Текст книги "Просто вор и простофиля"

Автор книги: Владимир Сотников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 9 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]

Глава VI
Прогулка по Трупной улице

Ничего нет в жизни лучше, чем проснуться утром в самом начале каникул! Никуда не надо спешить, никакой школы, никаких уроков. Короче, никаких проблем. Да к тому же это не просто каникулы, а зимние, новогодние. И праздник, между прочим, еще впереди. Самый лучший и радостный.

Филя потянулся, совсем как Дуся. Когда в доме живет какое-нибудь животное, незаметно начинаешь ему подражать. Потягиваться, нюхать еду, умываться одной лапой. Филя даже не замечал, что перенял эти кошачьи манеры. А к концу четверти совсем по-кошачьи спать хотелось все время. Устал, наверное, за полугодие, вот и завидовал Дусе, глядя на ее безмятежный и спокойный сон. И днем и вечером. Как будто зимняя спячка наступила.

Но вот случилось чудо: как только начались каникулы, сонливость у Фили прошла. Все мечтал отоспаться, а как представилась такая возможность – и сон пропал! Парадокс жизни, сказал бы на это Даня. А Филя выразился бы попроще: закон подлости.

Как это – никуда не надо спешить? Филя подпрыгнул в кровати, будто в нее вылили ведро холодной воды. Расслабился! А вчера ведь договорились с Даней ни в коем случае не опаздывать. Они долго совещались вечером, пока не поняли: начинать надо именно с пуговиц. А для этого придется идти к Аське на представление. Там и разузнать, откуда в ее студию попали эти пуговицы. Может быть, таким образом удастся выйти на след Деда Мороза.

Аська, между прочим, могла бы и разбудить. Говорила, что проснется сегодня раньше всех на свете. Потому что ей еще роль Снегурочки заучить надо хорошенько. А если утром роль не повторит, ни за что не запомнит.

Вот Филя, например, не такой эгоист. Возьмет сейчас и позвонит – и Аське и Дане. На всякий случай, вдруг они еще спят.

– Что-то случилось? – сонным голосом отозвался Даня.

Вот и случилось бы, если бы не Филя. Проспал бы Даня, а потом опять сердился бы, как будто во всех его бедах виноват кто-то другой. А с плохим настроением лучше ни за какое дело не приниматься. Это Филя точно знает.

Аська позвонила через две минуты после того, как Филя положил трубку.

– Ты лучше бы Даньку разбудила, – буркнул он. – Я-то давно уже на ногах.

– За него не волнуйся, – прощебетала Аська. – Он уже сам мне позвонил.

«Вот хитрюга этот Данька! – подумал Филя. – Это же надо, какой хитрюга. Я его, можно сказать, еле разбудил по телефону, а он сразу Аське звонит. Будто сам раньше меня проснулся!»

Обида на Даню, как ни странно, даже помогла Филе быстренько собраться и выскочить за дверь. И пяти минут не ушло на сборы. Ему очень хотелось побыстрее услышать, что придумает Даня в свое оправдание. Как будет выкручиваться?

– Привет, ранняя пташечка! – кивнул Филя Дане, стоящему у подъезда.

Аськи еще не было.

– Доброе утро. Что это за обращение? – улыбнулся Даня. – Настроение не очень хорошее?

– Прекрасное! Отличное настроение! А какое же оно может быть, если всю ночь не спал, чтобы тебя утром разбудить? А ты, оказывается, сразу же трубку – хвать! И давай Аське командовать, чтобы она меня разбудила? Ничего себе, хитрый ход. Ты получаешься хороший, я плохой.

– Мы разве соревновались, кто раньше проснется? – удивился Даня. – И спал ты ночью, хватит врать. Спасибо, что разбудил. А Аське я знаешь почему позвонил?

– Я уже сказал почему. – Филя отвернулся.

– Если и дальше будем обращать внимание на всякие глупости, то нечего и начинать расследование, – спокойно сказал Даня. – Знаешь, у меня нет лишнего времени, чтобы на тебя тратить.

– Ах, времени у него на меня нет! – возмутился Филя. – Да что ты со мной таким тоном разговариваешь, как главный? В конце концов, я и сам могу все расследовать, если так!

