332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Вячеслав Кумин » Пиратская угроза » Текст книги (страница 19)
Пиратская угроза
  • Текст добавлен: 15 октября 2016, 06:37

Текст книги "Пиратская угроза"


Автор книги: Вячеслав Кумин






сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

69

Каин проснулся в номере Лары со смутно знакомой головной болью. Впрочем, на этот раз она была значительно слабее, чем в прошлый раз, даже в глазах почти не помутилось, когда принял вертикальное положение.

«Опять, – подумал он с раздражением, вновь помимо всего прочего ощутив во рту странный привкус, а потом уже с облегчением вспомнил: – По крайней мере, я доделал все до конца и только потом отрубился».

– Проснулся, соня?!

– Проснулся… – подтвердил Каин. – Только башка что-то гудит… Вот ведь странность какая, как тебя увижу после долгого перерыва – так сам не свой. К чему бы это?

– Может, это любовь?

– Ага, – усмехнулся Иннокент.

– Пойдем на пляж!

– Прямо с утра?

– А почему бы и нет?

– Ну, не знаю…

– Сейчас там как раз почти нет народа и вода попрохладней.

– Тогда действительно стоит сходить, – согласился Каин, чувствовавший себя разбитым, потным. А прохладная вода, как он надеялся, должна вернуть ему тонус.

Пляж и вправду оказался более свободным, но не настолько, как на то надеялся бывший капитан. По крайней мере, можно было спокойно дойти до воды, не рискуя на кого-нибудь наступить. Кроме того, пусть на не очень удобных участках, большей частью каменистых, достаточно мест, где можно уединиться, то есть до ближайшего отдыхающего метров пять. А если забраться на чисто каменистый пляж, подальше от песчаной косы, то и все десять-пятнадцать. Именно такой и выбрал Каин, он хотел, чтобы вокруг было как можно меньше людей.

Сходу немного поплавав, Каин и Лара легли загорать на шезлонгах, попивая принесенные с собой прохладительные напитки.

– Приведение…

– Чего? – не понял Иннокент.

– Я говорю, ты похож на приведение. Бледный, как лист бумаги. Вчера я этого не заметила, а сегодня не укрылось от взгляда.

Каин, сняв солнцезащитные очки, осмотрел себя и тоже удивился различию цвета своей кожи и загорелой кожи Лары.

– Что поделать, загорать там негде… ни тебе соляриев, ни солнечных ванн.

– Бедненький… давай я тебя кремом намажу, а то сгоришь в один момент.

Каин был совсем не против. Сильные руки Лары быстро нанесли на тело Иннокента защитный крем, по ходу дела сотворив легкий массаж.

– Блаженство… А тебе не надо?

– Держи, – протянула Лара тюбик с кремом Каину, и он принялся за работу.

– Как там? – спросила Лара, пока Каин намазывал на ее тело крем.

– Где?

– Там, в космосе…

– Скучно. Единственное, что вносит оживление – это боевые вылеты. Тогда чувство скуки сменяется чувством страха… в бою от него не остается и следа, ты делаешь все, чтобы выжить. Впрочем, занятий хватает. После вылета, как правило, все свободное время посвящается машине, особенно если она не избежала сколько-нибудь серьезных повреждений от пушек противника или просто поломки из-за ветхости основных узлов и агрегатов.

– И часто ты получаешь повреждения? – с тревогой в голосе спросила Лара.

– Да в каждом выходе! – засмеялся Каин, лишь с секундой позже осознав, что говорить этого, пожалуй, не следовало. – Но такова наша работа, тут как никогда верно выражение: хочешь жить, умей вертеться.

– Признаюсь, Каин, меня беспокоит то, что происходит.

– Ты о пиратском движении?

– Да. Это беспрецедентно… пираты захватывают боевые корабли. Торговые они и раньше грабили и даже захватывали, с самого начала космической экспансии, но сейчас это прямо-таки что-то невероятное, масштаб просто потрясает. Это беспокоит всех так или иначе, многие предпочитают просто не задумываться, надеясь, что правительство со всем разберется, но другие боятся, они не понимают и это пугает их еще больше.

– И ты хочешь, чтобы я тебе что-то пояснил, зачем это… нам?

– Хотелось бы.

– Увы, я не знаю.

– Потому что ты относительный новичок?

– Как ни странно – нет. Этого никто не знает. Я не уверен, что даже бригадиры посвящены в конечный план, а о простых пиратах и говорить нечего. Они просто не задумываются над подобными вопросами. Зачем? У них есть деньги, выпивка, травка, девочки в момент отпуска, чего еще желать?

