Текст книги "Бархатный капкан"

Автор книги: Владимир Колычев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Глава 12

Бизнес – понятие растяжимое. Причем на всю ширину Черного моря. От причала в Одесском порту до винного завода в Абхазии. Даже доля в цементном комбинате окрест Новороссийска у отца имелась. Гостиницы, рестораны, кафе – это само собой. И все это теперь принадлежало Яне.

В небольшом неприметном офисе в жилом секторе Лазурного находился центр паутины, откуда можно было дергать за ниточки единой сети. И люди работали там толковые, а главное, преданные отцу. Яна могла даже не вмешиваться в процесс управления, и без нее все шло своим чередом. Да она и особо и не вмешивалась. Организм солидный, прочный, но тонкой организации – одно неосторожное движение, и механизм заклинит. Во всяком случае, Яна всерьез так считала. Палки в колеса не совала, но за процессом следила, вникая в самую суть. Правда, в отцовский офис она не переезжала. Маленький там кабинет, неудобный, да и вид из окна не впечатлял. То ли дело кабинет в «Аэлите». Там она и заседала, время от времени наезжая в старый офис.

А Серж время от времени наезжал к ней самой.

– У нас проблемы! – с порога деловито сообщил он.

– Рада слышать! А то скучно вдруг стало! – саркастически сказала она.

На самом деле спокойная обстановка вокруг ее бизнеса устраивала Яну на все сто. Механизм работал как часики, Стас обеспечивал охрану и порядок на территории, даже не пытаясь претендовать на ее наследство. Единственное, что денег занял под строительство нового, большого отеля. Сам же и деньги под это дело нашел. Тот же Додик выкупил у нее свою долю, но не по льготной, как он хотел, а по рыночной цене. Стас позаботился об этом. И Кармаль избавился от ее долевого участия по реальной цене, и многие другие из отцовских людей. Сделки проходили без эксцессов, деньги поступали на счет в полном объеме и в срок. А долг Стас отдаст, ему можно верить. Яна в том не сомневалась… А если вдруг не сможет отдать, она ему простит – в знак благодарности за верную, хотя и не долгую пока службу. Всего два месяца прошло с тех пор, как погиб отец. Бархатный сезон в Лазурном, отдыхающих в поселке все меньше, впрочем, это ее не напрягает.

– На тебя в суд подали!

– Ух ты!.. Кто?

– Санаторий «Шишкин лес». Кафе у нас там, на их территории, у самого моря. Арендную плату требуют.

– А разве мы не платим?

– Выходит, что нет…

– И много требуют?

– Дело не в том, дело в прецеденте. Как-то не очень тебя боятся, Яна Робертовна. Отца твоего боялись и уважали. А тебя не боятся…

– И не уважают. Ты это хотел сказать?

Яна взяла телефонную трубку, набрала номер Стаса, но тут же передумала ему звонить.

Стас, конечно, съездит в «Шишкин лес», наедет, поставит на вид, пригрозит. Но будет лучше, если она сама решит этот вопрос. Отбила же она когда-то клуб у Кайманова. После смерти близких ей людей у нее опустились руки, но пора уже выходить из состояния анабиоза. Пора расправлять крылья и действовать решительно. А то людям только дай волю, вмиг страх потеряют.

– Да, Яна Робертовна, – услышала она в трубке чей-то незнакомый голос.

– Кто это? – в недобром предчувствии нахмурилась она.

Трубку мог взять телохранитель Стаса, но Яна знала его голос.

– Майор милиции Браженов… Нет больше Станислава Анастасовича.

– Как нет? – Яна разжала пальцы, телефон выскользнул у нее из рук, и вопрос прозвучал в пустоту.

Она подняла трубку, но там слышны были короткие гудки. Она снова набрала номер, связалась с Браженовым. Оказалось, что Стаса застрелили в душевой спортзала «Буревестник». В подробности ее посвящать не стали.

– Собирайся! – глянув на Сержа, потребовала Яна. – Поехали!

Перед глазами кадрами из старого немого кино пробежала картинка двухмесячной давности. Этот же кабинет, Дик в кресле, ей сообщили о гибели отца, она сорвалась с места и отправилась в «Козерог». А сейчас она тянула в «Буревестник» Сержа. История повторялась. Снова из-под нее выбили опору.

– Куда поехали? – Серж поднялся со своего места, но вместо того, чтобы следовать за ней, перегородил путь.

– Я же сказала, Стаса убили!

– Я слышал… Сначала отца, потом Дика, теперь Стаса. Что, если следующая ты?

– Я?! – Девушка почувствовала, как у нее похолодело под коленками и возникло непреодолимое желание вернуться в кресло.

– А вдруг?.. Вдруг тебя заманивают?.. Ты сейчас отправишься к Стасу, а тебя там ждут!

– Думаешь? – Она растерянно посмотрела на Сержа.

– Не исключено!

Яна вызвала белобрысого Гяура, который заправлял ее личной охраной. Надо было усилить охрану клуба и в частности ее кабинета.

– Собирай людей, едем в «Буревестник»! – сказала она совсем другое.

Все, нет больше Стаса, некому прикрывать ее задницу, значит, Яне нужно действовать самой.

– Ты со мной? – спросила девушка, когда Гяур ушел «запрягать лошадей».

– А куда я от тебя денусь? – вымученно улыбнулся Серж.

Не хотел он ехать, боялся, но и остаться в кабинете не мог. Яна церемониться не будет и очень громко скажет, как плохо она о нем думает. И трусом назовет, и ничтожеством, а потом и на нецензурные выражения перейдет.

Люди Стаса стояли перед входом в клуб, у машин. Стояли как в воду опущенные. Милицейский «уазик» здесь, «Форд» Скибы рядом с ним припаркован. Автоматчик у входа стоит… Яну бы пропустили в спортзал, но она туда не рвалась. Как-то не очень хотелось смотреть на покойника. Она приехала сюда, чтобы продемонстрировать свой крутой нрав.

– Ну и как это случилось? – с ходу наехала она на Бобрика – старшего телохранителя в свите Стаса.

Она смотрела на него так, как будто собиралась схватить за грудки. Смотрелось бы это смешно. Бобрик двухметрового роста, с перекачанными плечами, а Яна безнадежно мечтала быть высокой. И худосочная она. Но Бобрик от испуга выронил сигарету. И даже шарахнулся от нее.

– А кто знал, что так получится!

– Киллер знал!.. Чего стоишь, будто обмочился? – накинулась она на громилу, который стоял рядом с Бобриком. – Хочешь, чтобы меня завалили?.. Работай, давай!

Она глянула на Гяура, который должен был взять парня в свою свиту. Пусть по сторонам смотрит, тылы и фланги охраняет, нечего сопли жевать. Стаса уже не вернешь, а у Яны все еще впереди. Место открытое, как бы чего не вышло…

– Как вы Стаса прозевали?

Ей бы в здание зайти или в машину сесть, но Яна оставалась на месте. Нельзя выдавать свой страх. Никто не должен усомниться в ее смелости.

– Да не прозевали. Лелик в дверях стоял, а на душевой решетка. Если киллер в душевой спрятался, как он уйдет? А он спрятался.

– А как ушел?

– Так решетка подпилена была. Он ее снял и тю-тю. Спрыгнул на гараж, через забор сиганул, только его и видели. Вернее, не видели. Никто не видел. Место там такое… Лагерь пионерский, детей нет, пусто.

– А выстрел вы не слышали?

– Так через глушак стрелял. Там профи работал, его теперь хрен возьмешь.

– Хрен ты, Бобрик, возьмешь! Если так дальше работать будешь! Отца профи сделал, Дика – профи, и сейчас – профи! Кругом профи одни, а вы олухи царя небесного!

– Ну, кто ж знал… – подавленно сказал Бобрик.

– Здесь пока будь! А вечером ко мне подъедешь, я скажу, что делать!..

– К тебе домой?

– Не к тебе, а к вам! Понятно?

Бобрик удрученно кивнул. Он готов был на все, лишь бы не оказаться не у дел.

Глядя на него, Яна поняла, что самостоятельной единицей, как Стас, он не будет. С одной стороны, это хорошо, а с другой – теперь она должна полагаться только на себя. Надо будет собирать вокруг себя всех бойцов, ставить их на жесткий контроль, чтобы ни одна душонка чихнуть без ее разрешения не могла. С этой мыслью она и отправилась домой.

– Вот видишь, а ты боялся, – с презрительной усмешкой сказала она. – Никто в меня не стрелял.

– Еще не вечер! – буркнул Серж.

– Ты еще заплачь!.. Валдай, давай в «Шишкин лес»! – неожиданно для себя распорядилась она.

– Зачем в «Шишкин лес»? – недоуменно глянул на нее Серж.

– А чтобы ты спросил!

Яне нужно было снять стресс, и она знала один безалкогольный способ, как это сделать.

Серж остался в машине, а она с охраной прошла на территорию, нагрянула в административное здание, ворвалась в кабинет директора.

– Ну и кто здесь кляузу на Яну Газарову подал? – глядя на дородную бабу со старомодной высокой прической, спросила она.

– Нет, не кляузу… – пробормотала директорша.

– А Стаса зачем замочила?

– Какого Стаса?! – Женщина обморочно закатила глаза.

Яна понимала, что эта дура не решилась бы на столь жестокий и опасный ход, но ей нужна была более серьезная причина для наезда, чем жалоба в суд. Если вдруг дело дойдет до прокуратуры, ее обязательно поймут. Погиб, можно сказать, близкий человек, это ввело ее в состояние аффекта. Да и не дойдет дело до прокуратуры…

– А такого! – Она схватила со стола хрустальную вазу с цветами, бросила ее на пол.

И монитор компьютера с удовольствием швырнула в стену. Начатый разгром завершили ее телохранители. Пусть знает старая сука, каково катить бочку на саму Яну Газарову!

Ей действительно полегчало, а дома вдруг захотелось напиться. Но Яна взяла себя в руки. Она усилила охрану, а когда закончила с этим делом, подъехал Бобрик со своими бойцами.

Недолго думая, она замкнула этих ребят на Гяура, а через него – на себя. И велела составить подробный список бойцов с комментариями: кто и чем занимается. И главное, она велела бросить все силы на поиски киллера. Только тогда она села за стол.

– Не найдут же гада! – в сердцах бросила она.

Стас так и не смог найти и наказать убийцу отца. Возможно, за это он и поплатился. И Яна станет следующей, если не сможет остановить серию убийств.

– Не найдут! – кивнул Серж.

Яна глянула на него с возмущенным удивлением. Пока она занималась людьми, он успел набраться. Глаза осоловелые, язык заплетается. Неужели от страха его так торкнуло? Странно, раньше он так не боялся.

– Найдут. Если я взялась за дело, то найдут.

– Ты уверена?

Яна зло глянула на Сержа. В том-то и дело, что уверенности не было. У нее и у самой кошки на душе скребут. Кто-то коварный и опасный потихоньку подбирается к ней. Может, ей и жить осталось всего ничего. Не верила она, что сможет найти убийцу, именно поэтому и разозлилась на Сержа.

– Завязывать тебе с криминалом надо. Ничем хорошим это не закончится. Тебе же ясно дали понять, все, хватит!

– Кто дал понять?

– Не знаю, но дали! Все, приехали, конечная остановка, расходимся по домам! – Серж поднял руки, как будто сдавался в плен.

– По каким домам?

– А это не твой дом?.. Живешь здесь нормально, живи. Бизнес в собственности, так в чем проблема? Занимайся бизнесом, решай проблемы. Цивилизованно решай. Не так, как ты это сегодня. А если эта дура в милицию заявит?

– А с чьих рук милиция кормится? – усмехнулась Яна.

Она сама налила себе, выпила, не приглашая Сержа. Он и без того уже вмазался, пока его догонишь. А она не прочь была его догнать, душа этого просила.

– С чьих?.. Роберт ментов прикармливал, а ты всего лишь его дочь. Когда Дика арестовали, много тебе менты помогли? А с Диком что стало? Менты – это палка о двух концах.

– Что-то ты разговорился!

– А душа болит! – Одну руку Серж приложил к груди, а другой наполнил бокал. – За тебя болит!

– А может, за себя? – хмыкнула она.

– И за себя тоже. Ты вот в «Лесу» шороху навела, а если шишки на тебя посыплются, что делать будешь?

– Обратно эти шишки в дупло засуну.

– А по закону это можно? За изнасилование сажают, если ты не знаешь. Возьмут «быков», которых ты наняла, они тебя сдадут, вместе с ними сядешь. Хорошо, если Костицына тебя испугалась, а если нет? Если она уже заявление накатала? Ты же не знаешь, какая она? Может, она до конца стоять готова!

– Не нагоняй тоску!

– Да хрен с ней, с этой дурой!.. Ты подумай, кто братву отстреливает?.. Может, и ты на очереди!

– Я же сказала! – прикрикнула Яна.

– Что, страшно? – Серж взял ее за руку. – Слезай с трамвая, пока не поздно, не жди конечной остановки, вдруг там погост.

– Тебя не поймешь, то дом этот на конечной остановке, то погост. Ты уж определись!

– Вот только не надо! – Серж пьяно погрозил ей пальцем.

– Эка тебя развезло!

– Что у трезвого на уме, то у пьяного, сама понимаешь…

– Что-то ты ничего не боялся, когда Дика взяли. И когда повесился он, не боялся.

– Не повесился он! Повесили его!

– Кто тебе такое сказал? – встрепенулась Яна.

– Знаю!

– Откуда?

– Ниоткуда… – Серж спохватился и прикусил язык, но было уже поздно.

– Ну, хорошо…

Яна вышла из комнаты и вернулась с помповым дробовиком в руках.

– Колись!

– Да это я так, ляпнул, не подумав… – Серж смотрел на нее трезвыми глазами.

Яна передернула затвор и прижала ствол к его промежности.

– Клянусь, выстрелю!

– Э-э, а как я… мы потом!.. – Он взмахнул ладонями на неподвижных, поднятых кверху руках, как будто взлететь собирался. – Ну того!..

– Никак! И не надо мне!.. И не надо было!.. Считаю до трех и смываю свой позор кровью! Твоей кровью! Два! – заорала Яна.

Дик изменял ей, и она имела полное право переспать с Сержем. Но произошло это недели через три после его смерти. Траур она не выдержала, но Дик этого не заслужил. И Серж соблазнял ее очень грамотно. Не устояла она, а сейчас об этом вдруг пожалела.

– Не надо! Я скажу!

– Откуда ты про Дика узнал?

– Я так понял!

– Ну, смотри, сам напросился… Три!..

– Нет!

Серж был в светлых брюках, и хорошо было видно, как по ним расползается мокрое пятно.

– Тьфу на тебя! – презрительно скривилась Яна.

– Это Стас! Он мне сказал!.. То есть про Дика он мне не говорил, но я не дурак, понял… – с жалким видом пролепетал Серж.

– А что он тебе говорил?

– Ну, он подъехал ко мне, вызвал на разговор. Работу предложил, надо, говорит, Дику помочь. И за тобой заодно присмотреть. Я к тебе потом пошел…

– Значит, он тебя направил?

– Да.

– Думаешь, ты меня удивил? Нисколько!

– А что мне оставалось делать? Я же знаю, как это бывает. Море глубокое, а гири тяжелые.

– Значит, отца он грохнул? – зло спросила Яна, продолжая вдавливать в обмоченную плоть ружейный ствол.

– Да нет!.. Но он боялся, что ты так подумаешь. Во всяком случае, он так говорил, а как на самом деле было, я не знаю.

– Так и было!

– А кто его самого завалил?.. Ты?

– Очумел? – от возмущения она хватанула ртом воздух.

– Вот то-то и оно! Может, Стас всего лишь подставил Дика. Он же преследовал киллера? Преследовал! И автомат мог найти. Он же знал, куда можно подбросить автомат, вот он и сделал. А потом сигнал подал в милицию.

– Зачем?

– Там проблемы какие-то были, между ним и Диком. Мешал ему Дик.

– Мешал.

Яна убрала ружье и села, положив его себе на колени. Пусть только Серж дернется, прикладом в ухо получит.

– Он его подставил, закрыл, а потом самоубийство устроил. А тебе тут втирал, что Дик ни в чем не виноват. Я же знаю…

– Что ты знаешь?

– Если я скажу, ты меня убьешь, – мотнул головой Серж.

– Я тебя и так убью!

Яна вскочила с места, чтобы направить на него ружье, но дробовик оказался вдруг у него в руках. Целиться в нее Серж не стал, но ему ничего не стоило это сделать. И прицелиться, и выстрелить, и даже убить ее.

Она вдруг остро почувствовала свою уязвимость перед всем миром. Если даже Серж смог справиться с ней, то любой сделает это.

– Не было никакой Вали! – сказал он.

– Что?! – возмущенно простонала она.

– Девка была, только Дик с ней не спал. Это все Стас придумал…

– Зачем?

– А чтобы ты от Дика отвернулась и со мной закрутила.

– Ну, ты и урод!

– Да я не хотел!

Яна бросилась к нему, вырвала у него ружье из рук, наставила на него ствол.

– Вот я не хочу тебя убивать!

– Ну, хватит! – И снова ружье вдруг оказалось у него в руках. – Это не шутка!

– А я не шучу!.. – Она осмотрелась в поисках чего-нибудь тяжелого.

Взгляд наткнулся на кочергу для камина.

– Это Стас не шутил! Он бы меня точно в расход!

– Мог бы и мне сказать, урод!

– Мог бы, но я слово дал. И не урод я.

– Значит, Дик не изменял мне?

– Точно не скажу, но, скорее всего, нет.

Яна села за стол, схватила бутылку и прямо из горлышка выпила все, что в ней оставалось. Ей нужно было переварить услышанное, собраться с мыслями.

Значит, все-таки Стас вел игру против нее. Убрал отца, подставил Дика, тихой сапой влез к ней в доверие. И денег на бизнес одолжил. С тем, чтобы не отдать. Потихоньку он бы и бизнес ее к рукам прибрал…

– Если Вали не было, зачем Стас алиби Дику придумал? – спросила она.

– Ну, Валя была, просто с Диком у нее ничего не было.

– И алиби было?

– Было… Она должна была отказать Дику в алиби. Но потом… Однако не отказала. Дика убрали, а она не отказала.

– Почему?

– Не знаю, Стас передо мной не отчитывался. Я думаю, он не хотел упрощать ситуацию. Это слишком просто, что Дик и отца твоего убил, и сам повесился. Кому надо, тот догадается, почему Дик повесился. Дело же закрыли? Закрыли. В связи с гибелью обвиняемого…

– Значит, и отца он убил?

– Он говорил, что нет. Но сказать все можно, что угодно.

– А кто его самого убил?

– Чего не знаю, того не знаю.

– Надо узнать.

– Ну, ты же поставила задачу.

– Кому поставила, тот и найдет. А ты убирайся!

– Э-э… Но я же сам тебе все рассказал! – в расстроенных чувствах промямлил Серж.

– Уходи! – чуть ли не умоляюще глянула на него Яна. – Если не уйдешь, тебя уйдут. И ты никогда не всплывешь. Хотя и дерьмо!

Серж убрался, а она рухнула на диван и обхватила голову руками. Ощущение такое, как будто самосвал подъехал и выгрузил на нее твердокаменную породу. Теперь она знала, кто убил отца.

Стас был бы идиотом, если бы признался Сержу в содеянном. Чем-чем, а кретинизмом он не страдал, и Серж вовсе не тот человек, которому можно было бы довериться целиком и полностью. Стас заказал отца. Он и наводку киллеру дал, и отступление с места убийства обеспечил. И чтобы Дик не ставил ему палки в колеса, вывел его из игры. А к Яне поставил соглядатая. Смешно не смешно, а Яна доверилась ему и на всех парах неслась в расставленные сети. И это так здорово, что Стаса больше нет.

Но кто убил его? Яна готова была возвести этого человека на пьедестал почета, но делать этого не станет. И приказ свой не отменит. Пусть ищут его, пусть отправят в расход. Возможно, этот человек угрожает ей самой. Возможно, он еще нанесет удар.

Глава 13

Поздняя осень за окном, вторая половина ноября, а за окном солнечно, тепло. Даже мухи проснулись, летают по кабинету, бешено жужжат. Полковник Скиба едва ли обращал на них внимания, но в руке у него мухобойка. Возможно, это не просто хлопушка, что, если это намек?

Он мог сам нанести Яне визит, однако вызвал ее к себе. Позвонил, вежливо, но с холодком сказал, что хочет видеть ее в своем кабинете, назвал время и положил трубку. Она, конечно, могла забить, но вряд ли это было бы умным решением.

– Яна Робертовна, я очень уважаю вашего отца и не хотел бы оказывать давление на его дочь, – начал он, стараясь не смотреть на девушку.

– А есть причины оказывать давление?

Скиба взял со стола лист бумаги, взвесил его на руке и небрежно сбросил на место.

– Вот заявление гражданина Борисова. Подъехали, избили, сломали ему нос, выбили зубы. Ну, куда это годится!

– Кто подъехал? Кто избил? – изобразила удивление Яна. – О чем это вы, Николай Анатольевич?

– Яна Робертовна, давайте не будем ломать комедию! – покривился полковник. – Ну мы же все прекрасно знаем… У вас был конфликт с Борисовым. Он подъехал к вам, предложил деньги за вашу долю в его бизнесе, вы наорали на него.

– Кто вам такое сказал? – Яна возмущенно закатила глазки.

Конфликт на самом деле имел место быть. Своей с Додиком сделкой она запустила цепную реакцию. Сначала из-под ее финансового влияния вышли соратники отца, а потом потянулись ходоки от подконтрольного бизнеса. А Яна не хотела отпускать поселковый бизнес в свободное плаванье, поэтому пресекала эти поползновения. И Борисову она указала на дверь, но этот недоумок посмел говорить с ней на повышенных тонах. Яна озадачила Бобрика, и тот принял меры. У Борисова действительно сломаны ребра, но ведь он сам во всем виноват. И непонятно, зачем он сунулся к ментам. Ясно же, что у Яны здесь все схвачено… Или нет? Или ей кажется, или Скиба повел свою игру? Неужели последнее? Только этого ей не хватало!

– Гражданин Борисов опознал человека, который его бил. Это человек… Евгений Полозов, кличка Полоз… Яна Робертовна, мы же прекрасно знаем, откуда дует ветер! – болезненно поморщился полковник.

Дескать, он еще готов спустить все на тормозах, но если Яна будет упорствовать, пусть пеняет на себя. У него есть власть, и он может воспользоваться ею в полной мере.

– Ну, хорошо, я поговорю с Полозовым, он больше так не будет.

– Дело не в Полозове, Яна! Дело в тебе! – Скиба вдруг перешел на «ты». – У тебя конфликт с Борисовым вышел, ты отмашку на него дала. Полоз всего лишь исполнитель. А случай с Костицыной? Зачем ты ворвалась к ней в кабинет и устроила погром? Или не было такого?

– Ну, это сгоряча. Затмение нашло, Николай Анатольевич, бес попутал. Думала, что Костицына за убийством Стаса стояла. Сама понимаю, что глупость. Сейчас понимаю, а тогда зло взяло.

– А может, зло из-за жалобы в суд взяло?

– Ну да, Костицына в суд на меня подала, – кивнула девушка. – Вот поэтому я на нее и подумала. Я узнала об этом, а тут Стаса убили. Убийцу, кстати, так и не нашли.

Это был камень в огород Скибы. Делом занималось краевое управление, но и с поселковой милиции ответственности никто не снимал.

– Это общая наша головная боль… – с сожалением развел руками полковник.

– Сначала отец, потом муж, затем Стас. Вы уж поймите мое состояние!

– Ну, с Костицыной мы, допустим, замяли. А вот что с Борисовым делать? Он заявление забирать отказывается, а я должен принять меры.

– Вы уж как-нибудь заверните это дело. А мы, разумеется, в долгу не останемся.

Скибу «вырастил» отец. Взял над ним шефство, когда он был всего-навсего старшим лейтенантом, возвел его в ранг начальника РОВД, даже полковничью звезду ему организовал, хотя должность не позволяла ему претендовать на это звание. Но лично Яне он ничем не обязан, потому и особо не церемонится с ней. Волком смотрит на нее и в любой момент может наброситься. А кто его остановит?

– Ну, завернуть, конечно, можно, – замялся Скиба.

– Сколько?

Яна прекрасно все поняла. Она уже давно занимает отцовское место, а Скибе так ничего от нее и не перепало. Вряд ли он согласен покровительствовать ей задаром.

Но полковник пропустил ее вопрос мимо ушей.

– Насколько мне известно, Борисов собирался заключить с тобой какую-то сделку.

– О да, он собирался, – усмехнулась она.

– И ты уж, пожалуйста, соберись. Ты уступишь ему, он успокоится, заберет заявление.

– Нормально! – фыркнула Яна.

Похоже, Скиба решил стать защитником обиженных и обездоленных. Но не бескорыстно. Он поможет Борисову и получит от него вознаграждение.

– Если нет, будем работать по заявлению – со всем отсюда вытекающим! – угрожающе насупился полковник.

– И не страшно?

– Мне страшно?! – недоуменно вскинулся он. – С чего это? За мной закон, а за тобой что? Отцовский бизнес и с десяток бестолковых «быков»? Ты, Яна Робертовна, еще молодая, у тебя еще возрастные иллюзии. Поэтому я скажу тебе, девочка, начистоту. Не надо выдавать желаемое за действительное! Твой отец да, держал всех здесь в кулаке. И сила за ним была, но, самое главное, Роберта Марковича уважали за его авторитет. Да, он был жестоким, но справедливым, к нему обращались за помощью. Скажи, кто к тебе в последнее время обращался за помощью? А я скажу – никто! А кто ты такая, чтобы к тебе обращаться? Никто! Да и не сможешь ты ничем помочь.

– Все сказал? – хищно сощурилась Яна.

– А зыркать на меня не надо! Я тебя, девочка, не боюсь! Твоего отца боялся. А почему? Потому что уважал. И все его уважали. Если бы я пошел против твоего отца, на меня бы ополчились все уважаемые люди поселка. Да что там поселка! По всему побережью волна бы прошла. А кто за тебя заступится? Кого из уважаемых людей ты знаешь?.. Отец оставил тебе прорубь, в которой ты болтаешься, как… Окружила себя «быками», думаешь, за ними сила? Сила была за Робертом! Сила была за Стасом! А твой Гяур, извини, пустое место! Я завтра его закрою, и никто слова мне не скажет! И его закрою, и Бобрика, и Полоза… Ты меня понимаешь?

Яна и хотела кивнуть, но сдержалась. Она все понимала. Прежде всего Скиба мог закрыть ее саму.

– Скажи спасибо, что я уважаю память твоего отца. Поэтому и не поднимаю волну. А мог бы поднять! Кто Роберта Марковича убил? Твой муж! А муж и жена – одна сатана! Тебя собирались привлечь за соучастие, скажи, кто тебя отстоял? Я!

– Мой муж отца не убивал!

– Ну, себя ты в этом убедить можешь! А у людей своя голова на плечах. И люди эти на тебя косо смотрят. Если ты думаешь, что ты заняла место своего отца, то ты глубоко заблуждаешься. Нет у тебя его власти. И не будет! Я не позволю! Да и ты сама по себе не тот человек!

– А вот это мы еще посмотрим! – вскипела Яна.

– Хватит!.. – Зло глянув на девушку, Скиба со всей силы шарахнул по столу раскрытой ладонью. – Я твои выходки здесь терпеть не намерен! Поедешь сейчас к Борисову, извинишься перед ним и примешь его условия.

– Нет!

– Ну, хорошо, отправишь своего человека… – Скиба смягчил тон, но продолжал смотреть на нее суровым взглядом. Дескать, еще одно «нет», и она отгребет по полной.

А Яна должна была сказать «нет». Но не сказала.

– Хорошо.

Как это ни обидно было осознавать, но Скиба прав. Не было за ней реальной власти, поэтому и рвалась сотканная отцом паутина. Она выпустила из-под контроля тех самых уважаемых людей, о которых говорил Скиба и которые в свое время утвердили ее на пост председателя совета директоров образно созданного ЗАО «Лазурный». В благодарность за это она выпустила их из отцовской паутины. И все, теперь она не имела на них никакого влияния. А они действительно могли думать, что Яна причастна к убийству отца.

Бизнес почувствовал слабину, поэтому и потянулись к ней ходоки вроде Борисова. Она пыталась противодействовать, но дело вышло на новый уровень. Борисов заручился поддержкой Скибы, а вслед за ним к полковнику потянутся и остальные. И что Яна сможет сделать?

Отец держал Скибу за горло, но у нее такой возможности, увы, не было. Не располагала она компроматом на главного лазурского мента, нечем было выбить опору из-под его ног. Он это знал, потому и был таким смелым. А ей оставалось скрипеть зубами, проклиная свою беспомощность.

– И Костицыной уступишь! – потребовал Скиба. – Она хочет, чтобы ты убрала свое кафе с ее территории.

– Разговор шел об арендной плате, – недовольно глянула на полковника Яна.

– Время идет, условия меняются…

Как будто кто-то дернул ее за язык, и она даже открыла рот, чтобы спросить, сколько должен ему «Шишкин лес» за содействие, но в самый последний момент сдержалась.

– Что-то не так? – почуяв в ней слабину, ехидно спросил полковник.

– Ну, хорошо… Я у Костицыной в долгу, поэтому решим вопрос в ее пользу, – стараясь держать себя в руках, сказала Яна.

– И перед гражданином Каймановым ты тоже в долгу.

– Перед кем? – девушке показалось, что она ослышалась.

– Кайманов Глеб Андреевич, владелец клуба «Аэлита». Знаешь такого?

– Клуб знаю… – растерянно кивнула она.

– А Кайманова?

– Ну-у…

– Знаешь, знаешь… Он купил клуб, а суд признал сделку недействительной.

– Ну, было такое…

– Я разбирался с этим делом. Твое решение суда – полное фуфло! И держалось оно исключительно на авторитете твоего отца. И ты сама это понимаешь!

– Я не задумывалась, – пытаясь собраться с мыслями, покачала она головой.

– Ты стояла за этим делом! Ты продавливала решение! А твой муж ездил в Италию за филькиной грамотой. Дарственная от Казаяна не стоит и выеденного яйца, и ты должна это понимать.

– Ну, не знаю…

– Все ты знаешь, все ты понимаешь.

– И что теперь?

– Варианты есть. Первый – ты добровольно освобождаешь незаконно занятое помещение. Второй вариант – суд признает законность сделки, опять же, обязывает вернуть клуб прежнему владельцу и возместить нанесенный ущерб в размере… Сколько времени прошло, год?.. В размере годовой выручки. Есть еще третий вариант: прокуратура возбуждает уголовное дело по факту мошенничества со всем отсюда вытекающим. Я не думаю, что это самый лучший вариант.

– Самый лучший вариант – отказаться от клуба добровольно? – совсем не весело улыбнулась Яна.

– Да, Кайманов получает клуб обратно и отказывается от финансовых претензий. Он готов простить тебе упущенную за год прибыль.

– А разве он жив? – сорвалось у нее с языка.

– А почему он должен быть мертв? – вцепился в нее взглядом полковник.

– Э-э…

– Вы что, пытались избавиться от него?

– Да нет, просто слух пошел…

– Значит, все-таки пытались, – Скиба осуждающе покачал головой.

– Да нет, не было такого…

– Ну, не было, и не было, а клуб я бы рекомендовал освободить. Иначе Кайманов обратится в суд. И в два счета выиграет дело. Как бы этим вопросом не занялась прокуратура… Тебе это нужно?

Яна рассеянно смотрела на собеседника. Ей же ясно дали понять, что Кайманова больше нет. И Стас это знал, и Дик… А Кайманов, оказывается, жив. И еще претензии предъявляет.

– Ну так что? – спросил Скиба.

– Не было никакого мошенничества. А если было, то со стороны покупателя. Если вы не в курсе, нотариуса силой заставили заверить договор.

– Если нотариус это подтвердит, то, может, ты и выиграешь суд. А если не подтвердит… Может, его кто-то другой заставил силой? – спросил полковник, пронзительно глядя на нее. – Как бы это не вышло тебе боком.

– Это угроза?

– И даже не предупреждение! – Скиба откинулся в кресле, раскинув руки. – В принципе, Кайманов мне ни кум, ни сват. Как рассудит суд, так пусть и будет. Лишь бы только вы не стали выяснять отношения… Мне тут Чикаго не нужно!

– С кем выяснять отношения? С Каймановым? – презрительно поморщилась Яна.

– Я смотрю на тебя, девочка моя, и вижу, что ты не владеешь ситуацией, – снисходительно сказал Скиба. – Высоко сидишь, а далеко не глядишь. Кайманов организовал в нашем поселке фонд «Содействие», он предлагает охранные услуги и юридическое сопровождение людям, пострадавшим… ну, скажем так, от незаконной деятельности криминальных и прочих структур. Борисов и Костицына в числе его клиентов. Теперь понятно, откуда дует ветер?

– Теперь понятно, – криво усмехнулась Яна.

– Кайманов оказывает содействие пострадавшим, а сам за содействием обращается в органы правопорядка. И я считаю, что поступает он абсолютно правильно…

– Ну, если вы так считаете, – поморщилась Яна.

Все-таки вернулся Кайманов. Почувствовал слабину и вернулся. Какой-то фонд, какие-то охранные услуги. Цель его проста и ясна – вернуть клуб, но воду он мутит основательно. Скибу на свою сторону привлек наверняка за деньги. И зачем она только за квартиру ему заплатила?

А может, он снова золото свое в ход пустил?