290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Коммунистическая республика Камчатка (СИ) » Текст книги (страница 21)
Коммунистическая республика Камчатка (СИ)
  • Текст добавлен: 1 декабря 2019, 17:01

Текст книги "Коммунистическая республика Камчатка (СИ)"


Автор книги: Виктор Старицын






сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 25 страниц)

Карибы навалились на шеренгу копейщиков и отхлынули назад. Копья с длинными обоюдоострыми наконечниками наносили обнаженным телам туземцев страшные раны. Копейщики по команде комбата шагнули вперед и еще раз ударили копьями в голые тела. Из-за спин копейщиков с воинственным кличем араваков выскочили мечники и принялись рубить карибов, как тростник. Через несколько минут все было кончено. Превосходство в вооружении, выучке и тактике обеспечили победу. Немногие уцелевшие карибы скрылись в лесу. Гвардейцам осталось только дорезать раненых и разжиться зубами для ожерелий. Батальон потерял четверых бойцов. Карибы – около пяти сотен. И второе племя карибов было полностью разгромлено.

Батальон перешел на землю третьего карибского племени, последнего перед Санто-Доминго. Вблизи от города испанцы истребили все туземные племена. Первые две деревни оказались пустыми. На ночевку батальон встал в третьей деревне. На ночь выставили секреты на деревьях и усиленные караулы по периметру деревни. Комбат ожидал ночного нападения. Караульные всю ночь жгли большие костры, которые не смог погасить даже дождь. Воины спали в хижинах с оружием под рукой.

Карибы напали под утро во время очередного ливня. В карауле стояла рота Буугеля. К счастью, секреты успели подать сигнал о нападении криком обезьяны-ревуна. Одной ротой оцепить всю деревню возможности не было, поэтому каждую хижину обороняло сводное отделение роты в составе 3-х копейщиков, 4-х мечников и 3-х лучников. Копейщики и мечники выстроились в короткую полукруглую шеренгу, загнув фланги, лучники встретили атакующих стрелами, стоя за спинами товарищей. Задачей отделений было прикрыть вход в хижину, откуда выскакивали ночевавшие в ней гвардейцы. В свете костров набегающих карибов били на выбор в упор.

Выбегавшие из хижины воины пристраивались с флангов к короткой шеренге, растягивая её в длину. Волна атакующих накатилась на строй и отхлынула, оставив на земле вопящих и корчащихся раненых. Карибы уже проскочили в деревню между хижинами, но у каждой хижины уже образовалось ощетинившееся копьями и саблями кольцо гвардейцев, из которого часто летели стрелы, разившие врагов. Повинуясь приказам взводных командиров, кольца начали стягиваться к центру деревни, где они смыкались и укрупнялись.

Попытки карибов проскочить внутрь колец не удавались. Нескольких прорвавшихся воинов зарубили топорами лучники. Каждого лучника обучили орудовать боевым топором с полукруглой передней кромкой, насаженным на длинную рукоять из железного дерева. Любое стальное оружие: копье, абордажная сабля, прямой меч или боевой топор в умелых руках было смертельно опасно для голых туземцев.

Вскоре в центре деревни сформировалось батальонное кольцо, неприступное для карибов. Из кольца густо летели стрелы, быстро снижавшие число боеспособных воинов. Попрыгав вокруг кольца и повопив свои кричалки, карибы поняли, что никакого реального вреда батальону причинить не могут. Оставив на земле большую часть воинов, карибы скрылись в темноте. Преследовать их не стали. Батальон потерял девятерых воинов убитыми. Карибов в деревне перебили более трех сотен. Большая часть отступивших в лес туземцев получили ранения. Прочесав утром лес вокруг деревни, обнаружили еще четыре десятка трупов. Карибы добили своих раненых.

Дождавшись подхода отряда ополчения, батальон оставил под ответственность вождя два десятка серьезно раненых и двинулся в Санто-Доминго.

