290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Коммунистическая республика Камчатка (СИ) » Текст книги (страница 24)
Коммунистическая республика Камчатка (СИ)
  • Текст добавлен: 1 декабря 2019, 17:01

Текст книги "Коммунистическая республика Камчатка (СИ)"


Автор книги: Виктор Старицын






сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 25 страниц)

Сам же гранд-адмирал решил возглавить первую десантную эскадру. По донесениям из Новой Испании на Тринидаде гарнизон пришельцев насчитывал всего два – три десятка бойцов, а все остальные – индейцы. Туземцев адмирал за бойцов не считал. Он был совершенно уверен, что четыре тысячи испанцев без труда разгонят и сорок тысяч туземцев. А на Тринидаде их могло быть максимум 3–4 тысячи.

На этом и строил Диего Фернандес свой план. Десантная эскадра должна была подойти к крепости пришельцев на берегу залива Париа, высадить десант на берег, а потом, одновременно с суши и с моря атаковать и взять штурмом крепость пришельцев.

После штурма адмирал рассчитывал восстановить укрепления крепости и разместить на ее стенах полторы сотни дальнобойных морских пушек и три сотни легких полевых. Израсходовав запасы земляного масла, корабли пришельцев обязаны будут атаковать крепость. Было точно известно, что без этого масла их корабли ходить не могут. Размещенные на суше в укрытиях новейшие пушки уничтожат корабли пришельцев. Всем известно, что одна пушка в береговой крепости стоит пяти таких же пушек на кораблях.

Сухопутный штурм, который предпримут пришельцы совместно с индейцами, адмирал надеялся отбить, использую три сотни полевых пушек, привезенных на кораблях. В десанте были собраны отборные бойцы и командиры Испании. Без масла уцелевшие корабли пришельцев встанут на прикол. Вернув морские пушки на галеоны, можно будет атаковать и главную базу пришельцев на Бекии.

Маркиз был, без сомнения, самым опытным флотоводцем Испании. И теперь он был совершенно уверен, что его эскадре удалось уйти от флота пришельцев. После рассвета прошло уже три часа, а корабли пришельцев не появились. Моряки эскадр первого эшелона пожертвовали собой не зря. Стоя на высоком юте вместе с епископом Лас Касасом и капитаном флагмана, гранд-адмирал любовался картиной могучего строя огромных галеонов. Сердца моряков и епископа переполняла гордость за несокрушимую мощь великой Испании. До адмирал рассчитывал насквозь пройти пролив Змея, войти в залив Париа, высадить десант и ночью начать штурм крепости.

Совершенно неожиданно, со стороны хвоста колонны послышалась стрельба, как будто из полевой пушки, затем басом рявкнули два морских орудия. Это было странно. Никаких чужих кораблей в море с флагмана не заметили.

Гранд адмирал напряженно вслушивался в звуки боя. Часто стреляли малокалиберные пушки. Несколько раз громыхнули орудия галеонов. Их звук адмирал хорошо знал. Через полчаса стрельба стихла.

* * *

Второй от конца галеон, до которого осталась чуть больше полу мили, воспользовавшись тем, что концевой корабль ушел вправо, дал залп почти в упор. Поскольку катер лежал в быстрой циркуляции, испанцы в цель не попали, но два всплеска встали в каких-то двух десятках метров за кормой. Угольников решил, что больше так рисковать не стоит. Если с такого расстояния испанцы дадут бортовой залп, то могут и попасть. Катер отошел от концевого корабля уже больше чем на милю, когда комендоры развернувшегося бортом галеона дали таки полный бортовой залп. К счастью, они не учли большой скорости расхождения, достигавшей 15 узлов. Все 8 всплесков встали за кормой. Один – в опасной близости справа по боту.

Все это время командир БЧ-2 Банагель молотил осколочными по галеону, целясь в палубу, поскольку снаряды на такой дистанции летели навесом. Командир приказал Банагелю экономить снаряды, поскольку испанцев было очень много, и они демонстрировали весьма высокую стойкость к артобстрелу. Поэтому, пушка стреляла всего пару раз в минуту, когда катер ставал на ровный киль, перевалив через очередную волну.

