Текст книги "На острие проклятия (СИ)"

Автор книги: Виктория Хорошилова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 19 страниц)

Глава 13.

Глава 13.

Вечером детвора расспрашивала про грим и просила показать, как я преображала Миру, себя,

Тина и Кевина. Потом стали просить рассказать, как я этого добилась с помощью грима.

Пришлось через проекцию показывать им все этапы. Мы с детьми расположились на полу, и я

терялась среди них. Медведи, глядя на нашу дружную кучку, улыбались.

– Мы тоже так хотим! – заявили девочки почти в один голос.

– Что именно? Научиться или сейчас себе лицо разукрасить красками?

– Научиться, – сказала одна часть.

– Накраситься, – другая часть девочек.

Я обернулась к их родителям. Те выглядели так, словно их поймали на чем-то неприличном.

– Научи! – дружно закричали девочки.

– Это ты у дедушки на курсе такое изучала? – спросил Максим, сынишка Майкла.

– Нет! Это на бытовом факультете можно изучать отдельным факультативом. И, между прочим, на

грим и обычную косметику бывает аллергия.

– Аллергия?! – удивились дети. – А это что?

– Тётя Тая, а что такое аллергия?

– Негативная реакция на что-либо. В случае косметики – раздражение и зуд на коже, —

объяснила Тая.

– Ира, как ты проверяла, нет ли у тебя аллергии?

– На этой части руки, – показала детям от запястья до локтя. – Нанесла понемногу всю

косметику, что купила, и выждала полчаса. Потом смыла и проверила. Мне повезло.

– А если была бы аллергия, что тогда? – спросила дочка Миры, Ира.

– Либо заменить средство, либо нанести под него специальный состав, чтобы минимизировать

аллергию. Но то средство слишком вонючее, даже для меня.

Детки задумались. С улицы вернулись две парочки. Майкл посмотрел на сыновей и спросил:

– А Глеб где?

– Он с Таей во дворе гуляет.

Пока дети отвлеклись, открыла на планшете дело на завтра и стала читать описания жертв.

Нужно было понять, как себя преобразить. Детвора дала мне почитать минут десять.

– А как ты завтра будешь преображаться? – спросила Кира, близняшка Иры.

– Вот думаю. Судя по описанию, все девочки были словно куколки с лица и очень скромно

одеты.

Посмотрела, что фотографии в деле есть, но при детях их не открыла. Пришлось встать с пола.

Детвора гуськом ходила за мной. Спряталась за Тимом и Таней. Они детей ко мне не пустили.

Мельком взглянула на фотографии жертв.

– Без грима, только минимальный макияж, чтобы придать лицу совершенства и сменить цвет

глаз. У всех был одинаковый.

– Ещё цвет волос, – подсказал Тим.

– Да, блондинки с пшеничными волосами, – посмотрела на свои тёмные локоны. – Перекрашивать

лучше сегодня. Возможно, не в один подход придётся сделать.

– Где твои краски? – спросила Таня.

– В участке, схожу за ними.

– Тим, проследи, чтобы она домой не слиняла, – попросила Мира.

– Почему?

– Потому что опасно! – фыркнула кошечка.

– Почему? – буркнул Тим. – Там древень, и дом никого постороннего не пустит.

– Всё равно опасно. Пусть Тони вернётся и разберётся с незваными гостями.

Пока меняла цвет волос, детвора едва себе волосы не перекрасила, а некоторые чуть шубу в

пятнах не получили. Родители едва успевали отбирать краски.

– Доиграетесь, что я кому-то на мордочке белые пятна сделаю, и будет не очень красиво.

Дети впечатлились и больше не лезли. За три подхода мне удалось получить пшеничную

шевелюру. Сначала осветлила до белого, потом осторожно добавляла пшеничный оттенок.

Последним слоем добавила приятный блеск. Пришлось ещё и брови перекрасить.

– Ну как? – спросила у детворы и их родителей.

– С ног шибательно, – сказал Тим. – Придумала, что надеть?

– Нужно платье, – показала длину чуть ниже попы.

У Тима дёрнулся глаз. Его жена подвела меня к их старшей дочери и сравнила рост. Девочка

оказалась выше меня. Я скрестила руки перед собой, показывая, как меня достало, что меня

считают коротышкой.

– Мая, у тебя было белое платье. Помнишь?

– То, которое мне мало и короткое?

– Да. Ира, пошли, померяешь.

Платье село идеально. Особенно на обычный бюстик. Длина оказалась чуть больше, чем я

планировала. Зато выглядело это ещё невиннее. Показалась медвежьему семейству. Тим едва за

сердце не хватался.

– Не боись, брат, пойду с тобой. А то у меня чувство, что ты ещё одной дочкой обзавёлся.

Мая довольно улыбнулась. Она хотела научиться краситься, делать грим и менять лицо до

неузнаваемости.

– У вас найдётся рюкзак, который не жалко? – спросила у медведей.

Мая принесла свой старый розовый тряпичный рюкзак.

– Ну всё, образ школьницы готов.

– Так и подмывает спросить, сколько тебе лет, девочка, – сказал Вадим.

– Да побольше твоего, – улыбнулась парню. – Но паспорт иногда спрашивают. А потом за сердце

хватаются, когда видят цифры.

Близнецы улыбнулись. А их девочки-близняшки нахмурились, глаза засветились голубым, как у

Миры, когда у неё видения.

– Что видно? – спросила у них.

Обе синхронно покачали головами. Перевела взгляд на Миру.

– Тот случай, когда лучше не говорить, чтобы не испортить, – перевела она. – Но детям уже

пора спать. А кому-то пора к себе домой. Ближайшие лет двадцать вы ещё порознь живёте.

Две парочки скисли. Домой зашел Глеб, уже проводивший свою девушку. Лили и Аня ушли на

улицу с мальчиками, где их поцеловали, дождались, пока те уйдут порталом, и вернулись. Спать

меня уложили в детской с девочками, на свободном диване. Ночью ко мне залез кто-то из

малышей. В темноте не разобрала, а он еще и обернулся медвежонком, засопел у меня под боком.

Утром на мне дрыхло уже двое медвежат.

– Я их ищу по всему дому, а они к подружке забрались, – с улыбкой сказала мама малышей,

Алиса. – Ир, ты жива?

– Да что мне будет, кроме синяков. Скажи, у взрослых такая же мягкая шерстка?

– Нет, – отмахнулась она. – Только пока такие крохи, они плюшевые. А после линьки

появляется взрослая, жесткая шерсть. Не топчитесь по Ире, – сказала она строго и по очереди

стащила своих сыновей с меня.

К нам заглянула Тая, словно услышав про синяки.

– Доброе утро, – сказала она. – Сильно по тебе медвежата прошлись?

Мальчишек увели, а я сняла футболку, показывая бока. Нашли пару царапин от когтей и синяки.

Тая залечила их осторожно, а потом я надела футболку обратно. Мне показали, где умыться и

почистить зубы. Переодевалась я у девочек в комнате. Вниз спустилась уже в платье Маи. Мира

сразу показала на стул рядом с ней и начала заплетать мои волосы.

– Шустрей работаем ложками, – сказала она детям. – А то в школу опоздаете.

– Глядя на Иру, хочется спросить: а ты в школу идешь? – подколол Глеб.

– Моя школа в пятнадцать лет закончилась, – сказала тихо. – Но предпочла бы отучиться

полностью, чем столько по миру таскаться.

– Пятнадцать?! – нахмурились близнецы Аким с Вадимом. – Но ты же мелкой совсем была.

– Чуть ниже, чем сейчас. Вы забываете, что в школу я ходила не в этом мире. Плюс разная

продолжительность жизни. В переводе на местную мне было столько же, сколько вам. Просто вы

сейчас уже шпалы здоровые, только в прыжке по голове погладить.

Со смеху покатились все. Мира соорудила мне пышную косу. Затем я подошла к окну и начала

краситься, пока дети активно работали ложками. С косметикой справилась быстро, и кукольный

образ был готов.

– Ты что-то хотела? – спросила мягко у подошедшей Маи.

– Выщипай мне брови, – попросила она смущенно. – И накрась.

Посмотрела на ее бровки – они были аккуратные и красивые от природы. Разве что чуть-чуть

можно было придать форму.

– Но ты же красивая, зачем тебе косметика?

– А тебе зачем? Ты тоже красивая.

Улыбнулась ей.

– Для меня это маскировка. Я крашусь перед опасным делом, чтобы разные психи не запомнили

моего настоящего вида. Для этого мне грим и косметика. Тебе могу предложить чуть-чуть

подщипать бровки. Но сама попробуй – это неприятно.

Дала ей пинцет и зеркальце, показала на пару волосков, которые можно убрать. По лицу вижу —

больно, но упрямство сильнее. Посмотрела на ее родителей. Тим только закатил глаза, мол,

дочь вредная. Таня улыбнулась и подошла к нам.

– Сделай, если есть время. У вас минут пять на это.

– Я могу, но ты тогда сидишь и не дергаешься.

У девочки даже глаза заблестели. Быстро придала бровкам форму.

– Вот и всё. Подчеркнули твою природную красоту. Из косметики могу посоветовать только

прозрачный блеск для губ или обычную гигиеничку.

– Гигиеничка – это скучно!

– Для кого стараешься? – спросила едва слышно. Она так мило смутилась. – Тогда блеск

прозрачный, не оставляющий палевных следов.

– У тебя есть?

– Мая, – сказала мама строго. – Блеск для губ – это личное. Такое не дают даже подружкам!

После школы купим тебе всяких мелочей, пока папа не видит.

– Что папа не видит? – подошел Тим.

– Папа! – простонала девочка.

– Тим, – покачала головой Таня. – Дочка взрослеет, ей хочется девчачьих штучек. Пока

приличных. Мы чисто по-женски погуляем.

– Прям без меня и мальчишек?!

– Да! – сказала жена с вызовом и, поймав его за ворот рубашки, поцеловала.

– А меня возьмете? – подошла их младшая дочь.

Мая обняла сестренку.

– Возьмем.

– Ириска, иди кушать, – позвал Майкл к столу.

Перекусила немного, наедаться не хотелось – впереди наверняка предстояло махать кулаками и

бегать. Осталось дождаться отмашки от Миры, чтобы идти за бандитами. Кошечка даже старалась

лишний раз на меня не смотреть. Хочешь или нет, начинаешь чувствовать подвох.

С медведями зашли на работу. Шеф, видя меня в коротком платье с рюкзачком, только губы

поджал.

– Вы ведь помните, что я давно не школьница? Это мое прикрытие!

– Вообще ни разу не успокоило, – сказал за спиной Тим. – Ты сейчас так на мою мелкую

похожа!

Посмотрела на Тима, положила ладонь себе на макушку и провела вперед, проверяя, насколько я

мелкая по сравнению с ним. Он хотел меня обнять, но я уперлась вытянутой рукой в его

стальной пресс.

– Эй, папаша, макияж испортишь! Я уже поняла, что ростом до твоей подмышки макушкой. Просто

руку подними параллельно полу.

Он сделал, как просила, и я встала под его руку, едва касаясь ее макушкой. Его брат меня

сфоткал и показал, как мы смотримся.

– А ты сердишься, что мы тебя ребенком воспринимаем. Ты на нашем фоне мелочь.

Закатила глаза и проворчала:

– Шпалы.

Медведи опять покатились со смеху.

– Не ворчи, малыш, мы же тебя коротышкой не дразним.

Посмотрела на него красноречиво, мол, только этого мне не хватало. Дружно посмеялись и

обратили внимание на Миру.

– Еще рано идти, – проворчала она.

От нечего делать пошла в комнату отдыха пить чай с десертом.

– Так от тебя будет сладким пахнуть, это хорошо, – сказала Мира. – Но волосы и тело лучше

нейтрализатором обрызгать.

Я вовремя успела закрыть лицо и зашипела на нее не хуже кошки.

– Фух, обошлось без драки, – заглянул шеф. – Мира, ты что творишь?

– Убираю с нее посторонние запахи.

– Предупреждать нужно, – сказала я обиженно. – Ты сейчас мне едва всю косметику не

испортила.

Она осознала, что могло случиться, и заметила мой потекший макияж.

– Прости! – её лицо стало виноватым и испуганным. – Честно говоря, не подумала об этом.

– Я заметила, – проворчала и пошла проверять, что с лицом.

Пришлось чуть-чуть поправить макияж, а потом вернуться допивать чай с безе. Через час Мира

дала отмашку.

– Твоя задача – сыграть роль сбежавшей с урока.

– Без проблем, когда-то так делала. Правда, от родителей потом влетало, – поморщилась. —

Вроде давно было, а как мозг выносили так, что до сих пор помню.

Сегодня со мной шли Тим и Женя – это его близнецы, забрались ко мне ночью в кровать.

– Мои тебя сильно донимали ночью? – спросил Женя.

– В меру, – улыбнулась. – Шерстка у них очень мягкая.

Тим открыл портал на территорию школы, и мы вышли под отводом глаз. Потом парни наложили на

себя невидимость. Сейчас в школе была перемена, и я сразу пошла прочь со школьного двора.

Отойдя от школы, стала делать вид, что смотрю в телефоне и улыбаюсь. Я открыла себе ленту

социальных сетей на обычном телефоне, ставила лайки. Телефон мне отдала Мира утром и

настроила ленту под мой выдуманный образ. Часы-телефон я настроила так, чтобы они выглядели

как обычные часы.

Тима и Женю я ощущала спиной, особенно их внимательные взгляды – словно у меня сразу два

отца появилось. Услышала, как кто-то подошел ко мне. Подняла голову, отрывая взгляд от

телефона, и едва не закричала, потому что мне в лицо брызнули спреем. От него я сразу

потеряла сознание, а два парня, подхватив меня, ушли через портал.

Парни тут же позвонили Мире.

– Ты это предвидела?

– Не наезжай на меня, – рыкнула кошечка.

– Тим, ты забыл, что она, когда беременна, становится дикой? Мира, лапочка, скажи, где нам

Ириску искать.

– Сейчас пришлю координаты. Но там заберете только этих двух уродов, – проворчала она. —

Иру вампиры уже умыкнули. Эти гады-клыкастые обвешались новыми амулетами, из-за которых мой

дар плохо работает.

– А по судьбе Иры что-то видно? – осторожно спросил Тим.

– Там слишком много вариантов, – вздохнула она. – Переслала вам координаты. Майкл, попробуй

отследить её телефоны – служебный и обычный.

Пока одни забирали бандитов, другие пытались отследить мои гаджеты. Мира пыталась

дозвониться до Тони.

– Не рычи! – первое, что он сказал. – Что уже стряслось?

– Иру похитили вампиры.

– Границу им не перейти, – сказал шеф рядом. – Я уже оповестил посты.

– Тогда найдем, – спокойно ответил Тони. – Я в своей Ириске уверен: если что, сама клыки

выбьет.

– Она пока без сознания, – буркнула Мира. – Второе дело прошло не так гладко, её умыкнули

бандиты, а у них её сразу забрали вампиры. Эти гады обвешались гадкими артефактами, от

которых у меня голова болит.

Тони вздохнул.

– Я уже возвращаюсь. Буду искать мою конфетку. Может, она сама даст знать, где находится, и

я пойду помогать. А ты не перенапрягайся, мамочка, подумай о сыновьях.

Мира тихо зарычала и сбросила звонок.

– Сыновья? – спросил шеф с улыбкой. – Может, тебя сразу в декрет?

– Успею еще, – проворчала она. – Я дома не усижу, пока не увижу Иру. Чувствую себя

виноватой. Такое ощущение, что это из-за меня её похитили.

– Не говори глупостей. Ира хоть и мелкая, но зубы вампирам выбьет.

В себя я пришла, когда кто-то бесцеремонно кинул меня на диван.

– Поосторожнее с ней! – говоривший явно не был одним из тех бандитов, что меня похитили. —

Хозяину она нужна целой.

– Да что с ней станет? Диван мягкий. И хозяин хочет сделать из неё послушную куклу для

секса и еды. Думаю, если мы опробуем его игрушку, ничего страшного. Я дико голодный.

– Головой повредился? Он заметит, если ты её укусишь!

Прислушалась к себе. Тело ещё было вялым, но нужно срочно приходить в себя и бежать. Эти

двое еще немного перепирались, не обращая на меня внимания. Чуть приоткрыла глаза. Они

стояли недалеко. Стоит мне пошевелиться – сразу заметят.

– Нужно придумать, как пересечь с ней границу, – сказал более адекватный. – Она должна быть

в сознании и хотеть этого.

– А для этого у нас есть это, – ухмыльнулся клыкастый и показал коробочку. – Потому я и

хочу испить её.

Пора. Подскочила на ноги и первым делом выбила коробку с артефактом. Зашвырнула её в угол,

а клыкастых откинула магией. Метнулась к окну. Этаж третий или выше. Открыла окно и, не

раздумывая, выпрыгнула. Удерживать щитом двух вампиров было непросто. Приземлилась без

травм, помогая себе магией.

– Тим! – крикнула Мира.

– Что?! – подскочил медведь, хватаясь за сердце.

– Да успокойся, – рыкнула она. – Просто хотела сказать, что Ира пришла в себя и сиганула в

окно. Опять. Вот координаты.

Парни мигом открыли портал. Мира переслала координаты Тони.

Вампиры не заставили себя долго ждать и оказались рядом со мной спустя несколько секунд.

– Ты пойдешь с нами! – заявил один из них.

Я смотрю на них – похоже, они братья, очень похожи.

– Нет, и вы не сможете меня заставить. А всё, что вы пытаетесь сделать, – это незаконно.

– Да кого вообще волнует твоё мнение! У тебя контракт с господином.

– Врите убедительнее. Контракта никогда не было – уж мне это лучше знать. Если он сделал

его задним числом, то опоздал. Любой суд будет на моей стороне.

– Любой суд в этой стране. Но ты гражданка другой страны.

– Документы поменять недолго, ведь изначально паспорт я получила в другой стране. Ой, а вы

разве не знали? Такая вот досада. И в этой стране у меня есть более весомые обязательства.

– Всего лишь отработка. Хозяин за тебя заплатит.

– Вы забыли, что я давно совершеннолетняя, и он не может принимать решения за меня. Он мне

никто.

– Он твой хозяин!

– Рабство вне закона, – ухмыльнулась я. – Даже в твоей стране, вампир. Но сейчас нас всех

это будет волновать меньше всего.

Парни резко обернулись, потому что видели, что смотрю я уже не на них, а на кого-то за

ними.

– Старуха, проваливай! – рявкнул один из них.

– Бегите, идиоты, – сказала им. – Она вас выпьет и оставит пустые оболочки.

Вампиры на удивление послушались и дали деру. Ведьма только улыбнулась одним уголком губ.

– Трусы, – прокаркала она. – Иди за мной, если не хочешь, чтобы я убила этот город.

Я не сдвинулась с места, потому что спиной ощутила Тони. Ведьма тоже его увидела и

оскалилась гнилыми зубами. Странно, раньше она была в другом теле. Потом я поняла, что вижу

её истинный облик, потому что через миг передо мной стояла обычная женщина, а ещё через

мгновение она исчезла. Меня обняли родные и любимые руки.

– Ты цела?

– Да, но, судя по взглядам прохожих, макияж сильно поплыл.

Тони развернул меня к себе и улыбнулся. Потом провёл руками по лицу, убирая краску. Мы

сразу ушли порталом. Медведи пришли порталом, когда я общалась с вампирами, и легко их потом

поймали.

– Как ты? – спросил Тим.

– Цела.

– Мы их взяли. И тот артефакт тоже, – сказал Тим.

Я просто кивнула с благодарной улыбкой, ушла делать себе чай и заодно хотела обдумать

произошедшее. Тони присоединился ко мне, усадив на свои колени.

– Она тебя избегает.

– Конечно, – усмехнулся он. – Знает, что я ей голову откручу.

– Какой ты её увидел?

– Сразу как старуху, потом увидел тело, в которое она заселилась. Но тело уже начало

портиться.

– Как думаешь, если она заселится в моё тело… – Он не дал мне договорить.

– Я не допущу этого!

– Помолчи, – сказала я тихо. – Я пытаюсь рассуждать.

– Я не дам ей сделать то, что она хочет.

Я накрыла его рот рукой.

– Нетерпеливый ты мой. Дай проговорить свои мысли вслух. Я просто пытаюсь понять её больную

логику. Почему это тело портится? Разве этого не произойдёт, если она провернёт то же самое

с моим телом? В чём моё отличие? Вот теперь можешь рассуждать.

– Ну, ты столько лет прожила, явно отличаешься.

– Но тогда я была подростком! Чем я тогда отличалась от других? Почему именно я?

– Может, дело в добровольно отданном теле? – спросил шеф, появляясь в дверях.

– Тогда бы она могла проще получить тело, не обязательно моё. Более чем уверена, она могла

бы уговорить кого-то. В крайнем случае могла бы искусить, предложив исполнить желание в

обмен на тело, допустим, через пару-тройку лет.

– Хм, а ты права, – задумался Тони. – Но ты моя конфетка.

– Может, у неё больная логика, – вошла Мира, тоже сделала себе чай. – Может, эта чокнутая

выбирала по принципу: «эта шкурка мне больше нравится».

– О, эта милая язвительность, – улыбнулся Тони. – Обожаю, когда ты шипишь и ругаешься.

Кошечка смутилась.

– Но если следовать твоей логике, мало ли симпатичных мордашек?

– Или: «я хочу это и точка», – вздохнула Мира. – Моя старшая дочка иногда так делает. Мы ей

что-то запрещаем, а она делает из принципа, чтобы это получить. Даже если для этого нужно

переспорить отца.

– И кто побеждает?

– По-разному. Если это опасно для жизни, то её за шиворот берут и уносят. Недавно я её

выпорола. Она рогами упёрлась, хотела прыгнуть с высокой горки на землю. Ей пытались

объяснить, что ноги переломаешь или убьёшься.

– Пусть бы прыгнула, тоже мне проблема. Потом бы думала, – сказала я Мире. – Я прыгала,

папа молча смотрел. Потом отвёз в больницу. И я всю зиму лежала в гипсе. Больше так не

делала. Вот за наркотики и запрещённые вещества лучше пороть. А переломы – ерунда. Тем более

с вашей медициной.

– Хм, я передам ей твои слова. А то на меня так обиделась.

– Откуда ты прыгала? – спросил Тони.

Я на проекции показала детскую площадку зимой. Я прыгала в сугроб.

– Сугроб оказался заледенел, и я с него кубарем скатилась. Чудом спину не сломала.

– У вас так много снега бывает?

– Да, я жила в том регионе, где зима бывает весьма сурова. Вот только лица родителей уже не

помню…

Вечером Мира позвонила мне:

– Дети тебя требуют. Девочкам купили детскую косметику.

Мы с Тони как раз лежали в кровати уже после приятного времяпрепровождения. Пришлось

мыться, одеваться и топать в гости. Посмотрела, что малышка Аня дома и цела. Спросила у

девочки:

– Передумала прыгать с горки?

– Мне тётя Тая на проекции показала, какие я могу получить травмы, и я передумала.

– А чего так? Разок бы прыгнула, и больше бы не хотела.

– Я уже не хочу. А вот краситься безопасно. Научишь нас?

– Да куда ж я денусь, научу.

У девочек это даже вполне неплохо получилось для первого раза. Они и на себе тренировались,

и друг на друге.