– Ужас…

– Не беспокойся, все будет нормально! Лично меня беспокоит другое.

– Что?

– Как долго ты еще здесь пробудешь, – улыбнулся Иннокент. – Как долго я пробуду здесь… Меня ведь каждую минуту могут сдернуть в новый поход.

– Я еще неделю буду здесь, а потом обратно на Этон, – сказала Лара.

Они помолчали, понимая, что естественным путем увидеться они могут нескоро, если вообще когда-нибудь смогут. Тут нужно что-то делать. Но что?

– Вы всегда на Мексише оттягиваетесь? – спросила она, видимо что-то придумав.

– Без понятия. Я вообще в первый раз здесь как пиратский отпускник. А где в следующий раз бригадир решит перекантоваться после очередного дела – известно только богу, потому как этого не знает даже сам бригадир.

– Ясно… Но ты можешь мне написать, и я прилечу к тебе, где бы ты ни был.

– Э-э… вариант в общем-то хороший, и деньги не проблема, в конце концов на что мне их тратить, как не на свою женщину… Но все же удобно ли это тебе? Работа, то да сё?

– Удобно! И никаких проблем.

– Тогда решено, – кивнул Каин.

– Отлично. А теперь пошли в воду, не то еще немного – и мы самовоспламенимся!

Их действительно изрядно припекло жарким солнцем Мексиша, и парочка с разбегу кинулась в прибой.

70

Пробыв на Мексише еще три дня, бригада Оникса в очередной раз отправилась в космос, чтобы заниматься своими пиратскими делами. За это время они успели получить новые самолеты, приобретенные вполне легально через подставную охранную фирму, и пополнение на эти машины тоже из числа «засранцев».

Пока проходила отработка взаимодействия пилотов в составе новых звеньев, притирка, отработка и изобретение новых тактических маневров, Каин Иннокент размышлял над тем, как же ему пробиться наверх. Как сделать так, чтобы его заметили и возвысили? Это откроет ему доступ к информации, за которую можно будет откупиться от Закона, уйти из пиратов и зажить нормальной жизнью с… Ларой.

Но, увы, в голову ничего не приходило. А она уже буквально начинала пухнуть от бесплодных размышлений, так что приходилось отвлекаться посиделками с Болтом, Факелом и новичками. Играя в карты, они понемногу надирались.

Глядя на новичков, Иннокент удивлялся. Парадоксально, но бойня с кораблями Флота Конфедерации не то что не уменьшила приток желающих встать на кривую дорожку, но наоборот, даже увеличило его.

– Слушайте, парни, а на кой хрен вас вообще в пираты понесло, а? – спросил Каин.

– Но ты же ведь тоже здесь, – отметил молодой пилот с позывным Лягушка.

– Я другое дело… у меня просто не было выбора. Или в пираты, или в тюрьму… и сидеть долго, убийство как-никак. Остальные здесь тоже не из любви к разбойной жизни. Болт вот за изнасилование…

– Я ее не трогал…

– Все так говорят, – под смех товарищей отмахнулся Каин. – Факел вообще дурной: на учениях расстрелял товарища реальными снарядами… Специально, не по ошибке.

– Сволочь потому что, достал меня, сил не было, – буркнул Факел, кивая головой.

– А вы-то сами поперлись, так сказать, из любви к искусству… За яйца вас никто не тянул. Вот ты, Лягушка, зачем записался в пиратскую братию?

– Не знаю, – пожал плечами молодой летчик.

– А я тебе скажу… Ты – дурак. Насмотрелся фильмов о пиратах и тоже решил им стать… пиратская романтика. Вам нравится ощущать себя частью чего-то большого и сильного, ты как будто сам при этом становишься больше и сильнее. Так?

Пьяный кивок Лягушки показал, что Иннокент в целом прав.

– Я все же удивляюсь вам. Где ваши мозги? В каком месте они находятся? В заднице, или они вообще отсутствуют напрочь?

– Ну чё ты пристал, Ригель?

– Мне это просто непонятно… Ну стали вы частью величия и силы, а вы думали ради чего все это величие и сила? Ведь сражаться и умирать ради того чтобы чувствовать себя большим и сильным глупо… нужна какая-то цель.

– А разве ее нет?

