Текст книги "Клан Медведя 5: Медведюк (СИ)"

Автор книги: Василий Маханенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

– Учти – если с меня хоть волосок упадёт, твоя ненаглядная Беатрис познает все прелести общения с новыми слугами моего отца. Думаешь, твоя защита сможет защитить от истинных убийц?

Магические линии устремились вперёд, чтобы окутать непонятного урода, но сделать этого мне не позволили. Когда я практически добрался до парня, чтобы его спеленать и превратить в лепёшку, в голове раздался истерический крик красного тумана:

«Лег, беда! Лиара не отвечает на мой зов. Она пропала! Её нет уже семь дней».

– И ты молчал всё это время?! – я едва не закричал вслух, но вовремя опомнился. – Что значит «она пропала»?

«Поиск демонов нелёгкое дело, требующее полной концентрации. Лиара и раньше пропадала, но каждый раз возвращалась. Сейчас её нет непозволительно долго и даже экстренный вызов не работает!»

– Ты меня слушаешь, или ликвидаторам придётся заниматься твоей подстилкой вплотную? – не унимался пятикурсник.

– Что ты только что сказал? – я резко оборвал разговор с красным туманом и зло посмотрел на противника. По спине пробежал холодок, но мне удалось его погасить. Тот, кто скрывается под словом «ликвидатор», умеет чувствовать страх.

– То, что сейчас мы пойдём на арену, где я тебя отделаю, получив бонус от заместителя ректора, а потом совершим небольшое путешествие в дом моего отца. Но перед этим ты нацепишь вот это!

Неприятный тип швырнул к моим ногам цепочку и тут до меня дошло, что всё время меня смущало – я ощущал присутствие негатора. Да, за три недели я непозволительно расслабился, перестав оценивать окружающих. Моё внимание было сосредоточено только на поиске ассасинов, но никак не на оценке окружающих. Не отводя взгляда от пятикурсника, я мысленно потянулся по всему Дерону, желая найти знакомый и такой близкий для меня источник маны. Но его не было! Утром Беатрис убежала на занятия, в обед она точно была в академии – мы пересекались в столовой, но сейчас, к вечеру, она исчезла!

– Если с ней что-то произойдёт, ты об этом пожалеешь, – я даже не произнёс эти слова. Прорычал. Лини добрались до цели и превратили её в статую. Убью урода!

– Если ты его не отпустишь прямо сейчас, Беатрис умрёт, – послышался ещё один незнакомый голос. Ещё одна магическая нить ринулась к цели, создавая следующую статую.

– За тобой пристально следят, Лег Ондо. Наблюдателям дан чёткий приказ – если с Глебом или нами что-то произойдёт, немедленно сообщить об этом. У тебя десять секунд, чтобы его отпустить. После этого Беатрис будет убита.

«Лег, Лиара в беде! Со мной связались приспешники Башорга! Они готовы обменять Лиару на карту! Ты должен немедленно выдвигаться на её поиски! Отправляйся к Барксу – через Бурого Медведя я передам координаты, откуда она в последний раз выходила на связь. У тебя не более пяти часов, поспеши!»

– Как они похитили чародея? Это же невозможно!

«Я не знаю! Ты должен помочь Лиаре! Найди её!»

– Беатрис тоже похитили.

«Тебе придётся сделать выбор между своими жёнами. Лиара или Беатрис. Помочь ты сможешь только одной из них. Если ты наденешь негатор – мы потеряем связь друг с другом. Не дай себя обмануть и обвести вокруг пальца. Если через четыре часа тебя не будет в Фасорге – мне придётся начать переговоры. Живая чародейка важнее прохода в Бездну.»

Красный умолк, позволяя мне сделать выбор, однако он не знал, что выбор давно сделан. Я не имею ни малейшего понятия, где находится Лиара, но я могу узнать, где находится Беатрис. Вначале мне придётся встретиться с красными ассасинами.

Закрыв глаза, я простёр свою способность видеть линии так далеко, как только мог. Третий участник этой встречи, сам того не желая, дал мне хорошую подсказку – за мной могут наблюдать только по одной прямой – все остальные направления блокируют здания и деревья. Чужих здесь я не заметил. Чтобы максимально быстро добраться до отца Глеба, кем бы он ни был, нужно находится либо на стене, что является нарушением и должно караться Пандами, либо на крыше соседнего поместья, что возвышалось над стенами и позволяло вести наблюдение над той точкой, где мы находились.

Из носа пошла кровь, но результат был достигнут – я пробился до пятисот метров, сумев мысленно добраться до нужной точки. Четвёртый участник находился там, где я и предполагал – на крыше. В том, что это именно участник, сомнений не было – им оказался красный ассасин. Сильный, явно один из мастеров.

– Знаешь, а ведь мы и вправду пойдём на арену, – решение о том, как поступить, пришло мгновенно. Место тренировочных боёв находилось под крышей, так что на какое-то время мы выйдем из зоны видимости твари Зверя. Мне нужна минута. Не думаю, что Глеб сможет сопротивляться дольше.

Приподняв всю троицу буквально на пару сантиметров, я начал толкать её в сторону арены. Ассасин остался на месте – видимо, зрения с пяти сотен метров не хватило, что увидеть, что его подопечные не передвигают ногами. Вышло всё довольно естественно – ко мне подошла тройка старшекурсников, вызвала на спарринг, я согласился и сейчас они займутся моим избиением. Супер план! Вот только этот план дерьмо, мне не нравится и участвовать в нём я не собираюсь.

– Где Беатрис? – я сам поразился тому, насколько спокойным оказался мой голос. Глеб хотел что-то проорать, но не смог – я вернул блокировку до того, как он успел родить хоть один звук. В ход пошли привычные мне инструменты принуждения – небывалая боль. Для первого раза решил ограничится десятью секундами и, прежде чем снять блокировку, опять же спокойно произнёс:

– Даю тебе всего одну возможность говорить. Затем ты станешь мне не интересен со всеми вытекающими. Ты будешь испытывать боль до тех пор, пока не утратишь разум. Клянусь своей жизнью!

Привычного сияния не было – Лиара не могла подтвердить клятву. Но то, как я это произнёс, возымело воздействие – Глеб затараторил, едва успевая ворочать языком.

– Они в нашем поместье…

Три дня назад группа из пяти ликвидаторов и одного мелкого типа в закрытом плаще явилась в дом отца Глеба и предложила тому услугу – они излечивают смертельно больную жену главы дома, а в качестве платы их сын, пятикурсник Дерона, сделает всё, чтобы Лег Ондо явился к ним домой. Даже наручники из негатора вручили. Учитывая, что за последние три недели я отказался как минимум от десяти приглашений на званные ужины незнакомых мне кланов, стала понятна внезапно возникшая популярность. Глебу сразу сказали, что через приглашение меня притащить в поместье не получится, поэтому ему подготовили команду. Двое помощников, что стояли рядом с нами в виде статуй, являлись такими же студентами, семьи которых стали должниками ликвидаторов. Эта троица вывела Беатрис из Дерона под предлогом подарка мне на день рождения, где девушку схватили и доставили домой к Глебу. Нападающие продумали всё – начиная от желания моей жены сделать мне приятное, заканчивая внешним наблюдателем.

Не учли они только одного – вместо злости и гнева я смогу включить голову и погасить эмоции. Адекватный маг – штука опасная.

– Вы трое остаётесь в Дероне. Я запрещаю вам покидать академию до моего возвращения. После того, как я освобожу Беатрис, буду принимать решение о степени вашей вины. Вопросы? Я так и думал, что вопросов не будет. Тот, кто не послушается меня и рискнёт выбраться из Дерона в надежде спастись бегством, глубоко пожалеет. Он будет умолять меня о смерти!

Вопросов я, естественно, не получил – тяжело это сделать, когда противники находятся под блокировкой. Но такими мелочами я уже не заморачивался. Лишь горько ухмыльнулся, что даже в Дероне мне удалось отучиться всего три недели. Больше сюда возвращаться я не собирался даже ради соревнований. Пошли они все со своими академиями куда подальше. Пора учиться жить ради себя и тех, кто тебе дорог, а не стараться получить внешнее одобрение путём траты пяти лет в обществе таких уродов, как тот же Глеб или Фарсид. Надоело! Где там мои неведомые читатели? Возрадуйтесь – сейчас пойдёт такой драйв, что станет тошно.

В Дероне меня больше ничего не держало. Проверив, что удерживающие линии развеются через три минуты, я прыгнул головой вперёд и, не успев приземлиться на пол, активировал полёт. Мне требовалось держаться как можно ближе к земле и лететь как можно быстрее, чтобы зоркий глаз ассасина меня не заметил. Глеб досконально объяснил, где находится поместье его отца, так что выведывать дорогу через ассасина, убегающего к своему командиру, я не стал. Добравшись до внешней стены, я облетел её по периметру примерно на четверть, гарантированно уходя с линии обзора, после чего совершил, наверно, один из страшных преступлений академии, чреватый изгнанием или недопуском на занятия – перемахнул через многометровый забор, игнорируя проход. По мне тут же прошлись молнии, но защита справилась – то, какие заклинания стоят на страже границ Дерона, я изучил в первый же день своего здесь пребывания.

Сориентировавшись на местности, я ринулся к своей цели. Вероятность того, что меня заманивают в ловушку, была примерно сто двадцать процентов. Противники не могли не предположить, что я разотру Глеба и его подельников в лепёшку и брошусь спасать Беатрис. Вопрос только был в том, в каком состоянии я собирался осуществлять спасательные мероприятия. Бездумно ломиться вперёд, или…

Додумать я не успел – в область сканирования попал родной источник. Беатрис находилась в пяти сотнях метрах впереди и не двигалась. Судя по состоянию, каких-либо повреждений у девушки не было, разве что несколько гематом и мелких порезов. Поза, в которой предстали линии, указывала на то, что девушка стоит привязанная к какому-то столбу. Об этом говорили руки, заведённые за спину и образующие какой-то полукруг. Судя по всему, Беатрис решили использовать как наживку. Я удалённо залечил порезы и убрал гематомы. И тело подлечил, и показал своей женщине, что я рядом и вскоре собираюсь карать и буянить. Пусть готовится к скорому спасению.

Остановившись примерно в трёх сотнях метрах от цели, я начал оценивать перспективы. Трое мастеров с уже знакомыми мне инертными телами нашлись быстро, зато ещё одного ассасина, их командира, пришлось основательно поискать. Даже подумал, что его нет в поместье – раньше я никогда не сталкивался с настолько закрытым магическим полем. Даже у простых людей имелись отличительные черты, что позволяли их обнаружить. Здесь же полная инертность на уровне безжизненного камня. На самом деле мне просто повезло – внимательно отслеживая каждое перемещение в доме, я заметил, как нечто безжизненное начало передвигаться из одной точки в другую без сторонней помощи. Тут же пришла подсказка.

«Магистр красных ассасинов. Легендарная тварь Зверя, в существование которой я даже не верил. Чтобы такого создать, нужно поглотить пять тонн «крови». Даже не могу представить, насколько он силён. В текущем состоянии ты бессилен, Лег. Займись Лиарой. Таких, как Беатрис, в твоей жизни будет много.»

– Ещё одна подобная реплика о моей жене, и мы прекращаем общение навеки. Усёк? Отлично. Ты мне лучше ответь – кто это с ними? Судя по структуре источника – гоблин. Почему я не могу на него повлиять?

«Это Шавер-Кан… Один из моих учеников. Лег, он ещё опаснее магистра. Уходи, пока тебя не заметили.»

– Будем считать, что меня уже заметили, – я увидел несколько линий, двигающихся по велению чужой воли. Гоблин, как и я, активно занимался сканированием пространства, выискивая источники. Вопрос только в том, насколько он в этом преуспел.

– Нужен краткий экскурс, чего от него ожидать? Чему ты его учил?

«Магии, линиям, способностью оперировать разными типами энергии, конструированию. Всему, что должен знать шаман. Шавер-Кан входил в число четырёх великих столпов, но не смог противостоять искушению. Повторю – сейчас тебе с ним не справится.»

– Посмотрим, – зло пробурчал я, готовясь к атаке. Понимая, что рискую быть найденным, я тем не менее полетел вперёд, лавируя между поисковыми нитями. Для того, чтобы вытаскивать Беатрис, мне нужно убедиться в том, что это будет безопасно. Если я сейчас рвану её вверх, кто даст гарантию, что обвязанная вокруг шеи тонкая поволока не лишит девушку головы? Лично я бы поступил именно так, чтобы гарантировать сохранность своей жертвы.

Миновав очередной дом, я вышел на оперативный простор. Беатрис и меня отделял всего лишь забор, но чем ближе я подходил к поместью, тем странней мне казалось происходящее. Кроме пятёрки ассасинов (наблюдатель вернулся обратно) и Шавер-Кана, в поместье больше никого не было. Вообще! Это первое. Второе – о том, что я приближаюсь, противники точно знали. Несколько раз я не успевал увернуться и касался поисковых нитей. Тем не менее приспешники Зверя оставались на месте, примерно в тридцати метрах от Беатрис. И, собственно, третье – моя жена находилась не в доме, а прямо по центру внутреннего дворика. Каждая из мелочей ещё и могла случиться сама по себе, но все три вместе – нет.

Я взлетел над забором и, наконец, увидел свою жену. Беатрис действительно была привязана. Только не к столбу, а к стволу дерева. Девушка находилась в сознании, но говорить не могла – во рту я заметил кляп. Брошки на Беатрис не было, как и глайдера – всё это находилось рядом, прямо на земле. Вместе с одеждой. Вот, значит, как сняли мой глайдер – раздели и нашли что-то нестандартное… Но самое неожиданное, что едва не заставило меня включить «заднюю», чтобы поскорей убраться отсюда подальше, оказался огромный плакат на груди девушки.

Лег Ондо, ты можешь забрать свою женщину в любой момент. Мы хотим поговорить. Клянусь Зверем – вам ничто не угрожает. После нашего разговора и ты, и твоя женщина уйдёте, а мы покинем эти земли.

«Лег – нет! Это ловушка!»

Вот только я не слушал красного и перемахнул через забор, демонстративно медленно приближаясь к своей жене. В доме задвигались и вскоре также медленно, как и я, вышел магистр. Он шёл ко мне без шлема, позволяя всецело оценить красоту истинного вальга. Да, магистр был полноценным вальгом. Хвост, голова, телосложение. Мало того, предыдущий я назвал бы это существо красивым – каждая линия кричала об идеальности.

Мы очутились возле Беатрис одновременно. В руках вальга мелькнул нож и путы, что удерживали девушку, рухнули на землю. С трудом удержавшись на ногах, Беатрис быстро вырвала кляп, стянула с себя плакат и отшвырнула его в сторону, представ перед нами полностью обнажённой. Погасив краткий всплеск смущения, Беатрис принялась одеваться, не позабыв о глайдере.

Магистр смотрел на это безучастно. Убедившись, что девушка не станет делать глупость и атаковать, он повернулся ко мне и заговорил на чистом языке вальгов:

– Она твоя. Учитель просит вас о разговоре. Но не настаивает. И ты, и твоя женщина можете уйти прямо сейчас. Если бы мы хотели тебя уничтожить, сделали бы это три недели назад. Стены академии для нас не проблема. Но мы не желали вредить. Ты нужен этому миру.

– Беатрис, боюсь, что в Дерон тебе возвращаться нельзя, – я посмотрел на облачившуюся жену, готовую разорвать сейчас любого ассасина. – Забудь про вещи и прямо сейчас отправляйся в Фасорг. Так быстро, как сможешь выдержать. Я буду через пять часов. Лиара в опасности, её нужно спасать.

– Учитель предсказывал это. Вы можете улететь оба и тогда разговора не состоится. Но если ты решишь встретиться с великим, тебе придётся взять с собой ту, что является одним из четырёх ключей в Бездну.

– Вы и об этом знаете?

– Нам известна вся четвёрка. И это, в том числе, причина, почему учитель желает с вами говорить. Какой будет твой ответ, Лег Ондо?

– Что же, давай поговорим.

«Прежде чем принимать решения, дважды подумай! Шавер-Кан – мастер перевирать факты! Он запутает тебя и использует так, как нужно ему! Но не тебе! Думай, прежде чем что-либо делать!»

– Хочешь сказать, тебе есть что скрывать? – спросил я, но ответа не получил. Красный туман ушёл из текущей локации. Но, что забавно, он не требовал срочно уничтожить «приспешника Зверя». Что было весьма странно – раньше контролёр нашего мира не обладал такой выдержкой.

Магистр отвёл нас с Беатрис в главный зал резиденции. Кое-где виднелась кровь и для меня неожиданно дошло, где находятся хозяева и слуги этого дома. В мире ином. Шавер-Кан оказался не просто сморщенным, как сама жизнь, сморчком. Это было самое древнее существо, что я видел в этой жизни. Как в этом теле ещё теплилась жизнь – огромный вопрос. Говорил он на гоблинском, словно прекрасно осознавал, что я его понимаю:

– Вот мы, наконец, и познакомились, Лег Ондо. Герой, сумевший избавиться от ярма вечного раба. Несостоявшийся чародей, вступивший на путь истинного мага. Добро пожаловать, ученик моего учителя. Приветствую тебя, как равного. Знаешь, сразу задам вопрос, ответ на который расставит всё по местам. Ты знаешь, откуда в нашем мире появились приспешники Башорга? Молчишь и не знаешь? Конечно, учитель не любит об этом вспоминать. Ведь первым приспешником Башорга был он сам…

Глава 9

– Прежде всего, давай отключим моего учителя, – старый гоблин сделал пасс рукой и, прежде чем я успел даже дёрнуться, магистр ассасинов превратился в смазанное пятно, чтобы воплотиться возле меня и водрузить на голову обруч из негатора. – То, что мы должны обсудить, не касается… Ты поразительно спокоен, несмотря на лишение магии. В чём причина?

– Кто сказал, что я лишился магии? – я демонстративно приподнял бровь и активировал линии, захватывая стоявший неподалёку стул и обрушивая его на голову вальга. Бессмысленное действие, но я и не собирался наносить урон. Только показать, что случись что – у меня найдётся чем удивить своих противников. Хотя, если честно, панику удалось погасить с трудом. В этом мире я никогда не испытывал тесного контакта с негатором. Даже в подземельях Дерона, где сетка из небесного металла ограничивала меня в силе, она находилась на относительном удалении. Шкатулка с кристаллами Богуша не считается, так что сейчас я, по сути, впервые прикоснулся к самому большому страху любого мага. Любого, но не меня.

Потому что на мой источник негатор не влиял!

Я видел, как вокруг груди, там, где у обычных людей находится источник магии, сформировался непроницаемый кокон. Бездушный камень выполнил свою функцию и угас, перейдя в статическое состояние. О том, что в моей груди ничего нет, он не знал. Да и не могла лишённая разума штука проявлять такие чудеса сообразительности. Источник, находящийся в районе живота, остался доступен, хоть и с заметным понижением силы. Какая-то часть непроницаемости нашлась ещё и в голове. Видимо, блокировала те участки мозга, что отвечали за использования стандартной магии.

– Так что ты хотел мне рассказать? – я отвернулся от магистра, показывая, что тот мне больше не интересен. И только сейчас у меня в голове начали шевелиться мысли относительно того, а что, собственно, происходит? По какой причине классический вальг, коим является магистр, и те недовальги в лице мастеров получили иммунитет к магии? В моём пошлом мире такого точно не было. Значит, это нечто приобретённое здесь, на этой планете. «Кровь Зверя»? Таинственная сущность, что превращает одно существо в другое? Странное, кстати, мероприятие. Для того, чтобы родить вальга, требуется пять тонн зелёного материала. Это много. Очень много. На поток такое точно не поставишь. Неужели «кровь» действительно поглощают ради её уничтожения, а превращения – побочный продукт этого действа?

– Башорг и учитель. Как они связаны? – я подтолкнул задумавшегося гоблина к разговору.

– Он ещё не твой учитель. Я не вижу метки.

– Ты не поверишь – но он… Хотя ладно, твой учитель и Башорг.

– Две тысячи лет назад на нашей планете открылся портал и через него на планету ринулись люди, спасаясь от явившейся в их мир напасти…

В целом, экскурс в историю мало отличался от уже известной мне версии. Люди – сволочи, они навлекли беду и заслуживают смерти. Шавер-Кан, к слову, совершенно не скрывал своего отношения к представителям моего вида. Раздавить и уничтожить, вот что с нами нужно было сделать ещё тогда. Но красный туман дал слабину – он решил оставить людей. Началась война на три фронта – все против всех. Люди, гоблины, демоны. Появились людские тотемы и вскоре нашествие тварей Башорга остановилось. Демона победили и заперли в достаточно странной форме. Часть оказалась в нашем мире, часть – в бывшем мире людей. Собственно, это не позволяет заточить Башорга окончательно и, как следствие, разорвать портал, что до сих пор связывает два мира. Это из того, что я знал или о чём догадывался. Но вот другая информация, что поведал мне старый гоблин, немного повергла в шок.

Первое – красный туман, когда явились демоны, перешёл на их сторону. Вот прям всей душой и телом. Собственно, из-за этого твари едва не победили. Появились первые ученики – те, кто использовал магию хаоса. И один из них в последствии превратился в того, кто известен сейчас как тёмный тотем. Произошла великая битва и учитель внезапно осознал, что он заблуждался. Он отринул от себя всё демоническое и помог остановить тварей. Обучил тотемы, создал магов, чародеев, героев, ещё Зверь знает кого, и вся эта братия смогла заключить сущность Башорга в темницу. Но тёмный тотем остался на свободе. Он стал якорем и посредником между волей Башорга и людьми. Тотем искал и находил людей, жаждущих великих свершений и власти. Порабощал их разум, даровал силу, знания. Примерно тысячу лет назад произошла великая битва за право главенствовать над планетой. Те, кто поклонялся Зверю, сразились с теми, кто поклонялся Башоргу. В результате на планете исчезли маги – все они погибли во время битвы. Красный туман не вмешивался в возню. С одной стороны был его ученик, пусть и тёмный, с другой – родные дети планеты. Приспешники Башорга проиграли и растворились, но и гоблины потеряли слишком много. Непозволительно много. Они встали на охрану портала и отказались от Зверя. Из памяти людей и гоблинов вычеркнули даже само упоминание о том, что произошло. Никто и никогда не должен был узнать об этом, чтобы не повторить вновь. По сути, Шавер-Кан остался одним из немногих, кто знал истинную историю нашего мира.

– И что же ты хочешь от меня? – задал я вопрос, как только гоблин умолк. – Всё, что произошло в прошлом, конечно, интересно, но никак не проливает свет на то, почему мы сейчас здесь сидим и ведём увлекательную беседу, вместо того чтобы друг друга пытаться уничтожить.

– Мы упустили момент, когда приспешники Башорга подняли голову. Не заметили, что они стали сильными и могучими. Сущность, что они называют Повелитель, но по факту являющуюся тем самым тёмным тотемом, передала непозволительно огромные силы своему новому лидеру. Молодому, амбициозному, лишённому любых моральных принципов. Твари Башорга захватили вход в Бездну. Неровен час, они найдут способ туда проникнуть и снять барьер со своего бога. И тогда этот мир падёт. Мы не хотим этого. Какой смысл в уничтожении мира, если в нём нельзя будет жить?

– Какая интересная мысль. Особенно забавно её слышать от существа, что призвал в наш мир Дочь Зверя. Конечно, подумаешь, на материке не осталось бы ничего живого – голодный дракон пожрал бы всех и каждого. Я был там, где родилась эта тварь. Видел тех двоих гоблинов, что ты оставил. Видел то, что сделала с ними безумная машина для убийств, как только возникла в нашем мире. Пепел. Вот что осталось от них! И ты будешь говорить о том, что не хочешь уничтожить мир? Красивая сказка. И это я ещё молчу о том, кто и для чего вообще открыл проход в Бездну. Северный император сменился совершенно случайно, да? Ведь девственная сущность древнего дракона такой лакомый кусок…

Сорвался. Нет, я готовился к тому, что мне будут рассказывать не совсем правдивую информацию, но, чтобы настолько всё переврать – нужно иметь небывалую наглость.

– Все допускают ошибки, – невозмутимо ответила Шавер-Кан. – Мы тоже смертны. Никто не ждал Дочь Зверя. Мы собирались создать обычных драконоидов, чтобы выманить тварей Башорга из их логова. И, как ты видишь, у нас это получилось. То, что в мире появился истинный дракон, оказалось случайностью, что происходит всего раз в жизни. Хотя… Знаешь, Лег Ондо, я не буду лукавить – в какой-то момент я даже обрадовался, что на планете появилось такое существо. Дочь Зверя должна была уничтожить людей, свести их популяцию до нуля. Очистить планету. Да, гоблины бы тоже пострадали, но к тому моменту, как дракон начал размножаться, мы бы с ним уже справились. Неужели ты решил, что те, кто поклоняются самому Зверю, не могут справиться с одним из его воинов? Да, многие бы погибли, но мы смогли бы достичь цели – в нашем мире не осталось бы ни приспешников Башорга, ни людей. Это планета вновь стала бы только нашей.

– И тогда ты решил открыть проход в Бездну, чтобы притащить своего бога в наш мир. Думаешь, он стал бы разбирать, кто есть кто? Для него существуют только драконы и их дети, – я кивнул в сторону вальга-магистра. – Такие, как ты – лишь пища.

– Для мальчика семнадцати лет ты поразительно много знаешь, – не смог скрыть удивления Шавер-Кан. – Учитель не любит, да и не может об этом рассказывать, значит, ты получил эти знания откуда-то ещё. Поделишься со старым гоблином, кто твой источник? Хочется сказать ему спасибо.

– Может, вернёмся к причине, почему ты нас сюда пригласил?

– Ты умеешь подбирать слова, – обрадовался Шавер-Кан. – Именно пригласил! Твари Башорга захватили вход в Бездну. Полагаю, ведомые своим Повелителем, они смогут пройти дальше, даже не имея карты. Мне известен путь, но не точка входа. Им, скорее всего, известна точка входа, но никак не путь. Тебе не известно ни то, ни другое. Но ты и эта женщина являетесь двумя из четырёх. Теми, кто может открыть проход.

– Для существа, прожившего не одну сотню лет, ты поразительно много знаешь, – мне не удалось удержаться, чтобы не вернуть гоблину его же фразу.

– Четверо, что должны открыть или запечатать проход, известны всем. Мало того, они указаны на карте. Ты давно её изучал? Только после того, как уничтожить одного из вас, потребуется корректировка. Ни магу, ни чародейке смерть не грозит – вас слишком мало, чтобы игнорировать. Но тот, кто лишён маны и та, что обладает способностями тотемов – они заменяемы. Предлагаю стереть этих людей и заменить их моими гоблинами. У меня есть возможность спрятать их так далеко, что никто в целом мире не сможет найти их. Если я ошибаюсь и приспешникам демонов не ведом вход, им придётся искать всю четвёрку. В моём случае это будет тяжело сделать.

– Беатрис неприкосновенна, – произнёс я, заметив, как подобрался магистр ассасинов, готовый выполнить приказ своего учителя. – Как и Прост. Но ты вновь рассказал мне о чём угодно, только не о цели нашего визита.

– Разве ты ещё не догадался? – наиграно удивился гоблин, на что я, не менее наиграно, ответил:

– Как? Я юн и глуп, сам же недавно об этом говорил. Так что давай без подводов и хождений вокруг да около. Только не говори, что причина нашего здесь появления – что ты решил подменить людей гоблинами. Мне обещали, что Беатрис покинет это поместье живой и невредимой.

– Как же с вами, с людьми, сложно, – оскалился Шавер-Кан. – Я хочу предложить тебе союз. Вместе мы уничтожим приспешников Башорга, захвативших вход, затем ты и твоя тройка запечатаете проход, и мы надолго забудем о том, что в нашем мире существует Бездна. Я даже на время смирюсь, что на моей планете есть болезнь под названием «люди».

– И на то, чтобы обдумать такое уникальное предложение, у меня есть всего минут пять, верно? Причём общаться с твоим учителем нельзя.

– Хоть тут-то у тебя мозги работают так, как надо.

– Если я откажусь, что произойдёт?

– Как я и обещал – вы покинете поместье. Но, с прискорбием должен сообщить о том, что мной будет принято решение, что ты недостойный хранитель карты. Думаю, мага я точно где-нибудь найду. В крайнем случае – сам им стану. Опыт есть.

– Дай перефразирую… Твои слова звучат как: «Я тебе не угрожаю, но если ты откажешься – то умрёшь».

Гоблин кровожадно улыбнулся, показывая, что отступать он не намерен.

– Хорошо, допустим, я соглашаюсь. Какие дальнейшие шаги?

– Слов недостаточно. Нужна кровавая клятва. Мы принесём её вместе и до того, как ты снимешь блокиратор. Учитель не должен влиять на твоё решение. Возьми нож и полосни себя по запястью.

Вальг протянул мне огрызок металла. Когда-то это можно было назвать ножом, но сейчас – действительно огрызок. Когти у собак и то больше. Тем не менее я узнал предмет – ритуальный кинжал, коим древние гоблины приносили жертвы Зверю. Магическое зрение показывало, что ножик, на самом деле, непростой – небольшой силовой камень удерживал на своей поверхности какие-то непонятные линии. Я совершенно не мог понять, что они делают – здесь был и блок контроля, и управления, и несколько контуров подпитки энергии, и ещё что-то незнакомое. Сомнений не было – стоит порезаться этой гадостью, все эти линии проникнут в мой организм и справиться с ними будет достаточно тяжело.

– Меня, видимо, не услышали, – я не отводил от Шавер-Кана взгляда. – Я сказал, что «допустим» я соглашаюсь, но никак не «конечно, давай пустим мне кровь». Всё, что ты мне только что поведал, интересно, но не вяжется с моими планами на будущее. В нём нет ни приспешников Башорга, ни тебя с твоей армией. Время гоблинов ушло, время вальгов ещё не наступило. Сейчас люди будут решать, что им делать и как развивать эту несчастную планету. Которую ты едва не уничтожил.

– Ты пожалеешь о своём решении, – потемнел Шавер-Кан. – Тебя не трогали три недели в надежде на сотрудничество, но, если мы поймём, что нам не по пути, люди станут нам окончательно не интересны. И тогда мир захлебнётся от вашей крови.

– Как когда-то он едва не утонул в вашей? Я видел изрисованные пещеры древних. Ритуалы жертвоприношений. Толпы рабов, заливающих своей кровью алтарь Зверя. Раса не важна. Важен посыл – без чужой боли вы не можете существовать. И я собираюсь это остановить. Таким как ты – не место в моём мире.

– Ты был в пещерах Богуша? – в голосе гоблина послышалось удивление.

– Напомню – мне обещана неприкосновенность, – напомнил я. – Во всяком случае до тех пор, пока я нахожусь в этом поместье. Ты подтверждаешь это?

– Моё слово нерушимо, – Шавер-Кан только что в грудь себя кулаком не ударил.

– Тогда я могу ответить. Я не только был в пещерах, но я ещё и являюсь владельцем вот этого.

С этими словами я достал свою шкатулку и открыл крышку. Появилось желание снять защиту с кристалла, чтобы залить здесь всё чистой энергией, но близость Беатрис спасла Шавер-Кана и его подручных. Хотя, как мне кажется, красные ассасины смогли бы противостоять потоку энергии.