Текст книги "Тропой неведомых Миров (СИ)"

Автор книги: Владимир Контровский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 41 страниц) [доступный отрывок для чтения: 17 страниц]

   – Ты что-то говорил о театре марионеток. Не кажется ли тебе, Крылатый, что эта твоя игра с Разумными Юных Рас ещё более похожа на водевиль?

   – Может быть, может быть. Но сценарий этого спектакля гибок, он каждый раз новый, и никогда не повторяется. И никогда не нарушаются Вечные Принципы – Добро выше Зла, Любовь превыше Смерти. Носители Разума всегда тянутся к Чуду, они подспудно чувствуют всеобъемлющую роль Магии в системе Мироздания, и я помогаю им в этом – по мере сил и возможностей.

   – Ты знаешь, Крылатый, ты не настолько свободен, как хочешь мне показать. У тебя тоже своя роль, своё место, свои рамки, за которые ты не можешь выйти – да и не хочешь. Почему же ты считаешь, что меня могут тяготить правила моей игры? Каждому своё, Дракон. Абсолютная свобода – это миф, её нет и быть не может в принципе. Всегда найдутся рамки, которые ты не можешь переступить. Весь вопрос только в том, уютно тебе или нет внутри этих рамок.

   Дракон слушал речь Эндара внимательно, чуть склонив голову набок. Глаза его были полуприкрыты тяжёлыми веками, однако Капитан ощущал напряжённую работу мысли эхха. Потом Дракон шумно вздохнул.

   – Да, Алый, не зря я искал встречи с Магом. И хорошо, что этим Магом оказался именно ты. Случайностей не бывает, я знаю. В чём-то мы с тобой очень похожи – я говорю о родстве Душ, конечно. Ты прав, у каждого своя игра. И всё-таки – я свободен, мои рамки не столь жёстки, как твои. Впрочем, я ведь могу и ошибаться, не правда ли?

   – Очень даже можешь – как и любой Носитель Разума.

   – Угу. Так вот, насчёт этих самых рамок, или как их там правильнее назвать... Скажи: ваша структура – Орден Алых Воителей – она ведь жёстко регламентирована, так? Каждый из вас занимает в этой системе определённое место. Да, отбор достаточно естественный, и наиболее талантливые имеют возможность продвинуться, выделиться, забраться на самый верх этой вашей пирамиды, стать Магистрами – и становятся. Ваш постулат – Орден есть орудие Вечнотворящего Разума, созданное для чётко обозначенной цели: для защиты слабейшего и для борьбы с проявлениями Зла. Следовательно, вы проводники Его – не Зла, конечно, а Высшего Разума, – Непререкаемой Воли. Но кто выражает эту волю, кто доводит её до рядовых бойцов? Ты хоть раз получал прямые приказы от Него Самого? Нет, ты выполняешь распоряжения своих командиров. А задумывался ли ты когда-нибудь о том, что нет никакой гарантии того, что получаемые тобой указания действительно являются волеизъявлением Вечнотворящего? Не приходило ли тебе в голову, что эта самая Воля Абсолюта может быть просто-напросто искажена, и искажена ни кем иным, как твоими же собственными вышестоящими соратниками? Ведь – как ты сам только что сказал – любой Разумный может ошибаться. И что тогда? Как подобное укладывается в твою привычную схему?

   – Не понимаю, к чему ты клонишь, Дракон?

   – Да к тому, эск, что существуют рамки объективные, накладываемые вселенскими Законами, а есть рамки, установленные самими же Носителями Разума. Вспомни жрецов любой религии любой Юной Расы – они ведь все вещают от имени Бога, и никак иначе! Они присвоили себе это право и никого не спросили. Так вот: я свободнее тебя просто потому, что я живу вне искусственных рамок. А ты – нет.

   – Ты опять преувеличиваешь, Крылатый. Мы, Маги, можем отличить ложь от истины – на то мы и Маги.

   – Нет, Вселенский Воитель, на таком уровне – не можете.

