![](/files/books/160/oblozhka-knigi-damona-king-130903.jpg)
Текст книги "Дамона Кинг"
Автор книги: Вольфганг Хольбайн
Жанр:
Боевая фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 16 страниц)
Дамона серьезно покачала головой.
– Эта кукла, – с ударением сказала она, – не обычный манекен. Она живая!
3
Торнхилл проснулся с гудящей головой и противным при-вкусом во рту. В первый момент было трудно вернуться к действительности. Ему снился кошмар. Он знал, что это кошмар, и некоторое время не мог понять, существовал ли этот кошмар наяву или всего лишь приснился. Торнхилл вспомнил каких-то неприглядных типов, отбрасывающих противные длинные тени и оставлявших после себя неприятное ощущение, но похоже, именно они были во сне.
Торнхилл встал, небрежно умылся над умывальником рядом с дверью и торопливо оделся. Он замерз. Через открытое окно в комнату вползал холод, но хозяйка упорно не хотела включать отопление. Торнхилл надел полувер, достал из пачки сигарету и стал обдумывать план незаметного исчезновения из дома.
Плата за квартиру была просрочена уже на три дня, а миссис Менерс не принимала шуток на этот счет. Он надеялся, что после вчерашнего ограбления удастся прожить без забот пару недель.
Мысли снова вернулись к складу на окраине Лондона, и нечто вроде страха коснулось его души. Кошмар и действительность смешались, и в какой-то момент он уже не знал, что произошло на самом деле, а что он себе вообразил. И не хотел этого знать.
Просто чудо, что полиция еще не появилась здесь, мелькнула мысль, но он старался не думать о полиции.
Торнхилл подошел к окну, взглянул на убогую улицу внизу и зажег спичку.
Сэм Кортвейн мертв. В это можно было поверить и не сомневаться. Торнхилл вовсе не хотел знать, как тот убит. В страшной панике он кинулся из здания. Страх все еще сидел в нем. Стоило закрыть глаза, как в памяти вставала картина вчерашнего ограбления.
Торнхилл еле слышно вздохнул. Наверное, он никогда не сможет забыть это.
Немного постояв у окна, он повернулся, натянул куртку и шагнул к двери, осторожно нашарил ручку, внимательно осмотрел коридор и только после этого покинул комнату.
В доме стояла тишина. Был полдень и, кроме Торнхилла, никого не было. Он еще раз внимательно осмотрелся, замкнул дверь и начал тихонько спускаться по лестнице, но ему не повезло.
Покрытая коркой грязи стеклянная дверь в прихожей оказалась приоткрытой, и когда Торнхилл коснулся ногой последней ступеньки, навстречу ему вышла краснощекая, закутанная в грязный халат миссис Менерс. На ее лице лежала печать воинственности.
Вероятно, подумал Торнхилл, старая карга все время подслушивала под дверью, чтобы подкараулить меня.
– Мистер Торнхилл, – начала она своим резким, неприятным голосом, – как хорошо, что я вас встретила. Торнхилл принужденно рассмеялся.
– Доброе утро, миссис Менерс. Прекрасный сегодня денек, не правда ли?
– Вы находите? Я думаю, мы с вами должны кое-что обсудить.
– Охотно, – кивнул Торнхилл, – только не сейчас. Простите, я должен идти…
– Это займет всего пять минут, – хозяйка сердито сверкнула глазами и быстрым движением преградила дорогу, приглашающе указав на открытую дверь своей квартиры.
Торнхилл беззвучно вздохнул и покорился своей судьбе. Он вошел в крохотную кухню, подождал, пока миссис Менерс последует за ним, и демонстративно посмотрел на часы.
– Сегодня третье, – начала миссис Менерс.
– Я знаю, – печально кивнул Торнхилл.
– И некоторые жильцы снова просрочивают.
– Я знаю, миссис Менерс, – пробормотал Торнхилл. – Я было собрался… по пути… для того…
– Ерунда, – прервала его миссис Менерс. – Они живут у меня уже полгода и не заплатили ни разу с того времени. Пора нам поговорить.
Она села на стул и подождала, пока Торнхилл займет место по другую сторону стола.
– Все это, – еле слышно начал Торнхилл, – мне тоже очень неприятно. Но мои дела в последнее время идут все хуже и хуже. Хотя, думаю, в скором времени все изменится…
– Какие дела? – неожиданно спросила миссис Менерс. – Не считайте меня глупее, чем я есть, мистер Торнхилл. Я старуха, но у меня есть глаза и голова на плечах. Вы не работаете, а если что-то и делаете… Мне не хочется знать, чем вы занимаетесь, Я сдала вам по-настоящему дешевую комнату, но я не принадлежу к благотворительному обществу. Если ничего не изменится, я буду вынуждена вас выселить.
Торнхилл молча кивнул. Он и так собирался покинуть этот город через некоторое время. Будет большая суматоха, если обнаружат труп Кортвейна, а ни для кого не секрет, что они с Сэмом очень близко сошлись в последние недели.
– Собственно, что с вами случилось? – спросила после паузы миссис Менерс.
– Вы молоды, здоровы и выглядите так, что можете хорошо подзаработать. Не хотите же вы сказать, что такой полный сил молодой человек не может найти себе работу? – Она покачала головой, встала и подошла к плите, чтобы принести две чашки кофе.
Торнхилл начал отказываться, но миссис Менерс молча поставила перед ним чашку и подарила ему такой ехидный взгляд, что он не рискнул спорить.
– Я давно обдумывала, как должна с вами поступить, – продолжала она. – По-видимому, самым простым было бы спустить вас с лестницы, но может быть, я смогла бы вам помочь.
Торнхилл проглотил вместе с кофе колкое замечание, вертевшееся у него за языке. Если бы старая карга знала, как ему противны ее повадки! Но он взял себя в руки и сделал вид, будто бы с интересом слушает.
– Знаете, мистер Торнхилл, у меня есть свояк, который держит маленькую автомастерскую. Я могла бы поговорить с ним. Работа тяжелая, но вы бы хорошо зарабатывали и… – Она насторожилась, подалась вперед и указала на руку Торнхилла. – Что вы сделали со своей рукой, мистер Торнхилл?
Торнхилл проследил за ее взглядом и, увидев свою руку, непроизвольно вздрогнул.
Его правая рука была серой.
Он зажмурился, изумленно поднял руку и для проверки пошевелил пальцами. Рука вела себя нормально, он мог ею двигать. Но она была серая, как пластик, а ногти выглядели, точно нарисованные.
– Я… Поэтому я и хотел срочно пойти к врачу, – пробормотал Торнхилл.
Миссис Менерс окинула его недоверчивым взглядом и снова опустилась на стул. Дружелюбие исчезло с ее лица.
– Будем надеяться, ничего заразного, – сказала она. – Я бы не хотела иметь в своем доме инфекционного больного, мистер Торнхилл.
Торнхилл покачал головой и инстинктивно спрятал руку под стол.
– Это не страшно, – быстро сказал он.
– Не страшно? – Миссис Менерс встала и торопливо пошла к двери. – Но выглядит не так уж безобидно, мистер Торнхилл.
Торнхилл тоже поднялся.
– Это не заразная болезнь, миссис Менерс. Я… я работал с химикатами. Врач уже справляется с этим.
– Надеюсь, мистер Торнхилл, – холодно сказала миссис Менерс. – Я не хочу, чтобы в моем доме…
– Вы правы, миссис Менерс, но вам не нужно ни о чем волноваться, – перебил ее Торнхилл. – Через пару дней все будет в порядке.
– Лучше я пока обожду со свояком. Торнхилл облегченно вздохнул.
– Хорошо, миссис Менерс. Я скажу, когда моя рука придет в полный порядок. А вопрос с квартирной оплатой я сегодня же вечером урегулирую.
Он попрощался коротким кивком, покинул квартиру и через мгновение оказался на улице.
Мысли теснились в страшном беспорядке. Он быстро прошел по улице, завернул в подворотню и лишь там рискнул вытащить руку из кармана.
Сердце болезненно екнуло, когда он внимательно рассмотрел ее. В мутном полумраке подворотни кожа слегка блестела. Торнхилл засучил рукав, отвернул манжет рубашки и занялся осмотром.
Серый оттенок протянулся вверх, как облегающая перчатка, вплоть до локтя. Кожа не изменилась – каждая мельчайшая подробность, каждый волосок был таким же, как и всегда. Только цвет стал другим.
С колотящимся сердцем Торнхилл поднял другую руку и осмотрел пальцы. На ощупь они были холодные и гладкие, холоднее, чем должны быть.
«Пластик», подумал Торнхилл.
Эта мысль не особенно испугала его, так как он находился в каком-то шоковом состоянии. Он чувствовал только легкое беспокойство.
Кожа на ощупь напоминала искусственную. Кожа куклы…
4
Зазвенел телефон. Дамона взглянула на него, но Майк быстро махнул рукой, бросил журнал, который пролистывал без всякого интереса, и гибким движением поднялся.
Звякнув во второй раз, когда Майк поднимал трубку, телефон умолк. Майк ответил парой слов, затем кого-то поблагодарил и положил трубку.
– Ну? – спросила Дамона.
– Херкмент, – объяснил Майк, – детектив, которого я приставил к Хирлету.
– Что он выяснил? – насторожилась Дамона.
– Ничего неожиданного, – сказал Майк, садясь. – Хирлет руководит магазином двадцать пять лет и за все это время ни в чем не провинился.
– Это меня не интересует. Откуда берутся куклы?
– Ни малейшей зацепки, – признался Майк. – Херкмент разговаривал с большинством служащих магазина, но никто не знает о происхождении кукол. – Он опять взял журнал, но, помедлив секунду, бросил. – Скажи-ка, – осторожно начал он, – ты уверена, что не ошиблась? Мне кажется, Хирлет не зря гордится своими манекенами, они ведь так совершенны.
Дамона решительно покачала головой.
– Я знаю, я чувствую, что это была не кукла. Во всяком случае, не обычная кукла. – Бессознательным движением она схватила черное «ведьмино сердце», висевшее на серебряной цепочке на шее, и стала играть сверкающим камнем. – Можешь мне не верить, но я чувствую, что где-то и как-то в игре замешана магия.
Она задумалась, затем быстро встала и подошла к телефону.
– Кому ты звонишь? – спросил Майк, когда она уже набрала номер.
– Бену, – ответила Дамона.
– А зачем?
Дамона пожала плечами.
– Я сама точно не знаю, – призналась она. – Это лишь смутная идея. Может, он что-нибудь слышал…
Она отвлеклась, когда ей ответил Скотланд-Ярд За несколько секунд она соединилась с отделом по расследованию убийств, потом подождала около пяти минут, пока к телефону позвали Бена Мюррея.
– О, Дамона! – радость в голосе Мюррея была неподдельной. – Как прекрасно, что ты позвонила! Ты где? В Лондоне?
Дамона машинально кивнула.
– В отеле, – подтвердила она. – Майк тоже здесь. Надеюсь, мы не помешали тебе в каком-нибудь важном деле?
– Ничего подобного, – весело ответил Мюррей. – Что может быть важнее, чем ты?
– Спасибо за комплимент, – рассмеялась Дамона.
– Не стоит благодарности. Что я могу для тебя сделать? Дамона секунду помедлила.
– Собственно, у меня только один вопрос, – сказала она, наконец. – И наверное, довольно глупый.
– Ты всегда приходишь ко мне с глупыми вопросами, – возразил Мюррей. – Я уже привык к этому.
– Речь идет о куклах, – начала Дамона.
– О куклах? Что за куклы?
– Это трудно объяснить, – вздохнула Дамона. – Собственно, я только хочу узнать, не появлялось ли в Лондоне что-нибудь важное, что касалось бы этой темы?
Мюррей немного помолчал. Дамона живо представила озадаченное выражение на его лице. Если бы дружба между ними не была столь тесной, она не отважилась бы задать такой вопрос.
– Странно, что ты, как нарочно, спрашиваешь об этом, – сказал Мюррей через некоторое время. – Как ты узнала?
– Значит, – поспешно сказала Дамона, – что-то случилось?
– Не то, чтобы случилось, – ответил Мюррей. – Было тут одно дело. Сегодня утром в порту мы нашли покойника. Но может быть, было бы лучше, если бы мы с тобой встретились и поговорили об этом?
– Не играй в загадки, – пробормотала Дамона. – Что произошло?
– В общем-то, ничего. Я только удивился, что ты так неожиданно спросила о куклах. У трупа в руке был палец…
– У меня их по пяти на каждой руке, – возразила Дамона.
Мюррей тихонько рассмеялся.
– У него был оторванный палец в руке, такой, какой можно найти у манекена. Что тебе дают эти расспросы?
– Может, нам действительно лучше встретиться? У тебя есть время?
– Нет, – ответил Мюррей, – хотя ты можешь прийти, скажем, через час.
– Порядок, и большое спасибо.
Дамона повесила трубку, повернулась и задумчиво оперлась на телефонный столик.
– Ну? – тут же задал вопрос Майк. – Он что-нибудь знает?
– Возможно, – пожала плечами Дамона. – Может, из этого ничего не выйдет. Поглядим. Я встречусь с ним через час. Она быстро прошла в спальню и стала копаться в своем чемодане.
– Что ты там ищешь? – крикнул Майк через открытую дверь.
– Теплую куртку. Я не хочу простудиться при такой дрянной погоде.
– Но у тебя еще целый час.
Дамона вытащила из чемодана кожаную куртку, секунду помедлила и, прежде чем надеть ее, пристегнула наплечную кобуру.
– Я еще раз хотела бы заехать к Хирлету, – сказала она.
– Поедешь со мной?
Сбитый с толку Майк только поморгал.
– Зачем?
– Мне кажется, этот хороший человек сказал нам не все, что знает. Кроме того…
Зазвонил телефон, и Дамона отвлеклась от разговора. Майк встал и поднял трубку.
– Да?
Секунду он помолчал, потом удивленно посмотрел на Дамону и протянул ей трубку.
– Хирлет, – прошептал он, прикрывая трубку рукой. – Опять ты скажешь, что не можешь читать мысли? Дамона пожала плечами, взяла трубку и ответила:
– Мисс Кинг.
– Это Хирлет. Надеюсь, вы вспомнили?..
– Разумеется, мистер Хирлет, – быстро сказала Дамона.
– Мы встретились с вами сегодня в полдень в вашем магазине.
– Правильно, – подтвердил Хирлет. – Вы еще проявили большой интерес к нашим новым куклам, верно? Надеюсь, что не помешал вам, когда так запросто позвонил, но за это время я связался с поставщиком. Он будет рад, если вы сможете посетить его и осмотреть предприятие.
Дамона чуть-чуть помолчала. Что-то беспокоило ее в словах Хирлета, но она не могла понять, что именно. Возможно, это была чрезмерная осторожность с ее стороны из-за происшедших за последние недели событий.
– Охотно, – ответила она через несколько секунд. – Когда вам будет удобно?
– Может, сегодня вечером? – предложил Хирлет. – Предприятие расположено в Лондоне, не очень далеко от Сити. Я мог бы заехать на машине за вами и мистером Гюнтером, конечно, тоже. Вас устраивает, скажем, в восемь?
Дамона секунду подумала, ведь у нее уже была договоренность с Беном, а часы показывали шесть.
– В девять было бы лучше, – сказала она, наконец.
– Хорошо, тогда в девять. Я буду ждать вас и мистера Гюнтера в холле отеля.
Он сразу же положил трубку, а Дамона изумленно посмотрела на Майка.
– Он пригласил нас на осмотр, – буркнула она.
– Осмотр?
– Осмотр предприятия, на котором изготовляют куклы, – объяснила Дамона.
Едва ли она могла ожидать этого.
– Ну, и?.. – спросил Майк. – Что в этом особенного?
Дамона мрачно пожала плечами.
– Ничего. Только я нахожу странным тот факт, что он так внезапно с этим заспешил после того, как ни разу не назвал фамилию своего поставщика.
– Может быть, старина почувствовал прибыль? – предположил Майк. – Некоторые имеют все-таки ошибочный взгляд, что Кинг-концерн ворочает большими деньгами. Или он таким образом хочет все же спихнуть свою поддельную крысиную шкуру?
Дамона коротко рассмеялась, хотя сейчас юмор Майка не особенно соответствовал обстановке.
С тех пор, как она, зайдя в магазин, увидела эти фигуры, у нее появилось нехорошее ощущение, и ощущение это каким-то образом было связано с Хирлетом.
Она вздохнула, сняла куртку и опустилась на кушетку рядом с Майком.
– Может, ты прав…
– В чем? Я считаю, что всегда в принципе прав, но к чему относится конкретное утверждение?
– К твоему замечанию, что, возможно, Хирлет почувствовал прибыль, – ответила Дамона, не понимая присутствие грубых интонаций в голосе Майка. – Может быть, он или тот, кто изготовляет куклы, надеется, что мы вступим в его дело.
– Почему ты решила, что речь идет об одном человеке? – спросил Майк, наморщив лоб. – Обычно такими делами занимается фирма.
Но Дамона просто знала, что права она, а не Майк.
– Это одиночка, – категорически заявила она. – Одинокий мужчина.
Майк долго молчал.
– Значит, ты в этом уверена, – наконец, пробормотал он. Дамона безмолвно кивнула. Она хотела еще что-то сказать, но внезапно пересохло горло. Ей почудилось, что где-то на улице собирается опасность, безмолвная угроза, которая относится не только к ней лично, но и ко всему городу. Она ощутила это остатками своего колдовского чувства, но не могла определить и выявить опасность.
– Что с тобой? – спросил Майк явно озабоченным тоном. Дамона открыла глаза и попыталась рассмеяться.
– Ничего, – сказала она, но это прозвучало неубедительно. – Это… ничего. Почему ты спросил?
– Ты белая, как мел, – серьезно ответил Майк. – Ты действительно хорошо себя чувствуешь?
Дамона кивнула, но, как в наказание за ложь, ее тело пронзила мгновенная боль, которая тут же исчезла, хотя и отразилась болезненным выражением на лице.
– Ты уверена, что хочешь встретиться с Хирлетом? И с Беном? – спросил Майк.
– Конечно, – резко ответила Дамона. – Я была бы тебе благодарна, если бы ты перестал вести себя, как наседка.
Она быстро встала и шагнула к окну. Некоторое время она пристально смотрела на безжизненную, пустую улицу, потом услышала, как Майк шевельнулся на кушетке и зажег новую сигарету. Происходящее выходило за рамки стандартной ситуации, и они оба знали это.
В последнее время между ними происходили мелкие стычки, правда, все обходилось без крупной ссоры. Но мелкие трения говорили о том, что они перестали быть той мечтательной парой, которой, быть может, были вначале, хотя для всех окружающих оставались прежними.
Дамона закрыла глаза и на секунду прижалась лбом к холодному стеклу.
Это было слишком, даже чересчур. Человек не может из года в год бороться, бороться и бороться, подвергаться все новым и новым опасностям, чтобы однажды не сломаться. А ведь она была просто человеком, хотя и с большими талантами.
Дамона повернулась, бросила на Майка приглашающий взгляд и направилась к двери.
– Идем. Я не хочу заставлять Бена ждать.
5
Резкая музыка пианино и гул многочисленных голосов сливались с дребезжанием стекла и грубым, то взрывающимся, то опадающим смехом. Это были типичные звуки пивной. Они вырвались навстречу Торнхиллу, когда тот отодвинул занавес и вошел в зал.
Пивную хорошо посещали, особенно в это время суток. Перед стойкой толпились угловатые верзилы. Все места, без исключения, были заняты.
Торнхилл на секунду остановился в дверях, поискал знакомые лица и, наконец, двинулся к стойке.
Он заказал пиво, бросил на засаленную стойку пару монет и осторожно проскользнул со стаканом через зал.
Воздух был пропитан холодным сигаретным дымом и алкоголем.
Торнхилл отхлебнул пиво, оперся о стену и недоверчиво скользнул взглядом по собравшейся толпе.
Тут было много людей, которых он знал. Не очень хорошо, но по крайней мере, достаточно, чтобы быть уверенным, что здесь нет чужаков. Не было только человека, которого он искал.
Он зажег сигарету, переложил стакан в левую руку и незаметно посмотрел на свои пальцы. В красном сумеречном освещении пивной нельзя было обнаружить болезненный оттенок кожи. Пока никто не трогает руку, она не бросается в глаза.
После того, как прошел первый испуг, Торнхилл стал испытывать беспокойство, но в то же время попытался обдумать свое положение трезво и объективно. Может, заключил он действительно был контакт с химикатами? Он вспомнил стол в комнате, на котором лежала кукла. Возможно, он, не заметив того, коснулся какого-то химического препарата. Торнхилл решил, что подождет еще некоторое время, а потом, если болезненный оттенок останется, пойдет к врачу. Но прежде он закончит другое дело.
Торнхилл опорожнил стакан, осторожно, но решительно протолкался к стойке и хлопнул об нее стаканом.
Бармен взглянул на него, наморщил лоб и заметно вздрогнул, но тут же, взяв себя в руки, занялся своим делом. Улыбнувшись, он придвинулся тучным телом к стакану.
– Еще одну, мистер?.. Торнхилл смущенно моргнул.
– Что за вздор, Марк. Я…
Бармен остановил его быстрым предупреждающим взглядом и наклонился вперед.
– Должен тебе кое-что сказать, – прошептал он в то время, как, казалось, был занят тем, что вытирал стойку грязной тряпкой, – но не здесь. Пройди через пару минут во внутреннюю комнату, только незаметно.
– Зачем? – так же тихо спросил Торнхилл.
– Повернись, но не сразу, – шепнул Марк. – Рядом с дверью сидит ищейка. Длинноволосый тип в джинсах. Я сейчас уйду, а ты немного подожди.
Он поставил перед Торнхиллом новый стакан, сгреб деньги и повернулся к другим посетителям.
Торнхилл неторопливо взял пиво, сделал большой глоток и подчеркнуто безразлично повернулся. Он сразу увидел мужчину, которого описал Марк. Тот сидел за маленьким столиком рядом с дверью, потягивая кока-колу и ковыряясь сигаретой в переполненной пепельнице. Сидел он здесь, по-видимому. Уже давно и до некоторой степени производил впечатление человека, который ужасно скучает. Вот только глаза его были живыми. Он замечает каждую мелочь.
Торнхилл заставил себя насильно улыбнуться и зажег новую сигарету. Дым был горьким и невкусным, но он докурил сигарету до конца, допил пиво и медленно потащился к узкой двери в дальнем конце зала.
Марк уже ждал его, полный нетерпения.
– Он что-нибудь заметил? – выдохнул Марк, едва Торнхилл закрыл за собой дверь.
– Кто? Полицейский?
Марк кивнул.
– У меня будут большие неприятности, если обнаружат, что я предупредил тебя.
Торнхилл сердито дернул головой.
– Что вообще случилось? – прошептал он. – Какого черта этот парень хочет от меня?
– Я бы тоже хотел это знать. Часа два назад сюда пришла целая банда полицейских. Они допрашивали меня о тебе, о Сэме… Сэм мертв?
Торнхилл вздрогнул, будто получил удар током. Совершенно неожиданно перед его глазами встала невыносимая картина прошлого вечера. Только большим усилием воли ему удалось избавиться от этого наваждения.
– Да, – пробормотал он. – Поэтому я здесь. Я… Я ищу Бархана. Ты видел его сегодня?
Марк вздрогнул при упоминании имени Бархана, не сильно, но все-таки достаточно заметно.
– Сегодня перед обедом, – признался он после явного промедления. – Странно, что ты про него спросил.
– Почему?
– Он спрашивал про тебя. Хотел узнать, где ты живешь.
– И что ты ему сказал?
– Ни звука. Ни ему, ни ищейкам. Но что все же случилось на самом деле? Вчера вечером что-нибудь сорвалось? Торнхилл разразился истерическим смехом.
– Сорвалось? Можно сказать и так. Как ты думаешь, почему я ищу Бархана? Если он не расскажет мне об этом складе, то пожалеет, что родился на свет. Сэм был чертовски хорошим товарищем, ты же знаешь.
Марк хотел что-то сказать, но не успел.
Кто-то коротко и сильно стукнул в дверь, потом ручка опустилась, и дверь распахнулась от мощного толчка.
Торнхилл повернулся на каблуках и уставился на человека, грубо ворвавшегося в комнату.
Это был длинноволосый тип в джинсах, про которого говорил Марк.
«Полицейский!» – мелькнуло у Торнхилла в голове.
Вошедший закрыл ногой дверь и, скрестив руки на груди, остановился в небрежной позе. Взгляд его темных внимательных глаз несколько раз перебежал от Торнхилла к Марку и обратно.
– Мистер Торнхилл, если не ошибаюсь? – спокойно спросил он.
Торнхилл невольно кивнул и тут же мысленно обругал себя за эту откровенность. Полицейский его не знал, и он мог бы легко оправдаться, назвавшись другим именем. Но он упустил свой шанс.
– Что вы хотите? – дрожащим голосом спросил Марк. – Это частное помещение. Посетителям здесь не…
– Я не посетитель, и вам это известно, – оборвал его полицейский, потом снова обратился к Торнхиллу. – Мистер Торнхилл, вам нечего беспокоиться. У меня только пара вопросов.
– Почему я должен отвечать на вопросы первого встречного? – заупрямился Торнхилл, окинул полицейского злобным взглядом и отошел в сторону.
Полицейский вздохнул, покачал головой и полез во внутренний карман куртки.
Торнхилл только этого и ждал. Без подготовки он прыгнул вперед и ударил правой в подбородок, почти на две головы ниже его и более худого человека.
Но он недооценил выучку противника. Тот отступил в сторону, блокировал удар Торнхилла и ударил в ответ коротко и сильно. Получился особый хрустящий звук, когда кулак полицейского врезался в грудную клетку Торнхилла.
После удара полицейский отступил назад, в растерянности уставившись на свой кулак. Суставы пальцев были разбиты и окровавлены, а рука распухала прямо на глазах.
Торнхилл был удивлен не меньше, чем полицейский. Он ничего не почувствовал от удара, но не сразу воспользовался своим преимуществом. Наконец, он прыгнул вперед, схватил противника за отвороты куртки и сунул кулаком ему в лицо. Раздался глухой стук. Тело в руках Торнхилла обмякло. Через секунду в маленькой комнате наступила почти неестественная тишина.
Торнхилл медленно приходил в себя, глядя на безжизненное тело в своих руках. Спустя некоторое время он начал сознавать, что убил человека.
– Но это же… – тяжело выдохнул он. – Он же… Он мертв, Марк, он мертв!
Внезапно Торнхилла охватил леденящий, мучительный страх. Он отскочил, позволив телу упасть. Он отступал до тех пор, пока не наткнулся спиной на противоположную стену.
– Он мертв? – недоверчиво прошептали его губы. Хозяин принужденно кивнул, В мутном освещении его лицо казалось неестественно белым, нижняя губа тряслась.
– Ты убил его, – пролепетал Марк. В его глазах читался неподдельный ужас.
– Но это же невозможно! – застонал Торнхилл. – Я же… я ударил только раз. Нельзя же убить человека с одного удара!
– Выходит, можно, Торнхилл, – сдавленным голосом сказал Марк. – Можно…
Взгляд Торнхилла отчаянно блуждал между безжизненной фигурой перед дверью и жирной тушей хозяина. Туда и обратно. Лишь огромным усилием ему удалось отбросить мучительное чувство и кое-как пустить мысли в нужном направлении.
– Ты должен помочь мне, Марк! – выдавил он. – Мы… Мы должны спрятать его… Марк фальшиво рассмеялся.
– Ты спятил, – уверенным и твердым голосом ответил он. – Ты убил ищейку, Торнхилл. Ты действительно думаешь, что я так устал от этой жизни, чтобы самому лезть в петлю? Я же первый после тебя на очереди!
Торнхилл хотел было взорваться, но понял, что бармен прав. Просить у него в такой момент помощи, значит, подстрекать его к самоубийству.
– Ладно, – прохрипел он. – Но дай мне, по крайней мере, час, прежде чем вызовешь ищеек.
– Десять минут, – сказал Марк, – и то скрепя сердце. – Он, наконец, оторвался от созерцания трупа, секунду пристально смотрел на Торнхилла, потом мотнул головой на узкую, полузаваленную ящиками и картонками дверь за своей спиной.
– Можешь выйти тут, но торопись. Через четверть часа здесь будет полно полицейских.
Торнхилл шагнул к двери и еще раз остановился.
– Мне нужны деньги.
– Деньги?
– Да! Всего несколько футов на билет. Пожалуйста, Марк!
Какое-то время бармен обдумывал эту просьбу, потом кивнул с явным неудовольствием, полез в карман передника, достал пачку плотно свернутых банкнот и торопливо отсчитал двадцать фунтов.
Торнхилл схватил деньги, благодарно кивнул и без лишних слов направился к двери.
Холодный, пахнущий дождем ветер ударил ему в лицо, когда он вышел на убогий задний дворик, но он почти не замечал этого. Не оборачиваясь, он повернул направо, проскользнул в низкую подворотню и вскоре выскочил на улицу.
Он подсчитал, что в запасе у него около часа, прежде чем полиция начнет преследование, но не сомневался, что погоня будет беспощадной.
Лондонская полиция известна своей сноровистостью, а когда погибал полицейский, это было хуже всего. Ведь это считалось худшим преступлением в Лондоне.
Торнхиллу приходилось напрягать все силы, всю волю, чтобы в панике не побежать по улице. Разум все еще сопротивлялся мысли, что он убил человека. Он ведь не хотел этого!..
Но ему никто не поверит.
Торнхилл заставил себя идти дальше, но все время ловил себя на том, что оборачивается, как затравленный зверь. Если он поспешит, то сможет за полчаса добраться до Паддингтонского вокзала и сесть в ближайший поезд. Но полиция, скорее всего, проверит поезд в пути. Торнхилл ясно понимал, что с двадцатью фунтами в кармане далеко не уйдешь.
Он реалистично рассматривал свое положение и видел, что спасения нет. Если Марк будет держать язык за зубами и не выдаст его адрес, полиции понадобится около часа, чтобы получить о нем все сведения и наводнить город розыскными фотографиями.
У Торнхилла мелькнула мысль, что самым лучшим в его положении было бы сдаться ближайшему «бобби», который попадется на дороге.
Но кто ему поверит?
Он убил человека единственным ударом.
Торнхилл остановился, поднес руку к глазам и медленно повернул. Серый оттенок не пропал, а наоборот, казалось, усилился. Кожа сейчас больше чем когда-либо напоминала искусственный материал.
«Кожа куклы?» – подумал он с внезапным страхом.
И сразу же в голову пришла мысль, что он не почувствовал удара полицейского. Торнхилл торопливо огляделся, остановился между двумя припаркованными грузовиками и дрожащими руками расстегнул рубашку.
На груди кожа тоже начала меняться, но ее цвет еще не стал совсем серым. Было только пятно, большое раздробленное пятно, покрывавшее грудь, как блекло-серая сыпь. Проведя по ней пальцами, Торнхилл почувствовал неестественное холодное онемение.
Где-то вдалеке завыла полицейская сирена. Звук быстро удалялся, но напомнил Торнхиллу об его положении. Поэтому он торопливо заправил рубашку в брюки, суетливо огляделся по сторонам и пошел дальше той же дорогой.