– В том-то и хреновина, что ее никто не может разгадать, – усмехнулся Каин. – Мы сражаемся именно ради накопления мышечной массы и накачки силы. А вот на что ее будет употреблять Мозг, никто не знает.

Пилоты старые и молодые помолчали, обдумывая эти слова. И Каин продолжил:

– Ну ладно молодежь… у них мозги в недоразвитом состоянии, но «старики», коим уже за тридцать, а то и сорок лет?

Иннокент повернулся к единственному в их эскадрилье такому старичку-новичку сорокалетнего возраста, с позывным Бульдог.

– Бульдог, неужели для тебя это просто возможность хорошо заработать? Развеяться? Почувствовать себя молодым?

– Ты даже не представляешь насколько ты прав, Ригель, – после долгой паузы ответил Бульдог. – Верны все три причины… Скажу так, мне до фонаря, что там придумал этот пиратский Мозг, какие цели ставит, но побыв пилотом, почувствовав вкус к полету, на земле адаптироваться трудно. Манит… Нужен адреналин, а где его взять на земле? Все, что ты там сможешь получить – это суррогат. Это как невозможность ощутить всю полноту любви с проституткой на час… Работа – дом, работа – дом… вокруг серость бытия, от которой удавиться можно, и ведь давятся. А я предпочел летать, как появилась реальная возможность.

– Чего в охранники не пошел?

– По здоровью не прошел. Из-за этого меня, собственно, в свое время и уволили…

– Ну, долго еще трепаться о вечном будете? – недовольно проворчал Факел, намекая на то, что игра стоит. – Поднимаю на десять. Вскрываемся?

Никто не успел принять окончательного решения, уткнувшись в карты и взвешивая свои шансы на успех, потому как по громкой связи послышался голос самого бригадира Оникса:

– Всем немедленно общий сбор, явиться на стыковочную палубу.

Бригадир редко когда выходил в эфир лично, так что ни у кого даже в мыслях не возникло медлить. Побросав карты и разобрав свои ставки, пилоты двинулись на верхнюю палубу, где обычно стыковались шаттлы.

Народ валил толпой, пилоты, абордажники, механики и члены экипажа. Никто не мог понять, что такое стряслось, и спрашивали друг у друга, но это мало проясняло ситуацию. Слышались мнения, что подобных общих сборов вообще отродясь не было.

На шлюзовой палубе оказалось довольно тесно, помещение не было рассчитано на единовременное присутствие двух сотен человек, но никто не роптал. На небольшом возвышении, у шлюзовой камеры, под большим экраном, где при необходимости можно было визуально проследить процесс стыковки, стояли Оникс, два его охранника, Обер, и еще два охранника держали до крови избитого человека, поставив его на колени.

Толпа зашумела, но стоило бригадиру поднять руку, и все замолчали.

– Я собрал вас, чтобы предъявить вам человека, из-за которого мы все подверглись большой опасности обнаружения силами Конфедерации, – сказал Оникс. – Он тайно пронес и установил на борт нашего корабля маяк.

Абордажники недоверчиво зашушукались. Обвиняемый был одним из них, более того, командиром второй абордажной группы. А командирами просто так не становятся, не назначаются, как у тех же пилотов, это право надо заслужить.

Бригадир продолжил:

– Это так. Мы трижды проверили его различными способами, ошибки быть не может, и он сам в этом признался. Этот ублюдок работал на РУВКФ, точнее он их внедренный агент. Они хорошо поработали, и мы сразу не смогли его вычислить, но он прокололся с маяком, а когда знаешь, что спрашивать, до истины докопаться гораздо легче. Раньше мы вполне гуманно обращались с подобными шпиками, но всякому терпению рано или поздно приходит конец.

Оникс повернулся к обвиняемому.

– Антарес, ты приговариваешься к смерти…

Эти слова стали командой для конвоиров, и они быстро затолкали задергавшегося пленника в шлюзовую камеру и закрыли. Пленник что-то кричал. Бился в люк, но Оникс оказался непреклонен и нажал на кнопку открытия внешнего люка.

Агента РУВКФ выбросило в открытый космос, что во всех подробностях показывала ожившая панель экрана над шлюзовой камерой.

Убедившись, что всех проняло от вида улетающего в бесконечность человеческого тела, Оникс добавил:

– Отныне так будет с каждым, кто решит предать нас. Не делайте глупостей. Все, представление окончено, можете расходиться.

Расходились все в молчании. В большинстве своем люди были привычны к смерти, даже экипаж и механики, но не к такой. Каждый невольно примерил ее на себя, и от этого всех пробирал озноб.