   С этими словами исполинский зверь снова потянулся всем телом, взмахнул развернувшимися перепончатыми крыльями, – траву на лугу пригнуло резким порывом ветра, – присел, подпрыгнул (удивительно легко и мягко при своём весе) и взмыл вверх. Стремительная тень пробежала по земле, становясь всё меньше и меньше по мере того, как Дракон поднимался всё выше и выше. Эндар следил за его полётом, подняв голову и прикрыв ладонью глаза от яркого солнечного света. Маг мог бы следить за улетающим Крылатым и не прибегая к примитивному обычному зрению, без всяких для себя неудобств, но почему-то не стал так поступать. Попытка раздвинуть рамки или всего лишь прихоть – вроде прогулки пешком, когда можно лететь или вообще телепортироваться?

* * *

   Солнце Сказочного Мира давно миновало зенит. Эндар шёл к Дому, ещё не зная, что этот длинный день ещё не преподнёс ему всех своих сюрпризов. Мысли Мага текли плавно и спокойно; Алый Воитель ослабил свой вечный жёсткий самоконтроль – подумать ему было о чём. Вынужденное пребывание на отдыхе неожиданно обернулось всплеском самоосознания и переоценки ценностей. Накопленный опыт превысил некий уровень, и запруду прорвало. Как там говорят философы, хранящие мудрость ныне живущих и давным-давно сгинувших разумных рас – травинка ломает хребет дракону, а капля переворачивает корабль? А Хэнэр-шо выражал эту мысль более витиевато – трансформация количества в качество. Наверно, древняя магия Мира эххов послужила катализатором этой трансформации. Нет, были ещё встречи – Аэль, Епископ, Натэна, Гейртар, Иридий, Командор, Крылатый...

   Эндар и раньше встречался на Дорогах Миров с самыми разными Сущностями, однако те былые встречи не оставляли такого следа. Эск не слишком задумывался прежде над отвлечённым– ему было просто не до того. Но теперь, когда Капитан выпал из ритма, в котором жил всю жизнь, и посмотрел сам на себя со стороны, эти новые встречи заставили его взглянуть на ставшие давно привычными вещи и понятия по-новому. А в итоге – вопрос: куда и как идти дальше, если хоть на миг допустить, что прежний Путь неверен – пусть даже не полностью, а лишь в каких-то очень существенных деталях? И почему вдруг вообще возникли какие-то сомнения, и у кого – у него, у Мага, у верного солдата Алого Ордена, у сверхсущества Высшей Расы!

   ...Размышления Алого Мага прервались. Эндар почувствовал, как в сознании его словно затрепетала бабочка, раз за разом взмахивая своими хрупкими и нежными крылышками, – что-то связанное с сильным эмоциональным выбросом происходило где-то неподалёку, рядом. Капитан быстро и бесшумно скользнул между живымикустами, теснившимися по обеим сторонам тропы, раздвинул листву и ...замер.

   Прямо перед ним открылась маленькая лужайка, поросшая невысокой мягкой травой, такой густой и плотной, что образовался сплошной живой ковёр – отдельные травинки сливались в единое пушистое целое. И на этом ковре, на расстоянии вытянутой руки от лица Эндара лежала обнажённая Аэль; её великолепное тело наполовину утонуло в траве. Глаза Магини были закрыты, густые длинные тёмные волосы переплелись с тонкими стеблями. А между её раскинутых стройных ног белела обнажённая же фигура Иридия. Руки Техномага сжимали бёдра Целительницы, и оба тела двигались в любовном ритме. Гибкие руки Аэль то взлетали, касаясь мускулистой спины Технолидера, то падали в траву, и тогда тонкие пальцы эскини рвали лепестки цветов и тут же роняли их.

   Они – Аэль и Иридий – не видели и не слышали ничего вокруг, всецело поглощённые друг другом. И если для галактианина такое состояние неудивительно, то что касается эскини... Значит, для неё происходящее было настоящим, без примеси обязанности или вынужденности. Что ж, Аэль сумела выйти за те рамки, в которых жила, сумела – пусть даже ненадолго и по-своему.

