Текст книги "Закон жанра"

Автор книги: Владимир Колычев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Глава вторая

Остросюжетный фильм «Жесткий вариант» с участием Ярослава Барьянова удался. Это отметили даже кинокритики. Грамотная режиссура, качественная операторская работа, актеры сыграли неплохо, особенно хорошо смотрелся главный герой. Толковый сценарий, продуманный и выдержанный сюжет. И так далее и тому подобное... Все хорошо. Только вот в прокате фильм провалился. И все потому, что народ совсем одичал. Людям только западное барахло подавай – боевики, триллеры, ужасы и, конечно же, эротика вперемешку с порно. В кинотеатры их калачом не заманишь. Разве что если там американские фильмы с видеомагнитофона будут показывать, да чтобы с гундосым переводом...

Зато фильм прокрутили по телевизору. Вот тут-то народ его и оценил. Ярослава снова стали узнавать на улицах. Только вот реагировали на него как-то вяло, автографы почти не просили. Но и этому было свое объяснение. В стране, как всегда, большие перемены – реформы, путчи. Одна инфляция чего стоит. Куда ни плюнь, всюду бардак. И полная дезориентация. Профессора, инженеры и даже военные уже не в почете. Зато коммерсантов всех мастей пруд пруди. Бабки теперь не просто семечками торгуют, они бизнес делают. Но хватает и реальных бизнесменов. Коммерческие магазины и ларьки на каждом шагу. Раньше иномарки были большой редкостью, а сейчас уже почти что обыденное явление – «Мерседесы», «БМВ», «Форды»...

Все бы ничего, но государству сейчас не до кино. «Мосфильм» разваливается на глазах, создаются какие-то коммерческие студии с врожденным пороком бюджета. Денег катастрофически не хватает, съемки останавливаются. Большое кино горит синим пламенем.

У Ярослава же все ладилось. Он снимался в главной роли у того же Пятипалова. Снова боевик, опять лихо закрученный сюжет. Он снова бывший спецназовец, снова бескомпромиссная война с бандитской нечистью. Стрельба, взрывы. Максим Данилович не изменил себе и в этот раз. Опять Ярослава окружают роскошные девушки, опять разврат... Но ничего не поделаешь, народу нужен экшн, народу нужен секс...

Уже половина фильма было отснята, когда Пятипалов дал отбой. Кина не будет, потому что кинщику нечем платить. Денег нет и не предвидится. Съемки закрыты, как хочешь, так и живи...

Домой Ярослав возвращался в расстроенных чувствах. «Девятку» он взял полтора года назад, в самом начале девяносто первого, еще до чертовой реформы. Юрик помог взять по госцене. Машина почти новая. «Мокрый асфальт», тонированные стекла, чехлы из качественного кожзаменителя, внутри чистота и порядок. И еще интимный полумрак. Но сейчас ему не до интимных безобразий. Надо думать о хлебе насущном. Киноиндустрия в России, считай, умерла, зато есть институт кино, который Ярослав уже благополучно окончил. Известность у него есть, талант вроде бы тоже, образование он получил – можно попробовать себя в театре. Работа у актеров будет, пока в Москву ездят провинциалы, которым кровь из носу нужно «побувать у театру». Только в хороший театр попасть не так-то просто. Но ничего, он что-нибудь придумает...

Ярослав ощутил острое желание закурить. Вытащил пачку сигарет, но там пусто. Надо бы остановиться. Он курил исключительно «Мальборо», но в ларьках настоящих сигарет этой марки не купишь – там продают кишиневскую подделку. А он привык к настоящему американскому табаку. Надо ехать в ресторан, там, если хорошо примут, можно найти настоящее «Мальборо». Есть тут один неподалеку. Он часто мимо него проезжает. Правда, ни разу не заходил. А сегодня зайдет. Курить охота...

Он остановил машину напротив входа. Чисто вымытая «девятка» блестела на солнце. Но меркла на фоне иномарок, возле которых он остановился. Черный «Мерседес», такого же цвета джип. Солидные машины, внушительные... Все это Ярослав отметил мимоходом.

Он уже подходил к ресторану, когда из дверей вывалилась троица крепко накачанных ребят в кожаных куртках. Они перли на Ярослава как быки. Ему бы посторониться, а его заело. Чего это он должен унижаться перед какими-то качками... Он не свернул с пути. И с силой толкнул плечом шедшего навстречу парня.

– Ни фига себе заносы! – взвыл тот.

Резко развернулся к Ярославу, схватил его за плечо, дернул на себя:

– Ты, фраер, ты чо быкуешь? В рог давно не получал!

– Блях-мах! Так это ж мент позорный! – осклабился второй.

Он узнал Ярослава. Но ни грамма уважения во взгляде. Презрение и насмешка.

– Слышь, ты, клоун, это тебе не кино! Здесь реальные люди. И реально по башке можешь получить! – грозно нахмурился третий.

Парни явно считали себя самыми крутыми мэнами на свете. Всем своим видом они давали понять, что Ярослав при всей его известности котируется у них не выше уличного лоха.

– Клоун – это ты! – вскипел Ярослав.

– Чо? – скорчил рожу качок.

И протянул к нему руку, чтобы схватить за горло. Но Ярослав резко присел на широко разведенных ногах и провел удар кулаком в пах. Все эти годы после Афгана он постоянно держал себя в форме – утренняя зарядка, спортзал. Поэтому удар удался на славу. Парень крякнул, схватился за отбитое место и медленно стал опускаться на корточки. Глаза как стеклянные шары, того и гляди лопнут. Только у Ярослава нет времени, чтобы на них глядеть. Перед ним еще два качка, а они оба рвутся в бой. Только реакция на происходящее у них какая-то замедленная, и для удара они замахиваются медленно. Зато у Ярослава боевые рефлексы на высоте. Точность и сила удара, как и прежде, на уровне хорошо натренированного бойца спецназа. Блок, подсечка, удар на добивание... Второй качок кубарем выкатывается на тротуар. Третьего «быка» он локтем двинул в челюсть. В этот удар он вложил всю свою силу, поэтому на добивание работать не пришлось...

Но из ресторана уже спешит подмога. Два бритоголовых монстра с пудовыми кулаками. Но Ярослав и не думает сдаваться. Он сумел завести себя на все обороты, в таком состоянии он готов драться с кем угодно. И настроен он исключительно на победу... Громилы бросились на него. Но из-за их спины послышался грубый окрик:

– Тереха, Славян! Назад!

Бритоголовые резко остановились. Расступились, пропустили вперед мощного парня с покатыми борцовскими плечами. Чертовски знакомое лицо.

– Кеша, ты?! – узнал его Ярослав.

– Ярый, братан!

Кеша был рад встрече. Полез обниматься, долго хлопал Ярослава по спине. Побитые «быки» обескураженно наблюдали за этой сценой.

– Да, а что тут за непонятка? – наконец спросил Кеша.

– Так это... вот, наехал... – показал на Ярослава качок.

– Ага, он один, а вас трое, и он наехал... Ярый, ты что, на них наехал?

– А оно мне нужно было на них наезжать? Я сюда за сигаретами зашел. А мне тут грозят. Типа мент позорный...

– Гы-гы! А ты же в натуре мента играл. Я ж видел тебя по телику... А ты не слабо смотришься, скажу тебе. И махач реальный...

Кеша окатил качка тяжелым насмешливым взглядом:

– Ты чо, Митек, хотел проверить, как Ярый в реале машется? Проверил?.. Хорошо, что жив остался. Ярый знаешь сколько «духов» в Афгане завалил... Это мой друг, пацаны, мы с ним в Афгане воевали. Вопросы?

Качки многозначительно пожали плечами. Все понятно, какие могут быть вопросы.

– Ну тогда вперед! И чтобы без бабла не возвращались...

Кеша перехватил недоуменный взгляд Ярослава.

– Да, братуха, такая вот канитель, конкретными делами приходится заниматься...

Он не оправдывался. Он просто констатировал факт.

Кеша был отличным солдатом, а стал бандитом, вряд ли хорошим. И, судя по всему, он в авторитете, если эти «быки» у него в подчинении.

– Пошли, братан, посидим, поговорим, былое вспомним...

Ярослав не стал отказываться от приглашения, зашел в ресторан. Кеша располагался в отдельном кабинете. Богатый декор, в одном углу обеденный стол, в другом кожаный диван.

Кеша показал на стол:

– Давай, братуха, располагайся, чувствуй себя как дома...

