355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Виктор Полищук » Горькая правда. Преступления ОУН-УПА (исповедь украинца) » Текст книги (страница 3)
Горькая правда. Преступления ОУН-УПА (исповедь украинца)
  • Текст добавлен: 29 сентября 2016, 05:04

Текст книги "Горькая правда. Преступления ОУН-УПА (исповедь украинца)"


Автор книги: Виктор Полищук



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)

Привлекает внимание факт, что нападение на польские села проводились часто перед большими религиозными праздниками.

Хватит! Хватит этих страшных описаний! Думая о них, я не могу понять психику преступников. Те, кто отрубали детям руки и ноги, выкалывали глаза, разрезали животы у женщин, – как они смотрят в глаза свои внукам, смотрят на их рученьки и ножки. Не встают ли перед ними образы совершенного 50 лет назад? Могут ли они спокойно спать, держа в руках нож, топор? Не ощущают ли на своих руках теплой тогда крови своих жертв?

В малайском языке есть слово «амок», которое означает вид сумасшествия – охватывающее человека желание убивать. Причины «амока» до сих пор не исследованы. А вот «амок» исполнителей директив ОУН-УПА был вызван исключительно влиянием преступной пропаганды, преступной идеологии ОУН. Все это вытекало еще со времен УВО. В опубликованной в 1929 г. брошюре говорится:

«Требуется кровь? – Дадим море крови! Требуется террор? – Сделаем его адским!.. Не стыдитесь убивать, грабить и поджигать. В борьбе нет этики!»

С вопросом методов убийств связана тема количества жертв ОУН-УПА. Никто не в состоянии установить теперь количество уничтоженных гитлеровцами с помощью украинской вспомогательной полиции евреев. Не нашел я и литературы, которая бы убедительно и исчерпывающе указывала на количество жертв ОУН-УПА. Правду, которая касается убитых ОУН-УПА украинцев, должны исследовать историки, которые живут на Украине… Но… Но теперь появились историки-украинцы, которые поставили перед собой задачу «научно» оправдать, даже восхвалить ОУН-УПА.

Честным же историкам будет крайне нелегко. На Украине, особенно на Западной, вновь господствует страх перед ОУН – перед Украинской национальной ассамблеей, перед Украинской национальной самообороной. Люди в Западной Украине еще помнят ОУН-УПА…

Ю.Туровский и В.Семашко называют цифру 70 тысяч погибших на Волыни поляков, что составляет около 20 % тогдашнего польского населения края. Причем они при этом подчеркивают, что их материалы охватывают только 1/3 всех жертв волынского погрома.

Другими источниками называются также цифры 100 и 200 тысяч убитых.

Страшные последствия злодеяний ОУН-УПА. Я хочу, чтобы эти страшные годы не повторились. Однако вижу, что ОУН в Украине начинает возрождаться. В этом вижу опасность. Поэтому не могу молчать…

Помощь украинцев полякам

Из писем, которые я получил от своих респондентов, выходит, что многие из них не отождествляют бандеровцев или бульбовцев из УПА с украинским народом. Большой процент респондентов отвечают на вопрос – помогали ли украинцы полякам, утвердительно. Вот лишь несколько примеров:

– В.М. из Канады: Моего отца о планируемом нападении предупредил знакомый украинец. Мы успели убежать в Кременец, а его, этого украинца, бандеровцы повесили посреди села и на груди прикрепили надпись: «За измену».

– Г.Х. из Польши: Местные украинцы после нападения УПА отвезли раненых поляков в госпиталь…

– Ю.Х. из Польши: Климчук, житель Лопатина, зная о том, что ему грозит смерть за помощь полякам, прятал нас ночью в своей хате, когда нашу хату окружила банда УПА…

– Г. И. из Великобритании: Сосед-украинец был настолько смелым, что разрешил мне ночевать в его хате, хотя у них и так было тесно.

– Я.П. из Польши: Всю зиму 1944/45 почти каждую ночь наша семья покидала хату, прячась у украинцев-соседей…

Из книги Ю.Туровского и В.Семашко:

– Украинец Косяк спрятал хлопца из семьи Яглинских и оказал ему помощь;

– Много украинцев в волостях Межирич и Корец протестовали против убийств, помогали преследуемым;

– Убили (бандеровцы) также двух украинок, которые предупреждали поляков об опасности;

– Троих детей Яна Кшиштака спасла старая украинка, однако на следующий день их забрали у нее силой и утопили в колодце. Дочь Аполонию прятала украинка Музыка.

Убийства украинцев

Все польские авторы пишут об убийствах бандеровцами украинцев. Вот несколько примеров из книги Ю.Туровского и В.Семашко:

– 15.03.42 г., село Кошице. Украинская полиция вместе с немцами убила 145 поляков, 19 украинцев, 7 евреев, 9 советских пленных;

– В ночь на 21.03.43 г. в Шумске убили двух украинцев – Ищука и Кравчука, которые помогали полякам;

– Апрель 1943 г., Белозерка. Эти же самые бандиты убили украинку Татьяну Миколик за то, что она имела с поляком ребенка;

– 5.05.43 г., Клепачев. Убили украинца Петра Трохимчука с женой-полячкой;

– 30.08.43 г., Куты. Зверски убили украинскую семью Владимира Красовского с двумя маленькими детьми;

– Август 1943 г., Яновка. Бандеровцы убили польского ребенка и двух украинских детей, так как они воспитывались в польской семье;

– Август 1943 г., Антолин. Украинец Михаил Мищанюк, который имел жену-полячку, получил приказ убить ее и годовалого ребенка. Вследствие отказа его с женой и ребенком убили соседи.

Убивали согласно постулату: «Кто не с нами, тот против нас». Так ведь учил Д.Донцов. Ведь «Нация выше всего». А человек? А Бог? А общечеловеческие, христианские ценности? Но были ли они в доктрине и практике украинского национализма ОУН-УПА? Нет, не было им места в этой системе…

Столкновение ОУН с Востоком Украины

Я всегда был противником разделения украинцев на «західняків» и «східняків». Мне почему-то кажется, что эта терминология отвечает требованиям первых, потому что тогда они, «західники», словно бы являются половиною народа, а это – неправда. Однако здесь буду придерживаться этой терминологии в связи с темой.

Прежде всего следует вспомнить, что ОУН до войны никогда не расширяла своих влияний на восток от Збруча. Задачу насаждать идеологию национализма получили «походные группы» ОУН-б и ОУН-м. Первыми поняли невосприимчивость идей ОУН члены «походных групп» ОУН-м, которые успели закрепиться в Киеве раньше ОУН-б. Среди них были такие видные деятели ОУН-м, как О.Ольжич и Олена Телига, души восприимчивые, ибо были поэтами. «Східняки», как я их условно называю здесь, знали на практике, что означает тоталитаризм, монопартийность, вождизм…

Четче столкновения со «східняками» ощутила ОУН-б, так как именно она имела больше всего своих эмиссаров на Волыни. Хоть и уничтожала ОУН-б раненых из Красной Армии, однако некоторое количество «східняків» попало в УПА. Как они не прятались со своими мыслями, попав в лапы УПА или другие структуры ОУН, все же «вожди» поняли, что с их националистическими лозунгами далее Збруча не пойдешь. Однако, пока они сделали такие выводы, много «східняків» погибло от рук ОУН-УПА, в частности СБ ОУН. Об этом пишет евангельский христианин из Волыни Михаил Подворняк: «…Были случаи, когда пленные, покуда еще имели силы, убегали. Потом они разошлись по селам, стали работать у крестьян, но многие из них потом погибли, но уже не от немцев, а от своих неразумных и сумасшедших партийцев (имеется в виду руководителей ОУН), которые каждого пленного из Большой Украины считали коммунистом. Был случай, когда несколько бывших пленных, которые работали у крестьян, пошли к большевистским партизанам. После этого бандеровская СБ вылавливала бывших пленных и забирала их с собой. Их выводили в лес и там расстреливали, подозревая, что они рано или поздно пойдут к советским партизанам. Убивали невинных украинцев с Большой Украины.»

