Текст книги "Искусство вторжения"

Автор книги: Вильям Саймон

Соавторы: Кевин Митник
сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Он заглянул на DNS газеты, надеясь найти IP-адрес, который не был бы передан на аутсорсинг и был бы внутренним адресом Times, но – без успеха. Затем он попытался извлечь все DNS-записи для домена nytimes.com. После завершения этой попытки он опять отправился на Интернет-сайт и в этот раз с большим успехом: он обнаружил место, которое предлагало визитерам список адресов электронной почты сотрудников Times, которые соглашались получать письма от читателей.

Буквально через минуту он получил письмо из газеты с запрошенным списком. Правда, это не был список адресов электронной почты репортеров, который он просил, но все равно это был полезный список. Заголовок на этом письме указывал, что оно пришло из внутренней сети компании, вдобавок был показан IP-адрес, который нигде в другом месте не публиковался. «Люди не понимают, что даже обычное электронное письмо может нести много полезной информации», – отмечает Адриан.

Внутренний IP-адрес дал ему возможность проникновения. Следующим шагом для Адриана стало проникновение через открытый прокси-сервер, который он уже обнаружил, и ручное сканирование IP-адресов в том же сегменте сети. Чтобы прояснить сказанное, давайте предположим, что есть адрес 68.121.90.23. Большинство атакующих начало бы сканирование с адреса 68.121.90.1 и продолжало бы, увеличивая последовательно последнее число на единицу до 68.121.90.254. Адриан же пытался поставить себя в положение ИТ-специалистов компании, создававших сеть: естественно предположить, что люди будут выбирать круглые номера, начиная с первого десятка– от .1 до .10, а затем, шагая десятками – .20, .30 и т.д.

Его попытки не увенчались успехом. Он обнаружил несколько внутренних Интернет-серверов, но ни на одном из них не было полезной информации. Случайно он заглянул на сервер, где хранился старый, больше не используемый внутренний Интернет-сайт Times, скорее всего заброшенный после ввода в работу нового сайта, а потом и забытый. Ему показалось это интересным, он внимательно просмотрел сайт и обнаружил link, то есть Интернет-адрес, который должен был идти к старому производственному сайту, а на самом деле вывел его к работающему производству.

Для Адриана это был настоящий «Священный Грааль». Ситуация становилась все более интересной, поскольку он открыл, что на этом компьютере хранились обучающие курсы для сотрудников на тему, как использовать систему. Это было похоже на то, как если бы школьнику за ночь перед сочинением предстояло прочесть «Войну и Мир», а ему попался бы в руки краткий конспект страниц на 50.

Адриану довелось проникать уже на множество сайтов, поэтому его эмоции от успеха на этом этапе были довольно сдержанными, и все же он проник гораздо дальше, чем ожидал. И ситуация могла стать еще лучше. Вскоре он открыл встроенное приложение для сотрудников, с помощью которого они могли найти путь на сайте. «Часто, – говорит он, – системные администраторы не конфигурируют такие приложения соответствующим образом и таким образом позволяют вам совершать поиск там, где это должно быть запрещено».

Именно это и произошло, Адриан называет случившееся спортивным термином «нокаут» или «чистая победа». Кто-то из системных администраторов Times поместил это приложение в одну из директорий, которая позволяла сделать то, что называется «SQL-запрос в свободной форме». SQL (Structured Query Language – структурированный язык запросов) – это язык для общения с большинством баз данных. После запроса появляется специальное диалоговое окно, которое позволяет Адриану ввести SQL-команды без авторизации, то есть он получает возможность проводить виртуальный поиск по всем базам данных системы и получать или изменять информацию по своему усмотрению.

Он определил, что компьютер, на котором были расположены почтовые сервера, использовал программы Lotus Notes. Хакеры знают, что более старые версии Notes дают возможность пользователю просматривать все базы данных в системе, и как раз эта часть сети Times использовала такую старую версию. База данных Lotus Notes, в которую проник Адриан, заставила его «сильно заволноваться, поскольку в ней содержались все сведения о каждом сотруднике, включая их заработную плату и номера социальных страховок». «Там содержалась информация о подписчиках. а также о тех, кто обращался в газету с жалобами или просьбами о помощи».

На вопрос о том, какая операционная система работала в Times, Адриан отвечает, что он не знает. «Я не анализировал сеть с этой точки зрения», – объясняет он.

«Дело не всегда заключается в технологии, чаще всего все бывает связано с людьми и с тем, как они конфигурируют сети. Большинство людей совершенно предсказуемы. Я часто обнаруживал, что люди строят сети одним и тем же образом, снова и снова.

Многие сайты электронной коммерции д е л а ю т э т у ошибку. Они предполагают, что все люди будут пользоваться сайтом одним и тем же образом. Никто не думает о том, что пользователь выйдет за пределы установленного пути».

Из-за этой предсказуемости опытный атакующий может разместить заказ на Интернет-сайте, пройти через весь процесс покупки до той точки, где его информация проверяется, затем вернуться и изменить биллинговую информацию. Он получает товары; кто-то другой получает счет на оплату этих товаров. (Хотя Адриан объяснил всю процедуру в деталях, он специально просил не приводить ее полного описания, что может дать возможность другим повторить ее).

Его мысль заключалась а том, что системные администраторы даже не пытаются поставить себя на место атакующих, что сильно облегчает жизнь последних. Именно это объясняет успех следующих шагов Адриана в его проникновении в компьютерную сеть Times. Внутренняя поисковая машина не должна была проводить поиск по всему сайту, но она делала это. Он обнаружил программу, которая предоставляла SQL-форму, дающую ему контроль над базами данных, включая написание запросов для извлечения информации. Ему еще надо было узнать имена баз данных в этой системе, в поисках тех, что представляли бы интерес. Именно таким образом он нашел очень интересную базу данных: она содержала таблицу имен и паролей для всех сотрудников The New York Times.

Оказалось, что большинство паролей представляют собой последние четыре цифры номера социальной страховки сотрудника. При этом компания даже не позаботилась использовать различные пароли для доступа в области, содержащие особенно важную информацию – один и тот же пароль пользователя действовал в любом месте системы. И, как подсказывает ему опыт, Адриан считает, что и сегодня пароли в Times не более безопасны, чем они были в момент его атаки.

«В конце концов, я смог войти в Интернет и получить доступ к дополнительной информации. Я смог войти на страницу новостей под именем редактора новостей, используя его пароль».

Он обнаружил базу данных, где были перечислены все люди, задержанные в США по обвинению в терроризме, включая и тех, чьи имена не были известны общественности. Продолжая свои исследования, он обнаружил базу данных всех тех, кто когда-либо написал хоть одно слово для первой страницы Times. В ней содержались тысячи имен с адресами, телефонами и номера страховок. Он начал искать имя «Кеннеди» и обнаружил несколько страниц информации. В базе данных содержалась контактная информация о знаменитостях и прочих выдающихся людях от профессоров Гарварда до Роберта Редфорда и Джека Николсона.

Адриан добавил в этот список свое имя и номер мобильного телефона (с кодом северной Калифорнии номер выглядел так «505-НАСК»). Он был уверен, что газета никогда не сможет определить, что список был изменен, и втайне надеялся, что какой-нибудь репортер или редактор захочет с ним пообщаться, поэтому он написал в графе профессия «компьютерное хакерство/безопасность и интеллектуальные коммуникации».

Да, действия Адриана можно считать неадекватными, может даже непростительными. Лично мне они кажутся не только безопасными, но и забавными. Меня до сих пор возбуждает идея Адриана позвонить от имени газеты какой-нибудь знаменитости: «Добрый день. это г-н Джексон? Это такой-то из газеты The New York Times». После чего можно было попросить его высказаться о чем-то или же написать шесть сотен слов о состоянии компьютерной безопасности или на какую-нибудь не менее актуальную тему и на следующий день увидеть свой текст на первой странице самой влиятельной в стране газеты.

Можно еще долго рассказывать сагу «Адриан и The New York Times», но, к сожалению, дальше рассказ становится печальным. То, о чем пойдет речь, не было необходимым, это не характерно для Адриана, но именно это привело к серьезным проблемам. После проникновения в базу данных он обнаружил, что у него есть доступ к подписке Times на услуги компании LexisNexis – онлайновым платным услугам по предоставлению новостной информации.

Как указано в правительственном обвинении, он создал пять отдельных аккаунтов и сделал более трех тысяч запросов.

После трех месяцев «путешествий» по закромам LexisNexis, в течение которых The New York Times оставалась в полном неведении, что ее база данных взломана, Адриан решил перейти к практике в стиле Робин Гуда, чем характеризовались все его предыдущие атаки на другие компании. Он связался с известным Интернет-журналистом (как и я, бывшим хакером) и рассказал о лазейке, которую он использовал для проникновения в компьютерную систему The New York Times – при этом он предварительно получил согласие, что журналист не будет публиковать информацию о взломе, пока предварительно не свяжется с Times и не дождется, что они устранят проблему.

Журналист рассказал мне, что когда он связался с Times, переговоры пошли совсем не таким путем, как ожидали они с Адрианом. Руководство Times, по его словам, не заинтересовалось тем, что он говорил им, не захотело воспользоваться информацией, которую он предложил, не захотело общаться непосредственно с Адрианом, чтобы познакомиться с деталями и пожелало решать проблему самостоятельно. Представитель Times даже не захотел узнать, какой способ доступа был применен и согласился записать подробности только после того, как журналист настоял на этом.

Сотрудники газеты проверили лазейку и в течение 48 часов устранили ее. Но руководство Times даже не подумало поблагодарить человека, который привлек их внимание к существующей у них проблеме безопасности. Более ранняя атака группы «Хакерство для девчушек» очень широко освещалась в прессе, но люди, ответственные за нее, никогда не были пойманы. (Не думайте, что я имею какое-то отношение к этой атаке: в то время я уже был в заключении. ожидая суда). Понятно, что после первой атаки сотрудники ИТ-службы Times попали под очень большое давление, чтобы обеспечить в дальнейшем безопасность от хакерских взломов. Безнаказанные путешествия Адриана по их компьютерной сети наверняка уязвили чье-то самолюбие, нанесли урон чьим-то репутациям, чем и можно объяснить бескомпромиссность сотрудников газеты, узнавших, что он пользовался их непреднамеренной добротой в течение месяцев.

Вообще-то, сотрудники Times могли бы проявить благодарность за то, что им дали время устранить зияющие дыры в их системе безопасности, прежде, чем известие о том, что их сеть полностью открыта распространилось в печати. Вероятно, информация об использовании LexisNexis сделала их настолько несговорчивыми. Однако, каковы бы ни были причины, руководство Times сделало то, чего раньше не делала ни одна из жертв Адриана – они обратились в ФБР.

Через несколько м е с я ц е в Адриан услышал, что ФБР и щ е т его и и с —чез. Агенты ФБР начали навещать его семью, друзей и приятелей. все сужая круги, и пытаясь обнаружить, не оставил ли он кому-нибудь из своих приятелей-журналистов каких-то сведений о своем местонахождении. Нескольких журналистов, с которыми Адриан делился информацией, вызвали повестками в суд. «Игра», как написал один из журналистов, «внезапно стала гораздо серьезней».

Адриан объявился через пять дней. Для собственной капитуляции он выбрал одно из своих любимых рабочих мест – кофейню Sturbucks.

После того, как пыль осела, офис Прокурора США по Южному району Нью-Йорка опубликовал пресс-релиз, в котором было сказано, что «за хакерское проникновение на сайт New York Times Адриану Ламо предъявлен иск на триста тысяч долларов». Его бесплатное скачивание информации с сайта LexisNexis, по данным правительства, составило 18% от всех обращений на этот сайт из New York Times с момента проникновения туда Адриана.

Правительство основывало свои расчеты на том, какой должна быть плата для индивидуального пользователя, который не является подписчиком LexisNexis. В этом случае стоимость одного поиска может достигать двенадцати долларов. Если даже проводить расчет на основе этого неразумного предположения, то Адриану пришлось бы делать по двести семьдесят запросов информации ежедневно в течение трех месяцев, чтобы достичь указанной цифры. Кроме того, такие крупные организации, как Times, платят ежемесячную плату за неограниченный доступ к информации LexisNexis, поэтому за все поиски Адриана они не заплатили ни одного дополнительного цента!

По словам Адриана, случай с New York Times является исключением в его хакерской карьере. Он говорит, что получал благодарности, как от excite@home, так и от MCI Worldcom (что было особенно приятно после того, как он подтвердил, что мог сделать переводы с депозитов тысяч сотрудников на свой счет). Адриан не был расстроен, но просто констатировал факт, говоря, что «The New York Times стала единственной компанией, которая захотела видеть меня заключенным».

Чтобы еще усугубить его ситуацию, правительство рекомендовало прежним жертвам Адриана подготовить оценку вреда, которую он нанес им, включая даже те компании, которые поблагодарили его за предоставленную информацию. И это не удивительно: просьба о сотрудничестве со стороны ФБР или государственных следователей является тем, что большинство компаний не может игнорировать, даже если они имеют иное мнение об обсуждаемой проблеме.

УНИКАЛЬНОСТЬ ТАЛАНТА АДРИАНА

Совершенно нетипично для хакера, но Адриан не был знатоком ни одного языка программирования. Его успех базировался на умении анализировать то, как думают люди, как они создают системы. какие процессы используют сетевые и системные администраторы для создания сетевой архитектуры. Хотя, по его словам, у него плохая оперативная память, он выявлял лазейки, пробуя Интернет-приложения компании, чтобы найти доступ в ее сеть, затем он путешествовал по сети, создавая в своем мозгу ее структуру из отдельных кусочков, до тех пор, пока не проникал в один из уголков сети, который. по мнению создателей, был упрятан в темноте недоступности и поэтому защищен от атак.

Вот его собственное описание проникновения сквозь границы защиты в неизведанное:

«Я верю, что есть много общего во всех компьютерных системах, в любой точке планеты. Мы отыскиваем эти общие места среди кажущейся индивидуальности систем. Е с л и вы сможете разгадать смысл этих построений, то это может вам помочь и привести вас в странные места. Хакерство всегда было для меня не столько технологией, сколько религией».

Адриан считает, что если он продуманно поставит перед собой задачу проникновения в определенные участки системы, то скорее всего потерпит неудачу. Если же он раскрепостит свою фантазию, и будет руководствоваться, в основном, интуицией, то он окажется там, где хотел оказаться.

Адриан не считает свой подход уникальным, но говорит, что никогда не встречал другого хакера, который бы преуспел на этом пути. «Одна из причин того, что ни одна из этих компаний, тратящих тысячи и тысячи долларов на выявление вторжений, не обнаружила меня, заключается в том, что я не делаю того, что делают нормальные хакеры. Когда я нахожу сеть, открытую для вторжения, я смотрю на нее так, как это следует делать. Я думаю: „Ну хорошо, у сотрудников есть доступ к информации о пользователях. Е с л и бы я б ы л сотрудником, ч т о бы я попросил систему сделать?“ Для системы тяжело отличить законную активность от незаконной, поскольку вы проходите через тот же интерфейс, что и сотрудники, Э т о т о т же самый трафик».

Однажды Адриан выстроил в голове структуру сети. «Это менее всего связано с числами на экране и гораздо больше с ощущением того, что ты находишься где-то внутри, чувствуя всю ее архитектуру. Это способ видеть, особый взгляд на реальность. Я не могу описать это, но я вижу это в голове. Я замечаю, что и где живет, как все это взаимосвязано и взаимодействует. И множество раз все это приводило меня к тому, что люди называют волшебством».

Во время его интервью на передаче ночных новостей канала NBC в Вашингтоне, ведущий шутливым тоном предложил Адриану попытаться взломать систему NBC. Тот ответил в прямом эфире, что через пять минут на его экране будет конфиденциальная информация этой компании.

Адриан старался смотреть на любую систему с двух точек зрения, как сотрудник и как внешний пользователь. По его мнению, именно этот «бинокулярный» взгляд подсказывает его интуиции, куда двигаться дальше. Он играет роль обычного служащего, выполняющего какую-то задачу, размышляющего и двигающегося вперед в определенном направлении. Его метод работает настолько хорошо, что люди давно перестали относиться к его невероятным успехам, как к случайным удачам.

ПРОСТАЯ ИНФОРМАЦИЯ

Однажды ночью в одной из кофеен Sturbucks, где мы как-то пили с ним, Адриану пришлось навострить уши. Он сидел там за чашечкой кофе, когда к кофейне подъехал автомобиль и из него вышли пять человек. Они присели за соседний столик, он слышал их разговор; быстро стало ясно, что они работают в правоохранительных органах, он был уверен, что они из ФБР.

«Они беседовали около часа, совершенно не обращая внимания на то, что я сижу, не притрагиваясь к своему кофе. Разговор был абсолютно нейтральный – кому что нравится или не нравится. Есть такая шутка, что о мощи организации можно судить по размеру визитных карточек и нагрудных „бейджей“, которые носят ее сотрудники. У сотрудников Ф Б Р очень маленькие „бейджи“, тогда как у сотрудников рыбного департамента – просто огромные. Поэтому, на самом деле можно говорить об обратной пропорциональности. Эти ребята так забавлялись…»

Выходя из кофейни, агенты бросили на него беглый взгляд, как будто они только что заметили молодого человека, уставившегося в чашку холодного кофе и возможно услышавшего то, что не предназначалось для его ушей.

В следующий раз Адриан смог при помощи одного-единственного звонка отыскать важную информацию об AOL (America On-Line – крупнейший Интернет-провайдер США. прим. переводчика). Их ИТ-система была прекрасно защищена, но он отыскал лазейку, когда позвонил в компанию, которая производила и прокладывала все кабели для AOL. Адриан утверждал, что обладает всеми картами прокладки кабелей. «Они поняли, что если вы додумались позвонить им, то с вами можно иметь дело». Хакер мог бы вызвать такие нарушения, которые могли стоить AOL миллионы долларов из-за простоев и ремонтных работ.

Звучит устрашающе. Адриан и я пришли к единому мнению, что можно только удивляться тому, как беззаботно люди относятся к информации.

СОВРЕМЕННОСТЬ

Летом 2004 года Адриан Ламо был приговорен к шести месяцам домашнего заключения и двум годам условного заключения. Суд приговорил его к уплате шестидесяти пяти тысяч долларов в качестве возмещения ущерба его жертвам. Учитывая возможные заработки Адриана и полное отсутствие капиталов (на данный момент он даже не имеет жилья), этот размер компенсации является совершенно губительным. При определении размера компенсации суд должен был бы принимать во внимание целый ряд факторов, включая нынешнюю и будущую возможности обвиняемого расплатиться, а также и реальные потери жертв. Приговор о возмещении ущерба не должен быть уничтожающим. По моему мнению, судья и не задумывался о реальности выплаты такой большой суммы Адрианом, но просто назначил ее в качестве устрашающего послания другим хакерам, поскольку случай Адриана широко освещался в прессе.

Тем временем Адриан занялся собственной реабилитацией, обратив свои таланты на свою собственную жизнь. Он поступил на курсы журналистов в колледже Сакраменто: он начал писать статьи для местной газеты и подрабатывать внештатно для других изданий. «На мой взгляд, журналистика – лучшая карьера, которую я мог бы выбрать, и которая доставляла бы мне удовольствие – в ней есть любознательность, стремление взглянуть на вещи с необычной стороны, желание узнать больше об окружающем нас мире. Совершенно такие же мотивы привели меня к хакерству».

Я надеюсь, Адриан честен со мной и с собой, когда говорит о новом курсе своей жизни.

«Я солгал бы, если б сказал, что могу поверить в полную перемену человека за одну ночь. Я не могу потерять свое любопытство за ночь, но я могу использовать его таким путем, чтобы не наносить ущерба другим людям. Поскольку главное, что я вынес из всего случившегося, – это то, что за сетями стоят реальные люди. Я на самом деле не смогу больше заниматься хакерством и не думать о тех людях, которым придется беспокоиться о моих попытках ночи напролет,

Я думаю, что журналистика и фотография для меня служат интеллектуальным аналогом криминальных действий. Они дают пищу моему любопытству, позволяют мне взглянуть на вещи иначе, дают возможность развиваться в русле законопослушности».

Он рассказал мне и о своих планах работать внештатным автором для Network World. Они уже связывались с ним, и хотели, чтобы он был для них источником информации: он предложил им идею – вместо своих интервью вести у них постоянную колонку. Издатель согласился. Таким образом, вместе с информацией для хакеров появятся его тексты для сетевых администраторов.

«Журналистика – э т о то, чем я хотел бы заниматься. Я чувствую, что могу сделать что-то необычное и это не совсем то, что вы получаете от работы в области безопасности. Безопасность – это такая отрасль индустрии, которая во многом зависит от человеческих страхов и незнания компьютеров и технологий. Журналистика в значительно большей степени имеет отношение к правде.

Хакерство – это уникальное самовыражение человека. Оно включает в себя сосредоточение огромной потенциальной власти в руках одного человека, власти, которой обычно пользуются только правительство или крупный бизнес. Мысль о том, что несколько подростков могут отключить энергосистему страны приводит в ужас представителей правительства. И это вполне понятно».

Он не считает себя хакером, взломщиком или атакующим. «Я хотел бы процитировать Боба Дилана: „Я не проповедник и не торговец. Я просто делаю то, что делаю“. Я счастлив, когда люди понимают или хотя бы стремятся понять это».

Адриан говорит, что ему предлагали хорошие должности в военных и государственных учреждениях. Он отказался от этих предложений. «Многим людям нравится заниматься сексом, но далеко не каждый готов зарабатывать этим».

В этом весь Адриан – думающий хакер.

АНАЛИЗ

Что бы вы ни думали о позиции и действиях Адриана Ламо, хотелось бы думать, что вы согласитесь со мной по поводу несправедливости определения нанесенного им вреда федеральными органами.

Я знаю из своего опыта, как правоохранительные органы вычисляют предположительную сумму ущерба в хакерских случаях. Первый способ – получить сведения от компаний, которые переоценивают свои потери в надежде заставить хакера раскошелиться и не доводить дело до суда. В процессе разбирательства адвокат и прокурор обычно сходятся на несколько меньшей сумме: по федеральным законам, чем больше ущерб, тем более долгий срок заключения ожидает хакера.

В случае, произошедшем с Адрианом, Прокурор США проигнорировал тот факт, что именно от него компании узнавали о собственной уязвимости. Каждый р а з он з а щ и щ а л компании, указывая им на ту или иную прореху в их системе безопасности, и ожидал, пока они ликвидируют проблему, чтобы лишь потом опубликовать новость о своем удачном взломе. Да, он нарушал закон, но он действовал (во всяком случае, в ставших известными случаях) абсолютно этично.

КОНТРМЕРЫ

Подход, используемый атакующими, в том числе и Адрианом, заключается в запуске запроса «Кто это», что может помочь отыскать немало ценной информации, содержащейся в четырех NIC (Network Information Center – центр сетевой информации), покрывающих различные географические районы мира. Большинство информации в этих базах данных является общедоступными сведениями, которые может узнать любой пользователь приложения «Кто это» или посещающий Интернет-сайт, предлагающий подобные услуги, или заходящий на сайт nytimes.com.

Предоставляемая информация может содержать имя, адрес электронной почты, физический адрес и телефонный номер административных и технических контактов для этого домена. Эта информация вполне может использоваться для атак с использованием методов социальной инженерии (см. Главу 10, «Социальные инженеры – как они работают и как их остановить»). Кроме того, это может навести на мысль о структуре адресов электронной почты и имен пользователей в компании. Например, если адрес электронной почты одного из сотрудников Times выглядит, как hilda@nytimes.com , естественно предположить, что и многие другие сотрудники Times используют свое имя для адресов электронной почты, а также и для подписи.

Как видно из истории атаки Адрианом газеты The New York Times, он так же получил ценную информацию об IP-адресах и сетевых блоках газеты, что легло в основу успеха его атаки.

Чтобы ограничить утечку информации, любой компании было бы полезно хранить список телефонов компании только на ее телефонной станции, а не делать его доступным всем желающим. Сотрудники в приемной компании, отвечающие на телефонные звонки, должны проходить специальную подготовку, чтобы они могли быстро распознавать атаки социальных инженеров. Кроме того, в качестве адреса электронной почты следует приводить адрес издательства, а не список личных адресов сотрудников.

Более того: сегодня компаниям позволено не обнародовать свою контактную информацию и имя домена – они не должны теперь предоставляться любому желающему по первому требованию. По специальному запросу список адресов вашей компании может быть засекречен, что затруднит проникновение атакующих.

Еще одна полезная мысль высказана в приведенной истории: следует использовать горизонтально разделенные DNS. Это означает, что нужно организовать внутренний DNS-сервер. который определяет имена пользователей во внутренней сети, в то время как внешний DNS-сервер будет содержать имена для использования внешними пользователями.

В качестве другого метода разведки хакер запрашивает DNS, чтобы выяснить, на каких операционных системах работают компьютеры компании, а также чтобы получить информацию о структуре всего домена. Эта информация очень полезна при координации усилий в ходе дальнейшей атаки. База данных DNS может содержать сведения обо всех узлах сети (HINFO – Host Information). Сетевой администратор должен всячески избегать появления HINFO-записей на любом публично доступном DNS-сервере.

Еще один из хакерских приемов основан на использовании операции под названием «перенос зоны» (zone transfer). (Адриан рассказывал, что использовал этот метод в своих атаках на сайты The New York Times и excite@home, но оба раза неудачно). Для защиты данных первичный DNS обычно конфигурируется так, чтобы позволить другим авторизованным серверам копировать DNS-записи из конкретных доменов; этот процесс копирования называется переносом зоны. Если первичный сервер сконфигурирован неправильно, атакующий может запустить процесс переноса зоны на любой указанный им компьютер, и таким образом получить подробную информацию обо всех именах узлов и связанных с ними IP-адресов домена.

Для защиты от такого типа атак необходимо разрешить перенос зоны только между определенными компьютерами, это необходимо для нормального ведения бизнеса. Более подробно: первичный DNS-сервер должен быть сконфигурирован так, чтобы позволять перенос только на проверенные вторичные DNS-сервера.

Вдобавок к этому по умолчанию необходим межсетевой экран, чтобы блокировать доступ к ТСР-порту 53 на любом корпоративном сервере. Еще одно правило межсетевого экрана должно разрешать проверенным вторичным серверам имен соединяться с ТСР-портом 53 и инициировать перенос зоны.

Компании должны максимально затруднить атакующим использование т е х н и к и обратного просмотра DNS. До тех пор, пока удобно использовать имена узлов, которые дают понять, какой из узлов для чего используется – такие имена, как database.CompanyX.com – очевидно, что это упрощает хакеру поиск нужно системы, достойной его атаки.

Другая техника сбора информации на основе обратного просмотра DNS содержит использование словаря и атаки грубой силы. Например, если вы собираетесь атаковать домен kevinmitnick.com, то словарная атака будет добавлять любое слово из него к имени домена в виде «слово».kevinmitnick.com, чтобы выявить другие узлы на этом домене. Обратная DNS-атака грубой силы гораздо сложнее, здесь на месте слова из словаря стоит последовательность букв и цифр, которая с каждой новой попыткой меняется на единицу или на новую букву. Чтобы заблокировать этот метод корпоративный DNS-сервер должен быть так сконфигурирован, чтобы устранить возможность публикации любого внутреннего имени узла. Внешний DNS-сервер может использоваться вместе с внутренним таким образом, чтобы внутренние имена узлов не могли «утечь» в другую сеть. В дополнение к этому, использование раздельных внутреннего и внешнего серверов имен помогает справиться с проблемой, упомянутой выше, касающейся имен узлов: внутренний DNS-сервер. защищенный от внешнего взгляда с помощью межсетевого экрана, может использовать такие имена узлов как databas, research и backup с небольшим риском.

Адриан смог получить ценную информацию о сети The New York Times, изучая заголовки электронных писем, получаемых из газеты, которые дали ему внутренние IP-адреса. Хакеры сознательно инициируют получение электронных писем, чтобы получить информацию такого рода, или просматривают общедоступные ленты новостей с электронными письмами с той же целью. Информация, появляющаяся в заголовке письма может дать знающему человеку немало полезной информации, например то, как происходит образование имен внутри компании, внутренние IP-адреса и путь, по которому прошло электронное письмо. Чтобы оградить себя от подобной утечки информации, компаниям рекомендуется так сконфигурировать их SMTP-серверы, чтобы отфильтровывать любую внутреннюю информацию – IP-адреса или сведения об узлах – из исходящих электронных писем, чтобы помешать ее распространению.