохой командой, я ничуть не преувеличиваю. Но во время первого сезона я познакомился с достаточным количеством игроков из других команд, чтобы создать новую. Один из них рассказал мне про девушку по имнеи Шэннон, которая тоже хотела играть. Собравшись в команду, мы записались в «Спортс монстер». Позже я, помимо того, присоединился к группе, игравшей в хоккей по субботам.

Что касается свиданий, то все шло хорошо. Я встречался со множеством женщин, хотя не нашел той, которая бы нравилась мне по-настоящему. Было немало двухнедельных ничего не значащих связей. Я начал уставать от этих игр (имея в виду все упомянутые мною соответствующие хитрости) и решил, что когда повстречаю женщину, которая мне на самом деле будет не безразлична, не стану с ней заигрывать, а просто скажу и сделаю то, что чувствую.

В первый раз я позвонил Шэннон, чтобы узнать, хочет ли она играть с нами в хоккейной команде. Я рассказал ей все подробно, какова плата и где это находится.

– Ладно, Ян, договорились, спасибо.

Я думал, беседа окончена, но она продолжила.

– Так ты живешь где-то поблизости?

– Да, в Оук-парке, хотя до недавнего времени много разъезжал.

– Куда?

Мы проговорили таким образом больше часа. В очередной раз я позвонил Шэннон, чтобы сообщить ей время начала игры. (В то время у меня был старенький компьютер, который не принимал имейлы, так что мне приходилось обзванивать всех членов команды перед играми.) Произошло то же самое – мы опять проговорили около часа.

Я не обратил внимания на Шэннон, познакомившись с ней, я вообще никого не замечал. В нашей хоккейной лиге было четыре команды, и я боялся, что мы потеряем своих игроков. Поэтому тратил много времени, чтобы собрать необходимые деньги для оплаты членства в лиге, разработать какую-то стратегию, чтобы быть уверенным, что у нас будет достаточное количество игроков каждую неделю. Откуда ж возьмется время обращать внимание на кого бы то ни было? Я продолжал обзванивать всех членов команды, напоминая о времени игры. И каждый раз, когда звонил Шэннон, мы подолгу болтали. У нее был такой сексуальный голос и очаровательный смех. В конце концов меня осенило, что эта женщина мне нравится. Я решил пригласить ее куда-нибудь.

На следующей неделе во время игры я внимательно разглядел ее. Довольно симпатичная, со светлыми волосами до плеч, которые она собирала в конский хвот во время игры. У нее были красивые глаза, теплая улыбка и чудная фигура. Рост – примерно 158. Что заметили все остальные в первый же день, так это ее большой бюст, слишком большой на мой вкус, но ее это почему-то не портило. Вообще-то я предпочитаю брюнеток с грудью среднего размера, но ничего не имел против и грудастой блондинки. (Мне следует присудить премию за гуманность.)

Позже на той же неделе мы с Шэннон отправились на вечеринку по случаю игры на суперкубок, организованную одним из игроков нашей команды. Большую часть времени мы провели, беседуя друг с другом, и я не знаю, что там на самом деле происходило на суперкубке, за исключением того, что балтиморцы выиграли. Она подвезла меня и одного из моих друзей до дому. Она мне ужасно понравилась, и я надеялся, что с ней-то мне не придется играть в игры. На следующий день у нас должен был состояться хоккей. После обязательного посещения бара после матча я улучил минутку с Шэннон, когда мы шли к своим машинам, чтобы вновь пригласить ее.

– Я знала, что ты пригласишь меня и думала об этом.

О черт, женщина думала, стало быть, ничего хорошего не жди. Она уже все проанализировала, даже до того, как я успел ее пригласить.

– Недавно я порвала с парнем, за которого собиралась выйти замуж. Я не прочь пойти с тобой куда-нибудь, но только не сейчас.

Я не знал, как мне реагировать. То была игра. Когда кто-то отвечает на простой вопрос, требующий ответа «да» или «нет», как-то иначе, это – игра (мой друг Адам научил меня этому). Она мне не давала никакой пищи к размышлению: она заинтересована или нет? Она могла бы сказать, чтобы я повторил попытку через месяц или что она даст мне знать, когда будет готова вновь встречаться с кем-либо. Проявив подобающее сочувствие в связи с ее разрывом, я дал ей шанс прояснить ситуацию:

– Ладно, хочешь, чтобы я сделал это позже или как?

– Ну, конечно, конечно. Как-нибудь потом.

Выходит, она заинтересована, хотя я не имел ни малейшего представления, что значит «как-нибудь потом». Неделя? Две? Месяц? Когда у нее родится первый ребенок? Мне также не понравилось, что вдруг нарисовался ее бывший. Если она собиралась за него замуж, возможно, они не совсем порвали?