В кабинет вошла симпатичная официантка с крупным задом.

– Заказ делать будешь или фирменный вариант?

– Да можно и фирменный, – пожал плечами Ярослав. – Но, главное, сигареты. «Мальборо», но чтоб не кишиневское...

– А-а, «Мальборо», – понимающе улыбнулся Кеша. – Я тоже с Афгана только «Мальборо» курю... Угощайся!

Он придвинул гостю початую красно-белую пачку. Ярослав вытащил сигарету, закурил.

– Когда мы с тобой последний раз виделись, а? Меня в восемьдесят седьмом ранило, в конце ноября. А сейчас уже девяносто второй, сентябрь. Пять лет, считай, не виделись...

– Здрасьте, а кто к тебе в госпиталь ездил, когда ты еще в Кабуле лежал?

– А-а, ну так это в декабре было. А потом меня в Союз переправили...

– Я после дембеля к тебе домой заходил. Матушка твоя сказала, что ты еще не вернулся. Потом еще заходил. Не было тебя...

– А-а, тут такая канитель была... – Кеша тоже взял сигарету, задымил. – Меня в июле из госпиталя выписали. Ну, ты уже дома тогда был. И я домой ехал. А тут козлы какие-то. Быковать начали, права качать, ну я и не сдержался. А ты же знаешь, если меня разозлить, меня хрен чем остановишь. В общем, одного козла на инвалидность перевел. А ментам по барабану, кто прав, кто виноват... Короче, полтора года отмотал, домой вернулся. А тут пацаны знакомые. Дела у них. В общем, закрутило, понесло... Но сейчас все в ажуре. Конкретные дела, конкретные завязки... Если вдруг какие-то проблемы с братвой будут, ты скажи, что Пахом Щукинский твой братан, все вопросы отпадут. Я, брат, не последний на Москве человек, Пахома все знают... Да и тебя все знают, – спохватился Кеша. – Ты же у нас это... звезда экрана. Бабы от тебя аж пищат... Слушай, все врубиться не могу, как это мы в одном городе живем, а пересеклись только сейчас? Непорядок, братан, непорядок... Дела, проблемы, деловые мы все, блин...

– Дела, проблемы... – кивнул Ярослав.

Юрик уже третий мясной цех открыл, магазин у него, чтобы свой же товар сбывать. Дела идут хорошо. А было бы совсем здорово, если бы не рэкет. Четвертую часть от всей прибыли забирает братва, как будто так и должно быть. И Кеша паразитирует на чьих-то трудовых руках. А Ярослав с помощью кино отражает реальную действительность, в которую засосало некогда могучую страну. То он просто народный мститель, то мент, но в любом случае он борется с криминалом. Только вот наяву он живет легко и просто. Это в кино в одиночку можно уничтожить целую банду. А в жизни все по-другому. Да и бесполезно с бандитами воевать. Их много, они на каждом углу. Даже боевой друг Кешка и тот бандитом стал. С какого это ляда он будет с ним воевать? А выпить запросто...

Официантка подала заказ. Вкусный борщ по-украински, котлета по-киевски... Еще горилки хохляцкой для полного набора не хватает. И черноокой украинской дивчины... Но это не проблема. Украина уже отдельное государство, а гарных хохлушек на московской панели хоть отбавляй...

Ярослав пил коньяк, курил «Мальборо». Разговоры за жизнь скатились на скользкую бандитскую тему.

– Я, братан, смотрел твои фильмы, – сказал Кеша. – Лихо ты там братву крошишь. Только знаешь, обидно, что вы там каких-то идиотов показываете. Что ни браток, то дебил или даун. Поверь, это не так. Мы, братан, чисто по понятиям живем. У нас беспредел не в почете. Да, с коммерсантов пенки снимаем, но это заведено так. Работаешь на моей территории – будь добр, плати. А нет... Да ты не думай, мы паяльниками никого не пытаем, это чисто киношные заходы, в натуре. Коммерсанты без паяльников платят. Они ж понимают, что платить все равно придется. Вот, допустим, он от меня отвертелся, а другой с него все равно спросит, все равно бабки снимет... Так от меня еще не отвертишься... А то, что ты там с классными телками амуры крутишь, так это ништяк. Нехило они с тобой зажигают... Только ты не думай, я не завидую. У меня с телками проблем нет. Таких бикс имею, обзавидуешься... Не веришь? Ладно!

Похоже, Кеша сам завидовал ему. Ярослав известный актер, секс-символ, красотки вешаются ему на шею. А ему приходится напрягаться, чтобы доказывать свой успех у прекрасных дам. Вот и сейчас он должен что-то доказывать. Уже подзывает к себе своего прихвостня, что-то шепчет ему на ухо. Браток заговорщицки улыбается и куда-то исчезает.

– Так вот и живем, братуха! – продолжал откровенничать Кеша. – Красивая жизнь, все в шоколаде. Бабок море... А что эти бабки? Сегодня они есть, а завтра ты или на нарах, или на погосте... Сегодняшним днем живем, братан...

– Между прошлым и будущим, – смог-таки вставить слово Ярослав.

– Не понял, – слегка озадаченно посмотрел на него Кеша.

– Ну, есть только миг между прошлым и будущим. Песня есть такая...

– А-а, песня... Да, что-то знакомое. Есть только миг, за него и держись... Да-да, братан, за этот миг и держимся... Давай, Ярый, за этот миг и выпьем!

Кеша наливал и пил, наливал и пил. И вроде бы не пьянел. Во всяком случае, глаза оставались трезвыми, и лицо не краснело. А вот язык слушался его все хуже и хуже. Заплетался, все чаще срывался на какую-то пространную чушь.

– Слушай, а у тебя как жизнь?

Наконец-то до него дошло, что надо поинтересоваться делами друга.

– Да нормально все было. В новой картине снимался... А сейчас бардак в стране. Картину закрыли. Денег нет...

– Денег нет? Да бабла сейчас, братан, навалом. Прям на дороге бабло валяется, только брать надо, не лениться... А сколько вам денег на кино надо?

– Не знаю. Да и не твой это вопрос...

– А про кого кино снимали? Опять про мента?

– Нет. Но с братвой воюем...

– Да это модно сейчас – с братвой воевать. В жизни мы всех делаем. Так пусть хоть в кино нас сделают... Да ладно, пусть делают. Только идиотами нас выставлять не надо...

– Не на что выставлять...

– Ну да, бабла нет, это понятно... Слушай, а если я бабла вам подкину, меня в кино снимете?..

– В какой роли?

– Ну, можно пахана крутого там изобразить... Только валить меня не надо, в смысле мочить, ну это... убивать. Типа, я крутой пахан, ну, меня все знают там, уважают, да. А там, это, ну по сценарию, непонятки между бригадами, да, ну а я, короче, подъезжаю, чисто на авторитете развожу рамсы. Ну, типа, я третейский судья, от меня там зависит, будет война между бригадами или нет... Ну а я все по справедливости решить должен...

Ярослав с трудом сдержал наползающую на губы усмешку. Хитро задумал Кеша, ничего не скажешь. Крутым авторитетом хочет себя поставить, вроде вора в законе. Сам-то он вряд ли очень большой вес имеет, самое большее бригадир в какой-нибудь команде. А хочет, чтобы его хотя бы в кино паханом вселенского масштаба поставили. Глядишь, и в жизни после этого признают... Ну а почему бы и нет? Пусть потешится. Не на халяву же... А сценарий можно изменить, вклеить небольшую вставочку, чтобы смысл уже отснятой фактуры не менять...

– Ну, если режиссер согласится, то можно провернуть этот вариант...

Ярослав уже неплохо разбирался в новобандитском сленге. У них в картине даже консультанты по этой части имелись.

– А ты поговори с режиссером, поговори. А заодно скажи, сколько бабок надо... Я знаешь сколько бабла за последнее время наколотил – обзавидуешься. Не поверишь, бабло само в руки идет. Лохи сами на блюдечке с белой каемочкой несут... А вообще, я должен тебе помочь, братуха. Долг платежом красен, да. Ты же, считай, жизнь мне в Афгане спас. Если б не ты, лежал бы я счас в цинковом гробу... Да, долги надо отдавать...

Кеша снова выпил. Закусил. Опять выпил. Уже и глаза пьяненькие. И язык совсем развязался. Базар за жизнь стал все более откровенным... Оказывается, за решетку он отправился на целых три года, но вышел по условно-досрочному, потому как воин-«афганец». Но братва вроде бы с подозрением относилась к «удодам», поэтому он давал всем понять, что мотал срок от звонка от звонка. После зоны снова влился в компанию своих старых дружков. И началось: рэкет, наезды, развод лохов. Фортуна начинающим браткам благоволила. Теперь это была целая бандитская структура. Кеша был в авторитете. Он умел подчинять себе людей, к тому же за плечами кое-какой тюремный опыт, а это в его среде ценилось. И боевой опыт не последнее дело. Он легко ввязывался в кровавые разборки, всегда выходил из них победителем. И сейчас пожинал плоды своей бурной деятельности. Первый человек в самой крупной бригаде, свой ресторан под штаб-квартиру, целое стадо, как он выразился, «доильных лохов», куча бабок. И красивая жизнь – козырные тачки, «быки»-телохранители, красивые девчонки.

Именно таких девчонок и привел в ресторан его подручный. Две фотомодели. Брюнетка и шатенка. Если бы Ярослав мог присваивать классность моделям, этим двум достался бы самый высший разряд. Красивые, в наивысшей степени ухоженные, худенькие, стройные. Вечерние платья. Волнующий запах дорогого французского парфюма. Как будто их только что с подиума сняли. Они старались держаться важно, независимо. Но было видно, что это удается им с большим трудом. Если присмотреться, можно было увидеть в их глазах если не страх, то опасение. Вряд ли они пришли сюда по доброй воле.

– Привет, девчонки!

Кеша изобразил радушную улыбку, но с места навстречу им не поднялся. Типа, много чести... Ну да, бандиты – они же хозяева жизни, а все остальные так себе...

Модели улыбнулись в ответ. Но улыбки какие-то неестественные, стандартно-вежливые.

– Хорошо, что пришли... А то у нас тут чисто мальчишник, а надо бы это дело женским теплом разбавить... Угостите нас своим теплом, девчонки?

Девушки замялись. Меньше всего им хотелось угощать братков этим самым теплом. Но как можно отказать Кеше... На их лицах отразилась лишь готовность доставить ему удовольствие. Готовность без искреннего желания...

Кеша бесцеремонно взял за руку брюнетку, усадил ее в кресло рядом с собой. Роскошная шатенка села рядом с Ярославом.

– Да, вот, забыл представить, – взглядом показал на него Кеша. – Мой большой друг. Зовут Ярослав. Боевой позывной – Ярый. Знали бы вы, девчонки, сколько мы «духов» с ним завалили... Да, кстати, Ярый «духов» не только в Афгане валил. Он у нас и в кино чисто Рэмбо. Может, видели его в фильме «Горькая соль»?..

– Видели, – с неподдельным интересом посмотрела на Ярослава брюнетка. – И в главной роли... А я смотрю, знакомое лицо... Так вы Ярослав Барьянов?

Она знала его не только в лицо, но и по фамилии. Если так, то Ярослав настоящая знаменитость. Во всяком случае, для нее.

– Надо же, какие люди... – приободрилась шатенка.

Огонек восхищения растопил льдинки в ее взгляде. И ей уже интересно находиться в одной компании с ним.

– Нормальные люди! – громко сказал Кеша.

Он широко улыбнулся, но в его взгляде можно было угадать зависть. Он-то мог поиметь этих красоток только по принуждению, а с Ярославом они хотели быть по согласию. Это его и задевало...

– Так вы в самом деле воевали в Афганистане? – спросила брюнетка.

Звали ее Вероника. Шатенку – Лиза.

– Воевал, – ответил за Ярослава Кеша. – Там в кино у него были ордена, так он их реально заслужил, да, Ярый?

– Реально... – кивнул он.

– И у меня «Красная Звезда», а еще «За боевые заслуги»... Мы, девчонки, не лаптем там щи хлебали. Горно-стрелковый спецназ, слыхали о таком?.. В таких переделках побывали... А война так нам надоела, девчонки! Так хочется настоящего женского внимания и тепла!

Кеша таки добился своего. Теперь девчонки смотрели на него другими глазами. Он хоть и бандит, но воин-«афганец», к тому же сам Барьянов у него в друзьях...

– Хотеть не вредно! – одарила его развязно-заигрывающим взглядом Вероника. – Вредно не хотеть...

– Еще как вредно! Поэтому я хочу... Ох как я хочу, девчонки!.. Поможешь мне?

– Еще не вечер...

Вообще-то уже был вечер. А если судить по пылким взглядам Лизы, то продолжение этого вечера обещает быть нешуточным... А Ярославу домой надо, к жене... Но сегодня можно сделать исключение. Тем более что таких исключений за последнее время набралось столько, что в самую пору возводить их в правило... И ничего, Ксения не жалуется. Она довольна жизнью. И его любит по-прежнему крепко. И он ее любит. Ведь он не собирается ее менять на ту же Лизу. Маленькое, ни к чему не обязывающее приключение, не более того...

Вино помогло девушкам окончательно раскрепоститься. Охмелевшая Вероника уже вовсю давала понять, что совсем не прочь оказаться с Кешей в одной постели. И Лиза не прочь с Ярославом. Все к этому шло...

Кеша предложил организовать баньку. Но Лиза отказалась. Дескать, знает она эти баньки. Мол, как девушка порядочная она не признает оргий. И вообще, ей уже домой пора, а Ярослав обязан проводить ее. Вероника никуда не спешила, да Кеша ее и не отпустил бы. Он уже дошел до кондиции и рад был остаться с ней наедине. Потому так легко отпустил Ярослава и Лизу.

Она снимала квартиру на Олимпийском проспекте. К дому они подъехали в темноте. Время – половина одиннадцатого.

– Как насчет чашечки кофе? – приличия ради спросил он.

И без того было ясно, что без сладкого она его не оставит.

– Кофе в постель? – хихикнула она.

– Можно и так. Чашечка до и чашечка после. Но не вместо...

И не на завтрак, мысленно добавил он. До утра задерживаться в гостях он не собирался. Ксения ждет его, и он обязан быть дома. Лучше поздно, чем никогда...

– Прошу!

На разговоры вокруг да около времени не было. Поэтому, едва они оказались в квартире, Ярослав привлек Лизу к себе. Она не сопротивлялась. Позволила себя раздеть, уложить в постель... Сама худенькая, но тело у нее отнюдь не костлявое. Грудки маленькие, но такие приятные на ощупь. Кожа гладкая, чуть-чуть влажноватая – самое то. Пьянящий аромат роскошных волос, волнующие изгибы фигуры, охмуряющая энергия молодой сочной нимфы... Сначала Лиза просто позволяла себя любить. Она получала тепло и ласки, но взамен не давала почти ничего. Только она имела дело не с каким-то дилетантом. Ярослав как опытный истопник умело орудовал кочергой в топке – разворошил угли страсти, разжег настоящий пожар плотской любви. Сначала Лиза стонала под ним, как порнозвезда на съемках – эффектно, выразительно, но не натурально. Но скоро его стараниями перешла на рык разгоряченной под самцом львицы. В порыве страсти своими острыми когтями она разодрала обои на стене, затем добралась до подушки и в конце концов порвала ее. Фейерверк из перьев украсил финальную сцену...

– Тебе кто-нибудь говорил, что ты зверь? – с закрытыми от кайфа глазами спросила Лиза.

Все было кончено, но ее тело продолжало извиваться, как будто его гладил и нежил мужчина. Да, разгоралась она медленно, зато попробуй теперь потушить вспыхнувший пожар. Но пусть ищет себе других пожарников. Ярослав получил свое, и ему пора домой.

– Я лев, когда рядом львица... – приличия ради польстил он ей.

– И много у тебя таких львиц?

– Ты лучше всех...

– Ты прелесть... Не поверишь, я и не думала, что секс – это так здорово... Я думала, что секс – это способ соблазнить мужчину. А сейчас... Сейчас уж я точно знаю, что секс – это здорово... Ррр, я точно как львица! Мне мало! И я тебя съем!

Свою угрозу она привела в действие немедленно. Ярослав пытался увильнуть в сторону, но не вышло. Она вцепилась зубами в самое уязвимое место. Хорошо, что зубы оказались прикрыты губами. А губы у нее сочные и упругие...

Домой Ярослав возвращался в пятом часу утра. Хмель все еще бродил в его голове. К тому же сильно хотелось спать. Утешало, что не надо будет объясняться с женой. Ксения у него умная и послушная. Она все понимает. И все прощает...

Он попытался открыть дверь своим ключом, но не смог: закрыто изнутри на защелку. Странно, обычно Ксения так не запирается, пока он не вернется домой... Пришлось жать на клавишу звонка.

Дверь открыла Ксения. Но в прихожей за ее спиной маячил Юрик. Вот это номер!

– Это как понимать? – взвился Ярослав.

Он знал, что его друг по-прежнему любит Ксению. Но не знал, что та принимает его по ночам...

Ксения была одета не по-домашнему. Джинсы, кофточка. Ничего развратного. И Юрик как будто только что пришел – двубортный костюм, только без галстука. И ждать ему не пришлось, пока откроется дверь. Значит, он не вытаскивал их из одной постели своим звонком. Но ведь ночь уже на исходе. Они могли успеть сделать этоеще до его появления. А сейчас Юрик собирался уходить... Неужели вместе с Ксенией?

– Ты где был? – спросила она.

– Да где я еще мог быть. На съемках...

– Неправда, я звонила Максиму Даниловичу. Он сказал, что никаких съемок нет...

Так, его разоблачили. Но сдаваться нельзя.

– А он не говорил тебе, что съемок не будет вообще? Говорил, да... Что, думаешь, я банкрот, да? Думаешь, я ничего не могу?.. А Юрик может, да!.. Юрик, ты же у нас бизнесмен, ты все можешь. И жену мою содержать тоже можешь...

– Что ты несешь? – возмутилась Ксения.

– Я несу?!. А вы чем тут занимались, позвольте вас спросить! Только муж за порог, а друг семьи уже тут как тут... Спасибо тебе, Юрик, что жену мою обогревал, когда я в Афгане был!

Ярослава в самом деле несло. Как будто вожжа под хвост попала. Он это понимал, но ничего с собой поделать не мог... Но жена его отрезвила. Хлесткой пощечиной. Такого она еще себе ни разу не позволяла...

– Ты чего? – вытаращился на нее Ярослав.

– Возьми себя в руки! – В ее голосе угадывались нотки презрения.

– Ты чо, совсем!

– Ярик, прекрати! – Юрик грозно смотрел на него исподлобья.

– Ни фига себе заявочки! Он у меня дома, с моей женой... И я должен прекратить!

– Смотри, я ведь и в морду могу дать!

– Ого! – вспенился Ярослав.

И стремительно встал в боевую стойку. Ему и невдомек, что со стороны он смахивал на пьяного клоуна.

– Ну давай, братуха, налетай! Посмотрим, кто кому в морду даст!

Но Юрик даже не шелохнулся. Только стал еще более мрачным.

– Ну, чего стоишь? Ссышь, когда страшно?.. Да я в Афгане таких, как ты, вот этими руками!.. А ты где был, когда я в Афгане воевал, а? Жену мою обхаживал, да? И сейчас обхаживаешь... Крыса ты тыловая, Юрик, вот ты кто! И еще бочку на меня катишь. Да кто ты такой!

– Та-ак! – не на шутку разозлилась Ксения. – Я тебе сейчас все скажу!.. Юрий, будь добр, побудь в комнате...

Юрик молча кивнул и скрылся в гостиной.

– Пьеро, блин... – сквозь зубы процедил Ярослав.

– Что?

– Ты Мальвина, бля, а он Пьеро!

– Это я-то бля?!. Да, дорогой, ты совсем фазу потерял!

Ксения схватила его за руку и как на буксире отволокла в спальню. Закрыла за собой дверь.

– А теперь признавайся, Буратино, где тебя лиса Алиса носила?

Руки в бока, глаза горят, губы сведены в тонкую линию. Такой он Ксению еще не видел.

– Какая лиса Алиса?

– А от которой «Шанелью» пахнет!..

– Какой «Шанелью»?..

– «Шанель» номер пять... А вот размер ее бюстгальтера я не знаю! Какой – третий, четвертый?.. Да ты не утруждай себя, не оправдывайся. Я же знаю, что ты с бабой сегодня был... И не только сегодня...

Ярослав был обескуражен. Невозможно убедить жену в своей честности, когда от тебя пахнет чужой женщиной... Но пытаться надо.

– А я оправдываться не буду! – перешел он в наступление. – Да, я был с женщиной. Но только за одним столом с ней!.. Я сегодня друга своего встретил! Кешку Пахомова. Мы с ним в Афгане были... Он мне денег обещал дать на фильм... Денег на фильм, поняла?.. Чтоб ты знала, у меня деловые переговоры были!

– И откуда ж такие деньги у твоего друга?

– Не понял!.. Ты что, думаешь, если человек в Афгане воевал, то денег у него быть не может?.. Ну да, деньги сейчас у тех, кто вообще в армии не служил. У Юрика, например... Что он здесь делает? Я спрашиваю: что он здесь делает?.. У нее мужик ночью, а она еще на мужа бочку катит... Сама хороша!

И снова Ксения залепила ему пощечину. И опять он не посмел ударить ее в ответ.

– Не смей так говорить, понял!.. И Юрия не смей оскорблять!.. Да, он не служил в армии, да, он не воевал. Но он человек глубоко порядочный. И ни разу – ты слышишь, ни разу! – не пытался забраться ко мне в постель!.. Он знает, что я люблю тебя. Он уважает мои чувства... Он уважает тебя... Не знаю, будет ли он уважать тебя после того, что ты ему тут наговорил... Не надо равнять людей по себе, мой дорогой!..

– Ты думаешь, я тебе поверил?..

– Грош тебе цена, если ты мне не веришь!.. В армии он служил... Знаю я, кто в вашей армии служит!

– Кто?

– Про всех не скажу, не знаю. Но мне одного хватило...

– Это ты про меня?

– Нет, про Ерофеева Евгения!

– Чего? – опешил Ярослав.

Откуда Ксения может знать этого подлеца?.. Неужели этот гад все-таки разыскал ее?..

– Откуда ты про него знаешь? – подавленно спросил он.

– От него самого... Он приходил ко мне. Сказал, что от тебя... Он меня чуть не изнасиловал! Как тебе это нравится?

От возмущения он лишился дара речи.

– Скажи спасибо Юрию, он вовремя вмешался. Врезал этому подонку...

– А почему я узнаю об этом только сейчас? – выдавил он.

– А не хотелось, чтобы тебе было больно за твои первые дни в армии...

– Что этот козел тебе наговорил?

– Он сказал, что ты меня в карты проиграл.

– Вот падла!.. Не было этого!

– Я знаю... Юрий все узнал. Он разговаривал с твоим командиром, с твоими товарищами. И все выяснил... Ты ни в чем не виноват... А ведь он мог скрыть от меня истину. Сказал бы, что ты действительно меня продал, тогда бы я возненавидела тебя... Но ведь он меня не обманул. И тебя не предал...

Дар речи уже вернулся, но Ярослав не знал, что сказать.

– Ты сегодня друга своего встретил, – продолжала Ксения. – С девками развлекался... Но ты хотя бы мог домой позвонить, сказать, что задерживаешься...

– Да не развлекался я с девками... А позвонить... Позвонить мог... Но все так неожиданно произошло. Я в ресторан за сигаретами заехал, а там Кеша... Я ему в Афгане жизнь спас, а он теперь мне денег на кино хочет дать...

– Друга, значит, встретил... А я, между прочим, тоже одного друга сегодня встретила... Знаешь, как его зовут? Артур его зовут!

Артур! Как гром среди ясного неба... Этот подонок снова возник на горизонте. Час от часу не легче...

– Где ты его встретила?

– Я к родителям сегодня заезжала. Он меня увидел – и тайком за мной до самого дома. Выследил, где я живу. К нам в квартиру ломился. Хорошо, что дверь крепкая да задвижка есть... Я сначала в милицию позвонила, а потом тебя искать стала. А ты как в воду канул... Пришлось Юрию звонить... Он приехал, остался у меня на ночь...

У Ярослава голова пошла кругом. Кеша, Лиза, затем Ксения и Юрик. Затем Ероха. А тут еще одна напасть. Артур! И надо со всем этим разобраться...

– Откуда он взялся, этот Артур?

– А ты у него спроси!

– Ты с ним не разговаривала?

– Нет... Он как понял, что я милицию вызываю, сразу уехал... Но ведь он может вернуться. Он знает, где я живу... И где ты живешь. Где мы живем...

– Да ты не бойся. Пока я с тобой, тебе ничего не грозит... Я этого козла в два счета!..

– Ярослав, не забывай, это жизнь, а не кино. В кино добро побеждает зло...