![](/files/books/160/oblozhka-knigi-v-nedrah-angely-ne-zhivut-377189.jpg)
Текст книги "В недрах ангелы не живут"
Автор книги: Василий Биратко
Жанр:
Прочая фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 4 страниц)
Но все бы ничего, но у меня без приключений не бывает. Ухватившись за хохолок, я тянул как мог. Складки шкуры немного разошлись и освободили концы узла, при неоднократном моем подергивании шнурок развязался, и наш продолговатый дирижабль на реактивной тяге рванул с места в противоположную сторону от Города. Я, как платочек на ветру, трепыхался в струе, еле держась за край мешка. Находящийся впереди шара старик сполз к небосводу, слегка впечатался в расплавленный от трения лед. И пока Валерион опомнился, слегка приморозил одежду и короткие волосы, благо, что Тмин остался не удел, расчищая уже ненужный путь, а то пришлось бы фермеру живьем скальп сдирать, благо, что кислорода хватало: он растекся по небосводу крупными пузырями.
Мой Страж, который так и не захотел мне назвать свое имя (для себя назову Принцем на белом скате), попал в мертвую зону обтекания, то есть в самый центр давления, и вдавился в дирижабль, из оболочки торчали одни ноги. По мере того как давление падало, растянутая оболочка не спешила сжиматься, пока имелось избыточное давление, и он все глубже входил в него. Меня сначала забавило это, но потом понял, что он остался без воздуха. Короче, с кем , от того и наберешься, коматоз ему был обеспечен, но вот надолго ли? После минуты полета мы врезались в сталактит, и нас развернуло, и каково было Валерке, у которого только оттаяли волосы, как вновь налетел на него дирижабль, прихватив с собой Тмина, который попал в ловушку к Принцу.
– Вот вам мое первое практическое занятие о влияние кислородного голодания, для принятия решений в стрессовых ситуациях! – прокричал я, заходясь от смеха.
– Какие решения? – услышал в ответ. – Если попал в резиновый шланг, дышать медленнее и спокойнее?
– Вот вы и не правы. Горемыки мои несчастные, вы находитесь в коконе кислородного баллона и умираете от его недостатка. Чудно как-то, вы это не находите? – продолжил подколки в их адрес. – Сделайте прокол и дышите себе спокойно.
Смех над своей глупостью раздался впереди. Струя ослабла, и я просунулся внутрь, чтобы нормально дышать и сохранить стратегическое сырье, затыкая дыру собой. В это время шар слегка дрогнул: это Принц, полоснув ножом, вместо рекомендованной мной малой дырки проделал брешь в половину роста. Он провалился внутрь, далее, не имея опоры, влетел головой в хохолок мешка, стукнувшись со мной лбами. Тмин напротив от внезапно заткнутого хохлом воздуха нашел новое отверстие, под давлением, как из пушки, вылетел наружу и скрылся из виду. Дирижабль, получив новое отверстие. сменил направление на противоположное, поглотив нас в свое чрево.
– Привет, – с перекошенным лицом, но неизменной улыбкой произнес Принц. – Я правильно выполнил распоряжения, мой инструктор?
– Почти …
Договорить я не смог, его тело до того плотно прилегло к моему, что я ощутил легкую дрожь во всем теле, не смотря на разделяющую нас оболочку. Словно тысячи воздушных пузырьков окатывали меня, щекоча все нервные окончания. Подергавшись в резинке, мы не смогли изменить положения, наоборот, наши губы сошлись, получив по молнии в мозг. Молнии экстаза, помутнения сознания наступили задолго до окончания кислорода в крови. Последовавшее притяжение тел уже на духовном уровне не смогли сдержать стенки мешка. Принц выдернул меня из хохолка, и мы выпали внутрь кислородной полости, дирижабль, получив вторую дыру, закрутился, как волчок, на месте.
Не может быть, чтобы мне было так хорошо и так долго. В этот момент Тмин вернулся и ухватился за хохолок, но не удержал с первого раза, и этого было достаточно. Не знаю почему, мы после жарких объятий бросили друг друга и принялись снимать одежду. И в это время шар остановился под воздействием приложенной силы напарника. Я упал на колени и перекатился к хохолку, застряв в дыре. Мой прекрасный Принц, неуклюже перебирая ногами по ватной оболочке, пятясь назад, вылетел в другое отверстие, сшибая друга. Дирижабль приобрёл вертикальное положение с центром тяжести внизу, а соплом вверху, и я исчез в сиянии глубин.
Падение замедлялось, давление воды увеличилось и воздух сжался. Уменьшился в объеме шар и, как следствие, упала подъемная сила. Я уже медленно вытекал из кокона, и реактивный двигатель превращался в парашют, плотно затягивая дыру в эластичной оболочке. На мое счастье, она оказалась в самом толстом месте хвостовой кожи камелии, которая легко сдавила дыру. Что-либо предпринимать желания не было, мысли окутывали, вороша прошедшее испытание.
– Что это было? Эти молнии, дрожь… И почему мы оттолкнули друг друга, когда нам было так хорошо, просто блаженство? – принялся обсуждать со своим двойником в голове.
– Мы оставили друг друга, потому что, потому что… пото… Стоп! Потому что мы стали стягивать с себя одежды, но зачем? Потому что, потому что, у нас-с-с-с, я не помню, но я был не в коматозе, а-а-а экстазе-е-е, – протяжно произнес мысль. – Значит, я хотел чего-то, чего нельзя получить в одежде… – мозг пронзила молния. – Секса, и только его, это есть врожденный инстинкт, я мог и не знать, но он проявил себя без моего согласия.
– Но этим занимаются только на острове великие мужья, а мы, плавающие в водах…
– Но страж часто бывает на острове, и он мог мне не рассказывать правды, а я… Что я, я уродец. Почему он меня захотел? У меня нет даже, чем ответить ему.
– Точно, я получил удовольствие от гистамина, бр-р-р, но мгновение нахождения ее во мне было приятно. Ха-ха-ха!
Мой голос потряс глубины.
– Валерион, ты был прав! Легенды правду говорят. Афалии двуполые, то есть два вида, самец – это все нынешние афалии. А я афалия из прошлого. Я самка! И мне не присущи наружные отметины, как у живородящих самок морганов, цветные пятна на заднице и… Я прощение господне! Ха-ха-ха. Ау, спасатели, стражи, скорее спасайте свое будущее!
Прислушалась. Тишина. Лишь проплывающий в трех километрах злобоеж отозвался на мой ультразвук, издав угрожающий рык, как сопернику, забредшему на его территорию, хотя мы друг друга не видели.
– У них кишка тонка, – возмутилась я.
Хотя была возможность плыть за мной и глотать пузырьки из дирижабля. Тем более, в густых поднимающихся пузырьках плотность ниже, и они могли догнать меня гораздо раньше, на более высоком уровне вод. Затем с остатками воздуха в шаре вернуться назад. Нет, они без своих скатов в глубины не спускаются, они будут искать их в первую очередь, без них пострадавших не вытащить, так прописано в Уставе, но не всегда нужно читать букву закона. Хотя нет, он однажды уже поступил не по закону, объявив всем меня великим ученым.
– Ты сделал великое открытие, и дашь себя убить? – подсознание вступило в защиту жизни перед смертью. Ладно, спасение утопающих – дело рук самих утопающих.
Первым делом не спеша освободил руки, далее, перебирая оболочку изнутри, добрался до второй дыры.
– Тьфу ты, я же самка, значит, надо говорить ЛА-А-А, – пропищала я с восторгом, комментируя свои действия в слух.
Я была так рада своему открытию, ведь оно давало осознать свою полноценность в обществе и индивидуальность во всем Мире.
Развязала повязку на груди, и та поспешила выпасть в полном объеме. Я по-другому взглянула на нее, грациозность, стройность тела, плюс эта «отвратительная» грудь заворожила саму себя на минуту, ощущая, как я воспарила из небытия, как рыба-феникс. Но нехватка кислорода вернула к операции спасения утопающей. Далее повязкой перетянула разрезанную Принцем дыру, совершив ошибку: поспешила вылезти из хохолка, который сжался из-за нарастающего внешнего давления. Температура воды достигла порога терпимости, делать вдох, находясь в воде, приходилось с сильным сворачиванием в калачик и последующим выпрямлением тела, это помогало грудной клетке втянуть капельку воздуха. Хотя воздух был сжат так же, как и я, он был в пяти метрах выше, остатком в полтора куба, и по передавленной оболочке дирижабля воздух всасывался очень медленно. Слава богу, погружение остановилось, уравнялись вес и подъемная сила, в голове появились галлюцинации и шум в ушах, вода возле носа окрасилась кровью. Наступил болевой порог давления, глубина достигла предела возможности для афалий: более двадцати пяти километров. В другое время я с удовольствием ушла бы к Центру Мира, но сейчас перерожденная я впервые захотела жить!
После минутной стоянки, воздух, прогревшись, стал расширятся, и я медленно пошла вверх. Скорость снова стала расти, и чем выше поднималась, тем больше становилась разница температур, и вот горячий воздух уже стал сам поступать мне в рот. Придя в себя, налегла на ласты, чтоб ускорить выход в обитаемые воды, воздух остывал и сжимался, давление воды так же падало, что должно раздувать шар, но кто знает эту физику жидкостей и газов, когда-то должен включиться обратный процесс?
– Не везет мне в смерти, повезет в любви… Чьи слова? Принца на белом скате. Эхе-хе, вряд ли и в этом повезет.
Наслаждаться удачному спасению некогда: перемещения на ракетной тяге как в горизонтальной, так и вертикальной плоскости, плюс попала в теплое течение, продрейфовала порядка цикла. Живот требовал подпитки, но на пути ничего не попадалось. Вскоре течение, которое огибало появившуюся из сумерек горизонта скалу, вынесло в тартарары, местность оказалась совсем незнакомая. Нарастающий шум ничего хорошего не предвещал, стая неведомых крылатых с клювом, словно иглы рыб, пронеслась на бешеной скорости. Через минуту они прошлись уже в обратном направлении. Зная их скорость, я умудрилась резко выставить оборванный лоскут оболочки, и одна рыбеха прошила его своей иглой, но хвостовое оперение все же застряло в резине. Добыча оказалась довольно вкусная, тело толщиной в два пальца и длиной по локоть практически не имело желудка, носовая игла в четыре пяди. Позвоночник сросся суставами, превратившись в надежную рукоять и образуя сплошную кость, лишь четверть хвоста имела гибкую форму с ластообразным хвостом. Тщательно обглодав жертву, получила неплохое копье с размах рук.
Гул уже был близко, и мой воздушный шарик сменил направление на вертикальное. Прижимая меня к крутому склону горы, устремился вверх, где творилось светопреставление, появились вспышки, потоки воды разбавлялись горячими газами.
– Вулкан! Извержение! – закричала я, только не знаю кому.
Я его узнала: этот вулкан самый богатый на ископаемые, хотя находится на самом краю обитаемого Мира вблизи южного полюса. На этом вулкане часто добывали железо и серебро, еще черпали из лавы расплавленное олово на вертикальной скале. Оно текло вниз в облаке пара, который уносился прочь, оставляя место для нормальной воды. Странно как-то, кругом вода теплая, но пролетающая лава на глазах превращала ее в кипяток, оставляя шлейф пара. Он устремлялся вверх, конденсировался и снова исчезал из виду. Не подозревая, порой проплываешь через этот столб кипени, и ошпариваешь тело. Жара кипящей воды достала вконец. Получив массу ожогов, бросила это экстремальное занятие, решила, лучше быть просто вольным скитальцем, чем зарабатывать бешеные деньги с покрытым волдырями телом.
Этому решению поспособствовал несчастный случай, когда афалий-напарник, заметив приближение огромного облака пара, выставил черпак, словил содержимое и получил из пара расплавленный груз олова в пару десятков кило, остановить его не смог, как и отпустить инструмент. Веревка захлестнула запястье, он ушел в глубины, летя следом за добычей, обжигаясь в потоке раскаленного пара. Его душераздирающий крик и писк в ультразвуке циклами напролет стоял в ушах, отбил охоту у многих старателей.
Промедление смерти подобно: ухватилась за выступ, который не захотел меня остановить, второй, напротив, тормознул так, что еле удержала шарик. Закрепилась понадежнее. Что делать? Плыть с шариком нельзя, восходящие потоки так и рвут его вверх, бросать тоже нельзя: заплыв в одно дыхание ничего хорошего не даст, если кругом такая муть и круговерть. Мысли, мысли… Правду говорят: если тебя водит водяной, то присядь и переобуй ласты. Шарик, лавируя в потоке, ворошил привязанный к нему огромный камень, но улетать не стремился.
Вот и само решение пришло.
Вытравила немного оболочки, создав длинный пустой рукав, в нем сделала прокол и по камушку стала забрасывать внутрь балласт. Вскоре шар завис уравновесившись. Освободила привязь, взяв его под самую воздушную полость, проколола еще одну дырку для дыхания и спокойно отчалила от горы. Но не тут-то было: пройдя километров пять, течение исчезло, и мне пришлось тянуть балласт на своих ластах, который оказался уже лишний. Спустилась вниз по оболочке, немного разгрузила его. Второй цикл уже пошел к концу, изнемогала на физическом уровне из-за постоянного балансирования между балластом и воздухом. Это требовалось для поддержания уровня плавания. Вдыхая кислород, я уменьшала объем шара, но требовалось и уменьшение балласта. Отвязать груз нельзя, ядовитые газы поднимались к небосводу, растекались на сотни километров аккурат в сторону моего течения. Не имея возможности выспаться, дошла до критической точки.
– Самцы, вы где! Единственная в Мире самк… Стоп! Я единственная. Так это самое страшное в моей жизни – жить среди тысяч особей противоположного пола. Ужас! Они, конечно, все не «рабочие», кроме Города, – запнулась я. – Значит, будем держаться подальше от островных жителей. Путешествие – это моя жизнь. Второй вариант: вернуться на ферму и гонять лангустов, но как это сделать практически, если не знаю даже, где я?
Мимо меня проносились стайки рыб, тыкая наугад своим новым копьем, они сами порой натыкались на ее невидимую тончайшую иглу. Питание кое-как наладила, воздуха еще на цикл хватить, воды навалом, хи-хи. Уже дичать начинаю, надо менять обстановку, но как и в какую сторону? Решение пришло, как всегда, само собой. Внизу исчезло плато, эхолокация говорила, что подо мной бездна, отражения никакого, да и свет приходил в темно-синем спектре без преломления. Верх светился желтоватым светом, тоже без искажений, но вскоре стал приобретать беловатый оттенок. Значит, небосвод предпочел опустится ниже, так как глубину парения я не изменяла, тем более балласт уже забыла, когда уменьшала. Течение увеличилось, исчезла живность, вода часто меняла температуру.
– Вот и сбылась мечта идиота – посмотреть на водоворот и Лоно Матери.
Что до первого, уже попала, но второго после первого уж точно мне не видать. Предо мной появился небосвод, сначала пологий, далее круче уходил в глубину, стремясь соединится с Центром Мира. Я по спирали вокруг сосульки в десятки километров диаметром устремилась к ядру. Скорость нарастала, сосулька уменьшалась и вскоре исчезла, оставив огромную воронку, которая поглощала все. Где верх, где низ? Ориентиры исчезли, кромешная тьма и оглушающий рев, даже страх загнан в пятки, не говоря о душе и храбрости. Что-то прокололо мне ногу насквозь. Это шустрая рыбка-игла, умершая от старости, уходила со мной к праотцам. Получила удар по голове, затем еще и еще. Дышать очень трудно, шар с остатком воздуха мертвой хваткой прижимала к груди, но он с не меньшим желанием хотел свободы. После участившихся хлестких ударов невидимыми предметами я одела оболочку на голову, затем сама влезла по пояс. Тело закручивало в спираль, ноги отставали: этому мешали ласты. Если бы они были на резьбе, даже самой ржавой, все равно открутились бы давно.
Центр воронки вот уже пару километров не сужался до конца, оставляя узкий черный колодец с газовой начинкой. Центробежная сила заставила остатки балласта из мелких камушков рассыпаться по всей поверхности мешка, но сначала, как наждачка, они изрядно почистили мое девичье тело. Одно хорошо, мой кокон растянуло в стороны, и через неплотно прилегающий хохолок до моего тела стал всасываться воздух, раздувая оболочку. Грузы растягивали все шире и шире, превращая бывший дирижабль в летающую тарелку. Воздух был наполнен целым букетом запахов: от протухшей икры до свежего чистого кислорода, но коктейль быстро смешивался. В глубине ядро испускало чистый белый свет. От него стенки колодца с мелкой рябью переливались всеми цветами радуги. На душе становилось спокойно. Вот он какой – переход в потусторонний мир, загробный мир, хотя тела это не касалось, под действием адского вращения оно стремилось освободиться от желудка и вытиснуть мозг через уши. Глаз глубины светился все ярче и ярче на фоне темно-синих нисходящих потоков холодных вод воронки, вихрь брал ее с поверхности у самого ледяного свода.
Тело с раздутым пузырем оказалось легче, и вода выдавила меня на поверхность, теперь я просто падала в бездну в центре туннеля, и, о, чудо, скорость замедлилась. Око сжималось, создавая избыток давления газов из воздуха и водяных капель, и я на мгновение зависла в плотной пелене тумана. Мир прекратил свое существование, лишь легкое вращение, которое иногда пододвигало меня к мощному потоку, зацепив его ластом, отбрасывало назад, раскручивая еще сильнее. Правильно говорил Принц, не везет мне в смерти… Вдруг из тумана, словно навстречу Титанику, выплыл огромный айсберг, и я со всего маха налетела на него, попав в полуметровую расщелину. Шарик лопнул, колючка, торчащая из ноги, встала как распорка, плюс мое копье, прижатое к телу, прошлось меж ног и так же превратилась в распорку, далее память моя запоминать весь хаос не захотела, взяла и отключилась.
И снова до здравствует Жизнь!
Но и без коматоза нельзя.
Память меня надолго не покинула, просто я привыкла прятаться за ее отсутствие. Перед самой моей кончиной айсберг врезался в каменные зубы тверди и раскололся на куски, я выпала на островок, возможно, бывшего жерла вулкана. Оно представляло собой круглую площадку с многочисленным нагромождением каменных клыков в десятки метров высотой, и, главное, воздушная воронка водоворота опускалась как раз на него, наполняя воздухом. Сотни тысяч циклов эту местность обрабатывает водоворот Центр, не тронутый водой, остался островком, а за его габаритами вода вымыла кольцевой каньон, нагадывая разрезанный по окружности бублик. Бушующие потоки воды, вращаясь, проскальзывали за габариты жерла, порой отходили от стен, образуя просвет в метр шириной. Но если в него попадало что-то огромное, нарушая ход воды, диаметр воронки сужался и накатывал на каменные зубы. В этом грохочущем мире я нашла островок спасения, но зачем мне оно?
– Раз мой ад выглядит так, значит, надо обустраиваться. Начнем с осматривания своих владений, – горестно вздохнула я.
Сняла ласты, засунула за повязку, хоть одно удовольствие походить босыми ногами. И здесь не все гладко: попадавшиеся острые камушки покалывали мою тонкую кожу на стопах, распухшую от воды. Обошла по периметру, местами вода бешено вращающимся цилиндром все же подходила ближе к скале стеной, и я могла достать ее рукой.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.