Филя готов был уже уйти куда-нибудь, но из подъезда выпорхнули Аська с Аней.

– Вот почему я звонил Асе. – Даня легонько толкнул в спину Филю. – Про Аню мы вчера совсем забыли.

Не было ничего удивительного в том, что Даня вспомнил про Аню, Аськину сестру. Вообще-то он подружился с ней даже раньше, чем с Филей. У Ани с Даней и характеры были похожие – рассудительные. Даже чересчур.

– Как будто на экскурсию идем, – проворчал Филя. – Не обязательно всем светиться в самом начале дела.

– Опять? – нахмурилась Аська. – Опять шепчетесь? Вспомните, как вчера себя вели по… по не по-хорошему.

Наверное, Ася собиралась сказать «по-свински», но вовремя затормозила, и у нее получилось «по не по-хорошему». Филя улыбнулся:

– Если ты так в роли Снегурочки выражаться будешь, у детей уши завянут. И ничего мы не шепчемся. А ты хоть помнишь, что должна разузнать?

– Мне некогда будет, – ответила Аська. – Я же вчера вам говорила, что буду занята. Вы даже не представляете, сколько сил и внимания требует роль Снегурочки!

– Ой, ой, ой, раскудахталась, – не удержался Филя от такой неприличной реплики. – Как взрослая актриса. Что-то много развелось всяких Снегурочек и Дедов Морозов! Так много, что мебель стала пропадать. Например, этажерочки.

– Ты что, Филь, не с той ноги поднялся? – спросил Даня. – То на меня набросился, сейчас вот – на Аську. Ты что? Мы еще и сказать толком ничего не успели, только поздоровались, а ты уже всем постарался настроение испортить.

– Это я-то – испортить! – опять воскликнул Филя.

Но тут на помощь пришла Аня.

– А я знаю, почему так получается, – спокойно сказала она. – Филя, наверное, не рад, что меня позвали. Да, Филипп?

Аня попыталась заглянуть Филе в глаза, а он отвернулся, как обиженный ребенок.

– Сговорились все, – проклокотал он, как кипящий чайник. Впрочем, как чайник, уже заканчивающий кипеть. – Без меня обо всем сговорились. Разве девчонка может собраться за пять минут? – спросил он Аню. – А Данька говорит, что тебя пять минут назад позвал. Значит, врет. Ты еще вчера знала, что мы тебя с собой возьмем.

– Конечно, знала, – спокойно ответила Аня. – Только ни о чем мы не сговаривались. Я просто знала, что у вас совести не хватит меня одну оставить, когда вы на дело идете.

– Бандиты на дело ходят, – не сдавался Филя. – Ты хоть не говори так. А то совсем вас с Аськой не различить. Раньше ты хоть культурностью отличалась.

Добился своего Филя – поддел-таки Аську! Она замахала руками и что-то такое быстрое-быстрое защебетала в ответ на эти обидные слова. Но Филя уже не слушал. Отмахиваясь, как будто Аська бросала в него какими-нибудь предметами, он бросился бежать. Не стоять же целое утро возле подъезда, выясняя между собой отношения! Которые вообще-то очень даже нормальные. Зачем же зря притворяться, время тратить?

Ребята побежали за Филей. Но вскоре вперед, конечно, вырвалась Аська. Она помчалась к подземному переходу. Значит, остановка троллейбуса была на противоположной стороне Садового кольца, возле сада «Аквариум». Вчера Аська сказала, что в детский дом на троллейбусе надо ехать десять минут. Ну что ж, значит, они еще не опаздывают.

Филя посмотрел вдогонку Аське, покосился на спешащую рядом Аню – и, наверное, в сотый или тысячный раз поразился их сходству. Аня с Аськой были близнецами. Филе всегда удивительно было видеть рядом чуть ли не полностью совпадающих друг с другом девчонок. Когда он только познакомился с ними, то даже подумал, что их и зовут одинаково. Но потом выяснилось, что Аська – это Анастасия, а Аня – это просто Анна.

Кстати, если приглядеться, различия между сестрами найти было нетрудно. У Аськи рот был до самых ушей, и почти всегда он был заполнен чем-нибудь съедобным. И волосы у нее были непослушными – вечно торчали в разные стороны. Ну и веснушки, конечно.

Всего перечисленного у Ани не было. Ни рта до ушей, ни волос торчащих, ни веснушек. Она была похожа на самую обычную отличницу. А отличницу каждый представит в два счета: умное лицо, аккуратная прическа, и никаких тебе веснушек. Ну и рот так себе, не очень большой. Чтобы не жевать во время уроков, не разговаривать и не смеяться. А только правильно отвечать на вопросы.

И как Филя на бегу умудрялся думать обо всем этом? Еще он подумал, какие Аська с Аней догадливые, что именно сегодня оделись совершенно одинаково. Филя пока не мог сообразить, зачем понадобится сходство девчонок в сыскном деле. Но почему-то казалось, что обязательно понадобится.

«А если и нет, то не страшно», – успел подумать Филя, запрыгивая на скользкую подножку троллейбуса.

Вот такой калейдоскоп вертелся в его голове.

– Пока Ася будет выступать, я все узнаю про пуговицы, – сказала Аня, когда ребята прижались друг к другу в тесноте на задней площадке.

– Чтоб время не терять, – пояснила Аська.

Филя с Даней молча кивнули в знак согласия и одобрения. Все было понятно без лишних слов, к тому же троллейбус – не место для обсуждения плана операции.

Ехать и правда было недалеко. От Триумфальной площади до Цветного бульвара троллейбус по Садовому кольцу идет десять минут. Если без пробок, вот как сегодня.

– Я в цирке давно не был, – вздохнул Филя, когда ребята вышли из троллейбуса и свернули на бульвар.

– И я не был, – сказал Даня, взглянув на скульптурных лошадей на здании цирка. – А на Новый год всегда новое представление. Кстати, давайте сходим все вместе!

– Сейчас, что ли? – хмыкнул Филя.

– Ясное дело, не сейчас. У нас и билетов нет.

– А можно и без билетов, – хитро прищурился Филя. – Аську запустим вперед в костюме Снегурочки, а сами за ней.

– Как это – за ней? – не понял Даня. – Кто же нас пустит? Хоть за ней, хоть просто так.

– Так Аську же сразу сцапают! – засмеялся Филя. – Пока с ней разбираться будут, мы и прошмыгнем.

– Глупые у тебя шутки, Филька, – сказала Аська. – Твои умственные способности сегодня не на высоте.

– У тебя на высоте, – отмахнулся Филя. – Вся голова, наверное, пуговицами новыми забита. Кстати, нормально выглядят?

– Не отличить от настоящих! – Аська теснее прижала к себе сумку.

На этот раз в руках у нее был не пакет, а маленькая хозяйственная сумка. Наверное, чтобы не только не потерять, но и не помять свой наряд.

«Настоящих! – подумал, мысленно передразнивая Аську, Филя. – Кто их видел, настоящие? В сказках мы не бывали, настоящего Деда Мороза не видели…»

До чего же обидно, когда преступник маскируется под такого доброго и милого персонажа, как Дед Мороз! Можно сказать, он просто испортил Филе все праздничное настроение. Даже на игрушечных Дедов Морозов, которыми были украшены витрины магазинов, Филя теперь поглядывал с подозрением. И, конечно же, вздыхал. Ни при чем эти забавные разукрашенные фигурки. А должны страдать за какого-то дурака, которому понадобилась старая этажерка!

«Не такого уж и дурака, – тут же подумал Филя. – Вон как умно провернул свою операцию! Хотя разве можно назвать недоброе дело умным?»

– Слышь, Дань, – толкнул он друга, – ты больше моего читал. Вспомни каких-нибудь злых, но умных героев.

– Что-то с тобой сегодня… – оглянулся на него Даня. – Такие странности говоришь. Злых умников тебе назвать? Да вот твой Мороз и есть умник. Номер один, как ты говорил.

– Да я про него уже думал. А еще?

– Еще? – Даня задумался. – Может, какой-нибудь древнеегипетский бог? – Данин папа был ученым-египтологом, поэтому Даня, наверное, сейчас пролистывал в уме страницы какого-нибудь иллюстрированного словаря. – Нет. Если кто-то злой, то какой же он умный? – наконец сказал он. – Умный не может быть злым.

– Согласен, – подмигнул Филя. – Значит, есть надежда, что мы обхитрим этого Деда Мороза.

Детский дом находился на соседней с Цветным бульваром улице. «Трупная», – прочел Филя на указателе и толкнул Даню:

– Ничего себе названьице, а? Интересно, знает Аська, по какому адресу направляется?

Ребята покосились на девчонок. Филя даже заслонил собой дом с указателем, чтобы те не увидели его раньше времени. Испугаются – тогда можно считать, что операция закончилась, не начавшись.

Но опасения ребят были совершенно напрасны.

– Ты, Филька, испугаешься сейчас, – весело прощебетала Аська. – Ну-ка, посмотри вверх. Читать умеешь? – И, вцепившись Филе в рукав, она зарычала: – Отдай мое сердце! Я тр-руп!

– Ага. – Филя понял, что Аська прочла название улицы. – Вспомни, труп, как ты улепетывала вчера непонятно от кого. Одно только рычание услышала – и тебя ветром сдуло. Трусиха.

– Это я так, для виду испугалась, – сказала Аська. – А на самом деле просто надоело с вами общаться.

– Ах ты! – задохнулся в негодовании Филя. – Неблагодарная! Кто тебе целый вечер эти пуговицы вырезал? Между прочим, я угробил две отличные подставки для коллекционных машинок! Конечно, надо было тебе из какого-нибудь линолеума их вырезать, а я, видишь, не пожалел коллекции. И вот благодарность! Общаться, видите ли, ей с нами надоело!

Филя засопел, как паровоз, и отвернулся. Он всегда отворачивался, когда обижался. Взгляд его опять наткнулся на эту странную табличку с названием улицы.

– Ну и улицу ты, Аська, выбрала для прогулок, – не удержался он. – Здесь что, трупы жили, что ли?

Аська звонко расхохоталась.

– Ты что, не замечаешь? Просто кто-то для прикола исправил «б» на «п». Трубная это улица, не бойся.

– Чего мне бояться? – пожал плечами Филя. – Хоть трубы, хоть трупы. Я ничего не боюсь, когда расследованием занимаюсь. Просто даю себе внутреннее задание: быть готовым ко всему. И никакой страх не берет.

– У меня так не получится, – вздохнула Аня. – Так что вы имейте в виду: не давайте мне никаких поручений, связанных с мышами, пауками и так далее.

– Далеко – далее? – спросил Филя. – Можно ведь бесконечно продолжать. Животный мир бесконечный.

– Я же сказала про основные свои страхи, – опять вздохнула Аня. – Зря, наверное. Вот ты и начал меня подкалывать. А я, между прочим, ничего не боюсь, кроме этой гадости – пауков, тараканов, мышей, конечно…

– Лягушек, скорпионов, тарантулов, крокодилов, бегемотов, носорогов и так далее, – опять не удержался Филя.

В таких случаях ему трудно было остановиться. Когда еще выпадет такая возможность подшутить над Аней? Аська – другое дело. Над ней можно прикалываться хоть целыми днями, пока не надоест. А Аня – серьезная девочка. Всегда так ответит, что чувствуешь себя полным идиотом.

– Ладно. Раз ты ничего не боишься, кроме мышей и так далее, – сказал Филя, – то вот тебе самое человеческое задание. Пока Аська возле елки выплясывать будет, узнай, откуда эти пуговицы взялись. Не эти, конечно, – про свои-то я знаю. А те, настоящие – от моего Деда Мороза и от Аськиной Снегурочки.

– Ой! – вдруг воскликнула Аська и сразу же закрыла рот ладошкой.

Она стояла и смотрела распахнутыми глазами на ребят.

– Ты чего? – спросил Филя. – Заледенела, Снегурочка? Речь отнялась?

– Ой, ребята, – прошептала Аська, – до меня только сейчас дошло…

Филя хмыкнул. Он собирался подколоть Аську, но никак не мог придумать что-нибудь остроумное.

Она стояла и смотрела распахнутыми глазами на ребят.

– Ты чего? – спросил Филя. – Заледенела, Снегурочка?

– Вы же хотите узнать, где сделан мой костюм Снегурочки, да? – быстро затараторила она. – Я вчера не поняла, не до того мне было, так переживала за эти пуговицы, и только сейчас мне в голову пришло, что…

– Короче, Снегурка, – оборвал ее Филя. – Растаешь от напряжения. Говори только самое важное. Ты знаешь фирму, которая изготавливает эти костюмы? С такими пуговицами?

Аська кивнула.

– Только это не фирма, – сказала она. – А вот этот детский дом. Их старшеклассники делают новогодние костюмы.

И она указала рукой на небольшой особняк в глубине сквера.

– Ты что? – Филя чуть не взлетел. Хорошо, что его удержал за руку Даня. – Знала и молчала?

– Я же не специально, – чуть не заплакала Аська. – Просто не придала этому значения…

– Главное – результат! – засмеялся Даня. – Филя, ну что ты ее тиранишь? Аська ведь нас привела в то место, которое мы только мечтали разыскать! Представляешь, какое совпадение?

Филя не слушал. Он только моргал глазами. Потому что все остальные части его тела застыли в неподвижности. Даже рука, которой Филя пытался показать куда-то в глубь сквера, не слушалась.

Перед входом в здание была небольшая площадка, на которой стояло несколько машин. И через заднее окошко одной из них уставилась прямо Филе в глаза обезьянка. Она цепко держалась за стекло тремя лапками-присосками. Четвертая лапка была нужна обезьянке для общения с Филей. Для очень обидного жеста в его адрес.

«Дурачина ты, простофиля!» – показывала обезьянка на висок пальцем.

И почему Филя вспомнил «Сказку о рыбаке и рыбке»? Совсем не похожа была обезьянка на старуху… Наверное, он вспомнил эти слова из-за своего собственного имени. Просто Филя.

Глава VII
За спиной Деда Мороза

И вдруг наступила такая минута, когда ребята подумали каждый о своем. Как будто компания из четырех человек разделилась на части. Так праздничный торт разрезается, делится на кусочки – и кусочки эти становятся уже не тортом, а отдельными маленькими пирожными.

Аську волновало предстоящее выступление. На публику она должна была выйти впервые в жизни и поэтому дрожала от волнения еще здесь, на улице.

Аня думала о Филином задании. Он поручил ей узнать, откуда взялись пуговицы. Но ведь Аська сразу же объяснила, кто сделал ее костюм. Конечно, с этими самыми пуговицами. Получается, теперь у Ани нет никакого задания? И идет она просто так – посмотреть на выступление сестры? Интересное, конечно, занятие, но Аня ожидала большего.

Даня хмурился, соображая. Если костюм вчерашнего Деда Мороза сделали ребята из детского дома, значит, у них можно узнать, кому они эти костюмы раздали. Наверное, это и будет стопроцентное попадание. То есть поиски Деда Мороза, похоже, закончатся, еще не начавшись по-настоящему. Неужели? Не очень-то доверял Даня легким решениям. Не все так просто, не все так просто…

Филя, не мигая, переглядывался с обезьянкой. Казалось, игрушка просто загипнотизировала его. Не так сложно ей было это делать – стеклянными-то глазами! А вот у Фили даже слезы потекли. Но он их не замечал, не веря своему счастью. Разве это не счастье: в огромном многомиллионном городе совершенно случайно натолкнуться на ту самую машину, которая так шустро ускользнула из-под самого носа? Такая удача выпадает, наверное, реже, чем выигрыш в самую крутую лотерею. Филя уже начал вспоминать, выигрывал ли он в лотерею хоть раз в своей жизни, но никак не мог вспомнить.

Он не удержался и вытер скатившуюся слезу. Стало щекотно щеке. Наконец он заметил, что отстал от ребят. Они уже стояли рядом с подъездом детского дома, а Филя все не мог сдвинуться с места.

И тут он совершенно случайно взглянул на боковое заднее стекло машины и увидел, что язычок замка поднят вверх. Значит, дверь не заперта. Еще не поняв, что именно он будет делать в следующую минуту, Филя закричал:

– Стойте! Стойте, вам говорят! Надо же обо всем договориться!

– Правильно, – согласилась Аня. – Надо, чтобы каждый знал свое задание. Я, например, не знаю.

Аська взглянула на часики и заверещала на весь двор:

– Надоели мне ваши задания! Из-за вас я опоздаю! Все, хватит с меня!

И она вспорхнула на крылечко.

Аня с Даней растерянно переглянулись, пожали плечами и тоже поднялись по ступенькам.

Филя замешкался. Он смотрел, как за ребятами закрылась дверь, и почему-то не спешил их догонять.

«Ну и ладно, – думал он, – пусть Аська спешит на свое представление. Но за машиной же надо кому-то следить?»

Он собирался догнать Даню, рассказать про обезьянку и предупредить, что остается во дворе, но не успел. Дверь подъезда опять распахнулась, и из нее вышел какой-то человек. Он нес огромную охапку чего-то разноцветного. Приглядевшись, Филя понял, что это украшения для елки, которую устанавливают где-нибудь на улице. Флажки, большие бумажные фонари, сверкающие цепи из золотой фольги – все это человек протащил, захватив обеими руками, как ненужный хлам, к машине и положил на заднее сиденье. И опять прошел, не оглянувшись на Филю, в здание – наверное, за очередной ношей.

Если бы у Фили спросили когда-нибудь, что он думал в эту минуту, – ничего бы он не ответил. И не потому, что память у него плохая. Подумать о чем-либо он просто не успел.

Все случилось само собой. Во всяком случае, Филя опомнился и пришел в себя лишь тогда, когда понял, что находится в машине – под самой кипой елочных украшений.

Когда Филя заметил, что дверца не заперта, то, наверное, решил проверить, нет ли в машине каких-нибудь интересных предметов, которые могут помочь в дальнейшем следствии. А как еще можно было бы объяснить совершенно не характерное для Фили действие? Как он мог залезть в чужую машину? Не обезьянку же он в самом деле отшлепать собирался!

А как только он открыл дверцу, из подъезда опять вышел тот же человек. С очередной ношей елочных украшений. И поэтому естественным для Фили движением было единственное: упасть за спинку переднего сиденья и затаиться. Вот он и оказался под целым ворохом самой разнообразной елочной мишуры. Крупнокалиберной, между прочим, потому что предназначалась она для какой-нибудь елки на городской площади.

Дышать сразу стало тяжело. Филя начал осторожно освобождать возле своего лица место для дыхания. Открылась дверь, сверху добавился еще груз.

Значит, машина должна была куда-то поехать. И тут Филю пронзила догадка: он же ничего не увидит! Совершенно бесполезно валяться под этой кучей, если нельзя будет даже определить, куда едет машина!

Он осторожно попытался высвободиться, чтобы осмотреться и, если возможно, выбраться из машины. Но как только Филин нос высунулся настолько, чтобы можно было дышать, – открылась и сразу же захлопнулась передняя дверца, мотор завелся, и машина поехала.

«Вот так быстро все меняется, если действовать», – почему-то подумал Филя.

Странно, что такая мысль пришла ему в голову. Во-первых, никакого особенного действия он не совершал. Просто забрался в чужую машину. А во-вторых, ничего особенно не изменилось. Просто эта машина поехала, и все.

А как же ребята? Ведь они ничего не знают про Филю и станут искать его! А как же… Как он вообще вернется обратно?! Эти вопросы пронзили Филю, как тоненькие иголочки, и он даже чуть ли не взвыл от отчаяния. И черт же дернул его открыть эту дверцу!

Машина покачивалась на ухабах. Двор, по которому она ехала, был сплошь в ледяных кочках, и Филю бросало вместе с кучей мишуры по всему заднему сиденью. Хорошо, что можно было особенно не таиться. Вряд ли человек, сидящий за рулем, прислушивался к постороннему шуму в машине. Филя подполз под спинку водительского сиденья. Вот теперь можно и голову приподнять. Водитель не заметит.

Машина уже мчалась по улице.

Нечего было и думать о том, чтобы увидеть лицо водителя! Не хватало только встретиться взглядами в зеркальце заднего вида. Тогда можно и врезаться в какой-нибудь столб на полном ходу: водитель от неожиданности с ума сойдет, не то что управление потеряет! Когда увидит на заднем сиденье под новогодним хламом такого чертенка…

Филя даже чуть не прыснул смехом, представив зеркальце, в котором вдруг показывается его страшная мордочка. Ведь человек, который боится, всегда и сам выглядит страшновато. А перепуганное выражение лица не очень-то весело наблюдать.