Наконец, кормовая мачта галеона завалилась, остальные паруса заходили ходуном. Видимо, снаряд попал таки в мачту, либо осколки перебили фиксирующие ее тросы. Разорвав дистанцию от ставшего неуправляемым галеона до двух миль, Альбатрос-1 развернулся и двинулся вдогонку за следующим кораблем колонны. На поврежденном галеоне матросы спускали паруса.

Угольников запросил расход снарядов. Оказалось, истратили 56 штук. Из них в цель попали около трети. То есть, чтобы застопорить галеон потребовалось около двух десятков попаданий. Вся процедура заняла 27 минут. Все же легкие снаряды пушчонки – сорокапятки против тысячетонного галеона были слабоваты. Самое противное, что издали они не пробивали борта, а подойти ближе испанцы не позволяли.

Лейтенант доложил результаты боя командиру дивизиона. Тот, в свою очередь проинформировал его, что Альбатрос-3 сможет присоединиться к "веселью" через 66 минут, а еще через 50 минут подойдет сторожевик Ушаков.

Сигнальщик доложил, что флагман эскадры поворачивает вправо на 45 градусов. Угольников сделал вывод, что флагман решил посмотреть, что за пальба идет в хвосте колонны, а заодно, перейти от материкового берега поближе к Тринидаду. Обработав полученные от комдива данные, Иглесиас сообщил, что при сохранении испанцами курса, Альбатрос-3 сможет перехватить эскадру в пяти милях от берега Тринидада, а Ушаков – всего в двух. И это при том, что испанцы теперь идут курсом бакштаг, а не фордевинд, и скорость их упала до трех узлов. До берега острова испанцам осталось два с половиной часа хода. Вскоре катер догнал колонну и пристроился в полутора с небольшим милях позади концевого корабля.

Угольников приказал стрелять зажигательными в надежде, что пожары могут вызвать взрывы пороха, складированного у орудий. При большом угле возвышения снаряды перелетят через высокую кормовую надстройку галеона и разбрызгают горючую смесь по палубе. Либо сожгут паруса и такелаж.

Испанский адмирал свое дело знал. Закончившие поворот на новый курс испанцы начали перестраиваться в строй пеленга, уходя влево от курса флагмана. Теперь сближаться с колонной стало еще более опасно. При сближении по катеру смогут стрелять кормовые батареи сразу нескольких кораблей.

Расстреляв два десятка снарядов, Банагель добился успеха. На испанце загорелись паруса. Скорость его упала, Угольников снова приказал дать полный ход и принять влево, обходя потерявший ход галеон на безопасной дистанции. Пока Альбатрос обгонял потерявшего ход испанца, артиллеристы долбили его, чередуя с зажигательными осколочные снаряды, чтобы помешать экипажу тушить пожары. По этому кораблю отстреляли шесть десятков снарядов, из них почти половину – в цель. Артиллеристы постепенно успокоились и стали попадать чаще. С палубы галеона валил черный дым горящей огнесмеси. Паруса у него остались только на фок-мачте. За час боя катерникам удалось притормозить два галеона.

На связь вышел командир Альбатроса-3. Он уже отчетливо наблюдал паруса эскадры. Угольников предложил ему обогнать колонну, занять позицию впереди флагмана и попытаться выбить его из строя. Посоветовал сразу использовать зажигательные снаряды. Слушавший диалог комдив подтвердил команду. Минут через десять сигнальщик доложил, что видит катер, идущий на обгон колонны.

Альбатрос-1 между тем обогнул почти остановившийся галеон и устремился вдогонку за третьей жертвой. Опять пристроился ей в хвост и начал расправу. Вот черт, подумал Угольников, было бы время, всех бы испанцев тормознули. Но, времени не было, флагман эскадры уже миновал середину пролива. Минут через 15 от головы колонны тоже послышалась пальба. Милях в десяти на востоке уже просматривались паруса. Ушаков спешил на всех парах и под всеми парусами.

Израсходовав еще полсотни снарядов, Банагель остановил третий галеон. Командир "тройки" Косяков доложил по радио, что флагман вывалился из строя и тушит пожары. Косяков начал "обработку" второго мателота. Испанцам осталась до берега всего полторы мили. До подхода Ушакова Альбатросы обездвижили еще по одному испанцу.

Наконец появившийся на "поле" боя Ушаков вышел на траверс оказавшегося головным третьего испанца, спустил паруса, лихо развернулся и загрохотал обеими своими пушками. Все же, 90 миллиметров и 76 миллиметров – это вам не жалких 45. Вес снаряда в 8 и в 5 раз больше. А разница в весе взрывчатой начинки снаряда еще больше. К тому же, как артиллерийская платформа четырехсот тонный сторожевик был куда устойчивей маленьких пятидесяти тонных катеров. После пары пристрелочных выстрелов артиллеристы сторожевика все снаряды клали точно в цель. Фугасные снаряды пробивали борт и взрывались внутри корпуса. Двенадцати выстрелов пушек сторожевика хватило, чтобы галеон пылал с носа до кормы, как пионерский костер. О тушении пожара экипажем дело вообще шло. Испанцы прыгали с борта в воду.

* * *

Через полчаса канонада в конце эскадры стихла. Гранд-адмирал приказал повернуть вправо на четыре румба, что бы посмотреть, что же делается в хвосте колонны. Очевидно, пришельцы все же обнаружили эскадру. Новый курс должен был через четыре часа вывести эскадру под берег Тринидада. Все идущие за флагманом на дистанции в один кабельтов мателоты легли на новый курс через четверть часа. В хвосте колонны возобновилась пальба.

Теперь обладавший острым зрением адмирал увидел в паре миль за концевым галеоном совсем маленьких кораблик, как показалось адмиралу, размером с крупный рыбацкий баркас. Кораблик шел без парусов и явно преследовал колонну. На его баке часто, раза два в минуту, сверкали вспышки. Один галеон со спущенными парусами дрейфовал в двух милях позади кораблика. Адмирал понял, что наглое суденышко расстреливает концевой корабль, пользуясь скорострельностью своей пушки, при этом прикрываясь от других кораблей эскадры корпусом концевого галеона.

Адмирал распорядился сигнальными флагами передать всем кораблям приказ перестроиться влево в строй пеленга. Мателот дисциплинированно принял влево, выходя на левую раковину флагмана. За ним маневр повторили все корабли эскадры. Пока колонна перестраивалась, на концевом корабле начался пожар. С него густо повалил черный дым. Вскоре, пламя охватило паруса, галеон потерял ход.

Мелкий наглец взял влево, обходя горящий галеон, скрываясь с глаз за колонной, и явно намереваясь пристроиться в корму третьему галеону.

Неожиданно внимание адмирала привлек крик наблюдателя с марса грот-мачты. Приглядевшись в направлении, которое указывал рукой наблюдатель, он заметил милях в пяти еще один такой же маленький кораблик. Тот стремительно догонял эскадру. Не прошло и получаса, как кораблик догнал флагмана, проходя в двух милях по правому борту.

Теперь адмирал хорошо его рассмотрел. Парусов на нем совсем не было. Мачт – тоже. Посредине совершенно плоской палубы виднелась невысокая надстройка. На баке просматривались крохотная тонкая пушка. На корме – еще одна, еще меньшая. На палубе и надстройке стояли с десяток моряков. Адмирал не верил своим глазам. Неужели такая мелочь только что за какой-то час выбила из строя два огромных галеона?

Капитан корабля попросил разрешения обстрелять наглеца. Адмирал не разрешил. Дистанция была слишком велика. Кораблик вдруг сбросил скорость и взял влево, сокращая дистанцию. Когда он вышел на траверс галеона, до него осталось примерно полторы мили. Вот теперь: "Огонь!" скомандовал адмирал. Сперва громыхнула одна пушка. Недолет примерно на кабельтов. Затем грянул залп. Всплески встали вокруг кораблика, в основном с недолетом. На баке кораблика сверкнуло. У самого борта галеона взметнулся всплеск. Причем намного раньше, чем долетел звук выстрела. Об этом в докладах Вице-короля тоже говорилось, но гранд-адмирал не поверил. Канониры откатили пушки и принялись банить стволы.

Кораблик принял вправо, увеличивая дистанцию, потом снова встал на параллельный курс. Снова сверкнула его пушка. На палубе галеона раздался взрыв. Несколько матросов упали. Палуба на полтора пасо вокруг места взрыва вспыхнула и загорелась ярким пламенем с густым черным дымом. Кораблик стрелял не ядрами, а зажигательными бомбами, начиненными чем-то, похожим на греческий огонь. Капитан приказал тушить пожар. Матросы, кидая за борт ведра на веревках, попытались залить огонь.

Следуюшие три взрыва на палубе тоже вызвали пожары. Проклятый кораблик стрелял исключительно метко. Хотя, пара ядер дали перелеты. Адмирал приказал вывести из трюма пехотинцев на тушение пожаров в помощь матросам. Затем три раза подряд на палубе рвануло значительно сильнее. Эти бомбы пожаров не вызвали, зато каждая убила и ранила десятка по полтора моряков и пехотинцев. Бомбы давали тучу мелких осколков. Один из них впился в ограждение юта прямо перед адмиралом.

Очередной зажигательный снаряд разорвался на вантах. Облитые горючей жидкостью канаты вспыхнули. Другой снаряд попал в грот-мачту и зажег паруса. Пожары не успевали тушить. На палубе лежали десятки убитых и заживо горящих раненых. Новые очаги возгорания появлялись прежде, чем команда успевала потушить старые. Очаги пожара сливались, постепенно захватывая всю палубу. Шлюпки правого борта уже горели. Капитан приказал сбрасывать за борт бочонки с порохом. Стало ясно, что второй залп артиллеристы дать не смогут. Галеон был обречен. Моряки и пехотинцы начали прыгать за борт.

Адмирал приказал спускать шлюпки левого борта. В ближайшую к корме шлюпку предложил спуститься епископу и секретарю Армады с журналом приказов, а затем спустился по шторм трапу сам. Капитану и офицерам корабля пришлось применить оружие, чтобы не допустить к трапу команду. Матросы принялись грести в сторону от галеона.

* * *

Все оставшиеся испанцы в количестве пяти штук полными бортовыми залпами грохотали по новому грозному противнику. Но, ближе полутора миль Ушаков к ним не подходил. Достать его они так и не смогли.

Между тем, обездвиженные катерами испанцы, погасили пожары, кое как починили такелаж и помаленьку ковыляли к берегу Тринидада. Принявший командование группой кораблей командир Ушакова старлей Лукошкин приказал Альбатросам заняться подранками.

Второго испанца Ушаков взорвал. Его тяжелые фугасные снаряды, видимо, взорвали крюйт-камеру. Однако, шедшие в строю пеленга испанцы, прикрываясь справа избиваемыми Ушаковым кораблями, продолжали идти к близкому уже берегу. Сунуться им наперерез Ушаков уже не мог, не подставляясь под бортовые залпы в упор. Два галеона успели приткнуться к мели, прежде чем Ушаков успел их серьезно повредить. Еще один выбросился на мель, уже пылая факелом.

Однако, легко высадить пехоту на берег Ушаков испанцам не дал. Распределив цели орудиям, Григорьев снес с палуб галеонов все шлюпки. Осадка галеонов превышала три метра. Плавать большинство испанцев не умели. Так что, на берег они десантировались под артиллерийским огнем на подручных плавсредсвах, и в основном, без оружия. Ушаков продолжал расстреливать десант и на берегу. Немало солдат и матросов остались лежать на коралловом песке пляжа, прежде чем остальные скрылись в лесу.

Катерники устроили тяжелую жизнь оставшимся шести галеонам. Четыре из них сгорели, а два сумели доползти до берега. Получив сообщение о высадке на берег до шести сотен испанцев, администратор Тринидада легат Мелехин направил к месту высадки пограничников, племенное ополчение и гвардейские батальоны. Знавшие лес как свои пять пальцев, араваки до конца дня выловили почти всех испанцев. Сопротивления деморализованное воинство, практически, не оказывало. Остальных отлоли на следующий день.

Среди выловленных в море пленных оказались гранд-адмирал Диего Фернандес и епископ Лас Касас. Руководство Армады спаслось с флагманского галеона на шлюпке. Всего на суше и с воды взяли почти полторы тысячи пленных.

24. Заговор Дарав

На референдуме, прошедшем 1-го сентября, в День Республики, через полгода после разгрома очередной Великой Армады, народ Коммунистической республики Камчатка подавляющим большинством голосов утвердил поправки в Конституцию. Срок полномочий всех органов власти продлили до трех лет. Председателя Совнаркома и Председателя Верховного Суда решили избирать прямым голосованием. До следующих выборов оставался ровно год.

Республика крепла и процветала. Бюджет сводился с профицитом. На Гренаду ежемесячно приходил немецкий караван уже из 5–6 галеонов. Везлеры, осознав, что Новая Испания полностью отсечена от метрополии, взяли на себя все поставки в Европу драгоценных пород дерева из Америки. В Республику везли товары, которые республика сама не производила, в основном реактивы, материалы и ткани, а также мастеров дефицитных специальностей. Слухи о процветании ремесленников во владениях Республики в сочетании с веротерпимостью властей, распространившиеся в Германии и Голландии, вызвали ажиотаж в протестантских землях. В конторах банкирского дома мастера записывались в очередь на переезд.

Начали заходить на Гренаду и португальцы. Через них и немцев нарком внешторг Дружков намеревался наладить сбыт в Европе сахара, который Совнарком рассматривал как самый перспективный товар среди всех сельскохозяйственных. Переработка первого урожая сахарного тростника, выращенного в колхозах, дала почти полторы тысячи тонн сладкого продукта. 400 тонн сахара продали голландцам и португальцам. 800 тонн переработали в спирт, из него произвели почти тысячу кубометров водки, рома и двадцатиградусных фруктовых настоек, которые тоже, большей частью, продали немцам.

Через португальских и немецких матросов организовали утечку информации в Европу, о том, что Республика готова продавать в больших объемах крепкие спиртные напитки и сахар. В кабаках Красногорска матросики весьма оценили ошеломительные свойства новых напитков. Многие увезли на родину по десятку – другому бутылок для личного потребления.

Внешторг оценил потребность Европы в сахаре и продуктах его переработки в сто тысяч тонн. И это только для нужд дворянства и богатого купечества. Все колхозы получили госзаказ на максимальное расширение посевных площадей сахарного тростника и производства сахара. В Красногорск за сахаром и напитками пришли первые корабли из Голландии, Дании и Швеции.

К промышленным товарам, поставляемым в Европу, добавилась высококачественная цветная стеклянная посуда. Выпуск очков, стекла, зеркал, книг, часов и хинина специально тормозили, чтобы не сбивать цены.

Немцы стабильно поставляли в Красногорск с материка в необходимых количествах уголь, каучук, кору хинного дерева и красную древесину. Вырубку лесов на древесный уголь на всех островах прекратили.

Первый этап освоения Кубы и Гаити завершился. Все гарнизоны, колхозы и форты укомплектовали вооружением, механизмами и связью. Завершили строительство фортификационных сооружений. Города интенсивно восстанавливались. Большую часть испанских ремесленников, работавших по договорам, по их горячему желанию приняли в подданство. Испанских солдат и моряков, хорошо проявивших себя, тоже массово принимали в подданство. Особо отличившимся давали гражданство.

Закончилось формирование, оснащение и обучение туземных воинских формирований на Кубе и Гаити. Регулярные туземные войска Республики теперь насчитывали 16 тысяч человек, и это не считая пограничников и конвойников.

В администрациях городов и колхозов полным ходом шла регистрация подданных. Во всех населенных пунктах заработали начальные школы. В городах создавались школы – интернаты второй ступени.

На Кубе наркомат геологии и горной промышленности вел разведку месторождений никелевых, кобальтовых, хромовых и марганцевых руд, имевшихся там по литературным данным. К сожалению, точными координатами месторождений мартийцы не располагали. Разработка этих месторождений позволила бы металлургии Республики сделать резкий рывок в высококачественных сталях. Уже было найдено месторождение медной руды и начата его разработка.

Генштаб разработал план захвата испанских владений в Мексике. Планировалось в месячный срок всеми силами флота высадить во всех туземных племенах, обитающих на побережье, инструкторские отряды в составе взвода тяжелой пехоты, и передать в племена с каждым отрядом по несколько сотен единиц стального холодного оружия: копий, сабель, топоров и пару тысяч наконечников для стрел. Естественно, при условии признания племенами вассальной зависимости от Республики. После двух месячного обучения местных воинов, все туземные племена одновременно выступят с побережья вглубь Мексики.

Встреченные племена тоже должны приводиться к вассалитету. Испанские гарнизоны и поселения должны захватываться. Плененных испанцев Республика собиралась выменивать на стальное оружие и инструмент.

Во внутренних районах полуострова Юкатан, по сведениям, полученным от испанцев, продолжали сопротивляться отдельные племена индейцев майя. С ними планировалось войти в контакт через посредство прибрежных племен и тоже предложить им вассалитет в обмен на защиту от испанцев.

По расчетам Генштаба, не более чем через год испанцы будут осаждены в крупных городах и начнут голодать. Вся сельская местность и малые городки перейдут под контроль туземцев.

С этого момента планировался ввод в Мексику крупных миротворческих гвардейских контингентов, уровня полка, оснащенных нарезным оружием, минометами и радиосвязью, под командованием мартийцев. Осажденным испанским гарнизонам будет предложено признать власть Республики. Сдавшимся будут гарантированы жизнь, сохранение имущества, свобода вероисповедания и равноправие с туземцами.

Совершенно неожиданно, в этом согласился оказать помощь взятый в плен в сражении с Армадой епископ Лас Касас. Оказалось, что этот епископ давно и последовательно защищал права индейцев перед испанской короной, и даже добивался для индейцев свободы вероисповедания и равных прав с испанцами. Ознакомившись с условиями жизни в Республике подданных туземцев и расконвоированных испанцев, епископ сам выразил желание быть посредником в переговорах с властями Новой Испании. Однако, Совнарком решил сначала обеспечить себе в переговорах позицию силы. Новую Испанию решили подчинить, а не договариваться с ней на равных.

Совнарком планировал в дальнейшем разделить всю территорию Мексики на административные области. Испанцев использовать в местных администрациях, младшими командирами в войсках и флоте, а также в качестве купцов и ремесленников, как это уже делалось на островах.

КБ и завод изготовили первые паровые двигатели мощностью 1000 лошадиных сил. Их установили парами на два строящихся крупных корабля, предназначенных для походов в Европу. Первый поход планировали в Белое море, для установления торговых связей с Великим Новгородом и Москвой, а также для найма русских ремесленников, крестьян и закупки молодых русских женщин. Из Новгорода предполагали завозить парусину, пеньковые канаты, льняные ткани и мед.

Корпуса кораблей делали аналогично крейсерам Суворов и Кутузов, однако, запроектировали установку на них трех мачт с парусной оснасткой смешанного типа. Артиллерию решили сократить до двух орудий калибра 90 и 76 мм, а также вдвое уменьшить топливные танки. По проекту, корабли, отнесенные к типу моторных баркентин, должны будут принимать до 600 тонн грузов. Кроме этих двух кораблей, верфь выпустила еще две двухсот тонных шхуны. Комфлота Звягинцев посчитал такие корабли наиболее пригодными для патрульной службы в проливах Антильских островов.

Двигателисты форсировали двигатели ГАЗ до 72 лошадиных сил и вдвое снизили их вес за счет отливки корпусов из алюминия. Авиастроители выпустили три гидросамолета К-2м, отличавшиеся от первых двух образцов новыми двигателями и алюминиевой обшивкой корпуса. За счет этого удалось повысить грузоподъемность аппаратов до 220 кг и дальность полета до 760 км. Новые самолеты поставили на почтовую линию Гавана – Ульяновск – Ленинград. Попутно, летнабы вели наблюдение за проливами.

Росла и хорошела столица Республики – Ленинград. Вдоль главной улицы уже стояли 160 индивидуальных жилых домов. Избиратели, декурионы и часть легатов уже были обеспечены жильем. Высокое начальство постановило строить жилье для себя в последнюю очередь. Во всех домах было электричество, работал водопровод и канализация, звонили телефоны. Все инженерные сети были проложены в облицованных известняком коллекторах, проложенных под тротуарами. На параллельной улице Маркса росли дома граждан и подданных.

На центральной площади возводились четыре больших трехэтажных здания с колоннами и портиками: Дом Советов, Дворец культуры, Дом вооруженных сил и Дом наркоматов. На улице Маркса строились двухэтажные школа – интернат 3-ей ступени, комбинат бытовых услуг, магазины, столовая, и ресторан.

Магазины города ломились от товаров. Ремесленники развернулись вовсю. Город ремесленников Кировоград на Сахалине тоже интенсивно строился, причем, большей частью, за счет средств подданных – местных ремесленников, купцов и военных. Однако, никакой анархии не допускалось. Город застраивался домами по типовым проектам по утвержденному генплану.

Город внешторговцев Красногорск на Гренаде застроили как витрину для внешнего мира – двухэтажными домами мартийцев и трехэтажным зданием наркомата внешторга. Вечером и ночью единственная улица города и порт сияли электрическими огнями, приводя заезжих аборигенов в изумление. Впрочем, аккредитованные в городе купцы строили и одноэтажные дома – представительства, таверны, гостиницы и склады товаров.

Спецзавод начал производство пулеметных броневиков, наподобие того, с которого выступал Ленин на Финляндском вокзале в 17-том году. Совнарком постановил обеспечить каждый остров и каждый город, как минимум, одним броневиком. Вероятность того, что испанцы или карибы все же смогут высадить десант на один из островов, еще сохранялась. А пулеметный броневик по нынешним временам был сверх оружием, способным безнаказанно уничтожить любую толпу нападающих. Современная артиллерия поразить движущуюся малогабаритную цель была неспособна в принципе.

КБ выпустило опытный трактор с двигателем Болиндера и отправило его на испытания в колхоз на Сахалин.

Оружейники массой гнали двустволки, ручные пулеметы и минометы для туземной гвардии. Пушкари переоснастили все береговые батареи Крыма новыми нарезными 90-миллиметровками. Для береговых батарей других островов серийно выпускали трехдюймовки. Лаборатории активно работали, чтобы приблизить ТТХ самодельных пушек и боеприпасов к штатным образцам из старого мира.

Стоящий на якоре Марти приспособили под учебный корабль ВМФ. На нем проживали и учились артиллеристы, штурмана, мотористы, сигнальщики и связисты для комплектования экипажей новых кораблей.

В последний сухой сезон в Крыму возникла серьезная проблема. Из-за малого количества дождей понизился уровень грунтовых вод. Пришлось сократить время работы производств, потребляющих большое количество воды: химических, бумажных и металлургических. Питьевой воды из родников и колодцев хватало, однако на промышленные нужды воду пришлось экономить. Дошло до того, что техническую воду завозили в нефтяных танках транспортных парусников с соседнего Сахалина.

В сезон дождей по любой лощине между холмов острова сбегали ручьи, пересыхающие в сухой сезон. В шести самых больших лощинах острова построили плотины с бетонным ложем водохранилищ, чтобы запасти воду в сезон дождей. Сейчас, к концу сезона дождей, все водохранилища были полны. На будущее Совнарком принял постановление о переносе водоемких производств из Крыма на близлежащий остров Кириаку, имеющий площадь в два раза больше Крыма. В то же время, сравнительно небольшая площадь острова позволит обеспечить надежную охрану и полную секретность производств.

– Все точно, как я и предсказывал! Мещерский добился, что его через год выберут Предсовнаркома прямым голосованием сразу на три года! – веско выступал перед членами бюро фракции Дарав секретарь бюро легат Скрипко. – А за три года еще больше мартийцев получат хлебные должности! Рядовыми избирателями уже никто из комсомольцев не останется, все станут минимум центурионами или легатами. Большинство будут всякими производствами, городами и колхозами командовать. Все комсомольцы еще больше обуржуазятся, обмещанятся и будут Мещерскому в рот глядеть. Потом его с этой должности никак не сковырнешь!

– И что же нам делать? – вопросил член бюро легат Скобелкин.

– Мы больше не можем терять время! Идеалы большевизма попраны! Про мировую революцию больше никто из начальства и не вспоминает! Дело Ленина – Сталина в смертельной опасности! И только мы еще можем его спасти!

– Говори конкретно! План у тебя есть? Лозунгов мы уже достаточно наслушались, – осадил соратника вторсекр бюро центурион Мамыкин.

– У нас остался только один путь, как у большевиков в 17-том году – вооруженное восстание!

– Но, у нас во фракции всего 57 мартийцев и 96 араваков. Из араваков только 34 – граждане, имеющие гладкоствол. Остальные – подданные с холодным оружием. А в городе еще полторы сотни мартийцев и почти сотня граждан – араваков, которые нас не поддерживают. Соотношение по огнестрельному оружию три к одному не в нашу пользу. К тому же, есть еще гарнизон с пулеметами, пушками и минометами, где наши тоже в меньшинстве. Так что, восстание никаких шансов на успех не имеет! – возразил член бюро избиратель Шабалкин.

– Вот поэтому, будем придерживаться тактики вооруженного переворота. Тайного и внезапного! Утром все лягут спать под властью клики Мещерского, а проснутся – уже при нашей власти. Весь Совнарком, Политбюро и Совет за ночь арестуем и посадим под замок. Выступим по радио и все народу объясним! Уверен, угнетенные народные массы араваков нас поддержат! Сразу объявим о переводе всех араваков Крыма в категорию избирателей! И пообещаем перевести в избиратели всех араваков Тринидада, Сахалина и Гренады. Вот и все! Сразу за нас встанет подавляющее большинство народа!

– Но, весь флот у нас в разгоне. А если экипажи нашу революцию не поддержат? Примут на борт гвардейцев на Гаити и Кубе и задавят нас числом! На флоте артиллерия куда мощнее береговой! – возразил лидеру Мамыкин.

– На кораблях почти весь экипаж – араваки. Немного испанцев и совсем мало мартийцев. Так что, араваки в экипажах против нас не пойдут! Сагитируем по радио, пока корабли до Крыма дойдут! – уверенно заявил Скрипко.

– Но, ведь мы так всю власть аравакам отдадим! Их только в Крыму почти тысяча. А на Тринидаде с Сахалином и Гренадой их тысяч шесть. – снова засомневался Шабалкин.

– Обещать, это еще не значит выполнить! Как у власти укрепимся, будем это дело затягивать, а потом и вообще в долгий ящик отложим. Народные аравакские массы еще не скоро до коммунистического классового сознания дозреют, – пояснил Скрипко.

– Все, хватит переливать из пустого в порожнее, будем готовить конкретный план восстания! Я, Мамыкин и Скобелкин за два дня разработаем план и доложим на бюро. О том, что этот план абсолютно секретен, я думаю, никому напоминать не надо! Если кто проболтается, с ним поступим по всей строгости революционных законов!


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю