Текст книги "Одержимый (СИ)"

Автор книги: Владимир Поселягин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Проснулся в полдень, выспался. Позавтракал привычно, сделал зарядку, собрался, убрал палатку, а так с содержимым и собранной, удобно, и направился к дороге, там уже окраины видны, тут недалеко. Впрочем, вскоре рядом остановилась пролётка, семья помещиков ехала, они местные, навестить дочку в городе, и довезли до моего дома. Им по пути было. А так с любопытством на меня смотрели, я же в форме был, шинель накинута, не застёгнута. Естественно при знакомстве те меня опознали, всё же в прошлом году по всей России на слуху, вот и сообщил, что прибыл по велению государя. Понятно про оборону Порт-Артура и его сдачу спрашивали, это всё волну подняло, хотели знать подробности. Подтвердил, я прямой очевидец и участник обороны, до последнего дня, покинул тайно ночью город, когда японцы уже заходили в него, вывез весь свой отдел с подчиненными. Ну и на прямой вопрос пожилого помещика как так получилось, без утайки рассказал примерно тоже что и офицерам броненосца «Цесаревич». А что, с меня подписки хранить информацию, и не выдавать её, не брали. Помещики дальше в предынфарктном состоянии уезжали. Сами спросили.

Время где-то четыре дня, до заката ещё часа три, время есть, узнаю, что по дому. Сторож вышел, когда я осмотрев с улицы особнячок, скрытый фруктовым садом, открыл калитку кованных ворот, ограда из кирпича была, и прошёл на территорию. А ничего так район, и домик милый. Двухэтажный, каменный, не сказать, что большой. Колонны у крыльца, наверху балкон, всё мило и неплохо смотрелось. То есть, для жизни то что надо, но нужно минимум трое слуг, истопник-уборщик, кухарка и горничная. Это самый минимум. Можно приходящих, но есть где жить, на территории флигель с четырьмя квартирами, в одной смотритель и жил, зимой тот топил в доме печи чтобы тот не отсырел. Причём я за это буду платить, мне чуть позже выставят счёт, когда будет передача. Хозяевам, графьям, мальчонку тот послал, с улицы кликнул, сказал, что нужно и мелкий убежал, а смотритель всё мне показывал. То, что я новый владелец тот был уверен, опознал по фотографии. Я часто в газетах появлялся. Но тогда в форме лейтенанта русского флота был. Да, было дело, позировал для редакций газет. Хозяин дома, пожилой граф с сыном, тем самым ротмистром, что мне проиграл пари, он где-то тут служит, приехали через час, это довольно быстро. Я уже всё осмотрел, выбрал себе спальню, вещи личные разложил, запасную форму, обживался, хозяйскую взял, подтопил печи, дом холоден был, ну и осмотрел дворовые постройки. Что по дому, то вся обстановка осталась, только личные вещи бывшие владельцы забрали, мало что докупать нужно. На территории флигель, вполне свежий каретный сарай, но конюшни не было, тут рядом частные конюшни, там лошадей держали, хозяйка не терпела запаха лошадей и их жизнедеятельности, поэтому на территории лошадей не держали. Потом был дровяной сарай, из него можно спустится в погреб-ледник, и беседка в саду. Особняк небольшой участок земли занимал, но весь садом был окружён, где прятались другие строения. Что мне не понравилось, не было бани. Сам построю, и веранду при ней, сидеть после бани, и пиво пить. А пиво я любил, светлое, хотя это и не дворянский напиток, как мне не раз говорили другие офицеры. Пока в Циндао были, и не отбыли, я со склада местного пивного заводика выкупил шесть бочек с пивом той марки, что мне больше всего понравилась.

Да бани нет, в доме есть водопровод, ванная, воду греют в печке, и всё. Баню сам сделаю, уже прикинул, в углу, где соединяюсь с двумя соседними участками. Самое место. А как бывшие владельцы прибыли, мы поздоровались, пообщались, дом в отличном состоянии, я всем доволен, мне выдали список по покупкам и платежам, не дешёвое дело год содержать такой дом, но я расплатился, чему графы были довольны. Кстати, ротмистру сообщил что прибыл в столицу по приказу государя, но не знаю кому сообщить о прибытии. Не через морское ли ведомство? Тот отмахнулся, передаст в канцелярию Императора, и послал своего извозчика с запиской, куда отвезти и кому передать тот знал, так что завтра, скорее всего будет фельдъегерь от Николая, адрес ротмистр этот указал. Ну а мы выпили вина, это мой запас, на первом этаже, в столовой зале, закуски небольшие, отметили встречу. Регистрация дома пройдёт как я патент от Николая получу, как на дворянина зарегистрировать нужно дом. Не на мою же офицерскую книжицу. Те перед уходом предложили пожить у них, но я отказался, нужно обжить свой выигрыш. Вот только попросил насчёт проверенных слуг помочь, подобрать. Это было не проблемой, пришлют завтра. На этом и расстались. Сторож пока остался, как свои слуги будут, тот отбудет. Кстати, присутствие бывших владельцев при перерегистрации дома не нужно, у меня нотариально заваренная доверенность на получение дома, по ней вполне проведут регистрацию. А пока ждём.

Ротмистр ошибся, только на четвёртый день прибыл гвардейский офицер, я как раз за домом был. Наблюдал как собирают баню, специально стволы из липы подобрал. Пока просто собирают сруб, проверить всё ли привезли, основание на месте бани ещё готовится, там канавы копают под фундамент. А так я нанял шесть слуг. Это истопник, он же кучер, второй садовник, он же подметальщик, сад и территория участка – это его работа. Кухарку, потом две горничные, одна ещё блюда при приёме пищи подаёт, ну и дворецкого, или управителя, как их тут в России называют. Люди мне понравились, заключили рабочие договора, выплатил аванс и те работают, и надо сказать хорошо, я не жалуюсь. Порядок быстро навели. Причём управляющий женат на кухарке, им одна квартира во флигеле, садовник на горничной, им вторая, истопник племянник управляющего, один живёт, третья квартира. Четвёртая пустая, вторая горничная в своём доме жила, приходящая, она замужем, но муж приказчик в одной из лавок. Управляющий и подсказал отличную бригаду строителей, как раз по баням специализируются, для дворян строят, а у них претензии на разные роскошества. Я описал что мне нужно, у бригадира свёрток с листами схем разных бань, удивил, и подобрал ту, что мне по душе пришлась, плюс к ней беседка, на открытом воздухе, после бани сидеть и наслаждаться пивом или горячим чаем. Большой самовар со всем необходимым управляющей уже купил и привёз. Также выезд взял, пролётку, плюс двух коней. Тоже держу их на частной конюшне. Вполне удобно, я оценил.

Вот тут меня и отвлекли от созерцания чужой работы, люблю смотреть как другие работают.

– Поручик Ржевич, фельдъегерская служба, вам приказ явиться в летнюю резиденцию Его Величества.

– Хорошо, – получая конверт с приказом, согласился я, а заметив, что поручик мнётся и не уходит, уточнил. – Что-то ещё?

– Это правда, ваше высокоблагородие, что десять дней назад вы ещё во Владивостоке были?

– Да, правда. Признаться, приказ государя явиться как можно быстрее я выполнил, но меня вызвали поздно, четыре дня уже в столице. Похоже не так понял приказ, можно было и не торопиться.

– Это я знаю, секретарь просто не поверил, что вы прибыли, и решил, что вы в пути, подтверждаете выезд, а как слухи по столице пошли, что вы в Питере, навели справки, и узнали, что вы действительно тут.

– Понятно, – с безразличием пожал я плечами. Мне это ни холодно не жарко, я отлично провёл эти четыре дня. Позже бы пришли, ещё лучше было бы.

Насчёт слухов, то как узнали, что я тут, так посыпались приглашения навестить тот или иной дом. К графам тоже. Я не против, и в парадном мундире со всеми наградами посещал, общался, музицировал. У местного портного новую форму заказал, моя как-то не смотрелась в столице. Сегодня только получил. Семь домов за четыре дня посетил, ещё два десятка приглашений было, но тут вот поручик этот гвардейской появился. Мне через час отбывать к одной семье аристократов, бароны, хорошие люди, внук пятнадцати лет в прошлом году сбежал в Порт-Артур, воевать. Когда газеты написали про моего брата с его дружками, как поветрие пошло, ловили, с поездов снимали, но некоторые прорывались, как внук этой семьи. Там его всё равно отправили домой, но факт есть факт.

– А как вы добрались так быстро?

– На воздушном шаре прилетел, – сразу ответил я. А что, давно придумал. Поручик кивнул и направился прочь.

Вскрыв конверт, я выяснил что должен прибыть в канцелярию Императора сегодня в семь вечера. Да, у баронов всего пару часов побуду, но можно сослаться на приказ. А баронов навещу. Вообще я особо не описываю саботаж и предательство, а описывал героическую оборону, и если спрашивали, не предательством ли сдали Артур, только согласно кивал, говоря о военной тайне. Удивило что четыре дня продержался, думал вызовут раньше. А так отдав несколько приказов, впрочем, строители и сами знали что делать, я собрался, переодевшись в парадное, моя пролётка уже готова была, верх поднят, чуть накрапывал дождь, вообще тут и снег на улицах, сугробы ещё лежали, так что слякоть, и всё сопутствующее вполне было. Подъездную дорожку мне разбили на участке, но я плитку в начале лета, как просохнет, собирался положить, так что не жалко. Дом мне очень понравился, и я его активно обживал. Вещь отличная, не зря выиграл. Вот так сначала посетил баронов, хороший вечер для своих, а было всего полторы сотни человек, поверьте, это немного, у некоторых и до четырёхсот доходило. Общались, байки травил, анекдоты, пару раз на гитаре сыграл, вообще моё исполнение и песни уже привлекали к себе внимание своей оригинальностью и необычностью. В Артуре тоже не сразу распробовали, а потом множество почитателей этих песен появилось, сами пели их. Ну и вот, покинув дом, там вечер продолжался, моя пролётка ожидала, кучер знал куда вести, его Василием звали, и вот доставил. На территорию не пустили, казаки были, проверили приказ, он на руках был, и один сопроводил по не совсем ровной брусчатке, пару раз каблуком зацепил, до нужных дверей. Это не парадный вход, он с другой стороны, тут боковой, там меня принял гвардейских офицер и уже в канцелярию привёл. Да, на входе мне сапоги помыли, протёрли, чтобы грязь по полу не разносил. Хороший сервис, дома бы завёл, но дома я в домашних тапочках хожу.

Секретарь принял приказ, и велел ожидать, тут в приёмной несколько генералов было, и другие посетители в гражданской одежде. Никого не знаю. Места свободные были, но сидеть не хотелось, подошёл к окну и прислонившись плечом к стене, стал смотреть в парк. Красивые виды, дрожки, дальше вроде фонтан, кажется там кто-то гулял, но темнело, уже не видно было. Я настроился на долгое ожидание, но уже через двадцать минут, меня толкнули в плечо, и пригласили проходить. Незаметно касаясь ушей, вытаскивая наушники, музыку слушал, я проследовал за секретарём к двери, и тот запустил меня внутрь. Вот так отработал три уставных шага, без чинов приказа не было, и доложился о прибытии.

– Это правда? Вы прилетели на воздушном шаре? – спросил полный адмирал российского флота, что находился в кабинете.

Красное лицо, давление видимо, тот утирал платком, густая борода до середины груди. А вот Николая я не сразу заметил, тот у окна стоял, тоже в парк смотрел

– А вы кто?

– Смирно! – вдруг рявкнул адмирал. – Позор, морского министра не узнать.

Вытянувшись, я молча слушал того, а вот Николай с интересом слушал, и спросил:

– Юноша, вы действительно не узнали министра?

– Нет. Этих адмиралов в России, что блох на собаке, откуда мне их знать? Те что в Артуре или Владивостоке, видел. Это обычные военные чиновники с орлами на погонах. Ничего из себя не представляют в военном смысле. Больше адмиралов там нет, они же не дураки на войну ехать, там и убить могут. Единственного русского адмирала, который по праву носил орлы, убили японцы. Я про адмирала Макарова.

Адмирал готов был взорваться, но Николай погасил его недовольство одним взглядом. Умеет. Я думал тот хуже, а он чего-то стоит. После этого Николай начал опрос. Его интересовало всё, как я унтером стал, прапорщиком, про пари тот в курсе, описал как дело было с захватами эскадренных миноносцев, потом как потопил броненосный крейсер, за ним второй и гонял транспорты у Чемульпо. Это вся моя боевая работа как военного моряка, куда я попал совершенно случайно, это понимали все в кабинете, дальше служба в контрразведке. Много что рассказал, про предательство, вполне сознательный саботаж и заговорщиков. При этом из сумки, её на входе проверяли, пустая была, доставал тетради, пронумерованные, там было всё. Описал сдачу осады, про план Рожественского сдать свою эскадру, выполняя приказ покровителей из столицы, которым нужен проигрыш в войне, полный позора. Да всё, это работа моего отдела, не всё те знали, но видно немалую работу множество людей, отчёты, опросные листы. Это не рассказ от балды, это всё подтверждено бумагами и фактами. Работа целого отдела. Когда закончил, адмирал вообще посинел лицом, да и Николай был на нервах.

– Эту войну вообще можно было выиграть? – тихо спросил он.

Решив, что вопрос был адресован мне, я ответил на него:

– Когда я был командиром миноносца, всего один выход с боевой операцией, шокировал абсолютно всех. Командиры кораблей в Порт-Артуре сразу стали нашёптывать его высокопревосходительству, вице-адмиралу Макарову взять меня в штабные. Я это позже узнал. Ведь на моём фоне они выглядели очень бледно, а молодые офицеры оживились. По их мнению, нужно быть как все, сидеть ровно на заднице и не вылезать вперёд. Я стал начальником контрразведки, в принципе было интересно, но уже наскучило. Тогда я предложил командующему, на тот момент это был его высокопревосходительство вице-адмирал Скрыдлов, уничтожить линейные силы японцев. Это не сложно, по примеру японцев я стал в их рядах вербовать агентов, это сложно, у них высокий патриотический подъём, но возможно, что продемонстрировал на бронепалубном крейсере «Цусима», где оплатил из кассы отдела работу агента и он взорвал крейсер. Смертник. Деньги семье пошли. Однако командующий категорично запретил, матом сообщив, что такая война подлая и он как честный моряк, будет воевать на броненосцах. Командующего не видели не разу в линейном бою, он их избегал, пока рейд не блокировали, потом тот сбежал со штабом из Артура, бросив мой отдел. Лучше быть подлым воином и топить броненосцы любым способом, главное победа, чем трусом избегающим боя. Но такие предложения я делаю раз. Потом ещё дважды задействовал своих агентов. При прорыве из Артура, взорвал бронепалубный крейсер «Сума», довольно далеко у блокирующих сил находился, те направились к месту взрыва и это позволило нам уйти. Потом через сутки, днём, догнали два эскадренных миноносца и бывший итальянский броненосный крейсер, напарника которого я уже потопил год назад. Дал сигнал своим агентам, японцы явно искали нас, я много знал, и заговорщики через японцев решили меня устранить. Агенты сработали, миноносцы были уничтожена, но с крейсером не вышло, видимо что-то пошло не так. Горел, сгорело машинное отделение, но крейсер остался наплаву и его отбуксировали к англичанам. Это позволило нам уйти. Дальше взяли на фрахт германский пароход и дошли до Владивостока, уходя от всех дымов. Повезло, добрались благополучно, даже с полными трюмами риса, что выкупили интенданты.

– Вы знаете кто заговорщики? – спросил Николай.

– Так точно, больше двухсот фамилий. Среди них и великие князья. Вторая тетрадь сверху.

Николай покосился на стол, где с двумя стопками тетрадей и запечатанных конвертов лежало то, что я достал из сумки. Уже было видно, что объём не для неё, та как казалось пустой, так и осталась. Впрочем, на это не обратили внимания.

– Перечислите, – приказал тот.

Мне не сложно, начал перечислять, братьев, кузенов, дядек, да большинство, я же действительно взял двух знающих из их братии, китайцы в пытках доки, всё эти двое выложили, они много знали, высокие должности занимали, были доверенными людьми. Как резиденты иностранных разведок работали в Порт-Артуре, а тронуть не моги их, поэтому выкрадывал, даже потом помогал с их поисками, хотя знал, что тела в бухте на дне покоятся. Николай наливался красным, семью и родственников он любил, всё прощал, морской министр вообще предынфарктном состоянии был. Не выдержав, Николай взорвался:

– Вон! Арест… – и подумав, с трудом выдавил. – Домашний.

Молча козырнув, я развернулся и покинул кабинет, где подойдя к секретарю, сказал:

– Государь меня отблагодарил домашним арестом. Это оформляется, или самому домой можно отбыть?

– Самому. Вас проводят, – сообщил тот, с интересом меня рассматривая, явно гадая за что меня невзлюбили.

Действительно передавая друг другу, довели до выхода с территории летней резиденции, и направился домой. Кучера будить пришлось, дремал на своей скамейке. Уже когда снял верхнюю одежду, управляющий помогал, Митрофан Фёдорович он, сообщил тому:

– Государь осерчал на меня, домашним арестом наградил, без срока пока. Так что на территории дома поживу. Приглашения не принимать, сообщать об аресте. Я хоть от этих торжеств отдохну. Суетно оно.

Аресту я даже больше порадовался, чем огорчился, ещё обратно во Владик пошлют. Я вообще-то навоевался, продолжения не хочется. Любопытство утолил, и достаточно. Пусть война как она и должна быть, заканчивается, а я в отставку. Кстати, прибыл знакомый ротмистр, что и проиграл мне этот дом, думал утешать будет. Я же даже не понял поначалу о чём он. Просто махнул рукой и сказал наплевать на арест, и попросил помочь составить прошение об отставке. Потому как на военной службе себя не вижу. Бардак, и предательство, не хочу дальше служить, тот вполне толково помог. С утра отправлю в военно-морское министерство, пусть по инстанциям дальше. Глядишь и удовлетворят. Ротмистр отбыл, уже полночь была, ему куда-то на гулянку нужно, так что умылся и сам отбыл ко сну. С утра отправил два письма, одно в военное морское министерство, второе на почту, родным в Москву, это второе, первое написал по прибытию, сообщив что в столице. Ожидаю встречи с государем. Сашка на поезде едет. Когда должен прибыть с друзьями в Москву, написал. Во втором об аресте написал, всё равно узнают, мол, пока живу в своём доме, дал адрес, если навестить захотят. Это всё. Вот так и стал проживать, и знаете, понравилось. Из военного ведомства мне два сообщения прислали, о домашнем аресте, оформили его, а то как, я на службе вроде как, а второй отказ в прошении.

Недели за неделей летели, меня мало кто посещал, не хотели навлечь гнев государя, арест так арест, пусть и домашний. Это меня только радовало. Баньку мне отстроили от и до, красавица под железной крышей, и веранда открытая, но можно деревянные щиты надеть на петли и закрытое помещение для отдыха, если мороз, или ветер. У баньки молодые ёлочки посадили, люблю хвойный запах. Сад облагородили, низ деревьев побелили, три дня назад, а уже достаточно просохло, двенадцатое мая было, всё зазеленело, начали дорожки делать, разметили верёвочками, половину раскопали, щебёнки и песка телегами навезли, трамбуют, и брусчатку укладывают. Хорошее работники, пусть работают. Сегодня пятнадцатое мая наступило, вчера прошла битва японцев и эскадры Рожественского, результат я заранее знал, даже утрешние газеты не смотрел особо, неинтересно. Впрочем, глянул, там заголовками пестрили статьи, полный разгаром эскадры, русские новейшие броненосцы выкинули белые флаги. Вообще ничего не изменилось, что больше всего удивляло. Рожественский в парадном мундире сдался японцам. Позор? Ещё какой. Глянул статью без интереса, отложил, и поглядывая с веранды бани на работу работников, их девять на территории трудилось, работы много, на месяц им не меньше, качественно нужно сделать, чтобы провалов не было, ровные пешеходные дорожки по саду, к бане и другим строениям, вокруг дома, подъездная дорожка для пролётки с местом для разворота, всё это и делали. Цельный инженер-строитель надзирал и командовал. Не и бригадир был. Инженер редко появлялся, а бригадир постоянно тут. На нём доставка материалов и остальное. Работа спорилась, хотя и только начали, три дня всего, старое всё убирали, но радовало. А тут фельдъегерь появился.

Пешком, потому как всё разворочено, на пролётке не заедешь. Я на веранде не один сидел, младшая сестрица Лукерья и матушка. Они ещё две недели назад приехали, живут у меня, плюс тётка и дед, но их сейчас не было, укатили по магазинам с утра. Пять дней назад телеграмма, поезд пришёл в Москву. Брат Сашка с друзьями благополучно доехали, встретили их там с цветами и оркестром. Отец тоже в столице был, приезжал, но вскоре отбыл. К слову, я семье передал пятьдесят тысяч рублей ассигнациями. Просто в дар, что они есть. Сразу предупредив что это разовая помощь, пусть сами думают куда их деть, это их дело. Пока в банк положили. Время послеобеденное было, тарелки уже убрали, мы чай пили, приём пищи тут на веранде уже входил в традицию, всем нравилось, а тут нам мешают. Мне вот не понравилось. Для меня приём пищи, особенно время чая, священное.

– Срочный пакет от государя, – сообщил подпоручик гвардии, видимо их так на посылках гоняют, молодых.

– Хорошо.

Я принял пакет, бросив на стол, расписался в поручении, и продолжил чаепитие. Вскакивать не стал, я вообще в домашнем был, рубаха на выпуск, светлые свободные брюки, лёгкие туфли на ногах, благо было вполне тепло, пусть иногда и долетал холодный ветерок. Не в форме. Дома её не ношу, отвыкаю, готовлюсь к мирной жизни. Однако, подпоручик уходить не торопился. Только отошёл в сторону от выхода, там горничная принесла блюдо со свежим «чак-чаком», к чаю. Лукерья и ждала его, чай пока не пила.

– Что-то ещё? – сделав глоток отличного чая, закупился у китайских купцов, там он куда лучше, чем тут продают, запас солидный имею, спросил я у посланца.

– Пролётка ожидает снаружи.

– Зачем? – с искренним удивлением, уточнил я. – Я под арестом, покинуть дом не могу. Запрещено.

– Это приказ государя.

– А где он? – я демонстративно осмотрелся. – Приказ государя я слышал своими глазами, потом из военно-морского министерства подтвердили. А вас я не знаю, может вы какой Вася Пупкин обряженный в гвардейский мундир? Идите вон, милейший и не мешайте нам чаёвничать. Никуда я не пойду. Пока под арестом нахожусь.

Тот постоял, явно находясь в замешательстве, и развернувшись быстрым шагом направился к выходу. Родные, что сидели рядом как мышки, отмерли.

– Накажут? – спросила матушка.

– Да пошли они, будут мне ещё отдых портить. Главное в отставку уйти, и можно попутешествовать. Начну с Франции. Ещё пока не определился, с чего начать, с девушек или лягушечьих лапок. Что первым попробовать.

Тут я лукавил, по женской части, я вполне сыт и доволен, тут есть такие мадам, меня ротмистр свёл, та приехала ко мне, раз клиент под арестом, и нашла девушку в содержанки. Многие так работают, копят на старость или мужей ищут, вот и подобрал по вкусу. Для всех, сиротка у меня живёт, содержу её, хотя все всё понимали. Та кстати с утра к подружке укатила, вечером будет. Мне Анна, так та назвалась, распространённое имя, нравилась, думаю с собой взять. Я твёрдо настроился на отставку и свободу, жду заключения позорного для России мира, чтобы третье прошение об отставке подать, второе уже было, и приезд этого фельдъегеря мне точно не понравилась. Да и с Николаем желания общаться нет, тот прокатил с дворянским патентом, так и не дал. Хотя я думал для этого и вызвал, но там другие разговоры пошли с закономерным итогом. Не дал, так пусть идёт лесом. На карьеру плевать, остальное тоже, я из любопытства воевал, даже каторги не боюсь. Просто уйду за границу. Дом жалко, но семью поддержал, думаю выдержат, если меня уже по-настоящему арестуют. А так мы немного поговорили, я успокоил родных, сказал, что в следующий раз этот гвардеец уже подготовиться, а сам двинул прогуливаться по саду, нужно растрясти то, что поел. Да и прогулки полезны. А так я был прав. На балконе в кресле-качалке покачивался, когда снова прибыл фельдъегерь, пришлось спускаться вниз. Тот вручил письменный приказ императорской канцелярии.

– И что это? – изучив приказ, просто сложенный лист, без конверта, спросил я.

– Приказ прибыть в летнюю резиденцию, подписано канцелярией Императора.

– И что? Мне не канцелярия Императора дала домашний арест, не ей его отменять. Если покину территорию своего дома, нарушу приказ. Выход вон там.

Подпоручик задумался, и прямо спросил:

– Почему вы отказываетесь выполнять приказ?

Я тоже задумался, и пожав плечами, честно ответил:

– Эти недели, были самыми лучшими в моей жизни, отдыхаю дома, родных встречаю, приглашаю разных людей. Вон, сиротку шестнадцати лет на попечёнее взял, думаю вторую взять, одной маловато. Моя жизнь прекрасна, а вызов явно даст мне не мало проблем. Мне это зачем? Я жду позорного окончания войны, закономерного итога которого жду давно, чтобы в третий раз подать в отставку и наконец можно начать путешествовать по России или загранице. Так что, подпоручик, идите к чёрту.

– Я конвой вызову, и под охраной сопровожу, – тут же нашёл тот выход.

– Видишь балкон? Отличная позиция. У меня там пулемёт трофейный, японский, все подходы держит. Давай, вызывай. Посмотрим у кого патронов больше. Вызывальщик хренов.

Дальше подпоручик стал ходить за мной и ныть, ныть, ныть, уговаривая пойти с ним. Я только отмахивался. Потом банально скрутил его, связал, и рабочие вынесли с территории, погрузив в пролётку, на которой тот приехал. Кучер поспешил укатить. Тут как раз от градоначальника человек пришёл, ещё вчера его ждал, и наконец принёс паспорт, простого гражданина России, Ивановского. А что, я патент ждать буду? Нет. Да и давно махнул на него рукой, поэтому отправил запрос в мэрию, дальше уже прибывшие сотрудники со мной работали, приняли заявление и изготовили вот паспорт. Я прикидывал, вернуть ли фамилию Иванов, как раньше было, но у меня остальные документы, на награды тоже, на Ивановского, так что не долго сомневался. И да, вместе с паспортом принесли документы на этот дом. Переоформили наконец. А сразу всё и принесли. Что я год ждать буду? Вот и взял в свои руки всё. Чиновника, мелкий чин, но всё же нужный, я провёл в свой рабочий кабинет, сам вина налил, и мы пообщались. Я ему озвучил свои хотелки. Мне теперь нужен загранпаспорт, желаю начать его выделку, чтобы время не терять, договорились о сумме, я выплатил аванс, заявление написал под его диктовку, тот его забрал, и отбыл, обещал за пять дней, а это очень быстро, всё сделать. У меня на посылках мальчонка, родственник управляющего, так когда чиновник прибыл и паспорт принёс, я сразу отправил мальчонку в морское училище. А что, патент штурмана торгового флота я так и не имел на руках и пока тут отдыхал, озаботился получением. Только документы нужны, паспорт годится, офицерское удостоверение почему-то нет. С директором училища уже общался, пару преподавателей тот вызвал, сам-то напомню дом покинуть не могу, а и я спокойно сдал экзаменационные тесты, показывая, что тему знаю, и даже кое-какой опыт имею. Так что чтобы получить патент нужны документы, поэтому паспортом и озаботился. Его наличие решало немало проблем. Пусть Николай своим дворянским патентом подавиться.

Штурманский патент сегодня же привезут, там всё готово, осталось завизировать, данные нового паспорта списать, внести в списки учащихся, и доставят, лично директор и привезёт, немало ему заплатил, пусть побегает. Однако до вечера я не дождался. Снаружи, на улице остановилась гвардейская полурота конно, и на территорию прошёл знакомый ротмистр, бывший хозяин этого дома. Прислуга проводила его ко мне на веранду, полдень, как раз чаем с ватрушками баловались. Кухарка у меня замечательная. Уже все были, дед с тёткой тоже присутствовали. Ротмистр с ними был ранее знаком, виделись уже, вполне приветливо поздоровался.

– Привет, граф. Чаю будешь? Тебе он помниться нравиться.

– Нет, Андрей, сам понимаешь зачем я тут. Собирайся, едем к государю.

– Едем так едем, не отстанете ведь, – вздохнул я.

Быстро допив чай, прополоскав им рот, я направился к дому, нужно переодеться в форму. Граф шёл рядом, и как бы между прочим спросил:

– У тебя действительно есть японский пулемёт?

– Даже два. Трофеи, взял при уничтожении тыловой колонны противника за неделю до сдачи крепости. «Гочкисы». И патронов по десять тысяч на ствол.

– И не сдал в крепости?

– Так четыре взял, два передал, остальные мои честные трофеи. Лично участвовал в уничтожении колонны. Да пехота сразу потеряли их, недоумки, позицию не меняют, выставили как пушку, постреляли во время атаки, и потом ждут, когда из пушек прямой наводкой уничтожат. Так что, помогай не помогай, не в коня корм.

– И в своих бы стрелял?

– Кто против меня, мне не свои.

– Ну-ну.

Дальше тот ждал снаружи, я быстро переоделся, управляющий помогал, он немного взволнован был, вот и отдал ему несколько распоряжений. Прибудет директор морского училища, забрать патент с документами и выплатить требуемую сумму. Она на столе в шкатулке. Ждать меня не надо. Ну и там часть мелких поручений озвучил. А чуть позже, и уже когда катили на пролётке, граф ещё один вопрос задал?

– А как ты так быстро до столицы добрался?

– В порту Владивостока подлодка есть, вот на ней. Нырнули, у Владивостока, и вынырнули в заливе у столицы. Подлодка обратно нырнула, к базе пошла, а я сюда.

– А такое возможно? – явно озадачился тот. Какой далёкий от морских дел человек.

– Так никто же не пробовал.

– А-а-а. Шутишь?

– Знаешь, как меня в Артуре прозвали?

– Чёрт, точно, барон Мюнхгаузен. Значит правильного ответа не будет?

– Нет. Пусть будет воздушный шар. Или аэростат, в него поверят.

Дальше мы уже общались на отвлечённые темы. Потом заехали на территорию, видимо на этой пролётке было возможно, там к стоянке транспортных средств, о, даже автомобиль был, такой уродец. Гвардейские офицеры, передавая меня друг другу, довели до приёмной секретаря, где я и стал ожидать приглашения пройти в кабинет. Также встал у окна и стал смотреть в парк. Он заметно изменился, голых деревьев нет, всё листвой покрыто, фонтан из-за буйства зелени уже не видно, но парк ухожен, довольно красив. Кстати, летняя резиденция за городом находится, меня час везли, и это довольно быстро. Но хоть не в Петергоф, туда далековато. А пока было время, размышлял. Я действительно побыстрее в отставку желаю, и ничего не хочу. Да, что заработал, махнул на то рукой. Ну не дал дворянского патента, теперь из принципа не возьму. По пулемётам, то действительно было дело, поработал по тылам противника, но это не случайность, специально искал караван где это оружие. И развеялся, и добыл нужное вооружение. Впрочем, наши похерили что я им передал, именно так как описал графу. Ну не меняют там позиции хоть ты тресни, нет такого в уставе, а значит это ересь и словоблудие. Так мне сказали, когда я их учить начал. Матерно чуть не послали. Больше ничего не передавал и не учил. Красиво крепость сдали. Что ещё? Как домашний арест получил, я нанял пару купцов, один в Данию отправился, на днях должен быть, телеграмму получил, ручные пулемёты «Мадсен» с оснасткой поручил ему купить. Да десяток, мне больше и не нужно. С патронами, естественно, нужных марок. Второй купец был отправлен приобрести довольно редкую, и новейшую в Германию взрывчатку, тротил если проще. Вот этот справился быстро, уже доставил морем двадцать тонн, не выгружал, два дня стоит судно в порту на якоре. Прошлой ночкой тёмной я посетил судно и прибрал груз, команда и капитан про это похоже так и не прознали, а купцу за работу уже заплатил. Место в большом хранилище освободил за счёт продажи, тут в столице, двадцати тонн риса, купленного ещё в Артуре. До войны взял. НЗ, если бы в крепости проблемы с питанием совсем в край были, передал конечно, но не дошло до этого.