В себя пилоты пришли только в своей комнате отдыха, но карты в руки не шли.

– Ну все, сейчас начнется, – сказал Болт.

– Что начнется? – не понял Лягушка.

– Тотальные проверки на лояльность.

– Ну это нам не грозит, по крайней мере бояться точно нечего, – усмехнулся Факел. – Мы ж и так засранцы!

От этого напоминания стало значительно легче, за нелояльность их не вышвырнут в космос без скафандра, но все равно не избавило от процедуры дознания при помощи спецсредств, на предмет, не является ли кто агентом какой-либо спецслужбы или завербованным ими.

71

– Смотрите, он уходит! Он уходит! – кричал в эфир Лягушка.

Каин Иннокент посмотрел на атакованный в конвое абордажной группой грузовик. Шаттл успел состыковаться с жертвой, и боевики наверняка начали проникновение, однако же, это пока не мешало команде управлять кораблем, и, как отметил Лягушка, грузовик действительно взял курс обратно на звезду явно с намерением совершить гиперпереход.

По крайней мере, все говорило в пользу этого: возрастающая скорость, прямой вектор движения и выведение наружу защитных экранов, которые будут генерировать антигравитационное поле. Пристыкованный шаттл этому нисколько не мешал, а значит, у корабля-жертвы имеются все шансы на успешный побег.

Каин еще никогда не слышал о подобной тактике. Обычно экипаж ждал подхода помощи в системе, где их атаковали. А командир этого грузовика, как видно, решил проявить большую инициативу и сам выйти к помощи.

А может, этому грузовику просто повезло, и он оказался очень близко к вектору отступления с выходом в обжитую систему с собственными космическими силами правопорядка, чего у других зачастую не бывает, и экраны все вышли. Как бы там ни было, судно уходило вместе с абордажной командой, которая все еще не могла захватить центр управления судном и прекратить побег.

– Обер – Ригелю, остановите грузовик! Вы к нему ближе всех.

– Как?!

– Засадите очереди по двигателям! Чего тут непонятного?

– Но мы его повредим, и для нас он станет бесполезен…

– Ну и хрен с ним! Главное наших парней вытащить.

– Понял… только у меня проблема…

Иннокент хотел сказать, что он сам завязан в схватке с двумя «нейтронами». Лягушка как напарник в реальной боевой обстановке оказался слабоват, удивительно, как его еще не сбили? Тут Лягушка оправдывал свое прозвище и резко «отскакивал», когда ему грозила смертельная опасность. Делал он это за счет своей феноменальной способности держать кратковременные перегрузки, которые любого другого заставили бы потерять сознание.

– Так разберись с ней, и поживее! Не один ты занят!

– Понял…

Приунывшие было охранники действительно активизировались, как только увидели, что атакованное пиратами судно удирает, и, завязав новую драку, не давали другим пиратам его остановить. Катер же, способный преградить дорогу беглецу, был слишком далеко, охраняя второй шаттл в надежде на захват сразу двух грузовиков.

– Ригель – Лягушке, хватит прыгать, молодой, пора делом заняться.

– Слушаю…

– Сейчас прыгаешь ко мне по вектору девятнадцать-шестьдесят семь и отсекаешь мой хвост. Понял?

– Так точно…

– Тогда начали.

Каин на крутом вираже увел свой Т-40 в сторону Лягушки, и тот по команде сделал свой маневр на семьдесят градусов с переворотом. Иннокент невольно поежился и уважительно качнул головой: большинство на таких скоростях вырубается на пятидесяти градусах, а этот чуть-чуть повел из стороны в строну, приходя в себя, и встал на нужный вектор движения.

Преследователь Лягушки выглядел по сравнению с ним вяло, зайдя на широкую дугу разворота, а «нейтрон» Лягушки уже шел перпендикулярно машине наемника и стрелял из всех стволов, отсекая его от тэшки Иннокента.

«В этом его фишка, – подумал Каин, – разворот и отсекающая стрельба, разворот и стрельба. Ее и нужно использовать в дальнейшем, раз все остальное у него получается как пальцем деланное».

Преследователь Иннокента ушел на вираж, не выдержав напора.

– Лягушка – Ригелю, у тебя на хвосте никого нет!

– Вижу… спасибо, а теперь беги.

– Один момент…

«Нейтрон», который до этого сидел на хвосте у Лягушки, возвращался, приноравливаясь для стрельбы, когда Лягушка сделал очередной крутейший по своему углу разворота вираж.

«И как у него только мозги выдерживают?! – с завистью подумал Иннокент. – Если бы ему еще мастерство хотя бы среднего пилота, цены бы ему не было…»

Каин, избавившись от хвоста, на форсаже рванул вслед за уходящим грузовиком. На форсаже бывший капитан сжег большую часть топлива, но нагнал-таки грузовик уже начавший генерировать защитное поле, вот-вот готовясь врубить пространственный генератор и уйти в гиперпрыжок.

Выполняя приказ, Иннокент разрядил свою одноствольную тарахтелку прямо в сопла с таким упреждением и углом, чтобы снаряды успели добраться до цели и не сгорели в выбросах плазмы, как это непременно случится, если зайти точно в хвост грузовику и попытаться стрелять через весь шлейф плазменной струи.

Высадив остатки боекомплекта к ГПД, Каин уже думал пойти на критическое сближение и воспользоваться обычными пушками, потому как грузовик продолжал двигаться без изменений скорости и направления, а значит, снаряды не причинили никакого вреда, когда из сопла одного из двигателей вырвалось облако плазмы.

«Ничего себе “чих”, – подумал Каин, сбрасывая скорость и пытаясь сменить курс, потому как еще полминуты хода с такой же скоростью и тем же вектором – и он войдет в протуберанец и сгорит без остатка, да и притяжение дает о себе знать. – Лишь бы грузовик не свалился…»

Грузовик не свалился, хотя был очень к этому близок. Без одного двигателя ему едва хватило мощности справиться с инерционным движением, пусть с опасным маневром сближения со звездой, войдя-таки в протуберанец, которого опасался Каин (но тут многотонное судно защитило работавшее поле), выйти из виража и вырваться из зоны интенсивного притяжения звезды.

– Отлично, – похвалил Обер, – хотя чуть не гробанулись… Теперь уходим.

Атака второго шаттла прошла безрезультатно, и абордажники, понеся потери, вернулись на судно-носитель.

Что ж, не все коту масленица, провалы тоже случаются. Это как у хищников, тех же тигров, – в среднем только одна из семи-девяти атак получается удачной, и нужно благодарить судьбу, если в остальных случаях удается уйти целым, а не с дыркой в брюхе от рога какого-нибудь буйвола. Царапины и сломанные когти не в счет…

72

– Ну и прикол! – смеялся Болт с остальными пилотами на отдыхе после неудачной операции. – Чуть не утащили наших абордажников, вот умора-то! Хорошо хоть Ригель успел их затормозить.

– Ага! Повязали бы их как миленьких, – соглашался Факел.

– Почему? Рано или поздно они бы захватили корабль… – недоумевал Лягушка.

– И что дальше? Они были бы уже в другой системе…

– Какая разница? Ушли бы обратно.

– Ушли, – согласился Факел, – если бы умели пилотировать подобные корабли, а они этого не умеют.

– Прижали бы экипаж…

– До экипажа еще добраться нужно, если они, конечно, успеют где-нибудь запереться, – сказал уже Болт. – Выковыривай их потом… А флотские ждать не будут, сразу же на контрабордаж пойдут. Так что, если бы не Ригель, повязали бы наших орангутангов… Кстати, Ригель, ты-то чего такой смурной?!

– А? – отвлекся от своих дум Иннокент.

– Чего грустный такой? – повторил Болт. – О чем думу думаешь?

– Ни о чем… не обращайте внимания, – отмахнулся Каин.

Рассказать своим товарищам, о чем он думал, Каин не мог. Ну не рассказывать же им, что он хочет выслужиться? Не поймут… Да, они пираты, но из числа засранцев, и здесь они по воле злой судьбы, так что все делают в меру необходимости, но не более того. Делать сверх того, что требуется, не для них.

А вот ему нужно как раз больше. Мысль о необходимости возвыситься не покидала его с момента, как он покинул Мексиш, и все ради Лары… Но вот беда. Ничего в голову не приходило. Возможностей как-то себя проявить, так чтобы тебя заметили, будучи пилотом тоже особо нет. Ну не завалишь же крейсер из одноствольной ГПД!

«Кстати о крейсерах и вообще об оснащенных серьезным оружием кораблях… – призадумался Каин, чувствуя, что ухватил или вот-вот ухватит важную мысль за хвост. – Нашему главному позарез нужны корабли… ради этого он пошел на жестокий размен, пожертвовав половиной своего флота, лишь бы заполучить два-три полноценных боевых корабля Конфедерации. Значит нужно достать ему этот корабль!!!»

