Текст книги "Я - не бандит"

Автор книги: Владимир Колычев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

Глава двенадцатая

Жук сиял как медный котелок.

– Что ни говори, а Чубайс был прав. По две «Волги» за один ваучер...

Все правильно, за одну приватизационную бумажку он платил трудягам ровно столько, сколько в «Детском мире» стоили две дешевые игрушечные машинки.

Жук развернул бурную деятельность. Скупал ваучеры, паковал их в чемоданы. Родион занимался нефтью. Держал на прицеле соответствующие предприятия. Как скоро их будут приватизировать, он точно не знал. Зато готовил под них ваучеры, наличность, обрабатывал дирекцию. Ну и, конечно же, продолжал заключать сделки и переправлял товар на Запад. Импортом торговал вовсю. Жека насел на местных чиновников, ведающих вопросами приватизации. За живые деньги скупал помещения под магазины, рестораны, под все такое прочее... Словом, их общее дело крутилось на больших оборотах. И с каждым днем набирало мощность.

– Да с работягами проблем нет, – кивнул Жека. – С ними просто – ты им бабки, они тебе ваучер... С Боксером посложней.

– Что такое? – напрягся Родион.

– Тут кинотеатр на Ленинском. Боксер на него глаз положил. Я с Тульцевым насчет него договорился. На лапу ему дал, все такое. Ну все, думаю, здание наше...

– А что, разве оно не наше?

Кинотеатр на Ленинском проспекте – это не абы что. Новое, современное здание с большим и малым залом, с просторным вестибюлем. Его еще в прошлом году собирались в эксплуатацию запустить. Еще бы чуть-чуть, и закончили. Но не хватило финансирования, чтобы устранить недостатки. Кинотеатр остался мертвым грузом на городском балансе. Было принято решение выставить его на торги. Но Жека тут как тут. Поговорил с кем надо, отстегнул, сколько просили. И все, никаких конкурентов. Кинотеатр вот-вот должен был отойти к ним. На законных основаниях. А виды на него у Родиона большие. Центр города, отличное место. Цены этому кинотеатру не будет, если переоборудовать его под ночной клуб с казино. А тут, оказывается, какие-то проблемы.

– Да Боксер не в тему выеживается. Волну поднять хочет. Мол, на каких это основаниях кинотеатр нам отходит. Грозится прокуратуру подключить...

Родион помрачнел.

– Оборзел Боксер. По тупости своей на грубость нарывается? Или специально?

До сих пор их интересы в сфере приватизации не пересекались. Боксер делал бизнес в своем районе, Родион в своем. Кинотеатр – это его территория. Значит, Боксер вонять не должен. Но, видно, мало ему своего. На чужое полез.

– «Стрелу» надо забить, – сказал Жук.

– Да, поговорить с ним нужно, – кивнул Родион.

Можно было с Горобцом состыковаться, чтобы он развел их с Боксером по понятиям. Но вор сидел в тюрьме. Или натурально под ментовскую раздачу попал, или нарочно на нее нарвался, чтобы на «кичу» попасть. Горобец за городом с «крытки» смотрел. Только ни у Родиона, ни у Боксера не было никакого желания ехать в СИЗО на воровской суд. Хотя возможность была.

– Сами разберемся. «Стрелу» Боксеру забьем, все как положено, – решил Родион.

Они не находятся в состоянии войны. Поэтому лучше встретиться с Боксером где-нибудь в ресторане. Поговорить с ним в тихой, мирной обстановке. Война никому не нужна. Вопрос с кинотеатром можно решить дипломатически...

А если Боксер хочет войны? Что, если кинотеатр всего лишь повод для кровопролития?

Что ж, Родион не кисейная барышня. Он не жаждет вражеской крови, но всегда готов ответить ударом на удар. Для этого у него есть все... Но лучше, конечно, обойтись без войны...

* * *

– Михаил Игнатьевич занят, – сквозь зубы процедила секретарша.

Лощеный, представительного вида мужчина покорно согласился подождать и занял свободное место в приемной. В это время туда же вошел Родион.

Секретаршу как подменили. Лицо озарилось радушной улыбкой. Она обласкала его заискивающим взглядом. Залебезила перед ним.

– Родион Сергеевич, я так не хочу вас огорчать, но Михаил Игнатьевич сейчас в самом деле очень занят. Комиссия из Москвы прилетела, решается важный вопрос...

Тем не менее она связалась со своим шефом по селекторной связи. Сообщила, что к нему на прием пришел Родион.

– Михаил Игнатьевич сказал, что обязательно уделит вам пять минут, – чуть не расстилалась перед ним секретарша. – Родион Сергеевич, вы не могли бы подождать две-три минуты?..

– Вообще-то у меня нет времени. Но из уважения к Михаилу Игнатьевичу подожду...

Директор нефтеперерабатывающего завода величина большая. Еще год назад Родиона к нему и на пушечный выстрел бы не подпустили. Но сейчас все по-другому. Не столько времена изменились, сколько изменился он сам. Нельзя сказать, что Михаил Игнатьевич боится его. Но побаивается. И очень дорожит хорошими с ним отношениями. Всегда готов ему помочь с выгодной сделкой.

– А как долго ждать мне? – спросил чей-то до боли знакомый голос.

Родион обернулся и увидел Элону. Все такая же красивая и сексуальная, как в тот раз, когда она приходила к нему. Только почему-то не перехватило у него дыхание и кровь в жилах не забурлила.

– Элона Викентьевна! Как я рада вас видеть! – заелозила перед ней бедная женщина. – Я сейчас же сообщу о вас Михаилу Игнатьевичу!..

Она снова взялась за трубку. Ей явно не по себе. Будто меж двух огней оказалась.

Элона холодно посмотрела на Родиона.

– Здравствуйте, Родион Сергеевич! – со жгучей издевкой сказала она.

– Здравствуй...те, Элона... Викентьевна, – он ответил ей тем же.

Потянулась долгая пауза. Никто из них двоих не спешил ее заполнить.

– Элона Викентьевна, Михаил Игнатьевич с удовольствием примет вас, – затараторила секретарша.

– Но мне придется немного подождать, так? – оборвала ее Элона.

– Немного, совсем немного...

– Видно, Михаил Игнатьевич очень занят...

– Очень-очень...

– Я бы не хотела отрывать его от важного дела. И Родион Сергеевич, думаю, тоже... Вы бы не могли организовать нам комнату отдыха? Мы бы с Родионом Сергеевичем подождали, когда Михаил Игнатьевич освободится...

– Да-да, конечно! – засуетилась секретарша. – Если желаете, я могу вас провести в комнату эмоциональной разгрузки. Это в двух шагах...

– Желаем, – надменно кивнул Элона. И уточнила: – Мы с Родионом Сергеевичем желаем...

– А мне можно с вами? – опрометчиво спросил лощеный бизнесмен.

Надо было видеть, как Элона глянула на него. Будто копьем насквозь пронзила. Бедняга стушевался, сжался в комок.

Зато сколько тепла было у нее в глазах, когда она посмотрела на Родиона.

– Пойдемте? – подкупающе ласково спросила она.

Надо было быть полным идиотом, чтобы остаться в приемной без нее.

В комнате эмоциональной разгрузки Родиону понравилось. Скромная роскошь и уют. Море зелени и огромный аквариум во всю стену. Вид плавающих рыбок успокаивал нервы. Между креслами, в которых устроились Родион и Элона, протекал искусственный ручеек. Приятно было слушать, как он журчит.

– Скажи честно, ты нарочно все это подстроил? – не глядя на него, спросила она.

– Что подстроил? – не понял он.

– Ты знал, что Михаил Игнатьевич занят. Знал, что я должна к нему приехать. Ты нарочно выбрал это время, чтобы встретиться со мной... Хорошо ты все продумал. Наши телохранители в холле, даже не знают, что мы сейчас вместе...

– Наши телохранители?.. Значит, тебя тоже охраняют.

– А что тут такого? Ты же прекрасно знаешь, кто я.

– Знаю. Ты жена Боксера...

– Можно подумать, ты не знаешь, что прежде всего я его доверенное лицо. Я деловой представитель Вениамина. Ты же знаешь, что у меня юридическое образование...

– Ты думаешь, я должен был это знать? – пожал плечами Родион. – Почему я тогда этого не знаю?.. И встречу эту я не подстраивал. То, что мы сейчас здесь с тобой, чистая случайность...

