Текст книги "Кто тут хозяйка? (СИ)"

Автор книги: Вера Волховец

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

– Сейчас ситуация сложная, – не стал юлить Атлас, – вы – не имеете документов, магического гражданства Варосса, ваше происхождение не определено. Да, судя по всему, магистр Кравиц прав, и вы действительно являетесь более близкой родственницей первой ди Бухе, чем Елагины, но если на суде это не будет доказано документально – суд отдаст право владения домом именно вашим оппонентам. Служба магических приставов проведет ритуал по усмирению духа дома, и ему придется уступить и признать своей хозяйкой Софик.

Только после того, как Вафля третий раз требовательно куснула меня за палец, я поняла, что оглушенно гляжу в одну точку. Перспектива потерять дом – мой любимый, маленький домик, с которым я почти срослась за эти несколько дней, не просто не радовала – лишала почвы под ногами.

– Впрочем, я не говорил, что ситуация безвыходная, – успокаивающе добавил Атлас, явно сочувствуя моей растерянности, – определенно, у нас сжатые сроки, но есть за что взяться и с чем поработать.

– С чего же следует начать?

Не скажу, что от этих слов законника в кромешной тьме моей безысходности вдруг забрезжил луч надежды – я так-то её и не теряла, но тем не менее, я собрала мысли в кучку и уставилась на Атласа со всем вниманием.

– Первым делом – конечно же, оформить паспортную метрику и гражданство, – Атлас оттопырил указательный палец, – служба магической миграции сделает их за двое суток, но выкатит штраф за опоздание. Они дают три дня со времени прибытия в Велор на подачу заявки на гражданство.

– Гражданство можно просто взять и получить?

– Ну, разумеется, нет, – Атлас качнул головой, – как и во многих мирах, вы должны доказать, что ваше пребывание в Велоре действительно полезно. Например, клан ди Венцеров подтвердит, что ваше появление способствовало возвращению клановой реликвии.

– А будет ли клан ди Венцеров это делать? – я косо взглянула на Джулиана. – Кажется, вы скрывали кражу аракшаса.

– Нашему клану подобное заявление будет стоить крупного штрафа от короны, – Джулиан откинулся на спинку своего стула, глядя на меня загадочно и не говоря ничего конкретного, – даже не знаю, Марьяна, как ты меня уговоришь пойти на это…

– Оплачу половину твоего штрафа гнолльим жемчугом? – я проигнорировала его намек и сразу перевела беседу на поле сугубо денежное. – И не наглей, ни процентом больше, в конце концов, это и ваш штраф.

– Это уже наш штраф, женушка, – Джулиан подарил мне разочарованный взгляд, но после моего сверляще-настойчивого – посерьезнел и пожал плечами, – Марьяна, ты моя жена. Я уже говорил, что твоя судьба мне небезразлична. Да, клан ди Венцеров в моем лице сделает это заявление, раз это необходимо. Чистосердечное признание облегчает наказание. Наличие аракшаса и вовсе сведет все грозящие нам кары к одному только штрафу. Мы переживем.

– Проблема в том, что ваш брак делает подобное заявление менее весомым, – кашлянул Атлас, – значит, вам нужен еще один свидетель вашей исключительной полезности Вароссу, Марьяна.

А вот с этим было сложнее. Я глубоко сомневалась, что мелкие сделки с местными торговцами могли доказать мою исключительную полезность.

– А что вы говорили про гноллов, Марьяна? – Атлас продолжил мой допрос. – Я слышал, буквально на днях к королеве приходила дипломатическая миссия гноллов-иномирцев, и была заключена какая-то очень важная сделка. Вы имеете к ней отношение?

– Строго говоря, я открывала для них портал для прохода, – спокойно призналась я, – и туда, и обратно. Гноллий шаман помогал нам в поисках вашего аракшаса, кстати.

– А ведь это отличное решение нашей проблемы, Марьяна, – Атлас радостно сверкнул глазами, – маги, способные устанавливать связи сопряжения между мирами – редкость. Варосс ни за что не откажется принять в качестве гражданина ведьму, обладающую подобным даром. Сделайте запрос в королевскую канцелярию, пусть пришлют документальное подтверждение важности визита гноллов. В этом случае гражданство получить вообще не составит никакой проблемы.

9. О том, что у хорошей домохозяйки даже во сне найдутся дела

– Ну что, ты довольна? – Джулиан остановился у двери моей спальни и развернулся ко мне лицом, глядя на меня с вопиюще малого расстояния. – Консультация у семейного законника прошла успешно.

Да, он провожал меня до спальни. Ему пришлось – вообще, если бы не его настойчивость, я бы еще битый час мучила Атласа вопросами. У меня уже даже Вафля уснула и Карин и корзинку для нее принесла, и в мою спальню уже дракошку утащила. Мирена очень этому расстроилась, но я не подавала вида, что меня тронули её печальные глазки. Будет у малявки еще время потискать дракончика.

В общем, ночная прогулка по лестнице на второй этаж и по коридору до моей комнаты у нас с Джулианом неожиданно получилась наедине.

– Строго говоря, он еще даже не заговаривал о том, что я буду делать после получения гражданства, – я не удержалась от того, чтобы чуть-чуть повредничать, хотя… Настроение и вправду было идиллическое.

– Но Атлас ведь не сказал, что шансов вернуть свой дом у тебя нет.

– Не сказал, да, – я кивнула и чуть склонила голову на бок, чтобы посмотреть на стоящего в какой-то жалкой паре дюймов от меня вампира “под другим углом”.

Эх, вот с какой стороны на него ни глянь – со всех хорош, мерзавец!

Я не помню, в какой момент он снял с волос стягивающую их ленту, суть в том, что сейчас за его спиной струилась чертова шелковая река и… Честно говоря, она меня манила. Пальцы так и зудели потрогать, настолько ли волосы вампира хороши на ощупь, как кажутся.

И что уж греха таить, десерт у него получился божественный. Просто восхитительное пирожное из хрустящей ореховой меренги с прослойкой из нежнейшего крема. Хотелось целоваться с вилкой, всякий раз когда я касалась её языком. Если бы я не боялась за ширину своей пятой точки – непременно попросила бы добавки. Было у меня подозрение, что эта бессовестная упырья физиономия на это рассчитывала.

– Слегка, – по губам Джулиана пробежалась мягкая улыбка.

– Опять подслушиваешь? – я даже не обиделась.

– Чуть-чуть, – Джулиан не стал отрицать, – много даже не получится. Наша с тобой связь сейчас такова, что слышу я только те мысли, которыми ты со мной хочешь поделиться.

– И даже те, что я не осознала, что хочу с тобой делить?

– Суть вот тут, – указательный палец вампира невесомо коснулся точки на моем лбу над переносицей, – когда ты настороже, твои мысли скрыты за десятком щитов. Когда ты расслабляешься – они опускаются.

– Для всех?

– Нет, – Джулиан качнул головой, – только для меня. У Разделения Судеб свои прелести. Способность поддерживать ментальную связь – одна из них. Я никогда тебя не потеряю, Марьяна.

Боже, как он сказал последние слова. Аж до мурашек пробрало.

– Итак, мы пришли, – я указала глазами на мою дверь, у которой мы как раз и стояли, – время говорить “спокойной ночи” и расходиться. Мальчики налево, девочки направо.

– Ага, – Джулиан кивнул и не тронулся с места.

– Погоди, погоди, наследники древнего вампирского дворянского рода разве говорят “ага”? – я озадачилась вполне искренне. – Разве тебе не должны были отрезать его вместе с пуповиной, при рождении?

– Повитуха моей матери явно схалтурила и отрезала что-то не то, – Джулиан сверкнул глазами, – потому что “ага” осталось при мне.

– Стесняюсь спросить, что же именно она отрезала, – хмыкнула я, нарочно расслабляя мысли, чтобы похабный подтекст моей шутки дошел до моего собеседника.

– Не стесняйся, там все в порядке, – не моргнув и глазом отбрил Джулиан, – как-нибудь сама убедишься, на досуге.

– О, я поняла, она тебе отрезала стыд и совесть, – меня озарило, – ты вообще в курсе, что благородному лорду не к лицу иметь такую пошлячку-жену?

– Ты не представляешь, насколько похабные шуточки рассказываются в дворянских клубах, – Джулиан усмехнулся, – поверь мне, Марьяна, люди везде одинаковы. И нелюди тоже. Так что… Попытайся еще разик. Пока ты меня не убедила в том, что я ошибся в выборе.

– Я даже не старалась, – показала ему язык, – когда начну – пришлю тебе официальное уведомление.

– Жду, не дождусь, – ди Венцер кивнул с самым серьезным видом и снова замолчал, глядя на меня. Выжидая.

– Спокойной ночи, – я улыбнулась ехидненько и развернулась к двери спальни. Вот не надо от меня ничего ждать, ничего я не дам и не собира-а-а…

Это походило на бросок кобры, быстрый и смертоносный. И все что мне оставалось – только пискнуть, перед тем, как нахальный вампир, схвативший меня за руку и притянувший за неё к себе, накроет мой рот своим.

О-о-ох…

Мысли рассыпались в стороны, разноцветными мелкими бусинами. И все, что я умудрилась осознать, что таки да… Волосы у Джулиана именно такие, какими они кажутся. Мягкие, гладкие… Раз прикоснешься – рук не оторвешь…

После такого поцелуя выныриваешь, как после глубокого погружения, и ощущая на губах теплое дыхание, проваливаешь в бездонные сапфировые глубины мужских глаз…

– Вот теперь – точно спокойной ночи, – хрипло выдохнула я и быстренько отступила в спальню, захлопывая за собой дверь и на секунду прижимаясь к ней спиной.

– Спокойной ночи, Марьяна, – голос Джулиана звучал более чем удовлетворенно. Захотелось снова открыть дверь и треснуть гада по красивой голове подушкой.

Но…

Это было опасное желание!

В спальне меня ждала посапывающая дракошка и шелковая ночная рубашка, разложенная по постели. И переодеваясь, я вообще-то планировала настроиться на сон, а сама себя застукала на том, что придирчиво щупаю ткань ночной рубашки и мысленно сравниваю с волосами своего муженька.

Вот ведь черт, как могут волосы быть быть шелковистей шелка? Или это не самый шелковый шелк, и есть шелк пошелковей?

Поймав себя на этой мысли, я чуть не отвесила самой себе подзатыльник.

Марьяна, Марьяна, у тебя тут суд на носу, куча проблем уже в наличии, а ты не придумала ничего интереснее, чем к этому всему добавить еще и романтическое увлечение.

Лучшего времени ты для этого выбрать не могла?

Ты ведь планировала выесть этому вампиру мозг чайной ложечкой и только потом, так и быть, подумать на его счет.

Но, как целуется, стервец, крыша разлетается во все стороны мелкими осколками глиняной черепицы…

Я встряхнула головой, пытаясь привести мысли в порядок. Не получилось.

Я с досады нырнула под одеяло и плотно зажмурила веки. Нужно быстрее уснуть, а утром – я уйду оформлять документы, у меня будет уйма дел, и мне будет точно не до всяких глупостей.

Впрочем… Как оказалось, дела у меня имелись и до наступления утра.

– Хозя-я-яйка, – протяжно и печально мяукнул Прошка в моем доме.

И я это услышала.

– Иду! – ответила еще до того, как поняла – реально ведь иду. Или лечу… Черт его разберет!

Пожалуй… Все-таки лечу. По крайней мере, как я ощущала собственные ноги – они не двигались. Все мое тело не двигалось, разумно свернувшись калачиком под теплым одеялом.

Но определенно, мое сознание в теле решило не оставаться. Потянулось, услышав скорбный Прошкин призыв, и полетело себе по хорошо ощутимой светлой ленте связи с домом.

Ух ты как я умею, оказывается! 

И до чего же странно ощущать свое тело отдельно от себя.

Лететь тут было всего ничего, всего лишь от одного конца улицы к другому. Я успела только на пару секунд насладиться видом ночного Завихграда, успела заметить горящие окна в доме магистра Кравица, как уже зависла над своим домом, как раз напротив сияющего купола окружающих его защитных чар. Я его уже видела, после того как Матильда и Улья передали дом в мое полное владение.

Так, а это что?

Голубоватый слой светящейся тонкой паутинки накрывал защиту моего дома будто сплошное покрывало. И его я касалась нерешительно, боясь, что сейчас возьму и влипну, как лиса в той сказке про соломенного бычка.

Паутина не липла. Паутина вздрогнула, задрожала и издала мелодичный звон. Ну черт!

Я запоздало вспомнила, что мой дом был магически опечатан магистром Кравицем. И что теперь?

– Ай-яй-яй, магесса,  – укоризненно вздохнул за моим плечом анимаг – и обернувшись я увидела господина тайного сыщика – только не в его телесной форме, а в виде голубоватого ухмыляющегося привидения, парящего рядом со мной.

Пижон, как и всегда. Клетчатый жилет, рубашечка с рюшечками на рукавах, штанишки облегающие, ботинки с острыми носами…

В нашем мире с него бы писали модные журналы.

– Так и знал, что вы попробуете этот вид магии, – магистр потянулся в воздухе, и будто развалился в невидимом кресле, закинув ногу на ногу, – с вашей-то силой ментальной связи – дом просто не мог вас не позвать. Он же юный еще совсем, по меркам волшебных домов. Три поколения всего пережил. Для него сейчас хозяйки – как мамы для малышей. Плюс он еще и один был столько лет. Он очень боится потерять свою хозяйку снова. Вот и плачет, капризничает, зовет вас.

– Вы арестуете меня? – подозрительно прищурилась я, примерно прикидывая скорость, с которой я смогу вернуться в собственную спящую тушку. Типа меня тут не было. Хотя это, конечно, вряд ли прокатит. Тут записывают все разговоры с сотрудниками той или иной магической службы и могут позже проверить их на истинность. Так что наверняка и разгуливание вне тела по улицам Завихграда как-то можно отследить, зафиксировать и сдать меня службе магического надзора.

– Нет, с чего бы мне это делать? – Питер безмятежно зевнул. – В спорах о наследстве дома опечатывают, чтобы ни один наследник не успел добраться до алтарной, чтобы присвоить себе имущество раньше, чем суд вынесет свое решение. Вы никак не сделаете этого в ментальной форме, даже если вы – магистр ментальной магии. Для ритуала нужна ваша реальная кровь. Без неё – ничего у вас не выйдет. Так что…

– Пропустите меня? – я радостно потерла ручки. Еще сама не знаю, что мне делать бесплотным призраком внутри дома, но я непременно что-нибудь придумаю.

– Хм, – анимаг задумчиво смерил меня взглядом, – Марьяна, на что вы меня толкаете?

– На нарушение двенадцати законов и тридцати шести королевских распоряжений? – я спрашивала с искренней надеждой – всегда хотела побыть действительно плохой девочкой.

– Нет, всего лишь на отмену моего свидания с леди ди Ланцер в допросной магического управления, – фыркнул Питер, выписывая мне грандиознейший облом, – впрочем, наши с ней беседы не имеют особого успеха, так что вечер раздумий о своем поведении пойдет ей на пользу. Идемте.

Анимаг сжал своей призрачной рукой мою и втянул меня следом за собой туда, в закрытый паутинкой его чар купол.

– А вы со мной?

– Всегда хотел, чтобы вы пригласили меня в гости, Марьяна, – анимаг сверкнул белоснежными зубами, – только господин ди Венцер вечно успевал вперед меня. Чаем можете не угощать.

Он смеялся, вроде, но глаза его при этом оставались спокойными и невозмутимыми. Скорее интуитивно я поняла – что даже с учетом того, что ментальная моя форма ограничена в формах воздействия на дом, сопровождающий мне все равно нужен. Что ж, пусть им будет Питер, с соседом мне однозначно повезло. Хотя вредные привычки у него точно имеются – например, ловить на меня подозрительных упырей.

Определенно, летать в призрак-стайл было очень даже занятно.

В доме было темно и тихо. И зябко. Я чувствовала это вопреки тому, что чувствовать мне было нечем.

Магистр был прав, абсолютно во всем. Мой дом определенно боялся. Я ощущала это в воздухе, пропитанным переживанием огромной, большой, но еще такой неопытной души.

– Надо же, – господин Кравиц плыл за моим плечом вдоль холла и с интересом оглядывался по сторонам, любуясь завалами, – я не застал старой Ульи в живых, но судя по всему – это была очень эксцентричная ведьма…

– Ничего эксцентричного, обычная барахольщица, – я пожала плечами, – у нас таких даже пытаются лечить.

– И как, лечатся?

– Если осознают, что это болезнь – бывают просветления. А если нет… – я печально обвела взглядом все еще заваленный холл, – имеем, что имеем.

Прошка нашелся на кухне. Все так же не выйдя из облика кота, он сидел в устье нашей печки-кормилицы и печально зыркал оттуда большими золотыми глазами.

– Хозя-я-яука, – радостный мяв домового при моем появлении в кухне чуть не снес бесплотную меня сквозь стену обратно в холл. В последний момент только успела сгруппироваться и зависнуть в воздухе в вертикальном положении.

– Ты меня звал, Прош. Что-то случилось?

Прошка мигнул желтыми глазами и кувыркнулся в воздухе, под прикрытием неяркого сгустка света перекидываясь в невысоконького босоного мужичка в полосатых штанах и рубахе навыпуск. За подол этой самой рубахи домовой и вцепился своими широкими мозолистыми пальцами.

– Тык это… Разнарядку бы, – неловко пробасил домовой, – хоть на завтра. Мы от безделья того… В спячку впадаем. Дело, конечно, не вредное, но я недавно почивал, мне ближайшие лет десять бодрячком можно...

Я удержалась от вопроса: “И все, что ли?”

Да, я думала, у нас тут обвал, потоп, землетрясение, крыша сыплется, раз меня позвали, но… В целом, ментальная прогулка-пролетка до дома мне понравилась, и я могу использовать её себе на пользу.

Я оглянулась. Остаток дня домовой явно использовал не для праздного шатания.

Нас вытурили из дома после позднего завтрака, но посуда вся была перемыта и убрана, пыль со всех кухонных полок была вытерта, пол был намыт, да и печное устье было вычищено от золы.

Все это дивно, хорошо, и мне даже совестно. Пока я там платьишки меряла да отвлекалась на красивые глазки одного упыря – мой домовой выскреб всю кухню, не давая ей зарости пылью в мое отсутствие.

И да, это его работа, но за работу неплохо бы получать зарплату.

Которую я, кстати, давала ему едой.

При вдумчивой инспекции кухонных шкафов – я командовала, Прошка открывал, выяснилось, что в общем-то свежее молоко у нас отсутствует как явление, яйца – тоже вышли. Последнюю ватрушку Прошка съел сегодня на ужин – честно сказал, без всяких там виноватых взглядов. Ну и правильно!

Домовому много не надо, и если что – он и сам себе все приготовит, но… Готовить было не из чего. Да и не очень я хотела, чтобы он отвлекался на готовку, пока меня нет дома.

– Я завтра решу вопрос с тем, чтобы тебе доставляли булочки и молоко. Ты сможешь выйти из дома?

– А как же, – домовой энергично закивал, – из дома мы могем. И в дом обратно.

– И опечатывающие чары тебе не помешают?

– Домовые считаются частью опечатываемого пространства, – милосердно поведал мне магистр Кравиц, – естественно, так случается, что домовые находятся в спорных домах, и для них, разумеется, предусмотрены исключения. В конце концов, мы живем в великом золотом веке Велора. И думаем друг о друге. Пытаемся, по крайней мере. кому нужно, чтобы добрые домовые духи страдали из-за человеческих разборок?

– Что ж, отлично, – для самой себя я поставила галочку, что нужно не забыть зайти к молочнику и к мадам Карри, чтобы договориться о доставке, – идем, Прош. Будем смотреть, что тебе делать.

Ну, или точнее – за какую работу браться с начала.

Мы ничего не успели сделать с утра. Но давешний гноллий налет на “марракаш” был очень продуктивен, от двух крупных груд хлама остались только небольшие кучки тряпья – например, огромный мешок со слежавшимися носками не взяли даже гноллы. Интересно, зачем Улья это все собрала? Да еще и так хозяйственно сгребла все в одном мешище?

Распоряжения я выдала простые – сжечь, что сжигается, из оставленного гноллами. Вымести и вымыть пол в освобожденных местах. Собрать в одно место то, что сжечь не получится.

– Теоретически, если вы можете позволить себе оплатить приезд старьевщика – он может забрать ненужный вам хлам от ворот дома, – подал неожиданно полезный совет магистр Кравиц, – скажем, ваш домовой работает день, а вечером – приезжает старьевщик. Главное, чтобы дом позволил ему зайти за ворота.

– Увы, это не единственная проблема, – я печально вздохнула, припоминая самое пакостное из заклятий Ульи. То, благодаря которому вынести из дома хлам могла только хозяйка дома. Впрочем…

Нафига вообще Улья и Матильда являлись по мою душу, чтобы передать дом в мое пользование?

– Питер, а я смогу снять одно из защитных заклятий, наложенных на дом, вот так? – я встряхнула своими полупрозрачными руками, имея в виду мое пребывание в ментальной форме.

– Скажем честно, чары магических домов – это не мой профиль, – анимаг кувыркнулся в воздухе, явно наслаждаясь своей прогулкой в виде привидения, – но вы попробуйте, магесса. С очень большой вероятностью, вы выживете после этой попытки.

Вот паразит ушастый!

Вот почему бы моей судьбе-судьбинушке было не окружить меня джентльменами со всех сторон. Чтоб все такие – плащи мне под ноги стлали, мамонта ради меня добывали, и вот это вот все…

Не-е-ет. Со всех сторон упыри и язвительные кролики. Которые вообще даже ухом не шевельнут, чтобы сделать мою жизнь проще.

– Ну и ладно, сама разберусь, – буркнула я мрачно и заставила собственную ментальную тушку воспарить и пронестись сквозь потолок, второй этаж и крышу, до наивысшей точки купола окружавших мой дом чар. Интуитивно я ощущала, что взаимодействовать с ней – будет наиболее правильно. И точно. Все линии заклинаний – их было много-много, сходились тут, переплетаясь в изящный золотой цветок.

Я коснулась мысленными пальцами центра этого цветка и зажмурила глаза, концентрируясь на тепле в ладони.

Нет, это не сердце дома, к нему не так-то просто добраться, но именно из этой точки шла сквозная линия к алтарному камню, в котором и билась душа моего дома.

– Ну, привет, малыш, – шепнула я, обращаясь к своему ненаглядному домику. Как-то так вышло, что я уже была в него почти влюблена – что нам какие-то вампиры, – и за прошедшие полдня вне дома жутко соскучилась. Я болела за него, отчаянно хотела сделать ему лучше, избавить его от груд хлама, из-за которых ему было сложно дышать, как человеку – сложно при лишнем весе. И меня с ним разлучили! Бессовестно!

Мой дом соскучился тоже. Он бросился ко мне своими мыслями, как будто радостный щенок. Я ощутила, как внутри стен дома пронесся поток свежего воздуха, как будто радостный вопль, при виде долгожданной мамочки.

– Я здесь, здесь, маленький, – я ласково погладила по куполу чар, которые ощущала как упругий пузырь, – не бойся. Я никуда не денусь. Черта с два я тебя отдам этим… Елагиным.

Вокруг меня уютно затрепетал воздух, будто бы чьи-то невидимые объятия окутали меня с головы до ног.

– Уже готовы доказать свое родство с леди Матильдой? – заинтересованно кашлянул анимаг, внезапно нашедшийся позади меня. Тьфу ты! Так ведь и заикой сделать можно!

– Не мешайте, магистр, – недовольно шикнула я и глубже погрузилась в мысленное изучение чар.

Если честно, там был адский кавардак. Сотни разноцветных нитей переплетались между собой как провода у компа. Ну, знаете, когда тыкаешь провод в порт, потом вытыкаешь, втыкаешь снова – и глянуть не успел, как позади системного блока уже веселая паутинка, которую никто не задумывал, она сама получилась. Вот и тут было то же самое. По крайней мере на мой взгляд. Какие-то нити чар дополнялись, подвязывались на другие, какие-то переплели между собой, зачастую – притягивая из дальнего участка, короче… Хаос! Спасибо, что работает, вот!

Дело было в том, что я считалась хозяйкой дома, только поэтому и понимала назначение чар, стоило мне обратить свой взгляд на ту или иную нить. Хорошо, что тут все настроено и для ведьм недоучек. А то что бы я делала, если бы не это?

Нужные мне чары нашлись не сразу. Я минут двадцать потратила на перебор, пока не поняла, что вот этот мудреный узел на заклятии против воров – это вот то, что мне нужно.

– Отлично, вы нашли источник проблемы, что теперь будете делать?

Магистр Кравиц по-прежнему выступал в роли этакого то ли учителя, то ли наблюдателя. Только что попкорном над ухом не хрустел. Что ж, надеюсь, он принесет соболезнования Джулиану, если меня сейчас от попытки развеять этот узел на ментальную пыль разметает?

Коснуться узла призрачными пальцами не получалось – он ускользал и гнул нить во все стороны, будто это был и не узел, а змеиная головка. Ну эй, многоуважаемый узел, ты что, не понимаешь? Если я тебя не поймаю, ты ж меня не взорвешь!

За плечом раздалось насмешливое фырканье – магистр Кравиц явно угорал над моими попытками ловли дурацкого волшебного узла.

– Интересно, а кое-кто помнит, что он мне уроки магии обещал, перед тем как использовать меня в качестве упыриного живца?

– А я что, по-вашему, делаю, Марьяна? – хихикнул кролик. – Ничего не может быть эффективнее в обучении, чем бросить ученика в гущу проблем и, стоя за его плечом, пронаблюдать за исполнением. Нет, я, конечно, могу, как в академии по шесть часов гонять вас на репетиции правильных волшебных пассов, но оно вам надо, так бездарно прожигать драгоценные часы жизни?

– А нафига тогда вам стоять за плечом, если ученик может справиться сам? – озадачилась я, про себя отмечая, что стоит мне сильнее расслабить внимание, фокусируясь на других узлах заклинаний, как этот вроде как расслабляется и обмякает.

– Затем, что ученик может и не справиться, – снисходительно поведал магистр Кравиц, – моя задача – защитить моего ученика от последствий, встряхнуть за шиворот, привести в чувство и снова бросить обратно. К проблемам.

– Ну и методы у вас! – я говорила, а сама максимально занимала свое внимание остальных пространством чар. Да, точно, так оно все и работало. Фокус на трех других узлах заставил их оживиться и задрожать. Сила всей сети была общей, поэтому моя “цель” лишилась основной подпитки и будто бы задремала. Вот тут-то я и сделала бросок.

Узел вскинулся, будто поняв, что его обманули, задрожал, но было поздно – я уже схватила за видимую мне петлю заклинания и дернула её на себя, распуская витки чар.

Ох-х…

Я очень остро ощущала состояние дома, и в человеческих ощущениях это было похоже на момент, когда у тебя внезапно хрустнул и встал на место выскочивший ранее позвонок. Дому даже дышать стало легче!

Я чуть прошлась мысленным взором по нити заклинания против воров, рассматривая его условия и чуть укрепляя их.

Выносить вещи, не являющиеся фамильными ценностями семьи ди Бухе – мне, членам моей семьи (Джулиан ведь не надеется, что его смены на уборке моего дома закончились?), прислуге – по моему личному поручению. 

Фамильные ценности и вещи, способные ими стать – вынос разрешен только мне. Насчет Джулиана я еще подумаю. Он мне еще гноллий жемчуг не отдал.

– Ну, вот видите, магесса, – самодовольно мурлыкнул анимаг за моей спиной, – мои методы обучения весьма эффективны. Вы со всем разобрались.

– Куда ж я без вас, – фыркнула я, расслабляясь. Все, теперь Прошка сможет дотащить найденный хлам до ворот, а от них заберет уже старьевщик. Осталось только его найти и договориться с оным об адекватной оплате.

Я расслабилась, неторопливо опуская свою ментальную проекцию обратно в дом.

– Ну так что, Марьяна, – когда мы достигли крыши, повторил господин Кравиц, – вы уже понимаете, как вам доказать право первородной принадлежности в суде?

А, так вот как это называется? Право первородной принадлежности?

– Я не знаю, как быть готовой доказывать то, что для самой тебя – сложный для понимания факт, – вздохнула, проходя сквозь крышу – подобные маневры вызывали стайки мурашек по всему моему ментальному телу,– я не из этого мира. Попала сюда, после того как надралась в баре и несла подружкам бред, про то, что я на самом деле ведьма.

– Бред? – анимаг скептически фыркнул. – Марьяна, возможно раньше вы жили в мире, далеком от магических артерий сопряжения. Но вот вы в Велоре, и здесь вы чем дальше, тем больше грозите натянуть нос местным архимагам. Вы блестяще справились с путешествием в ментальной форме, на лету учитесь обращаться с защитными заклинаниями…

– И порталы в другие миры я тоже открываю, – кивнула я, зависая на чердаке и разглядывая стоящий там огромный шкаф, в котором можно было похоронить пару не очень-то хороших мужей, – к чему вы, магистр?

– К тому, что, возможно, магия внутри вас давно пыталась выбраться наружу, Марьяна, – терпеливо откликнулся анимаг, – и выбралась в момент эмоционального раздрая. Установила связь сопряжения с Велором. Вопрос в другом – почему именно с Велором?

– Возможно, он был ближе к моей Земле?

– Расстояние не имеет значение для сопряжений между мирами, – Питер качнул головой, – честно говоря, эту магию я изучал только в теории и в течение одного семестра. Я по специальности маг-временник, а не пространственник.

– Но если расстояние не важно, то что же важно?

– Кровь, – серьезно ответил мне анимаг, – всегда и везде магия отдает приоритет кровным узам. А еще магия не берется из ниоткуда. И если она вдруг проснулась у вас, и вас принесло в Велор, Марьяна, значит, у вас были предки не из мира-пустышки, а отсюда. Вы можете с этим спорить, но это очевидно.

– Бред какой-то, – я встряхнула головой, – в моем мире у меня были мать, отец, два дяди и четыре тети – дяди очень любили жениться.

– А что насчет прабабушки, Марьяна? – вкрадчиво поинтересовался магистр, – вы её видели? Ходили на могилку, может быть?

Прабабушки не было. Могилки – кстати тоже. Что было странно – бабушка всегда очень положительно отзывалась о своей маме, и очень косо поглядывала на тех, кто своих предков не чтит. У нас даже была традиция – каждой весной на Пасху чистить пять заброшенных могил на деревенском кладбище. Но при этом мы не ходили "навещать своих" почему-то!

Бабушка говорила – они слишком далеко...

Я сильно зависла, пытаясь сопоставить факты.

Я помню тумбочку в бабушкином доме – на ней стоял телевизор, накрытый кружевной вязаной салфеточкой.  В тумбочке хранились фотоальбомы. И девчонкой, еще по школе, я обожала вывалить из тумбочки фотоальбомы и разглядывать фотокарточки на них.

Любовалась на свою маму – тогда еще любовалась. Тогда еще не поняла, что ей без меня гораздо лучше. Смотрела на тетей, дядей, двоюродных сестер и братьев, но…

Ни одной фотографии прабабушки. И бабушкиной сестры – а про неё ведь бабуля тоже частенько мне рассказывала. Правда ничего про магию она при этом не говорила. И про Велор не рассказывала.

– Я понимаю, – милосердно произнес анимаг, – вы сейчас пытаетесь сломать привычную картинку своего мира и принять её истинный вид.

– Да помолчите уже, Питер! – шикнула я недовольно. – Хоть пару минут мне дайте!

Анимаг обиженно нахохлился, скрестил руки на груди, гневно встопорщил кроличьи уши на белобрысой головушке. Вот последнее доконало меня окончательно, и я рассмеялась и, не удержавшись от искушения потрепать этот самый затылок и эти самые уши, позабыв про то, что мы с магистром сейчас не были в нормальных физических телах. Я спохватилась поздновато, что скорей всего, моя рука поймает только воздух, но к моему удивлению – я вполне себе ощутила пальцами и мягкие пряди волос, и чуткие такие нежные кроличьи уши.