Текст книги "Остров Последнего Дракона (СИ)"
Автор книги: Виктория Ковалева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Глава десятая. Нападение
– Деточка, расскажи мне о моде на большой земле. Какие фасоны предпочитают нынче почтенные камледы, ну и разумеется, какие прически они носят: что-то простое и незатейливое, или же сложносоставное? – камледа Манглей, не замолкала ни на мгновение, цепко ухватив меня за руку, и казалось совершенно не обращая внимания на то, что за нами, с унылыми выражениями на лицах, плетутся остальные члены нашей большой компании, решившей отправиться на прогулку сразу же после обеда. Я вот уже битый час вынуждена была слушать беззаботную болтовню этой неугомонной женщины, и односложно отвечать на постоянный поток вопросов, к радости довольно ухмыляющейся Сивиллы, которая пригласила собой для компании парочку подруг то и дело, смеривающих меня высокомерными взглядами.
Положение спас камлед Жозе – его видимо все-таки разжалобил мой несчастный вид. Он что-то шепнул на ухо супруге, и, подхватив ее под локоток, повел по уходящей в сторону тропинке. Я, наконец, вздохнула с облегчением.
– Она в принципе неплохая женщина, но иногда ее просто невозможно угомонить. – Громким шепотом произнес тут же нагнавший меня Гел. – Извини, что пришлось оставить тебя с ней один на один, но с камледой Манглей, не всегда решается спорить даже наш храбрый камадо.
– Просто, к ней очень хорошо относились мои родители. – Раздался с другой стороны голос Дрейка. – Что, в прочем не помешало мне попросить Жозе под любым предлогом увести ее куда-нибудь подальше.
– О! – с наигранным удивлением всплеснула руками я, – так это тебя мне нужно благодарить за столь чудесное избавление?
– Всегда к Вашим услугам, камледа Ниэль! – с шутливым поклоном засмеялся камадо Гатлей.
– Над чем смеетесь? – холодный тон Сивиллы, тут же испортил поднявшееся было настроение. Ну, вот почему она не могла остаться в замке? М-да, глупый вопрос – разумеется, она не оставит своего обожаемого жениха без присмотра, когда я нахожусь в непосредственной близости от него, и теперь, блондиночка со своими подружками, будет стараться всеми правдами и не правдами переключить внимание Дрейка на себя.
– В чем дело, Илли? – удивленно приподнял бровь камадо, – Мне кажется, или я слышу в твоем голосе недовольство?
– Извини, дорогой, – тут же поспешила исправиться блондиночка, – просто я надеялась, что на прогулке, ты сможешь уделить мне чуть больше внимания.
– В таком случае, зачем ты взяла с собой Тару и Мириду? – камадо кивнул на мигом смутившихся подруг Сивиллы. – К тому же, я как хозяин замка, считаю своим долгом уделить свое внимание нашей гостье.
– Что Вы, камадо Гатлей, – с необычайным для себя раздражением усмехнулась я, – можете себя не утруждать. Геллар прекрасно справится с этой задачей. А Вы пожалуй, и в правду уделите-ка внимание своей невесте – она наверняка соскучилась по Вам за время отсутствия.
С этими словами, я подхватила удивленно хмыкнувшего Гела под руку, и потащила за собой не разбирая дороги.
– Ниэль! – послышался за спиной взволнованный голос Дрейка, но я не остановилась, а наоборот прибавила шагу.
– Эй, куда ты так несешься? – некоторое время спустя, поинтересовался Геллар. – Они уже давно отстали.
– Просто, хочется найти какое-нибудь уединенное место, подальше от Сивиллы. – Пришлось признаться мне.
– Все-таки, я был прав – у вас с ней случился какой-то конфликт? – невесело усмехнулся Гел, разворачивая меня к лицом к себе, и заглядывая в глаза.
– Да, – не удалось мне подавить тяжкий вздох, – как только вы уехали, она подошла ко мне, и в не очень вежливой форме намекнула, чтобы я держалась от камадо Гатлея подальше.
– Стерва. – Сквозь зубы прорычал Гел, заставив меня вздрогнуть. – Почему ты не сказала мне раньше?
– Не хотелось выглядеть… – я замолчала, подбирая слова.
– Понял… – вздохнул парень. – Ладно уж, пойдем, я знаю одно укромное местечко.
И вот, теперь уже он тащил меня по еле приметной тропинке, теряющейся где-то в зарослях разлапистого кустарника. Я с трудом поспевала за размашистым шагом Гела, то и дело, перепрыгивая через толстые покрытые мхом коряги, торчащие из земли.
– Эй, эй – поаккуратнее! – запыхавшись, наконец взмолилась я, – если ты не заметил, я в длинном платье, а в нем не очень-то удобно совершать такие пробежки с препятствиями!
– Ой, извини. – Смущенно буркнул Геллар, тут же переходя на нормальный шаг. – Мы почти пришли.
И действительно, вскоре кусты расступились, являя моему взору небольшую полянку, посреди которой возвышалась резная беседка, увитая листьями дикого винограда.
– Какая прелесть! – ахнула я, – Что это за место?
– Эту беседку, когда-то построила бабушка нашего камадо. – Явно довольный моей реакцией, пояснил Гел. – Ну что, пойдем, присядем?
Этого он мог уже и не спрашивать, так как я уже быстрым шагом шла по тропинке в направление к беседке. Чудесное место! Нет, конечно в королевском парке стояли довольно милые конструкции, с обитыми бархатным материалом сидениями. Принцесса Салия часто любила отдыхать там, приказав слугам подать туда сладости и разбавленное вино и я часто составляла ей компанию, устраиваясь где-нибудь в уголке с книжкой в руках. Но эта беседка, спрятанная в густых парковых зарослях и в подметки не годилась тем, что находились в королевском парке. Скрытая от посторонних глаз, она казалось, так же как и замок Гатлей, воплощала собой то самое очарование старины, которая настраивает мысли на лирический лад, и погружала в ту непередаваемую атмосферу романтики прошлых лет. Я словно воочию увидела красивую, почтенную камледу, с точно такими же серыми глазами как и у Дрейка, устроившуюся под сенью беседки с вязанием, или книжкой в руках.
– Чудесное место. – Прошептала я, присаживаясь на глухо скрипнувшую лавочку. – Кажется, что здесь можно укрыться от всех своих проблем.
– Да, здесь очень спокойно. – Гел прислонился к одной из резных подпорок и теперь задумчиво, разглядывал окрестности, то и дело кидая взгляд в мою сторону. – Бывает, после особенно паршивого дня, я прихожу сюда чтобы успокоиться и подумать.
– Понимаю, – вздохнула я, – дома у меня тоже было такое место.
Только сейчас я осознала, как же мне не хватает своего, пусть одностороннего, но общения с родителями. Ведь, в любую трудную для себя минуту, я спешила к ним на могилы, и часами разговаривала с ними, изливая душу и делясь всеми своими тревогами и переживаниями. Пусть глупо, но мне казалось, что они слышат меня, что они все еще где-то рядом и осознание этого, придавало мне силы бороться с трудностями и не опускать руки.
– Ниэль, с тобой все в порядке? – обеспокоенно поинтересовался Геллар, отрывая меня тем самым от размышлений.
– Да, все в порядке. – Пожала плечами я. – А почему ты спрашиваешь?
– Просто вид у тебя какой-то расстроенный. – Признался Гел, и неожиданно потянулся ко мне и взял за руку. Едва моя кисть оказалась в теплых ладонях, по телу пробежала легкая дрожь, заставив непроизвольно вздрогнуть. – Ниэль, скажи честно, это из-за камадо?
– Что? – не сразу осознала я смысл заданного вопроса, – Гел, при чем тут Дрейк?
– Я же вижу, как ты на него смотришь. – Хмыкнул он, печально вздохнув и отводя взгляд. – Он тебе нравится, да?
– Слушай, тебе не кажется, что это не твое дело? – не сумела скрыть раздражение в голосе, я. Почему мне все время приходиться оправдываться за свои чувства? Перед Фло, Сивиллой, самой собой, теперь вот и Гел решил затронуть эту опасную тему. – Какое тебе дело до моих чувств?
– Ниэль, – Геллар дернулся, словно от пощечины, и отпустил мои руки, – как ты можешь так говорить!
– Я не считаю нужным, изливать тебе душу. – Понимая, что сейчас возможно делаю больно одному из немногих на этом острове, кто действительно хорошо ко мне относится, я тем не менее, уже не могла остановиться. – С тех пор, как я оказалась здесь, меня то и дело обвиняют в каких-то чувствах к камадо, и мне это уже надоело! Что вас всех так тянет докопаться до того, что у меня на сердце? Я надеялась, что хотя бы ты не станешь поднимать эту тему… видимо, зря надеялась. А теперь, если тебя не затруднит, оставь меня одну!
– Ниэль! – прошептал Геллар, пытаясь вновь протянуть ко мне руку, но я отпрянула. Мне действительно хотелось побыть в одиночестве.
– Гел, уйди пожалуйста! – отворачиваясь от парня, попросила я. – Давай поговорим позже.
– Как скажешь. – Сухо произнес Геллар, разворачиваясь, и быстрым шагом удаляясь от беседки.
Как только я убедилась, что парень ушел, то перестала себя сдерживать и дала волю слезам. Как же я хочу вернуться домой!
– Ниэль?
О нет! Только не он! Вот только сейчас мне не хватало предстать перед камадо с заплаканными покрасневшими глазами и распухшим носом!
– Ниэль, что случилось? – взволнованный голос Дрейка раздавался уже совсем близко, заставив меня всхлипнуть и спрятать лицо в ладони.
– Ничего, – голос прозвучал непривычно глухо и хрипло, – уйди, пожалуйста.
– Тебя кто-то обидел? – я почувствовала, как камадо аккуратно убирает мои руки от лица, и уже через мгновение, смотрела в его встревоженные серые глаза, с мерцающими в них голубыми искорками.
– Со мной все в порядке, Дрейк, правда. – От близости этого мужчины у меня перехватило дыхание, и я тут же почувствовала, как в груди поднимается волна злости. Ну почему я так реагирую на него? Ведь понимаю же, что между нами ничего не будет, и все равно, буквально таю от его взгляда и, пусть мимолетных, прикосновений. Все, хватит! Сейчас же попрошу его отправить меня домой!
– Дрейк, нам нужно поговорить…
– Конечно, Ниэль, – камадо сидел передо мной на корточках и с тревогой всматривался в мое мрачное лицо, – если тебя кто-то здесь обижает, я тут же с этим разберусь.
– Ты обещал отправить меня домой. – Так, главное чтобы голос не дрожал и звучал уверенно. – Спасибо, за предоставленную возможность ознакомиться с островом, но я хочу вернуться обратно.
– Тебе здесь настолько плохо? – я явственно расслышала горечь, прозвучавшую в этом вопросе.
– Дрейк, пойми, – неожиданно, мне стало жалко этого мужчину, который теперь сидел, понурив голову и не глядя мне в глаза, поэтому я постаралась говорить как можно мягче, – там, я привыкла к тому, что у меня все под контролем. Здесь же, я чувствую себя абсолютно беспомощной без привычной мне магии.
– Так дело в этом? – недоверчиво посмотрел на меня камадо Гатлей.
– Не совсем… – я хотела было добавить, что с тех пор, как очутилась на этом острове, не нахожу себе места, но Дрейк вдруг взял меня за руки, и я тут же почувствовала знакомое покалывание на кончиках пальцев.
– Магия? – ахнула я, – но как?
Камадо улыбнувшись, показал мне зажатые в руках ограничительные браслеты:
– Извини, что не додумался сделать этого раньше. – Глядя на мое изумленное лицо, повинился он. – Я ведь и сам знаю, каково это для мага лишиться своей силы, пусть даже и временно.
– Дрейк, спасибо тебе, – я закусила губу, стараясь не смотреть на собеседника, – но я все равно хочу вернуться на большую землю.
– Ниэль… – сокрушенно выдохнул камадо, вновь становясь серьезным и напряженным, – скажи, это из-за Геллара?
– Что? – нет, они издеваются надо мной что ли?
По всей видимости, Дрейк истолковал мой удивленно – возмущенный возглас по-своему, потому как взгляд его стал жестче, а на скулах заходили жвалки.
– Убью. – Камадо резко выпрямился, и развернулся в сторону тропинки.
– Дрейк, стой! – сообразив, что сейчас разъяренный камадо отправиться разбираться с Гелом, я кинулась ему вдогонку, и когда он резко остановился, не успела среагировать и врезалась ему в спину. От неожиданности, я со всей силы приложилась копчиком о землю и рассаднила ладонь.
– Извини, – смутившись, мужчина кинулся мне помогать, и, ухватив меня за руку, потянул на себя.
Я и сама не сообразила, как оказалась в его объятиях. Почувствовав, как сильные руки прижимают меня к напряженному телу, я с трудом подавила в себе судорожный вздох. Боги, как же я мечтала об этом! Как сейчас мне хотелось на вечно остановить это мгновение и чувствовать, как гулко бьется в широкой груди его сердце, как теплые губы нежно целуют меня в затылок, в висок в…
– Дрейк… – прошептала я, пытаясь отстраниться, но камадо будто не слышал, покрывая поцелуями мое лицо, – Дрейк, так нельзя… остановись… Дрейк…
– Не могу, Ниэль… – послужил мне ответом хриплый шепот, – я так долго пытался сдерживаться… но это сильнее меня…
– Пожалуйста… мы не должны… – как же я сейчас ненавидела себя за эти слова, но остатки здравого смысла дробью выбивали в голове одно лишь слово: невеста, невеста, невеста! Пусть Сивилла гадина, пусть она мне не нравится, но если я сейчас не остановлю Дрейка… не остановлю нас… то больше никогда не смогу спокойно, без презрения смотреться в зеркало, зная, что повинна в чужих страданиях. Вопреки доводам разума, я все еще позволяла камадо покрывать горячими поцелуями лицо и шею, позволяла сильным рукам все теснее прижимать меня к напряженному словно тетива, телу, позволяла шептать мне бессвязные слова о том, как долго он ждал этого момента… стоп! Хватит! Это заходит слишком далеко!
– Дрейк, остановись, пожалуйста! – собрав во едино все сове самообладание взмолилась я, сделав еще одну попытку отстраниться. – Так нельзя!
– Ниэль, не поступай так со мной! – хриплый шепот, и тяжелое дыхание камадо, дали понять, что он так же как и я, с трудом сдерживает себя чтобы не переступить опасную черту, и не поддаться сжигающей изнутри страсти.
Звонкая пощечина заставила Дрейка разжать руки, и я не разбирая дороги, кинулась бежать, чувствуя как бешено колотится в груди сердце. Что мы наделали? Как теперь, после всего что случилось, сможем смотреть друг другу в глаза? Все! Нужно срочно возвращаться домой! Попрошу Гела чтобы он поговорил с камадо о моем отбытии на большую землю. Думаю, когда Дрейк придет в себя, он и сам не захочет, чтобы я оставалась в его замке.
Неожиданно, я почувствовала как по телу прошла ощутимая волна магии, отозвавшаяся покалыванием во всех конечностях. Я резко остановилась, и огляделась. Расстояние между деревьями уменьшилось так, что они тесно сплетались друг с другом кронами, почти не пропуская солнечный свет. Тропинка тоже куда-то пропала, и теперь я по щиколотку находилась в густой, влажной от сырости траве. То что это уже не замковый парк, становилось понятно с первого взгляда.
Отлично! Я забрела в джунгли, и теперь даже не представляю, как буду возвращаться обратно. Это же надо быть такой дурой – помчаться не разбирая дороги, даже приблизительно не представляя себе местности.
Треск деревьев, раздавшийся немного в отдалении от меня, заставил испуганно вскрикнуть и замереть. Вслушиваясь в звуки ломающихся сучьев, я с ужасом представляла себе, что именно может продираться ко мне через джунгли. «Нужно бежать!» – промелькнула в голове паническая мысль, но ноги словно приросли к земле, не в силах унести свою хозяйку от надвигающейся угрозы. Когда между деревьев показалась огромная голова ящера, с кривыми зубами, каждый из которых был размером с мою руку, я не выдержав, закричала и наконец, побежала прочь, в ту сторону, откуда как мне казалось, пришла. Гигантский ящер оглушительно заревел, и кинулся за мной, не обращая внимания, на валящиеся от столкновения с мощным телом, деревья. Я бежала что было мочи, но вскоре почувствовала, что воздух уже вырывается из легких с болью и хрипами. Резко закололо под ребром, но я понимала, что если остановлюсь, то эта тварь тут же нагонит и растерзает меня. Ненавижу этот остров!
Внезапно, я почувствовала как ногу словно зажало в тиски, и в следующее мгновение, я уже лежала на земле с ужасом глядя на застрявшую между корней ступню, из которой торчал осколок розоватой кости. Боль оглушила, так что я некоторое время, слышала лишь как кровь пульсирует в висках, а перед глазами плясали темные пятна. Ящер тем временем был уже совсем близко, и я с ужасом наблюдала, как он тяжело движется в мою сторону на своих мощных задних ногах, оставляя в земле глубокие борозды от огромных когтей. Нужно что-нибудь делать! Ускользающее сознание лихорадочно искало выход из смертельно опасной ситуации, и тут, неожиданно я осознала: ведь моя магия снова со мной! Если послать в него оглушающее заклятье, оно конечно может и не подействовать на такую махину, но отпугнуть его точно должно. В любом случае, это был мой последний шанс. Из-за боли в сломанной ноге, я уже с трудом контролировала себя и, может быть именно по этому, я не сумела рассчитать количество магической силы на выходе и уже теряя сознание, с какой-то обреченной, щемящей в груди тоской поняла – я перегорела. Где-то далеко послышались встревоженные крики, грохот упавшего на землю гигантского тела, но мне было уже все равно и я почти с наслаждением погрузилась в спасительную темноту.
Глава одиннадцатая. В плену отчаяния
Сознание медленно, словно нехотя прояснялось, принося с собой чувство опустошения и неприятную, ноющую боль в ноге. С трудом, разлепив отяжелевшие веки, я убедилась, что нахожусь в своих покоях в замке Гатлей. Значит, эта тварь все-таки не убила меня. Хотя… в свете последних событий, наверное, смерть для меня была бы предпочтительней. Перегорела… из меня будто бы с мясом вырвали кусок души – магия, была неотъемлемой частью меня самой. Она наполняла меня, текла по моим венам разливаясь приятным теплом по телу. А теперь я чувствую только холод там, где раньше клокотала живительная энергия. Даже когда Дрейк одел на меня ограничительные браслеты, я все равно чувствовала внутри свою силу, но теперь… теперь лишь пустота и отчаяние… Людям, от природы не владеющим магией, не зная что это такое – чувствовать ее живительное тепло внутри себя, не понять, каково это лишиться ее всей, до последней крупицы. Увы, если маг вот так вот перегорает полностью выжигая свой резерв – это необратимо. Еще в те времена, когда мой отец был придворным магом, мне доводилось видеть тех несчастных, которые по неосторожности полностью израсходовали свой резерв. Несчастные, полубезумные создания с навечно застывшей в глазах непередаваемой тоской. Такова наша магическая сущность – мы не можем, а может быть даже и не хотим жить дальше. Боги! За какие грехи вы послали мне эти испытания? Зачем послали на этот остров? Зачем позволили разбить сердце, а потом еще и практически лишить души?
Хотелось разрыдаться, чтобы со слезами, вышла хотя бы маленькая часть того отчаяния, которое непомерной тяжестью легло мне на грудь, не давая возможности нормально дышать. Но слез почему-то не было. Не было ни чувства голода, ни чувства жажды – одна лишь тоска, казалось укутала меня своим черным саваном. Странно, но сейчас, при мысли о Дрейке Гатлее, сердце больше не отбивало бешенный ритм, а воспоминания о его отчаянно-страстных поцелуях, больше не заставляли разливаться по телу приятную истому. Перегорела… магия, душа, эмоции – вот оно значит как бывает… видимо, Ниэль все же умерла, спасаясь от чудовищного ящера – осталась лишь ее оболочка, до краев заполненная почти физически ощущаемой тоской.
Я грустно усмехнулась: хотела избавиться от чувств к камадо? Получай. Радикально и неотвратимо. И чего спрашивается, я так терзалась? Думала, что хуже чем эта поганая влюбленность, и быть ничего не может – какие же это были жалкие и незначительные эмоции! Теперь, я по-настоящему осознала – что такое душевная боль, выжигающая изнутри яростным черным огнем.
Дверь в комнату громко хлопнула, и этот звук тупой болью отдался в висках.
– Девочка моя, ты очнулась? – обеспокоенный голос тетушки Фло лишь на долю мгновения опередил свою хозяйку, резво подбежавшую к моей кровати. Сил подняться не было, да и не хотелось в общем-то двигаться. – Как ты себя чувствуешь? Хочешь пить, есть, болит что-нибудь?
– Уходи. – Собственный голос показался мне каким-то бесцветным и унылым. В данный момент, мне было абсолютно наплевать – обидится ли на меня Флозетта. Хотелось побыть одной.
– Ниэль, – женщина аккуратно присела на край моей кровати, и испуганно посмотрела в глаза. Не знаю, что она там увидела, но уже в следующую секунду пораженно отшатнулась, – что с тобой твориться?
– Уходи. – Тем же ровным, не выражающим эмоции голосом, повторила я, и устало прикрыла веки, только бы не видеть эту раздражающее беспокойство во взгляде Фло. Ей не понять… никому не понять то, что я сейчас чувствую.
Мягко спружинила кровать, когда женщина с нее встала, затем послышались быстрые шаги, всхлипывания, и наконец, звук закрываемой двери. Я вновь осталась одна. Один на один с болью и отчаянием, которые теперь, до конца жизни, будут являться моими постоянными спутниками. К чему мне это? Есть ли смысл продолжать влачить столь жалкое существование? Может быть, проще умереть сейчас? Просто закрыть глаза и отпустить истерзанное сознание? Провалиться в небытие, где нет этих невыносимых терзаний… спасительное небытие…
* * *
Где-то, на границе между сном и явью, я слышала голоса. Сначала они сливались в неразборчивые, бессвязные слова но постепенно, обретали четкость и ясность. Один голос: испуганный и взволнованный, принадлежал Флозетте, второй: спокойный и уверенный, но все же с нотками скрытой тревоги – Дрейку Гатлею, а третий, полный ярости и отчаяния, Геллару.
– Расскажи еще раз, что тебя так напугало, Фло. – Обратился камадо к служанке. – Ты говорила, что Ниэль приходила в себя.
– Не знаю, в себя ли. – Видимо от пережитого стресса, Флозетта забыла о своем почтительном страхе перед повелителем. – Видели бы вы ее глаза! Две пустые, ничего не выражающие стекляшки! А голос! Вы не поверите, мой камадо, когда она заговорила, у меня чуть волосы дыбом не встали! Мне на мгновение показалось, что ко мне призрак обращается!
– Это все ты! – зло прорычал Гел, и я как то отстраненно удивилась тому обстоятельству, что телохранитель, вот так вот, просто общается со своим господином. – Из-за тебя она убежала за защитный контур!
– Не забывайся, Геллар. – С холодной яростью отозвался Дрейк. – Флозетта, ты можешь оставить нас одних?
Это была не просьба – приказ. И судя по тяжелому вздоху женщины, она была категорически против оставлять меня наедине с двумя пышущими праведным гневом, мужчинами. Но ослушаться Флозетта не посмела, поэтому вскоре я услышала ее тяжелые шаги и звук скрипнувшей двери.
– Что с ней, ты знаешь? – голос всегда веселого и жизнерадостного Гела прозвучал как-то обреченно.
– Мне кажется, Ниэль перегорела. – Слова давались камадо с трудом.
Да что ты, гений! Сам догадался, или подсказал кто? Сквозь тягучую, всеобъемлющую тоску холодным лезвием прорвалась злость. Ведь это он – он виноват в том что я теперь такая! Ненавижу! Прав Геллар – Дрейк первопричина всех моих несчастий!
– Объясни мне толком, что это значит! – потребовал Гел, в голосе которого вновь слышалась еле сдерживаемая агрессия. – Или ты забыл, что ты единственный маг на этом острове?
Теперь единственный. С глухой яростью подумала я.
– Это значит, что от испуга, или боли в сломанной ноге, Ниэль не рассчитала силы и израсходовала весь свой магический резерв без остатка. – Тихо, почти шепотом ответил камадо. Видимо, он лучше своего друга представлял, какими фатальными последствиями это для меня обернулось. – На большой земле, мне доводилось видеть магов, которые пережили такое… – голос Гатлея дрогнул, – я молю богов, чтобы Ниэль не повторила их судьбу…
– Да ты можешь объяснить толком, чем ей этот грозит! – Геллар, уже по всей видимости с трудом держал себя в руках.
– Сумасшествием, помешательством… – в отчаянье рыкнул Дрейк, – маг, лишившийся своей силы, теряет часть своей души! Слышал, что рассказала Флозетта?
– Ей можно помочь? – с надеждой спросил Гел.
Нет, Геллар, мне уже ничем не поможешь. Теперь есть только я – и эта вечная боль.
– Я не знаю, – чуть слышно прошептал камадо, – но я сделаю все ради этого.
– Зачем она тебе, Дрейк? – так же тихо произнес его телохранитель, – у тебя есть Илла, и проявляя внимание к Ниэль, ты делаешь больно им обеим. Ты же уже видишь, что из всего этого вышло.
– Гел, ты мой лучший друг, но я не знаю, поймешь ли меня, – голос Гатлея прозвучал как-то глухо и устало, – если честно, то я и сам себя не понимаю. В первый раз в своей жизни, я запутался. Когда я увидел Ниэль там, на корабле худенькую, с растрепанными рыжими волосами, испуганными глазами, сжимающую в руках парик, я неожиданно испытал такой бешеный, необъяснимый прилив нежности, восторга, желания обнять, защитить… тогда, я убеждал себя что это всего лишь блажь… наваждение, но вернувшись на остров, я вдруг осознал, что наваждением были мои чувства к Илле. Раньше, Сивилла казалась мне идеалом женщины: гордая, уверенная, грациозная, но лишь в сравнении с Ниэль, я постепенно разглядел ее истинное лицо. Те, сначала презрительные, потом яростно – ревнивые взгляды, которая моя кхм… невеста бросала на девушку, лучше пощечины отрезвили меня и заставили задуматься – а была ли она вообще, эта любовь? Признаться, во время поездки к источнику, я еще надеялся, что по возвращении, все вернется на круги своя, ведь я чувствовал себя предателем по отношению к Илле, но вновь увидев Ниэль, понял что пропал окончательно. Гел, я спать не могу, есть не могу – постоянно думаю о ней. Головой понимаю, что не должен поступать так подло с Сивиллой, но вот только сердцу не прикажешь… И там, возле той беседки, я просто не сдержался… как же я теперь виню себя за это!
Я с каким-то отстраненным интересом слушала прочувствованную речь камадо, и понимала, что меня абсолютно не трогают его слова. Чего ж ты раньше молчал, дружочек? Почему не захотел поговорить, объяснить мне все? Теперь уже поздно. Мне не нужен ни ты, ни твоя любовь. Все чего я хочу, это чтобы ко мне вернулась моя магия, заполнив собой образовавшуюся в моей душе пустоту. Зачем мне теперь эти глупые, запоздалые признания?
– Да друг, попал ты… – с тихой грустью отозвался Геллар, – я, признаться и не думал, что у тебя к ней все настолько серьезно.
– Как и у тебя? – с болью в голосе спросил Дрейк.
– Не знаю, – тяжело вздохнул Гел, – мне с ней легко, хочется ее постоянно чем-то порадовать, развеселить. Раньше, я считал что это влюбленность… теперь же не знаю. Наверное, я полюбил ее, но полюбил как подругу, как младшую сестричку, которую хочется оберегать. Сейчас я понимаю, что моя реакция на тебя и Ниэль, это не ревность, а подсознательное желание защитить ее от той боли, которую ты ей можешь причинить. Точнее… уже причинил.
– Не говори так! – голос камадо сорвался.
– Говорю, и буду говорить. – резко ответил Геллар. – По твоей вине, на нее напал королевский ящер. Чудо, что она смогла оглушить его, но какой ценой!
– Я все исправлю. – Твердо произнес Дрейк. – Я перерою всю свою библиотеку, но найду способ вернуть прежнюю Ниэль.
Наивный камадо. Раздражение и ненависть вновь подняли в моей душе свои уродливые головы. Мне уже не помочь, а вот ты, будешь до конца жизни мучатся чувством вины. И знаешь что, Дрейк Гатлей? Мне тебя не жалко. Ты заслужил страдания, но вряд ли они хоть немного сравняться с тем, что сейчас испытываю я. Пожалуй, ты как никто другой заслуживаешь такую невесту как Сивилла, и я была круглой дурой, когда считала иначе.
– Очень надеюсь, что у тебя получится. – Вздохнул Геллар. – Не могу видеть ее в таком состоянии.
– Можешь оставить нас одних? – неожиданно, не приказал – попросил камадо.
– Зачем? – в голос телохранителя вернулась прежняя настороженность.
– У нее сломана нога. – Устало пояснил Гатлей. – Мне нужно провести еще один сеанс лечения. Открытый перелом, все-таки штука серьезная. Кости я постарался срастить правильно, но синяк и опухоль еще остались.
– Хорошо. – Как-то нехотя согласился Гел. – Пойду пока потренируюсь – нужно выпустить пар.
Когда за Гелларом закрылась дверь, я не увидела – но почувствовала как камадо приближается к моей кровати. Глаза открывать не хотелось. Не было ни моральных, ни физических сил смотреть на виновника всех моих несчастий. Пусть делает что хочет – лишь бы он поскорее ушел. Кровать чуть прогнулась под весом присевшего на нее Дрейка, который аккуратно откинул одеяло с моих ног, и через мгновение я почувствовала прикосновение горячих рук к ноющей лодыжке. Такое знакомое покалывание исцеляющей магии, заставило меня против воли жалобно всхлипнуть, от осознания того, что я лишилась этого навсегда. Покалывание тут же прекратилось, и я услышала взволнованный голос камадо:
– Ниэль? Тебе больно?
– Уходи. – Глухо прошептала я, горя желанием вцепиться в лицо тому, из-за кого я вынуждена сейчас переживать всю эту боль, ядовитой змеей свернувшуюся в груди.
– Ниэль… – почти с мольбой простонал камадо, – прости меня. Я во всем виноват! Пожалуйста, прости!
– Уходи. – С холодной ненавистью прошипела я, и даже не открывая глаз почувствовала как дернулся Гатлей, но все же вновь положил свои руки на мою лодыжку. По телу снова потекла исцеляющая магия, заставляя меня скрипнуть зубами от желания голыми руками разорвать этого человека. На кожу обнаженных ступней что-то капнуло, потом еще раз, и еще… Больше из слабого отблеска интереса, я открыла глаза и увидела полный невыносимой боли взгляд Дрейка, затуманенный скатывающимися по смуглым щекам крупными бриллиантами, слезами. Неожиданно, где то в груди, я почувствовала все разрастающееся тепло. Ненависть, злоба, отчаяние, заполнившие собой казалось все мое естество, вскинули свои уродливые головы и испуганно зашипели, растворяясь в всепоглощающей волне нежности к этому сероглазому дикарю, сейчас сидящему у моих ног и низко склонившему голову. Сама не понимая что делаю, я осторожно протянула руку и провела ладонью по черным словно смоль, волосам. Камадо вздрогнул, и замер, затаив дыхание, словно боясь поверить в то, что все происходит на самом деле. Я продолжала перебирать пальцами шелковистые пряди, с какой-то невыносимой грустью думая о том, как буквально несколько минут назад, могла так люто ненавидеть того, кого люблю.
– Ниэль… – едва слышно выдохнул Дрейк, поймав мою гладившую его по волосам кисть, и прижимая ее ладонью к все еще мокрой от слез щеке. Та звериная тоска, еще недавно бушевавшая во взгляде камадо, еще не до конца отступила, но теперь, к ней примешался слабый отблеск надежды, – ты когда-нибудь сможешь простить меня?
– Уже простила. – Улыбнулась я, и вздрогнула, когда он с непередаваемой нежностью начал покрывать поцелуями мою руку.
– Я люблю тебя, Ниэль. – Тихо прошептал он, передвигаясь поближе к изголовью кровати так, что теперь его грустно улыбающееся лицо, оказалось всего в нескольких сантиметрах от моего. – Прости, что не сказал раньше, как много ты для меня значишь, но теперь, я хочу чтобы ты знала о моих чувствах.