Неприятное это ощущение – когда страшно и смешно одновременно! А именно эти чувства разрывали сейчас Филю на части. В переносном, конечно, смысле. В буквальном смысле он, может, и хотел сейчас быть разорванным на части. Только бы исчезнуть из этой машины. Что будет дальше? Никто в целом мире этого не знает…

Но потихонечку спокойствие начало возвращаться к Филе. И он стал анализировать ситуацию. Во-первых, надо при первой же остановке покинуть машину. Во-вторых, покинув, надо обязательно спросить что-нибудь у водителя, чтобы сравнить его голос с голосом вчерашнего похитителя. Вчера лицо Деда Мороза было закрыто очками и бородой с усами. А лицо сегодняшнего водителя на улице нельзя было разглядеть под ворохом мишуры.

Машина опять повернула куда-то, покачалась на ухабах, остановилась и почему-то посигналила. Филя затаился и прислушался. Если сейчас откроется водительская дверца, он не будет сидеть на месте. Сразу же, в одно мгновение, выскочит сзади, с противоположной стороны. Главное – открыть свою дверцу вместе с водительской, чтобы шум слился воедино.

Но водитель никуда не выходил.

Сколько можно ждать? Так и задохнуться было недолго – тем более что салон машины заполнялся едким дымом. И как только люди курят всякую гадость? Нюхать противно, не то что вдыхать.

Филя попытался посмотреть в окошко. Получилось, что он смотрит снизу вверх, да еще и искоса. Ну и взгляд! Но удивительнее всего было не положение, из которого Филя смотрел, а те самые предметы, на которые падал его взгляд…

Эту сосульку он когда-то видел… Огромная, тройная, как будто перевернутая корона, она закрывала пол-окна на последнем этаже… Ее спокойненько можно было бы сбить, дотянувшись из форточки. Да об этом Филя думал ведь совсем недавно! Сегодня…

Он повел свой взгляд дальше, насколько позволял поворот шеи. Подняться и оглядеться нормально Филя не мог. Водитель сидел неподвижно, и любой лишний шорох в машине привлек бы его внимание.

Рябины с высохшими гроздьями на самой верхушке, два провода над ними, в которых запутался моток магнитофонной ленты… Не спит ли Филя?! И не видит ли сон?!

А если не спит, то находится он не где-нибудь, а в своем родном дворе, рядом с гостиницей «Пекин». Не совсем, правда, в своем, а чуть-чуть в стороне. В каких-нибудь ста метрах от своего подъезда.

Первой мыслью Фили было вырваться из машины и побежать, рвануть изо всех сил по направлению к этому самому подъезду! Скрыться, чтобы забыть всю эту слежку…

Заскрипел снег рядом с машиной, открылась передняя правая дверца.

– Сколько можно ждать? – проворчал недовольный голос. – Час уже караулю.

Машина опять тронулась с места. Филя зарылся в мишуру поглубже. С появлением этого нового пассажира надежда на побег исчезла вовсе. Теперь из машины незаметно уже не выскользнешь.

– Не передумал? – спросил тот же голос.

– Чего мне передумывать? – ответил водитель. – Я от своих слов не отказываюсь.

У Фили зачесалось от волнения и страха все тело. Водитель – Дед Мороз! Тот самый, вчерашний! Сейчас он сидел прямо перед Филей, их разделяла только спинка переднего сиденья. Филя узнал его голос: невозможно было спутать это странное шепелявое произношение звука «с» – как будто человек свистел сквозь зубы. Или скорее всего какой-нибудь передний зуб у него отсутствовал.

Как ни страшно было Филе, но азарт слежки оказался сильнее. Сейчас даже если бы машина и остановилась, и открыл бы кто-нибудь дверь, освобождая Филю, – он не вышел бы. Ну, может, и вышел бы, но не сильно обрадовался бы своему освобождению… Потому что важнее всякой свободы был для Фили результат. Результат слежки. А он забрезжил впереди. Вот-вот Филя узнает все тайны…

Он представил, как будет рассказывать ребятам о своем умопомрачительном успехе. Даже не ожидал, что в течение какого-нибудь часа расследование будет завершено!