– Знаешь, ты кто? – Голос Элоны наполнился горечью. – Ты сволочь! Бессовестная сволочь!

Родион недоуменно посмотрел на нее. Хотел сказать что-то в ответ. Но она не позволила. Элону как прорвало.

– Ты хотя бы соврал для приличия! Что, трудно было сказать, что эту встречу ты подстроил? Не трудно! А ты не сказал... Сволочь ты, сволочь!.. Да, я виновата перед тобой! Да, я не дождалась тебя! Да, я вышла замуж за другого! Да, я совершила большую ошибку!.. Но я каюсь, каюсь в этом. И жду, когда ты меня простишь... Как последняя тварь приползла к тебе. Наплевала на все приличия. Отдалась тебе как последняя шлюха. А ты... Ты так ничего и не понял... Ты думаешь, почему тогда я так быстро от тебя ушла? Почему не сказала тебе ничего на прощание?.. Потому что я ждала, что ты сам найдешь меня. Думала, ты сам будешь искать со мной встречи. Сам будешь домогаться меня... А ты... Ты бездушная сволочь. Ты поставил на мне крест. Попользовался и бросил... Какая же ты сволочь!

Элона замолчала, закрыла лицо руками, всхлипнула. Плачет. Родион видел, как подрагивают ее плечи...

Да, пожалуй, она права. Он бездушная сволочь. В самом деле, почему он не стал искать с ней встречи? Поставил на ней крест? Вроде нет... Три месяца прошло с той встречи, когда Элона отдалась ему. С тех пор он больше ее не видел. Не переживал, не страдал... Может быть, потому, что у него есть Кира? Да, наверное, это так. У него есть женщина, которая принадлежит только ему. И он не хотел бы изменять ей с Элоной...

Не хотел бы... А если она позовет? Сможет ли Родион устоять перед соблазном?.. Трудный вопрос...

Элона перестала плакать, платком вытерла глаза. Из сумочки достала косметичку, начала подкрашивать ресницы.

– Ты не думай, я сильная, – голос ее дрожал. – Ты мне нужен. Но я смогу обойтись без тебя. А вот сможешь ли ты?.. Вспомни, как нам было хорошо...

Родион вспомнил. И ощутил мощный прилив крови в паховую область. Это невероятной силы ощущение, когда Элона под тобой, а ты входишь в ее тесную горячую плоть. Как можно забыть эти головокружительные мгновения, когда она целиком принадлежит тебе...

– Ты неблагодарная сволочь, – это скорее был комплимент, чем оскорбление. – Но я тебя прощаю. И даю тебе последний шанс. Сегодня в пятнадцать ноль-ноль я буду ждать тебя на тайной квартире, которую я сняла для наших встреч... Запомни адрес!

Адрес Родион запомнил. Намертво вбил его в память. Потому что в этот момент он до жути хотел эту женщину. Да и как можно устоять перед соблазном, если Элона сама домогается его? И еще один момент. Боксер. Наставить ему рога – все равно что получить колоссальный заряд бодрости на многие дни вперед. И это еще не все. Он будет иметь Элону и тем самым побеждать, побеждать Боксера... Ах, как ему хочется побеждать!

* * *

Родион не думал, что Элона способна на такое. А вдруг это ловушка? Что, если на тайной квартире его ждет киллер?.. Он мог бы отказаться от этой встречи... А если Элона ждет его без всякого подлого умысла?..

Он не хотел показаться трусом. Но кое-какие меры предосторожности предпринял. Леньчик тщательно обследовал подъезд. Ничего подозрительного.

Элона не обманула. В уютной однокомнатной квартирке она была одна. И ждала его во всеоружии собственного великолепия.

– Мне почему-то кажется, что ты не доверяешь мне, – с едва уловимым упреком сказала она.

– Доверяй, но проверяй, – развел он руками. – А потом, ты, наверное, знаешь, что твой муж бросил мне вызов.

– Если ты насчет кинотеатра на Ленинском, то я бы могла помочь уладить эту проблему...

Родиону стало немного не по себе. Он представил, как эта ослепительная красавица будет уговаривать своего мужа. Она сядет перед ним в кресло, полы короткого халатика поднимутся высоко вверх, обнажатся ее изумительные ножки, оголится аппетитная попка. Потом она поднимется, скинет халатик, подойдет к мужу и будет тешить его, ласкать... Родион разозлился. Но вместе с тем его охватило жгучее возбуждение. Он уже не в силах был сдерживать себя.

С утробным рычанием он набросился на Элону, подхватил на руки, грубо, но не больно опустил на диван.

– Родион! – задыхаясь от восторга, засмеялась она.

Он закрыл ей рот затяжным поцелуем. У него не хватило терпения, чтобы раздеться. Да и необязательно это. Достаточно снять брюки. Элона помогла ему. Полы ее сексуального халатика распахнулись сами по себе. Под ними ничего. Только нежная податливая плоть...

Сказать, что они занимались сексом – значит не сказать ничего. Это была самая настоящая оргия. Ни он, ни она не могли насытиться. Он брал ее на диване, валялся с ней на полу, клал на стол, ставил в кресло. Она ушла от него. Но он достал ее в ванной, они вместе встали под душ. Их тела сотрясались под шум воды и взрывные страстные стоны...

Остановиться они смогли, когда за окнами уже было темно. Не в силах пошевелиться, они лежали на диване.

– Ты не человек, ты зверь, – сказала она.

Откуда-то у нее появились силы. Она перевернулась, легла на живот. Красивые эластичные грудки удобно разместились на его груди.

– Зверь, – кивнул он. – Не очень ласковый. Не очень нежный. Но твой...

– Уже поздно. Мне пора.

– Что ты скажешь Вениамину?

– Что-нибудь придумаю.

– Когда мы снова встретимся?

– Ты этого хочешь?

– Спрашиваешь.

– Давай послезавтра.

– А почему не завтра?

– Потому что завтра у тебя встреча с Вениамином.

– Одно другому не мешает.

– Как знать, как знать... Я для Вениамина не только жена, но и друг. Я его доверенное лицо. Так что после разговора с тобой он будет говорить со мной.

– А до разговора?

– Мы уже говорили.

– И как настроен Вениамин?

– Решительно... Ты, Родион, молодец. Широко развернул дело, Вениамина опережаешь. Если тебя не остановить, все под себя возьмешь...

– Значит, вы хотите меня остановить.

– Не мы, а Вениамин... Я-то как раз тебя останавливать не хочу. И ему мешаю. Ты должен быть сильней Вениамина... Хотя бы для того, чтобы он не убил меня, если вдруг узнает о нашей близости.

– Ты думаешь ослабить мужа, чтобы встречаться со мной. А не лучше ли тебе бросить меня? И дожимать на пару с Вениамином. Чтобы пустое место от меня осталось...

– Родион! – испуганно захлопала глазами Элона. – Ты хоть соображай, что говоришь! Ты думаешь, дела, которыми занимается мой муж, для меня много значат? Да если хочешь знать, я ненавижу все это. Да, ненавижу!.. Я женщина. Просто женщина. И хочу нормального человеческого счастья. Мужа холить, детей рожать, за домом следить... Тебя дожимать. Сдурел ты, что ли?

– Ладно, не будем об этом. Ненормальный какой-то разговор...

– Ненормальный, – кивнула Элона. – Лежим с тобой голые в постели. И о каком-то бизнесе говорим. Будто больше нечем заняться...

Ее язык коснулся его груди, закружил на одном месте, сначала медленно, затем все быстрей стал опускаться все ниже-ниже... Родион закрыл глаза и тихонько застонал от удовольствия...

* * *

Боксер выглядел подавленным. Смотрел куда-то мимо Родиона и думал о чем-то своем. А вдруг он догадывается о похождениях супруги? Шутка ли, они вчера с Элоной расстались в одиннадцатом часу ночи. Это слишком поздно даже для такой деловой женщины, как она.

– Ты зачем волну насчет кинотеатра поднимаешь? – жестко спросил Родион. – Это моя территория, мой бизнес. Чем ты недоволен?

– Не нравится мне все это. Слишком ты шустрый...

– Далеко пойду, да? Далеко, если ты меня не остановишь, так?.. Слушай, я не пойму, ты что, на войну нарываешься? Будет тебе война! За мной не заржавеет.

– Не нравишься ты мне.

В голосе Боксера полно недовольства. Но не просматривается в нем крепкого внутреннего стержня. Неуверенно звучат его слова. Будто сгнила его бойцовская натура. Как же он в таком состоянии воевать будет?.. Не Боксер он, а самый настоящий Веник...

– Я тебе не девка, чтобы нравиться, – парировал Родион. – Ты мне тоже не нравишься, я же молчу... Между прочим, ты тоже не спишь, тоже укрепляешься.

– Это мои проблемы.

– Никто не спорит... Короче, твои проблемы – это твои проблемы. Мои проблемы – мои... Кинотеатр остается за мной, это однозначно. И если ты рыпнешься, я тебя урою!

– Это всего лишь повод для объявления войны? – с гнилым сарказмом спросил Веник. – Знаю, ты завалить меня хочешь. Чтобы Элону забрать.

– Эй, что за базар? – гневно возмутился Родион. – Я думал, ты мужик, а ты тряпка... Короче, я тебе сказал: перейдешь мне еще раз дорогу, быть войне.

Родион не хотел больше разговаривать с этим размазней. Прошелся по нему презрительным взглядом, поднялся из-за стола. И гордо удалился.

Как он и ожидал, проблем с кинотеатром не возникло. Законно-незаконная приватизация оставила его за Родионом. Можно было начинать строительные работы...

* * *

Кира смотрела на него с непонятной тоской.

– Что случилось, дорогая? – озабоченно спросил Родион.

Неужели снова ее кто-то обидел?

– Я устала. Я больше не могу... Мне кажется, тебе все время угрожает опасность. Я с ужасом думаю, что тебя могут убить.

– Я и сам думаю об этом. Поэтому всегда начеку... Не бойся, со мной ничего не случится...

– Родион, ну у тебя все уже есть. Квартира, иномарка, денег много... Оставь свои криминальные дела. Пусть ими занимаются другие... А сам можешь заняться бизнесом. Ведь ты прирожденный бизнесмен...

– Как я оставлю себе бизнес, если он не мой, а общий. Нефть, недвижимость, торговля – это бизнес «общины».

– Значит, уйди из своей «общины»... Я боюсь за тебя! Боюсь!!!.. Я уже устала бояться.

– Не переживай, все будет хорошо.

– Ну как я могу не переживать, если... Если...

– Что если? Говори!

– Родион, у нас будет ребенок...

Как ушат горячей воды на него вылили.

– Ребенок?! – оторопело переспросил он. – У нас?!

– У нас. У тебя. И у меня...

Вот так новость!..

С Кирой они жили в гражданском браке. В его квартире, которую он объединил из двух – родительской и соседской. Не так часто бывал он здесь. Все дела, дела... В суматохе дел даже помыслить не мог себя отцом.

Родион продолжал укреплять свой бизнес и свое сообщество. Дела шли отлично. Но требовали полной самоотдачи. Он едва выкраивал время для личной жизни. С Кирой бывал не так часто, как того хотелось и ему и ей. Но такой напряженный график жизни его устраивал. И так, казалось, будет всегда... А тут бах! Оказывается, скоро у него появится сын...

– Запомни! – закружил он вокруг Киры. – У нас будет сын. Только сын!..

– А если родится дочь? – радуясь, спросила она.

– Если дочь... Если дочь, то пусть будет дочь... Слушай, это что, правда? Я что, я в самом деле скоро стану отцом?

– Ну не скоро. Через семь-восемь месяцев... Хотя нет. Ты уже отец. Твой ребенок живет. Во мне живет... И он очень хотел бы увидеть своего отца живым...

Недолгая радость сменилась раздражением.

– Опять двадцать пять, – посмурнел Родион. – Я же говорю, все будет в порядке. В полном порядке...

А действительно, чего бояться? Веник ему не конкурент. И если он все еще на коне, то только потому, что Родион не хочет выбивать его из седла. Обстановка в городе спокойная. На его территории гуляли несколько мелких банд, пытались доить коммерсантов. Но Шустрик с Витьком быстро скрутили их в бараний рог. Существует банда автоугонщиков, есть наркомафия. Их не трогают, но и во всю мощь развернуться не дают. Воры существуют сами по себе. С претензиями к Родиону не лезут... Нет, все в самом деле спокойно. Никто не точит на него ножи...

* * *

– Родион, что случилось? Почему ты так прохладно стал ко мне относиться? – с нескрываемым упреком спрашивала Элона.

Они продолжали встречаться на тайной квартире. Уже два месяца встречаются.

– Не знаю, – пожал плечами Родион.

На самом деле он все знал.

Первое время его тянуло к Элоне. Давали знать о себе старые чувства. Но постепенно он охладевал к ней. Из-за одной дурацкой особенности, которую обнаружил в себе.

Он мог любить Элону, пока обожествлял ее. Она вышла замуж за Вениамина – он больше не причислял ее к лику святых. И если его тянуло к ней, то только потому, что хотелось ей что-то доказать. Доказал. Цель достигнута. Она ему больше не нужна... Но Элона все же смогла вдохновить его на новые чувства. Она вновь покорила его свой красотой и сексуальностью. Он оказался с ней в одной постели. Но чувства угасали. Да и не мог он любить падшую женщину. А как же можно думать о ней иначе, если она изменяет законному мужу?.. Он еще хотел ее. Но с каждым разом все меньше и меньше...

– А мне кажется, ты все знаешь! – В глазах Элоны полыхнул яростный огонь.

– Может, и знаю, – пожал он плечами.

Выбил из пачки сигарету, закурил.

– Если знаешь, то говори... Это я с тобой такая слабая. А так я сильная... Ну говори же, чего ты молчишь?

– Помнишь, ты меня сволочью называла?

– Это было давно и неправда.

– Не знаю, может, и правда... Я не должен был встречаться с тобой с самого начала.

– Почему?

– Потому что у нас с тобой нет будущего. Между нами только похоть...

– Ты не можешь так говорить!!!

– Не могу, но говорю... Мне очень жаль, что я люблю тебя так, как любил раньше...

– Почему? Я спрашиваю почему?

– Я знаю, ты раскаиваешься в этом. Но что было, то было. Ты предала меня. А я предателя могу пожалеть, но не простить. Такая у меня гадкая натура.

– Это не натура! Это ты сам такой гадкий!

Элона вскочила с постели, набросила на себя халат. Пошла на кухню. Вернулась. Сделала круг по комнате. Снова ушла. Опять вернулась... Она думала. Ожесточенно думала.

– Сядь, успокойся. – Он тоже поднялся.

Подошел к ней, взял за плечи, усадил в кресло.

– Ты мне по-прежнему дорога... Но... Но встречаться мы больше не можем. Между нами все кончено...

Элона смотрела на него пустым немигающим взглядом. Губы ее дрожали.

– А потом, у меня есть жена. Ты знаешь, ее зовут Кира...

– Она тебе не жена, – ровным, без эмоций голосом проговорила она.

– Ну почему же. Скоро мы узаконим наши отношения... Дело в том, что она ждет от меня ребенка.

– Ты упрекаешь меня? – глядя куда-то вдаль, спросила она.

– В чем?

– В том, что не могу родить тебе ребенка...

– Да я и не думаю об этом.

– А жаль, ты должен был думать об этом. Если бы, конечно, любил меня...

Она оттолкнула его от себя. Поднялась. Скинула с себя халат. Осталась перед ним в чем мать родила.

Фигура у нее само совершенство, кожа гладкая, нежная. Но ничего не поднялось в нем при виде этой раскрывшейся красоты. Да Элона и не собиралась отдаваться ему. Она разделась, чтобы одеться.

Она молча привела себя в порядок. Так же молча подошла к дверям. Хотела уйти, не попрощавшись. Но не смогла. Повернулась к нему.

– Ты даже не знаешь, насколько опасными бывают отвергнутые женщины, – сказала она.

Она не угрожала и не предупреждала. Она просто говорила. На глазах блестели слезы.

– Но не волнуйся, я мстить не буду... Хотя бы потому, что ты очень дорог мне... Да, я предала тебя. Да, я раскаиваюсь в этом. И люблю тебя так же, как раньше... А ты... Бог тебе судья. Прощай!

Она ушла. Родион едва удержал себя, чтобы не догнать ее, не остановить... Она ушла. И правильно сделала. Чему быть, того не миновать...