Через неделю в городе состоялся общий совет вождей острова Гаити, на котором отбитые у карибов деревни были поделены между аравакскими племенами, в соответствии с количеством воинов, участвовавших в операции.

В конце июля в Ленинград вернулись из похода Аврора и Варяг. По сведениям, почерпнутым из учебника по экономической географии Южной Америки, вблизи города Барселона, расположенного на побережье Венесуэлы в двухстах милях западнее Тринидада, находилось мелкозалегающее месторождение коксующегося угля Нарикуаль. Самого города, понятное дело, еще не было, но его будущее местоположение определялось однозначно по характерным очертаниям береговой линии.

С помощью немцев – представителей губернатора, удалось войти в контакт с местными туземцами, которые указали, где можно найти черный горючий камень. Выходы угольных пластов на поверхность обнаружились всего в двенадцати километрах от берега. В двадцати километрах от месторождения, на месте будущей Барселоны наличествовала удобная закрытая бухта.

Наняв местных рабочих, корабли загрузили двадцатью тоннами угля. На обратном пути зашли на Гренаду, где высадили представителей губернатора Венесуэлы. Прибывший на встречу с ними Зильберман привез для губернатора проект договора на поставку угля в Республику.

Предложили цену четыре эскудо за тонну угля с доставкой на Гренаду. По расчетам наркомата внешторга, такая цена должна окупать немцам все затраты на добычу и доставку угля в Республику, а также давать прибыль около полутора эскудо с тонны. Текущие потребности Республики оценили в 1200 тонн в месяц, по 400 тонн на металлургию, кирпичные и цементные заводы. На строительство карьера, порта и дороги от карьера к порту республика готова была дать немцам кредит в двадцать тысяч эскудо с покрытием поставками угля. С Авроры привезенный уголь выгрузили, и Зильберман отбыл на ней вместе с немцами в Маракайбо на встречу с губернатором. Поставки угля должны были еще крепче привязать немцев к Республике.

Немцы уже поставляли в Республику каучук и кору хинного дерева. Ежемесячно два немецких галеона уходили с Гренады в Гамбург с произведенными в Республике товарами и возвращались из Европы с нужными Республике грузами и специалистами. По подсчетам нарком внешторга, немцы уже имели от контрактов с республикой ежемесячную прибыль не менее 14 тысяч эскудо. Республика могла бы отправлять в Европу и больше товаров, однако Совнарком не увеличивал их производство, чтобы не сбивать цены на них в Европе.

Спецзавод закончил производство комплекта крупногобаритных металлообрабатывающих станков, и был готов приступить к мелкосерийному выпуску автомобилей, тракторов и броневиков. Однако, пришлось ставить на поток паровые и водяные динамо-машины, пушки и минометы для новых портов и фортов на Кубе и Гаити. В электроцехе для них массово выпускались электролампы, прожектора, провода и выключатели, аккумуляторы. Радио-лаборатория гнала серию длинноволновых радиостанций для фортов и коротковолновых станций для катеров, телефонных аппаратов и коммутаторов для местной связи.

Начали серийное производство двустволок и обрезов калибра 12, 5 мм для туземных формирований, а также нового патрона для них. КБ поручили разработку станкового пулемета под новый патрон.

Кошкину наконец удалось довести до ума гидросамолет. Два сухопутных самолета К-1 уже давно совершали регулярные полеты по маршруту Гренада – Кириаку – Крым – Сахалин, перевозя почту. На всех остальных островах Антильской гряды пленные испанцы сооружали аэродромы для них.

При разработке летающей лодки Кошкин решил отталкиваться от имеющейся конструкции самолета К-1. Корпус обшили бальсовой фанерой с нижней частью в форме килевой лодки. Днище обшили десяти миллиметровой фанерой, борта – восьми миллиметровой и верх корпуса – пяти миллиметровой. Коробчатую силовую конструкцию двух плоскостей подняли выше корпуса, так что нижняя плоскость гидросамолета оказалась на месте верхней плоскости прототипа У-2. На удлиненных вниз стойках силовой коробки установили изготовленные из фанеры поплавки, имевшие вид маленьких лодок – байдарок. Прямо над поплавками на верхней плоскости установили в фанерных гондолах два форсированных двигателя ГАЗ-АА максимальной мощностью 57 лошадиных сил.

По сравнению с К-1 вес пустого самолета вырос с 800 до 1300 кг, что потребовало увеличения площади крыльев до 60 квадратных метров, размах крыльев увеличился до 12 метров. Кошкин долго провозился с подбором формы нижней части корпуса. Его пришлось переделывать трижды. В конце концов, удалось получить достаточную мореходность. В итоге, самолет мог взлетать и садиться при высоте волны до 50 см, то есть в открытом море при волнении до 2 баллов или в закрытых бухтах. Для обеспечения гарантированной плавучести на случай аварии все полости в корпусе и поплавках заполнили надутыми воздухом резиновыми баллонами.

Максимальная скорость самолета составила 96 км/час, дальность полета со 110 литрами топлива – 420 км. Грузоподъемность с одним пассажиром – 80 кг. В акте госкомиссии указали на необходимость увеличения мощности и снижения веса двигателя. КБ озадачили разработкой алюминиевого блока цилиндров двигателя и увеличением его мощности до 80 лошадиных сил.

Перед подписанием акта приемки первого образца гидросамолета К-2 председатель Совнаркома решил лично совершить полет. На К-1 Мещерский уже летал, теперь ему просто захотелось прокатиться на гидросамолете.

Самолет стоял у специально построенного для него в мелководной северной бухте причала. Барьерный риф защищал бухту от океанской волны, поэтому высота волн в бухте не превышала четверти метра. Пилотировать самолет решил сам главный авиаконструктор Кошкин. После приемки в эксплуатацию самолета К-1 ему присвоили гражданскую категорию легата Республики. В штате авиалаборатории было два пилота – испытателя, но Председателя Совнаркома он решил покатать лично.

Мещерский разместился в задней кабине летчика наблюдателя, одел положенные очки – консервы и пристегнулся ремнями. Парашютов в республике еще не производили, но К-2 мог приводниться в любом месте, даже при отказе обоих двигателей, что было крайне маловероятно. Дождавшись, пока пассажир пристегнется, Кошкин спросил разрешения на взлет.

Получив его, вытянул рычаг дроссельной заслонки карбюраторов, включил зажигание и нажал кнопку стартера. Электромоторы стартеров крутанули оба двигателя. Моторы рыкнули и вскоре ровно заработали на холостых оборотах. Прогрев двигатели, Кошкин утопил рычаг подсоса и взмахом руки приказал стартовому расчету отдать швартовы. Спрыгнув с причала на левый поплавок, туземцы отвязали оба швартовочных конца, затем взобрались обратно и, упираясь в крыло, оттолкнули самолет от причала. Кошкин плавно прибавил газ. Самолет постепенно разогнался, гулко шлепая днищем по волнам. Пробежав с километр, гидроплан оторвался от воды и начал плавно набирать высоту.

Справа бликовала в лучах солнца поверхность океана. Слева постепенно уходили вниз холмы северного мыса. На вершине самого высокого холма виднелась замаскированная под туземную хижину стотридцатка северной артпозиции. Около нее маячили два наблюдателя. На склоне холма пылил известняковый карьер.

На берегу бухты суетилась стройплощадка. Туда планировали перенести металлургические заводы. Их старая территория оказалась прямо в черте будущего города. Дым и копоть заводов сильно досаждали мамашам с детьми. В дальнейшем на берег этой бухты решили перенести и цеха спецзавода, поскольку грохот паровых молотов и визг металлорежущего оборудования тоже беспокоили младенцев и их мам. В предвидении выборов Совнарком принял решение о выводе всех промышленных производств подальше от жилой части города.

Над проливом, отделяющим Крым от Сахалина, Кошкин плавно развернулся влево. В ярко-синей воде качались пироги туземных рыбаков с Сахалина. По правому борту за проливом отчетливо просматривались постройки Кировограда, порт и цеха общего завода, а за ними у подножия гигантского вулканического конуса дымил трубами цементный завод.

Самолет набрал высоту полкилометра и летел по горизонтали, плавно покачиваясь в восходящих потоках воздуха. Ровно гудели двигатели. Встречный ветровой поток свистел в растяжках крыльев, и шуршал, огибая округлое стекло лобового щитка. Николай Иосифович вытянул правую руку за борт и подставил ладонь набегающему потоку воздуха. Ему пришлось слегка напрячь мышцы, воздух с ощутимой силой давил на ладонь.

Пилот повел машину вдоль обрывистого западного гребня острова. Впереди показалась западная бухта. Сейчас у причалов стоял Марти и всего один рейсовый корабль. Весь флот был задействован в операциях "Куба" и "Гаити". На холме над бухтой виднелась западная артпозиция. Вверх от бухты уходил главная улица будущего города, сверкающая на солнце покрытием из светлого известняка. Справа от улицы виднелись выстроившиеся в ряд аккуратные коробочки строящихся жилых домов. На берегу бухты четко были видны большие прямоугольники жилых и промышленных зон. Дымили трубы заводов.

На южном берегу хорошо просматривались постройки лабораторного и оружейного секторов. По ним тоже было принято решение о переносе их на южную оконечность острова. В свое время в спешке не додумали, что размещать химические и пороховые производства вблизи жилых зон опасно.

Обогнув вытянутый южный мыс острова с расположенной на нем артпозицией, Кошкин левым виражом плавно развернул самолет и повел его вдоль восточного берега. На мысу за длинным широким пляжем тоже кипела стройка. Туда запланировали перенести все химические производства и цех снаряжения боеприпасов.

За мысом, ограничивающим с юга восточную бухту открылся вид на кирпичный завод, лесопилку, лагеря военнопленных, туземную деревню и верфь. На высоком северном мысу бухты виднелась пушка восточной артпозиции.

На Николая Иосифовича накатило чувство восторга и небывалой гордости за себя самого, за своих товарищей – наркомов, да и за всех мартийцев. Всего лишь два с небольшим года назад, они были выброшены в этот мир, практически, с пустыми руками. За это короткое время они сумели провернуть гигантскую, немыслимую работу!

На пустых заросших лесом островах выросли процветающие промышленные города! Мартийцы обеспечены всем необходимым и уверенно смотрят в будущее. А ведь он видел с самолета лишь небольшую часть владений Республики. Есть еще нефтепромыслы Тринидада, рудники, порты, города, форты, колхозы. Карибское море бороздят три десятка кораблей. Вся гигантская дуга Антильских островов, растянувшаяся на две тысячи миль, вскоре окажется под властью Республики. А теперь и небо будет бороздить воздушный флот Республики!

И в самом деле, теперь придется сформировать военно-воздушные силы Республики. Уже три самолета есть, и еще два в постройке, пришла в голову трезвая практическая мысль, проломившись сквозь охватившую председателя Совнаркома эйфорию. Опять кадры нужны!

Пройдя траверс центральной бухты, к которой с холмов спускалась светлая линейка Центрального проспекта, пилот уменьшил обороты двигателей, самолет начал плавно снижаться, и вскоре о днище застучали мелкие волны северной бухты. Облет острова занял сорок четыре минуты. Высадившись на причал, Николай Иосифович сразу подписал акт приемки гидросамолета К-2 в эксплуатацию.

21. День выборов

Верховный Совет Коммунистической Республики Камчатка назначил выборы в на выходной день 3-го сентября 1541-го года. Все лето три фракции комсомола и парторганизации: центристы – большевики, правые – социалисты и левые – даравовцы вели жесткое предвыборное соревнование. Помимо агитации в листовках и в единственной еженедельной газете республики «Известия Верховного Совета», в которой каждой фракции бесплатно предоставлялось место для публикаций, в ход пошли: раздача избирателям обещаний в виде высоких постов, наград и внеочередного улучшения жилищных условий. Дарав и социалисты обещели снять ограничение на количество жен.

Большевики выдвинули в Совет всех его членов, уже отработавших один срок в Совете, приписывая им все достижения республики за два прошедших года. От аппарата органов власти выдвинули Председателя Совета, главного инженера спецзавода Вострикова, от флота – командира сторожевика Лукошкина, от лабораторий, КБ и верфи – директора верфи Мякишева, от сухопутных сил – главкома Сокольского, от спецзавода – начальника электромеханического цеха Быстрицкого и начальника участка Панина, от всех остальных заводов – директора химзавода Зиборова. Последнего выдвинули вместо Дохнова, ставшего наркомом легпищепрома. Совмещение поста наркома с членством в Совете посчитали нецелесообразным.

Социалисты и даравовцы выдвинули во всех избирательных округах своих кандидатов. Нескольких человек выдвинули трудовые коллективы. Такое право по конституции они имели.

За два месяца до выборов Совнарком пошел навстречу чаяниям масс и снял запрет на изготовление и продажу спиртных напитков крепостью до 10 градусов. Эти ограничения давно раздражали избирателей – мужчин. А избирателей женщин в Республике пока не было. Испанцы – ремесленники за месяц насытили рынок пивом. Появились в продаже сахарная брага и вино. Брагу поставляли туземцы, а вино – немцы. Впрочем, продажу спиртного разрешили только с 18 до 22 часов в рабочие дни и с 12 до 20 часов в выходные и праздничные дни. На Сахалине подданные испанцы открыли первую таверну.

За неделю до дня выборов в ход пошло даже распространение слухов, порочащих чужих кандидатов. В этом отношении особенно отличались даравовцы. Они персонально обвиняли кандидатов – большевиков в стремлении к личному обогащению, бонапартизме, предательстве коммунистических идеалов и других смертных грехах.

Социалисты инкриминировали даравовцам троцкизм, лицемерие и стремление к военному коммунизму. Страсти кипели. Идеологическая борьба развернулась во всю ширь. Вечером после работы за доминошными и шахматными столами, на волейбольной площадке и на футбольном поле и даже в бане за кружкой пива друзья и коллеги спорили до хрипоты.

Доходило до перехода на личности и рукоприкладства. Впрочем, драчунов быстро разнимали. Основная масса полноправных граждан головы не теряла.

За большевиков играл административный ресурс. В армии, на флоте и на всех остальных производствах, кроме спецзавода, мартийцы имели гражданскую категорию, как минимум декурионов. Идеи даравовцев они не разделяли.

В последний выходной день перед выборами первым десяти избирателям торжественно, на обще крымском митинге вручили ключи от личных домов. Все десять были рядовыми рабочими спецзавода. На этом настоял лично Мещерский, поскольку во фракции Дарав состояли в основном именно рядовые рабочие спецзавода, имевшие вторую гражданскую категорию. Среди рабочих 5-го и 6-го квалификационных разрядов, ставших декурионами, идеи Дарав такой популярностью уже не пользовались. Как утверждает марксистско-ленинская философия: бытие определяет сознание.

Среди административного персонала островов и прочих производств значительной поддержкой пользовались социалисты, поскольку администраторы территорий были, по совместительству, и председателями колхозов. В аренду гражданам были переданы лесопилки и кирпичные заводы на Тринидаде, Сахалине, Пуэрто-Рико, Гренаде и Ямайке. Арендаторы производств, понятное дело, тоже были за социалистов.

* * *

Настроения в Мехико были хуже некуда. Мрачные мысли одолевали Антонио де Мендоса днем, мешали спать ночью. Черные вести приходили одна за другой. Пришельцы захватили поочередно все острова Малой Антильской гряды. В индейских племенах на юго-востоке Мексики начались бунты, вызванные слухами о разгроме индейско-испанского войска на Тринидаде. Уцелевшие в битве туземцы рассказывали о божественном происхождении пришельцев, их беспредельном могуществе и милости к индейцам. В племенах туземцы шептались, что новые боги бьют испанцев как и где хотят. Пока что бунты удавалось подавлять.

Но, власти понимали, при поддержке пришельцев туземцы смогут истребить немногочисленные испанские гарнизоны и на материке. На Антильских островах пришельцы так и действовали.

Вице-король Новой Испании каждый месяц направлял в Мадрид корабли с последними сведениями о пришельцах, какие только удавалось добыть. В последнее время много важных свидетельств удалось получить у немецких матросов с кораблей, заходивших к пришельцам на Гренаду. В портах Кубы и Гаити немецкие матросы выпивали в кабаках с испанскими моряками. Местным портовым властям удалось выяснить, что венесуэльские немцы уже давно торгуют с пришельцами. Поставляют им кору и сок каких-то деревьев с материка, а также вывозят товары пришельцев на продажу в Европу.

Впрочем, этот источник информации быстро иссяк. Корабли с Кубы и с Гаити в Веракрус перестали приходить. Вскоре стало известно, что пришельцы захватили все порты на этих островах. А в Веракрус с некоторых пор немцы заходить перестали. Мендоса подозревал, что такое требование немцам выставили пришельцы.

Да и вообще, в последние месяцы, количество кораблей, приходящих в Веракрус из метрополии, резко сократилось. Ясность внес капитан каравеллы, пришедшей из Испании через Флоридский пролив между Кубой и материком.

Капитан сообщил, что отряд из трех кораблей, шедший из Ла-Коруньи, был застигнут во Флоридском проливе кораблем пришельцев, шедшим без парусов. При виде его отряд распался, все три корабля попытались уйти врассыпную. Капитан видел, как пришельцы догнали и утопили одну каравеллу, затем налетевший дождевой шквал скрыл их из виду. Вскоре стемнело, и капитану удалось уйти от пришельцев незамеченным. Поскольку второй корабль из отряда в Веракрус тоже не прибыл, можно было предположить, что участь его была печальной.

Вице-король тут же отправил в Испанию две шхуны, только что спущенные на воду. Новая верфь в Альварадо в максимально возможном темпе строила корабли. Каждую неделю на верфи спускали на воду шхуну или каравеллу. Командующий флотом Родриго де Кордива с санкции Вице-короля выгребал из городов с помощью алькальдов всех отставных моряков для комплектования экипажей новых кораблей.

В очередном письме императору Мендоса сообщил, что после захвата Кубы и Гаити пришельцы установили полную блокаду Новой Испании, а также доложил, что венесуэльские немцы снюхались с пришельцами.

Ввиду полного уничтожения флота Вест-Индии накопленное золото и серебро в метрополию вывезено быть не может. В Мехико скопились огромные запасы драгоценных металлов. Вследствие разгрома сухопутных сил Новой Испании, в случае нападения пришельцев на Мексику, он не имеет возможности оказать им достойное сопротивление, и накопленные запасы будут неминуемо захвачены пришельцами.

Антонио де Мендоса заклинал императора всемерно ускорить отправку военной экспедиции в Новую Испанию, иначе заокеанские владения Испании будут навсегда потеряны. Пришельцы постоянно усиливаются, привлекая на свою сторону туземцев.

Тем не менее, власти Новой Испании при полной поддержке церкви делали всё возможное, чтобы дать отпор безбожным пришельцам, в случае, если те попытаются высадиться на материк. Во всех соборах и церквях предавали врага анафеме и звали добрых католиков в крестовый поход против слуг Антихриста.

Поскольку выяснилось, что береговые крепости не в состоянии противостоять корабельной артиллерии пришельцев, было решено дать им бой на суше. В городах на основных дорогах, ведущих от портов к столице, в бешеном темпе строились крепости. Перед мостами на значимых реках сооружались предмостные укрепления. Из глубины страны в новые крепости завозились пушки. Во всех кузнях Мексики мобилизованные кузнецы без устали ковали оружие.

Командующий армией Пабло де Эскобар колесил по городам и крепостям, добиваясь от местных властей усиления гарнизонов. По всей стране мобилизовали в армию всех ветеранов. В городах и селах формировались отряды ополчения. Инвалидов мобилизовали и заставили учить новобранцев. Новая Испания готовилась к смертельному бою.

* * *

Вот и настал день, к которому Республика долго готовилась. Верховный Совет и его исполнительный орган – Совнарком держали экзамен у строгих судей – полноправных граждан Республики.

Избирательное право в республики было самым демократичным из всех возможных. Выборы были всеобщими, прямыми, равными и тайными. Каждый гражданин имел право голосовать, каждый гражданин имел только один голос. Тайна голосования обеспечивала свободу волеизъявления граждан.

Вот только право голоса имели лишь полноправные граждане общим числом 372 человека, а именно, мартийцы, переброшенные из СССР 20-го века в Вест-Индию 15-го. Кроме них в республике проживало полторы тысячи гражданок и граждан бпг, примерно 150 тысяч подданных туземцев, но их регистрацию на Гаити и Кубе еще только предстояло провести. Кроме того, имелось полтысячи пинятых в подданство испанцев, более трех тысяч иностранцев на договорах и более 20 тысяч пленных испанцев и карибов. Плюс тысяч двести несовершеннолетних аборигенов.

Тайну выборов можно было обеспечить только в самых крупных поселениях: Ленинграде, Сталинграде и Кировограде. Значительная часть избирателей проживали в малых поселениях. В трех десятках колхозов имелось лишь по три мартийца: администратор – председатель колхоза, начальник вооруженных сил и командир патрульного катера. При этом администратор голосовал по административному избирательному округу, начальник вооруженных сил – по округу сухопутных войск, а командир катера – по флотскому округу. Понятное дело, что в этом случае о тайне голосования говорить не приходилось.

Голосование провели с 9 до 11 часов утра. С 11 до 13 часов участковые избирательные комиссии вскрывали урны для голосования и подсчитывали голоса, поданные за кандидатов. С 13 до 15 результаты голосования передавались по радио в центральную избирательную комиссию в Ленинград. В 19 часов результаты выборов объявили по радиотрансляции в Ленинграде и передали в эфир на общей радиовещательной волне.

Начиная с июля месяца радиостанция Ленинграда "Радио Республики" ежедневно с 19 до 21 часа передавало новости, зачитывала постановления Верховного Совета и Совнаркома, перемежая их музыкой и литературными чтениями. В Красном Кубрике Марти и в собственности экипажа оказалось немало пластинок. Имелся и патефон. Эти передачи принимались на всех островах во всех городах населенных пунктах Республики. Радио транслировали по громкоговорящей радио сети.

В этот день в 19–00 у радиотрансляционных громкоговорителей собрались все граждане Республики. Председатель Центральной избирательной комиссии Верховный Судья Тараторкин зачитал результаты выборов.

По административному округу с большим преимуществом победил кандидат от большевиков Председатель Верховного Совета Востриков. От флота и сухопутных войск также без проблем прошли кандидаты от большевиков Лукошкин и Сокольский. От лабораторий и КБ в Совет с небольшим перевесом прошел выдвинутый большевиками Мякишев, опередивший выдвинутого социалистами популярного в народе начмедлаба Пимочкина. От спецзавода прошел большевик Быстрицкий, а вот второго большевика Панина обошел вожак даравовцев Скрипко. В избирательном округе остальных производств большевика Зиборова на пять голосов обошел выдвинутый социалистами арендатор типографии Зюскинд.

На вечернем совещании синклита новый состав Совета оценили как представительный и сбалансированный. В нем были представлены все общественные течения. Центристы – большевики сохранили большинство. Ретивого левака Скрипко из дарава уравновешивал рьяный социалист Зюскинд.

В понедельник Верховный Совет собрался в новом составе. Впрочем, поменялись только два его члена. Совет народных комиссаров большинством голосов был утвержден в прежнем составе. Скрипко голосовал против всех, Зюскинд – против Мякишева.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю