Текст книги "Вожак, или Шакал и волки"

Автор книги: Владимир Колычев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

– Здорово тут у нас, – глядя куда-то в сторону, сказал Вася. – Работаем много, это да. Зато ночью красота. Речка, шашлыки, девчонки...

– Девчонки откуда? – хмелея, спросил Леонид.

Странно, он выпил совсем чуть-чуть, а голову уже повело. Ноги наливаются тяжестью, руки немеют.

– Так это, лагерь тут пионерский. Вожатые детишек спать уложат, и к нам. Я вчера одной знаешь как вставлял... Хочешь, тебе отдам? Только учти, она баба заводная, все соки выжать может...

Ноги и руки перестали повиноваться Леониду, перед глазами все поплыло.

А тут перед глазами появился Михаил Николаевич. Он пристально смотрел на него. Сейчас поймет, что Леонид нажрался как свинья и пнет его со стройки пинком под зад.

– Готов? – спросил он у Васи.

– Да похоже на то... Можно мочить...

Да, сейчас не плохо было бы окунуться в реке. Но как туда попасть? Сам Леонид до нее не доберется, нет сил. Может, Вася его отнесет...

Вася поднялся со своего места. В руке он держал топор... Только сейчас до Леонида дошел страшный смысл его слов. Но было уже поздно что-либо предпринять. Тело ему совершенно не повиновалось, нет никакой возможности сопротивляться...

* * *

Дятел был натуральным мясником. Даже не поморщился, когда разнес топором черепушку очередного лохмэна. Для него это как пивка попить...

Шнур посмотрел на лежащего мужика. Пульс щупать не обязательно. И без того ясно, что трупом на его счету стало больше.

Рядом с ним стоял Проша, он же Михаил Николаевич. Тут же и водитель Саша. Он же Товарняк. И Дятел с окровавленным топором в руках... Это его команда. Вернее, костяк. Потому как с недавних пор на них работают еще три ушлых паренька, которых привела с собой Инка. С мокрухой они не связаны, но кандидатов в покойники находят на раз.

Во дворе за домом уже была вырыта траншея. Мужика сбросили в нее. Но прежде его обыскали, забрали ключи от его съемной квартиры. Дятел снова взялся за инструмент. И Проше пришлось скинуть костюмчик. Товарняку тоже нашлась работа.

Цемент, песок, вода – все вместе кеся-меся под маркой «бетон». Это не детские игры. Потому как за них полагается пожизненное заключение. Но Шнуру все до фонаря. Все равно менты до них ни в жизнь не дотянутся...

Этого лохмэна, как всегда, вычислила Инка. Это ее работа давать наводку. Ее же пацанчик развел жертву, направил в офис «Артемиды». Дальше дело техники. Проша еще раз убедился, что у мужика нет родных и близких, и запустил механизм уничтожения. Мужик оставил ему все документы, а сам сгинул под толстым слоем бетона.

Проша и Товарняк отправились обратно в Москву на своей «девятке». Шнур сел за руль пятилетнего «БМВ». Пятнадцать штук баксов отвалил за эту тачку. Но это только начало. Скоро он возьмет новенькую лайбу. А эту отдаст пацанам.

Не хило он устроился в Москве. И все благодаря Инке. Не хилая тачка, свой собственный офис со всеми прибамбасами. За секретаршу сама Инка. Не баба, а двигатель прогресса.

Шнур важно прошествовал в свой кабинет, сел в кресло, закурил. И тут же появилась Инка. Если она была секретаршей, то это не значит, что он был ее начальником. Они были равноправными компаньонами. И все же она подчинялась ему. Хотя бы потому, что боялась. Одно неосторожное движение, и Шнур может пристрелить ее как конченую тварь. Она это понимала, поэтому была с ним паинькой.

– Ну как дела? – присаживаясь, спросила она.

– Все путем. Нет человека, нет проблемы... Какой навар, говоришь, с него?

– Трехкомнатная квартира на Воздвиженке. Как минимум четверть «лимона».

– Не хило! – осклабился Шнур.

Этот придурок Леня купился на какие-то три штуки в день, а у самого квартира на четверть «лимона». Озолотился бы, если бы хату двинул. Он этого не сделал. Поэтому озолотится Шнур... Четверть «лимона» баксов! И это с одного идиота! А сколько таких лохмэнов по Москве кочует.

– Сева только что звонил, – сказала Инка. – Еще один клиент на подходе...

– Во, жатва пошла! – обрадовался Шнур. – Что у него?

– Однокомнатная на Волоколамке. Тысяч за сорок уйдет...

Раз на раз не приходится. С одного клиента можно урвать четверть «лимона», с другого во много раз меньше. Но ведь и сорок тысяч долларов – это большие деньги. Так что новый клиент уже был заочно приговорен. Ведь Шнур мог убить человека и за жалкую тысячу рублей...

– Сорок штук баксов – бабки реальные, не вопрос, – довольный, кивнул Шнур. – Но надо бы с Воздвиженкой бабки отбить...

Эту проблему будет решать Шнур со своими пацанами. А толкать квартиры будет Инка. Есть у нее специалист, который запросто может вклеить в чужой паспорт свою фотографию. Затем с этим же паспортом через нотариуса выписывается генеральная доверенность на ту же Инку. Дальше все просто, если есть документы на квартиру. А их как раз не было.

Но и эта проблема решаемая. Достаточно наведаться в квартиру, где жил покойник, навести шмон, и документики всплывут. Но сначала нужно дождаться, когда стемнеет. Ни к чему светиться перед соседями.

– Есть предложение, – сально улыбнулся Шнур. – Мы сейчас едем с тобой в кабачок. Посидим, отметим событие. А потом я отвезу тебя на хату...

– Какой ты умный! – не очень-то обрадовалась Инка.

– Ты думаешь, я тебя к себе повезу. Не-а. Мы к жмурику поедем, я документы буду искать, а ты на стол что-нибудь сварганишь. Потом снова посидим, отметим...

– Сначала посидим, а дальше?

– А дальше видно будет.

Почти два месяца они работают в одной связке, уже пять мокрых дел на общем счету. А Шнур до сих пор не трахнул эту сучку. Не хочет она ложиться под него. А он по беспределу трахать ее не хочет. Потому как нельзя терять полезный кадр. Еще обидится баба да исчезнет. Или к другой команде перекинется. Он хоть и считается директором фирмы, но у него грубая работа, мясная. А Инка работает головой. Без нее все дело утухнет... Нет, обижать ее нельзя. А так хочется ее трахнуть. Хоть сейчас хватай за волосы, мордой об стол и вперед по трубам...

– Нет, так не пойдет, – покачала она головой.

– Ин, что ты со мной делаешь, а? Я к тебе со всей душой, а ты... Обидеть меня хочешь, да?

Он всего лишь расстроился. У него и в мыслях не было угрожать ей. Но, видно, угроза сама по себе нарисовалась в его глазах. Инка заметно испугалась.

– Нет, не хочу... Просто...

– Что просто?.. Давай, двигай свою отговорку...

– Да нет, какие отговорки... Ты мне, в общем-то, нравишься. Хотелось бы закрепить нашу дружбу...

– Так в чем же дело? – возбужденно заерзал в кресле Шнур.

– Давай сходим в ресторан, потом отправимся на квартиру. Но не в эту, съемную, а в ту, которая на Воздвиженке...

– Так она ж занята.

– Вот когда она освободится, тогда и поедем. Честное слово, я буду умницей...

До сих пор Шнур не особо вникал в механизм продажи квартир. Но сейчас он сам лично взялся за это дело. И чтобы наука была, и чтобы ускорить процесс. Хотелось поскорее оказаться в постели с Инкой.

Он лично наблюдал, как Денис меняет фотографию в паспорте покойника и переводит его на себя. Сам был у нотариуса, смотрел, как по этому паспорту оформляются генеральные доверенности на Инку. Документы на квартиру уже у них на руках. А тут и покупатель нарисовался.

Мужик готов был отвалить бабки в любое время. Но сначала он хотел осмотреть хату. А там квартиранты. Поэтому на Воздвиженку Шнур отправился вместе с Дятлом и Товарняком. Он не рассчитывал на легкую победу. Думал, что квартиранты взбрыкнут. Но те даже не возмутились. Инка показала им свою доверенность, сказала, что квартира продается. Квартиранты закивали, получили обратно свои бабки и через два денька по-тихому слиняли.

Шнур был доволен. Завтра квартира будет продана, они получат деньги. Это завтра, а сегодня у него стрелка с Инкой.

Она тоже не тянула вола. При полном параде отправилась с ним в кабак. Шнур не скупился. Шампанское, икра, королевские креветки, в общем, все чин чинарем. Затем они отправились на Воздвиженку.

Хата у лохмэна была хоть куда. Он сам делал ремонт, и надо сказать, вышло у него неплохо. Мебель, правда, старая. И кровать скрипучая... Но как она скрипела, когда Шнур подминал под себя Инку. Это была музыка, симфония «Трах до самых до мажор». Дирижерская палочка действовала безотказно...

– Не плохо, – измотанная и обессиленная, Инка лежала на спине и жадно курила.

– С тобой вообще по кайфу, – не остался он в долгу. – Станок у тебя классный.

– Чего?

– Ну, в смысле, клево с тобой. Это надо бы повторить...

– Пожалуйста, у нас вся ночь впереди.

– Одной ночи мало. Надо, чтобы всегда.

– Ты хочешь, чтобы мы жили вместе?

Да, кажется, именно этого он и хотел.

– Хочу, – кивнул Шнур. – И ваще, нам завсегда нужно быть вместе. Бизнес-то у нас общий, да...

Инка ответила не сразу.

– Бизнес общий, – после минутного молчания подтвердила она. – И жить нам нужно вместе. Только сначала надо бы наш договор пересмотреть. Чтобы все по-честному было...

– Какой договор?

– Негласный договор. О долевом участии... Основную работу делаю я, а получаю тридцать пять процентов. А ты забираешь шестьдесят пять...

Вообще-то она права. Основная работа за ней. И Шнур рад был бы отстегивать ей больший процент. Но математика суровая наука. Нельзя повышать ее долю, не урезая свою. А обделять себя Шнур не хотел...

– Сколько ты хочешь? – спросил он.

– Пятьдесят на пятьдесят... Кстати, это справедливо. С тобой три человека, со мной три человека. Тебе своих кормить надо, мне своих...

– Вообще-то я и без тебя знаю, что такое справедливость. Но ладно, пусть будет по-твоему, будем делить навар пополам...

– Начиная с завтрашнего дня?

– Как скажешь, – недобро усмехнулся Шнур.

Квартира на Воздвиженке была продана за двести восемьдесят тысяч долларов. Сто сорок штук причиталась ему, а вторая половина должна была обломиться Инне.

Но все досталось ему одному. Ведь деньги нужны только живым. А Инна благополучно перешла в разряд покойников. Ее тело вывезли на стройку под Серпуховом и залили бетоном.

Шнур легко простил ее за то, что она два месяца строила из себя целку, а из него делала дурака. Даже измену бы ей простил. А вот жадность... Жадный жадного не разумеет. Поэтому Инны больше нет.

Перед тем как умереть, она дала ему обещание стать его женой, не важно, что гражданской. По сути, она его жена. И он имеет полное право на ее наследство. Он прибрал к рукам ее деньги, ее знания, ее команду.

Жизнь продолжалась, дело двигалось. Теперь на Шнура работало шесть человек. Своя фирма, свой офис. И потенциальные жертвы, приток которых с каждым днем только увеличивался. Кровавый конвейер наращивал обороты.

Глава 16

Игорь вернулся домой под утро. В Чечне он привык к бессонным ночам. Поэтому прошедшее ночное дежурство не вымотало его, не выжало силы. Но настроение ни к черту. Не нравилась ему его работа. Он молод, полон сил, у него за плечами боевой опыт, и с его-то навыками приходится сторожить офис какой-то затрапезной фирмы. И зарплата затрапезная. Три тысячи рублей в месяц, и это при московских-то ценах. Этих денег хватает на оплату комнаты в квартире. А на пропитание приходится брать из своих старых запасов.

Нужно было искать новую работу. Чтобы и престиж был, и платили хорошо. Но пока ничего путного найти не удается. Что такое «не везет» и как с ним бороться... Примерно такая ситуация у Игоря.

Комнату ему сдавал Петрович. Веселый мужик. Большой любитель выпить и по бабам не дурак. Только пьет он не армянский коньяк, а дешевый самогон, и бабы – натуральные шмары из подворотни. Первое время собутыльники целыми шарашками к нему приходили, бабы косяками тянулись – гай-гуй до самого утра стоял. В конце концов Игорю это надоело, и он разогнал всю эту шарашкину контору. Не обошлось без расквашенных носов и выбитых зубов. Зато после этого как отрезало. Если Петрович и приводил иногда собутыльников, то выпивал с ними цивильно, без всякого шума и гама.

Петрович не был законченным алкашом. Поэтому его двухкомнатная квартира находилась в более-менее приличном состоянии. Мебель стояла на местах, телевизор работал исправно. Но не за горами то время, когда все это будет пропито. И мебель, и сама квартира... Но пока что все в порядке. У Игоря своя комната, которую он содержит в чистоте. Выселять его отсюда никто не собирается.

Хозяин квартиры обрадовался его приходу. Как это ни странно, от него не тянуло перегаром. Он был тщательно выбрит, от него пахло дешевым одеколоном.

– О! Игорек! Проходи, сейчас позавтракаем!

На кухне был порядок. В сковородке жарилась яичница с колбасой.

– Ты работу нашел? – спросил Петрович.

– Да пока нет. Но найду...

– А я нашел. Хорошая работа. Ты вот три тысячи рублей в месяц получаешь, а я столько же в день буду иметь...

– Круто. И что ж это за работа?

– Дома строить, квартиры ремонтировать.

– И что, три тысячи в день? – не поверил Игорь.

– А что тут такого. Работа сама по себе трудная, а если еще и сроки сжатые. Если за день не успел, ночь придется пахать. А дисциплина знаешь какая? Ни капли в рот, понял!

– Так ты что ж, пить не будешь?

– Не буду! Все, уже завязал!

– Ну, тогда эта работа точно пойдет тебе на пользу.

– В том-то и дело, Игорек, в том-то и дело. Решил я вот за ум взяться. Денег вот накоплю, квартиру отделаю, машину куплю. У меня тут на примете бабенка одна. Может, женюсь. А что?

– Да ничего. Пора тебе, дядька, остепениться.

– Вот-вот, сорок лет, а ума нет... Ничего, все нормально будет... Это, я бы тебя с собой прихватил. Но у нас только москвичей берут, чтобы с пропиской. Потому и зарплата высокая. Это приезжие за копейки горбатятся...

– Это ты мне можешь не объяснять, – нахмурился Игорь.

Москва еще та клоака. Без столичной прописки ты не человек. На работу тебя возьмут, но сразу урежут оклад в два, а то и в три раза. И ты еще должен большое спасибо сказать за то, что тебя так облагодетельствовали...

В Москве он с тех пор, как удрал от Тимура. Не нравился ему этот человек. Вернее, сам по себе он был мужик ничего. Толковый, рассудительный. И крутизна его не показная. Он был по-настоящему сильной личностью.

Только сила его была направлена не в ту сторону. Сначала Игорь принял его за бизнесмена. И только потом до него дошло, что Тимур представляет собой крутого криминального авторитета довольно высокого ранга. Игорь пришелся ко двору. И, судя по всему, Тимур собирался сделать его своим телохранителем. А у него не было никакого желания служить бандиту. И сам бандитом становиться не хотел...

Может быть, он зря ушел от Тимура. Но так уж вышло. И обратного пути нет...

– Игорек, меня недели две не будет, – сказал Петрович. – Так что живи без меня. Квартира в полном твоем распоряжении...

Петрович позавтракал, сказал «до свиданья» и был таков.

Игорь спал до обеда. Затем собрался и отправился по объявлению. В казино «Лас-Вегас» требовался охранник, зарплата от десяти тысяч и выше. Его это устраивало.

Еще не вечер, но казино уже сейчас светилось всеми цветами радуги. Мрамор, пластик, стекло, гирлянды неоновых огней, блеск роскоши. И внутри мир богатства и холодной красоты. Игровые залы, ресторан, танцпол, боулинг. Вышколенные охранники в черных брюках и белых рубашках, девушки с резиновыми улыбками на симпатичных лицах. Посетителей не много, но они есть. Важные, напыщенные, все при деньгах. Они во главе угла, потому что они платят, потому что за их счет живет заведение.

Игорь объяснил охраннику на входе цель своего визита. Он ожидал услышать нечто вроде того, что штаты уже укомплектованы. Но парень молча передал его на руки симпатичной девушке, которая отвела его в кабинет к начальнику службы безопасности.

Это был упитанный мужчина средних лет. Грушевидная голова, маленькие глаза, треугольные уши. Забавная внешность. Но сам он при этом не выглядел забавным. Он выигрывал за счет своего взгляда – прямого как стрела и въедливого, как серная кислота. Звали его Давид Павлович, фамилия Вырас. Об этом свидетельствовала табличка, прикрепленная к дверям его кабинета.

– Хотите устроиться к нам охранником? – спросил он.

– Да. Если можно...

– Можно, – кивнул Вырас. – Но не всем...

Игорь уныло вздохнул. Это не укрылось от всевидящего начальственного ока.

– У вас какие-то проблемы? – холодно спросил он.

– По всей видимости, да. Дело в том, что я не москвич. И разумеется, у меня нет столичной прописки...

– Это не так уж и важно, – успокоил его Давид Павлович. – Главное, чтобы вы подходили нам по другим критериям. Во-первых, физическая подготовка, во-вторых, рукопашный бой, в-третьих – умение обращаться с оружием. Всем этим вы должны владеть на достаточно высоком уровне. Как у вас с этим?

– Думаю, что все нормально.

– Это хорошо, что вы так думаете... Но хотелось бы, чтобы и я так же думал. Поэтому вам придется меня убеждать... Опыт боевых действий есть?

– Это обязательно?

– В принципе да... Вы, я думаю, не с луны к нам свалились. И, наверное, знаете о реалиях современной жизни. Так вот, казино относится к объектам повышенного риска. Есть криминальные структуры, которые совсем не прочь взять «Лас-Вегас» под свою опеку. Поэтому возможны бандитские наезды. Я понятно выражаюсь?

– Вполне.

– Сами мы ни на кого не наезжаем. Но себя от наездов оберегаем, – продолжал Вырас. – Поэтому иногда приходится стрелять. Иногда даже на поражение... Вот вам приходилось стрелять на поражение?

– Приходилось. И убивать тоже приходилось...

– Где? – в глазах Выраса появился интерес.

– В Чечне. Спецназ ГРУ. Четыре года безвыездно...

– Спецназ ГРУ... Да, это солидно. Награды имеются?

– Два ордена Мужества.

– Фью! Да вы у нас заслуженный человек. Приятно, приятно... Каким номером вы работали?

– Да любым. И автоматчик, и гранатометчик, и подрывник. А так я больше снайпер.

– Это занятно.

В глазах Выраса отразилось еще более уважительное отношение к Игорю.

– Вообще-то снайперы нам не нужны, – в раздумье проговорил он. – Но факт есть факт, стрелять вы умеете... А сможете выстрелить... Сможете выстрелить в бандита, который полезет на вас с ножом?

– Зачем стрелять? Я ему просто переломаю руки...

– А если у него будет не нож, а пистолет?

– Что ж, тогда придется стрелять. Если, конечно, я буду иметь на это право.

– Если вы насчет охранной лицензии, то об этом можете не волноваться. Все сделаем. Если вы, конечно, нам подойдете...

Вырас лично отвел его в подвал здания, где находился небольшой спортивный зал. Тренажеры, груши, ринг. И двухметровый громила сплошь из мускулов.

Игорь должен был встать с ним в спарринг и продержаться две минуты. Не продержался. Потому что на исходе первой минуты громила уже валялся на полу и корчился от боли. Игорь лежал рядом и держал его на болевом приеме.

– Отлично, – похвалил его Вырас.

Он дал ему три дня, чтобы рассчитаться со старой работой и немного отдохнуть.

Вечером следующего дня Игорь отправился в офис опостылевшей фирмы. Это было его последнее дежурство. Завтра он получал расчет и был свободен как птица.

Утром он вернулся домой. И обнаружил, что в доме в его отсутствие кто-то побывал. В комнате Петровича из всех шкафов были выдвинуты ящики, на полу валялись бумаги. Зато в его собственной комнате было все в порядке, в его вещах никто не рылся. Возможно, это приходил сам Петрович, может, трудовую книжку искал или еще что. Но почему он за собой не убрал? Наверное, сильно спешил.

Жаль, у Петровича не было мобильного телефона, иначе бы Игорь ему позвонил, узнал бы, он это приходил или нет. А так приходилось гадать.

Этот день Игорь отдыхал. Следующий день он провел в платном спортзале. Он должен был поддерживать себя в отменной физической форме.

Затем был его первый выход на новую работу. Для начала его поставили смотреть за порядком в зале боулинга. Ничего сложного. Прохаживайся себе по залу в белой рубашечке, будь вежлив с посетителями, смотри, чтобы никто не бузил и не лез на людей с кулаками. И так весь день и всю ночь до самого утра. Он познакомился со смотрителем зала и его очаровательными помощницами. Была даже возможность уйти домой с одной из них. Но мысли о покойной Симе отогнали от него соблазн. Рано ему еще новую подругу заводить...

Он вернулся домой, принял душ, перекусил. Только лег спать, как послышался звук открываемой двери. Наверное, Петрович вернулся. Пьяный, наверное, как скотина...

Но в квартиру входил совсем другой человек. Это был молодой парень. Серые отглаженные брюки, светлых тонов рубашка, до блеска начищенные легкие туфли. Выглядел он представительно, на уровне менеджера мелкого пошиба. На вора не похож. Но какого хрена он делает в этой квартире?

Парень вздрогнул от неожиданности, когда перед ним образовался Игорь.

– Ты кто такой?

– Я... Я владелец этой квартиры... – пролепетал он.

– Чего? – удивлению Игоря не было предела.

– Ну, не совсем владелец. Но у меня генеральная доверенность на эту квартиру. Я могу ею распоряжаться... – парень пришел в себя. И уже сам пошел в наступление. – А вы кто будете?

– Живу я здесь.

– Не понял, а кто вас сюда поселил?

– Петрович и поселил.

– А, Сергей Петрович, понял, понял... Видите ли, в чем дело, Сергей Петрович передал мне права на эту квартиру. Вот, пожалуйста...

Парень раскрыл папку, достал какой-то бланк, протянул Игорю.

– Это генеральная доверенность на квартиру. Вот подпись Сергея Петровича, вот подпись и печать нотариуса. Все законно. Если не верите, можете позвонить в нотариальную контору...

Доверенность совсем свежая, оформлена третьим днем.

– Короче, что дальше?

– А дальше, молодой человек, я попрошу вас освободить жилплощадь.

– Это без проблем, – кивнул Игорь. – Пусть Петрович придет и скажет, чтобы я съезжал. И я съеду...

– Какой Петрович?! – возмутился парень. – Петрович прав на эту квартиру больше не имеет.

– Слушай, а какого черта он на тебя доверенность выписал? Ты ему кто такой? Кум, сват, брат, а?

– Нет, все гораздо проще. Я купил у него эту квартиру. А владеть ею буду по доверенности...

– Так, ладно, купил ты эту квартиру. А Петровича куда дел?

– Никуда я его не девал. Он получил деньги, и больше я его не видел.

– Зато я его должен был видеть. Он должен был прийти сюда, сказать мне, так, мол, и так, квартира продана, надо сматывать удочки. Но не было этого. Понимаешь, не было. А почему?

– Да я откуда знаю, почему? Может, Петрович в запой ушел. Где-нибудь с дружками своими сейчас пропадает...

– На стройке он сейчас какой-то пропадать должен.

– Ну, может, и на стройке, я не знаю...

– А что ты вообще знаешь? Я с Петровичем частенько за жизнь разговаривал. Не было у него в планах квартиру свою продавать. А тут на тебе, раз, два и готово. Не верю я тебе. Не мог он тебе квартиру продать, и доверенность твоя липовая... А ну говори, козел, куда Петровича дел?

Игорь угрожающе надвинулся на парня. Тот быстро повернулся к нему спиной, открыл дверь. И уже с порога крикнул:

– В твоем распоряжении сутки! Если не уберешься, пеняй на себя!..

Убираться из квартиры Игорь не собирался. Потому как понимал, что парень круто не прав.

Он знал, как нагло орудуют на рынке жилья всевозможные аферисты. Петрович один как перст, нет у него никого – ни жены, ни детей. Стоило ему только исчезнуть из дома, как какой-то щегол подделал генеральную доверенность на его квартиру. Не сегодня-завтра продаст ее, заберет деньги и тю-тю. Потому появится Петрович, а вместо квартиры ему фига с маслом...

А может, Петрович в самом деле сделал доверенность, вернее, продал ее за деньги. Может, попал на стройке в теплую компанию единомышленников, уговорил бутылочку-другую, ушел в запой, а там по дурости толкнул хату этому хлыщу за ящик водки. И такое бывает...

Что бы там ни было, Игорь решил не уходить с квартиры, пока дело не прояснится. Рано или поздно появится Петрович, даст объяснения, а там будет видно.

Хлыщ дал ему на раздумье ровно сутки. Но за ответом пришел уже через два-три часа. И не один, а с двумя мордоворотами.

– Ты еще здесь? – с высоты своего могущества нагло спросил он.

Крепыши угрожающе надвинулись на Игоря.

– Пять секунд, и тебя здесь нет, – прохрипел один.

Рожа у него знакомая. Где-то Игорь его уже видел.

– Пять секунд прошло, а я все еще здесь, – мотнул он головой. – И дальше буду здесь.

– Ну ты борзой!

Мордоворот коротко размахнулся и ударил его кулаком в лицо. Но Игорь был к этому готов. Жесткий блок и ответный удар. Сначала ногой в пах, а затем коленкой в морду. Крепыш вырубился в момент.

Второй с кулаками лезть не стал. Он просто наставил на него пистолет.

– Дернешься, поц, я тебе башку разнесу! – грозно предупредил он. – Что-то рожа мне твоя знакома. Где-то мы встречались...

– Встречались, – подтвердил Игорь. – И даже общались. Через прорезь прицела. В Терновске, да?

Вспомнил он, где видел эти рожи. Это родные терновские «шнурки». Он сбежал от них в Москву, но они достали его и здесь. Правда, встреча эта совершенно случайная.

– Ну точно, ты, Игорек, да! Игорек!!! Как я рад тебя видеть! Шнур кончит от радости, когда свернет тебе твою тупую башку!

– Может, свернет, а может, и нет...

Игорь примеривался к братку. До него всего два шага. Можно нырком броситься ему под ноги. Он выстрелит, пуля пройдет поверху. Пока он сообразит, что к чему, Игорь свалит его на пол, вырвет пистолет. Опасное это дело, малейший просчет – и прощай белый свет. Но и встреча со Шнуром не сулила ему ничего хорошего. Так что выбирать не приходилось.

– Ты что задумал? – настороженно спросил бандюк.

Похоже, он догадался, что у него на уме. Это плохо.

– Спиной ко мне повернулся, живо! Считаю до двух...

Игорь не сомневался, что «шнурок» может нажать на спуск. Тогда кранты. Но и поворачиваться нельзя. Это смерть...

Пока он раздумывал, что делать, с пола поднялся первый браток. На какое-то время он перекрыл траекторию возможного огня. Игорь воспользовался моментом и нырнул в свою комнату, сноровисто захлопнул за собой дверь. Ему приходилось остерегаться дружков Петровича. Чтобы они не сперли что-нибудь из комнаты в его отсутствие, он установил английский замок. Механический щелчок возвестил о том, что бояться ему нечего. По крайней мере, в ближайшие две-три секунды.

Он быстро открыл дверь на балкон. За спиной послышались выстрелы. Пули легко прошивали фанерную обшивку двери. Но достать Игоря не могли. Он уже вышел из зоны досягаемости. Вот если братки вышибут дверь, тогда они легко достанут его. Но на это уйдет время. А он уже перемахивает через ограждение балкона. Второй этаж – это не высота для бывалого спецназовца.

Он спрыгнул на землю, обогнул дом. Теперь браткам ни в жизнь не взять его...

Домой он вернулся где-то через час. Бандитов уже не было. Вместо них в квартире он обнаружил людей в милицейской форме. Пожилой майор и молодой лейтенант. Командовал парадом лейтенант. Потому что по должности он был следователем местного отделения милиции, а майор был участковым.

Над расстрелянной и выбитой дверью в его комнату возился человек с капитанскими погонами. Судя по всему, эксперт.

– Вы кто? – подозрительно глядя на Игоря, спросил лейтенант.

Он был примерно одного с ним возраста. Высокий, в плечах широк, военная выправка, образцовый внешний вид.

– Я здесь живу. А что такое?

– Это не вы прыгали с балкона?

– Я.

– И вы спрашиваете, что такое? Интересный вы человек, – усмехнулся лейтенант. – Вы хоть знаете, сколько пуль по вам выпустили?

– Догадываюсь.

– И вам хоть бы хны... Так, ладно, об этом потом. Хорошо, что вы пришли. Сейчас вы мне все подробно расскажете...

Лейтенант провел его на кухню, усадил за стол, раскрыл папочку, достал бланк протокола. Немного подумал и отложил лист в сторону. Внимательно посмотрел на Игоря.

– Давайте с самого начала. Моя фамилия Авдеев. Около часа тому назад в отделение милиции поступило сообщение, что в вашей квартире слышны выстрелы. Мы прибыли на место происшествия, осмотрели квартиру и убедились, что здесь в самом деле стреляли. Моя задача выяснить, кто и зачем это сделал... Итак, первый вопрос, это ваша квартира? Можно посмотреть ваши документы?

Игорь предъявил свой паспорт.

– Город Терновск, улица Луначарского, – прочитал Авдеев. – Стало быть, вы не москвич. По какому тогда праву вы проживаете в этой квартире?

– Комнату снимаю.

– Понятно. А где хозяин?

– В том-то и дело, что не знаю...

Игорь рассказал обо всем, что ему было известно. Про хлыща с доверенностью на квартиру, про двух мордоворотов, которые пытались вышвырнуть его из квартиры, про то, как чудом ушел от них. Про то, что он кое-что знает об этих бандитах, пришлось умолчать. Лейтенант мог связаться с Терновским отделом милиции, а там уже должно быть известно, что гражданин Светлов отправил на тот свет двух человек и подлежит немедленному задержанию. Плевать, что эти двое бандиты. И никого не волнует, что убивал он, спасая женщину. Срок впаяют за милую душу.

Он мог бы вообще не возвращаться в эту квартиру. Но тогда бы менты точно начали его искать. Возможно, в качестве подозреваемого. А так он объяснится с ними и направит следствие на истинный путь.

– Что-то подсказывает мне, что Петрович вляпался в нехорошую историю, – заключил Игорь.

– Что именно?

– Эти громилы с оружием. А потом... Дня три назад кто-то копался в вещах Петровича. Кто-то что-то искал. И возможно, нашел. Я думал, что это сам Петрович был. Но сейчас я так уже не думаю... Теперь я знаю, кто приходил. Этот паренек, у которого была доверенность... Одной доверенности мало, чтобы продать квартиру, так? Нужны еще документы на эту квартиру, верно? Вот эти документы парень и искал. И я так думаю, нашел...

– Продолжайте, я вас внимательно слушаю.

– Тут не продолжать надо. Тут надо с самого начала... Петрович куда-то на стройку работать устроился. Три тысячи рублей в день, как думаете, можно на такую зарплату купиться?

– Я бы купился, – усмехнулся лейтенант. – Вы думаете, что не было никакой стройки?

– Стройка, может, и была. Только Петрович там не работал. Его могли заманить на стройку, выбить из него доверенность. Дальше бандиты поехали к нему на квартиру, забрали документы. Теперь у них есть все, чтобы это жилье продать. Может, они уже и клиента нашли. А тут вдруг какой-то Игорь Светлов не хочет освобождать квартиру. Что ж, если не хочет убираться подобру-поздорову, надо его выкурить...

– Звучит убедительно, – кивнул Авдеев. – Только ведь бандиты могли просто-напросто вышвырнуть вас из квартиры. А они стали стрелять. Зачем?

– Все очень просто. Одного бандита я сильно покалечил. А второй стал стрелять. Пришлось убегать...

– Ладно, вы меня убедили... Значит, будем искать людей, которые в вас стреляли.

– И как сильно вы будете их искать? – спросил Игорь.

– В смысле? – непонимающе уставился на него лейтенант.

– Ведь эти придурки никого не убили. Просто постреляли и ушли. Искать их будут спустя рукава...