Веселое расположение духа, в которое он пришел от неожиданной мысли, тут же испарилось, как только он стал искать способы претворения в жизнь сего фантастического проекта.

Подумалось, что неплохо бы устроить мозговой штурм по этому вопросу со своими приятелями. Но тогда придется объяснять им, зачем ему это надо. Так что этот вариант не пойдет и до всего нужно доходить самостоятельно.

«Как можно захватить корабль, боевой корабль? – спрашивал себя Каин Иннокент. – Прямой абордаж. Это уже было и не подходит из-за больших потерь. Более того, прямой абордаж – самый глупый способ захвата кораблей… Интересно, что же на самом деле стояло за этим абордажем? – переключился на немного другую тему бывший капитан. – Было ли так задумано, или же это спонтанное решение в виду реальной возможности воплощения. Или же это… показательное избиение?»

Что-то говорило Каину, что верны все причины, в том числе и последняя, особенно если учесть, какой хай поднялся после битвы и сколько голов полетело. А какие сейчас перестановки во всех ведомствах устроены новыми начальниками, переделывающими аппарат управления под себя, ставя своих людей на ключевые должности, а это, как правило, ведет к конфликтам.

«Удар так удар! – только сейчас осознал Каин всю глубину поражающего эффекта, который получила Конфедерация. – Если проводить аналогии с живым организмом, то полученные синяки и даже резаные раны сущий пустяк, тут главное повреждение внутренних органов… Там в военных и политических кругах сейчас такой раздрай!»

Иннокент покинул общество приятелей, сославшись на плохое самочувствие и усталость. Он хотел побыть один, чтобы ему никто не мешал в размышлениях.

«Но вернемся к нашим баранам… Можно, захватив грузовик, дождаться контрабордажной команды, нейтрализовать ее и вернуться на корабль в шаттле контрабордажников! Нет… слишком перекручено, одна оплошность, один сигнал бедствия – и все… Но общее направление верно».

Иннокент остановился. На память пришло недавнее столкновение, как грузовик пытался убежать с пиратскими абордажниками.

– Ну конечно… грузовик изначально будет наш… он якобы успевает сбежать, абордажники локализованы, и экипаж просит забрать пленных пиратов. Тут уже не нужно высылать контрабордажный шаттл… происходит прямая стыковка между грузовым судном и боевым кораблем!

Иннокент недолго думая направился к бригадиру Ониксу и остановился как вкопанный уже у дверей в его каюту. Страшная мысль постигла его.

«А ну как меня спросят, для чего я все это задумал? – ужаснулся он, и ответ, в случае если применят сыворотку правды, ему не понравился: – Чтобы взлететь повыше и всех сдать с потрохами ради амнистии… Да меня за это, несмотря на то что я засранец и по определению ненадежен, за борт выкинут!».

На Каина нашло какое-то помутнение, наподобие той серой пелены, что случается от перегрузок на виражах, и когда бывший капитан очнулся, то обнаружил, что стоит напротив бригадира, а тот, одобрительно кивая ему головой, говорит:

– Неплохая идея, Ригель… очень неплохая…

«Мать твою! Неужели я ему все рассказал?! – обомлел Каин, чуть не рухнув на пол, на подкосившихся ногах. – Что со мной вообще происходит?!!»

– …Только использовать собственные корабли не получится, они все в каталогах как захваченные, – продолжал развивать мысль Иннокента бригадир Оникс. – Придется штурмовать настоящий грузовик и использовать его как наживку. Неплохо, очень неплохо. Ну а поскольку ты это придумал, Ригель, то будет несправедливо отбирать у тебя эту победу, значит, тебе и вести шаттл в атаку… вторым пилотом. Я же понимаю, что шаттл не твой конек. Но ты ведь разбираешься в управлении кораблем?

– Да… – кивнул Каин.

Любой пилот должен знать, как управлять не только самолетом и даже шаттлом, но и кораблем большего размера типа рейдера…

– …Особенно если к управлению родной экипаж удастся привлечь.

– Отлично. А то, сам понимаешь, свой или любой другой экипаж я под это дело дать не могу. Он просто не поместится в шаттле. Что ж, иди готовиться. В случае успеха тебя ждет хорошая награда.

– Благ-годарю, бригадир…

Себя не помня, ошарашенный Каин Иннокент вышел из каюты Оникса.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю