Текст книги "Ехали цыгане"
Автор книги: Виктор Лысенков
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 3 страниц)
Яша хорошо понимал, что делал, и потому сразу обратился ко мне, русскому: "Такому алкашу не дашь пендаля, так он еще что угодно сморозить может". – "Например"? – спросил я. "Да хотя бы нажраться у магазина на халяву, и принести водку часа через два"... – " А принес бы? В руках – такие деньги! Он здесь за месяц вряд ли зарабатывает такие. А если и зарабатывает, то вряд ли получает их во – время. Возможно, что не получал их уже их целый год...– Демократия"
Яша улыбнулся: "Принес бы в любом случае. Он – местный. До ближайшей деревни здесь – не меньше пяти километров, и там эта же самая речка течет. Так что нет никакого смысла чужаку переться сюда пешком. И он знает, что мы его найдем в любом случае... Они здесь все алкаши, и им нужно хорошее вразумление при поручении любого дела, тем более, такого важного"...
Я сидел на своем железном "троне", в голову лезли разные мысли, и они почему = то все время перебивались строчками из цыганских. Или, .вернее, русских,. исполненных на свой, цыганский манер. То звучала строка: "Эх, загулял, загулял, парнишка парень молодой, молодой, в красной рубашоночке -хорошенький такой"! Или вертелась какая – нибудь другая строчка, типа: "Соколовский хор у яра был когда – то знаменит, Соколовская гитара до сих пор в ушах звенит". Или назойливо звенела в ушах песня из фильма "Живой труп", где цыгане радостно встречают русского барина здравицей: " К нам приехал, к нам приехал, Виктор Михайлович, дорогой"!
Я не мог отдать себе четкого ответа, почему у меня в ушах все время звучат куски песен то Алеши Дмитриевича, то его сестры Валентины, признанной одной из лучших исполнительниц цыганских песен в ХХ веке, то Юла Бринера, то даже нашей современницы Пономаревой. И что я не заступился за рыбака алкаша? – Человек ведь. Или Яша так быстро все объяснил мне, что выражать протест было поздно?
Я сидел и размышлял, вернее, слушал в себе отрывки разных цыганских песен, и почти не заметил, как вернулся посыльный за водкой. "Молодец! похвалил его Яша. – всего пятнадцать минут"...Он начал доставать из сумки бутылки с фирменными наклейками. И по их виду было понятно, что это настоящая водка, а не какая – нибудь туфта.
Яша попросил стакан и отвинтил пробку у одной из бутылок. По его команде гонцу – скороходцу принесли большой кусок колбасы и ломоть домашнего хлеба. Яша налил ему полный стакан. И добавил: "Посмотришь здесь, когда мы уедем. Вдруг не допьем И вот тебе премия за отличное выполнение задания". Яша сунул ему от оставшихся денег пятьдесят рублей. Мне показалось, что делается это ради меня, чтобы как – то приподнять мое скисшее настроение.
Вот тут я получше рассмотрел мужика: вряд ли ему было больше сорока пяти лет: иначе он так быстро бы не сбегал в деревню. Просто у него было морщинистое лицо от адской сельской жизни, самогона, от солнца и ветра.
Мужик почти залпом выпил водку, понюхал хлеб и сказал: "А закусь я оставлю на потом... Мне еще до вечера сидеть. А моя ничего мне не дала...Говорит, наловишь рыбы и поешь". Цыгане засмеялись. Но мне было не до смеха: я знал, что уже восемь лет назад люди здесь ели жмых, а живые деньги многие не видели уже несколько лет. Так что не со зла ничего не положила в походную торбу жена горе – рыбака.
Не буду описывать обед: он был богатым и разнообразным. Мало интересного и в сборах в путь каравана о трех машинах. Разве что вот это одно: как и обещал Яша, в одной бутылке оставили почти половину недопитой водки. Всего пьющих мужчин оказалось шестеро: три водителя к спиртному не притронулись. Правда, две немолодые цыганки выпили по глоточку, остальные воздержались по неизвестным мне причинам: не доросли, чтобы в обществе мужчин пить водку? – Может быть. Но мне до этого какое дело? Бутылку хорошо закрутили и рядом в полиэтиленовом пакете оставили целый новогодний подарок: два апельсина, кусок сыра, пачку печенья, несколько дорогих конфет и даже пачку хорошего чая. Командовал приготовлением презента Яша. Чувствовал, что сделал что – то не то? Или виной был я – немолодой посторонний свидетель?
Наши "табуны лошадей" быстро донесли нас до райцентра, я поблагодарил своих спасителей, Яша в ответ улыбнулся своей приветливой улыбкой: " Да что Вы! Это же нам ничего не стоит! И мы должны помогать ближнему: ведь человеку – человеку – друг и брат"?
В этот день мне не только не везло: прямо на остановке меня подобрал сосед по улице. Он приезжал в райцентр за какой – то бумажкой ( кажется, для подтверждения, что он – здоров и может дальше водить машину, – дело немаловажное, если учесть, что он был уже на пенсии.
Вечером я лежал и все время вспоминал дневной случай. Нет, не потому Яша дал, как говорят, поджопник, тому рыбаку. В этом проявилось неуважение к нам, русским. Уверенность, что все сойдет с рук. Ну почему наш гонец не ударил в набат на деревенской площади, не примчались мужики с дрекольем и не проучили цыган так, чтобы они и своим потомкам завещали бы не оскорблять русских? Но, как правило, русским нет дела до русских. Да и половина деревни спала после приема самогона, а другая – еще не оклемалась после вчерашнего. Ну, предположим, что мужики были бы трезвыми и у них было бы развито и чувство национальной гордости, и чувство родной крови. Проучили бы они цыган? Ставлю один к ста, что наши же, местные русские власти во все обвинили бы жителей Хомутовки. Им бы не только приписали великорусский шовинизм, экстремизм и тому подобное, но для порядку парочку человек упрятали бы в тюрьму.
На местах смотрят на Москву, но где там сыскать нынче защитников русского народа? Ведь и эти цыгане деньги и машины вырастили не на огороде, не добыли их в шахтах. Может быть, Яша был одним из отцов наркомафии, но пойди, докажи!
Размышляя на эту тему, я вдруг понял, почему там, в саду под яблонькой, вертелись строчки из разных цыганских песен, в основном – "золотого" для нас Х1Х века. Тогда цыгане своими песнями служили русской элите и этим зарабатывали на хлеб. А теперь цыгане могут русскому человеку дать под зад ногой и как холуя послать за водкой И это – не самая крайняя степень унижения русского человека. Посмотрите, что делается на рынках всей России, в кого превратили в этой нищете русскую женщину? Это стало возможным потому, что все двадцатое столетие – это столетие глумления над русским человеком, вколачивания в него страха и убеждения, что русские – всем должны: казахам и грузинам, таджикам и киргизам, узбекам и азербайджанцам. Даже хваленая Прибалтика жирует, припав к русской нефтяной трубе. И вот вбили в нас чувство раба. Покажите мне страну – ну Индию ли, Китай, Индонезию или даже Пакистан, -любую более – менее крупную страну (хоть Турцию, хоть Вьетнам (штаты не в счет – эта страна изначально формировалась как сброд со всего мира), где роль элиты исполняли бы чужие народы и плодили законы, загоняющие коренное население в железную клетку "туда нельзя, сюда нельзя", в еще большую нищету, в наркозависимость, алкоголизм. Рулят у нас любые народы от Кремля до заводов, нефтепроводов и финансов. А как только русские пытаются хоть чуточку поднять голову, раз! – по башке и за решетку на срок, чем больше, тем лучше. А уроженцы разных югов уже привели страну в стан слаборазвитых и разваливающихся государств...Весь Кавказ и Средняя Азия выгребает через рынки миллиарды русских денег и – ничего! Нами, наверное, сейчас командовали бы и пигмеи, да видно не знают, где находится эта страна дураков – Россия.
Январь – февраль 2003 года. Подмосковье.