   Интересно, выдержит ли сын Юной Расы подобную нагрузку без ощутимого вреда для себя? Ведь судя по свечению, алая эскиня, отдающаяся на физическом плане как самая обычная (хотя и очень чувственная) женщина, сейчас проделывает с Тонкими Телами галактианина такое, что не всякий эск вынесет. Хм, а ведь Эндар должен был заметить, что Аэль и Техномага что-то связывает, – хотя бы тогда, в гостях... Неужели Иридий смог утаить сокровенное, сумел спрятать мысли? Магине-то такое сам Вечнотворящий велел, а вот Технодитё...Способный мальчик, ничего не скажешь.

   Эндар осторожно отступил на шаг назад, не потревожив и травинки. Занавес листвы скрыл любовников, но их переплетённая взблесками тантрической магии аура, вспыхивающая разноцветными искрами любовной горячки, проникновения и слияния, ясно фиксировалась магическим зрением эска. И буйство красок этой двуединой ауры лишний раз подтверждало – да, происходившее таинство было для уединившейся пары искренним.

   Алый Маг-Воитель не испытал ни зависти, ни ревности, ни обиды. Он вдруг поймал себя на том, что все эти обычные, человеческие, чувства давно уже потускнели в глубине его души. А что же там оставалось, в конце-то концов? Неужели только лишь вечная жажда боя, перед которой меркло всё прочее?

   А почему, собственно говоря, ему должны быть присущи человеческие эмоции? Эски – не люди, телесная схожесть ни о чём не говорит, и движет ими совсем иное. Всё то, что тревожит людей, что представляет для них ценность, для Мага с его почти неограниченными возможностями воздействия на окружающее и получения всего требуемого – ничто. Эски самодостаточны, и если для людей жизнь в племени, народе, государстве есть непременное условие физического выживания и развития, то Маг встречается с другими Разумными лишь потому, что нуждается в общении с себе подобными. Эски – это существа другого порядка, и они бесстрастны... Бесстрастны? В самом деле? Но отчего же тогда...

   А ветви деревьев Сказочного Леса касались его, Лес шептал ему что-то неразборчивое, но что-то утешительное и доброе. Алый Маг шагал через Лес, шагал к Дому. Пришло время уходить, время возвращаться на Дороги Миров.

   Войдя в Дом, Эндар сбросил одежду и вызвал бодрящий душ. Стоя под тугими струями, ласкавшими и мявшими его тело, эск ощущал, как внутри него рождается, растёт и крепнет Решение. Он ещё не знал, как воплотить его в реальность, но чувство грядущего Освобожденияпереполняло и согревало.

   Потом он долго сидел в кресле перед распахнутым окном, закрыв глаза и вдыхая аромат Сказочного Леса, стараясь запомнить и сохранить этот аромат. Мягкий ветерок, напоённый колдовством, пушистыми невесомыми лапками касался его обнажённого тела. Освободившись из плена телесной оболочки, дух Мага взмыл в небо, уходя всё выше и выше. Сверкнули звёзды, и перед ним распахнулась вся Познаваемая Вселенная. Где-то рождались и умирали Миры и планеты, где-то креп и развивался Разум, где-то лилась кровь, и в захлёбывающихся криках боли и ярости бушевали войны. Вечная круговерть Жизни и Смерти... Где же здесь твоёместо, Маг-Воитель по имени Эндар?

   Транс прервался, когда алый эск почувствовал, что он в Доме не один. Маг открыл глаза и увидел Аэль. На миг Эндару показалось, что в пышных волосах эскини застряла зелёная полоска травы. Но нет, Инь вообще тщательно следит за своей внешностью, а уж Инь-Маг – тем более...

   – Я пришла проститься, Эн, – Аэль нарушила затянувшееся молчание, становившееся уже тягостным для обоих. – Да будет лёгок твой Путь по Дорогам Миров, Капитан.

   – Лёгкого Пути не будет, Аэ. Ты сделала всё, что могла, и даже больше того. А теперь осталось лишь только сказать: "Прощай..."

   – Мне бы не хотелось, чтобы что-то осталось недосказанным. И поэтому я...

   – Не надо, Аэль. Я знаю всё – или почти всё. Мы все живём в рамках, и выйти за их пределы может далеко не каждый из нас. Спасибо тебе – за то, что ты восстановила меня и за твою... любовную магию.

   – Он погибнет... – тихо произнесла Аэль, глядя в пол. – Он не согласится вернуться без всего того Знания, какое приобрёл здесь. Но его никогда...

   – Ну и что? Стоит ли жалеть человека, даже если он оказался неплохим любовником? Мы Маги-эски, а Маги...

   Аэль вскинула горящие глаза, и Эндару подумал, что сейчас она влепит ему прямо в лицо какое-нибудь жгучее заклятье.

   – О да, мы Маги – могучие Маги! Но только плох тот Маг, который не помнит, что когда-то эски были людьми! Мы не только владеем Силой и можем мыслью переворачивать Миры – мы ещё знаем, что такое привязанность, дружба, любовь и другие высокие понятия. Да, мы Маги, но мы не машины, и мы бесстрастны только лишь по внешним, человеческим же меркам!

   – Я понял, Целительница Аэль. Мы всё сказали друг другу.

   Несколько мгновений оба молчали, потом Аэль заговорила снова:

   – Ты завтра уходишь. Хочешь, я останусь здесь до утра?

   – Тебе придётся ночевать в пустом Доме. Я хочу уйти сегодня, сейчас.

   Аэль внимательно посмотрела ему в глаза, потом повернулась и пошла к выходу. Остановилась, снова взглянула на Капитана и тихо произнесла:

   – Не делай глупостей, Капитан Эндар. Мне почему-то совсем не хочется...

   Она замолчала, резко повернулась спиной к Воителю и исчезла. Не вышла через дверной проём, а именно исчезла, использовав заклинание телепортации. Куда она отправилась? На Станцию, где формируют караваны для пересечения необозримых бездн пространства, времени и измерений и откуда Дороги ведут в Алые Миры? Оттуда можно быстро вернуться домой и вкусить честно заработанный отдых – в кругу семьи, в объятьях заждавшегося мужа. Эску по имени Эндар не было до всего этого никакого дела – его ждали Дороги Миров, и ждал его собственный Путь. Вот только какой? Прежний, или же...?

   Эндар шагнул за порог. Пройдя несколько шагов, он обернулся на запах сотворяемого заклятья.

   Дом истаивал. Заложенное в его стены заклинание проснулось – активировалось, как говорят техногенщики. Дом был создан только для него, Эндара, и теперь, когда хозяин уходил, существование Дома теряло всякий смысл. Если появится другой временный хозяин, то и Дом для него будет создан другой. И сделает это та же Аэль, или ещё кто-нибудь... "Не хочу думать об этом и не хочу знать. Во многом знании слишком много печали...".

   Дом таял. Материя трансформировалась, меняла структуру, вновь становясь землёй и травой Сказочного Леса, минуя тоскливые стадии химического распада. И вот уже только зыбкий контур Дома ещё просматривался в темнеющем воздухе; вот и он растаял без следа.

   На опустевшую поляну опускался чёрный занавес ночи. Эндар повернулся и зашагал через Лес. Можно и полететь, но ведь у него в запасе ещё целая ночь. Вдруг по пути снова встретится что-нибудь интересное?

* * *

   Когорта, рассыпавшись на синтагмы и на четвёрки, вела стандартное патрулирование Обитаемых Миров галактиан. Прошло совсем немного времени с того момента, когда Капитан вернулся к привычному ритму жизни, а ему уже казалось, что он и не уходил, и что Мир Сказочных и всё с этим Миром связанное ему просто привиделось в необычайно ярком и приближенном к реальности сне.

   Эск ждал. Вот-вот должен был прибыть новый командир когорты, а Эндара вновь ждала Цитадель, а там – Путь в Неведомое, к Горловине, к бастионам Серых Тварей в рядах атакующих легионов Ордена, вершащих Великое Очищение Вселенной от мерзкой плесени.

   Мысли Эндара текли размеренно. Чуткие струны Следящих Заклятий фиксировали малейшие всплески магической активности, сопровождавших любые мало-мальски значащие события в бурлящих Мирах Юных. Капитан был центром паутины, сотканной из ста шестидесяти девяти разумов-сущностей, центром сбора информации. Сам же он, в свою очередь, сообщал обо всём дальше – Командору Аргентару. Огромная и сложная машина функционировала бесперебойно – так было, так есть, так будет. Ничего особо из ряда вон выходящего не отмечалось, но Капитан поддерживал состояние сосредоточенности, которое за столетия въелось в его плоть и кровь.

   И тут... Сколько раз за долгую и опасную жизнь Мага в данном воплощении всё и вся переворачивалось в единый краткий миг!

   Первое ощущение было таким, словно вся Вселенная качнулась, заколебалась, а потом забилась в судороге всепоглощающего ужаса. Опора уходила из-под ног, хотя в привычном смысле слова её, опоры, и не было – Капитан свободно парил в межзвёздной пустоте в структурном коконе, образованном Магами одной из его синтагм. Но именно эта призрачная опора – ткань Мироздания – и поплыла под ногами эска по имени Эндар.

   Звёзды сместились. Смежные Миры скручивались, как скручивается мокрая тряпка, когда из неё выжимают воду. Только теперь невидимый исполин выжимал из Сущего всё, что составляло это самое Сущее. А потом повеяло холодом – не тем, который определяется законами термодинамики, ощущается органами чувств и измеряется приборами, – а Холодом Истинным, предвестником Конечного Распада.

   Сигнал тревоги – высшей её степени – уже летел по всем системам магической связи между Мирами, сквозь пространство, время и измерения. Мыслеприказ Капитана его когорта начала выполнять в тот самый миг, когда Эндар отдал его. Синтагмы сворачивались в плотные клубки, и вся когорта сжималась в единый кулак, готовый встретить неведомую опасность. Впрочем, уже ведомую...

   В Мироздание хлынула Абсолютная Чернота. Материализовавшийся Хаос (хотя в нем ни было ни грана материи) расползался чудовищным пятном, пожирая в мгновение ока Миры, обитатели которых, проваливаясь в Ничто, даже не успевали осознать, что же с ними происходит. Картина развернувшейся катастрофы подавляла своей невероятной мощью, пределы которой превосходили всё, что мог себе представить даже совершенный Разум. Казалось невозможным, чтобы этой напасти что-то вообще можно противопоставить.

   Однако способ всё-таки существовал. Единственный, найденный в результате многих тысячелетий борьбы и бесчисленных жертв. Противостоять Лавине в лоб бессмысленно, её всеподавляющая мощь сметает любые защитные барьеры, как взбесившийся носорог паутину. Магические тенёта способны лишь несколько замедлить расползание Распада – здесь всё зависит только от количества энергии, влитой в оборону. Остановить чудовищное Проявление Хаоса можно было лишь отсечением Лавины от его тела.

   Но и разрыв этих связей требует невероятного напряжения сил и магического умения. Лавины по праву считались самым страшным врагом, с которым когда-либо приходилось сталкиваться Алым Магам. И труднее всего приходилось тем, кто волею судьбы оказывался на острие удара, – Лавину необходимо было сдерживать, насколько это возможно, ибо она подпитывалась энергией не только от материнского лона Хаоса, но и от того количества материи, которое успевала пожрать и обратить в самоё себя. И сейчас на этом направлении главного удара оказалась когорта Эндара.

   Алый Маг-Воитель сталкивался с Лавинами и раньше – уже дважды. Но этот третий раз мог стать для него последним – Лавина рушилась прямо на него, давя, сминая, обращая в Ничто всё, что встречала на своём пути. Спешно возводившиеся перед ней Магами заклятья-барьеры лопались под натиском первобытной мощи чудища, как мыльные пузыри. Лопались, но на какие-то краткие доли мгновения тормозили победное шествие Хаоса. Разум Эндара впитывал всё происходящее; эск знал, что он не одинок, что все, кто мог и успевал, уже спешат на помощь.

   Когорты фаланги Аргентара охватывали тело Лавины со всех сторон, рассекая магией питающие её артерии. Чёрная кровь – энергия Хаоса – хлестала во всех направлениях, отравляя плоть Мироздания. С этой заразой, порождающей чудовищных сущностей, ещё предстоит бороться, но это – потом. Сейчас главное – остановить Лавину. Фратрии Звёздных Владычиц – в том числе и домена Тенэйи – уже бились плечом к плечу с Алыми, сдерживая давящий напор. Одна из дружин Янтарных Викингов, восемьдесят Магов с Таном Торольфом, прошлась над Лавиной, разрезая связи – захлёбываясь в чёрной крови и теряя своих. И всё-таки тяжелее всего пришлось именно Эндару.

   Лавина продолжала наступать – чёрное пятно ширилось и ширилось. Мало того, она начала резко выбрасывать во все стороны длинные убийственные щупальца, пронзавшие и Миры, и гиперпространство. Одно из таких щупальцев Эндару с двумя синтагмами удалось перебить – чёрный зловещий обрубок затрепыхался, извиваясь, и медленно истаял под боевыми заклятьями Алых – его выжгли Абсолютным Оружием, Ничто вернулось в ничто. Но другое щупальце хлестнуло – под непредсказуемым углом – по третьей синтагме.

   Капитан видел, как это случилось. Чёрный удав врезался тараном в боевой порядок синтагмы, и этот порядок мгновенно рухнул – слишком велика была мощь Хаоса. Искры Разума Магов синтагмы накрыло пологом Абсолютной Тьмы. Гибель Воителей была молниеносной, не спасли никакие защитные слои. Лишь одного из алых эсков отбросило куда-то невероятно далеко от сферы боя. Он, скорее всего, сумел превратить разящий удар в скользящий и потому уцелел. Эндар ещё не знал, что опыт этого умелого бойца совсем скоро сослужит неоценимую службу самому Капитану...

   А Лавина наступала, язва на теле Мироздания углублялась и кровоточила. Казалось, что никакие, самые отчаянные усилия не остановят эту смерть в её конечном, необратимом проявлении. Когорта Эндара уже понесла (и продолжала нести) тяжелейшие потери. Почти половина его воинов выбыла из строя, причём большинство из них бесследно растворились в чёрных объятьях. Те же, кто выпал из боя в результате тяжких магических ран (Лавина несла в себе и страшную магию разрушения), могли считать, что им ещё повезло – гибель прошла мимо. Их подберут, пока искорка Разума горит, сообщая о том, что его Носитель продолжает жить. Магия безошибочно засечёт этот сигнал, и раненого отыщут, куда бы ни забросил его удар Лавины.

   В область Прорыва Хаоса стянулось уже несколько тысяч Магов всех цветов, и новые подкрепления продолжали прибывать. Перед лицом вселенской беды были забыты прежние распри и даже прямая вражда – ведь гибель угрожала всем одинаково, ни для кого не делая исключения. Алые Воители, Янтарные Бродяги, Голубые Хранители, Зелёные Дарители (не слишком умелые воины, они, тем не менее, делали всё, что было в их силах, бестрепетно погибая в страшном противостоянии), даже Серебряные Познающие и Чёрные Разрушители бились сообща. Только Технодети не умели ещё противостоять такому и лишь пытались хоть как-то изучить обрушившуюся неведомую напасть своими более чем бесполезными в данной ситуации приборами – для техники Лавина абсолютно непознаваема.

   Дьявольский разбег замедлился, чудовище хаотично дёргалось в разные стороны. Маги уклонялись от бросков чёрных протуберанцев и кромсали отсечённые червеобразные обрубки магическими клинками. Тело Лавины корчилось, питающие пуповины лопались одна за другой; их прижигали, не давая прорасти снова. Цена победы была высокой, гибли десятки и сотни Магов, десятки и сотни их получали ранения и ожоги – брызги чёрной крови жгли страшнее огня и яда. И речь шла не о травмах белковых тел-оболочек – страдали тонкие составляющие Высших Носителей Разума, которых называли коротким словом "эски". А сколько погибло в уничтоженных Мирах, сказать было невозможно даже приблизительно. И всё-таки чаша весов мало-помалу склонялась в пользу Разумных.

   При всей своей невероятной слепой разрушительной силе Лавина не была разумной, её действия не направлялись злой волей. Так огромная волна рушится на берег, дробя скалы и сметая жилища, – но она не выбирает место, где могла бы нанести максимальный ущерб. Изощрённость Совершенного Разума столкнулась с дикой, грубой энергией разрушения – и Разум одолевал. Стремительный бег Лавины всё более замедлялся, броски её уродливого тела становились всё более судорожными. Чудовище ещё собирало свою страшную дань, Разумные ещё гибли, но исход невиданной битвы становился всё яснее – победа.

   Эндар потерял счёт времени. Воители его поредевшей когорты бились в полукольце (полусфере?). В бесформенной туше образовалась глубокая впадина-брешь, на границе которой натиск Лавины был остановлен. А той самой костью в горле, которой поперхнулось кошмарное чудище, стала когорта Эндара. Капитан понял, что перелом уже произошёл, что Лавина умирает, лишённая притока свежих сил Хаоса. Теперь Магам остаётся лишь расчленить это псевдосозданиеи уничтожить его куски по частям. И когорта Эндара билась до конца, внося свой вклад в приближающуюся победу.

   ...Это можно было назвать предсмертным броском издыхающего зверя – если Лавину уподобить непредставимой мощи хищнику. Чёрная стена перед воинами Эндара вздыбилась и метнулась вперёд, одним броском пожрав разделявшее её и Магов расстояние. Эндар успел сконцентрировать, сжать в громадное копьё общие силы нескольких десятков уцелевших своих бойцов. Стена дрогнула, получив ошеломляющий удар, заколебалась... и бросилась снова. Отбить этот второй удар сил уже не оставалось. Единственное, что Капитан смог сделать, – сработал не разум, сработали боевые инстинкты, – сжаться и встретить падающую на него чёрную махину вскользь, под углом, использовав для этого все остатки сил – до последней капли.

   Чудовищная тяжесть обрушилась на Мага, на всю совокупность его тел, завертела и понесла. Он успел заметить быструю гибель своих, судорожные подёргивания плоти Лавины под яростными взблесками Алых Лезвий, расшвыриваемых в разные стороны эсков из тех, кто находился чуть в стороне от оси последней атаки монстра. И пылающие разрезы, распахавшие чёрное туловище, – Лавину отсекли от Внешнего Хаоса, и Маги, окружившие зверя, перешли в наступление. Но самому Эндару не хватило какой-то доли мига – совсем как в бою с Чёрной Магиней. Последнее, что эск ощутил перед тем, как его поволокло, – это осознание того, что он всё-таки избежал прямого сокрушающего удара, а значит...

* * *

   – Потери в когортах, совершавших охват, – от десяти до пятнадцати процентов. Среди тех трёх когорт, которые поддерживали третью, – от двадцати до двадцати пяти процентов состава. Когорта Капитана Эндара, третья когорта, выбита почти полностью. Более половины общих потерь – безвозвратные. Всего погибло свыше трёх сотен Воителей, а вместе с ранеными число возрастает до пятисот. Примерно столько же пало Магов других Рас. Нашу третью когорту придётся формировать заново.

   – Капитан Эндар?

   – Искра его разума не фиксируется. Последний бросок Лавины накрыл остатки его когорты. Немногих уцелевших подбирают – их расшвыряло. Капитана Эндара среди них нет. Вероятнее всего, он...

   Командор Аргентар промолчал. Собственно говоря, особой нужды в этом мыследокладе не было – начальник фаланги и так всё уже знал. Ритуал, дань традиции... Аргентар взглянул на окружающий пейзаж – чёрные дымящиеся скалы, глубокие разломы исполосовали лик этого Мира. Сюда угодили брызги чёрной крови Лавины, и теперь неизвестно сколько времени потребуется для того, чтобы здесь снова смогла бы прорасти Жизнь.

   Перед магическим взором Командора разворачивался финальный этап битвы. Чёрная туша Лавины, утратившая свирепость и напор после того, как монстр был отсечён от чрева Хаоса, ещё вздрагивала. Омерзительная клякса ещё уродовала лик Мироздания, и всё ещё представляла собой определённую опасность, но самое страшное миновало.

   Собственно говоря, это уже не битва, а добивание, точнее, погребение стремительно разлагающегося гигантского трупа. Боевые группы Магов сновали вокруг, и слепящие лезвия клинков энергии-Силы кромсали судорожно подёргивающуюся черноту. От неё отваливались огромные пласты-куски, и вспыхивало привычное белое пламя – Алые Маги-Воители жгли клочья исполинской туши Абсолютным Оружием. Ткань Вселенной мало-помалу очищалась от останков Лавины. Мёртвое тело уберут довольно быстро, а вот с последствиями Заражения придётся повозиться...

   "...Капитан Эндар, – подумал начальник одиннадцатой фаланги. – Да, Вселенная многим ему обязана. Число жертв было бы гораздо большим, если бы не отвага его и воинов его когорты. Что ж, если он пал, то вполне достойной Алого Воителя смертью". Командор вдруг удивился сам себе – что значит "если он пал"? Из объятий Лавины не возвращаются! Да и сигнала его разума нет. Правда, здесь бились и Голубые Хранительницы Тенэйи. Но не могли же они похитить Капитана! Такое вряд ли осуществимо, да и само предположение дико по сути. Аргентар ощутил нечто похожее на стыд. Оскорблять какими-то застарелыми подозрениями память доблестно павшего Алого Мага-Воителя, встретившего Конечную Смерть, по меньшей мере недостойно.

  ГЛАВА ПЯТАЯ. ВРЕМЯ ОБНАЖАТЬ КЛЫКИ

   Стоя на башне храма, Эндар смотрел на звёзды. Небо над Хамахерой – как, впрочем, и в остальных местах этого Мира, не ведавшего загрязнённой атмосферы, – прозрачно и не мешает взору проникать далеко за его пределы. Рисунок созвездий совершенно незнаком – это совсем не удивительно, обитаемых Миров в Познаваемой Вселенной бесконечное множество. Маг пытался определить хотя бы примерно, куда его закинуло, в какую Реальность, и насколько далек этот Мир от Миров Алых, от Мира Сказочных и от Галактики Технолидеров. Магию Поиска Эндар применять не хотел – после того, как он принял решение, требовалось принять все меры предосторожности (если он не желал, чтобы его проворно разыскали).

   Сознание Мага было ясным, как небо над головой. Древний артефакт Храма обладал поистине чудовищной мощью, заключённой в спрессованном времени. Алый Воитель (бывший?) помнил всё о своём прошлом и знал и умел всё, что он знал и умел когда-то. Браслет Капитана и оба амулета – Натэны и Епископа – остались при нём. И это притом, что Эндар теперь был полностью свободен – свободен от всего, что раньше заполняло его жизнь. И он решил остаться в таком состоянии – на столь долгий срок, насколько это окажется возможным.

   Вероятнее всего, Эндар оказался первым, кто выжил под ударом Лавины. Выплеск обрушившейся на него волны Хаоса забросил Воителя в какую-то доселе неведомую точку Мироздания, и при этом Магу невероятно повезло (повезло?): Мир этот был очень даже обитаемым, и здесь существовала достаточно сильная магия. И самое главное – контуженное почти прямым контактом с Хаосом сознание алого эска впало в своеобразный летаргический сон, полностью прервав всю свою внешнюю активность. Именно поэтому его и не нашли, когда после ликвидации прорыва Алые подбирали своих. А теперь уже прошло достаточно много времени, и поиск наверняка прекратили – ведь Эндар доблестно пал под натиском Лавины. Конечно, верный солдат Ордена просто обязан был не медля пуститься в путь, сколь бы долгим этот путь не оказался, – Капитан умеет в одиночку пересекать Границу Миров, – или хотя бы позвать своих, дать сигнал о том, что Маг по имени Эндар не прервал своё воплощение.

   Но возвращаться он не хотел. Все те долгие размышления, для которых у него хватило времени в Мире Сказочных, все случившиеся там, чему он был свидетелем, – всё это, вместе взятое, дало свои пышно распустившиеся цветы и свои плоды. Эндар вырвался за рамки, и залезать в них снова отнюдь не собирался. Он один, и он останется один. А Мир – этот Мир принадлежит ему, остаётся лишь протянуть руку и взять, причём задача эта не представлялась слишком сложной – если, конечно, говорить только об одной этой планете. Однако это будет только начало.