Текст книги "Пикник на обочине. Зона отстрела"

Автор книги: Владислав Выставной

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Молча расселись – кто на камне, кто на сухом, потрескавшемся бревне, кто на боку брошенного колеса. «Черные ангелы» принялись извлекать из рюкзаков какие-то сухари, бутерброды и тут же набросились на них с болезненной торопливостью. Глотали жадно, не чувствуя вкуса, как лекарство, запивая водой из пластиковых бутылок.

Кот с недоумением поглядел на это дело, неторопливо открыл свой рюкзак, заглянул внутрь. Прикинул, с чего начать – с тушенки, шпрот или кильки в томатном соусе. Имелось еще несколько шоколадных батончиков с арахисом – но это чистый энергетик, его полагается есть когда совсем туго станет – действует быстро, но недолго. А сейчас торопиться некуда.

Значит – шпроты. Вот и отлично. Поддел и отогнул пальцем ключ, дернул, как чеку из гранаты. С удовольствием вдохнул аромат копченых рыбешек. Вредная, говорят, еда. Что бы они понимали. Чем вреднее, тем вкуснее – вот главное правило гурмана. Подцепил шпротину грязным пальцем, поднял за хвостик, запрокинул голову. Поймал физиономией пару капелек масла, разжал пальцы. Рыбка нырнула куда ей полагается, – в голодный рот сталкера. Так, неспешно, одну за другой, он расправился со взводом копченых рыб, горбушкой ржаного хлеба вымазал изнутри банку – все должно пойти в дело. Краем глаза поймал на себе взгляды спутников. Похватав свои безвкусные куски, они наблюдали, как Кот наслаждается процессом. Пусть смотрят, святоши, пусть завидуют. Он никого не учит жизни, но и себя учить не позволит. Заключительным аккордом стала пара глотков коньяка из любимой фляги. Живем! Еще покурить – и вообще, считай, праздник. Плевать, что рядом подозрительный грузовик, водитель которого превратился в дисперсный налет на сиденье.

Это надо понимать: только в Зоне начинаешь ценить самые элементарные радости жизни. Те же шпроты, вкус которых здесь куда интереснее, чем на занюханной кухне многоэтажки. Здесь вообще все ярче, насыщеннее, ценнее. Может, именно за особым ощущением жизни, а вовсе не за ценным хабаром многие и лезут в эти опасные места. Смертельный риск и простые радости жизни – это как жесткий контрастный душ для души и тела. Острое подтверждение собственного существования – это ни за какие деньги не купишь. Но все это может подарить тебе Зона. Конечно, если не потребует взамен несоразмерную цену.

А эти ни черта не понимают. Вон Додик поглотал какие-то безвкусные куски, да и уткнулся в свою книжку. Будто не ощущает, где находится. Вот какая ему разница, где сидеть с этой книжкой – посреди Зоны или дома, в сортире? Какая уж тут радость бытия. Этого Кот никак понять не мог. Наверное, потому, что привык воспринимать сущее не разумом, а чувствами, как дикий зверь, через движение, через взаимодействие с окружающим миром, через симбиоз с нечеловеческой средой Зоны. Вот это и есть настоящая жизнь, а книжки – это суррогат, жалкий ее заменитель.

– О чем книжка-то? – закуривая, лениво спросил он.

– А? – Додик оторвался от чтения, поглядел на него непонимающим взглядом и снова уткнулся в растрепанные страницы.

Кот усмехнулся. Глядя на спутников, он вдруг сделал небольшое открытие: понял, что на самом деле движет этими «черными ангелами». Если раньше они казались ему странными чудаками, зараженными сомнительными идеалами, то теперь все виделось до банальности просто.

Ими движет не стремление спасти этот мир, как они утверждают, не желание защитить Землю или, там, бороться со злом. В действительности им нет дела ни до какой борьбы. Все, что их толкает, – это самый обыкновенный страх. Все ведь знают о грядущем конце света. Академик Лавров четко доказал: когда все шесть Зон увеличатся настолько, что сольются в одну, – все, цивилизации кирдык. И вопрос только в том, кто и как воспримет неизбежное.

Те же ученые ждут конца света с каким-то пугающим интересом, некоторые даже с нетерпением. Они, конечно, все сумасшедшие, но надо отдать им должное: их ведет стремление к истине. Когда все вокруг начнет рушиться, они будут стоять посреди этого ада и спокойно заполнять свои научные журналы да чертить графики. Кот сам им иногда завидовал, потому как никакого научного интереса у него не было. В случае всеобщей катастрофы его будет заботить только собственное выживание. Как лучше приспособиться к новому миру, как противодействовать новым угрозам, как лучше спрятаться, лучше стрелять, как, черт возьми, захватить лидерство на руинах старого мира.

А вот «черные ангелы» – они другие. Они вроде и знают, и ждут конца света, как и все остальные, – да только всеми силами пытаются убедить себя, что можно остановить надвигающийся апокалипсис. И не потому, что знают, как это сделать, а потому, что их ведет ужас. Для них даже не стоит вопрос: что делать, когда неизбежное наступит. Страх заслоняет им будущее, и потому всеми силами они пытаются это неизбежное отодвинуть. Но страх – плохой советчик. Именно поэтому будущего нет у самих «черных ангелов».

Расслабившись, Кот прикрыл глаза и уже готов был провалиться в дрему. Но тут со своего места поднялся Молчун. Ткнул пальцем куда-то вдаль, открыл рот. Да так и замер с отвисшей челюстью. Сталкер все понял мгновенно. Вскочил, проследил взгляд Молчуна. Так и есть: вон они, голубчики. Такое бы упорство – да в мирных целях.

– Чего это они… Почему они… – занервничал Додик.

Вскочил, ухватил рюкзак за лямку, попятился. Молчун продолжал неподвижно глазеть на приближавшиеся неровной походкой фигуры. В их движении и впрямь было что-то завораживающее. Да что там говорить, пялиться на ходячих покойников можно бесконечно – если, конечно, с нервами все в порядке.

Чего нельзя было сказать про Сурка. Того перекосило, он принялся судорожно выдергивать пистолет из кармана рюкзака. Куда только делась его недавняя ловкость – «беретта» упорно не желала на волю. Когда, наконец, оружие удалось высвободить, Сурок схватил его двумя руками, как полицейский из боевика, принял стойку, прицелился…

Но так и не выстрелил. То ли не решился, то ли патронов пожалел, а может, после недавней безрезультатной стрельбы его просто переклинило – и он поверил в неуязвимость ходячих трупов.

Какое-то время Кот равнодушно наблюдал за этой суетой, ковыряясь в зубах соломинкой. Большой опасности в зомби он не видел – пока они еще сюда доковыляют! Куда рискованнее эта соломинка во рту – чего доброго, занесешь в организм какую-нибудь заразу. Отбросив соломинку, легко поднялся, оглядел грузовик, обошел, заглянул в будку с откинутой в бок дверцей. Довольно хмыкнул и вытащил из будки пустое ведро со свернутым в нем шлангом. Пока «ангелы» топтались на месте, не зная, что предпринять, поставил ведро под клапан бензобака, откинул крышку и сунул в бензобак отрезок шланга. Приложился к шлангу, с силой потянул воздух, рискуя наглотаться бензина. Вышло удачно: в ведро побежала струйка резко пахнущей жидкости.

Мертвяки тем временем приближались. Стали слышны мерзкие звуки, вырывавшиеся из простреленных легких. Это уже начинало раздражать. Кот взял ведро, прошел мимо Сурка, продолжавшего возиться с пистолетом, и спокойно направился в сторону мертвой парочки.

– Эй, ты куда?! – сдавленно крикнул Додик.

– Сейчас-сейчас, – отозвался Кот.

Когда он оказался шагах в пяти от потрепанных фигур, мертвяки угрожающе зарычали, протянули к нему окровавленные пальцы.

– Ну и видок у вас, ребята, – заметил сталкер. – Ну ничего, это можно исправить.

И с ходу, будто решив хорошенько отмыть этих грязнуль, окатил их из ведра бензином. Мертвяки аж замерли от неожиданности – вроде бы даже удивились. Отбросив ведро, сталкер неторопливо закурил и задумчиво поглядел на покойников. Произнес с выражением:

– Ничего личного, ребята. Просто вам сегодня не повезло.

И щелчком отправил сигарету в сторону ближайшего мертвяка.

Как же, загорится бензин от окурка – держи карман шире. Так что эффектный жест был смазан, конфуз вышел. Пришлось тупо зажигалкой поджигать, уворачиваясь от мокрой грабли, норовившей схватить за руку. Пары бензина наконец вспыхнули – правда, и самому поджигателю досталось, пришлось рукав тушить. Позорище, честное слово. Зато через несколько секунд мертвяки были, как и задумано, объяты адским пламенем.

Сталкер надеялся, что огонь как-то остановит эту вражью силу. Как бы не так: теперь в сторону «чёрных ангелов» двигались уже не просто двое «воскресших», а пара пылающих факелов.

Ощутив на себе жар, Кот попятился и вернулся к спутникам.

– Не стоит благодарности, – отряхивая руки, нахально бросил он.

Благодарности и не последовало. Вместо этого Сурок встретил его хмурым взглядом, сказал:

– Засиделись мы тут. Пора – скоро стемнеет.

Быстро покинули место привала, так и не узнав, что стало с горящими трупами. До самого последнего момента те все еще держались на ногах. Только слышались за спиной шаркающие шаги и странные булькающие звуки.

Уже начинало темнеть, когда Кот понял: они направляются к старой границе Зоны. И сейчас – странное дело – находятся неподалеку от разбитого вертолета, того самого, где расстались с жизнью главарь «Спарты» и его подельники.

В этот момент как-то тревожно сжалось сердце – то ли предчувствие посетило, то ли какие-то сомнения. Участок здесь был сложный, и на некоторое время пришлось забыть об этом: они едва не налетели на облако «жгучего пуха». Хорошо, что заметили его вовремя и хватило выдержки не броситься в сторону – там как раз притаилась приличных размеров «комариная плешь», заметная даже без броска гайки. Тут уж дело вкуса: быть расплющенным в лепешку или получить на всю жизнь след от ожога облаком ядовитой взвеси. И то и другое их миновало – самое время благодарить судьбу. Но, как оказалось, делать это было преждевременно.

Была уже глухая ночь, когда Сурок неожиданно произнес:

– Ну вот мы и на месте.

Все успели порядком утомиться, сталкер не сразу сообразил что означают слова лидера, – ведь здесь ничего не было. Взгляд остановился на подсвеченной луной ажурной вышке неподалеку. Место было определенно знакомое, но разум отказывался делать выводы. Это пока Молчун не сгреб руками песок и не приподнял увесистую крышку люка под ногами. Присев на корточки, указал в черный провал, открывшийся под крышкой:

– Добро пожаловать.

Кот пялился на черный зев люка, потеряв дар речи и не в силах пошевелиться. Только теперь он понял, с кем именно пришел сюда.

С хозяевами кровавого подземелья. Можно было еще убеждать себя: «Все не так плохо, может быть, это просто совпадение, да мало ли кто еще посещает эту проклятую шахту…» Но правда была проста: вот люк, вот шахта, и ответ скрывается где-то в ее мрачной глубине.

В лунном свете глядевший на него Сурок казался вурдалаком. Глаз не было видно в темных провалах глазниц, движение синих губ, казалось, не совпадает с произнесенными словами:

– Давай вниз!

Сталкер склонился над черной пропастью.

В первый раз эта шахта показалась ему спасением. Теперь же он понятия не имел, чем дело кончится, и что вообще происходит. Был только один способ узнать правду.

Спуститься вниз.

Глава седьмая
«Глас Зоны»

В опасной ситуации всегда полезно потянуть время – чтобы прикинуть варианты спасения и подготовиться. Пока спускались в шахту по узкой металлической лестнице, времени было предостаточно. Только вот в голову не приходило никаких вариантов, кроме как разжать пальцы и мешком полететь вниз. Суицидальных наклонностей Кот за собой не замечал, а потому продолжал свой путь в неизвестность.

Странное было ощущение. Вроде и побывал уже здесь однажды, и вроде как пришел сюда впервые. Сейчас все было по-новому. Наверное, оттого, что уже догадывался, чего ждать от этого подземелья. И приятного в этих ожиданиях было мало.

– Осторожнее! – долетел снизу голос Додика. – Здесь перекладины не хватает.

– Ага, – отозвался Кот. – Спасибо, что предупредил.

Он прекрасно помнил, как в прошлый раз в этом месте едва не сорвался. Главное – не «спалиться», что он тут не впервые. Ну и про то, что в курсе творящихся здесь темных дел.

Вообще, трудно поверить, что безобидные ребята, называвшие себя «черными ангелами», как-то связаны со зверствами, творящимися в глубине шахты. Не совпадало это с их давно знакомым образом. Никакой взаимосвязи, никакой логики в этом всем не усматривалось. Что-то здесь было не так. Ну ни к чему «черным ангелам» эти убийства. Они ведь, по определению, противопоставляют себя злу. В любом случае, понять что-то при отсутствии информации невозможно. А потому нужно идти дальше.

В самое логово.

Ноги, наконец, нащупали твердую поверхность. Теперь – вперед, по штольне. Надо же – туннель впереди был бледно освещен. Свет проникал в него из того самого маленького зала, в который он и вел.

Похоже, их ждали.

– Давай вперед! – Сурок легко подтолкнул его в спину. Похоже, пистолетным стволом.

Шагая по узкому туннелю, сталкер прикидывал свои возможности. Он не любил чувствовать себя безвольной жертвой и не собирался последовать участи тех, кто находил свой конец в зловонной яме. Порядок действий вырисовывался вполне определенно: в случае чего хватать Сурка и, прикрываясь им, попытаться завладеть пистолетом. Дальше действовать по обстановке. Тут главное – определенность. Когда четко видишь угрозу, все становится на свои места, разум очищается и остается лишь действовать. А все эти предположения, сомнения, страхи – они не дают ничего, только отнимают силы.

Хотя непохоже, что его ведут сюда как пленника. Неужели все-таки посвящение? Черт возьми, до чего ж докатились эти «ангелы»! Неужели они всерьез думают, что он, Кот, станет молчать про все их художества? Что он не предупредит братьев-сталкеров о том, что «черные ангелы», привычный уже объект насмешек, на самом деле – злобные оборотни?

Однако там, впереди, кто-то есть. Надо думать, их дожидаются. Даже интересно, кого здесь доведется увидеть. До этого момента Кот мало интересовался составом группировки – просто потому, что его интересы с «ангельскими» не пересекались.

Встреча в душном подземлье превзошла самые смелые ожидания.

– Так-так, кто это у нас? – произнес голос, показавшийся знакомым.

Они стояли на краю освещенного факелами зала. Сталкер не сразу заметил говорившего: его взгляд притянула знакомая вагонетка с бурыми подтеками. Сейчас она была чуть в стороне от тупика, под которым пряталась странная аномалия. И похоже, сейчас в вагонетке что-то было. Или кто-то.

Оторвав взгляд от вагонетки, Кот заметил несколько темных фигур у противоположной стены – свет факелов не достигал их. Одна из фигур отделилась и неторопливо направилась в сторону пришедших. Лица этого человека видно не было – его скрывал низко надвинутый капюшон темной «мастерки». Человек был высокий, спортивного телосложения и двигался он уверенно, особой походкой, которая выдает военную подготовку. Человек остановился шагах в трех, сложил на груди руки, склонил голову чуть набок. Глаз его по-прежнему не было видно, но, ясное дело, он разглядывал новичка.

– Привели его все-таки, – удовлетворенно произнес человек. – А вы: «не пойдет, откажется»… Любопытство – мощный мотиватор, что ни говори. Как считаешь, Кот?

– Я вас знаю? – спокойно спросил сталкер.

Вместо ответа человек откинул капюшон.

Ну и дела! Перед ним стоял новый начальник полиции собственной персоной.

– Брахман? Ты здесь откуда? – пробормотал Кот. Тут же спохватился, вспомнив этого человека в кабинете под массивным гербом и портретом президента. – Простите, я забыл ваше имя-отчество…

– Можно подумать, ты их знал, – усмехнулся Брахман. – Вот и зови меня как знаешь. Тем более что для своих я совсем не тот, кто сидит в кресле начальника полиции.

– А я свой? – поинтересовался Кот.

– А вот это мы сейчас и выясним, – расплывшись в улыбке, сказал Брахман. – Для этого мы здесь и собрались.

– Исключительно для этого? Какая честь. Я прямо неловко себя чувствую.

– Не паясничай, Кот. В твоих интересах – выдержать проверку. Хотя ты прав, у нас здесь есть и другие дела.

Брахман отвернулся и направился обратно, к стоявшим в стороне фигурам. Пришедшая с Котом троица потянулась следом. Ничего не оставалось, кроме как последовать за ними. Находившаяся теперь по правую руку вагонетка магнитом притягивала взгляд сталкера, но рассмотреть ничего так и не удалось.

Приблизившись, Кот узнал некоторых присутствовавших. Кого-то он знал исключительно как членов группировки «Черные ангелы». Но парочку вроде бы видел где-то еще. По телевизору, что ли? Странная компания, ничего не скажешь. И, в отличие от его спутников, эти выглядели как-то серьезнее. Внушительнее, что ли. При этом они внимательно слушали Брахмана, тихо отдававшего какие-то распоряжения. Похоже, он у них за главного.

Чего Кот никогда не любил, так это лезть в чужие тайны. Хотя бы потому, что такие знания ко многому обязывают. А значит, ограничивают свободу. С последним сталкеру мириться не хотелось. Поэтому, движимый каким-то внутренним протестом, Кот позволил себе вмешаться в разговор:

– Послушай, Брахман, раз уж я здесь, не мог бы ты пояснить, что тут вообще происходит? Что это за место такое? А то я, как бы, с другими целями в Зону отправлялся. Но раз уж я здесь, в каком-то подземелье…

Он замолчал, наткнувшись на резкий взгляд Брахмана. Тот обернулся, недовольный тем, что его прервали. Но так же неожиданно смягчился и, заложив руки за спину, принял расслабленную позу.

– Ты прав, пожалуй. С моей стороны невежливо держать тебя в неведении. Но и ты должен учитывать: с этого момента ты связан с нами, так как знаешь гораздо больше о нас, чем положено рядовому, э-э, гражданину. Надеюсь, ты меня понимаешь?

– А куда я денусь? – пожал плечами сталкер.

– Правильно, деваться тебе некуда, – тихо рассмеялся Брахман. – Ну тогда слушай…

Он заговорил, и на сталкера вдруг накатило ощущение тяжелого, вязкого сна. В Зоне иногда происходит подобное, но сейчас впечатление становилось особенно острым.

– Меня всегда тянуло в Зону, – говорил Брахман. – Наверное, тебе это знакомо. Так уж получилось, что работа у меня не особо соотносится с моим увлечением. Полицейский, он же вроде как «по другую сторону баррикады». Но это еще сильнее подогревало мой интерес. Правда, нормальным сталкером я все же не стал. Возможно, сдерживали какие-то профессиональные барьеры – ну не мог я откровенно нарушать закон и тягать из Зоны запрещенные предметы. И, как видишь, поступил как раз наоборот. Стал помогать возвращать эти вещи обратно в Зону. Конечно, деятельность «черных ангелов» тоже противозаконна, зато присутствует моральное удовлетворение. Да, все это было лишь хобби, почти детское увлечение. Не столько жизнь сталкера, сколько игра в него. Да и занимался я этим только потому, что в полиции мне ничего не светило.

– Как же – не светило, – заметил Кот. – Вон начальником стал…

– А ты слушай, – глядя на него с прищуром, сказал Брахман. – Все это преамбула, настоящая история впереди. В общем, был я рядовым полицейским и таким же рядовым «черным ангелом». Неизвестно, как долго это бы продолжалось, если бы не случай. Мы тогда искали надежное место для захоронения скупленного хабара – чтобы не закапывать его где придется, рискуя, что вы, сталкеры, выкопаете его обратно.

Вспомнив недавние события, Кот хмыкнул. Не обращая внимания на его реакцию, Брахман продолжил:

– Наш человек, работавший при Институте, рассказал про некую шахту, выкопанную для сейсмических экспериментов. До Сдвига она была по соседству с Зоной, а после оказалась в ее глубине. Ученым, естественно, стало не до экспериментов. Шахту забросили, наспех законсервировав. Ну а нам она пришлась кстати.

Брахман похлопал по шершавой бетонной стенке, покачал головой, словно что-то вспомнив, продолжил:

– Мы пришли небольшой группой – втроем. Хабара в то время было мало – не хватало денег на скупку….

– И то верно, дорогое у вас хобби, – заметил Кот.

– Но на этот раз удалось собрать серьезную партию, – не слушая его, продолжал Брахман. – Все «ангелы» снесли свои заначки – знали, что в надежное место понесем…

– Очень секретное место, не зря всем разболтали, – снова вставил Кот.

– Да, это было наивно, – кивнул Брахман. – Но тогда мы были идеалистами. И даже не думали, что в наши ряды проберется «крыса». И вот мы добрались до места, отыскали вход, стали спускаться. Я залез в шахту последним – и тут же услышал крик – Михей сорвался. Когда мы достигли дна, стало ясно: труп с переломанной шеей. Осталось двое – я и Шустрый. Этот Шустрый был новичком. Вообще, неразумно брать новичка на такое ответственное дело, но, как я сказал, мы не думали об этом. В общем, постояли над мертвым – и двинулись дальше. В конце концов, Зона есть Зона, нельзя знать заранее, как и где она возьмет свою дань. И мы пришли сюда, в эту пещеру или бункер – как тебе больше нравится. Осмотрелись и решили, что место вполне подходящее для захоронения хабара. Только просто бросить его здесь было бы глупо: вдруг кто еще случайно сюда заберется? Так что решили копать. И место подобрали – как раз там, где заканчивались рельсы. Здесь как раз дыра в бетоне, так что рыть можно. Кто догадается, что хабар под вагонеткой лежит?

– Но там же… – Кот прикусил язык.

– А что «там»? – быстро спросил Брахман.

Кот понял, что сболтнул лишнее. Он прикидывал, как отбрехаться, чтобы его не заподозрили в том, что он слишком много знает, но в этом уже не было необходимости.

– Да, там аномалия, – разглядывая его, сказал Брахман. – Зоркий у тебя взгляд, Кот. Можно только позавидовать.

Сталкер ощутил, как все поплыло перед глазами. Ведь этот тип все про него знал! И то, что сталкер уже успел побывать здесь, и то, что он видел кровавые обряды «черных ангелов». Знал, только виду не подавал. А просто продолжал рассказ:

– Шустрый начал копать первым. Довольно глубоко вырыл, потом сказал, что устал, и передал лопату мне. Я увлекся работой и не обратил внимания, чего это Шустрый возится у меня за спиной. Я тем временем хабар в яму сгреб, уже вылезать собрался. Поднял голову – смотрю, Шустрый скалится и в лицо мне древним наганом тычет. «Ты чего это?» – говорю. Удивленно говорю, не понимаю еще, что он всерьез. А Шустрый и говорит: давай хабар доставай. Я не понял сразу: «Зачем? Его же все равно закапывать». А Шустрый в ответ: «Только придурки деньги в землю закапывают. Я и с вами-то пошел, чтобы увидеть, куда вы вещички припрячете…» Тут до меня и дошло кое-что: «Михея, спрашиваю, ты столкнул?» Тот только скалится в ответ, стволом покачивает и свое талдычит: хабар, мол, доставай…

Слушая Брахмана, Кот вдруг с изумлением понял: ведь эта история будто списана с него самого! Он вспомнил себя, стоящего в яме, Сурка с пистолетом над ним и выбор, который был ему предложен. Случайно ли так получилось? Или есть в этом какая-то закономерность?

Главарь «черных ангелов» продолжал рассказ:

– Ну я тогда сразу понял: мне крышка. Потому что Шустрому нет никакого смысла меня отпускать: он же знает, что я из полиции. А стало быть, сейчас я хабар ему достану, а он в ответ – пулю мне в лоб. Так что выбор у меня небольшой был…

– Или ты его, или он тебя…

– Точно. Ну я склонился, якобы за хабаром. Только вместо мешка лопатку саперную поднял. И тут же, с разворота, его по ногам, по ногам. Бахнуло. Видишь шрам? Пуля чуть скулу чиркнула, так что повезло мне по-крупному. Спасибо, что не пистолет у него был, иначе вторым выстрелом этот гад меня бы прикончил. А наган у него – еще дореволюционный, солдатский, без самовзвода. Редкая штука, почти музейная – да только курок перед выстрелом взводить надо. А это – лишняя секунда. И мне ее хватило.

Брахман тихо рассмеялся, будто вспоминал не кровавую схватку, а забавный казус из школьной биографии.

– За эту секунду я успел вылететь из ямы, ей-богу, как ошпаренный. И давай этого гада саперной лопаткой ровнять. Он еще раз успел пальнуть – уже в белый свет, как в копеечку. Но разозлить он меня успел основательно. И не разозлить даже – так в человеке страх перетекает в ярость. С этой яростью я его и месил. Он уже затих, двигаться перестал – а я все рублю и рублю… Знаешь, что такое саперная лопатка? Это, брат, страшная вещь в умелых руках. Тут все в кровище было, вспомнить жутко.

Он замолчал, вспоминая. Продолжил:

– А потом началось нечто странное…

Брахман направился к тупику, в который упирались рельсы узкоколейки. Поманил за собой сталкера. Тому ничего не оставалось, как последовать за «хозяином» подземелья. Брахман остановился, присел у рельсов на корточки. Кот присел рядом.

– Вот тут все было залито кровью, – неторопливо, как будто смакуя каждое слово, говорил Брахман. – Когда я устал уже рубить лопатой этот фарш, то стал замечать: уж больно быстро кровь впитывается в землю. Так не бывает. Причем участок, куда уходила кровь, был четко ограничен. Вон там все так и оставалось заляпано. А здесь, в центре… – Брахман указал на ту самую едва заметную «кляксу», которою Кот уже видел в свое прошлое посещение. – Здесь кровь исчезла в течение минуты. Мне показалось даже, что земля ее всосала, жадно так, будто с той стороны к поверхности присосалась здоровенная пиявка.

– И что же это такое? – спросил Кот. Нужно было поддерживать предложенную собеседником игру – в рассказчика и ничего не подозревающего слушателя. Ведь правила устанавливает тот, за кем сила. – Аномалия?

– Честно? – прищурился Брахман. – Тогда я не понял. Думаю, что и теперь знаю только часть правды. Полагаю, никто и никогда этого не узнает – если оно само не захочет открыться. Но я знаю другое. Едва «оно» насытилось кровью, со мной началось что-то странное.

Брахман стал серьезен, поднялся. Следом поднялся и Кот. Он внимательно следил за собеседником. С тем действительно происходило что-то странное. В глазах появился нездоровый блеск, словно воспоминания возбуждали, будоражили его. Сделав пару шагов в сторону, Брахман стремительно обернулся, заговорил, и теперь в его голосе было больше страсти, чем желания просто поделиться интересной историей:

– Это невозможно объяснить словами. Здесь, в полной тишине, она вдруг заговорила со мной!

– Кто заговорил? – Кот слегка обалдел от такого напора. – Аномалия?

– Зона! Да, она как-то воздействует на человека через эту аномалию, но каждый, кто ощутил это, понимает – к нему обращен голос самой Зоны.

Вот это номер. Похоже, парень немного не в себе. А говоря честно – он просто безумец. Сталкер перевел взгляд на остальных, стремясь понять их реакцию. Черт возьми, они слушали этот рассказ вполуха, как что-то обыденное. Наверное, не в первый раз Брахман кормит их этой историей. Но похоже, они верили всему, что говорит этот человек, для них это не было ни открытием, ни вообще хоть чем-либо необычным.

Елки зеленые, куда же он попал?

– И… И в чем это выражалось? – осторожно спросил Кот. – Каким образом она заговорила – Зона?

– Скоро ты сам поймешь, – пообещал Брахман. – Дело ведь не в том, каким образом происходит связь Зоны и человека, а в том, что отсюда следует. Мы зовем это явление «Глас Зоны».

– И что же он сообщил, этот «Глас»? – с показным интересом спросил Кот. – Наверное, что-то важное?

С сумасшедшими только так и можно – особенно когда их больше и они при оружии. А учитывая, что некоторые из них могут ни с того ни с сего пустить в ход саперную лопатку – так тем более. Брахман в момент считал фальшь в голосе сталкера. Его взволнованный тон разом сменился на спокойно-ироничный:

– Я понимаю, что все это звучит неправдоподобно. Но ты не спеши делать выводы. Видишь этих людей? – Он кивнул в сторону тех, что терпеливо дожидались в стороне. – Они слышали «Глас Зоны». И не просто слышали – он изменил их жизнь.

– Вдохнул новые силы в движение «Черных ангелов»? – скептически улыбнулся Кот.

– Нет, изменил их жизнь буквально. И твою жизнь изменит, поверь.

– Я верю, верю, – с готовностью отозвался Кот. С этими психами лучше не спорить.

Брахман усмехнулся:

– Думаешь, я кормлю тебя сказками?

– Нет, почему же…

– Да ладно, не спорь. Считаешь нас безумцами, психами или чем-то в этом роде. Имеешь полное на это право. Тут такое дело: пока сам не попробуешь, ничего не поймешь. Как можно поверить в полное, абсолютное счастье? Счастье невозможно описать – его нужно ощутить. Иди сюда!

Брахман схватил его за руку, подтащил к тому самому едва заметному пятну, приказал:

– Встань сюда!

Сталкер напрягся. Лезть в незнакомую аномалию не хотелось категорически. Неважно, какие у нее свойства, – эта хрень всегда остается аномалией, ловушкой для живого существа. А значит, опасной, враждебной человеку средой. Но со всех сторон на него смотрели недоверчивые, настороженные взгляды, и Кот понял: это проверка. Тест на лояльность. Как система опознавания «свой-чужой» в боевом самолете. Если он не пройдет проверку – ему конец.

И он решился, сделал свой шаг в неведомое.

Ничего не произошло. Сталкер недоуменно посмотрел на Брахмана. Тот кивнул, сказал с хитрецой:

– Ну да, «Глас Зоны» ни с того ни с сего говорить не станет. Ему нужно доказать серьезность твоего намерения.

– Каким же образом?

– Ты уже забыл, о чем я тебе рассказывал? В какой момент я услышал «Глас»?

Кот недоуменно поглядел на Брахмана. Тот ждал ответа.

Догадка неприятно кольнула в сердце.

– Кровь?

– Да. Смотри.

Брахман продемонстрировал левую ладонь и армейский нож в правой. Сделал легкий надрез у основания большого пальца. На коже проступила тяжелая красная капля. Брахман опустился на колено и коснулся ладонью рельса – в той части, которую захватывала призрачная «клякса».

Такое Кот уже видел. Капля то ли испарилась, то ли впиталась в поверхность. В следующий миг тонкая нить, связывавшая его с реальностью, лопнула.

Брахман был прав: все это невозможно описать словами.

Как описать чувство полного слияния, единства со всем пространством, которое люди называют Зоной? Ведь это и не Зона вовсе, это… Это…

Вот и закончились привычные понятия, остались только ощущения. Пусть «оно» и дальше зовется «Зоной» – дело ведь не в словах, а в том понимании, которого годами пытаются добиться ученые, – и все без толку. А все так просто – вот они, ответы на любые вопросы, только протяни руку…

Кот вдруг понял, что стоит посреди сумрачного подземелья и пытается дотянуться до лица Брахмана. Тот разглядывал сталкера с любопытством и снисходительностью. Почувствовав себя неловко, Кот опустил руку.

– Интересно, да? – произнес Брахман. – Теперь мы можем вести разговор на совсем другом уровне, согласен?

– Согласен… – с трудом произнес Кот.

Он все еще не вернулся полностью из того мира, где краски, звуки и запахи ярче, острее, и все пространство вокруг наполнено смыслом. Мира, где живут ответы на все вопросы, которые в состоянии задать человек.