Текст книги "Дом вдали (СИ)"

Автор книги: Владимир Босин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Редко позволяю себе посидеть в ресторанчике. У меня уже появились те заведения, которые я выбираю охотнее. Это зависит от времени суток. Вот сейчас уже восемь и я выбрал заведение с мексиканской кухней. Здесь подают великолепное буррито и фахитос. Вот и сегодня я решил сделать себе праздник, завтра воскресенье, выходной, а сейчас я поглощаю лепёшки с острой начинкой, это тортилья. Ну здесь не острого и нет, поэтому запиваю это холодным пивом. Я заказал основное блюдо «чили кон карне», так написано в меню. Это острое блюдо подают в деревянных мисках. Там тушенная фасоль, овощи и говяжий фарш плавают в бульоне. Сверху украшают острым красным перцем. Объедение, только приходится осторожничать, реально огонь.

Сегодня что-то многовато народу, наверное к выходному народ захотел развлечься. Два гитариста бренчат на гитаре, а молодая девушка в национальном наряде пританцовывает и поёт. Я же с интересом рассматриваю публику. Сюда в основном ходят местные, такие как я не частые гости.

– Сорри, – передо мной нарисовался мужчина средних лет. Он на ужасном английском пытается попросить у меня разрешения присоединиться ко мне. Я оглянулся – ну да, свободных столиков не осталось.

– Прошу, – и я приглашающе показал на стул напротив.

– Ой, как хорошо, Вы русский. А то я замахался тут объяснятся с местными. Никто не понимает по-нашему, только в отеле. Но я пообещал Инночке, что свожу её в настоящий мексиканский ресторан, – мужчина повернулся ко входу и замахал рукой.

А он оказывается с семейством. К нам присоединились две женщины. Людмила – супруга, крашенная блондинка средних лет. Она в том возрасте, когда женщины считают, что они могут заинтересовать мужчину любого возраста и молодятся. При этом поражаются, что на них клюют мужчины постарше. Вторая, та самая Инночка, совсем молоденькая, лет шестнадцать. С возрастом станет копией мамаша, также будет носит бандаж под платьем, чтобы обозначить талию. Но сейчас, благодаря юному возрасту, она очень мила. При этом не забывает заинтересованно скользнуть по мне взглядом. Для меня же наступила тяжёлая пора, пришлось помогать заказать для все троицы ужин и объяснять, чем отличается севиче (белая рыба) от того же фахитоса. Утешал меня только вид сидящей напротив молодой девицы с довольно развитыми грудными железами.

Эта троица мне не понравилась сразу. Они пришли чуть позже меня и устроились за соседним столом. Взрослые парни моего возраста, одеты своеобразно, мне кажется, что это ковбои. Все крепкие, загорелые с наглыми глазами. Они взяли бутылку виски и сразу принялись накачиваться спиртным. От их столика доносился шум и развязные выкрики. Обслуживал их парень, девушку убрали, видать хозяин решил не рисковать.

– Куда прёшь, русская свинья, – это мой сосед по столу решил навестить уборную. По дороге к столику он случайно толкнул пустой стул. Мужчина расшаркался и пять раз извинился. Но это уже не помогло, один из троицы стал посматривать на нас. Вернее, на Инессу, сидящую к нему в пол-оборота. Та перехватила нескромный взгляд и покраснела. Потом девушка что-то шепнула матери, – Толик, может нам лучше уйти?

– Как уйти зайчик, нам даже еду не принесли.

Женщина включила повелительные нотки, – Самохвалов, мы с Инночкой хотим домой. Если хочешь оставайся тут один, ...

Я уже понял, что вечер испорчен. Сейчас поругаются, возможно мадам проявит характер и запустит в супруга тарелкой.

Я не угадал, один из парней встал и подошёл к нашему столику, – киска, пойдём, потанцуй с настоящим мужчиной.

Это было произнесено не по-русски, но все поняли. Хуже, что он уже дошёл до того состояния опьянения, когда ещё крепко стоит на ногах, но тормоза уже отпущены. Парень положил тяжёлую руку на плечо девушке и наклонился к ней, принюхиваясь к запаху молодости.

Мне стало мерзко, папаша растерянно пытается что-то родить. Рот как у рыбы открывается, но ни звука не издаёт. Мамочка просто окаменела, а вот дочка пытается освободится. Но её пальчики не в состоянии справиться с грабкой работника физического труда.

Я оглянулся на хозяина, который всё время торчал у барной стойки. Сейчас там пусто, даже сновавший по залу официант испарился.

– Слышь, ковбой, тут тебе не конюшня. Отойди от моего столика.

Ненавижу подобные сценки, тем более я в меньшинстве, да и парни покрепче меня будут. Но и терпеть хамство сил нет.

– Что ты сказал, козёл? -девушка позабыта, теперь цель поинтереснее нарисовалась.

К сожалению, окончилось всё очень быстро. Разваленный столик, куда я улетел, сбитый мощным хуком. Крики посетителей, мои жалкие попытки оборонятся в положении лёжа. Противник продолжил пытаться меня пнуть. На моё счастье, его тяжелые ботинки не причинили мне вреда, зато по всему залу разлетелась посуда со стола. Его подельники не вмешивались напрямую, стояли рядом, комментируя более удачные удары. Ну, мне удалось попасть ему по надкостнице, что вызвало бурную реакцию и попытку обрушить на меня тяжёлый стул. Неожиданно появились новые действующие лица в лице местного шерифа и его помощника. Моего визави сразу угомонили и нас четверых повели на выход.

Вот тебе и правильные человеческие законы. Меня посадили в камеру, по другую сторону прохода за решёткой тройка ковбоев. Они злобно посматривают на меня и тихо шепчутся.

Чёрт, а у меня похоже голова разбита. Это я треснулся затылком, падая на стол, где сидели отдыхающие. Спине тоже досталось, единственный удар пришёлся по левой стороне лица и сейчас там наверняка приличная гематома. Ощупал ноги, там тоже синяки. Вот же зараза, а я только раз его достал. Но всё так неожиданно и быстро произошло. Драться я толком и не умел. Всякое бывало, мог сдачи дать, но этот ковбой был заряжен на конфликт и действовал быстро и жёстко. Окажись я с ним, один на один, тяжело бы пришлось. Он явно не новичок в этом деле.

Прошло часа два, у меня даже остановилось кровотечение на затылке, когда дюжий парень со значком службы шерифа отпер мою решётку, – на выход.

Зря я рассчитывал, что мудрые люди опросили свидетелей и во всём разобрались. Ага, меня не отпустили, а повели наверх. У двери с табличкой «Шериф» мой сопровождающий постучал, потом запустил меня внутрь.

Оказывается шериф – вот этот невысокий коренастый мужчина с роскошными рыжими усами. Он тяжело посмотрел на меня, на столе у него лежит мой ID. Не дождавшись моей реакции, заговорил первым.

– Итак, мистер Мичкоф, Вы задержаны в результате драки. Помещению ресторана нанесён определённый ущерб, я даже не говорю о моральном ущербе. Граждане нашего города не смогли отдохнуть вечером после трудового дня.

Шериф говорил, а во меня нарастал гнев. Эта паскуда поставил меня и этих подонков на одну доску и предлагает компенсировать ущерб ресторатору и взаимно извиниться. Он явно рассчитывает на моё плохое знание языка и комплекс зашуганного переселенца. К тому же наверняка сталкивался с моими согражданами и знает, как наш брат теряется в такой ситуации.

Так, прежде всего нужно успокоиться. Гнев не лучший помощник в этой ситуации, я иронично смотрю на начальника местной службы безопасности и этим сбиваю его с толку. Шерифа смущает моя реакция и опыт подсказывает, что лучше меня сильно не прессовать:

– Извините, шериф. Возможно, я плохо знаком с законами вашего прекрасного города. Но, тем не менее я изучил законы, лежащие в основе общего принципа юриспруденции в Новом мире. Поправьте меня, если я ошибусь. Я пришёл просто поужинать, ко мне подсела семья переселенцев. Напротив нас сели некие ковбои, которые сразу стали накачиваться спиртным. Они вели себя вызывающе и когда попытались, как бы это помягче выразиться, домогаться до юной девочки, я сделал им замечание. И сразу же на меня напали, сбили с ног и стали избивать. Спасибо вашим парням, иначе меня бы там убили бы. Так в чём Вы меня обвиняете? Какой ущерб я должен возместить и кому принести извинения, этим бандитам?

Моё английский произвёл определённое впечатление. Одно дело пресануть бессловесного переселенца, другое – обвинить человека, имеющего представление о законах.

– Шериф, не буду Вас учить работе, но Вы опросили свидетелей, владельца ресторана и его работников? Уверен, они подтвердят мои слова.

Мужчина сразу не ответил, он прикурил трубку, потом пыхнул ароматным дымком в мою сторону, и наконец заговорил.

– Видите ли, мистер Мичкоф, безусловно мои парни провели опрос свидетелей и потерпевшего, господина Джонса. Это владелец ресторана. Они в целом потвердели вашу версию. Поэтому я с Вами и разговариваю. Но тут есть маленький нюансик.

Шериф встал и подошёл к окну, предоставив мне любоваться его спиной.

– Эти парни ничего особо не нарушили. Слова к делу не подошьёшь. Единственно, где они прокололись, это домогательство к несовершеннолетней девушке. И это уже серьёзно.

– Извините, значить быковать, задирать и избивать посетителей – это, по-вашему, нормально?

– Ну, против Вас ведь не применили оружие, обычные мужские разборки. Немного перебрали ребята, с кем не бывает. Но я имею право привлечь их к ответственности, направив на принудительные работы в наш угольный карьер. Тут дело в другом. Эти ребята работают на Гарри Эванса, а тот в весьма тесных отношениях с нашим мэром. Делайте выводы. Хотите я предскажу события на неделю вперёд?

Я смотрю на шерифа и понимаю, что он не врёт. Пытается разрешить конфликт в удобном для себя направлении – это однозначно. Гарри Эванс – крупный землевладелец и ранчеро, а эти бычки его работники. Учитывая, что их хозяин в весьма тёплых отношениях с главным лицом в городе, ребята не стеснялись в выражениях эмоций. Они пахали на своего хозяина и когда попадали в цивилизацию, старались наверстать упущенное. Всё понятно, только какой мне смысл играть на шерифа.

– Извините сэр, я законопослушный человек и не важно, что я не резидент вашего города, законы действуют для всех. Меня оскорбили, избили, попрали мои законные права, и Вы теперь хотите, чтобы я извинялся перед этими подонками? Не бывать этому, я, пожалуй, обращусь к представителю Ордена.

– Да, конечно сэр, обращайтесь. Только Ордену до лампочки наши проблемы. Они пришлют проверяющего и передадут нашему мэру свои пожелания. А тот закроет дело, повесит на Вас расходы и вытурит из города, как лицо нежелательное. А эти ребята встретят Вас километрах в пяти от города, там, где перестают действовать законы города. А саванна большая, иди знай, где всплывёт Ваше тело.

– И что Вы предлагаете?

Шериф оживился, почувствовав в моих словах заинтересованность завершить конфликт.

– Ну, в моей власти закрыть этих орлов дня на три-четыре, дальше вмешается мэр и мне придётся их отпустить. Если мы договоримся, то расходы они сами возместят владельцу ресторана и выплатят Вам компенсацию, допустим 500 монет. Что скажете?

– Ну, не знаю. То есть я должен слинять из города в течение трёх дней?

– Желательно, это в Ваших интересах. Могу устроить Вас в первый же уходящий конвой.

Наступила мне пора задуматься, не так я видел своё вхождение в местное общество. Такое ощущение, что оказался в бандитских девяностых, с подкупленными властями и беспредельными отморозками. Но не похоже, чтобы шериф врал. Может смещает акценты, но не пытается меня поиметь.

– Хорошо, я согласен.

– Ну и отлично, давайте я отвезу Вас к врачу.

Медсестра наложила на рану головы четыре шва и наказала пока не мыться. Остальные ранки просто обработала и заклеила пластырем. Затем меня работник шерифа отвёз домой. А там мне пришлось принять порцию виски, чтобы успокоиться.

Утром зашёл помощник шерифа и передал пять сотен мне на лечение. Это жалкая компенсация для меня от драчунов. Ладно, пусть так. Приняв таблетки от головной боли, я выпил чашку кофе и пошёл вниз. На улице всё спокойно, но я проверился. Вроде нет незнакомых машин, и никто меня не пасёт. До парковки у ворот, где формируются караваны доехал на машине. Далековато пешком чапать, да и небезопасно. Была бы со мной моя «Сайга», мне было бы легче. Узнав, что первый караван только послезавтра, я решил возвращаться. В любом случае придётся куковать здесь два дня, тогда надо подготовиться.

Глава 5

В оружейном магазине привычные запахи, он находится в полуподвале и в общем-то не так и душно. Пройдясь по залу, я вернулся к продавцу:

– Покажите пожалуйста эту разгрузку.

Неплохое изделие, восемь магазинов для калаша входят, удобна на теле, не сковывает движения, пожалуй, возьму. К «Сайге» взял ещё пяток магазинов на 30 патронов. Пожалуй, куплю бандану от пыли.

– Что у вас есть из пистолетов?

Глупый вопрос, продавец сделал широкий жест рукой, показывая богатство выбора на любой вкус.

Ладно, я примерился к револьверам и понял, что это точно не моё. Дальше Макаркин, Стечкин и ТТ. Ну, так себе. Пока примеряюсь, беру в руку и пробую целиться. Дальше пошли европейские модели, брал в руки ствол и пытался понять, подойдёт или нет.

– А этот сколько?

– 700 монет, будете брать, в подарок дам нейлоновую кобуру на ваш вкус.

Я кручу пистолет в руках, очень удобно ложится в руку, анатомическая рукоять прямо просится взять его.

– Это знаменитый Люгер Р08 «Парабеллум», разработан в далёком 1900 году. Модель «Фельдфебель». Отличается высокой надёжностью и точностью, спортивный спуск, если хотите проверить – тир внизу.

– Да у него, наверное, ствол убит и механизмы на свалку.

– Зря Вы так, настрел небольшой, машинка пролежала у знакомой бабули на чердаке в смазке. Я вам разберу механизм, посмотрите сами.

Ну не знаю, мне трудно судить, но выглядит почти как новый. Щёчки рукояти из древесины грецкого ореха, металлические части покрыты воронением, и оно в хорошем состоянии. Почему-то имелась гравировка с надписью «Италия», оказалось, что их немцы гнали на экспорт, и мне попался итальянец.

В тире я зарядил пистолет и прицелился. Интересно, на 30 метрах пуля пробила деревянную балку толщиной 90 мм. По мишени отстрелялся более-менее. Опыта маловато, но впечатление положительное. Кобуру выбрал тактическую, набедренную. Она не так мешает, и в то же время всегда доступна. Заодно взял три пачки патронов и четыре однорядных магазина на восемь патрон. Были барабанные на 32, но мне не понравились.

Больше ничего не приглянулось, добавил к покупкам панаму, которая хорошо защищает от солнца.

В комнате собирал вещи, лучше заранее подготовиться, вдруг придётся экстренно бежать. Я тут чужой, трудно воевать с местной коррупцией.

Всевышний дал Моисею на горе Синай скрижали с десятью заповедями. Местное общество, законы которого базируются на них, обречено на «незначительные» перекосы. Кстати из десяти заповедей, первая половина посвящена отношениями человека с богом («Я – твой бог», «Не создай себе кумира»). А вторая как раз посвящена межчеловеческим контактам. Когда на этих простодушных базовых понятиях государство строит отношения внутри общины, получается, как в стародавние времена.

Обвинили, притащили к судье, быстрый опрос пары свидетелей и на костёр. Потом выяснилось, что это оговор, но уже поздно. Подсудимый душевно беседует со святым Петром.

Нет, я отлично понимаю, что в условиях, когда нередки банды любителей чужого, виселица или каторга лучшее воспитательное средство, заставляет призадуматься. Для таких несчастных переселенцев как я, общество придумало систему резиденства. Оно защищает своих граждан и стимулирует активнее искать себе пристанище. Поэтому и мне надо врастать всеми корнями, другого выхода нет. Разве что уподобиться отшельнику и жить на вершине крутой горы в пещере.

А с утра решил смотаться в промзону, я видел у других в машинах крепления для длинноствола над головой. Пружинные зажимы на потолке, только руку протянул и готово. И в то же время не мешает. Мне подобрали под мой карабин и установили нужное крепление.

– О, Сергей, что ты тут делаешь?

Я обернулся, ко мне подошёл Яков, мой недавний знакомец.

– Да вот, решил кое-что в машине переделать.

Слово за слово, и мы переместились в забегаловку, где наливали неплохое пиво.

– Ясно, слышал я про этого жука. Даже приходилось общаться. Не так он крут, как говорят. Если бы не помощь дружка своего мэра, давно бы его съели. А так он урвал неплохой участок земли рядом с городом и ему перепали подряды на снабжение продуктами госучреждений города. Благодаря этому и выживает. Но ты поосторожнее с его ребятами, чувствуя безнаказанность, могут тебя покалечить. За убийство нерезидента последует каторга, лет на пять.

– Прикольно, а за резидента?

– Ну там по ситуации, если первые начали, то повесят. Ты-то что делать собираешься?

– Ну, завтра будет караван, идущий до Форта Ли. А там рукой подать до наших.

– Думаешь там тебя ждут с распростёртыми объятиями. Здесь, конечно, рады рабочим рукам, но придётся тебе стать подёнщиком. Вот когда станешь на ноги, появятся деньги и уверенность в своих силах, тогда можно и условия диктовать.

– Да, ну ничего, прорвёмся, – я сделал большой глоток пива, добив бокал, махнул рукой, чтобы повторили.

Яша к чему-то меня подталкивает, вот я и делаю вид, что у меня уже всё продуманно.

– Вот что Сергей, хочу предложить остановиться у меня. Тот караван последний, не факт, что доберётся до цели. Если польют дожди, то зависните вы в первой попавшейся деревне.

– Интересно, а что я у тебя буду делать?

– Работать, чего ещё. Мой дом километрах в сорока от города. Я-то перебрался сюда не один, приехали всем колхозом.

С интересом слушаю неторопливую речь собеседника. Он не врёт и не пытается меня поиметь, это заметно. Просто трудяга. Нет, он далеко не простак, вон как с хитрецой на меня смотрит, но, если стукнул по рукам, будет выполнять. Я знаком с подобными типажами.

Яша с Узбекистана, всю жизнь слесарил, работал на Ташкентском авиазаводе в инструментальном цехе. Мастер на все руки. Когда совок рухнул, он рискнул и с сыновьями открыл автосервис, благо в машинах разбирается.

– За пять лет мы неплохо поднялись, клиентура хорошая пошла. Да вот мой младшенький накосорезил, связался с плохой компанией. Занял денег, прогорел, отдавать не чем и его поставили на счётчик. Мне удалось утихомирить заёмщиков, но тут мы немного перестарались, один парень попал в больницу и остался инвалидом. Всё бы ничего, помогли бы ему, но вот какая пакость – его батя заместитель нашего хакима. Мне не осталось ничего другого, как бежать. Хорошо помог с информацией батин дружок. Но у меня было время, продали недвижимость, гараж и всё, что могли. Купили по дешёвке полноприводный Камаз и Газель, погрузились и вот мы здесь уже почти семь лет.

– Интересно, и как, не жалеете?

– Чего, той жизни? А смысл? Да, здесь нет театров и такой развлекухи, но зато у наших внуков всё это будет. Жить здесь можно, поверь мне.

В течении часа я узнал историю этого семейства здесь в Новом мире.

У Яши два сына, оба женатые с детьми. А ещё племяш, сынок сестры и тоже с подругой живёт. Они очень дружны и не задумываясь рванули за старшим в неизвестность. Здесь сразу решили, что город не для них, любят простор и землю. Поначалу пробовали разводить живность. Курицы – выгодное дело, купил тысячу птенцов, через пару месяцев можно забивать, дальше держать смысла нет, птица начинает много есть. Но вот не срослось, вроде построили солидное заграждение из бетона и сверху мелкая сетка-рабица, бесполезно. Местная живность с удовольствием счавкала всех птенцов. Против мелких пресмыкающихся, хищных насекомых и небольших грызунов никакая сетка не спасает. Тогда Яков начал разводить хрюшек и мелкий рогатый скот. С этими пошло чуть легче, тоже необходимо было смотреть в оба глаза, но всё-таки. Беда иного плана не позволила продолжать. Свиньи начали болеть от местных болячек. Ветеринар просто озолотился на частых посещениях ранчо.

Так что Яков решил перепрофилироваться, – сейчас мы уже больше трёх лет занимаемся выпуском небольших раций. Знаешь, типа Уоки-Токи. Лёгкая, носимая в кармане разгрузки. По разным причинам выбрали производство именно этих машинок. Стационарные и мобильные мы не потянем, там требуется иной производственный уровень. А эти ходилки-болталки, созданы на базе туристических моделей. У них дальность до 15 км, это прямая видимость при идеальных условиях, сильно зависит от рельефа и погодных условий.

– Ну а что мне нужно делать? Я же не слесарь, а экономист.

Яков сделал свой заказ, попросив принести нам местных хрустиков к пиву.

– Сергей, а как у тебя вообще с руками, гвоздь в стену забьёшь?

– Да нормально у меня всё, дома сам справлялся. И с сантехникой, и с электричеством.

– Ну и отлично, я предлагаю тебе 150 монет в месяц на полном коште. Еда и жильё мои, от тебя пятидневная рабочая неделя, ну и помощь, когда потребуется.

Я проследил за собеседником, он встал и подошёл к бармену. Яков чуть выше среднего возраста, грузный, при ходьбе косолапит и сутулится. Похож на мишку косолапого. Но явно мужик умный и отвечает за свои слова.

Альтернатива у меня не богатая, зависнуть тут с перспективой сидеть в общаге и проедать свои бабки. При этом угрозу мести лихих ковбоев никто не отменял. Караван – дело такое, сплошная неопределённость. А Яков производит впечатление надёжного человека. А что, пересижу у него несколько месяцев, пока всё не успокоится. Войду хоть немного в местные реалии, а там уж можно и на вольные хлеба.

– В принципе, Яша, идея неплохая, мне нравится. Когда выдвигаемся? А то мне ещё собраться нужно.

Яша пристраивал под стол два кега с пивом, – завтра в восемь рванём. Как раз позавтракаем и в путь. А сегодня – бабы. Я, Серёга развёлся в далёком 1987 году. Пацаны жили с женой, а как стали постарше, переехали ко мне. Так что я одинокий и свободный. Поэтому изредка выбираюсь в город, есть у меня пара-тройка одиноких вдовушек. Так что сегодня у нас дела, а завтра подъезжай к воротам к восьми часам.

Да, дома я перебрал вещи и начал сносить их в машину. Та заправлена, помыта и готова в путь. А вечером лежал на койке и мечтательно смотрел в потолок. В принципе мне здесь нравится, нет этого информационного давления, всё занимаются делами и только от меня зависит, каким станет моё будущее. Невольно вспомнил своих девчонок, достал из футляра скрипку и погладил гладкий лакованный бок инструмента, пристроив себе на живот.

К моей машине подошёл Яков с двумя парнями, – Сергей, это мой младшенький, Боря. А это Саня, племяш. Он сядет к тебе, не дело, что ты один едешь. Мало ли что? Держись метрах в двадцати от меня, ну так, чтобы пыль в морду не летела. Санёк, смотри в оба и держи с нами связь.

Яша так готовится, будто мы в дальний путь собрались. Тут всего-то сороковник, чего мельтешить? Но ему виднее.

Саня забрался ко мне в кабину и первым делом перестроил волну рации, – на этой работают наши силовики, если что, сообщают всем о возникших проблемах.

Парню лет двадцать восемь, кареглазый, плотного телосложения. На щеке шрам, глаза колючие, короткий ёжик волос. Одет в джинсы и мастерку, на шее бандана. Пистолет на поясе, в руках держит нечто серьёзное, автоматическое.

– А это М-60, американский пулемёт калибра 7.62. Оказывает исключительно успокаивающее действие на местную живность и некоторых двуногих. Мы предпочитаем в каждой машине иметь такой.

Наконец наш тандем выехал, привычная уже процедура проверки документов и команда готовить оружие.

– Сайга? Для наших мест калибр неубедительный. Лучше 7.62, хотя если умеючи, то ладно. Вот только отсутствие автоматического режима иногда приводит к риску расстаться с жизнью.

Парень говорит негромко, при этом смотрит по сторонам. Но чувствуется, что он понимает, о чём говорит.

– Служил? – спросил я его.

– Было дело, – неохотный ответ отбил у меня охоту развивать эту тему.

– А почему у вас американское оружие?

– Ну, а какая разница, оно не хуже российского. К примеру, у меня на средние дистанции М-4, для убедительности вот этот красавец, – и парень похлопал по тяжёлому прикладу. Если правильно ухаживать и тренироваться, хорошее оружие. К тому же мы находимся в секторе НАТО, зачем же использовать здесь российское оружие. Легче и с запчастями и с патронами, правда последние наладились штамповать в Демидовске. Как наши, так и натовские калибры. Но они, как бы это сказать, кроме цены плюсов не имеют. Надо чаще чистить стволы и проводить обслуживание.

– Ясно, а как у вас с безопасностью?

– На ранчо? Нормально, раньше шалили, было дело. Да и зверюшки навещали. Сейчас стало поспокойнее, да и мы не зеваем. Кто-то постоянно ночью дежурит, чтобы не застали в спящем виде.

Дальше ехали в тишине, по рации периодически раздавались переговоры по-английски, это рейнджеры или караванщики переговаривались. Впереди нас пылил фордовский пикап, кузов завален мешками и коробками. В кузове видна тренога для пулемёта, который убран пока внутрь. Но ежели что, то стрелок перелезет назад. Интересно, он это на ходу будет делать? Вряд ли, значить машина остановится.

Так мы пылили часа полтора, потом раздался женский голос, – вас вижу, сейчас открою ворота.

С расстояния ранчо напоминает палаточный городок легиона римского периода. Вокруг по периметру внушительный земляной вал, наверху вкопаны деревянные столбы, на которых держится колючая проволока. Ворота укреплены металлическим профилем и перед въездом лежит крупный бетонный блок. То есть нам пришлось скинуть скорость почти до нуля и объехать его. А там стоит молодая женщина с автоматом, по-моему, АК-74. Из передней машины выскочил Яшкин младшой и открыл ворота.

Форд проехал под навес, а мне показали припарковаться в тени дерева у большого одноэтажного дома.

Вроде недолго ехали, а ноги затекли. Местные обитатели в лице женщин и детей с интересом обступили меня.

– Так, Оля, не мешай дяде Сергею, потом познакомишься, – ко мне подошла девочка лет четырёх и протянула ручки. Подошедшая женщина в годах забрала малышку, улыбнувшись мне при это.

Моё жильё представляло большую одиночную комнату. Сам дом являлся гостевым, выстроен по оригинальному проекту. Четыре комнаты смотрят на четыре стороны света. Моя метров двадцать площадью с небольшим окном, забранным решёткой. Пустынный вид на одинокое дерево и большой ангар.

– Ну, Сергей устраивайся, раскладывайся. В доме, кроме тебя живёт семья моих друзей. Потом познакомишься. Удобства, как и у всех, на улице, есть у нас уборная. Вода, помыться, зубы там почистить рядом с главным домом. Летом нет проблем с горячей водой, светило греет, а зимой сами нагреваем. Обеда у нас как такового нет, ужин ранний в шесть часов. Не опаздывай, – Яков ушёл, оставив меня наедине.

Какая тишина, глухо слышны голоса за стенкой и на улице дети играются. А так полная тишина, ни звука двигателя, ни музыки.

Я начал разгружать машину. Обнаружил крохотную кладовку в углу и перетащил в неё свои боеприпасы и оружие. В гигантский платяной шкаф убрал одежду, так и пролежавшую всё это время в сумках. Оставил только джинсы и майку на вечер. А пока в шортах решил пройтись по местным злачным местам.

Здесь несколько зданий. Три явно жилых, плюс мой гостевой коттедж. Есть ещё большой домина, подойдя ближе я обнаружил там под навесом умывальники и три закрытых кабинки для мытья. Сверху установлены две громадные чёрные бочки. Видимо подкачивают воду насосом.

С другой стороны крытая веранда с двумя столами, стоящими буквой «Т».

– А это у нас летняя кухня, – здесь возятся две девушки, чистят какие-то корнеплоды, – давайте я Вам покажу, что тут у нас и где.

Обе девушки молодые, лет двадцать пять. Одна высокая и фигуристая брюнетка с приятным лицом. Вторая типичная пацанка, крашенная под блонду. Эта из тех, кто не носит лифчиков, потому что незачем. Она представилась и назвала подругу, – Я Настя, а это наша Аня.

– Очень приятно, Сергей.

– Идёмте, покажу хозяйство, – и Настя повела меня на обход.

– Здесь наш общинный дом, ну это в шутку. Тут мы готовим, есть столовая внутри. Там же кладовые и игровая, где мы собираемся вместе. Наверху шпиль, это для караульного.

Я задрал голову, да, выстроили скворечник на квадратной балке. Этакое гнездо, закрытое со всех сторон. Виден длинный ствол крупнокалиберного пулемёта. Думаю – калибр 12.7.

– Ясно, а что там? – и я указал на ангар.

– А это наш цех, ну, дядя Яша Вам завтра сам его покажет. Идёмте.

Дальше мне пигалица показала три жилых дома. В одном жил старший сын Игорь с двумя детьми и тёщей. В другом младший Боря, которого я утром видел. Он с женой и двумя детьми, Яша с ними проживает. В последнем, крайнем, жил Саня с этой самой Настей. Детей у них пока нет, и вообще они видимо не в браке. Хотя здесь с этим не заморачиваются.

Это из жилья. Было ещё чисто брутального вида здание из бетона, но про него Настя ничего не поведала. Дальше чисто технические сооружения, генераторная, где стояло два генератора. Один здоровенный, другой резервный. У задней стенки на бетонных блоках установлены две горизонтальные ёмкости кубиков на пять. Судя по запаху, это горючее. Дальше, в углу участка, здоровенная вертикальная башня, это стопудово вода. В ней кубов пятнадцать, а наверху мачта прожектора. Наверное, ночью подсвечивают. Вот и всё, за валом и изгородью степь.

А, вот ещё интересное, большой загон для живности, – а мы раньше держали здесь лошадей, потом забросили это дело. Осталась только моя Ласточка.

Передо мной кобыла непонятной серо-буро-малиновой окраски, как у североамериканских индейцев. Она не выдающихся статей, компактная и горбоносая. Но с какой любовью Настя её погладила, попутно сунув ей что-то хрустящее в пасть. Та звучно фыркнула и положила голову на плечо девушке.

Это пятнистое лошадиное недоразумение было не единственной живностью на ранчо. С десяток несушек во главе с заносчивым хозяином гарема обитали в крепком сарае. В нём можно от врагов отбиваться, построено на века из брёвен. Видимо поэтому пернатое семейство и выжило.

А ещё по территории слонялось полторы собаки. Скорее одна с четвертью, бродили и гадили, оставляя после себя сюрпризы. Крупный кобель кавказской национальностью представлял собой типичного раздолбая. Шерсть вся култуках и репьях, взъерошенный и приставучий. Четвертинка болталась у него под ногами. Мелкий мопс невразумительного серого цвета. В последствии я всегда с улыбкой наблюдал за этой сладкой парочкой. Кавказец совсем молодой, от силы два года от роду. А вот мелкий – явно разменял первый десяток. Их отношения, папа-сын, так и сохранились. Явно к немолодому кабыздоху подкинули щенка крупой породы и трудно без улыбки смотреть, как они совместно питаются. Мелкий откровенно шугает кавказца, тот мог бы одной лапой просто раздавить гегемона, но собачий табель о рангах не позволяет.