Но водитель и пассажир молчали. Выходит, напрасно Филя надеялся, что сейчас из их разговора узнает все. Не так все просто! Да ведь и не обязательно человек, севший в машину, связан с вчерашним происшествием.

И как только Филя подумал об этом, сразу услышал, как пассажир сказал:

– А кресло? Плетеное.

– Кресло? – переспросил водитель. – А из чего плетеное?

– Ну, как из чего… Из чего кресла плетут? – пробормотал пассажир. – Жесткое кресло, летнее.

– Нет, не надо, лишний хлам ни к чему. Но не выбрасывай. – Водитель хрипло засмеялся. – Может, и кресло понадобится. Если и этажерки мало окажется… И когда вся коллекция соберется? Осточертело таскать! Ты что, не мог сразу все вместе собрать?

– Мог, не мог, – проворчал старческий голос. – Жизнь такая, что не все как хочешь получается. Я ж тебе объяснял… Не думал я, что эта мебель кому-то понадобится. Вот, собираю теперь по частям. Стулья-стол отдал? Отдал. Этажерку тоже. До полной коллекции только кресла и не хватает.

– Да на кой черт мне твое кресло! – крикнул водитель. – Сказал: пока не надо. Мог бы и этажерку сам вынести.

– Нет уж, – крякнул старик. – Мне больше некуда податься, разве только на кладбище. Этот садик – мое последнее пристанище. Так что не мог я рисковать, сам этажерку вытаскивать.

– Ладно, не мог так не мог, – отрезал водитель. – Без тебя справились! Хорошо хоть указал точно. А теперь жди – может, и кресло понадобится. Его уж сам притащишь.

«Понадобится! – пронеслось в Филиной голове. – Значит, он проверяет каким-то способом ценность какой-то мебели? Не только этажерки… Вот и усложняется наше расследование!»

Машина остановилась. Хоть она проехала совсем немного, Филя совершенно не ориентировался. Где он сейчас находится?

– Держи! – буркнул водитель.

– Да ладно, чего там… – пробормотал в ответ пассажир.

Послышался шелест купюр.

«Интересно, – подумал Филя, – за что же водитель, то есть Дед Мороз, ему платит? Значит, этот незнакомец и есть сообщник?»

– Поможешь разгрузить? – спросил водитель.

– Нет, грузчиком я пока не нанимался, – отказался незнакомец. – Сам разгружай.

– Вот и делай доброе дело, – хмыкнул водитель. – Будто я нанимался эту мишуру по адресу отвозить. Поддался на уговоры: по пути, мол…

– Ну, вон у елки сколько лбов здоровенных, – сказал пассажир. – Студенты, наверно, подрабатывают. Вот и пусть работают. А мне перекусить пора.

– Перекусить! – передразнил водитель. – Знаю я твои перекусы. Перепивы, короче. Смотри, напьешься к вечеру, а может, и правда кресло понадобится.

– Без проблем! – заверил пассажир. – Его даже вытаскивать ниоткуда не надо. Это не этажерочка.

– Ну ладно, – буркнул водитель. – Где тебя искать?

– Как всегда. Я на месте, на машинах не раскатываю.

Пассажир засмеялся, как будто сказал что-то веселое. Водитель сплюнул и вполголоса выругался.

Хлопнули одна за другой две дверцы. Филя прислушался и приподнял голову. Пора! Если не выбраться из машины сейчас, неизвестно, выпадет ли более удобный случай. Да и нечего больше ждать: слышал же, что машину собираются разгружать.

Машина стояла на площадке посреди Страстного бульвара. Летом на этой площадке журчал небольшой фонтанчик, а сейчас на месте фонтана устанавливали елку.

«Недалеко от наших, – подумал Филя. – Трубная улица совсем рядом».

У огромной елки стоял водитель и разговаривал с группой молодых парней в оранжевых жилетах, какие обычно носят дорожные рабочие. Наверное, они и наряжали эту елку. Филя толкнул дверцу…

Она не поддавалась! Филя начал шарить руками по дверце, дергая всевозможные ручки. Безрезультатно! От ужаса Филя похолодел. Наверное, надо было перебраться на переднее сиденье и оттуда попытаться выбраться, но Филя одеревенел от страха. Он с трудом приподнял голову…