Текст книги "Медиа-киллер"

Автор книги: Владимир Вера

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

Глава 18
Копье судьбы

Со смертью господина Сулейманова сходка не представляла больше угрозы. Оставшиеся в живых воры и положенцы залегли на дно. Кое-кто решил отсидеться на «комфортабельных нарах» с японскими телевизорами, холодильниками, а в колониях-поселениях – даже с джакузи. Но киллеры доставляли «посылки» от Магистра и в «пятизвездочные тюрьмы».

Организация быстро крепла и стремительно разрасталась. Ее финансовое могущество складывалось не только траншами извне, но и экспроприациями внутри страны. Магистр объявил войну государственным банкам. Гангстеры захватывали заложников, совершали налеты на инкассаторов, выбивали долги. Время пошло вспять, словно непослушная река, наткнувшаяся на неприступную дамбу. На улицах Москвы вновь строчили автоматы. В парках убивали людей. Киллеры снизили гонорары – человеческая жизнь обесценилась вслед за недвижимостью и рублем.

В ряды Ордена «Либра» влились сотни новых членов, скрепивших свои обязательства перед Магистром клятвой верности, кровью «изгоев» и добровольным клеймением. Со временем в категорию осужденных на смерть стали попадать не только враги, преступники-кустари, сопротивляющиеся банкиры и строптивые милиционеры. Пулю в лоб в «храме новой религии» могли получить звезды шоу-бизнеса, вся вина которых заключалась в том, что они бесплатно выступали на Дне милиции. Эти безгонорарные концерты бесили Соболя.

– Значит, вы такие богатые!

Он приказал создать специальные группы, наподобие инкассаторских, которым поручили известных артистов. Их выбрасывали из автомобилей, грабили после концертов, потрошили загородные дома. Они не платили налоги, у них водились миллионы незадекларированного кэша. Они были наиболее уязвимы, ведь артист не из мира сего. Что может противопоставить ножу скрипач, кроме своего смычка!

Специально созданный исполнительный орган Магистр окрестил Комиссией:

– Мне не нужен парламент с палатой Лордов. Мне хватает одного Лорда! Мне не нужно законотворчество. Я есть закон и право, я вершу преступление и наказание! – шутил он, наделив своих ближайших соратников разными наделами. Рыжий, то ли американец, то ли британец Пол Уайт, отвечал за боевую подготовку групп. Риелторскими сделками ведал другой член верхушки, банки стали сферой ответственности третьего, транспорт – четвертого, телевидение, самая эфемерная и расплывчатая зона компетенции, было вотчиной Лорда. Магистр считал, что Лорд со своей задачей справлялся. Сложные ситуации Комиссия рассматривала коллегиально, но окончательное решение мог вынести только Магистр. Наемные убийцы подчинялись непосредственно ему. Приговор человеку являлся прерогативой вождя. Но только до момента объявления о начале операции, в ходе которой автономные группы должны были получить задания и действовать сообразно обстоятельствам.

В лицо Магистра знала лишь верхушка, личная охрана и доверенные лица – посредники между ним и корпорацией киллеров. Война Магистра с мафией и милицией для ФСБ выглядела достаточно схематично. О главных действующих лицах этой войны органы знали понаслышке. События трактовались экспертами как разрозненные, вызванные объективными обстоятельствами роста преступности в период экономического кризиса, а не цепочкой управляемых единым центром преступного заговора, кульминация которого уже была не за горами.

Соболевский Дмитрий Вячеславович 1957 года рождения являлся для оперативников самой загадочной фигурой. Именно его ряд опытных оперов, внедренных в этнические банды и блатную среду, считал зачинщиком кровавых разборок. Знатоки полагали, что войну развязал Соболь. И мотивы на первый взгляд лежали на поверхности – месть и новый передел. Никто и предположить не мог о наполеоновских планах бывших зэков. Заминка заключалась в том, что Соболь, хоть и числился в федеральном розыске, так нигде и не засветился, будто перестал существовать. На оперативном просторе аналитиков и криминалистов отсутствовала даже тень главного героя. Спустя некоторое время после бесплодных поисков авторитета в кабинетах Лубянской площади даже стали сомневаться, что Соболь тот, кто им нужен. След его простыл. Хоть имелись и те, кто утверждал обратное…

В болтовню вора в законе Головани – последнего оставшегося в живых авторитета из «старой гвардии» – уже никто не верил. Головани сам сдался властям, предпочтя явку с повинной в МУР. Он просил защиты у ментов, защиты от Соболя – неуловимого либо несуществующего фантома.

Единственным, кто прислушивался к показаниям Головани, был следователь по особо важным делам, майор милиции Нефедов. Дотошный следователь высказал свои соображения полковнику Ларичеву – своему непосредственному начальнику.

– Евгений Сергеевич, – поделился он своими догадками, – чует мое сердце, что Головани неспроста сменил свои хоромы на следственный изолятор. Знает, кого боится, – Соболя.

– У нас же ничего нет на этого Соболя. Мы даже не знаем, жив он или мертв. Он же как сквозь землю тогда провалился. А ты твердишь, что он в Москве, на основании допроса этого лжесвидетеля Головани, который мать родную оговорит, если она у него была, – изложил свое видение полковник. – Он же наркоман. Ширнулся героином параноик и увидел глюк в образе старого врага. Мало ли кому Головани кровь подпортил. А как жареный петух клюнул, так сразу к нам под крыло. Теперь ментов не поносит, козлами не обзывает, в ножках ползает. Нюхом свою погибель чует.

– Да, вы правы, на Соболевского у нас ничего нет. Но отсутствие улик говорит только о коварности и осторожности преступника. Все наши осведомители в один голос утверждают, что последние резонансные убийства авторитетов – вовсе не следствие внутренних разборок Деда Бабая и находящегося в СИЗО Головани. У них был третейский судья, способный их помирить или хотя бы успокоить. Япона больше нет, нет Сулейманова, а скоро может не стать Головани. Банкиры, те самые, кого мы подозревали в отмывании криминальных денег, работают на новых хозяев. Мне удалось установить, что на контакт с номинальными президентами этих карманных банков несколько раз выходил Лорд, тот самый, что отбывал срок за вымогательство и разбой в одной колонии с Соболевским. Коллеги из ФСБ недавно выставили Лорда из останкинского телецентра, где он лоббировал удешевление в связи с кризисом прайса за рекламу и определенно продвинулся в этом вопросе, особенно для тех финансовых учреждений, которые сменили хозяев. И что вы думаете. Буквально через неделю он опять появился на Королева, только не 12, а 19. В здании через дорогу. А еще через неделю вернулся в свой прежний офис в главном здании.

– В одной колонии, говоришь, эта парочка срок мотала? А я живу на одной лестничной клетке с виолончелистом из «Виртуозов Москвы», которого, кстати, недавно ограбили. Он на меня теперь волком смотрит. Но я не об этом хотел сказать… Оттого, что я рядом с ним проживаю, мой музыкальный слух не стал абсолютным. «Собачий вальс» – вершина моих музыкальных дарований! – Полковник Ларичев не желал внимать аргументам.

– Евгений Сергеевич, я не навязываю свое мнение. Я пришел за советом, – нотки обиды подмешались в голосовую гамму следователя, – стремительное восхождение рэкетира в бизнес-иерархии, его влияние на политику телеканалов. Не записывать же его в добропорядочные бизнесмены… Есть в этом что-то от сказки. А там, где сказка, всегда встречается коррупция. Его явно толкает Папа, остающийся в тени. Интуиция мне подсказывает, что за всеми этими событиями, включая тот факт, что Генеральный продюсер Национального канала Фридман не выходит на связь, стоит не кто иной, как Соболь.

– Нефедов, ты мне можешь сказать конкретно, что у тебя есть на Соболя? – У полковника лопнуло терпение. – Я был на Лубянке, про Фридмана и Лорда там слышал. И ничего про твоего Соболя. Ничегошеньки!

– В его досье действительно не густо информации. Его всегда вели как уголовника и не рассматривали эту незаурядную личность шире. Поверьте, Соболевский претендует на нечто большее, чем верховенство в криминальной среде. То, что в ФСБ ничего об этом не знают, не говорит о том, что спецслужбы не могут заблуждаться. Безгрешен, как известно, лишь Папа Римский.

– Ты или поведаешь мне нечто существенное, или будешь отстранен от этого дела по заявлению Головани, – отрезал Ларичев.

– Хорошо. Вот, что я раскопал в архивах, – читал с листа Нефедов. – Дима Соболевский в двенадцатилетнем возрасте стоял на учете в инспекции по делам несовершеннолетних. Инспектора-старожилы рассказали любопытную историю. Играл как-то мальчик в рыцарей, был вожаком отряда ребятишек-крестоносцев. Они штурмовали крепость. Войнушка, конечно, развернулась ненастоящая, а вот трагедия приключилась ужасная. Один из пацанов взял и струсил. Пустился наутек. А Дима Соболевский, провозгласивший себя перед штурмом Великим магистром, принялся его догонять. Поняв, что настигнуть предателя не в силах, метнул в него копье с наточенным как лезвие бритвы железным наконечником. Прямо в спину воткнулось. В области сердца. Пацаненок скончался, не приходя в сознание.

Над малолетним преступником и его родителями наш суд, самый гуманный в мире, тогда сжалился. Подвели статью под неумышленное убийство. Избежал Дима изоляции от общества, определили его в специнтернат. А там вот что произошло…

Мать убитого пацана, очумевшая от горя, прохода не давала ни Диме, ни его родителям. Караулила мальчика возле интерната и, как только сталкивалась с ним, заливалась горькими слезами, падала на колени и кричала: «За что ты моего сыночка убил?!» Женщина дежурила в подъезде, где жили Соболевские. Те вынуждены были отсиживаться днями напролет в своей квартире. Боялись показаться на улице. Мать убитого мальчугана угрожала расправой, орала на весь двор: «Убийцы! Верните моего единственного, моего сыночка!» Метала камни в стекла их квартиры. Напугала Диму настолько, что он сбежал из интерната и слонялся беспризорный по Москве. Домой тоже боялся вернуться.

Через год сошедшую с ума женщину поместили в психиатрическую лечебницу. Родители Димы давно в земле сырой. Сам Дима Соболевский превратился, как мы знаем, в криминального авторитета по кличке Соболь…

– Не вижу связи, майор, – прервал Ларичев.

– Дело в том, что полтора месяца назад мать того пацана, что пал от руки малолетнего Димы Соболевского, кто-то прикончил в психбольнице тремя выстрелами в голову из пистолета с глушителем. Пули, найденные на месте преступления, идентичны тем, что обнаружены недавно рядом с трупом одного из ликвидированных воров в законе. А теперь скажите, зачем кому-то понадобилось расправляться таким образом, с помощью профессионального киллера, со старой, психически нездоровой женщиной? Похоже, что тот, кто возжелал ее смерти, сам нуждается в помощи психиатра. Хотя единственное, что мне не хотелось бы доказывать, так это тезис о невменяемости Соболевского. Он хладнокровный убийца, вынашивающий и скрупулезно планирующий свои преступления. Это он. Вот в чем мне действительно хочется вас убедить…

– Н-да… – обреченно кивнул полковник Ларичев. – Ох, и дотошный ты фрукт, Нефедов. Что за педант! Но одну ошибку ты все же сделал… Когда докладываешь, всегда начинай с фактов. С главного. А ты главное оставил на десерт. Ладно… Ступай, занимайся пока делом. Я свяжусь с Лубянкой. Определимся по Соболевскому. Думаю, они попросят тебя откомандировать. Создадут совместную оперативно-следственную бригаду… Все, иди.

Не суждено было майору Нефедову завести в отдельное производство уголовное дело на Дмитрия Вячеславовича Соболевского. Магистр Ордена «Либра» на очередном собрании в «храме» приговорил милиционера к смерти на «ритуале посвящения достойных». Не миновал суда Магистра и вор в законе Головани. Авторитету вкололи сверхдозу морфия прямо в камере Бутырской тюрьмы. Возможности организации к тому моменту были почти безграничны. В ней уже состояли высокопоставленные чиновники, думские депутаты, налоговики, таможенники, милицейские оборотни в погонах, уволенные из армии генералы и даже несколько старших офицеров ФСБ. Отбор кандидатов производила Комиссия. Магистр все еще предпочитал не светиться. Всему свое время.

Вступить или не вступить в Орден не всегда означало получить или пропустить взятку. За деньги могли оказать услугу, но не стать убийцей. Для большинства кандидатов вступление в организацию в буквальном смысле означало выжить или умереть. Выбирая первое, им приходилось брать на себя смертный грех убийства и связывать себя с Орденом клеймом на сердце. Не исполнивший воли главы Ордена или провинившийся соратник рисковал попасть в ранг осужденных. В лучшем случае, когда впавший в немилость мог организовать себе защиту, но лишь в лице постоянных членов Комиссии, Магистр ограничивался шантажом, позволяя «изгою» откупиться. Некоторые отдавали все, получая взамен лишь отсрочку казни. Магистр лишь играл в великодушие, на деле он вручал фото новой мишени киллеру. Смерть вне ритуала – единственная привилегия, которую могли себе позволить соратники.

«Скелет в шкафу» был на каждого из них. Все до единого ритуалы посвящения записывались на видео. Объективно члены организации, даже оказавшиеся в ней не по своей воле, понимали, что рассекречивания видеозаписей не допустит сам Магистр. Однако сдерживающий фактор был силен. Ибо любой убийца, каким бы он себя ни считал – неисправимым злоумышленником или совершившим злодеяние под чьим-то давлением, – все равно остается убийцей. А значит, должен понести наказание. «Кровь изгоев» – эту цепь, связывающую членов Ордена, могло разорвать только подлинное чудо или человеческое геройство, коего еще меньше на нашей земле…

Апогеем деятельности Магистра явилось планирование операции «Трон», задачей которой была дискредитация правящего дуумвирата и партии власти, их свержение и установление в стране диктатуры Ордена «Либра» под любым либеральным названием, приправленным любым демократическим, а если не получится, националистическим соусом. Важна сама власть, а не то, как она называется и с помощью какой идеологии удерживается. Грандиозная авантюра разрабатывалась без ведома Лорда. Нового куратора телевидения оповестили о деталях операции в общих чертах. Кульминацией плана станет так называемый День ТВ. Аббревиатура не была случайной. Именно телевидению предстояло раздуть небывалый форс-мажорный скандал, обелить мятежников и фальсифицировать факты.

Время щелкало часами. День ТВ приближался. Глава Ордена проводил бесчисленные совещания, координировал действия членов Комиссии и Лорда. Особенно действия Лорда.

– Ну что? Как полагаешь, тянет наш телекиллер на народного любимца, на заступника, или все же надо было привлечь к этой миссии Владимира Соловьева? – повторял один и тот же вопрос Магистр.

– Соловьев не подходит. Он не сможет провести народ. Чем больше он худеет, тем больше кажется, что зажрался. Он хоть и называет свои книжки евангелием, тут же светится на постерах костюмов от Джони Манглани. Зазнался и продешевил. Народу нравится Максимов [8]8
  Автор заранее приносит свои публичные извинения телеведущему Владимиру Соловьеву, искренне, но без подобострастия полагая, что сегодня именно этому журналисту по праву принадлежит роль телекиллера № 1. Однако убежденность в том, что телевизионщик, имеющий востребованность и реальный контракт, никогда не начнет жизнь с «белого листа», уклонила автора от поисков прототипа главного героя в медиаперсонажах реального мира.