Я продолжал видеться с Шэннон во время хоккея, и она заменяла пару раз не пришедших игроков на волейболе. Мы несколько раз заходили в бар пропустить по стаканчику «Фрисби», весьма поднимающего настроение напитка. Пару раз даже пытались пригласить друг друга куда-то, но всякий раз что-то мешало: то время не устраивало одного из нас, то кто-то болел. Она не переставала удивлять меня.

– Не хочешь пойти посмотреть Фила Коллинза через две недели?

– Не могу, Ян, меня не будет в городе.

Ладно… И что я опять должен думать? Она могла бы сказать, что хотела бы пойти, но не может. Или: «Нет, спасибо». Она явно играла, стараясь держать меня на крючке. Даже ее подруги подметили это. Однажды я встретил кое-кого из них, и они сказали, что «много слышали обо мне». В конце одна произнесла: «Приятно было познакомиться. Уверена, мы еще не раз увидимся».

В то время как Шэннон играла, я – нет. Я сказал ей, что мне нравится с ней разговаривать и общаться. Признался, что, как это ни смешно, не обратил внимания на то, как она выглядит, когда мы встретились впервые. По ее лицу я видел, что она по большей части не верит тому, что я говорю. Она привыкла, что мужчины сходят с ума по ней из-за ее сисек, но меня-то интересовало не это. Судя по всему, она была обо мне невысокого мнения.

Как и ожидалось, Шэннон вернулась к своему бывшему примерно год спустя после того, как я познакомился с ней. Возможно, я был нужен ей как запасной вариант на случай, если они не помирятся. Ему было наплевать на меня, но я начал подыскивать другого игрока, потому как вряд ли он позволил бы ей продолжать играть с нами. И точно, вскоре после этого Шэннон перестала ходить в бар вместе со всей командой, а потом прекратила и играть с нами. Я ничего не слышал про нее, как вдруг примерно год спустя она неожиданно позвонила мне. Я сразу же понял, что она опять порвала со своим другом. Так оно и было.

Шэннон не вернулась в команду, но не раз подменяла других, когда они не могли прийти на игру. За все это время я встречался с разными женщинами, но, опять же, никто не волновал меня по-настоящему. Шэннон была единственной встреченной мной в Чикаго женщиной, которая всерьез задела меня. Она была остроумной, даже саркастичной, забавной и спортивной. Вокруг Шэннон имелось множество сигнальных флажков, которые я предпочел проигнорировать. Она сказала, что любит сначала подружиться с мужчиной, прежде чем начать встречаться. Я-то знаю, чем это обычно заканчивается. Она не любила заниматься теми видами спорта, где не добивалась хороших результатов, и не любила пробовать что-то новенькое. Она не давала прямых ответов на поставленные вопросы. Я чувствовал, что в какой-то момент она вроде бы заинтересовалась мной, но потом это прошло. Тем не менее однажды я вновь пригласил ее, и мы поехали с ней в бар после игры.

– Шэннон, я пытался понять тебя и, кажется, понял. С тобой все делается лучше. Итак, я спрашиваю тебя вновь.

Она смутилась, отчего мне тоже стало неловко, и снова ответила что-то неопределенное вместо «да» или «нет». Я решил, что я ей не интересен, а если бы и был, она исчерпала лимит моего терпения. Я по-прежнему контактировал с ней, когда надо было кого-то заменить в хоккее.

Прошел еще год, как вдруг Шэннон отколола номер: я увидел ее играющей за другую команду. Она вела себя весьма отчужденно. Я позвонил ей на следующий день, чтобы выяснить, что произошло. Она не ответила, и я оставил сообщение. Шэннон прислала имейл. Это не являлось грубостью или чем-то вроде наказания, просто было странно: она просила никогда ей больше не звонить и не посылать сообщения. Она изначально была убеждена, что я влюблен в нее, но видела во мне только друга. Какого черта? Сама того не ведая, Шэннон сделала самое худшее, что могла сделать – обвинила меня в том, что я презирал более всего: что я являюсь ее так называемом дружком. Я ответил на ее имейл, что пришлю ей длинное письмо, которое затем и послал. Я пытался спасти дружбу, хотя и понимал, что все напрасно. Чего я так разволновался? Легко быть другом, когда все хорошо. Но попробуйте оставаться им, когда происходит что-то нехорошее. Если наша дружба и закончилась, то не потому, что я не выдержал испытания. Я высказал предположение, что многие мужчины, видимо, обманывали ее. Зная, что она любит поначалу оставаться друзьями, представляю, с какими типами ей довелось встречаться.

Я вложил в письмо стишок о ней, пришедший мне в голову как-то ночью. Я не пытался добиваться ее любой ценой, просто хотелось сделать что-то приятное. Я писал, что она может прочитать его в очередной раз, когда кто-то обманет ее, и ей станет лучше – это хороший подарок. Неделю спустя после того как я отправил письмо, до меня дошли слухи, что Шэннон порвала со своим последним бойфрендом. Да, они были друзьями, до того как стать любовниками, и он обманул ее. Все решилось само собой. Без сомнения, я привел ее в ярость своей правотой. Ничто так не злит женщину, как мужская правота. Я был уверен, что она никогда больше мне не позвонит, так оно и было. А жаль, мы могли бы быть хорошими друзьями.

Вскоре после того как Шэннон оборвала нашу дружбу, я познакомился на пляже с Ванессой, подругой женщины, приходившей смотреть, как мы играем в волейбол. Ванессе я сразу же приглянулся. Она спросила, когда мы играем в следующий раз. Я сказал, и она пришла в тот день сама, чтобы посмотреть. Потом попросила меня проводить ее домой. Я предложил сходить куда-нибудь, и она дала мне номер своего телефона. Поболтав пару раз по телефону, мы пошли в «Гатрис». Свидание прошло хорошо, хотя она была слишком тиха, на мой вкус. Тем не менее я вновь пригласил ее. Я знаю, что люди нередко очень нервничают во время первого свидания, так что предпочитаю делать выводы после второго. Она с радостью согласилась. Поговорив еще несколько раз по телефону, она вдруг заявила, что не видит смысла во втором свидании, на что я ответил:

– Нет проблем. Приятно было познакомиться.

Ванесса тогда сказала, что хотела бы остаться друзьями, и пригласила меня на вечеринку, которую устраивала у себя на квартире через две недели. Вечеринки – отличный способ с кем-то познакомиться, и, возможно, у нее имелась парочка симпатичных подружек, так что я принял предложение. Минуло две недели. Я совершенно забыл о вечеринке. Мой друг Вишаль, знавший кое-кого из подруг Ванессы, напомнил мне о ней. Он не знал, где та жила, а я не мог вспомнить, поэтому позвонил ей.

– Привет, Ванесса, это Ян. Как поживаешь?

– Нормально. Как ты?

– Отлично, спасибо. Я звоню тебе узнать твой адрес, чтобы приехать на вечеринку.

– Ну конечно, нет проблем. Я перезвоню тебе, а то мне кто-то еще звонит.

– Хорошо.

Ванесса перезвонила через пару минут.

– Это Ванесса. Гмм, Ян, не думаю, что тебе стоит приходить на вечеринку, учитывая то, что между нами было, и все такое.

То, что было между нами? Я сразу понял, что она чокнутая. Держись подальше, надо держаться от нее подальше. Кому-то эта шиза причинит массу неприятностей .

– Ладно. Приятно провести время.

– Спасибо.

Не успел я повесить трубку, как позвонил Вишаль.

– Приятель, что случилось? Мне только что звонили подруги Ванессы. Она вне себя из-за твоего желания прийти на вечеринку.

И все из-за одного паршивого свидания? Слава богу, второе не состоялось, а то бы она подала на меня в суд на алименты. Я передал ему, что мне сказала Ванесса, и умыл руки. Восемь месяцев спустя – опять восемь месяцев – я отправился на пляж поиграть в волейбол. Я узнал, что Ванесса рассказывала всем невероятные истории обо мне, среди прочего о том, что ломился на ее вечеринку и постоянно запугивал ее, чтобы она соглашалась играть за мои команды. Конечно, все это было ужасно неприятно, но с помощью друзей я разрешил ситуацию. Помогло, видимо, то, что Ванесса играла отвратительно, и мои друзья понимали, что я не стал бы приглашать плохого игрока в любую из моих команд, потому что соревнования у нас проходили нешуточные, ей с ее умением на них делать было нечего.

На одной вечеринке после турнира «Везунчиков» (они устраивают по три каждый год – две в Чикаго и одну в Денвере) я встретил очень красивую женщину. (После каждой игры все отправлялись домой, чтобы принять душ, смывая в свои ванны тонны песка. Летом моя ванна просто забита песком, потому что я довольно много времени провожу на пляже.) У нее была славная попка, и ей очень шло быть рыжеволосой. Мы с ней выходили пару раз, даже было несколько интимных моментов. Я подумал, что у нас может что-то получиться, но она вдруг стала куда-то пропадать, перестала отвечать на мои звонки, а когда отвечала, говорила, что слишком занята, чтобы встречаться, и то и дело повторяла одну и ту же фразу:

– Не хочу быть связанной отношениями.

Я понятия не имел, о чем она говорит, но вскоре до меня дошло. Она не работала, жила где-то на окраине, но хотела перебраться в город.

– Кажется, я понял. Ты боишься, что если у тебя сложатся с кем-то неплохие отношения, то это будет единственная радость в твоей жизни, и ты привяжешься, а ты этого не хочешь.

– Верно. Спасибо за понимание, Ян.

– Ну давай тогда просто потрахаемся, что ли?

– Нет, не могу, потому что ты мне слишком нравишься, и это не поможет.

Но прикол заключался в том, что она решила встречаться с другим парнем. Поскольку он ей нравился меньше, она чувствовала, что сможет порвать отношения в любой момент и не будет связана ничем. Каково? Странная логика, я даже подумал, что она просто хочет бортануть меня как-нибудь помягче. Я спрашивал нескольких своих знакомых женщин, что они думают по этому поводу. Удивительно, но почти все они или их подруги принимали подобные решения в какой-то момент своей жизни. Им это казалось разумным.

За исключением трех этих сбоев, со свиданиями у меня был полный порядок. Конечно, иногда происходили всякого рода недоразумения, видимо, Госпожа Бог все же настроена против меня. Самое памятное из них случилось, когда я решил познакомиться с одной из своих соседок. Я живу в доме с внутренним двориком и видел, как в квартиру напротив въехала очень симпатичная женщина с такой фигурой, ради какой другие женщины готовы убить… и мужчины тоже. Я перекинулся с ней парой слов, она вела себя весьма дружелюбно. Я решил педпринять шаги: сказал своему другу Майку, с которым играю в теннис, что собираюсь пойти к ней с упаковкой пива и посмотреть, согласиться ли она распить со мной бутылочку-другую. Он настоял на том, чтобы я взял вино. Я постучал в ее дверь.

– Кто там?

– Ян.

Она открыла.

– Привет, как дела?

– Отлично. – Я протянул вино. – Я подумал, может, ты согласишься пропустить со мной пару стаканчиков?

– Ты знаешь, я не пью вино. Я больше люблю пиво.

Черт! Я мысленно отметил, что надо будет дать Майку по роже, когда увижу его в следующий раз.

– Впрочем, я возьму вино: завтра ко мне приезжает подруга, она как раз любит вино.

Что мне оставалось делать? Она перехитрила меня и знала это. Я отдал ей вино.

– Спасибо. Спокойной ночи.

Она закрыла дверь, и мне пришлось уйти.

За последние годы моей жизни я понял шестнадцать вещей.

• В городах есть немало чем заняться помимо свиданий.

• Солидный запас друзей – хорошее подспорье в личной жизни.

• Когда перестаешь играть, могут происходить всякие странности.

• Важно играть тогда, когда женщина тебе нравится по-настоящему.

• Нельзя позволять женщине держать себя на крючке в качестве запасного варианта.

• Все женщины убеждены: что бы мужчины ни говорили, они лгут.

• Никогда не возвращаться к своим бывшим, рвать раз и навсегда.

• Надо говорить женщинам только то, что они привыкли слышать.

• Для разных людей дружба имеет разное значение.

• Некоторые женщины с тараканами в голове.

• Кое-кто сочиняет истории, не задумываясь об их последствиях.

• Женщины думают иначе, чем мужчины.

• Женщины намеренно могут встречаться не с тем, с кем хотят, или же с теми, кто их мало интересует.

• Мужчине неплохо иметь среди своих друзей женщин.

• Быть женщиной труднее, чем мужчиной.

• Никогда не слушать Майка.

В крупных и маленьких городах есть уйма всего, чем можно заняться, что создает достаточно возможностей для знакомства с женщинами или обзаведения друзьями. На первый взгляд может казаться не так уж много того, что называют светской жизнью, особенно в городках, но если приложить некоторые усилия, то вы обнаружите немало всякого рода мероприятий. В небольших городках в течение года проводятся разные фестивали, отмечаются какие-то события в попытке сохранить там молодое поколение, которое относится критически к своему будущему. Как гастролирующий актер, я нередко становился участником такого рода развлечений для населения. Понятно, что у меня множество друзей и насыщенная светская жизнь, что позволяет мне выбирать, когда дело доходит до свиданий. У меня вполне приличный заработок, и мне не нужна женщина, чтобы почувствовать себя увереннее. У меня куча дел помимо свиданий и встреч. У меня есть друзья, которые не слишком вовлечены в общественную жизнь, что имеет весьма гибельные последствия для них. Солидный запас друзей – хорошее подспорье в личной жизни. Не знаю даже, как еще это подчеркнуть. Чтобы обзавестись друзьями, нужно время, это процесс, который происходит довольно медленно, шаг за шагом – я подробно рассказал о нем в начале главы. Главное – терпение.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю