290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Коммунистическая республика Камчатка (СИ) » Текст книги (страница 14)
Коммунистическая республика Камчатка (СИ)
  • Текст добавлен: 1 декабря 2019, 17:01

Текст книги "Коммунистическая республика Камчатка (СИ)"


Автор книги: Виктор Старицын






сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 25 страниц)

15. Ямайка

Возвращение эскадры с Пуэрто-Рико отпраздновали как обычно. Салют, митинг, вечером банкет и танцы. Трофеев на этот раз было не много: красное дерево, лошади и домашний скот, три сотни пленных.

Большую часть взятого скота, лошадей и пленных оставили в Сан-Хуане. Необходимо было восстановить город и, согласно последнему решению Совнаркома, сформировать колхозы в бывших энкомьендах.

После шестидневного отдыха эскадра пошла заправляться на Тринидад.

Среди мартийцев объявили конкурс на должности председателей колхозов. На 9 вакансий объявилось 14 кандидатов, 10 конвойников и 4 краснофлотцев. Все из крестьян. Отобрали самых достойных. Новоявленные председатели занялись укомплектованием хозяйств инвентарем и бытовой утварью, которая предоставлялась колхозам в аренду с правом выкупа. В помощь каждому председателю выделили троих проверенных араваков из конвойных войск Крыма вместе с семьями. Первым же рейсом галеона Фрунзе на Пуэрто-Рико отправили председателей и приданных араваков.

Самые легкие корабли эскадры: Аврору и Кирова, Совнарком решил снять с каботажной линии Сахалин – Тринидад и направить в экспедицию за каучуком в верховья реки Ориноко. На эти экипажи выбор пал по двум причинам: во-первых, это были самые первые экипажи парусной эскадры, накопившие наибольший опыт. Во-вторых, Аврора и Киров имели минимальную осадку, что будет принципиально важно на мелководьях верховьев Ориноко.

Поскольку обоими кораблями командовали старшины, капитан-командором экспедиции назначили командира Варяга мамлея Симонова. Командовать сухопутной частью поставили сержанта Красавцева, успешно справившегося с поисками хинного дерева в Кордильерах.

По трезвому размышлению, Совнарком решил все-таки привлечь немцев к добыче каучука. У самих мартийцев на организацию каучуконосных плантаций и их охрану сил не хватало категорически. Совнарком решил, что, поскольку, спроса на каучук в Европе все равно не будет, немцам волей-неволей придется продавать весь собранный каучук республике. В крайнем случае, немцев можно будет и припугнуть блокадой и лишением торговых преференций. 15-го августа, со всем личным составом экспедиции и двумя представителями немецкого губернатора на борту, корабли вышли из Ленинграда. Им предстоял длинный и трудный путь.

Вместо Авроры и Кирова на линию Сахалин – Тринидад поставили успешно прошедшие ходовые испытания новые шхуны Котовский и Железняк. На прибрежной линии только что формированные экипажи шхун смогут набраться необходимого опыта.

Очередные два сторожевых катера, сданные верфью, названные без изысков Альбатросом-3 и Альбатросом-4, после ходовых испытаний направили в Сталинград патрулировать пролив Дракона и залив Париа. В отличие от первых двух, эти катера имели паровые двигатели. Командование поставило морскому пограничному отряду задачу полностью изолировать Тринидад от материка.

Еще два катера достраивались. На стапелях верфи заложили два корвета водоизмещением по 500 тонн. Их планировали оснастить двумя паровыми машинами по 400 лошадей.

В Сталинграде эскадра задержалась на неделю. Необходимо было дать туземным гвардейцам возможность плотно пообщаться с женами. После заправки горючим, водой и продовольствием эскадра в составе Марти и семи парусников вышла в Сан-Хуан, где на борт должны были взять еще десять вновь сформированных гвардейских сотен.

Неугомонные краснофлотцы Зильберман и Зюскинд, прославившиеся еще в Нью-Йорке старого мира, подали прошение в Совнарком о взятии в аренду бумажного производства и типографии. По настоянию Мещерского аренду разрешили. Зильберману дали бумажный цех, а Зюскинду – типографию.

Бумажный цех уже удовлетворял потребности Республики в писчей бумаге. Правда, ее качество примерно соответствовало оберточной бумаге советского производства. Но, для письма и печати она вполне годилась. Зильберману вменили объем госзаказа и фиксированную цену на него, обязав за полгода довести качество бумаги до газетного стандарта. Разрешили излишки бумаги поставлять в Европу через немцев по рыночным ценам.

Зюскинду дали госзаказ на учебники для школ, конторские книги и тетради, зафиксировав объем закупок и цену на год. Предприимчивый краснофлотец тут же заказал спезаводу комплект испанского шрифта и еще один печатный станок, намереваясь сверх госзаказа наладить печать библии, псалтыря и житий святых для продажи в Новой Испании и Европе.

Старшина Кошкин отчитался о разработке и успешных испытаниях натурного макета самолета У-2 в варианте планера. Вершину холма холма на берегу северной бухты срезали, установили на ней направляющие рельсы. Вниз к бухте прорубили просеку и выровняли грунт. В нижней части просеки установили "требушет", сделанный по аналогии со средневековыми метательными машинами. Груз весом в одну тонну, опускаясь в требушете на пять метров, канатом через систему блоков запускал планер, сообщая ему начальную скорость 90 км/час.

Силовой каркас и набор планера: ланжероны, нервюры, стрингера построили из сухой древесины бальсы, которая в большом количестве произрастала на Тринидаде. Бальса – мечта авиаконструкторов начала 20-го века. В сухом виде древесина бальсы в два с половиной раза легче сосны при равной прочности и упругости. Планер обтянули трофейным шелком и обработали лаком. Модель самолета У-2 конструкции Поликарпова в масштабе 1:2 весила всего 110 кг.

Совнарком почти в полном составе присутствовал при демонстрационном запуске модели. Расположились на берегу под холмом. Плотный и ровный пассат силой 4 м/сек дул со стороны бухты навстречу запуску, овевая наркомов и смягчая дневную жару. Под холмом стартовая команда туземцев заряжала грузовую платформу требушета камнями. На холме нервничал главный конструктор Кошкин, в последний раз проверяя готовность планера и стартового стола. В бухте дежурили два смонтированных на индейских пирогах катамарана, готовясь принимать планер. Несмотря на три успешно проведенных пробных запуска, старшина волновался. Решалась судьба будущего воздушного флота Республики.

Получив сигнал о готовности требушета, Кошкин бегом спустился с холма, еще раз проверил требушет, подбежал к группе зрителей и отрапортовал Мещерскому о готовности планера к запуску. Предсовнаркома санкционировал пуск. Кошкин подошел к требушету и самолично рванул пусковой рычаг. Грузовая платформа со скрипом ухнула вниз. Система блоков, образующая полиспаст с коэффициентом 1:5, протащила планер по направляющим и разогнала его. Канат слетел с тягового крюка под днищем модели.

Большая рукотворная птица с размахом крыла 5 с лишним метров промелькнула высоко над головами зрителей, и постепенно замедляясь, стала набирать высоту над бухтой. Набрав метров пятьдесят, планер клюнул носом, и, ускоряясь, заскользил к поверхности воды. Пролетев против ветра почти километр, модель плюхнулась в воду у самого барьерного рифа, ограждающего бухту со стороны океана.

Совнарком в полном составе и в полном восторге хлопал конструктора по плечам, и даже раза три качнул его, подбросив высоко в воздух. Все наркомы были молодыми здоровыми мужиками. Эмоции требовали выхода.

Очередное заседание Совнаркома посвятили перспективам воздушного флота Республики. Пригласили военных, производственников и научников.

Сам Мещерский не ожидал столь быстрого успеха от авиа лаборатории. Все же старшина Кошкин был в старом мире всего лишь планеристом – любителем, а никак не конструктором планеров. Один человек – это так мало! К тому же, книг по авиации в библиотеке Марти не было. Только подшивки журнала "Моделист-конструктор". Впрочем, небольшая личная библиотечка по авиационной тематике у Кошкина имелась.

Отчитавшись о разработке планера – модели У-2, Кошкин доложил Совету свои планы. Он собирался построить планер – полноразмерную копию самолета У-2. Достаточно подробная литература по конструкции поликарповского самолета, считавшегося в СССР летающей партой для подготовки летчиков, в его библиотечке имелась.

– Построив двухместный планер типа У-2, мы получим возможность готовить летчиков – планеристов. Первых пилотов – инструкторов подготовлю я сам. Одновременно с подготовкой пилотов будем строить самолет типа У-2 с форсированным двигателем ГАЗ.

– Какие характеристики будет иметь самолет с таким двигателем? – Осведомился Мещерский. – Все же, двигатель ГАЗ слабее "родного" двигателя У-2.

– Самолет У-2 с двигателем воздушного охлаждения М-11 мощностью 100 лошадиных сил развивал скорость 130 км/час, дальность полета 400 км со стартовой заправкой 90 литров топлива, при этом имел грузоподъемность 120 кг с одним пассажиром, – начал отвечать Кошкин. – Поскольку, по данным двигателистов, форсированный двигатель ГАЗ будет иметь всего 55 лошадиных сил, скорость самолета снизится до, примерно, 90 км/час. Для сохранения грузоподъемности придется увеличить площадь крыльев на 25 %. Кроме того, использование бальсы вместо сосны позволит выиграть еще 90 кг грузоподъемности. Но, сам двигатель ГАЗ с системой охлаждения значительно тяжелее, чем двигатель М-11. Так что грузоподъемность будет в пределах 100–120 кг. Эти оценки приблизительные.

– А чем нас порадует КБ по двигателям для авиации? – обратился Предсовнаркома к начальнику КБ Жердеву.

– Мы испытали форсированный образец двигателя ГАЗ. Изменением конструкции головки блока цилиндров увеличили степень сжатия с 4,2 до 4,8. На бензине с октановым числом 70 получена максимальная мощность 48 лошадиных сил. На следующем образце двигателя планируем довести степень сжатия до 5,5 изменением конструкции блока цилиндров. На бензине с октановым числом 80 планируем достичь мощности 55 лошадей.

– А нужен ли нам самолет с такими характеристиками? Что скажете, Сергей Семеныч? – обратился Предсовнаркома к начальнику Генштаба Веденеву.

– Лишним точно не будет! Можно такими самолетами наладить патрулирование вокруг наших островов. На каждом острове построить посадочные площадки. Патрулирование вести на удалении 15–20 миль от островов. А все обнаруженные с воздуха испанские парусники будем перехватывать своими кораблями. Придется только на самолеты поставить радиостанции.

– Можно при необходимости срочную почту или запчасти с острова на остров перевозить, – дополнил нарком промышленности Болотников.

– Не думаю, что это хорошая идея, – возразил командующий сухопутными войсками Сокольский. – Откажет над океаном двигатель, и потеряем самолет вместе с пилотом. Нужно строить гидросамолет. Он в случае чего на воду сядет и дождется помощи. Да и сесть он сможет в любой бухте у любого острова. К тому же гидросамолетами можно оснастить фрегаты в тысячу тонн водоизмещением, которые мы планируем строить после корветов. Будет отличное эскадренное средство разведки. Да и бомбу зажигательную на любой вражеский парусник сбросить с самолета можно будет.

– Ну, бомбу на парусник можно и с сухопутного У-2 бросить, – возразил не желающий отказываться от своей идеи Веденев.

– А что нам нужно, чтобы построить гидросамолет, товарищ Кошкин? – спросил Мещерский.

– Во-первых, гидросамолет будет значительно тяжелее. Нижнюю часть корпуса придется делать из фанеры в виде лодки, а не матерчатую. Плюс поплавки под крыльями. Один двигатель ГАЗ такой груз не потянет, даже форсированный. Придется ставить два двигателя. Думаю, килограмм 400 лишних добавится. Кроме того, обе пары плоскостей придется поднимать выше фюзеляжа, а двигатели ставить на верхнее крыло. То есть – это будет совершенно другой самолет. Который нужно заново разрабатывать с нуля, сначала на моделях – планерах.

Для поплавков и нижней части фюзеляжа потребуется фанера из бальсы. Фанеру мы пока не делаем. Для рулевых тяг потребуются тонкие стальные тросики. Для У-2 они тоже нужны, но на первый случай можно обойтись шелковыми тягами, поскольку самолет легкий.

– А что нам потребуется для производства фанеры и тросов? – снова обратился Председатель к начальнику КБ.

– Для производства фанеры потребуется изготовить станок для снятия шпона с бревен и пресс для склеивания листов шпона. Сделать их можно. Думаю, за месяц справимся. Для стальных тросиков потребуется тонкая стальная проволока, и прядильная машина. Эта задача посложнее. Медные проволоки мы уже давно изготавляем. Придется делать волочильный станок для вытягивания стальной проволоки и станок для скрутки проволок. Эта задача месяца на три.

А сколько времени у вас займет изготовление полноразмерного планера – гидросамолета? – обратился Мещерский к Кошкину.

– Нужны дополнительные силы конструкторов, без них мы только с У-2 справимся. Да и плотников – столяров, тоже бы не помешало добавить. С дополнительными силами, месяцев за шесть справимся, если во время будет фанера.

– Значит, сделаем так:

Первое. Через месяц Кошкину испытать полноразмерный планер У-2 и начать обучение пилотов. Передадим с Марти троих краснофлотцев на обучение.

Второе. Через два месяца КБ передает Кошкину форсированный двигатель ГАЗ. Еще через месяц планируем испытать собственный У-2, а точнее К-1, в честь конструктора. За эти время Кошкину подготовить трех пилотов на планере.

Третье. КБ и заводу включаем в план станки для фанеры и стальных тросиков. Срок – три месяца. Еще через месяц начать их производство.

Четвертое. Кошкину из КБ временно передаем двух чертежников. С общего завода передать ему еще пятерых хороших столяров и двух портных. Передадим десяток подростков – выпускников школы на обучение. Через пять месяцев изготовить и испытать полноразмерный планер – гидросамолет. Еще через месяц КБ передает Кошкину два форсированных двигателя. Еще через два месяца испытать двухмоторный гидросамолет.

Пятое. После спуска на воду двух корветов, закладываем на верфи два фрегата по тысяче тонн в виде гидроавиаматок. Для них строим два гидросамолета и один резервный. Кошкину на У-2 подготовить трех пилотов для гидросамолетов. Этим резко увеличим возможности эскадры по поиску и перехвату испанских кораблей.

Шестое. Сухопутные К-1 выпускаем в количестве трех штук и запускаем их на регулярную линию Сахалин – Крым – Гренада – Тринидад. На всех островах строим посадочные площадки для них. Заодно будут вести поиск испанских кораблей по линии островов. А летчики будут набираться опыта.

На каком расстоянии с самолета будет заметен парусник? – Обратился он к Кошкину.

– В ясную погоду с высоты 500 – 1000 метров, то есть ниже дневных кучевых облаков, парусник под парусами будет хорошо заметен миль за 15–20.

– Этого достаточно. Летчиков – наблюдателей для У-2 и гидросамолетов готовь из индейцев. Задача предотвращения захвата испанцами пленных на наших островах остается важнейшей. У-2 будут летать по регулярному маршруту и вести попутно патрулирование.

– Не могу согласиться, Николай Иосифович! От Гренады до Тринидада более ста миль и ни одного островка, – возразил Председателю начальник Генштаба. – Слишком опасно для одномоторного сухопутного самолета. Между Крымом и Гренадой есть острова Кириаку. На них можно поставить форт и промежуточный аэродром. Тогда максимальный перелет над морем по маршруту Сахалин – Крым – Кириаку – Гренада не превысит 30 миль. А на Тринидад лучше гонять гидросамолеты.

– Ты прав, Сергей Семеныч! Возражения принимаются. Потом, когда добудем алюминий для двигателей, построим еще двухмоторные гидросамолеты и будем гонять над морем только их. А на первое время пусть пилоты и наблюдатели тренируются на К-1 по маршруту Сахалин – Гренада. Генштабу подготовить операцию по захвату острова Кириаку.

Самуил Исаакыч! – обратился он к наркому индел, – что известно по Кириаку?

– На самом крупном острове архипелага одно племя, к сожалению, карибов. Примерно две сотни воинов. Сам остров в два раза крупнее Крыма. Карибов придется истребить. Договориться с ними можно, но веры им никакой.

– Сергей Семеныч! Обратился Мещерский к начштаба. Планируйте операцию по захвату Кириаку. Пары сотен воинов для этого хватит. Потом заселим остров араваками, построим там форт и посадочную площадку. А то, и в самом деле испанцы могут использовать остров как базу для диверсий. Этот остров в самой середине наших владений. Всё до него руки не доходили!

– Но, у нас вся гвардия занята в операции на Ямайке!

– Используйте сменные сотни погранвойск с Гренады. Заодно потренируем их в боевых действиях. Операция займет не больше двух недель. Потом поселим туда одну сотню воинов – пограничников с Гренады вместе с семьями. Заодно они себе и вдов, оставшихся от карибов, возьмут. При форте организуем колхоз. Будет туземкам, где работать.

Совнарком утвердил план развития авиастроения и структуру ВВС республики сроком на один год. План предусматривал строительство двух самолетов К-1 и трех гидропланов К-2.

Наконец вышла на связь разведгруппа из Веракруса. Связь на коротких волнах в ночное время была вполне приемлемой. Старшина Синельников сообщил, что группа успешно внедрилась. Закуплено загородное поместье под резидентуру и участок в порту, где ранее размещалась сгоревшая таверна. Начато строительство нового здания таверны. Доложил о ведущихся в порту восстановительных работах и наличии судов в порту. Крупные корабли отсутствовали, а мелочь в порту не задерживалась. Завершив разгрузку – погрузку, суда сразу уходили. Таков был приказ вице-короля. Из Испании новостей не было.

В Сан-Хуан, переименованный специальным постановлением Верховного Совета в Ворошиловград, эскадра зашла лишь на один день. Приняли на борт 10 рот местной туземной гвардии и вечером этого же дня вышли в поход на Ямайку.

Сама операция была "калькой" с операции по захвату Пуэрто-Рико. Лишь с одним отличием. На Пуэрто-Рико был один крупный порт – Сан-Хуан. На Ямайке испанцы имели два небольших порта: один на южном берегу в обширной удобной бухте, где в старом мире располагался порт Кингстон, и укрепленный форт в бухте Монтего-Бэй на северном берегу. Анализ имевшейся литературы по полезным ископаемым Ямайки и карт, позволил предположить, что одно из упомянутых в учебнике по экономической географии Центральной Америки месторождений бокситов "Дискавери", предположительно находится вблизи бухты Дискавери-Бэй к востоку от Монтего-бэй.

План операции предусматривал захват обоих испанских фортов, размещение в них гарнизонов и устройство колхозов. В бухте Дискавери-Бэй предполагалось провести геологоразведку, и в случае обнаружения бокситов построить там форт и рудник.

За время перехода перехватили одну шхуну и одну малую каравеллу. Экипажи взяли в плен, корабли утопили.

Форты захватили без кровопролития. После предупредительных выстрелов, испанцы капитулировали. Их командиры понимали, что против флота, разгромившего Веракрус и Сан-Хуан, шансов у них нет. Так же захватили 6 энкомьенд. По всему периметру острова высадили 21 роту гвардейцев, которые, пройдя через весь остров, собрались в бухте Дискавери-Бэй, куда пришли и все корабли. Все индейские племена острова объявили вассалами, а вождей собрали на совет. Как и на Пуэрто-Рико, большая часть вождей добровольно приняла подданство республики. Учредили Совет племен и избрали верховного вождя острова.

Рудознатец Грефф обнаружил буквально в полукилометре от берега бухты выход на поверхность мощного пласта боксита, едва прикрытого растительным дерном. Три сотни пленных испанцев и почти тысяча нанятых туземцев начали строить карьер, форт и причал. Новый город назвали Дзержинском.

Эскадра провела на острове почти два месяца. За это время сформировали туземные воинские формирования в количестве трех тысяч человек и начали их обучение. Для укрепления обороны временно разместили на острове четыре роты гвардейцев с Тринидада. Открыли начальную школу. В гарнизонах фортов и на добыче боксита оставили три десятка мартийцев. Для охраны побережья к Дзержинску приписали каравеллу Чапаев. Галеон Энгельс поставили на линию Ямайка – Крым.

Накануне праздника Октябрьской Революции эскадра выбрала якоря и двинулась в обратный путь. На борт, помимо обычных трофеев, приняли полторы сотни тонн добытого боксита.

В предвидении прихода боксита, на Сахалине спешно наращивали мощность гидроэлектростанций и строили завод для электролиза алюминия из боксита.

Из Европы вернулись немецкие галеоны. Торговля товарами республики прошла более чем успешно. Их раскупали в драку. Торговый дом набрал заказов на год вперед. Главы банкирского дома Везлеров были в восторге. Появилась надежда вернуть выданный императору кредит. Галеоны привезли массу необходимых промышленности республики химикатов, прежде всего ртути, серы, селитры, слюды, кислот. Доставили завербованных мастеров с семьями: рудознатца, горного мастера, архитектора, ювелира, двух часовщиков, трех оружейников, алхимика, пороховщика. Разгрузившись, галеоны ушли в Маракайбо.

* * *

Вице-королю Новой Испании Антонии де Мендоса доложили о захвате семерых туземцев с Тринидада прибытии в Веракрус с Сент-Винсента четверых сбежавших из плена испанцев, от которых удалось получить важные сведения о пришельцах.

Подтвердились все сообщения о страшной разрушительной силе и неимоверной точности их артиллерии, поразительной скорострельности и дальнобойности их аркебуз. Выяснилось, что для хождения против ветра их корабли используют черное земляное масло с Тринидада. Много интересного дознаватели узнали об организации воинской службы и государственном устройстве пришельцев. Они и впрямь оказались безбожниками, но допускали в своих владениях свободу вероисповедания.

В свою армию пришельцы вовсю призывали туземцев, а пленных испанцев использовали как инструкторов и младших командиров. Причем испанцы, соблазнившись посулами пришельцев, охотно служили им и в армии и во флоте. Вице-король сделал вывод, что пришельцы собираются сражаться против Испании на материке силами туземцев. Вся полученная информация была срочно направлена в Мадрид.

Выявились и слабые места пришельцев. Это регулярное сообщение между захваченными островами, осуществляемое одиночными переоборудованными трофейными кораблями. Ну и необходимость земляного масла для кораблей пришельцев. Следовало, не дожидаясь помощи из метрополии, попытаться ударить по этим слабым местам. Сил для этого еще хватало. По приказу де Мендосы, командование армии и флота Новой Испании начало разработку соответствующих операций.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю