Текст книги "Котенок, дочь медведя или одиночка со значком (СИ)"

Автор книги: Виктория Хорошилова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц)

Глава 3

Дима сразу себе выставил будильник, чтобы успеть нас собрать. Меня перенёс в спальню к Ире, а сам пошёл спать в свою комнату. В садик я категорически идти отказалась. И Дима, вздохнув, взял меня с собой на работу. Он решил, что тех пару часов сна ему хватит и сегодня он позанимается в офисе бумажной работой.

– Ты что тут забыл? – спросил Дин. – И кто тут у нас с папой пришёл? – меня попытались поймать и пощекотать.

Спряталась за Димой.

– Я выспался. А Юлька не хочет в садик идти. Я это… отчёты пока сделаю.

– Делай, но никаких выездов сегодня.

Мне достался телефон и наушники. Но мультики мне были неинтересны. Мне может и пять лет физически, но умом я старше. Потому просто сидела и наблюдала, как приёмный отец пишет. Через пару часов ему позвонила жена.

– Как ты? А то вчера не смогла до тебя дозвониться.

– В больнице ночевал, задержание было сложным.

– А дети с кем были?

– Магистр Ялин очень выручил и ночевал с женой у нас дома. Кстати, вот Юля.

Он показал мне Милу, а ей – меня. Я неуверенно помахала девушке рукой. Но при взгляде на меня у неё лицо так изменилось, словно она что-то поняла.

– Дим, я потом перезвоню. Мне нужно одной кошки уши надрать.

Мы с Димой ничего не поняли. А вот Милана, увидев меня, поняла, кто моя мать, и сразу ей позвонила.

– Ты! – прорычала медведица. – Кошка драная!

– О, чем обязана? – язвительно спросила подруга детства.

– Ты почему ребёнка бросила!

– Как ты узнала?!

– Дима удочерил её!

– Дима? Я её точно не твоему Димочке отдавала после рождения, а обычным людям.

– Они её выкинули.

– Пф, Милка, это уже не мои проблемы. Я, как ты помнишь, вообще не хотела её рожать. Так что пусть скажет спасибо, что жива осталась.

– Кто её отец? Потому что она батист!

– Батист? Не знаю. У меня тогда было несколько раз по пьяни, потому отца её не знаю. Если тебе не хочется её воспитывать – отдай другим.

– Лина, ты себя слышишь?

– Мила, я не хотела ребёнка, но слишком поздно узнала. Я нашла ей семью. Всё! На этом всё! Её судьба – не мои проблемы!

На этом она завершила разговор.

После заполнения всех отчётов Дима понял, что у него ещё часа четыре осталось. Нашёл взглядом Нюру и, подхватив меня на руки, подошёл к ней. Кошечка посмотрела на него удивлённо.

– Что-то случилось?

– Мне нужен ликбез по вот этим кнопкам, – сказал он, указывая на меня кивком.

Нюра хохотнула.

– Пошли чай попьём. У тебя с собой еда есть?

– Эм… нет.

– Дима, у тебя ребёнок на руках. Она уже явно голодная! О, Дин, я пройдусь с Димой и Юлей в магазин или кафе.

– Я с вами!

– Тогда сразу идём в кафе, малышку уже нужно кормить, заодно и мы поедим.

Сделав заказ еды, Дима спросил:

– Я понял, что ничего не знаю о воспитании и уходе за детьми. Тэйлин с Теяной это чётко показали. Я банально не подумал о шампуне для девочек и расческах, и это, чувствую, только начало.

– Ну, ты же думал, что будете с Милой познавать всё с младенчества? – улыбнулась Нюра. Дима кивнул. – Начинай читать книги про уход за младенцами и так по мере роста ребёнка. Причём плотно начинай читать. Мила будет рада, если не она одна будет с орущим свёртком разбираться. Со старшими детьми чуть проще: они хотя бы могут сказать. А так – ты зубы чистишь, малышки тоже должны чистить зубки и так дальше.

– А я об этом не подумал, а утром обнаружил, что магистр купил пасту и щётки для кнопок.

Прижалась к Диме – было немного зябко.

– Тебе холодно? – спросил Дима, попробовав мои ручки. – Ладошки ледяные.

Хотя на мне была лёгкая кофточка с длинными рукавами и длинные штанишки.

– Дети растут быстро, – сказала задумчиво Нюра. – Но вещей лучше иметь какой-то запас. Брать лучше немного великоватыми.

Медведь затащил меня к себе на колени и обнял. В его объятьях было теплее. Официант принёс нам плед и, извиняясь, сказал:

– Простите, у нас кондиционер работает, с пледом будет теплее.

В нём я едва не уснула и сложила плед просто на сиденье, а сама села на него, забравшись ногами, предварительно только скинув кроссовки. Поняла: чтобы поесть, нужно будет стоять, иначе моя голова будет лишь немного над столом. Взрослые смотрели на меня с умилением. Диме помогли найти электронные книги по уходу за детьми.

– Не стоит резать магические нити в кафе, – сказал чуть строго Дин. – Ты же ниточку хотела подцепить? – просил он мягко, видя, что я сжалась.

Кивнула.

– Поправь пальцем, но не когтем. А это электрический провод, – ответил он на мой немой вопрос; я просто показала пальцем.

– А его мой коготь разрежет?

– Эм… скорее всего. Но тебя током ударить может. Почему тебя провода заинтересовали? – Дин спрашивал мягко, но чувствовался опыт в допросах.

– Клетка с собаками автоматически открывается. От неё шёл похожий провод. Если его перерезать, двери откроются?

– Вполне возможно, что да, а может просто замок разблокируется. Двери отъезжали или просто замок открывался?

Задумалась, вспоминая.

– Я слышала только щелчок, и собаки выбегали.

– Значит, двери животные сами открывали.

Нам принесли заказ. Мне Дима порезал мясо на небольшие кусочки, чтобы было удобно кушать. Я ела стоя, накалывая по очереди мясо и кусочки картошки.

– Ты мне так мою дочку напоминаешь в начале нашего с ней знакомства. Сейчас она уже почти подросток.

Во время еды копы ещё свои дела обсудили, а я молча кушала и думала о своём. Мне нужен источник информации, желательно электронный и личный, иначе придётся чистить историю поиска. Минусы детского тела: после еды захотелось спать. Превратилась в котёнка и мигом вырубилась на пледе.

– Поели – можно и поспать, – улыбнулась Нюра. – Она у тебя такая крошечная.

– Да, – вздохнул Дима. – Я даже не знал, что настолько маленькие бывают.

Он переложил меня в большой нагрудный карман своей джинсовой рубашки.

– Купи детям ещё одежды и игрушек, – посоветовала Нюра. – Но думай про сезоны. Скоро осень, а потом и зима, будет холодать. Если что – звони.

– Спасибо.

Сегодня Дима пораньше забрал Иру из садика. Малышка к нему бежала с радостным писком, и парень подхватил её на руки.

– А где Юля?

– В кармане у меня спит, она ещё очень маленькая в обороте.

– Да, – важно сказала кнопка и ласково погладила карман со мной.

– Сейчас сходим ещё за вещами, и, может, какие игрушки себе выберете.

Воспитательница передала список и сказала:

– Детям нужна сменная одежда в сад. Мне объяснили, что вы молодой отец и ещё ничего не знаете. Буду подсказывать.

– О, буду благодарен. Я и правда только учусь понимать, что моим кнопочкам нужно.

– Я написала список одежды для садика. Это для одной девочки, вы умножите на два и выбирайте по возрасту.

– Спасибо.

В магазине Дима отдал список девушке-консультанту и назвал возраст детей. Ира сама ходила по магазину и показывала то, что ей нравится. Выбрала себе большую куклу, в половину её роста, и мне поменьше. Собирая одежду в сад и на более прохладное время, парень начал переживать, что я затихла в его кармане и не шевелюсь. Уже начал переживать, не прижал ли он меня случайно. Когда завершил покупки и вышел из магазина, присел на корточки рядом с Ирой и попросил:

– Малышка, достань Юлю из моего кармана, у тебя ручки поменьше моих будут и аккуратней.

– Она спит, – сказала девочка очевидное и не стала доставать, только заглянула: – дышит тихо.

Дима погладил девочку по головке и, поднявшись, позвонил Янушу.

– Что случилось? – спросил у него коллега.

– У тебя же мама врач?

– Да. Так что случилось?

– Не могу понять: Юля просто спит или что-то случилось.

– О, – протянул мужчина с улыбкой и прикрыл глаза, – котёнок глубоко спит. И поверь, лучше ближайший час не будить. Иначе это будет злой кусачий котёнок. Если что – я даром проверил. Телефон мамы пришлю сообщением.

Дома я проснулась от запаха еды и заворочалась в кармане. Мне помогли выбраться, и уже на руках мужчины я превратилась. Меня отнесли переодеться в домашние вещи и умыться, а потом уже на кухню кормить сонного ребёнка. После еды нам с Ирой дали планшет посмотреть мультики, а Дима сидел рядом на диване, читал книгу по уходу за младенцами и вздыхал. Мне хотелось поискать разное в сети, но явно не с Ирой под боком, а мультик был, мягко говоря, неинтересен. Потому свернулась клубочком и стала дремать.

Чуть позже Диме позвонила жена.

– Привет, как ты? – сразу спросил он.

– Только до квартиры добралась. Устала зверски. А как ты? Как девочки?

Дима расплылся в довольной улыбке и показал нас.

– Иришка мультики смотрит, Юленька опять спит.

– Она такая крошечная.

Ира досмотрела мультик и отдала Диме планшет. Тоже превратилась и свернулась рядом со мной, показывая, что она тоже маленькая.

– Обе крошечные, – вздохнула медведица.

Дима с улыбкой смотрел на реакцию жены и радовался, что она поменяла отношение и уже не рычит. Погладил обоих котят. Ириска подставляла головку и спинку под поглаживания.

– Я хоть рассмотрю вас нормально. Рысей такими маленькими ещё не видела.

– Юль, ты спишь? Кушать будешь?

На слово «кушать» моё тело отреагировало раньше, чем сознание. Голова была мигом поднята, а сонливость слетела. Пришлось подняться и потянуться. Дима раскрыл свою ладонь и дал жене сравнить нас с Ирой на фоне его ладони.

– Крошки такие!

– Ир, а ты кушать будешь?

– Да! – девочка мигом превратилась обратно.

Я превратилась следом за Ирой и слезла с дивана, пошла к кухонному столу. Вот мы – две любительницы поточить что-то. Нас усадили на стулья, и приёмный отец стал накладывать и греть еду, параллельно общаясь с женой.

– Я книги начал читать по уходу за детьми. Одну уже почти дочитал.

– Оу, ты поразил меня в самое сердце.

– Как медвежонок?

– Пинается легонько. Скучаю за тобой.

– Я тоже скучаю.

Они договорились, что нам купят ещё игрушек и книг для обучения чтению. Ира похвасталась, что уже умеет читать. Её, конечно же, похвалили, а меня пообещали научить. Я решила промолчать, что уже читаю, хотя мою предшественницу никто этому не учил. Но я понимаю то, что написано.

Так почти незаметно пролетел месяц жизни с медведем. Мы учились называть Диму «папа», а он так мило смущался от этого звания. Он ждал решения от соцслужбы по опекунству. Всё должно было сложиться в его пользу. К нам несколько раз приходили, проверяли, как мы устроились и живём тут. У нас уже были даже отдельные кровати и у каждой своя комната, но спать мы продолжали вместе.

– Не хотят пока по отдельности спать, – сказал Дима женщинам из соцслужбы. – Разве что если днём укладываю, то тогда могут по отдельности уснуть. А ночью – только вместе.

– Они пока ещё маленькие у вас, и им так спокойней. Когда ваша жена приезжает?

– Третьего числа, уже будет дома. Мы с ней каждый день общаемся, и она через видеозвонок общается с девочками.

Звонили, общались ещё и с Милой, она потом рассказывала Диме. Но вроде всё прошло хорошо, и нас должны полностью оформить с ними.

Но один раз, когда должен был нас забрать Дима, пришёл тот, кого Ира и другие дети называли «хозяин». Он заявился с тёткой из соцслужбы, которая меня тогда оформляла. Я её узнала сразу. Что-то, мне кажется, было нечисто с оформлением других детей. Я сразу не слышала, что они говорили воспитательнице, но сразу поймала Иру и взглядом показала на того, кто пришёл. Она мигом сжалась и побледнела. А у меня мелькнула мысль: хорошо, что первым делом, когда меня стали учить читать, я попросила написать название города и номер участка, в котором работает папа. Он ещё удивился: «Мол, зачем тебе?» – но понял, что если я заблужусь, такое нужно знать. И ещё помог выучить его фамилию – Дейкс.

– Девочки, подойдите, – позвала воспитательница, видя, что мы наблюдаем. – Вы знаете этого дядю?

– Нет, – заявили мы с Ирой, не сговариваясь.

– Врут, – криво улыбнулся мужчина. – Документы вы видели, по ним они полностью мои. Я их удочерил раньше того мужчины, о котором вы мне толкуете. И с ним я отдельно разберусь в суде. Потому отдайте мне моих дочерей, иначе я вызову полицию.

– Вызывайте, – не растерялась воспитательница. – Сразу вызывайте. Потому что документы вы могли и подделать. А его девочки папой называют, а вас боятся. С вами я детей не отпущу.

– Видит Бог, я хотел по-хорошему, – сказал он тихо.

И отшвырнул воспитательницу магией, а нас так же магически поймал и утащил с собой. Хотя мы сразу стали кричать и сопротивляться. Дети при нападении на няню сразу разбежались и попрятались кто где. Когда меня закидывали в машину, я вцепилась в его руки уже котёнком, и он пожалел, что связался со мной.

– Если сейчас не отпустишь мою руку, я тебя убью, гадость ты пушистая!

Мне прилетело не сильно по спине и голове. Потом он схватил за шиворот и сильно сжал, смог отцепить мои когти, закинул в машину. Руку ему пришлось заматывать каким-то куском ткани. Сколько ехали – я не знаю. Я забилась под сидение и рычала даже на Иру. Она понимала, что я напугана, и не лезла. Из машины я тоже не дала просто так себя достать. Его магические нити я рвала, и когда он подставил свою руку, то опять со всей силой вцепилась. Он уже просто терпел злость пушистой козявки и нёс в складское помещение.

– А теперь разжала когти, – сказал он строго.

Но получил когтями ещё сильнее, и кровь уже нормально закапала на пол. Он ругнулся, схватил меня за шиворот, оторвал от себя и швырнул на пол. Я в полёте превратилась и, кажется, частично осталась кошкой. Потому что на пальцах были кошачьи когти, а руки больше походили на лапки. Но ещё раз цапнуть толком не смогла, зато огребла по лицу и другим частям тела несколько сильных ударов.

– Завтра для вас будет дело, – сказал он зло. – И если ты, коза пушистая, не полезешь, я тебе шею сверну. Сегодня – всё без еды.

– Как обычно, – сказала Ира, она была в объятиях старшего брата.

Когда этот «хозяин» ушёл, дети мигом подлетели ко мне, обнимали и гладили, успокаивая. А я сразу нашла взглядом собак.

– Как у них дверь открывается? – спросила у мальчишек.

– Наружу, – мигом ответил Кевин.

Сходила, проверила двери, через которые вышел этот нехороший человек – они открывались спокойно. То есть мы тут даже не заперты. Вернулась к мальчишкам и сказала:

– Нужно заблокировать дверь у собак, и будем уходить от этого нехорошего к нашему папе.

Мальчишки не задавали вопросов, вместе перетащили ближайшую клетку и заблокировали собакам выход. А потом мы дружно вышли из этого складского помещения. Шли, осторожно оглядываясь по сторонам. Думаю, мы в Кливере, не могли мы так быстро его покинуть.

– Эй, детвора, что случилось? – окликнул нас один из патрульных. Он быстро припарковал машину и вышел к нам.

А всё из-за того, что у меня на пол лица налился синяк.

– Нас плохой дядя похитил. Держал тут недалеко в клетках. А мы сбежали. Я к папе хочу.

– И я, – сказала Ира.

– Пошли, покажете, где вас держали.

– Вы нас там закроете? – спросила, набычившись.

– Нет. Просто проверю, что больше там детей нет или чего-то другого незаконного.

Мы его провели, мужчина хмурился. Со стороны здание выглядело обычным, я бы сказала, как вход в гараж. Такое себе здание на два гаража. Открыв двери, он зашёл один.

– Тут он вас держал?

– Да, – сказал Кевин. – Мы сироты, и он сделал нас своим опекуном. А держал тут: спать мы должны были в клетках, сейчас мы заблокировали клетку с собаками, потому что на ночь она у них открывается и они могут нас загрызть. Он заставлял нас проникать в дома и воровать. А месяц назад Иру и Юлю поймали…

Со слов про воровство полицейский очень внимательно слушал.

– Нас удочерил папа, он коп, – важно сказала Ира. – А сегодня этот пришёл в садик, напал на воспитательницу и нас забрал. А она не хотела ему нас отдавать.

– Как папу зовут?

– Дима Дейкс, третий участок в Кливере, – сказала я. – А его шефа зовут Дин Тревис.

– О, шефа этого знаю.

Коп достал телефон и сразу позвонил Дину.

– Шеф, вот, – он показал нас всех в камеру, – дети сбежали. А вот где их держали. И вот собаки, которых запрещено держать в городе и вообще рядом с детьми. Малышку избили, и они говорят, что напали на их воспитательницу в садике.

Ответов Дина нам было не слышно.

– Понял, дети ко мне в машину пошли. Здание я опечатаю.

Мы дружно вышли, и он закрыл здание магически, ещё каких-то клякс навешал на него. В машину мы дружно забрались и поехали от этого странного места.

– А ты тоже Диму папой зовёшь? – спросил Кевин у сестры.

– Стараюсь. Он тебя тоже заберёт с нами жить.

– Не уверен, я уже слишком большой.

– Заберёт! – сердито заявила Ира брату. Тот её обнял и погладил по головке.

– А куда мы едем? – спросила я.

– В больницу, – ответил офицер. – У тебя, малышка, синяки большие и страшные. И других детей тоже нужно осмотреть.

– А если он опять придёт за нами и захочет забрать?

– Ему это уже не позволят сделать. Его арестуют и посадят за решётку.

– Он, наверное, тоже в больнице, я ему руку сильно порвала когтями, – сказала дяде-офицеру.

– Хм, спасибо, что сказала, малышка.

Мужчина сразу позвонил кому-то и сообщил, что подозреваемый ранен.

– Какую руку ты ему поранила?

Мы дружно задумались с детьми.

– Кажется, правую, – сказал Кевин. – А бил он потом левой. Юля ему выше запястья вену вскрыла когтями.

– Вы слышали? – сказал он в телефон и сбросил звонок.

Возле больницы меня сразу на руки подхватил Дима. Потом присел на корточки и сгреб в объятья Иру с братом. Мальчик обалдел от такого, но не сопротивлялся. Врачи нас сразу осмотрели. Мальчишкам поставили какую-то степень истощения из-за того, что они плохо питались последние месяцы. Меня с трудом уговорили залезть в металлический прибор, который они назвали «капсулой интенсивного восстановления». А мне он был похож на гроб, только побольше и цилиндрической формы.

– Юль, я в таком не раз лежал, – сказал папа Дима. – Он помогает быстрей восстановиться.

После этого объяснения согласилась. Я в нём почти сразу уснула, стоило крышке закрыться. А проснувшись в палате на обычной койке, рядом обнаружила Милу. Она мне улыбнулась и помогла сесть, а потом и переодела меня. После чего подхватила на руки и прижимала так, словно я её родная дочка.

– Тебе не тяжело?

– Ты лёгкая, – она тепло улыбнулась и поцеловала меня в щёчку.

Видимо, лицо у меня было слишком ошарашенным после поцелуя, потому что она весело улыбнулась. В холле больницы нас ждал Дима с Ирой и Кевином. Парнишку явно уже выкупали и переодели и, кажется, даже накормили.

Можно сказать, что жизнь наладилась. У нашей троицы появилась семья. Кевина Дима с Милой усыновили. Оказалось, что у детей от их родных родителей остался дом в соседнем городе. Есть родные бабушки с дедушкой, но те живут далеко и не захотели забирать детей к себе. Молодая семья привела дом в порядок и стала сдавать в аренду, а деньги частично шли на содержание детей и частично откладывались брату с сестрой на будущее.

– А того дядю поймали? – спросила я, однажды вечером, гладя уже большой живот приёмной мамы и ловя толчки будущего брата.

– Да, – сказала она тихо и погладила меня по голове. – Как в садике, а то ты всё время молчала сегодня.

– Нормально. Буквы учили, а я их уже знаю, и мне скучно.

Ближе к рождению медвежонка Дима подошёл к Янушу.

– Скажи мне, может, у меня паранойя?

– Конкретней вопрос задай.

Он утащил коллегу в комнату отдыха.

– Мне порой кажется, что Юля немного странная и словно что-то недоговаривает или скрывает. Она явно умнее пятилетки.

– А ты об этом… Сейчас гляну её даром.

Янушу пришлось присесть, когда он смотрел судьбу котёнка.

– В теле Юли зрелая душа. Она помнит свою прошлую жизнь.

– Это как?!

– Что именно тебе непонятно? В самый сложный момент жизни у ребёнка открылись воспоминания другой жизни. И сейчас она больше думает через призму того взрослого восприятия и опыта. Просто твоя Юля такого страха за свою короткую жизнь натерпелась, что, останься она в сознании пятилетки, мы бы, возможно, нашли бы её труп. А то скорее всего её бы просто закопали под каким-то кустом. Потому просто люби свою взрослую кроху, и со временем её восприятие себя придёт в норму. И ещё купи детям планшеты. У мелкой голова кипит от недостатка информации, причём такой, которой она не спросит у взрослых. Типа: «А сколько мы живём?», «А во сколько в школу идут?» и тому подобное.

– Спасибо.

– Можно уже заходить? – заглянул Дин.

– Да, простите, шеф.

– Как дети?

– В порядке. Юля только замкнулась.

– Планшет, – напомнил Януш, – и пусть ребёнок сам исследует. Как Мила?

– В порядке, уже взяла декретный отпуск, наконец-то.

Вечером после садика у нас с Ирой и школы у Кевина дома нас ждал сюрприз. Каждому ребёнку вручили по коробочке с планшетом. До этого братик ходил в школу с планшетом Димы. Мы дружно обнимали родителей и на вечер были потеряны для них. Только Кевин мужественно перенёс школьные материалы и сел за учёбу. А мы с Ирой сели на разных концах дивана: сестра смотрела мультики, а я читала. Но перед этим настроила доступ в планшет по паролю. Дима, видя, как я это делаю, мягко говоря, удивился и тихо сообщил об этом жене.

– Вроде маленькие, а уже делёжка игрушек, – сказал удивлённо мужчина.

Его жена звонко расхохоталась.

– Дим, вот сразу заметно, что ты один рос. У меня две старших сестры и младший брат, и делёжка игрушек – это то, чем мы постоянно занимались.