Прочитав эти строки, некоторые женщины-украинки из Большой Украины вспомнят, как они ждали своих мужей, получив из военкомата извещение «пропал без вести». А он пропал от пули СБ ОУН, потом ОУН-УПА…

Служба безопасности ОУН

Большевики имели свою ЧК, гитлеровцы СД, а ОУН – Службу безопасности – СБ ОУН. Это был орган с очень большими полномочиями, которые сводились к наблюдению за политической благонадежностью членов организации и всего населения, к использованию репрессий, главным образом, экзекуций (убийств) «изменников», украинских и других, которые действовали не в пользу украинских националистов. Про правильность такого определения говорят такие украинские авторы:

Григорий Стецюк: «Бандеровцам в УПА нужны были официальные старшины. Они узнали, что православный епископ Мануил имел чин капитана, поэтому и «предложили» ему переход в УПА. Епископ объяснил, что ему дали такой ранг как священнику-капеллану, а в военных делах он не разбирается. СБ его поймала, произвела над ним суд как над дезертиром-изменником. Вначале застрелили, а потом повесили.»

И у того же автора:

«…Бандеровская СБ без остановки то бросает людей в колодцы, то душит путами… СБ очищала территорию от мельниковцев, штундистов, «східняків». На Волыни уничтожены интеллигенция, духовенство украинской православной церкви… Где-то в начале мая 1944 г. один человек проходил через фольварок и ему захотелось посмотреть в колодец. Позвал людей, и они вытащили трупы восьми человек, которых узнать было уже нельзя. Среди этих жертв эсбистов Александра узнала отца по деревянной ноге. Он в январе подвозил хлопцев из СБ… Петр с сестрой был в клуне, прятались от СБ. Без малейших объяснений выводят остальных членов семьи из хаты и около хаты их всех расстреливают… СБ гуляет волынскими селами, убивая направо и налево всех, кто им отважился не покориться… Надя Собчук познакомилась с четовым УПА «Зозулей», от него забеременела, но сделала аборт. «Зозуля» сообщил о таком пренебрежении СБ – «она убила его ребенка». Приговор был выдан сразу – расстрелять!»

А вот мысли об СБ ОУН Данила Шумука, который от окончания войны до половины 1980-х гг. отбывал наказание за принадлежность ОУН-УПА. Он был преподавателем политики в уповских школах. Автор часто излагает свои мысли в форме диалогов.

Рассказывая об арестах, совершенных СБ, женщина говорит: —… Это страшные люди, страшнее, чем гестапо и НКВД.

Разговор автора с членом СБ:

– В этом селе полностью исчезло 16 семей (украинцев – В.П.)…

– Я исполняю приказы. И все. Понятно?

– Вы вершите судьбы людей – жить им или не жить, и кому именно. Вы убиваете детей. Понимаете ли вы, что такое убивать детей? И далее об этом деле:

– Что у вас случилось с районным референтом Безопасности? – спросил Митла. Я рассказал им все с самого начала. О том, что ликвидировано 16 семей без суда и следствия вместе с маленькими детьми, и о своей беседе с районным референтом Безопасности Чумаком…

– Советы скоро займут всю Волынь, так что же, вы бы хотели, чтобы мы оставили им готовую агентурную сеть? (сказал Крылач – В.П.) – Пока есть возможность, мы должны с корнем вырвать все, на чем может закрепиться советская власть, – сказал Митла. Автор, Данила Шумук, был преподавателем в УПА, в подпольной школе. Однажды ему пришлось преподавать в спецшколе для районных референтов СБ. Вот какую характеристику он им дает: «В школе было 56 молодых, красивых и здоровых хлопцев. Все они были хорошо одеты и довольны собой. Я имел возможность приглядеться, кому организация поручала решать – жить или не жить тем или другим людям. Это были словно нарочно подобранные самые тупые люди. Среди 56 всего-навсего пять усваивали материал и понимали, о чем идет речь (автор преподавал политику), а остальные… Они просто неспособны были мыслить… Продолжу цитировать Д. Шумука.

За Турьей, проезжая село Доминополь, обратили внимание на то, что село словно вымерло, двери и окна везде открыты, а людей нигде не видно.

– Что случилось в Доминополе? – спрашиваю я.

– Три дня тому назад Доминополь ликвидировали, – мрачно ответил бунчужный.

– Как ликвидировали? Людей ликвидировали? – переспросил я.

– Да, людей! – тяжело согнувшись, ответил бунчужный.

– О чем вы, хлопцы, разговаривали? – спросил Брова.

– Да вот рассказывали один другому, как ляхов били в Доминополе, – ответил Ворон.

– А что это за штатские с пистолетами около пояса? – спросил я.

– Это хлопцы из Службы безопасности, – ответил Ворон, это хорошие хлопцы, они клацали поляков лучше других. Вот этот, – Ворон кивнул на коренастого брюнета, – 27 утопил.

– Так расскажите и нам как было с этими поляками – сказал я.

– Около двенадцати часов мы окружили Доминопопь… К утру не осталось ни одного живого ляха, – самодовольно сказал Ворон…

Данило Шумук далее пишет:

То, что вы делаете с поляками, не укладывается ни в какие рамки. Вот недавно в Лежени замучили учительницу-полячку и бросили в колодец… И это сделали ее бывшие ученики…

Евангельский христианин Михаил Подворяк из Волыни пишет: «Больше всего нам запомнилась бандеровская СБ. Этих двух букв люди боялись не меньше, чем НКВД или гестапо, так как кто попадал в их руки, живым уже не выходил. Свою жестокость они объясняли тем, что теперь война, революция, которая требует жестокой руки, твердой власти. Но это не было оправданием, так как садисты всегда были садистами, во время войны и во время мира».

Насколько же нужно быть бесчеловечным, чтобы сейчас на Украине воскрешать ОУН-УПА, славить «героев» УПА и СБ…

Угроза возрождения украинского национализма
Канадско-американская националистическая действительность

Собираясь уехать в Канаду, я не имел представления о том, что здесь украинцы делятся на коммунистов и националистов, а те вновь разделены на бандеровцев и мельниковцев, католиков и православных, «захиднякив» и «схиднякив». Я не знал, что в Канаде среди украинцев нет или почти нет демократически мыслящих людей. Теперь я знаю, что они есть, но тех, кого я узнал почти за двенадцать лет, или о которых я слышал, можно пересчитать по пальцам.

Прежде всего, меня поразила низкая языковая культура украинцев. Не только в разговорном языке, не только в выступлениях, но и в письменной речи. Я с полной ответственностью утверждаю, что более 90 % редакторов, которые считают себя журналистами, людей с высшим образованием, тех, кто закончили во Львове Украинскую академическую гимназию, тайный университет, даже писатели – не знают украинскою литературного языка. И они-то имеют смелость критиковать в некоторой мере русифицированный 11-томный Словарь украинского языка – одно из достижений украинского языкознания! И как изюминки на огромном калаче бескультурья в США д-р Петр Одарченко и еще два-три человека, которые в совершенстве знают украинский литературный язык; в Канаде – д-р Яр Славутич и еще два-три человека; в Европе – д-р Игорь Качуровский и еще два-три человека. Вот и все! Даже проф. Юрий Шевелев, прославленный языковед, в публикуемых текстах допускает языковые ошибки, пишет, например, «канадіський» вместо «канадський», не понимая семантики слова «ділок» и т. д.

А профессор, доктор украинского языкознания Дмитрий Кислица выпустил в свет книгу «Світе тихий» (Торонто, 1987) с огромным количеством грубых языковых ошибок…

Малограмотные книжки выпускаются здесь под эгидой Украинской вольной академии наук, под эгидой Института исследований Волыни и других уважаемых учреждений. За уровень языка, на котором здесь часто публикуются книги, не говоря уже о газетах, ученику четвертого класса начальной школы на Украине поставили бы двойку.

Я с огромным сожалением утверждаю, что языковая культура украинской диаспоры отстала не менее чем на несколько десятков лет от языковой культуры польской эмиграции. Приведу еще один пример. Писательница д-р Александра Ю. Копач, выступая за дерусификацию украинского языка, сама в короткой заметке допускает русизмы: «полоса» вместо украинского «смуга». В этой же заметке есть и такие языковые ошибки: «жие» вместо «живе», «сокупний» вместо 'сукупний», «протягом багато тисяч років» вместо «протягом багатьох тисяч років»…

Я искал причину такого положения, искал ответа – почему украинский литературный язык чужд украинской диаспоре? И пришел к выводу, что, согласно теории ОУН, украинский литературный язык на Украине – русифицированный. Поэтому он здесь и не привился. Здесь – обязательный галицкий диалект, в котором больше русизмов, чем в распространенном на Украине языке (воздух, побіда, послідній, окружити, всьо, напримір, прогулька и много, много других). Украинская националистическая диаспора сама добровольно отмежевалась от современной украинской литературы, боясь ее влияния на диаспору. Вот одно из доказательств. Как-то я, редактируя для канадско-украинской фундации искусств один из словарей, встретился с Любовью Дражевской, которая, кажется, в Вольной украинской академии наук занималась украинской литературой. В разговоре я сказал. «Когда я очень устаю, то беру какое-то из произведений Михаила Стельмаха и, читая, наслаждаюсь его прекрасным языком». На это Любовь Дражевская: «А кто это такой – Михаил Стельмах?» Я онемел…

Несколько лет тому назад я написал обширное исследование на тему языка, его опубликовали в «Нових днях» в Торонто, но кроме нескольких ругательных писем, не было реакции на уровне дискуссии. Я также на протяжении года еженедельно вел по радио, беседы на темы языковой культуры и также – никакой позитивной реакции.

Свидетельством языкового бескультурья украинской диаспоры является публикация в «Нових днях» статьи Степана Геника-Березовского «Мова про мову», в которой автор показывает пример тотальной безграмотности. Это тот Степан Геник-Березовский, который, как телекомментатор, говорит: «сема година», «осьма», «трета», «витати» вместо «вітати». Ужас! Стыд!

Я, кажется, знаю украинский, польский и русский литературные языки, слушаю передачи из Монреаля на польском, украинском и русском и утверждаю, что польские и русские радиопередачи ведутся на литературном языке, а украинские – это только попытки говорить на литературном языке. Считаю, что вина за такое состояние лежит на ОУН, которая не признавала украинского языка на Украине, которая галицкий диалект ставила выше, чем литературный язык. Я здесь столько написал о языке украинской диаспоры, чтобы показать, что она осталась на уровне Галичины 1930-х годов. И на этом самом уровне остался весь способ ее мышления. Совокупность качеств украинской диаспоры, в которой доминирующим является галицкий националистический элемент, ведет к абсурдному выводу: диаспора, руководя издалека, идет в направлении присоединения всей Украины к Галичине!

Второе, что меня поразило, это абсолютное отсутствие самокритичности в украинской диаспоре, нежелание смотреть на факты другими, не националистическими глазами. Украинской диаспоре присущ стадный способ мышления, схематизм, невосприятие попыток переосмыслить прошлое… Она на все смотрела сквозь националистические очки. Только и разницы, что это были очки разного националистического производства: бандеровского или мельниковского…

Раздел II
Экспансия украинского национализма на Украину

Моим ошибочным выводом было то, что я считал украинский национализм отмирающим. Я даже в своих разговорах с поляками в Канаде говорил: «… Вот еще десять, еще двадцать лет, и украинского национализма не будет, его последние носители умрут». Это была моя наибольшая в жизни ошибка. Украинский национализм сохранился на Западе, его остатки все время тлели на Украине. Во время Горбачевской перестройки в СССР восстановилась экспансия украинского национализма на Украину.

Первыми направились туда эмиссары из ОУН-3, а с ними проф. Тарас Гунчак. Указания в этом направлении ему дал еще в 1987 г. лидер ОУН-3 Анатоль Каминский во время конференции в Нью-Йорке. Тогда он говорил: «… Нам необходимо сконцентрироваться, прежде всего, на следующем: 1) создать штаб для анализа современного состояния Украины и Советского Союза для определения конкретных целей и выработки практических способов влияния на все стороны жизни… Лучше всего для этого подходит «Пролог», при условии укрепления его аппарата». А «Пролог» это и есть Тарас Гунчак. Он и начал ездить часто на Украину, устроился там на должность преподавателя в университете и начал пропагандировать идеи ОУН, донцовский интегральный национализм. В интервью для «Демократичної України'', словно оправдываясь, говорит, что он лично не разделяет взглядов Донцова: «Он был прав только в 30-х гг.» Жаль, что журналист не спросил: «А в 40-х, когда ОУН-УПА замучила сотни тысяч мирных жителей?».

Но, зная деятельность Тараса Гунчака, у меня нет сомнения в том, что он одобряет деятельность УПА, ведь его шефом и наставником был Николай Лебедь (руководитель Службы безопасности ОУН), один из основателей «Сучасності», в которой Тарас Гунчак был главным редактором. Вскоре ОУН-З перевела «Сучасность»' в Киев. Здесь легче продвигать идем ОУН-УПА. Так легче подготавливать почву для захвата власти.

Меня всегда интересовало – на чьи деньги много раз ездил Тарас Гунчак со товарищи в Украину, на чьи деньги организовывал там издательства, на чьи деньги они живут, покинув теплые преподавательские должности в США? Ведь ОУН-З не имеет широкой базы членства, которое бы финансировало эту деятельность. А с неба деньги не падают.

Второй двинулась на Украину ОУН-м, которая также перенесла из Парижа свой орган «Українське слово». На Украине ОУН-м организует различного рода конференции, цель которых – реабилитация ОУН и подготовка почвы для захвата в удобный момент власти. С этой целью в Киеве открыт журнал «Розбудова нації», который повторяет название органа ОУН в начале ее деятельности. Основателями этого журнала стали Николай Плавьюк, лидер ОУН-м и Левко Лукьяненко, который был послом Украины в Канаде. И вновь меня интересует – откуда деньги на создание журнала? Неужели из личных доходов Николая Плавьюка и Левка Лукьяненко?

Последней отправилась на Украину ОУН-б, но действовать она начала более активно и грубо. Сразу же стала организовывать региональные конференции своих сторонников. Состоялась также Всеукраинская конференция, участники которой обратились 29.03.1992 г. к Президенту Украины и Верховному Совету с требованиями:

1) признать на государственном уровне освободительную борьбу ОУН-УПА вооруженной борьбой одной из воюющих сторон, а ее членов участниками этой борьбы.

2) предоставить им определенные законом социальные права участников войны 1941–1945 гг.

Аналогичные требования были сформулированы региональными конференциями украинских националистов. Участники Конгресса украинских националистов (КУН) Подольскою края требовали:

восстановления доброго имени ОУН-УПА как политической и военной силы, которая стойко несла тяжесть борьбы против угнетения родного края; признание борьбы украинского народа в 40–50 гг. под руководством ОУН национально-освободительным движением против оккупантов.

Как видно, и здесь ОУН отождествляет себя со всем украинским народом. Признаком чего является этот шум, эта суета вокруг признания на государственном уровне ОУН-УПА, которая продолжается с 1991 г. Или это наглость ОУН-б, к которой легкомысленно относится политическая власть Украины, или это признак слабости этой власти. От пропаганды ОУН перешла к действиям. Появились партии с явно националистическими программами. Съезд Христианско-демократической партии повторяет за ОУН требования по адресу Президента и Верховного Совета:

«…обращаемся к вам с просьбой признать борьбу ОУН-УПА как национально-освободительную. Ветеранов УПА реабилитировать и уравнять в правах с ветеранами Великой Отечественной войны и Вооруженных Сил».

В научно-теоретической конференции «Роль национализма в процессе государственного строительства на Украине», организованной ОУН-м, принимает участие начальник социально-психологической службы Вооруженных сил Украины ген. В.Мулява. В своей речи он заявляет: «И хочу заверить, что в Вооруженных силах есть те, кто готов в нужную минуту поднять еще одно знамя – не белое, капитулянтское, а знамя, которое во всем мире означает борьбу до конца: свобода или смерть. И цвет этого знамени – красно-черный (флаг националистов – ред.).

Намек выразительный. И указывает он на международный контекст. Неужели существует новый фашистский интернационал? И сказанное ген. В.Мулявой – это уже не пропаганда Славы Стецько, это уже – угроза для Украины. Со стороны сил украинского национализма, который свил свое гнездо в Вооруженных силах Украины…

Вследствие деятельности эмиссаров ОУН на Украине в националистическую дуду стали играть некоторые органы печати. Из украинского политического лексикона исчезло слово «патриотизм», его заменило слово «национализм». Это не случайная подмена этих двух понятий. К обману народа подключаются все силы. Поэт Ростислав Братунь, который десятилетиями «лаял» на ОУН, в интервью «Робітничій газеті» говорит: «Национализм – высшая форма патриотизма». Многих можно подозревать, что они действительно не знают сути украинского национализма, но этого нельзя сказать о Ростиславе Братуне. Он прекрасно знает, о чем говорит. И сознательно, действуя преступно, подменяет понятие «патриотизм» «национализмом».

Вряд ли можно удивляться чисто националистической львовской газете «За вільну Україну». Идеи украинского национализма распространяют такие издания, как «Литературна Україна», «Молодь України», журнал «Украина». Последний финансируется тем же лицом, который финансировал поход Степана Хмары (члена секретариата КУН) в Крым. Дмитро Павлычко, которого я долгие годы считал совестью украинского народа, пишет текст марша войска Украины, в котором есть слова о преемственности традиций УПА в украинском войске. Экс-Президент Леонид Кравчук, говоря о создании УПА, утверждает: «Эту дату нужно отмечать, как историческую, нравится это кому-то или не нравится»…

Деятельность эмиссаров ОУН приносит результаты. Вооруженные силы Украины, имея такого начальника социально-психологической службы, как ген. В.Мулява, через свою прессу явно распространяют идеи украинского национализма. Как пишет львовский корреспондент газеты «Правда» Виктор Дрозд, газета Прикарпатского Военного округа «Армія України» к 50-летию УПА опубликовала материалы, которые являются просто калькой идей ОУН, и даже поместила карту украинских этнических земель, которые должны стать частью украинского государства.

Экспансию украинского национализма усилили в большей мере вояжи политиков в Канаду, США, Австралию, где их угощали на банкетах и вне банкетов, откуда везли подарки.

Была (и есть) и другая форма экспансии. Вот «Літературна Україна» пожаловалась на своих страницах на финансовые трудности, а орган ОУН-б «Гомін України» сразу же откликнулся, провел сбор денег и к 30.09.1992 г. выслал «Литературній Україні» 14 тыс. долларов. «Літературна Україна» сразу же после подачки назвала «Гомін України» «братским еженедельником».

Опасности со стороны украинского национализма не видят некоторые киевские газеты и журналы. Их писания, а также поддержка ОУН-УПА такими деятелями, как Дмитро Павлычко, Иван Драч, закрыли рот тем украинцам, которые пострадали от бандеровцев, потеряли своих близких. Люди вновь начали бояться ОУН, как и 50 лет тому назад…

Редакции «Літературної України», «Молоді України» не то что не видят угрозы со стороны, они не хотят ее видеть. Я обращал внимание на это, писал письма к украинским интеллектуалам, но до сих пор не получил ответа. Только для примера приведу фрагмент одного из моих писем в Киев.

Брамптон, 3 июня 1991 г.

Главному редактору «Літературної України», Киев.

«Я – постоянный читатель «Літературної України». Я ее выписывал, когда еще 10 лет тому назад жил в Польше, однако я тогда не читал ее с таким интересом, как теперь… Я – противник всякого тоталитаризма, в том числе и левого – большевистского, и правого – фашистского, следовательно, и украинского (донцовского интегрального) национализма. Я с обеспокоенностью вижу в украинской прессе материалы, которые реабилитируют ОУН, УПА, их «вождей». Меня поразила информация о том, что в Тернополе главную улицу Ленина переименовали на улицу Степана Бандеры. Нужно было заменить улицу Ленина, скажем, улицей Ивана Франко, Леси Украинки, Владимира Винниченко, Михаила Грушевского. Ведь Степан Бандера – руководитель наиболее радикального крыла ОУН, что создало УПА, организацию, которой нужно стыдиться украинцам на протяжении многих лет. И, обратите внимание, я говорю «УПА», а не члены УПА, так как в этой организации было много честных украинцев, которые в нее попали тем или иным образом.

Но почему я пишу к Вам? Повод для этого – интервью с Дмитром Штогрином. Я не против интервью с самим Бандерой, если бы он был жив, но я против распространения в публикуемых Вами материалах дезинформации. Я не знаю причин появления в такой форме интервью с Дмитром Штогрином, но подозреваю, что это произошло по причине неумения брать интервью. Тот, кто это делает, должен обязательно знать о человеке, с которым он беседует, о его деятельности, взглядах…

Почему я так говорю? Вот посмотрите: «Невозможно же до сих пор утверждать, что во время второй мировой войны часть украинцев была коллаборационистами, так как это неправда». Это слова проф. Дмытра Штогрина. Следовало бы задать вопрос: «Неужели Оксана Логвиненко, которая беседовала с профессором, не знает истории, не знает фактов? 'Неужели не слышала она о ДУН – Дружине украинских националистов, которые шли вместе с немецкими фашистами на СССР в июне 1941 г.? Не знает о батальонах «Роланд» и «Нахтигаль»? Наконец, не знает о дивизии СС «Галичина»?

Так, может, и правда, эти военные части не были коллаборационистами? В политической литературе коллаборационистами называют не тех, кто сотрудничает на одном уровне, так как тогда это – союзники, Коллаборационисты – это прислужники, более низкая категория, те, которые, изменяя интересам своего народа, исполняют задания своего повелителя. А не следовало бы задать вопрос проф. Дм. Штогрину: «Так кто же были эти части? Неужели не коллаборационисты?» Вы, думаю, сами видите «научность» таких профессоров, как Дм. Штогрин. Он и сам говорит, что в США можно «купить» себе кафедру в университете и на ней распространять «науки», подобные представленной им. Еще немного, и выйдет, что только УПА боролась за интересы украинского народа.

В связи с этим посылаю Вам копию части статьи об Украине в «Энциклопедии Британика». Из представленного видно, что во время второй мировой войны Украину представляли лишь только отделы ОУН-УПА. И, как видно из статьи, без сомнения подготовленной такими «учеными», как Дмытро Штогрин, не было вообще миллионов украинцев, которые полегли в борьбе против гитлеровской Германии, не было миллионов солдат-украинцев, не было офицеров-украинцев, генералов, маршалов, не было миллионов сирот, вдов, страдающих матерей. Не было, так как они воевали против тех, кто организовывал оуновские отделы, кто воевал вместе с немцами. И еще. А вот эта школа для офицеров, организованная в Закопане, польском городе, что это было? (Фашисты обучали здесь украинских националистов для ведения боевых и подрывных действий против Красной Армии – ред.). Неужели подпольная организация против немцев? А украинская «вспомогательная полиция»? Мое письмо сводится к одному: не распространяйте дезинформацию путем материалов, которые Вам подсовывают некоторые люди из диаспоры. Не поддерживайте тоталитаризм. Мне навсегда запомнились слова великого украинца генерала Петра Григоренко, которые он сказал на научной конференции в Мак-Мастерском университете в Гамильтоне: «Я не хотел бы дождаться такой Украины, которую представляет украинская националистическая мысль…»


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю