332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Виктор Савченко » Симон Петлюра » Текст книги (страница 26)
Симон Петлюра
  • Текст добавлен: 4 октября 2016, 23:21

Текст книги "Симон Петлюра"


Автор книги: Виктор Савченко






сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 29 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]

16 апреля армия Омельяновича-Павленко с боем врывается в городок Вознесенск, где захватывает 10 орудий и два миллиона патронов. В конце месяца «зимняя» армия штурмует Ананьев и Балту. В районе Балты к ней присоединяется около 800 солдат-галичан из Червоной (красной) украинской Галицкой армии – ЧУГА – и несколько сот крестьян-повстанцев. (Формация ЧУГА возникла в начале 1920 года, после очередного перехода Галицкой армии от Деникина к большевикам.)

Приближаясь к линии фронта, армия Омельяновича-Павленко наскакивает на Вапнярку, Тульчин, Крыжополь. 6 мая она прорвала фронт в районе Ямполя и присоединилась к 3-й украинской «железной» дивизии, что воевала в составе 6-й польской армии и атаковала Ямполь с запада.

Переход на Подолье основных сил петлюровцев позволил провести переорганизацию армии и заложить еще 4 украинские дивизии, которые, впрочем, по численности напоминали больше полки. Правда, в оперативном отношении украинская армия (уже 20 тысяч солдат при 37 пушках) все еще подчинялась командующему 6-й польской армией. Надо отметить и то, что украинские части не были как следует обмундированы, не были хорошо вооружены, испытывали постоянный недостаток патронов и снарядов.

Пилсудский хотел превратить Петлюру в вечного просителя патронов, сапог, полномочий, держать его «на коротком поводке», боясь, что украинская армия из союзника Польши когда-нибудь превратится в ее главного врага.

Страх за будущее положения поляков в присоединенных украинских землях читался и в поведении Пилсудского по отношению к солдатам Галицкой армии, которые десять месяцев назад воевали против Польши.

24 апреля у Жмеринки две бригады галичан из ЧУГА подняли восстание против своих «красных» командиров. Восемь тысяч галичан тогда добровольно перешли на сторону наступающей польской армии, но были немедленно разоружены поляками и отправлены по домам.

Начиная войну, Пилсудский и Петлюра возлагали надежды на огромное повстанческое крестьянское движение, что полностью дезорганизует «красный» тыл. Петлюра убеждал союзника, что с первыми ударами польской армии фронт и тыл «красных» развалятся. Но этого не случилось... Хотя (в мае 1920 г.) на юге Киевщины, севере Херсонщины, на Полесье и в Запорожье и действовали сильные повстанческие группы общей численностью до 50 тысяч человек, большой помощи в наступлении союзникам они не оказали. Повстанцы действовали хаотично, неорганизованно и уклонялись от столкновений с крупными формированиями Красной Армии. Только в далеких от фронта степях Запорожья повстанческая армия Махно вновь била «красные» дивизии.

1 мая 1920 года Петлюра приезжает из Варшавы в «свою» Украину, останавливается в Каменец-Подольском, в Могилеве-Подольском, далее следует в Винницу, что становится временным «государственным центром» УНР. Хотя «своей» территорией Петлюра эти города с трудом может назвать. В них господствовали польские коменданты, а приказы правительства УНР часто игнорировались. Да и сам Петлюра не «блистал как триумфатор», как глава державы, он даже не имел оборудованного штабного вагона и прибыл на «свою территорию» в четырех товарных вагонах-теплушках.

В «своих пенатах» Петлюра уже не чувствует себя победителем. Со всех сторон его критикуют, а то и обличают за Варшавский договор. Премьер Мазепа, так и не согласившийся с договором, грозит немедленным уходом. Петлюре приходится постоянно оправдываться, убеждая, что договор – лишь «временный выход из ситуации».

16 мая в Винницу на встречу с Петлюрой приезжает Пилсудский. Однако Петлюра уже порядком поднадоел польскому «вождю». Ему претят постоянные нарекания «директора» на бесчинства «победоносной» польской армии на Украине, настоятельные просьбы передать УНР уезды, что по договору должны были уже давно находиться под властью Директории. С гражданской украинской администрацией Пилсудский просит подождать (разрешил только 8 июля) и распоряжается только освободить часть пленных – солдат ЧУГА, из которых была создана Херсонская дивизия армии УНР.

Однако обещание Пилсудского дать разрешение на формирование и вооружение 6 украинских дивизий так и не было реализовано. Польские власти «на местах» не разрешили проводить мобилизацию крестьян на Волыни и в большинстве уездов Подолья. Они срывали кампанию мобилизации и даже разгоняли мобилизационные пункты.

Премьер Мазепа, по решению ЦК УСДРП, в середине мая 1920 года, все-таки уходит в отставку. Петлюра был вынужден искать «новый кабинет» в условиях, когда ни одна крупная украинская политическая сила не поддержала его политики. Тогда Петлюра вспомнил о киевской группе либералов-масонов, которой удавалось «сохраняться» в Киеве и при «красных» и при «белых». 20 мая Петлюра уезжает в Киев... Его с почестями, с почетным военным польским караулом, с оркестром и рапортом встречают в «его будущей столице». Но в Киеве Петлюра – «фигура декоративная». Власть у польских военных, а украинский комиссар Киева – фикция. К тому же Пилсудский «пока» не разрешил Петлюре перенести столицу УНР в Киев.

Неделю, проведенную в Киеве, Петлюра использовал для «подбора» новых министров и уже вечером 27 мая он выехал из Киева в Винницу с новым утвержденным кабинетом министров, в который вошли пять украинских радикал-демократов и четыре украинских социал-демократа.

Премьером правительства стал Вячеслав Прокопович.

Справка: Прокопович Вячеслав Константинович (1881—1942) окончил Киевский университет, ученый-историк, преподаватель гимназии. Член Украинской радикально-демократической партии, ТУП, журналист, масон. В 1917 г. – член ЦК партии федералистов, член Центральной Рады и Малой Рады. В 1918 г. – министр просвещения УНР. В 1920 г. – премьер-министр УНР, радикал-демократ. С 1920 г. в эмиграции.

В числе министров УНР образца середины 1920-го и «старые знакомые» Петлюры: Саликовский – министр внутренних дел, Никовский – министр иностранных дел, Ливицкий – министр юстиции, Мазепа – министр земельных дел...

С конца мая 1920-го польско-украинская армия утрачивает инициативу и переходит к обороне. Армия Петлю-

ры завязла в боях у Ямполя. В начале июня под Умань, на польский фронт, была переброшена 1-я Конная армия (16 тысяч сабель). Конница Буденного, прорвав польскую оборону юго-западнее Киева, вышла в тыл польских войск к Житомиру, поставив киевскую группировку поляков под угрозу полного окружения; 6-я украинская дивизия, совместно с польскими войсками, пыталась отбить «красных» от Житомира...

Одновременно части 12-й советской армии, форсировав Днепр у Чернобыля, вышли с севера в польский тыл, намереваясь замкнуть окружение Киева. Польское войско было вынуждено быстро убраться с Киевщины. 12 июня «красные» заняли Киев. К 17 июня, дате окончания Киевской операции, поляки отступили на линию Коростень – Житомир—Бердичев—Винница. Южнее этой линии, в междуречье Южного Буга и Днестра, на вспомогательном участке фронта, с 12 июня отступала на запад армия Петлюры. Тут Красная армия отбила у петлюровцев Вапнярку, Тульчин...

Правительство УНР и Петлюра 7 июня были вынуждены переехать из Винницы в Жмеринку. Но в Жмеринке пришлось оставаться только неделю... Далее путь «республиканских структур» и армии лежал на Проскуров, откуда уже 18 июня «столица» очередной раз переместилась в Каменец– Подольский.

Прорыв польского фронта в районе Бара, в направлении на Проскуров, выход 8-й советской конной дивизии в тыл петлюровцам, потеря связи с польскими войсками вынуждали армию Петлюры откатываться на запад. Только 8 июля 1920 года, когда польская армия была уже разбита под Киевом, Петлюра принял из «ослабевших» польских рук военную и государственную власть над районом Каменец-Подольского—Проскурова. Хотя и эта власть оказалась призрачной, ведь 10 июля началась эвакуация украинской армии и правительства за Збруч.

В дни того летнего бегства с Украины даже завзятые петлюровцы говорили, что если бы 8-я конная дивизия Красной армии – дивизия «Червоного (красного) казачества» (командир – «старый знакомый» Виталий Примаков) повернула на юг и наступала бы не на Проскуров, а ударила бы по Каменец-Подольскому, она могла бы сразу ликвидировать правительство, Директорию и армию УНР. Ведь Каменец тогда обороняло всего четыре тысячи деморализованных солдат, которые к тому же практически не имели патронов, потому что с начала июня поляки перестают поставлять петлюровцам продовольствие, амуницию, патроны. Случай снова спас Петлюру.

14 июля армия УНР отходит за Збруч, в уже «польскую» Галичину. С 14 по 26 июля петлюровцы удерживают позиции между Днестром и Гусятиным. С 27 июля остатки армии отходят на линию реки Сирет, расположившись между Днестром и Чертковым. Ставка и часть правительства расположились сначала в селе Окопы, далее – в селе Скала. Через десять дней петлюровцы отходят дальше на запад, избрав обороной берега речки Стрипа от Днестра до городка Бучач. Не только длительное отступление и неудачи на польском фронте деморализовали армию Петлюры. Большой проблемой стало полное отсутствие как армейских поставок, что должны были осуществляться польским командованием, так и полное отсутствие польских денежных знаков для проведения закупок продовольствия на Галичине.

Чтобы прокормить себя и отступавших с армией гражданских, солдаты армии УНР – «защитники украинского крестьянства» – стали сами прибегать к насильственным реквизициям продовольствия, забирая его у крестьян Галичины. Такие «действия» приводили к эксцессам – к вооруженным столкновениям с местной крестьянской самообороной.

С конца июля 1920 года Красная армия силами 1-й Конной и 14-й армий начала наступление на Львов, прорвав оборону у Брод и Тернополя. Прорыв армии Буденного к Львову и быстрое отступление поляков обнажили северный фланг (до 100 километров) армии Петлюры. К 18 августа 1-я Конная начала штурм Львова. Некоторые части армии повернули на северо-запад, на Варшаву, но на пути их встала крепость Замостье, которую буденовцы так и не смогли взять. Эту крепость неделю обороняла 6-я украинская дивизия и один польский полк...

В июле 1920-го возникла новая опасность полного разгрома для армии Петлюры, что была прижата к берегу Днестра. Единственным выходом оставалось отступление на юг, за Днестр, под защиту его крутых правых берегов. Спасаясь от ударов «красной» конницы, Петлюра приказал отвести армию за Днестр, на Покутье. Это был самый «нестратегический», третьестепенный район обороны – километров 130—140 от границы с Румынией и развалин средневекового города Галич (в XII—XIV веках – столицы сильного Галицко-Волынского княжества). Петлюровский фронт прикрывал только маленький городок Коломыя (центр Покутья) и восточные подходы к городу Станислав. За плечами армии было всего 60—70 километров тыла, а дальше уже шли пограничные горы Карпаты. Этот «глухой угол» в момент молниеносного наступления на Варшаву и Львов, когда замаячили перспективы мировой революции, красноармейских стратегов вообще не интересовал. И петлюровская армия, что составляла тогда до восьми тысяч штыков и сабель (из них три тысячи были больные, раненые и невооруженные бойцы) могла еще долго «успешно» оборонять Покутье. Однако, развивая наступление на Львовский плацдарм, красная конница переправилась через Днестр, западнее Станислава, и ударила по станции Стрый, стремясь полностью отрезать польско-украинские части, находящиеся в Покутье и Прикарпатье, от основных польских войск.

Захват силами 8-й советской конной дивизии городка Стрый (19 августа 1920 г.) роковым образом повлиял на настроения армии Петлюры. В те августовские дни Красная Армия штурмовала Львов, а под Варшавой разгорелись самые ожесточенные бои этой войны. Еще не было никаких известий о разгроме Красной Армии и можно было только гадать, устоит ли Варшава. В то же время Петлюра начал консультации о переходе, в случае разгрома польской армии, своих частей в Румынию. Не дожидаясь разрешения событий, галичане из Херсонской дивизии тайно покинули Петлюру и ушли карпатскими перевалами в Чехословакию. Неудачи на фронте усилили дезертирство в армии, которая за август сократилась с 8 до 6 тысяч бойцов.

18 июля 1920 года правительство Вячеслава Прокоповича переезжает в маленькое польское местечко Тарнов, что около Кракова. Польские власти предоставили в Тарнове гостиницу «Бристоль» для «государственного центра» УНР и выдали некоторые субсидии на его содержание. Сам Петлюра, как Главный атаман, предпочел оставаться с армией на украинских землях. Эшелон командования состоял из четырех вагонов Директории и ее канцелярии, пяти вагонов Генерального штаба и командующего Омельяновича-Павленко.

После того как министры «без государства», которые уже ничего не решали, ограничились территорией одного отеля в захолустном Тарнове, в их среде начались постоянные конфликты. Угрозы отставкой стали ежедневными проявлениями внутреннего кризиса. Чтобы как-то занять своих министров в Тарнове, Петлюра решает создать Комиссию по выработке конституции УНР и условий созыва парламента.

Поражение польской армии на фронте усиливало недовольство поляками как со стороны министров, так и со стороны руководства петлюровскими частями. Поляки не напрасно переживали по поводу втягивания петлюровцами в борьбу «галицких элементов». Уже в июле 1920-го фиксируется перемена позиции Петлюры относительно галичан. Если поначалу он запрещал проводить всякую агитацию в пользу единства Центральной Украины и Галичины, то, когда армия УНР оказалась в Галичине и Покутье, а поляки терпели поражение за поражением, всех поразили смелые и неожиданные заявления Петлюры: «Польша должна дать возможность Галичине присоединиться к Украине», «Галичина должна войти в Украину без сохранения своей автономии». В своем письме Пилсудскому Петлюра предлагал польскому «вождю»: «уступить в галицком вопросе», «разрешить галичанам служить в петлюровской армии», «освободить арестованных офицеров Галицкой армии». Петлюра также требовал перевести 6-ю украинскую дивизию из Замостья на юг, к основным силам армии УНР.

Петлюра стал более активным в отношениях с Пилсудским уже после того, как в конце июля 1920-го до него дошла информация о тайных мирных переговорах поляков с Лениным. Узнав об этом, Петлюра отсылает возмущенную телеграмму «другу» Пилсудскому, заявив, что на основании этой информации он решил самостоятельно обратиться к Ленину с предложением начать мирные переговоры УНР—РСФСР. Но нарком иностранных дел РСФСР Чичерин наотрез отказался допустить до переговоров делегацию от УНР, посчитав эту республику непризнанной.

В начале августа надежды на Польшу и Францию развеялись. Франция поддержала генерала Врангеля, признав его «правителем юга России», Польша находилась на грани капитуляции... Петлюре вновь требовалось пересмотреть свою внешнюю политику. С представителями Врангеля он вел длительные переговоры, добившись только размежевания театров военных действий. Врангелю в качестве «военного театра» досталась Левобережная Украина, Пилсудскому и Петлюре – Правобережье. В то же время Петлюра был против подписания широкомасштабного политического договора с Врангелем и предпочел тактику затягивания переговоров. Петлюра считал, что союз с Врангелем, как «наследником Деникина и генералом», оттолкнет украинское население, к тому же Петлюра скептично смотрел на возможность признания Врангелем государственной независимости Украины.

Во второй половине августа 1920 года случилось «чудо на Висле» – как поляки назвали свою ошеломляющую победу над Красной армией у стен Варшавы, на Висле. Практически все армии «красных», рвущиеся к Варшаве (65 тысяч бойцов), были наголову разбиты, а части 4-й и 15-й советских армий, боясь польского плена, бежали на территорию Германии.

12 сентября началось новое общее наступление польских войск на Украину. Снова разгромив 12-ю и 14-ю «красные» армии, польские войска заняли Западную Волынь и вышли на линию по реке Горынь.

В первой половине сентября Пилсудский приезжает в Станислав (Ивано-Франковск) на встречу с Петлюрой. Петлюра готов был услышать благодарность от «вождя» Польши за помощь в критические для Польши минуты. Однако встреча с Пилсудским принесла разочарование. Пилсудский поведал, что польский сейм, политические силы, польская общественность уже выступают против нового похода на Киев и против продолжения войны. Петлюре самостоятельно придется прорываться на «Великую Украину». Но при этом Пилсудский заверил Петлюру в том, что Польша будет продолжать снабжать армию УНР всем необходимым.

Пилсудский, однако, оговорился, что если армия Петлюры сможет самостоятельно разбить «красных» на Подолье, взять Винницу, Жмеринку, Вапнярку и если петлюровцев поддержит мощное повстанческое движение на Украине, то в таком случае Пилсудский сможет уговорить сейм поддержать Петлюру силой польской армии.

16 сентября армия Петлюры перешла Днестр, захватив Чертков, а уже через неделю – переправилась через Збруч и с боем заняла Каменец-Подольский и Проскуров. В первые дни наступления на Подолье «красные» были ошеломлены внезапным изменением ситуации и только отступали к Жмеринке и Вапнярке. Но в начале октября сильные контрудары Красной Армии остановили наступление Петлюры. К тому же польская армия, дойдя до линии Звягель—Староконстантинов, остановила свое движение, начав подготовку к сепаратным переговорам.

К 3 октября петлюровцы пробились к Новой Ушице, однако дальше их ждала мощная стена «красной» обороны. 12 октября Петлюра приказал своей армии перейти в общее наступление на Вапнярку и Жмеринку. Одновременно Петлюра издает приказ о начале всеобщего восстания на Украине. Все Правобережье Украины делилось на 10 повстанческих районов, в каждом из которых руководил атаман, назначенный Петлюрой. Петлюра призывал повстанцев нападать на отряды Красной Армии, проводить глубокую разведку, террор и диверсии, уничтожая «комиссаров, чекистов, агитаторов», разрушая железные дороги и мосты. Но ставка на всеобщее восстание как всегда не оправдалась. К тому же Левобережье Украины было под сильным влиянием Махно, а батька в октябре 1920-го пошел на союз с Красной Армией, стремясь изгнать со «своей» территории войска Врангеля. И несмотря на то что Петлюра предлагал «атаманам» за каждый отряд (если в нем насчитывалось не менее 4 тысяч бойцов) «премию» в 500 тысяч рублей «в валюте», «октябрьское восстание» не оправдало надежд Петлюры.

17 октября положение на фронте еще кажется Петлюре обнадеживающим. Поляки успешно наступали на Мозырь и Коростень, петлюровцы – на Вапнярку. Но вечером 18 октября весть о неожиданном перемирии поляков с Советами рушит все его надежды и планы. Следуя указаниям Пилсудского, Петлюра приказал прекратить бои на своем участке общего фронта. Перемирие истекало через двадцать дней.

Весть о перемирии окончательно испортила отношения Петлюры с Пилсудским, которые и так с июля 1920-го были не блестящими. Поляки боялись «национального влияния» Петлюры в галицких землях, где разворачивалась борьба против польских оккупантов и при помощи Москвы была создана «красная» Галицкая ССР. Петлюра же был возмущен тем, что польские власти не сдержали ни одного своего обещания, данного еще в апреле 1920 года.

8 октября Петлюра направляет Пилсудскому гневное письмо, возмущаясь реквизициями, которые проводили поляки, вернувшись в сентябре 1920 года на Волынь и Подолье, а также разгоном гражданской украинской власти в уездах. Глава УНР активно протестовал против сепаратных переговоров поляков с Советами, ведь в соответствии с Варшавским договором поляки не имели права вести подобные переговоры без участия Украинской республики и ей во вред. Петлюра бросает Пилсудскому обвинение в том, что поляки «умывают руки», глядя на уничтожения УНР, что польский «вождь» его предал. И хотя Петлюра еще просит Пилсудского «распорядиться» о поставках патронов, снарядов и обуви своим частям, но сам Главный атаман уже вряд ли верит в «польские подарки». Это был разрыв.

В конце октября Петлюра был психологически готов к самостоятельным действиям. Он приказывает провести мобилизацию в армию УНР призывников десяти возрастов в юго-западных уездах Подолья, где петлюровцам удалось создать администрацию. В армию Петлюры мобилизуются не только украинцы, но и евреи из подольских местечек. Однако для реального увеличения армии катастрофически не хватает винтовок, патронов, амуниции. Особенно беспокоило Главного атамана полное отсутствие у солдат теплой одежды. Ведь армия Петлюры формировалась в апреле—мае, с расчетом только на летнюю компанию, поэтому армия оказалась недееспособной, когда в конце октября 1920-го ударили первые морозы.

Тыловая база также вызывала сомнения... Южное Подолье наиболее пострадало от войны в 1919—1920 гг. В некоторых селах власть за эти годы менялась до 15 раз, и почти каждая ее смена сопровождалась реквизициями скота и продовольствия. Крестьянство этого некогда богатого края было полностью разорено войной.

14 октября Петлюра «призывает во власть» более лояльное к нему министерство во главе с премьером Андреем Ливицким и его заместителем Саликовским, исполняющим обязанности военного министра становится генерал Галкин. Это правительство еще более «правое», нежели предыдущие, но такое же беспомощное в «военных условиях». 1 ноября правительство Ливицкого «является» в Каменец-Подольский из польского Тарнова.

Никита Шаповал называл правительство Ливицкого «буржуазной гоп-компанией, которую Петлюра сделал «Советом министров» УНР...». Не жаловал Шаповал и новый, разработанный министрами «Закон о временном высшем управлении» (от 12 ноября 1920 г.), называя его «придурковатым законом». По этому закону Директория как коллективный орган была ликвидирована и заменена одной особой – головой Директории с функциями президента республики.

Одновременно был подписан закон о «Государственной Народной, Раде УНР» как предпарламенте с законодательной властью. Этот предпарламент формировался из представителей различных партий и организаций. Интересен список делегаций в предпарламент.

Однако собрать Государственную Народную Раду Петлюре так никогда и не удалось...

Если борьбу в правительстве Петлюре удалось погасить, то недовольство в армии нарастало с каждым днем. Сначала главная интрига в армии происходила между комдивом Юрием Тютюнником и командующим Омельяновичем-Павленко. Но вскоре конфликт из личного превратился в политический. Омельянович-Павленко уже ставил политические требования, выступая против всевластия Петлюры и «правого» правительства... К «военной оппозиции» примкнули комдив Загородский и атаман Гулый-Гуленко, Петлюру поддержали комдивы Удовиченко и Тютюнник.

Известие о подписании перемирия между поляками и Советами, ожидание мира между ними «за счет Украины» очень тревожат Петлюру. Мазепа в своих воспоминаниях отмечал, что с конца октября 1920-го Петлюра теряет присущие ему энтузиазм и веру в перспективы. Угнетенное состояние Петлюры напоминает его настроения 11 месяцев назад. Вариантов развития событий при предрешенности заключения мира Москва—Варшава было немного. Или немедленно прекращать борьбу, распускать армию и перебираться в эмиграцию, или продолжать самостоятельно воевать против трехмиллионной Красной армии силами 20 тысяч петлюровцев. Такая борьба закончилась бы очень быстрым разгромом петлюровцев, гибелью или пленением как военных, так и гражданских лиц, что пойдут за Главным атаманом. Было только 5—10 шансов из 100 за то, что можно более или менее успешно продолжать самостоятельную борьбу против большевиков. План энтузиастов заключался в том, чтобы, собрав в один кулак армейские части и обозы, ударить на Винницу, прорвать

«красную» оборону и выйти на широкие оперативные просторы Центральной Украины, где поднять всеобщее крестьянское восстание.

Было решено начать наступление 1 ноября 1920 года, не откладывая его до окончания перемирия, и воспользоваться фактором внезапности. Возможно, такое наступление могло дать некоторый эффект и даже временно сорвать советско-польские переговоры. Но за несколько часов до планируемого начала наступления Петлюра его отложил из-за «политических обстоятельств» (возможно, был строго предупрежден Пилсудским).

7 ноября собравшееся в Ялтушкове (в помещении управления сахарного завода) государственное совещание с участием министров и командиров должно было дать конкретный ответ на вопрос «Что делать?» Петлюра заявил, что единственный выход – наступление и неравная борьба. Совещание поддержало Петлюру и приняло решение обратиться к народу с воззванием о наступлении и с призывом поддержать его всеобщим восстанием в «красном» тылу.

Петлюру беспокоило скопление «Красной» конницы на фланге армии у Казатина, которая имела все шансы отсечь петлюровцев от поляков и, прижав к Днестру, уничтожить. Поэтому было решено самим атаковать «красных», пока их армия не оправилась от поражений августа—октября. Наступление назначалось на 10—11 ноября – время окончания перемирия. Армия Петлюры должна была «с ходу» пробиваться на Жмеринку—Винницу.

Какими же силами располагал Петлюра к началу своего последнего наступления?

Украинские историки называют разные цифры. Так, Я. Тынченко состав армии УНР определяет в 15—15,5 тысяч штыков и сабель при 95 пушках и 4 бронепоездах (в это число входит и 6-я дивизия, что была переведена из-под Замостья на Подолье, в 2600 бойцов). Другие историки называют цифру в 23 тысячи штыков и сабель, при 7– 10 тысячах плохо вооруженного резерва из мобилизованных крестьян Подолья, 74 пушках, 8 броневиках, 4 бронепоездах и 3 самолетах. Очевидно, эти историки в состав армии Петлюры зачисляют и «союзников»: «Отдельную Российскую армию» генерала Перемыкина – 4—4,3 тысячи пехоты и конницы при 12 пушках. Эта армия окончательно перешла под общее руководство Петлюры после успешных переговоров в Варшаве между Ливицком и Савинковым (август 1920 г.). Тогда было достигнуто и политическое соглашение между Савинковым и Петлюрой, результатом которого было признание независимости Украины частью русской эмиграции, что ориентировалась на Савинкова.

На фронте против армии Петлюры стояли 4 пехотные советские дивизии, две дивизии конницы, сведенные в конный корпус Червоного (красного) казачества Примакова (собранный из украинцев и кубанских казаков, башкиров), бригада Котовского. Всего примерно 30—33 тысячи штыков и сабель. Но, в отличие от частей Петлюры, она была хорошо вооружена, организована, с большим количеством боевой кавалерии (около 7 тысяч сабель). Армия же Петлюры постоянно страдала от нехватки винтовок, патронов, снарядов, теплой одежды... Польша окончательно прекратила ее снабжение с начала перемирия на фронте. На винтовку оставалось всего 10—20 патронов. Небольшое количество вооруженных солдат не давало петлюровцам возможности удерживать фронт от Могилева-Подольского до Литина (130 км). Отдельные отряды армии Петлюры находились только в опорных пунктах – «прифронтовых» селах, расстояние между которыми доходило до 15 километров.

9 ноября принесло петлюровцам неутешительные сообщения о подписании предварительного мира между Варшавой и Москвой и о взятии Перекопа – о разгроме армии Врангеля в Крыму. С этого момента Петлюра оставался один на один с могущественной Красной Армией. Но, несмотря на это, он решился на безумство и дал приказ начать наступление ранним утром 11 ноября.

О тайных планах петлюровского наступления советская разведка узнала немедленно, и советское командование решило предупредить наступление армии УНР наступлением Красной Армии. Уже ранним утром 10-го ноября части конного корпуса Червоного казачества, силами 8-й дивизии (до 3-х тысяч всадников) прорвали петлюровский «фронт» у Шаргорода и двинулись на Могилев-Подольский. Далее «красные» конники ринулись в тыл петлюровцев, на север, стремясь захватить ставку Петлюры в Ялтушкове.

Несмотря на прорыв «красных», Петлюра санкционировал наступление 11 ноября. Такой приказ был ошибкой в тот момент, когда петлюровский фронт был уже прорван.

Наступление петлюровцев на северном участке фронта велось силами армии Перемыкина и дивизии Загородского. Петлюровским частям удалось опрокинуть 60-ю и 24-ю советские дивизии, захватить городок Литин, что в 20 километрах от Винницы. 14 ноября полк донцов атамана Яковлева двинулся на Винницу. Но на этом успехи петлюровского наступления закончились. Путь на Винницу преградила 17-я советская кавалерийская дивизия. Эта дивизия, разгромив наступающих, ударила по позициям петлюровцев и, прорвав фронт, начала наступление в направлении Литин—Проскуров. 14—16 ноября Петлюра еще посылал свои войска в контрнаступление под Деражню и Бар, пытаясь задержать красных конников, но в результате встречных боев части враждебных сторон перемешались, потеряли связь и управление. Петлюра приказал войскам отойти на новую линию обороны, прикрывающую Проскуров и Каменец-Подольский.

18 ноября бригада Котовского, прорвав новый фронт, захватила Проскуров. Петлюра, министры, армия отступили в пограничный Волочиск на Збруче, и стало окончательно ясно, что это конец. 18 ноября состоялось последнее заседание Совета министров УНР. На нем Петлюра выдвинул план отхода армии на Волынь, оккупированную поляками... Для «функционирования» армии и правительства Петлюра потребовал у поляков территории – хотя бы один уезд. Но поляки заявили, что армия Петлюры может быть только интернирована, немедленно разоружена и размещена в лагерях для военнопленных, а правительство может рассчитывать только на возвращение в грязный отель в Тарнове. «Горячие головы» еще убеждали, что сохраняется возможность начать новый зимний рейд по «красным» тылам. Но на этот раз было решено, что у армии остался единственный путь на запад, в Польшу. Петлюра тогда надеялся, что раз Польша признала УНР, то значит должна обеспечить человеческие условия для ее армии и сохранить ее «как военную единицу, до лучших дней».

20 ноября, когда петлюровцы еще удерживали оборону у Черного Острова, в части пришел приказ об общем отступлении в Польшу, через Волочиск. Утром 21 ноября произошло последнее конное сражение у села Писаревка, в котором участвовало около 2-х тысяч конников Петлюры, что прикрывали отход армии и правительства за Збруч.

В семь часов вечера 21 ноября закончился последний бой этой войны на Волочиском плацдарме. К этому времени правительство, большая часть армии и Петлюра оказались уже в Галичине за Збручем. Вечером 15 ноября от крымских берегов отошел последний корабль с белогвардейцами армии Врангеля, а вечером 21 ноября – последний отряд петлюровцев покинул УССР.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю