Текст книги "Раэлит с Титаника (СИ)"
Автор книги: Виктория Рогозина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
– Вы тоже весьма бессмысленно рассуждали, но отчего-то упрек лишь в мою сторону, – девушка продолжала обдумывать каждое сказанное ею слово.
– Как подруга, поддерживаю, – вмешалась вдруг одна из содержанок.
– Даже слышать не хочу, на хрен иди, – грубо отозвался мужчина лишь раз подчеркивая, что «нахлебниц» не считает за людей.
– Хорошо, мы отклонились от основного спора. Хм...Все-таки женщина хочет немножко другого. Нельзя сказать, что только мужчину, ей нужно как-то самореализоваться ведь. Не факт, что это будет мужчина. В данном случае вы не понимаете значения любви. Вы не любили и это видно сразу по словам. Вами руководит холодный и жесткий расчет. Каждый человек ищет свою вторую половинку что б стать одним целым и быть счастливым. Нельзя так прагматично говорить, как ты, не учитывая духовные стороны всеобщего аспекта. Так что цель женщины не есть только мужчина, ведь ее самореализация может включать множество совершенно разных вещей, как например, карьера, творчество, религия... Тут долго можно объяснять. Но все же в моих глазах, мистер Азамович, вы не смогли отстоять свою точку зрения. Понятно дело, что сколько людей, столько и мнений. Но учитывая данную ситуацию, вы просто оказался не в состоянии со мной спорить.
Она не могла понять зачем нарывается, для чего весь этот спор, почему стала изъясняться более примитивным языком, но отчего-то девушке хотелось спорить, будто это было жизненно необходимо в данной конкретной ситуации. Но миллионера было также не остановить, он яростно хлопнул ладонью по столу, и громко заговорил:
– Чего хотят женщины? Это же очевидно, здесь только одно – мужика. Следите за мыслью, уверен, вы справитесь. Мужика, который бы их хотел; дом, в котором бы их хотели; детей, которых бы от них хотели; подруг, которых хотели бы меньше, чем их; денег, чтобы купить то, в чем бы их хотели; секса, чтобы убедиться, что их хотят; любви, чтобы хотящий хотел не переставая; большую грудь, чтобы сразу было видно, что их надо хотеть; машину, чтобы быстрее добираться до тех, кто их хочет; на Гавайи, чтобы завидовали те, кого тоже хотят; интересную работу, чтобы на ней их хотели, – мужчина чуть ли не брызжа слюной продолжал на повышенных тонах что-то кому-то доказывать. – Быть знаменитой, чтобы как можно больше народу знало, что их нужно хотеть. Большой шоколадный торт с клубникой и взбитыми сливками, только никому не говорите. И все это связано с мужчиной. Любое женское желание упирается исключительно в мужчину. Вы смогли понять, госпожа Романова, вам это по силам?
– Вам не к лицу личные оскорбления, – она выдохнула и спокойно проговорила. – Вся эта ситуация напоминает мне когнитивный диссонанс. Если кто из присутствующих не знает, это состояние индивида, характеризующееся столкновением в его сознании противоречивых знаний, убеждений, поведенческих установок относительно некоторого объекта или явления, при котором из существования одного элемента вытекает отрицание другого, и связанное с этим несоответствием ощущение полноты жизни. Вам удобно подгонять любой пояснение под нужный вам ответ и не иначе, вы таким образом самоутверждаетесь, ведь знаете, что многие здесь будут вам в рот заглядывать. Так всегда бывает, когда есть большие деньги, вы кажетесь привлекательнее в глазах общественности и мало кто готов вам сказать, что вы можете быть неправы, мистер Азамович.
Пол Окиртан прикрыл глаза ладонью, понимая, что точка невозврата уже не просто пройдено, а буквально перепрыгнута.
– Вам свойственно много раз повторять одно и тоже, переформулировать по триста раз, – уверенно продолжала девушка.
– Бред! Смысл разный! Если у тебя такой слабый кругозор, то в этом виновата только ты, – вдруг подключился Маркс Вудлай, человек, который почти потерял свое состояние и у которого остались лишь «нужные» связи, но не было мозгов для того, чтобы распорядиться этим как следует.
– Вы умеете признавать свои поражения, мистер Азамович?
Пол Окиртан мимикой пытался намекнуть на то, что следовало бы остановиться и Анастасия понимала, что друг пытается ей помочь не усугубить ситуацию, но усугублять, на ее взгляд было нечего.
– Ты ничего конкретного не можешь сказать и опровергнуть тоже. Ты докопалась к каким-то несуществующим повторениям, – разозлился Руслан Азамович резко поменяв манеру обращения. – И по делу ты ничего не скажешь, ты уйдешь от темы. Ты игнорируешь мои аргументы, как и всегда, снова заводя песенки о морали. Морали в целостном и единичном виде нет. А ты как школьница не хочешь открыть глаза на очевидные вещи. Ты не права, ты не только не опровергнута, но ещё и не выдвинула свою точку зрения в защиту. Потому, что не взяла в расчет моё мнение. Если ты не уважаешь мою точку зрения, справедливости ради замечу, что и я уважать твою не собираюсь. А если ты как овца собираешься идти на пролом вереща, что я не прав и не могу отстоять свою точку зрения, которая кстати подверглась лишь устной, неоправданной критике, то я могу относится к тебе как к овце.
Он перевел дыхание и знаком попросив долить себе бренди, яростно продолжил:
– Это у тебя нет аргументов и не будет. Относительно "чего хочет женщина" я тебе по-русски объяснил, но ты и это не взяла в расчёт. И кстати, я в вопросе не обобщал...и вообще был общий смысл, если бы я сказал: "Чего хочет фригидная стерва?", то спор был бы закончен в самом начале, а так вопрос не имеет рамок, то и спор, соответственно тоже. Он не имеет смысла. И не закончится. Так что говори, если хочешь. Только не бессмысленную хрень, как обычно, а по теме. Замечания в этом комментарии, выше.
Содержанки испуганно молчали и жались друг к дружке, чувствуя, что дело пахнет керосином.
– Если тебе тупо просто взять и признать, что ты не прав, то что ты делаешь в нормальном обществе, я не понимаю. Не умеешь проигрывать – в жизни удачи не найдешь, – вдруг подала голос Марина Львовна. Она сурово нахмурилась, явно настроенная на продолжение спора, который впрочем действительно не имел никакого смысла.
– Ну раз уж мы перешли на «ты», – поддержала Анастасия. – Если у тебя нет морали, то это твоя проблема. Бессмысленную хрень здесь говоришь только ты, поскольку как всегда увиливаешь от общей темы, и ждешь что любить и уважать тебя будут только за деньги и статус во мнимом обществе, которое хоть и считается высшим, но таковым не является, как бы не пытались и не желали. Ты начинаешь психовать и катать бессмысленные устные изъяснения, ну и бамбук покуриваешь где-то в стороне. Ты не раскрыл смысл, а всего лишь переформулировал, потому что как ты говоришь, этот самый смысл был раскрыт уже «выше строчками». Ты как будто пытаешься оказать психологическое давление, пытаясь говорить одно и то же разными фразами, как бы внушая, что ты прав. Но ты не прав. Твою точку зрения уже давно оспорили, а ты просто не умеешь проигрывать. Мне тебя жаль... – помедлив девушка замолчала.
– Соглашусь, – присоединилась к перепалке еще одна девушка (известная топ-модель Альбина Демушкина). – Ты не слышишь то, что тебе говорят, зациклившись только на своей теории. Тебе привели аргументы, но ты их игнорируешь и потому даже не рассматриваешь, поэтому с самого начала этот спор был на удачу, поскольку ты просто не обращаешь внимание на то, что тебе говорят.
– Абсолютно и полностью поддерживаю, Романову, – Марина Львовна высокомерно посмотрела на Руслана Азамовича. – Задрав нос ввысь просто не видишь и не слышишь ничего, но кроме того и ничего умного не говоришь. Строишь из себя черт-те что и доволен. И только брыкаешься, когда тебя присмиряют; вырваться-то все равно не можешь, потому что правда не на твоей стороне.
Миллионер, запрокинув голову назад громко рассмеялся, скрывая тем самым свое раздражение от происходящего.
– Твоя проблема в том, что ты изначально неправильно сформулировал вопрос при том, когда тема, в принципе, верная. Именно поэтому ты сейчас не можешь отстоять своей точки зрения. Учись, грамотно выражаться, чтобы грамотно формулировать свои вопросы и получать нужные ответы. Дурака выдают две вещи – неправильно поставленное ударение, и глупо заданный вопрос. Делаю вывод – ты... – робко произнесла Каролайн, решив, что стоит испытать удачу. – Ты самонадеянный глупец.
Марина Львовна улыбнулась уверенно, будто почувствовав личную победу.
– Однозначно, без вариантов! Но глупец, наверное, все же не совсем точное определение. Скорее осел. Упертый и вредный до невозможности! – смеясь произнесла вдова и сделала большой глоток из своего бокала.
Руслан Азамович оглянулся, но никто из мужчин почему-то не торопился высказывать слова в его поддержку или опровергать. На это смотрели по большей мере, как на шоу, в ожидании интересной концовки. И это шоу приняло новый виток, как только на «сцену» вышел новый персонаж. Пожилая женщина, семидесяти двух лет, управляющая банка, Антонина Федоровна имела вспыльчивый норов и скандальную репутацию в обществе. Предпочитала трапезничать в гордом одиночестве, но услышав нападки от влиятельного мужчины отчего-то решила вмешаться, предвкушая скандал.
– Ой таки шо творится, Гриня ты слышал!? – обратилась она к своему помощнику, который был рядом двадцать четыре часа семь дней в неделю и отсмеявшись, грубо сказала. – Простите за мой французский. Дорогуша как можно быть настолько в себе уверенным?! Да нахрен вы нам-таки не нужны, так чисто для галочки, стручком своим чтоб потыкались, и не больше. Во что превратились мужчины??? – сокрушалась старушка. – В женоподобных существ без точки зрения и без своего мнения, прям Сталина на вас нет, да кладбищ столько не выделили. И вас всех как раз и надо грести под одну гребенку, потому что на каждого мужика найдется женщина, перед которой он прогнется. И не надо жить влажными мечтами что мы хотим вас, живем ради вас. И ничего большего, – она смачно плюнула на пол. – От вас исходит ток обман, ложь, и никаких ответных чувств, вы глупы и чванливы и не можете даже рассмотреть ничего дальше своего носа, не видите нашего превосходства над вами, и при этом пытаетесь доказать свою точку зрения.
Присутствующие за столом гости обернулись к Антонине Федоровне, внимательно ее слушая, а та, упиваясь вниманием, продолжала своим каркающим тоном:
– Сейчас девушки без мужчины обходятся от и до: живут, работают, воспитывают детей; и даже любят людей своего пола, для вас тупеньких поясняю, то есть женщин. А вы бесхарактерные и не больше. И говорю я это не потому, что не люблю мужское население, а потому что ненавижу ваше невежество. Просто выбешивают такие фразочки что вас все хотят. А чего хочет женщина, так одного – быть любимой; будет она любима – свернет горы.
Раздались редкие аплодисменты от гостей ресторана, впечатленных импульсивной Антониной Федоровной.
– Респект Вам, Антонина Федоровна! Вы выразили все мои мысли, которые я не могла выразить в цензуре, – смеясь поддержала Марина Львовна.
– Да было бы за шо, – отмахнулась банкирша, сохраняя свою манеру шокать. – Просто бесит такое отношение, тика неуважение и дискриминация женского населения.
– Давить надо таких как этот осел...морально, – заметила еще одна женщина с соседнего столика. – А то, кто-то нам сейчас опять будет втирать про феминистические движения и воспитания из-за чего мужики стали совсем слабыми.
Руслан Азамович поправил ворот своего дорогого пиджака и степенно начал, будто отвечая на прозвучавшие в его адрес упреки:
– Антонина Федоровка, галочка? Вряд ли. Скажи это своему четвертому мужу в глаза. Твои слова лишь эмоции в их защиту. Благородно, но не то. Каролайн – захлопнись, вместе с Мариной. Что касается виновницы торжества… Госпожа Анастасия, аргументы твои взял на заметку (а они были?). Примеров нет, только слова. А мою фразу ты проигнорировала, не хорошо. Вопрос намеренно был установлен такой и от постановки вопроса не зависят умственные параметры человека, в какой бы форме он не был. И беда твоя в том, что ты одинока, но милая, свои эмоции оставь при себе, это ты виновата в том, что не можешь быть с таким как я. Ведь в тебе нет правды после всей твоей лжи. Ты обидчивая лгунья. И оскорбления оставь при себе. Возможно, стоит поискать в себе, а я могу помочь, нанять частных агентов и психиатров и доказать, что всё что ты говоришь сейчас, включая мнения о мужчинах – ложь; обнародуем все твои переписки и телефонные звонки. Обида твоя делает предвзятым ответы на вопросы.
Вздохнув, Романова нехотя пояснила:
– После моего расставания с Робертом Дрэкенсом, Руслан Азамович делал попытки сойтись со мной, но по ряду причин это невозможно. Какое-то время он шантажировал меня, в том числе и угрожал.
– Почему не обратились в полицию, не написали заявление? Или в следственный комитет.
– Шутите?! Кто возьмется за это дело? И так понятно, что этот человек бы откупился в любом бы случае, либо привлек бы все свои связи и дело бы, даже если бы открыли, замяли, – девушка, запрокинув голову посмотрела в потолок.
– Вы были на него обижены?
– Отчасти да, ведь Руслан Азамович способствовал распространению слухов, порочащих мою репутацию. Отсюда и обида, и возможно не вовремя проявленная дерзость.
– Заметь, я нигде не оскорбила тебя, так что это лишь твои комплексы или еще что-то там, – Анастасия усмехнулась. – Я счастлива, что не была с тобой, и в отличии от тебя я держу все свои обещания до последнего, твои же слова пусты и ничего не значат. Ты никогда не держишь свои обещания. По поводу переписки – если я лгунья, как ты говоришь, то все, что я сказала тоже, получается, ложь. Тем более, это уже попахивает провокацией и даже шантажом. И по поводу лжи – ты тоже лгал. Если хочешь, могу напомнить, где и в чем. В данном случае ты все равно ничего не доказал, поэтому начинаешь угрожать. Моя обида не направлена в твою сторону, так что тут ты снова погорячился. Я никогда не обижаюсь, потому что это самое бестолковое, что умеет человек. Фраза по типу "Я обиделась" – ничего не значит, и я тебе это уже объясняла. Все остальные чувства и эмоции, я просто оставлю при себе, они тебя не касаются, – и опомнившись добавила. – По поводу проигнорировала фразу. Ты проигнорировал практически все мои высказывания, так что это по-честному, не находишь?!
-Глава 7– История собственного краха.
Масабуми Хосоно (15 октября 1870 – 14 марта 1939) -
единственный японец на борту «Титаника».
Вместе с выжившиси, Масабуми Хосоно прибыл в Нью-Йорк,
где до некоторых пор оставался незамеченным.
После серии интервью в газетах, стал известен, как «Удачливый японский парень».
Благодаря помощи своих друзей в Америке смог вернуться в Японию.
Но все изменилось в один момент из-за пренебрежительных
комментариев нескольких людей. Так, к примеру моряк Эдвард Були
заявлял, что японец мог попасть в лодку только если тот переоделся в дамское платьем.
Моряк Эдвард Були не мог утверждать наверняка, ведь находился в другой шлюпке.
Однако, «травлю» продолжил Арчибальд Грейси.
В своей книге «Правда о гибели Титаника»
(выпущена в тысяча девятьсот тринадцатом году),
назвал японца «безбилетным пассажиром» спасательной шлюпке.
Книга расходилась огромными тиражами,
что окончательно испортило репутацию Масабуми Хосоно.
История была подхвачена прессой, слухи дошли и до Японии.
Все эти заявления конечно же повлияли на душевное состояние
и здоровье Масабуми Хосоно, который умер четырнадцатого марта
в тысяча девятьсот тридцать девятом году.
Семья считает, что причиной послужило общественное порицание.
В тысяча девятьсот девяносто седьмом году вышел фильм «Титаник»,
и семья Хосоно опубликовала письмо, написанное его жене.
В письме описывалось затопление корабля и что Масабуми
был готов умереть, но член экипажа сказал,
что в лодку нужны еще два пассажира,
и Хосоно с другим пассажиром запрыгнули внутрь.
Екатерина Николаевна смотрела на ясное небо.
– На Вас, моя дорогая, лица нет. Нездоровится?!
– Нет, что вы, просто завтрак прошел в дурацкой обстановке, с конфликтными богачами, – призналась Анастасия и тут же рассмеявшись, покаялась. – Простите, наверное, это глупо прозвучало от пассажира первого класса.
– Вы такая милая, – счастливым взглядом отслеживая бегающего ребенка по палубе, женщина тепло улыбнулась. – Видимо, невоспитанные люди встречаются везде, в том числе и среди знати.
– Это уж точно, – Анастасия печально вздохнула, размышляя о том, как сильно хромает ее английский, что приходило с ребенком, Бэллой, становилось тяжело и помогала с переводом или ее мама, или удобное приложение в смартфоне.
– А вы покажете апартаменты первого класса? Пожалуйста! – взмолился ребенок, упрашивая толи маму, толи новую знакомую.
– Доченька, нельзя напрашиваться в гости. Это невежливо, – пожурила ее Екатерина Николаевна.
– Но если не сказать, то Анастасия не узнает, что я хочу к ней в гости, – разумно отметил ребенок, отчего Романова прыснула от смеха в кулачок.
– Может быть мы поужинаем сегодня вместе в моих апартаментах? – с трудом проговорила девушка, чувствуя, что допустила несколько грамматических ошибок в английском языке.
– Мама, пожалуйста! – ребенок умоляюще посмотрела на родителя.
– Да, мы можем принять это приглашение, – улыбнулась Екатерина Николаевна, чуть развернувшись в своем инвалидном кресле и поправив плед на коленях.
– Отлично. Я распоряжусь, чтобы за вами зашли в шесть вечера и проводили, – Анастасия уже писала сообщение в мессенджере своему помощнику, который помогал с обслуживанием. По иронии судьбы, она все время забывала его имя, но вела себя вежливо и учтиво.
Они еще немного поболтали обо всем подряд и ненадолго расстались. Мисс Романова посетила бассейн, с удовольствием наплававшись, девушка посетила библиотеку. Но всю идиллию прервал тихий писк смартфона, сообщивший о пришедшем сообщении. Посмотрев на экран, Анастасия с удивлением отметила, что у нее не одно, а целых два пропущенных сообщения от разных людей. Первое было от самого Роберта Дрэкенса. Он интересовался все ли у девушки хорошо и устраивает ли ее плавание. Это было мило с его стороны, тем более зная, что мужчина был крайне занятым все время преумножая свое состояние, Анастасия ценила внимание и заботу. Поэтому ответила незамедлительно, в очередной раз поблагодарив за подарок.
– Удивительный вы человек, – Иван Петров склонил голову набок, подыскивая слова, чтобы в полной мере можно было поделиться своим впечатлением.
– Ирония?! – она удивлено вскинула брови.
– Ничуть, я предельно прямо об этом говорю, – он отрицательно мотнул головой. – Изначально, мне казалось, что практически невозможно расстаться, не испортив отношения, но посмотрев на вас… – мужчина выдержал почти театральную паузу. – Вы удивительная девушка и мне кажется напротив, испортить с вами отношения очень тяжело в силу вашего врожденного чувства собственного достоинства и воспитания. Вы умеете апеллировать фактами и аргументами, красиво уходите из конфликтных ситуаций. Неудивительно теперь, что Дрэкенс все же дорожит Вами. Кстати, мне доложили, что он уже осведомился о вашем здоровье и выслал юриста.
– Он неисправим, – девушка мило улыбнулась. – Несмотря на то, что о нем говорят, Роберт хороший человек. Конечно, не без греха, но все мы так или иначе…
– Да, я с вами полностью согласен.
Второе сообщение было от давнего друга, того самого, который рано или поздно надеялся покинуть френдзону. Но не тут-то было. К его великому сожалению, мечты и надежды терпели крах, а Анастасия даже не планировала обращать серьезное внимание на друга, поскольку имела совершенно иные цели и планы, в которые не входили такие вещи, как: любовь, отношения, увлеченность людьми. Сейчас мисс Романова желала сделать карьеру, реализоваться в жизни и только позже, возможно, задумалась бы о чем-нибудь, помимо работы.
Сообщение читала бегло, едва шевеля губами:
– Красотка ты не будешь одна! Знай, что хоть я тебе и не друг! Зато ты мне друг, и даже больше! А бог все видит, поверь, много видит! И всех тех, кто тебе причинил вред накажет! Я, кстати, родился в рубашке! У меня на счету две аварии: одна железнодорожная другая авто! И мысли разные бегают тоже! Главное – не замыкайся в себе.
Подумав, Анастасия не стала печатать сообщение, а позвонила, зная, что Руслан Гордеенко будет рад ее услышать.
– Привет, Настюша! – он сразу же ответил. – Как тебе Титаник?
– Прекрасно, – девушка улыбнулась. – Это потрясающе. Не ожидала такого масштаба. Это реально копия Титаника.
– Рад, что тебе нравится. Видел фотки у тебя на страничке. Впечатляет. Я вообще, хотел тебе предложить кое-что.
– М-м-м? Что именно?
Анастасия тягостно вздохнула.
– Позвольте спросить, мисс Романова. Руслан Гордеенко…это ведь известно скандальный журналист? Почему вы держали его во френдзоне? Прошу извинить, если вопрос некорректный.
– Мистер Петров, я сейчас не в том положении, чтобы увиливать, – девушка растянула губы в вымученной улыбке.
– Не хотел на вас давить, – мужчина качнул головой.
– Да, Руслан тот самый журналист. Специализируется он исключительно на скандалах, интригах и разоблачениях.
– Так что же он вам предложил?
– Свой профиль, – она пожала плечами.
– Ты уверен? – тихо уточнила Анастасия, не веря в то, что услышала.
– Абсолютно. Это будет лучший материал по твоей теме. Только будь осторожна. У них в секте строгие правила и…ну, ни каждый осмелится говорить об этом. Самое главное, скрой личность. Если узнают, кто слил инфу…сама понимаешь, – торопливо говорил Руслан. – Я позже пришлю смску, скажу, где вы встретитесь.
– Хорошо, спасибо.
– Так просто? То есть ваш друг смог найти раэлита, который…
– Я тоже так думала, мистер Петров, но все оказалось сложнее, – девушка нервно поправила прическу и передернула плечами. – Простите, можно мне выпить?
Мужчина достал из сейфа небольшую початую бутылку коньяка, налил в пузатый бокал и протянул Анастасии. Янтарная терпкая жидкость обожгла горло, согревая изнутри.
– Вы боитесь? – мягко уточнил Петров.
– Опасаюсь, – призналась она.
– Вам все же удалось что-то нарыть?
– Да… – с запинкой протянула девушка. – Скажем так... Я не понимала, во что влезаю.
– Давайте пойдем по порядку, – Иван Петров налил еще и достал второй бокал. – Как прошел ужин с Екатериной Николаевной.
Расправив плечи, Анастасия продолжила.
– Здесь так красиво, – Екатерина Николаевна восхищенно рассматривала дорогие апартаменты. – Надеюсь, мы не обременяем вас своим присутствием, моя дорогая?
– Ничуть. Мне приятна ваша компания, – Анастасия улыбнулась. – Простите, я не знала точно ваших предпочтений, поэтому постаралась заказать всего и много. Я хотела бы предложить вам переехать в мои апартаменты, здесь условия лучше и выход на палубу более удобный.
– Мама, пожалуйста, давай останемся, – запросилась дочка с удовольствием пробуя новую для себя еду.
– Я право не знаю… – женщина замялась. – Мне кажется, что наше присутствие здесь будет расценено знатью не совсем хорошо…
– Да пофиг на знать, – Романова усмехнулась. – Вы мои гости. В номере удобные кровати и их слишком много, чтобы занимать их вдвоем.
– Ваш спутник не будет против?
– Что вы, мадам, – Пол Окиртан тихо войдя в номер галантно поклонился. – Прошу прощения, подслушал немного разговор. Чудесно выглядите дамы. Позвольте присоединиться к застолью?
– Только вас и ждали, – Анастасия улыбнулась.
– Я на это очень рассчитывал.
Разговор проходил в приятной дружеской обстановке. И лишь ближе к двенадцати, когда все ложились спать, Романова услышала, как провибрировал телефон. Взглянув на экран, девушка увидела сообщение от друга-журналиста.
«Завтра, в полдень, читальный зал, палуба пассажиров первого класса», – глазами прочитала она. Ка она отметила, библиотека почти всегда пустовала, большинство предпочитали сидеть на лавочках, наслаждаясь видом и периодически залипать в смартфоне.
– Знаете, я забыла вот еще о каком обстоятельстве, – вдруг прервала свой рассказ Анастасия. – Это…не то, чтобы важно, но… – она замялась. – Вы не могли бы узнать для меня одну информацию?
– Мисс Романова, я весь во внимании, – Иван согласно кивнул.
– Есть ли информация об Эдварде Освайльде? Возможно, он, как и я смог выжить?!
Мужчина кивнул и переговорив с кем-то за дверью, вернулся. Сев на стул и закинув ногу на ногу, он уточнил:
– Кто это?
– В первый день плавания, я в читальном зале встретилась с Эдвардом. Прекрасный собеседник, умный, начитанный… – Анастасия улыбнулась своим мыслям. – Вы знаете Рассела Роуссбери-Рэйнальдса?
– Это популярный писатель, – Иван кивнул и вдруг, воскликнул. – Да ладно? Серьезно?
– Творческий псевдоним. Во всем мире он известен, как Рассел Роуссбери-Рэйнальдс. Эдвард предпочитает скрывать свою личность, прикрываясь социофобией, предпочитая не появляться на публике и демонстрировать лишь свои произведения. Весьма специфичный товарищ, нужно признать.
– И как вы с ним познакомились? – Петров изумленно вскинул брови.
– Я проводила прямую трансляцию для своих подписчиков и как раз закончила в библиотеке. Там никого не было, и я решила немного отдохнуть. Мне на глаза попалась интересная книга, антиутопия и я немного увлеклась, – девушка тихо рассмеялась. – Эдвард первым заговорил, заметив, что автор весьма точно предсказал некоторые события нашего современного мира. Я его не сразу узнала. Я ни разу не видела Рассела, но настоящее имя, однако, мне попалось на глаза. Поэтому Эдвард был удивлен, не скажу, что приятно.
– Почему вы вдруг вспомнили об этом человеке?
– Потому что…
-Глава 8– Грозное предзнаменование. 13 апреля.
После того, как «Титаник» отправился ко дну,
газеты начали публиковать списки людей,
купивших билеты, но по каким-либо причинам не отправившихся в плавание.
Этих людей назвали «Клубом тех, кого пронесло».
Среди счастливчиков, избежавших катастрофы, оказались
Милтон Херши (13 сентября 1857 – 13 октября 1945) –
основатель первой американской шоколадной компании «Херши» и города Херши в Пенсильвании;
Гульельмо Маркони (25 апреля 1874 – 20 Июля 1937) -
итальянский изобретатель и инженер-электрик,
известный созданием практичной системы беспроводного телеграфа на основе радиоволн;
Джон Морган (17 апреля 1837 – 31 марта 1913) –
американский предприниматель, банкир и финансист, основатель династии Морганов.
Четвертый день плавания, среда. На «Титанике 2» царили спокойствие и умиротворение. Ясная солнечная погода, легкий ветерок. Комфорт и роскошь настраивали на благостные раздумья. Складывалось ощущение, что дни летели слишком быстро. Бесспорно, «Титаник 2» был величественно красивым, историческая достоверность потрясала. Даже золотая линия по корпусу (отличительный знак судов компании Исмея, строившихся на верфи «Харленд энд Волфф») и корпус, имевший необычную для тех времен длину с заостренной носовой частью и выступающей кормой. Некоторые пассажиры высказывали опасения, безопасность была принесена в жертву роскоши, якобы деньги поглотили предметы роскоши и удобства, хотя это не могло быть правдой. Да, вопрос безопасности стоял особенно остро, и компания провела необходимые тесты и проверки, подтверждающие исключительную прочность судна. Но некоторые вещи, раздобытые в приватной беседе, мисс Романову все же насторожили – часть офицеров, а также механиков, кочегаров, матросов и стюардов экстренно отправили на «Титаник 2», что мешало слаженной работе и привыкнуть к огромному судну, пусть и не столь крупному, которые сейчас ходят по Атлантике, но все же времени освоиться достаточно не предоставили. «Как бы не повторилась история», – грустно размышляла девушка.
Анастасия кивком головы поприветствовала миссис Гордон, прохаживающейся по палубе в компании своего супруга. Ее модный салон люксовой одежды имел неоднозначные отзывы, но приносил своей владелице неплохой заработок. Миссис Гордон имела весьма склочный характер, впрочем, не мешающий успешно вести бизнес. По верхней палубе не так часто прогуливались – богачи предпочитали проводить время во внутренних апартаментах, заводя полезные связи за бокалом дорогого алкоголя.
После разговора с сектантом, внутренние ощущения покачнулись, сумбурно толкаясь и не находя спокойствия, взъерошив инстинкт самосохранения. Хотелось быстрее сойти на «грешную» землю и скрыться. Чувство опасности и понимание, что влезла туда, куда не следовало бы, пришло мгновенно. Она ощутила тяжесть, граничащую со страхом, и поняла, что зашла в тупик, а деться к лайнеру некуда.
– Мы встретились в указанное с ним время. Раэлит представился Виталием, но предупредил, что это не его имя. Мужчина, среднего роста в возрасте тридцати семи лет, с коротко стриженными темными волосами и выразительными глазами. Обычный. Если бы я его встретила где-нибудь в обществе – не обратила внимания. Нет никаких отличительных черт или особенностей. Лишь голос низкий, иногда от волнения чуть поднимается в пару нот, – девушка усмехнулась. – Он мог бы стать хорошим певцом, вокальные данные есть. И вот он начал свою историю с того, что… – она вздохнула. – Они не раэлиты.
– То есть как? – не понял Иван Петров, дернув плечом. – Ваш друг Руслан ошибся?
– Нет, не ошибся, – Анастасия чуть помедлила и резко выдохнув, заговорила быстрее. – Те раэлиты, которые были на «Титанике 2» не имели отношения к той секте. Как оказалось, это те, кто хотел быть в ней, но по тем или иным обстоятельствам не смогли примкнуть к основной секте. Тогда некий Раэль, по паспорту Реннат Земский, создал новую группу вводя многих в заблуждение, не имея отношения к «Клонэйд». Они призывают считать их истинным «Кланом». Некоторые…кхм…аспекты, они переняли от основной секты, как, к примеру, вера в инопланетян и то, что все мы некий генетически-космический эксперимент, отрицают брачный институт, считая это ненужной помехой для мировой гармонии. По их теории инопланетяне, называемые элохимами, существуют, но они, также как и мы генетический эксперимент. Они стремятся к бессмертию, а это можно достичь путем клонирования. Рассказывал, что был удачный эксперимент и есть мальчик Адам, и передал мне документы, подтверждающие этот факт.
– Где эти документы сейчас?
– Флешку я передала Эдварду…копию выслала зашифрованным файлом Дрекенсу и Руслану. Попросила опубликовать данные, если…со мной что-нибудь случится, – Анастасия вновь тяжело вздохнула,чувствуя себя преданной, словно стала жертвой несправедливого и страшного обмана, но не могла изменить того, что свершилось. – Насколько мне известно, они далеко не первые, кто пиарится на этой теме. Смысл в том, что…именно эта секта планировала провести новый эксперимент по клонированию.
