Текст книги "Хроники Акаши. Том 2: Плетение мандал (СИ)"

Автор книги: Василиса Ветрова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

– Вот я и говорю, у меня в раскладе тринадцатый аркан выпадает всё время, – пробормотала она. – А по ту сторону реки часто снятся мёртвые.

– Ну хватит нагнетать, – возмутился я. – Может, это просто потому, что они с некромантией связаны и всё такое.

Девушка пожала плечами и посмотрела на разгорающийся закат:

– А знаешь, когда ты рассказывал про твоё воплощение и жрецов смерти, вспомнила: у меня был знакомый, который тоже говорил про ворота для душ умерших, которые открываются на закате и рассвете. Он видел, а я, сколько ни пыталась – нет. Тогда я ему не поверила, а теперь вот думаю…

Она замолчала и продолжила смотреть в багровое небо.

– Надо смотреть в расфокусе, не концентрируясь ни на чём, – прошептала Лея.

Я взглянул на её лицо, оно было настолько сосредоточенным и одухотворённым одновременно, что отвлекать девушку ещё одним вопросом расхотелось. Пришлось тоже уставиться на закат. Если подумать, не так уж часто мне приходится расслабляться на балконе и созерцать небо. А в этот раз оно было ничего: полыхало всеми оттенками красного, перистые облака подсветились оранжевым, а над ними пролегла бирюзовая полоса. Солнце походило на прищуренный красный глаз огромного хищника, спрятавшегося за облаками. А вон там и чёрный хвост, извивается и стелется над горизонтом, или даже над садом, над деревьями. Я смотрел на чёрный шлейф, который тянулся к высотке МГУ и пропадал. Чем больше я вглядывался, тем отчётливее было видно движение и темнее становился шлейф. Даже стало слышно шелест, который распался на тысячи разноголосых шепотов. И этот шёпот влился мне в уши. Над шпилем высотки МГУ вспыхнул сноп света, уходящий вверх, а вниз упало его чёрное отражение...

– Твою мать! – я подпрыгнул со стула, свалив его на пол, и закрыл лицо руками.

– Андрей, что с тобой? – на плечи легли прохладные руки Леи.

– Кажется, глюканы, – прошептал я и выглянул в дырку между пальцев. Никакого шлейфа за окном не было. – Или, правда, эти ворота существуют.

Я посмотрел на высотку, и там снова замельтешило, сгущаясь, чёрное. Голова стала тяжелой, и в ушах начало шуметь.

– Фу, блин! – я тряхнул головой и выскочил с балкона. – По ходу, это оно. Души умерших над МГУ. Либо я спятил.

– Ты правда-правда видел?! – воскликнула Лея. – Ворота? И как они?!

– Да приятного мало. Как в моём сне.

Но Лея не угомонилась, пока я подробно не описал ей всё увиденное и услышанное.

– Так это здорово! – воскликнула девушка. – Знаешь, что это значит?

– Что неорганы не врут, я и вправду угробил своего ученика, – заключил я.

– То, что ты можешь вытаскивать способности из своих прошлых воплощений! – воскликнула Лея. – Понимаешь?!

Я перебрал в памяти предыдущие воплощения: алхимик и дети во сне. Там вроде не было способностей, не проверишь.

– Или даже знания! – продолжала девушка. – Что ты ещё мог?

– Только в этом воплощении – видеть всякую мертвечину, – вздохнул я. – Остальные два без способностей вроде. Но это правда интересное открытие. Надо придумать, как это использовать. А! Ещё ауры видел, как светятся.

– А ну, смотри на меня! – Лея встала посреди кухни и растопырила руки. – Смотри, вокруг тела что-то видишь?

Я долго пялился, и даже показалось, что увидел какое-то свечение у головы девушки, но эффект быстро исчез.

– Тренируйся, – заключила Лея. – Эфирку-то все видят. Вытяни руку на чёрном или белом фоне и двигай ей туда-сюда. Увидишь, как вокруг пальцев двигается свечение. Или за прохожими на фоне асфальта наблюдай. Очень хорошо видно.

– Ни фига себе, – я вытянул руку к потолку и стал смотреть. – А что вы раньше мне о таком не рассказывали?

– Да это эфирка, – махнула рукой Лея. – Я уж и забыла про неё. Толку-то. Всё светится и только. Это же не аура в цвете. Но если ты будешь так смотреть, то, может быть, пробудишь свои способности к видению из прошлого воплощения.

Я вспомнил потоки мертвяков и передёрнул плечами.

– Если это поможет Коляну, то попробую.

– Может, другие воплощения покруче будут! – подбодрила меня Лея. – Телекинез или левитация. Ты только представь!

Она так радостно принялась расписывать перспективы, что я уже почувствовал себя крутым магом.

– Оу! Уже десять! – Лея прервала свои мечтания удивлённым возгласом, взглянув на кухонные часы.

– Что, завтра траблы? – припомнил я.

– Да, траблы с трайблом! На днях едем на фест в Казань. Но если что, я на связи, – Лея посмотрела мне в глаза и стала серьёзной. – Пиши мне о своём состоянии каждый день. Отмечай любые необычные события, мысли, состояния. Тотально отслеживай всё. Договорились?

– Да, – её настрой передался и мне.

Я помог Лее донести пакеты с покупками до ближайшей машины каршеринга. Упихал всё это на заднее сидение.

– Скоро тоже буду ездить, права решил получить, учусь вот, – мне почему-то захотелось поделиться.

– Молодец, блок с манипуры снял. Я так и поняла, что ты из-за него не водил, – улыбнулась Лея. – Давай, пока.

Мы обнялись. Потом она села в машину и укатила. Я некоторое время ещё стоял на улице и вдыхал свежий вечерний воздух, вспоминая её озорную улыбку и искорки в зелёных глазах. Девушка, с которой мне было легко и комфортно, как со старым другом. Наверное, такое же чувство я бы испытывал к сестре, если бы она у меня была.

Глава 10

Слова Леи всё-таки не прошли даром. Я не смог выйти во внешние сны и словил кошмарные внутренние. Этой ночью снился поток из серых стонущих душ. По нему, держась за руки, плыли Колян и Рыжий. А в конце пути их ждала огромная чёрная воронка. Я отправил их туда. Это было известно как данность с самого начала сна. Не было ни грусти, ни сожаления, только осознание, что так надо и ничем тут уже не помочь. Я просто стоял и наблюдал. Казалось, сон длился вечность, застыв на одной безысходной ноте.

Я проснулся и вздохнул с облегчением. Даже не стал по обыкновению припоминать и сразу же записывать, а сразу соскочил с кровати и раздвинул шторы. Но за окном было пасмурно, и тусклый солнечный свет не смог прогнать моё дурное настроение.

Всё утро мне было как-то муторно. Может, дело было в том сне. Или просто ничем не занятый день был настолько непривычен, что вогнал мозг в ступор. Даже возникла мысль поработать, которую я, удивившись, прогнал. Может, дело было в том, что его не с кем было разделить, этот день? Лучше бы пригласил в пятницу Аржану в тир и снова попытался выведать все секреты. А теперь было поздно.

Я скинул фото некроманта на телефон, вдруг он мне встретится по дороге, мандала-то работает, оделся и вышел на улицу, просто чтобы не сидеть в квартире одному.

Дул холодный ветер, люди разбежались с улицы кто куда. Идея пойти помедитировать на лавочке в парке мелькнула в сознании и тут же улетучилась. Я, сам не зная зачем, спустился в метро и поехал в центр.

– Мам, мам, мы пойдём на башенку смотреть, слушать, как большие часики звонят? – канючил ребёнок на соседнем эскалаторе.

Я уставился на них в расфокусе, как учила Лея. Эскалатор движется, фигурки на белом фоне, можно попробовать посмотреть свечение. Эфирку.

– Куранты, – поправила мальчишку усталая женщина под сорок. Она мотнула головой с коротко стрижеными волосами, словно отгоняя какие-то мысли.

– Так мы пойдём? Мам, пойдём? – не отставал ребёнок.

И тут вокруг него появилось свечение. Я точно видел, как оно движется вместе с ним на белом фоне тоннеля. Этакое беловатое нечто, как лёгкая ткань или дрожание воздуха. Мать светилась гораздо слабее. Я пытался сосредоточиться на свечении и не сводил с них глаз. Ребёнок, будто почувствовав внимание, обернулся и тут же заявил:

– Мам, этот дядя на нас плохо смотрит!

Чёрт! Это было как ведро воды на голову. Мать тут же впилась в меня взглядом, как хищный ястреб. От неожиданности я зачем-то улыбнулся ей и, не придумав выхода лучше, побежал вниз по эскалатору.

Уже в вагоне вспомнились слова малыша про куранты. А это мысль. А почему бы и вправду не махнуть на Красную площадь? Сел я по направлению в центр, а тут ехать-то всего ничего и без пересадок до «Охотного ряда».

В центре, несмотря на хмурую и прохладную погоду, сновала куча народу. Туристы фоткали, ряженые приставали к прохожим, парочки гуляли под ручку. Уже на Красной площади ко мне подскочила миниатюрная девушка с шикарной гривой каштановых, прямо как у Катьки, волос.

– Вы не сфотографируете нас вместе, пожалуйста! – она радостно всучила мне телефон и побежала обратно, к стоявшему в стороне худощавому брюнету.

Я навел фокус.

– Раз, два, три – снимаю!

Девушка замерла с радостной улыбкой, а парень с выражением безразличия на лице.

Он её не любит. Ему просто с ней удобно, как и мне было с Катькой.

Это промелькнувшая в сознании мысль привела меня в ступор.

Чего?

А того, любил ли ты Катьку? Хоть раз задумался о том, как она переживает? Её желание помочь не вызывало у тебя ничего, кроме раздражения.

Я отдал телефон девушке и на всякий случай помотал головой. Как-то не было у меня раньше подобных разговоров с самим собой да ещё на такие темы. Будто мысли не мои.

В лицо ударил порыв холодного ветра. Внутренний голос затих и больше не проявлял себя. Я прогулялся до собора Василия Блаженного, отслеживая каждую мысль, и под конец успокоился. Мало ли чего бывает.

Сто лет здесь не появлялся. Странно, без этого Лидуниного «пойдём слушать бой курантов» площадь выглядит по-другому. Дышится здесь более свободно, что ли. И теперь она кажется не большой и пустой, а маленькой и уютной. А купола собора похожи на цветные карамельки. Было бы здорово отломить и слопать один. Я протянул руку и растопырил пальцы над куполом, будто сейчас схвачу его. Пусть это будет моим неделанием на сегодня. Бело-синяя полосатая маковка «уместилась» в ладони. Можно было бы сфоткаться так, если гулять не одному. Хотя и это не проблема. Я заметил блондинку, которая тоже разглядывала храм. Она стояла ко мне спиной, а длинными волосами играл ветер.

– Девушка, вы меня не сфотографируете? – я подошёл ближе.

Она обернулась. Ещё до того, как она повернула ко мне заплаканное с красными пятнами лицо, до того, как бирюзовые из-за цветных линз глаза округлились от удивления, я узнал её. По неуловимым движениям, осанке, манере двигаться – не знаю. Меня как током ударило.

– Катька?!

– Дрю?!

Мы смотрели друг на друга, наверное, с минуту. Блондинка? Голубые глаза? Господи, как ей ужасно в таком виде! Или мне ужасно, потому что непривычно? А что она заплаканная-то такая?

– Что случилось? – спросил я.

– Да так, ничего, – первое впечатление от встречи прошло, и Катька попыталась отстраниться.

– Да я вижу, какое ничего! Вон лицо пятнами пошло, – ответил я.

– Тебе-то теперь какое дело?! – ответила Катька, всхлипывая, и снова разревелась.

Я тоже задал себе этот вопрос и не нашёл ответа. Просто знал, что надо помочь.

– Ну мы же не чужие люди. Расстались, да, – признал я. – Но это не мешает мне просто помочь, по-человечески. Я что, по-твоему, должен пройти мимо?

– Ты ведь меня бросил, – захлюпала носом Катька. – А значит, прошёл мимо!

– Ну, давай мы не будем разбираться, кто кого бросил, – ответил я, вспомнив, как вернулся в пустую квартиру, – а ты просто расскажешь, что случилось. А я подумаю, что смогу сделать.

Катька недоверчиво и даже как-то испуганно посмотрела на меня, и на секунду мне показалось, что она сейчас просто убежит. Но она всхлипнула в последний раз и утёрла слёзы.

– Ничего не размазалось? – девушка повернула ко мне лицо.

– Вообще всё идеально. Какие-то невероятные технологии. Суперкосметика? – пошутил я, чтобы приободрить её.

– Водостойкая, – ответила Катька и шмыгнула носом. – Пойдём, по дороге всё расскажу. Я вообще-то на работе. Пока ещё.

Мы двинулись в сторону Тверской, и Катька выложила свою историю. Дело оказалось не в разбитом сердце, как я думал, или не только в нём.

– Я только скопила на первый взнос, взяла ипотеку. И тут – закрытие салона. Оказывается, мы давно уже работали в минус. Сначала стали задерживать зарплату, а теперь окончательно разорились. Сегодня последние остатки распродаём из шоу-рума – и всё! И работы нет. Я все собеседования обзвонила. На рынке кризис, и более крутые дизайнеры за копейки работать идут. А у меня, так и сказали, квалификация недостаточная и опыта мало!

Девушка чуть снова не разревелась.

– Да сколько ж им опыта надо? – удивился я. – Ты же там несколько лет уже работаешь.

– На должности подай-принеси! Продавец-консультант я была по документам! – почти крикнула Катька. – А чтобы устроиться, нужны ещё рекомендации. А как их получить, если так вот? Если эта мегера со всеми переругалась. Из принципа не возьмут.

– Ипотеку-то есть чем платить? – спросил я.

– Ну да, я кредит взяла, когда стали зарплату задерживать, – призналась Катька. – Там взносы огромные. Хотела побыстрее. Ещё снимать – тоже денег надо. Я ведь строящийся дом взяла, так дешевле. А за съёмную платить за следующий месяц нечем.

– Понятно, – я вздохнул.

Да, Катька и финансы – не самое лучшее сочетание.

Мы подошли к стеклянным дверям салона. На них густо пестрели яркие наклейки «sale». За витриной виднелись голые манекены. И вправду плохи дела.

– Пятна на лице прошли? – Катька повернулась ко мне.

– Почти, – я оценил еле заметные следы на щеках.

– Ну и ладно! – Катька достала из кармана бейдж, нацепила его и, тряхнув блондинистыми волосами, вошла в салон.

Несколько женщин, перебиравших вещи на вешалках, замерли и посмотрели на нас, будто их спугнули. Судя по выражению лиц, явно не целевая аудитория модного бутика. Прямо во взгляде читается: «слишком дорого». Но всё равно роются. Распродажа ведь.

У кассы за широким столом стояла та самая мулатка, Надин, что послала меня в прошлый раз. Она удивлённо вскинула бровь, не зная, как реагировать. Потом, видимо, приняв решение, показала ровные белые зубы, изобразив улыбку:

– Привет, Дрю!

– Привет, – отозвался я.

– Девушка, девушка! – к стойке подошла потасканная женщина лет семидесяти. Черные брови, ярко-розовые губы, мешки под глазами, которые не смогла скрыть тонна тонального крема. На каждом пальце по кольцу. Про таких хочется сказать «динозавры ещё живы». – Девушка, помогите-ка мне подобрать жакет! Вы что, просто так здесь стоите?

Мулатку она в упор игнорировала, словно её здесь не существовало. Надин фыркнула и кивнула Катьке, мол, иди.

Я остался стоять у кассы непонятно зачем.

– Грустно вышло, Катя говорит, и работу теперь не найти, – сказал я для поддержания разговора.

– Это ей не найти. Бедная Катенька. Собирается за гроши дизайнером футболок в какую-то второсортную контору идти, – вздохнула Надин и с драматическим надрывом в голосе повторила: – Дизайнером футболок!

– Это из-за того, что здесь была оформлена не как дизайнер, а как продавец-консультант? – уточнил я. – А рекомендацию от вашей главной нельзя получить?

Мулатка замялась, посмотрела на Катьку, занятую с клиенткой.

– Да насолила она нашей акуле, Элис. Ни за что рекомендацию не получит. Скорее уж наоборот. Прослойка у нас тесная, все друг друга знают. Видел ты эту Элис, блондинка такая высокая, клеилась к тебе, когда вы тут на корпоративе отжигали. Так вот, парень этот вроде как сначала на неё глаз положил. Но Катька-то моложе и формы получше. Да и имидж сменила. А как получилось, что разорились, так ни слуху ни духу его. Как ветром сдуло! – мулатка понизила голос и тихо добавила: – Говорят, он денег занял у обеих.

– Дела… – протянул я, пытаясь усвоить поток свалившейся на меня слегка сумбурной информации.

– Вот ты Катеньку одну оставил, а она у нас девушка простая, беззащитная. Сразу попалась в чужие сети, – проворковала мулатка.

Я посмотрел на блондинистую Катьку, мелькающую среди вешалок.

– Я разберусь.

– О, вот это слова настоящего мужчины! – воскликнула Надин.

Катька привела тётку-динозавра на кассу. Старалась она, явно, не зря – не меньше пяти кофточек достались Надин на упаковку.

– Кать, – я подхватил девушку под локоть. – Мы, конечно, с тобой расстались, но вроде бы не чужие люди. И я бы хотел тебе помочь, раз уж оно так сложилось. С работой не знаю пока, что придумать, но чтобы не тратиться на съёмную квартиру, поживёшь пока у меня.

– Дрю, – Катька замялась. – Я не уверена, что готова…

– Кать, я не предлагаю отношения. Поживёшь в квартире на Бибирево. Я сейчас в центр переехал, а эта всё равно пустует. Возражения не принимаются. Съезжу за ключами, встречаемся после рабочего дня. Бутик, как обычно, до десяти сегодня?

Катька кивнула, и я отправился в отцовскую, вернее, уже мою квартиру.

Найти ключи оказалось непростой задачей. В итоге, когда они, наконец, обнаружились в кармане осенней куртки, зазвонил телефон.

– Ты не отвечаешь на сообщения, – заметила Лея. – Случилось чего-то?

– Королева Чаш случилась. Похоже, мандала активировалась, – ответил я.

– Ого! – присвистнула в трубку Лея. – Погоди, дай угадаю. Катька твоя?

– Ты ясновидящая гадалка, так нечестно, – засмеялся я в трубку.

– Значит, да, – хихикнула Лея. – Ну, ты её хотя бы знаешь, уже хорошо. Давай, держись там и отписывайся мне.

С переездом мы управились только к глубокой ночи, и я, оставив Катьку в окружении коробок и орхидей, уехал домой на такси. А на работу в понедельник заявился невыспавшийся и недовольный – ни снов, ни ОСов на этот раз не было. Какие тут ОСы, когда спал всего четыре часа?

Отец завязал разговор, когда мы разбирали документы по проекту. Прямо посередине процесса, в то время как я сосредоточенно пытался уложить в голове все детали.

– Как провёл выходные? Встречался с друзьями? – спросил он.

– Ну да, – пожал я плечами, будто бы говоря «что же ещё делать?»

– Знаешь, все наши дела, бизнес, это всё для чего? Для чего я это делал?

Ну, понеслась! Сейчас опять начнёт лекцию про праздные развлечения и долг. Я попытался удержать лицо и ответил:

– Для нас с мамой, для семьи.

Кажется, это он пытался мне втереть в прошлый раз.

– Правильно, Андрей, – вздохнул отец. – Потому что семья – штука очень важная. Я бы сказал, основополагающая. Без неё человек как щепка в море, кидает его по волнам, то в одну сторону, то в другую, и он сам не знает, куда плывёт. А я знал куда плыл. Моя семья была маяком для корабля. Без такой мотивации я бы не достиг всего этого. Правда, у нас получилось… не совсем гладко у нас получилось, но люди одни не живут. И у меня всё равно есть ты. А у тебя… вот Катя эта девушка хорошая была, мне понравилась, а виделись всего один раз.

Ну ничего себе! Отец решил позаботиться о моём семейном будущем! С чего б его так разожгло? Или сам чего задумал с этой Светочкой? Так разве он у меня станет спрашивать!

– А мы вот только недавно виделись… – совсем неожиданно для себя выложил я и осёкся.

– Помирились? – с надеждой спросил отец.

– Не совсем, – я замялся и стал объяснять: – У неё на работе проблемы. Эта модная контора прогорела, и Катька без работы осталась. А дизайнером одежды, как она хочет, сложно устроиться, связи там нужны. Так не пробиться. Там ведь у них конкуренция такая. А она ипотеку взяла, и придётся работать продавцом-консультантом, подай-принеси. Много не заработаешь. Вот я предложил ей пока пожить на старой квартире в Бибирево.

Получилось довольно скомкано, но отец понимающе кивнул. Даже как-то одобрительно у него вышло.

– Без связей, значит, не пробиться, – сощурился он на меня. – Катька – девушка приятная, добрая. Надо помочь ей. Есть у меня одна дама, владелица дома моды, могу познакомить. В среду наш фонд организовывает благотворительный ужин, и она там будет. Но вам с Катей придется прийти и поприсутствовать.

– Было бы здорово, – ответил я, прикидывая, что придётся пропустить тренировку.

– Вот и ладненько, – кивнул отец с таким довольным видом, будто я только что угодил в какую-то хитро расставленную ловушку. Что ж, может, так оно и было. – Итак, в среду в восемь вечера в Гостином Дворе на Китай-Городе. Только чтобы при параде, галстук там и всё такое прочее.

– Пап, – я не смог удержаться от вопроса, – это уже через день. Ты не планировал мне про этот ужин рассказывать?

– Ну, ты же не любишь задерживаться после работы, – отец изобразил удивление. – А в среду у тебя тренировка. Видишь, я помню. Пошёл бы разве просто так?

Я прикинул, что попытался бы отмазаться. Но то, что меня и вовсе не собирались звать, выходило обидным.

– Не дуйся, я как раз собирался тебя позвать с твоей девушкой, – рассмеялся отец. – Не веришь? Вот два пригласительных приготовил, держи – это чтобы тебе было удобнее её зазывать. Сына-то моего без всяких билетов пропустят.

Он протянул мне приглашения – два чёрных блестящих конверта с какими-то завитушками, символикой фонда.

– Но ты же знал, что мы с Катей расстались? – уточнил я.

– Ну, у такого видного парня должен быть кто-то на примете, – отец подмигнул мне.

Я не понял, знал он заранее про Катьку или нет. Поповкин-то не дремлет. Или охрана рассказала про Лею. Он мог знать и про обеих, а я пригласил бы вообще Аржану. Вот был бы номер!

Я улыбнулся и не стал продолжать тему. В любом случае, решил он только сейчас или заранее обдумывал, как подкатить ко мне с этим вопросом, всё сложилось удачно. Как и мандала.

После работы я отзвонился Катьке. Прислал ей по ватсап фото билетов: не пропадать же их презентабельному виду.

– Андрей, это же здорово! Сто лет не была на таком мероприятии! – разворковалась девушка. – Там же все сливки общества будут! Что же надеть?

– Ну, что-то этакое, чтобы покорить твою будущую начальницу чувством стиля, – предположил я.

После серии охов и ахов мы договорились встретиться в метро, и я положил трубку. То ли Катька своими эмоциями взбудоражила мне нервы, то ли сказался недосып, но я понял, что сейчас вырублюсь, и вместо тренировки поехал домой с твердым намерением сразу же завалиться спать. Так получится продрыхнуть часов десять, а то и одиннадцать. И тогда наверняка удастся набрать энергии и выйти в ОС. Главное, не забыть настроиться на внешнее сновидение.