[Закрыть]. Он на пике. Образ не замылен. Не исхалтурился. Не успел опошлиться. Приобретенный на раннем этапе имидж популиста забыт. Он приобрел репутацию конструктивного оппозиционера, а не шутника вроде Соловьева, отпускающего колкости и скабрезные шуточки в угоду публике и только в адрес побитых собак, которых не может не лягнуть даже самаритянин.

– Я смотрю, ты поднаторел не только в телевидении, но и в Писании…

– Просто я смотрю все передачи с Максимовым. Он верующий и все время цитирует Библию. По оценкам моих экспертов, это подкупает аудиторию. Волей-неволей запоминаю эти притчи и цитаты. Я-то, сам знаешь, далек от всего этого. Сами знаете, Магистр… – исправился Лорд, учуяв, что панибратство коробит слух вождя.

– Хорошо, значит, он знает нужные струнки. Как у него с рейтингами?

– Зашкаливает.

– А что на других каналах?

– Запустили серию изобличающих репортажей о коррупции питерского клана. О кредитах строителям по протекциям губернаторов. Осветили связь вице-премьеров с концерном «Олд мобил Петролеум», показали их дома на Рублевке. Продемонстрировали виллу Эрнста Фридмана. Резонанс убойный. Многоканальные телефонные линии были перегружены в течение нескольких часов после эфиров. Граждане негодовали. В Кремле возмущались. Но дело сделано. Ну, и сюжет о лобби против олигарха Прохорова тоже показали. Интервью этого дебила Чичваркина из Лондона по спутнику передали. Делаем из них русских страдальцев без их ведома. Запутываем следы. Мусора и впрямь клюют. Думают, оттуда ветер дует, – отрапортовал Лорд.

– Не иронизируй насчет Лондона.

– Да нет, я к тому, что смешно получилось. Чичваркин вообще не понял, как оказался в оппозиции. И попытка Николя Саркози представить Прохорова сутенером понравилась. Проститутки-свидетельницы и педофильские вкусы большого дяди… Правда, я до сих пор не понимаю, на кой нам сдался Саркози.

– Не задумывайся. Это подарок нашим английским друзьям. Они не любят французов. Саркози выставлен полным идиотом. Сексуально озабоченным. Все оценили его попытку насолить русскому олигарху своей завистью, что наши телочки красивее его второй жены-модели, – ухмыльнулся Магистр, и в этой улыбке Лорд увидел прежнего, знакомого по зоне, Соболя. Может, не все так необратимо? И все вернется на круги своя. Без Магистров, Полов Уайтов, псевдомиротворца Саркози, который на фоне модели Карлы Бруни выглядит Луи де Фюнесом…

Соболь похлопал Лорда по плечу, по-дружески, словно позабыл на мгновение о своем превосходстве. И доверительно добавил:

– Времени осталось не так много. Так что не особенно налегай на достоверность. Пусть редакторы поимпровизируют с компроматом. Сделайте пару постановок в центре Москвы. Перекройте пару улиц. Сожгите пару портретов. Сам знаешь, какую пару. Разверни транспаранты «Пора менять власть!» и «Долой варягов!». Используй всех недовольных, несогласных и согласных за гонорар. Не скупись на деньги и посылы. У нас через край и того и другого. Массы – вот чего нам не хватает! Расшевели это болото! Мне очень симпатична причастность дуумвирата к поставкам оружия сепаратистам в Крым. Устрой им горячий душ, подобный тому, что устроила украинская Рада президенту Юльченко за поставки оружия грузинам… А Максимов… Пусть он огласит народу свою декларацию о доходах. Пусть все увидят, что он такой же, как все. Небогатый. Скромный парень. Не хвастун. И посмакуй на этом фоне свежими подробностями из частной жизни наших депутатов. Я имею в виду – не наших.

– Сделаем, – уловил пожелания Соболя его ближайший соратник.

– Максимов неплохо держится. Стал любимцем публики… – задумчиво произнес Соболь, реанимировав устрашающую мимику Магистра и засопев ноздрями, словно жеребец.

– Да. «Взлеты и падения» – самое популярное ток-шоу.

– Пол Уайт говорит, что телекиллер – Ферзь нашей армии…

«Опять этот Пол Уайт, – с неудовольствием подумал Лорд. – Хотя в том, что Максимов годится на роль Ферзя, сомневаться не приходилось. При этом Магистр явно исполняет роль ретивого коня. Неужто оседланного? Неужто Пол Уайт и есть тот ловкий всадник, что накинул сбрую и объездил дикого рысака? Да нет, быть того не может, чтобы Соболь прогнулся!»

Глава 19
Война и мир

Жеребец, в заставке теперь скакал только один жеребец, промчался галопом под новые, со звуками странных для русского уха волынок, позывные. Не было больше тройки с бубенцами. С подачи Лорда ее списали в утиль.

– Здравствуйте. В эфире «Новые вести» с кратким обзором минувшего дня. В студии Инесса Заречная. – Неподражаемая ведущая великодушно одарила зрителей легкой улыбкой. И снова заставка…

– Премьер принял отставку замешанных в коррупционном скандале членов кабинета. Нет сомнений, что эта громкая отставка – результат обвинений в адрес концерна «Олд мобил Петролеум», замешанного в подкупе министров правительства. Сразу два высокопоставленных чиновника подозреваются в лоббировании интересов концерна и предоставлении ему безальтернативного права на разработку дальневосточных месторождений…

…Служба безопасности Украины обвиняет Российский Черноморский флот в поставках оружия сепаратистам, требующим отделения Крыма. Военная контрразведка Черноморского флота на самом деле не переводилась из Крыма на Кавказ и, по словам президента Юльченко, продолжала заниматься дестабилизацией обстановки в регионе. Добровольческие отряды донских и кубанских казаков, прибывших в Крым для поддержки русского анклава, обосновались на базах, подконтрольных российским военным. Президент Украины Юльченко направил в Крым регулярные части.

…На улицах Севастополя идут бои.

…Похороны погибших в результате столкновений с русскими националистами боевиков УНА-УНСО и крымско-татарских ополченцев вылились в массовые погромы в Симферополе и Бахчисарае. В ответ на объявление военного положения на полуострове командующий Черноморским флотом России объявил на кораблях и в частях боевую готовность № 1.

…Над администрацией Севастополя и правительственными учреждениями Крыма подняты российские триколоры. В Восточной Украине массовые аресты сторонников пророссийских партий. В Донецке убит самый богатый человек на Украине олигарх Ахмет Ринатов…

…Совет директоров нашей телекомпании выразил протест властям по поводу попыток ужесточения цензуры. Телекомпания обнародовала секретные циркуляры ФСБ, налагающие вето на несанкционированный показ по телевидению видеосюжетов, компрометирующих высших должностных лиц правительства. Секретные протоколы подписаны одним из приближенных 1-го дуумвира, господином Сукровым.

…И очередная сенсация, указывающая на раскол дуумвирата. Признания бывшей любовницы 2-го дуумвира. Она заявляет, что имеет ребенка от 1-го. Ребенок-бастард носит фамилию мамы и учится в Лондоне. Вот его фотографии. На снимке видно, что мальчик похож на первое лицо в государстве…

Я с восхищением смотрел, как работает Инесса. Настоящая профессионалка. Визажист накладывал на мое лицо тональный крем. До начала моей передачи оставалось несколько минут, но я не мог оторваться от экрана. Любовался ею и почти не вникал в то, что она говорила… До тех пор пока она не сказала о бастарде, а на экране не появился снимок моего собственного сына пятилетней давности. Что это значит? Я позвонил Лорду.

– Это же мой Макс! И он ни в каком ни в Лондоне, а с бывшей женой в однокомнатной квартире на Сходненской!

– Так надо, не волнуйся… – прозвучал ответ. Я ничего не понял, но мне дали понять, что я должен смириться, циничным напоминанием. – Ты подписал контракт! Успокойся и работай!

Мне оставалось только одно – позвонить сыну, чтобы убедиться, что с ним все в порядке.

В гримерку постучался услужливый администратор, на лбу которого всегда проявлялись капельки пота. То ли от волнения, то ли от лишнего веса.

– Влад, все готово… – перманентно продолжая потеть, чтобы был повод постоянно вытирать лоб платком, крякнул он и возбужденно высморкался, пожелав самому себе: – Будь здоров! Не кашляй!

– И не потей! – выместил я свою злобу на невинном лакее, втянул щеки и поправил прическу. «Вроде порядок» – я себе понравился. Лакей открыл дверь, и я выскользнул в коридор, который вел в студию прямого эфира.

– Добрый вечер! В прямом эфире «Взлеты и падения»! – поприветствовал я гостей и зрителей, медленно двигаясь на камеру, закрепленную на кране. Подойдя к помеченной скотчем точке, я непринужденно расстегнул пуговицу любимого пиджака, который всегда и везде забывал, и уселся на стул. Я поправил микрофон, чтобы выдержать паузу, и объявил тему дня: – Сегодня мы посвятим наш разговор самой животрепещущей теме – возможно ли это, чтобы украинец воевал с русским. Последние события показывают, что это уже случилось. Началась война, сулящая массовые жертвы. Но логика диктует, что все это нелепая случайность и трагическая ошибка, позорная страница, которую надо немедленно перевернуть, чтобы забыть как о страшном сне… Однако сегодня, следуя формату нашей передачи, у нас снова два квадрата. В белом – те, кто не только предрекал эту войну, но и в какой-то мере способствовал ее развязыванию. Пропагандировал ее и разжигал тлеющий конфликт. Эти люди не скрывают своих убеждений и считают, что кровопролитие – неизбежность, через которую необходимо пройти, чтобы решить наши геополитические проблемы.

Итак, среди удачливых, с точки зрения развития событий, гостей Анатолий Вассерман, уроженец украинской Одессы, считающий тем не менее, что украинского языка, как и украинской нации, не существует. По эту же сторону баррикад блестящий оратор Александр Свиницкий, который не менее агрессивен по отношению к украинцам.

И еще один парадоксальный дуэт, но уже в черном квадрате неудачников. Тех, чья позиция была проигнорирована, и война все-таки началась. Владимир Жириновский, добившийся накануне войны отмены 282-й статьи Уголовного кодекса, предусматривающей наказание за разжигание национальной, расовой, религиозной и социальной вражды, и тем не менее уверяющий, что тем самым не способствовал ксенофобии, а напротив, таким образом боролся с ней. В чем я, кстати, почти не сомневаюсь, ибо гениальность Владимира Вольфовича именно в его парадоксальности. И на мой взгляд, он вовсе не лидер ультраправой оппозиции, а буфер между властью и наци, оттягивающий у шовинистов их электорат своей харизмой и бесспорным талантом. Ну не может потерявший родных из-за фашизма и отца из-за тоталитаризма не быть либералом и демократом! Кстати, партия Жириновского так и называется, кто не помнит. Из чего следует, что Владимир Вольфович вовсе не спонтанен. Просто он достигает своих целей нестандартными и невероятно эффективными методами. Рядом с ним известный рэпер Фронтмен. Уже тот факт, что он согласился быть в одной упряжке с Жириновским, говорит о том, что шоу-бизнес против войны.

Итак, сперва я дам слово «партии войны». Пожалуйста, Александр Свиницкий!

– Вот и начался хаос «раскрепощенных пространств», когда проснулось «гуляйполе», «великая степь», «крымская орда», «запорожская сечь», и все смешалось в дыму горящих сел, мимо которых несутся тачанки, и в каждом украинце очнулся скиф, печенег, хазар, дружинник Рюрика и Святослава. Мир увидел, что такое «единая украинская нация». Они мочат друг друга! Русские убивают украинцев! Украинцы русских!

Ну а что матушка-Русь? «Вертикаль власти», «честные выборы», «реформы» Чубайса, дуумвиры?!

Этот удар «оргоружия» на Украине направлен против России, абсолютно созревшей для «революции», уставшей от фальсификаций, Абрамовича, животных и алчных чиновников, велеречивых иереев, мерзопакостных «смехачей» и «эстрадников». Удар «оргоружия» будет беспощаден, отколет Кавказ, Татарстан и Сибирь, ликвидирует остатки ракет, поставит американских «морских пехотинцев» у ядерных объектов России.

Для «революции» все готово. Остервенелый народ. Продажная и недееспособная элита. «Агенты Запада» во всех институтах власти.

Что делать кремлевским сидельцам? Передать японцам Курилы?

События на Украине дают России последний, бесконечно малый, исчезающий шанс. Сорвать с глаз отвратительные бельма прозападного либерализма. Увидеть в Западе ненавидящее лицо Черчилля, беспощадный лик Аллена Даллеса, то есть неумолимого вечного врага. Напрячь ослабевшие имперские мускулы и осуществить малый, слабый, известный всем каратистам толчок, после которого посыплется вся саманная постройка СНГ. В результате толчка Россия вернет себе Крым, Донбасс, Харьков, Абхазию, Южную Осетию, Приднестровье, а затем, без боя, – русские земли в Казахстане, русскую Нарву, все территории, которые стонут под игом временщиков и стремятся в Россию. Это и будет «асимметричным ответом» России на «оргоружие» Запада. Славу богу, еще стоят на старте ракеты «Сатана», еще на флоте остались непотопленные «стратеги», еще народ сквозь одуряющую свистопляску «реформ» слышит гулы великой империи!

Зрители в студии аплодировали не только заявлению Свиницкого, но и хронике с Крымского театра военных действий, сопровождавшей его. Я попытался было дать слово Владимиру Жириновскому, но он неожиданно промолчал, что случалось довольно редко, позволив высказаться рэперу, записавшемуся в его команду.

Фронтмен также отказался от предоставленного слова, но попросил звукорежиссера найти какой-нибудь бит в стиле рэп или хип-хоп. Трек быстро поставили, и он начал читать свой текст против войны и ксенофобии. Исполнитель, хоть и неуютно поначалу чувствовал себя рядом с Жириновским, вскоре понял, что Вольфович одобряет и даже подпевает припев.

Неуютно было только бородатому Вассерману. Но у него был его жилет, в одном из карманов которого лежал листок со статистикой последних конфликтов на Мадагаскаре и в Малайзии. Так что он почесал бороду, поправил очки и быстро успокоился.

– В прямом эфире «Взлеты и падения». Оставайтесь с нами. – Я растянул щеки в неловкой улыбке и возликовал про себя, ведь я увидел ее. Инесса… Она была здесь, ее лицо не могло затеряться среди зрителей в студии. Я пригласил ее на ужин, и она, по всей видимости, не против. Я закончил передачу на одном дыхании. Режиссер ласково пожурил после съемок:

– Все нормально, Влад, только в следующий раз не спеши, побольше пауз на аплодисменты, не гони лошадей.

– Иногда так хочется гнать лошадей! – признался я.

…Пол Уайт сделал ход конем. Магистр смотрел эту программу, играя с ним в шахматы. Лорд наблюдал за игрой и очень удивился, что Соболь в итоге поставил рыжему эмиссару мат. Затем снова удивился, что ему не приходится оправдываться. Несмотря на то что Максимов гнет в эфире свою собственную линию, никак не согласованную с задачами организации. Вождь выразил уверенность, что на данном этапе важно доверие, которое завоевывает в народе их телевизионный протеже. В нужный момент ставленник озвучит правильную информацию.

– Как он отреагировал на фото сына? – поинтересовался Магистр. Это была его идея.

– Позвонил сперва мне. Потом сыну. Я напомнил ему о контракте, как вы и приказали, – доложил Лорд.

– А вот это хорошо. Сначала отец должен был позвонить сыну. Он действительно испорченный малый. Тот, кто нам нужен. Он сделает все ради популярности. Ему плевать на все остальное…