Текст книги "Россия - родина Радио. Исторические очерки"

Автор книги: Владимир Бартенев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 10 страниц)

Задачу сравнять Москву с землей авиация противника не выполнила потому, что контроль воздушного пространства осуществлялся РЛС РУС-2, развернутыми вокруг Москвы. В частности, РЛС под городом Можайском своевременно обнаружила полет более 200 немецких бомбардировщиков и передала информацию о них для наведения истребителей и целеуказания зенитной артиллерии. В результате умелых действий воинов 1-го корпуса ПВО и 6-го истребительного авиационного корпуса часть фашистской авиации была уничтожена, а оставшаяся часть, сбросив бомбы на дальних подступах к столице, удалилась. В битве за Москву в войсках ПВО могли быть только отечественные РЛС РУС-2. В этой битве войсковыми единицами, осуществлявшими боевое применение РЛС РУС-2, были радиовзводы воздушного наблюдения, оповещения и связи (ВНОС). В системе ПВО Москвы эти радиовзводы входили в 337-й отдельный радиобатальон ВНОС по директиве штаба 1-го корпуса ПВО № 1602 от 26 марта 1941 года.

К началу войны в радиобатальоне было 9 РЛС дальнего обнаружения, которые занимали позиции в районе городов Клин, Можайск, Калуга, Тула, Рязань, Мытищи, Владимир, Ярославль, Кашин. Под Можайском в деревне Колычево 14 июня 1941 года была развернута РЛС «Редут-С», то есть 1-й экспериментальный образец стационарного одноантенного варианта РУС-2С [37]. Она была поставлена на боевое дежурство с боевым расчетом во главе с командиром лейтенантом Г. П. Лазуном. Техническое руководство боевым расчетом осуществляла группа специалистов НИИ-20 под руководством инженера Я. Н. Немченко. Этот расчет успешно выполнил боевую задачу, передавая в главный пост ВНОС данные о воздушной обстановке в условиях круглосуточно чередовавшихся дневных и ночных массированных налетов.

Аппаратура РЛС РУС-2С работала безотказно. После занятия г. Можайска противником, боевой расчет лейтенанта Лазуна, захватив всю боевую технику проселочной дорогой вышел к Кубинке, а затем и к Москве. В НИИ-20, сдав экспериментальный образец РУС-2С, боевой расчет с новой штатной аппаратурой занял новую боевую позицию в районе Истры, где и продолжил круглосуточное боевое дежурство вплоть до конца октября 1941 г. Вот выдержки из донесений 337-го радиобатальона ВНОС только за один день 1941 года: «Старшие операторы Соловьев и Гуздь (Истра) сразу же обнаружили большую группу вражеской авиации и передали о них данные. Эту же группу на расстоянии 103 км обнаружил старший оператор РЛС Васильев (Кубинка). По их данным, истребительной авиацией было сбито 5 фашистских Ю-88. В тот же день старший оператор ефрейтор Муравьихин (Внуково) обнаружил группу самолетов. Наши самолеты были подняты в воздух и два ME-109 и три Хе-111 были сбиты».

Применение РЛС для защиты неба столицы было неожиданным для фашистов. Когда они узнали о существовании советских РЛС, началась «охота» на них. Так расчет РЛС РУС-2 во главе с лейтенантом И. В. Куликовым был подвергнут бомбовой атаке. Из 29 человек боевого расчета было убито 10 человек, тяжело ранено 6 и получили ранения 5 человек. Среди убитых был и лейтенант И. В. Куликов. В Можайске 22 июля 2001 года на митинге, посвященном 60-летию боевого применения первой отечественной РЛС РУС-2 генерал В. П. Лазун (тот самый командир боевого расчета РУС-2С на Можайском направлении) сказал: «В период немецко-фашистского наступления на Москву боевые расчеты ВНОС бесперебойно снабжали данными о воздушной обстановке командование ПВО Москвы, обеспечивая этим защиту Москвы и Подмосковья».

Хочу привести письмо с фронта на Новосибирский завод № 208 им. Коминтерна, где во время войны изготавливались РЛС РУС-2 (из архивных документов этого завода).

«Здравствуйте, дорогие товарищи! От имени экипажа радиоустановки «Редут» № 125 разрешите передать Вам пламенный фронтовой привет и пожелать наилучших успехов на трудовом фронте. Пройден боевой путь от Украины через Западную Украину, Северную Буковину, Польшу до Силезии (Германия). Установка на сегодняшний день является глазами истребительной авиации и пользуется большим авторитетом среди частей истребительной авиации…

На боевом счету нашей установки имеется 39 сбитых самолетов противника, 40 обнаруженных аэродромов противника. 11 человек нашего экипажа награждены правительственными наградами. Установка движется непосредственно за передним краем и работает на самых ответственных участках фронта по прикрытию наступающих частей Красной армии. В условиях боевой обстановки нам стало ясно, как важно изготовление Вами для фронта максимального количества станций этого типа.

От имени экипажа станции «Редут» № 125 благодарим Вас за хорошую советскую технику, которой Вы нас снабдили, и желаем Вам дальнейших успехов в Вашей работе. Да здравствует Красная армия и ее верный помощник, сплоченный тыл! Смерть немецким захватчикам! С боевым приветом: Начальник установки трижды орденоносец ст. лейтенант Ямбых А. В. Помощник начальника установки орденоносец лейтенант Гуленко И., ст. оператор орденоносец ст. сержант Муравьев П. К., ст. электромеханик орденоносец ефрейтор Кондрашкин Ф. А. ст. планшетист орденоносец, комсомолец Садовников Н. С.».

Часто в Интернете можно встретить утверждение, что отечественные РЛС РУС-2 были хуже и появились позже английских, американских и немецких РЛС. Будем в этом сравнении объективны. Начнем сравнение с американских РЛС того времени.

Первой американской РЛС была станция дальнего обнаружения СХАМ, разработанная в Naval Research Laboratory. РЛС работала на частоте 195 МГц с импульсной мощностью 15 кВт с длительностью импульсов 3 мкс и частотой повторения 1640 Гц. Она обеспечивала дальность обнаружения самолетов в 50 миль. Лабораторный макет этой станции был испытан в 1939 г., а в конце 1939 года было выпущено 6 образцов этой станции. Таким образом, первые РЛС дальнего обнаружения как советские РУС-2, так и американские СХАМ появились почти в одно и то же время. Однако первая советская РЛС имела большую дальность обнаружения (150 км) чем американская. РЛС SCR-270, появилась позже. В августе 1940 года был подписан контракт с U.S. Army Signal Corps на производство первой партии этих РЛС. SCR-270 имела следующие параметры: частота 106 МГц, импульсная мощность 100 кВт длительность импульса 1-25 мкс, частота повторения 621 Гц, дальность обнаружения 100 миль.

Чтобы понять, почему англичане предпочитают говорить о своем «превосходстве» в радиолокационной технике, рассмотрим их первую РЛС дальнего обнаружения British Home Chain. Работы над созданием этой станции начались в 1936 году и уже к 1939 году целая цепочка этих станций была построена на юге и востоке Великобритании. РЛС работала на достаточно низкой частоте 22–28 МГц. Частота повторения 25 Гц, излучаемый импульс длительностью 12 мкс. Импульсная мощность РЛС составляла 80 кВт.

Однако к концу войны, когда эти станции должны были обнаруживать фашистские ракеты ФАУ-2, выходная мощность передатчика была доведена до 1000 кВт. В РЛС использовались раздельные антенны на прием и передачу. В частности, передающая антенна подвешивалась между двумя металлическими башнями высотой 350 футов. Максимальная дальность обнаружения с 80 кВт передатчиком не превышала 120 миль. Главный недостаток английской РЛС это неудачный выбор для работы длины волны, грандиозность сооружений и отсюда уязвимость и большая дороговизна.

Что же касается английской станции орудийной наводки GL-MkII, то она была направлена Сталину по указанию самого Уинстона Черчилля, с одной стороны, чтобы продемонстрировать превосходство Великобритании в области радиолокации, а с другой стороны, как подарок Красной армии за победу под Москвой, которая разрушила планы фашистского блицкрига. По донесениям штаба ПВО Московского округа ПВО английская СОН вошла в состав специального зенитного подразделения лишь в декабре 1941 года. Таким образом, начиная с декабря 1941 года под Москвой в составе ПВО была только одна английская GL-MkII. Советская станция орудийной наводки СОН-2 (аналог GL-MkII) постановлением ГКО в декабре 1942 года была принята на вооружение и поставлена на серийное производство. За годы войны было выпущено 124 станции СОН-2 на заводе № 465 (ныне НИЭМИ, г. Москва).

Теперь о первых РЛС Третьего рейха: РЛС дальнего обнаружения FREYA. Первые 8 образцов были выпущены фирмой GEM А (Берлин) в 1938 году. Импульсная РЛС работала на частоте 120–166 МГц, дальность 60 км (позже доведенная до 120 км). Частота повторения 1000 Гц. Антенны раздельные на прием и передачу.

Станция орудийной наводки WARZBURG. Также импульсная РЛС. Первый опытный образец выпущен фирмой Telefunken в 1939 году. Рабочая частота 553–566 МГц дальность 29 км (затем увеличенная после 1941 года до 70 км). Точность измерения по азимуту 2 градуса, по углу места 3 градуса. Длительность импульса 2 мкс, частота повторения 3750 Гц. Параболическая антенна на прием и передачу диаметром 3 м (в усовершенствованном варианте после 1941 г. – 7,5 м).

Таким образом, дальность обнаружения первой немецкой РЛС дальнего обнаружения FREYA даже после модернизации уступает по этой характеристике первой советской РЛС РУС-2. Эти данные взяты из книги «RADAR SYSTEM ENGINEERING», Radiation Laboratory MIT, 1947 (Массачусетская серия).

Добавлю, что в 1941 году лампы в передатчике РУС-2С были уже не ИГ-8, как уже отмечалось, а более мощные ИЛ-2, что увеличивало дальность обнаружения РУС-2 со 150 км до 200 км.

Одновременно с изготовлением и поставкой на фронт передвижных РЛС РУС-2 военным ведомством было принято решение и дано задание НИИ-20 разработать стационарный вариант РУС-2 для войск ПВО. Опытные образцы таких станций под шифром «Пегматит» были разработаны в кратчайший срок и к концу 1941 года два комплекта РЛС под шифром «РУС-2с» («Пегматит-2») были приняты на вооружение. 10 комплектов опытных образцов и 50 комплектов серийных РЛС НИИ-20 изготовил в 1942 году будучи в эвакуации в г. Барнауле, причем с 13-го комплекта РЛС выпускалась модернизированной (главные конструкторы А. Б. Слепушкин, М. С. Рязанский).

Это был трудовой подвиг коллектива НИИ-20. Сотрудники института работали недоедая, недосыпая, в тяжелых производственных и бытовых условиях. Следует подчеркнуть, что уже первые радиолокационные станции дальнего обнаружения РУС-2 защищали небо Москвы в 41-м году и при обороне Ленинграда в октябре – ноябре 42-го станциями РУС-2 и РУС-2с было обнаружено 7900 самолетов противника, из которых 2020 уничтожено.

В 1940 году НИИ-20 было выдано задание на разработку РЛС для кораблей ВМФ. В том же году РЛС «Редут – К» (главный конструктор В. В. Самарин) была изготовлена и в апреле 1941 года начался ее монтаж на крейсере «Молотов».

Следующей, более совершенной и с высокими техническими характеристиками, была разработана станция обнаружения и наведения «П-3» (главный конструктор М. С. Рязанский). В августе 1944 года станция «П-3» успешно прошла первые полигонные испытания и в том же году институтом было изготовлено и передано в войска 14 комплектов РЛС «П-3» (рис. 47).

Рис. 47. РЛС «П-3»

Разработка первого самолетного радиолокатора «Гнейс-2» проводилась НИИ-20 в эвакуации. Возглавлял эту работу Виктор Васильевич Тихомиров. А было все это так. В 1939 г. в НИИ-20 был направлен на преддипломную практику Виктор Тихомиров, который, закончив с отличием институт, вливается в коллектив оборонного предприятия. Ему повезло – он привлекается к работам по регулировке и сдаче первой отечественной РЛС дальнего обнаружения «Редут», которая под шифром РУС-2 была принята на вооружение в 1940 году. Это был двухантенный вариант РЛС.

Однако вскоре эта станция стала одноантенной. Инженер НИИ-20 Д. С. Михайлевич предложил идею и схему антенного переключателя для одноантенной станции обнаружения. Это создало возможность для следующих радикальных упрощений (улучшений) конструкции станции: отказаться от вращения фургонов, а вращать только антенну. Разработка одноантенной станции дальнего обнаружения с шифром «Редут-41» с сохранением основных ТТХ, как у РУС-2 осуществлялась тем же коллективом инженеров (под руководством А. Б. Слепушкина), который создавал РУС-2. Активное участие в этих работах принимал и В. В. Тихомиров, который очень скоро зарекомендовал себя как талантливый инженер, и уже в начале 1941 года был назначен начальником лаборатории и заместителем руководителя работ по созданию одноантенных РЛС.

В мае 1941 года НИИ-20 сдал ГУС КА первые две станции «Редут-41», которые на полигонных испытаниях подтвердили полное соответствие их ТТХ характеристикам станции РУС-2. Впервые в мире была создана РЛС дальнего обнаружения – с одной антенной на передачу и приём. Кроме мобильной одноантенной станции «Редут-41», был разработан и вариант стационарной РЛС «Пегматит-2», которая известна под шифром РУС-2с (рис. 48).

Рис. 48. Стационарная РЛС «Пегматит-2», (РУС-2с)

За успехи НИИ-20 в разработке РЛС дальнего обнаружения РУС-2с в 1943 году была присуждена Сталинская премия: А. Б. Слепушкину (руководитель работы), И. И. Вольману, И. Т. Зубкову, Л. В. Леонову, Д. С. Михайлевичу, М. С. Рязанскому и В. В. Тихомирову. Это была первая Сталинская премия Виктора Васильевича Тихомирова.

В июле 1941 г. начинается эвакуация НИИ-20 в Барнаул. Здесь, на новом месте, практически «с нуля» в невероятно сложных условиях при катастрофической нехватке кадров и необходимых приборов под руководством В. В. Тихомирова создается теперь уже первая отечественная авиационная РЛС «Гнейс-2». Всего через несколько месяцев были завершены испытания первых образцов, получен положительный результат. Первые опытные образцы сразу же шли на фронт.

В конце 1942 г., в самое горячее время Сталинградской битвы, Тихомиров с группой разработчиков отправляется на место боевых действий, где БРЛС устанавливаются на фронтовые бомбардировщики Пе-2 и тут же настраиваются. Тихомиров часто сам летал в качестве оператора РЛС и занимался инструктажом летчиков. Именно эти самолеты с БРЛС «Гнейс-2» позволили удержать блокаду группировки Паулюса под Сталинградом, не давая возможности доставлять туда грузы по воздуху и внесли заметный вклад в разгром фашистов под Сталинградом 70 лет назад. Приемо-сдаточные испытания Пе-2 с «Гнейс-2» прошли уже в 1943 г. под Ленинградом, и «Гнейс-2» был принят на вооружение (рис. 49). За разработку «Гнейс-2» Тихомиров получил свою вторую Сталинскую премию, которую ему вручили в 1946 г.

Рис. 49. Первая отечественная самолетная РЛС «Гнейс-2»

О том, какими темпами создавалась РЛС «Гнейс-2» можно судить по следующим фактам. Изготовление аппаратуры вели, не дожидаясь полного выпуска документации. Монтаж производили по эскизным наброскам и принципиальной схеме, на ходу внося изменения и избавляясь от дефектов. Уже к концу 1941 года первый «летный» образец РЛС «Гнейс-2» с мощностью излучения 10 кВт, работавший на волне 1,5 м, был собран.

А в январе 1942 года на аэродроме под Свердловском, станцию смонтировали на самолете Пе-2. Вскоре начались испытания. Заметим, что органы управления и индикатор «Гнейс-2» разместили в кабине оператора радиолокатора (где прежде сидел штурман), а часть блоков станции смонтировали в кабине стрелка-радиста. Самолет стал двухместным, что негативно сказалось на его боевых возможностях. Параллельно с оценкой работоспособности РЛС, являвшейся, по сути, экспериментальным образцом, отрабатывались методика и тактика боевого применения радиолокационного истребителя. Пе-2 при испытаниях пилотировал майор А. Н. Доброславский.

С «Гнейс-2» работали сами ведущие инженеры В. В. Тихомиров и от ВВС Е.С. Штейн. В качестве цели использовался самолет СБ. Доводка оборудования проводилась круглосуточно, тут же на аэродроме. Устранялись отказы, опробовались антенны разных типов, вносились изменения в конструкцию РЛС, позволившие сократить «мертвую зону» до 300 м (а затем и до 100 м) и улучшить надежность станции. В июле 1942 года программа государственных испытаний была выполнена. Вот это были темпы: в январе 1942 года в Пе-2 была смонтирована первая РЛС и начались ее испытания, а уже в конце того же года РЛС «Гнейс-2» применялась в боевых действиях в Сталинградской битве. В 1943 г. бортовая РЛС принимается на вооружение.

В середине того же года НИИ-20 возвращается из эвакуации в Москву и в этом же году Тихомиров завершает разработку БРЛС «Гнейс-2М». А в 1945 г. на серийное производство будут поставлены «Гнейс-5» и «Гнейс-5С».

РЛС «Гнейс-5» прошла государственные испытания и показала дальность обнаружения 7 км, повышенную точность вывода в атаку и широкий угол обзора 160° в вертикальной плоскости. По отзыву ВВС РЛС «Гнейс-5» по тактико-техническим характеристикам не уступала английской станции аналогичного назначения, а по дальности действия – даже превосходила ее, имея меньшие размеры «мертвой зоны». РЛС «Гнейс-5» была принята на вооружение в двух модификациях: «Гнейс-5С» устанавливалась на самолеты-истребители (рис. 50), а «Гнейс-5М» – на самолеты-разведчики морской авиации и торпедоносцы (рис. 51).

Рис. 50. Комплект аппаратуры радиолокатора «Гнейс-5С»

Рис. 51. Комплект аппаратуры радиолокатора «Гнейс-5М»

В 1944 году из НИИ-20 выделяется самостоятельное предприятие – Центральное конструкторское бюро-17 (ЦКБ-17, далее НИИ-17, ныне ОАО «Концерн радиостроения «Вега»), которому целенаправленно поручается разработка самолетных РЛС и систем управления вооружением (СУВ). Заместителем начальника ЦКБ-17 по научной работе назначается В. В. Тихомиров, который остается при этом главным конструктором по нескольким темам. В 1949 году В. В. Тихомирова назначают начальником и научным руководителем НИИ-17, при этом он по-прежнему руководит целым спектром НИОКР по темам «Вибратор», «Аргон», «Селен», «Кадмий», «К-5», «Изумруд», и т. д.

В 1953 году «за создание нового типа аппаратуры» В. Тихомиров получает свою третью Сталинскую премию. За свои заслуги Виктор Васильевич Тихомиров также был награжден двумя орденами Ленина (высший орден в Советском Союзе), орденом Красной Звезды, орденом «Знак Почета», двумя орденами Трудового Красного Знамени, медалью «За оборону Москвы», медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне».

В 1953 г. он был избран членом-корреспондентом АН СССР. В 1956 г. при введении в СССР звания Генеральный конструктор авиатехники, он был в числе первых 13 генеральных конструкторов, наряду с Туполевым, Сухим, Яковлевым, Микояном и др.

В соответствии с постановлением Совмина было принято решение о создании под научным руководством В. Тихомирова филиала НИИ-17 на территории ЛИИ имени Громова в г. Жуковском. Такой филиал был создан в 1955 году и уже в следующем году он был преобразован в самостоятельное предприятие – Особое конструкторское бюро № 15, которое в дальнейшем было преобразовано в НИИ приборостроения.

Главной задачей вновь созданного предприятия было создание авиационных систем управления вооружением. Работая над РЛС «Изумруд», «Изумруд-2» и «Изумруд-2М» для истребителей серии МиГ-15 и МиГ-19, разрабатывая темы «Ураган» и «Ураган-5Б» предприятие, опираясь на организаторский талант руководителя, бурно развивалось, набирая инженерные кадры и создавая свое опытное производство.

В 1958 году генеральному конструктору Тихомирову поручают разработку мобильного зенитного ракетного комплекса (ЗРК) «Куб» (шифр 2К12), предназначенного для защиты сухопутных войск от тактической авиации противника, действующей на средних и малых высотах. ЗРК «Куб» успешно прошел все испытания начавшиеся 50 лет назад и был принят на вооружение. По классификации НАТО он получил название Gainful, а также SA-6. Позднее ему присваивают экспортное название «Квадрат». Комплекс экспортировался в 25 стран мира и много раз доказывал свою эффективность в боевых конфликтах, особенно в 70-х годах.

Кстати, именно его ракетой во время балканского конфликта в 1999 году был сбит заявленный как «невидимка» американский F-117. И неудивительно, что комплекс до сих пор стоит на вооружении многих стран, и по заказу ряда из них НИИП до сих пор проводит модернизацию его систем. Это говорит о том, что заложенные Тихомировым идеи намного опередили время и даже после 40-летней эксплуатации ЗРК «Квадрат» остается востребованным. 23 декабря 2012 года исполнилось 100 лет со дня рождения выдающегося советского ученого и инженера Виктора Васильевича Тихомирова, создателя первой отечественной авиационной РЛС, трижды лауреата Сталинской премии, члена-корреспондента АН СССР.

В 1943 году перед НИИ-20 была поставлена задача в кратчайший срок разработать корабельную радиолокационную станцию обнаружения надводных и воздушных целей, пригодную для вооружения кораблей ВМФ всех классов. Образец корабельной РЛС «Гюйс-1» (Главный конструктор Голев К. В.) институтом был создан, и в апреле – мае 1944 года в Баренцевом и Белом морях при волнении от 1 до 8 баллов на эсминце «Громкий» РЛС была испытана. Трудно воздержаться от восхищения от объема успешно выполненных работ «Остехбюро» – НИИ-20 за период с 1921 по 1945 год, а особенно за годы Великой Отечественной войны.

Подведем итог: количество РЛС дальнего обнаружения типа «Редут», выпущенных до конца войны, составило: РУС-2 (двухантенная) – 12; РУС-2 (одноантенная автомобильная) – 132; РУС-2с (одноантенная разборная) – 463.

Вклад, внесенный сотрудниками НИИ-20 в победу в Великой Отечественной войне огромен и был отмечен награждением института в 1944 году орденом Трудового Красного Знамени. Научно-технический задел НИИ-20 получил развитие в новых КБ и НИИ, создаваемых за счет выделения и перевода большого числа сотрудников из НИИ-20. В частности, в созданное в 1944 году ЦКБ-17 (ныне ОАО «Концерн радиостроения «Вега») была переведена большая группа специалистов, в том числе главный конструктор первой отечественной РЛС (РУС-2) А. Б. Слепушкин, лауреат Сталинской премии и другой главный конструктор первой самолетной РЛС («Гнейс-2») В. В. Тихомиров, трижды лауреат Сталинской премии.

Большая группа специалистов НИИ-20 в 1946 году была переведена в НИИ-885 (Ныне ФГУП «Российский НИИ космического приборостроения»). В их числе главный конструктор РЛС П-2, П-3 М. С. Рязанский, лауреат Сталинской премии, главный конструктор радиолиний «Карбид» и «Бекан» Н. И. Белов, дважды лауреат Сталинской премии.

Такая практика продолжается и в последующие годы. Сотрудники НИИ-20 переводятся целыми отделами в КБ-1, НИИ-648, НИИ-101, НИИ-129 и на другие предприятия оборонного комплекса. Следует также добавить, что на базе ленинградского отделения «Остехбюро» 1 октября 1939 г. был создан институт морской телемеханики и автоматики – НИИ-49. С 1966 г. он был переименован в Центральный научно-исследовательский институт приборов автоматики – ЦНИИПА, теперь называется ОАО «Концерн «Гранит – Электрон». Часть сотрудников московского отделения «Остехбюро» пополнили коллектив созданного в 1933 году Всесоюзного государственного института телемеханики и связи (ВГИТИС), который в 1936 году был переименован в НИИ-10, а теперь называется ОАО «Морской научно-исследовательский институт радиоэлектроники «Альтаир» (ОАО «МНИИРЭ «Альтаир») и входит в концерн «ПВО «Алмаз-Антей».

И в заключение необходимо рассказать об одном историческом казусе в названиях разных двух предприятий. Дело в том, что, начиная с 1946 года в Москве наряду с НИИ-20 (впоследствии ВНИИРТом) появился еще один НИИ-20 после переименования ЦКБ-20, которое находилось на территории завода № 465. Этот новый НИИ-20 также имел радиолокационную тематику и в 1950 году вместе с заводом № 465 перебазируется из Москвы в Кунцево, а его научно-производственная база передается КБ-1 (позже известное как ЦКБ «Алмаз»). Первый НИИ-20 переименовывается в НИИ-244 в 1954 году. Кунцевский же НИИ-20 лишь в 1966 году переименовывается в НИЭМИ. В последующие годы коллектив НИЭМИ занимался разработками как зенитно-ракетных комплексов («Тор»), так и зенитно-ракетных систем («С-300В»).