![](/files/books/160/oblozhka-knigi-komandir-rkkka-2a-354888.jpg)
Текст книги "Командир РКККА 2А"
Автор книги: Валерий Соловьев
Жанр:
Современная проза
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 6 страниц)
Было, однако, ясно, что эта информация должна быть срочно доведена до Леонида Хайтова, так как утаивать ее от их друга и компаньона было бы, не по – мужски и не по – товарищески. А лучше всего и основательнее это можно и нужно сделать в Ленькином «доме конференций», т. е. в сарае его дядюшки. Ну и заодно можно обсудить все остальные текущие вопросы.
Уговорить Леонида о проведении очередной «конференции» не составило труда, так как такие мероприятия были полезны и интересны для него в неменьшей степени, чем для Дроздова и Коженкова.
В субботу 7 февраля, сразу после занятий друзья собрались в «конференц – зале» – т. е. в сарае дяди Леонида, притащив с собой разнообразную закуску и пиво. Единомышленники зашли в уютный закуток сарая, где Леонид сразу включил два трамвайных электрообогревателя для создания комфортных условий. Выпили по бутылочки пива с воблой, обсудив школьные новости. Затем, когда Леонид с торжественным видом вытащил 2 бутылки своего «фирменного виски «Три озера» приступили к основной повестке дня.
Во – первых, легкие одноместные аэросани предполагалось «довести до ума» недели через две. Все необходимые комплектующие узлы и материалы для этого имеются.
Во – вторых, организация и проведение праздника 8 марта. Для этой цели запланирована героическая театрализованная постановка с поимкой иностранного шпиона. Роль шпиона будет исполнять естественно Николай Змитриченко (у него подходящая фактура для этого злодея). А задерживать шпиона будут «чекисты» Коженков и Дроздов.
– Роль наивного и преданного своей социалистической Родине выдающегося ученого – изобретателя супер оружия для защиты нашей Родины по фамилии Хайтовский буду исполнить я, – с деланной скромностью заявил Хайтов.
– Нужна еще невинная жертва иностранного шпиона, который будет ее пытать, но она ничего ему не скажет и это должна быть обязательно симпатичная и артистичная девочка, а спасет ее кто – либо из чекистов, – глубокомысленно высказал свое мнение Дроздов.
– Класс! Мы согласны с твоим предложением! Вот ты и спасешь! – весело подтвердили Боб и Леонид.
Пирожные, мороженое и лимонад по цене производителя Хайтов достанет в нужное время с помощью своего авторитетного дяди. А вот цветочки для поздравления девочек и преподавательниц их класса Леонид обязуется доставить с ближайшего кладбища и городского крематория (предварительная договоренность с местными «проводниками в царство Аида» у Леонида уже имеется). Для этой благородной цели надлежит загодя собрать всего по 5 рублей с каждого парня их 9в класса (за исключением, естественно, присутствующих организаторов). В-третьих, проведение дня здоровья, т. е. лыжной прогулки всем классом с применением легких аэросаней ориентировочно до середины марта.
– А эти аэросани потянут несколько человек на лыжах? – заинтересованно спросил Леонид.
– Думаю, при хорошем скольжении лыж двух, или даже трех человек потянут без вопросов. Важно чтобы буксирный конец под винт не попал, – компетентно ответил Павел.
– Парни, у вас я вижу, есть что – то еще по повестке дня. Так? Излагайте не стесняясь, – спросил Леонид.
– Боб, излагай сам, раз ты постоянно заявляешь, что ты у нас самый умный, – заявил Павел.
– Нет, ты Пашенька излагай: во – первых, эту информацию мы почерпнули на твоей территории, а во – вторых, ты у нас главный Цицерон, – обоснованно возразил Борис.
– Ладно, уговорил. Не будем теребить Муму, и ходить вокруг, да около. Помнишь, Леня свой снайперский выстрел в окно гинекологического кабинета в нашей районной поликлинике? – спросил Павел у Хайтова.
– Паша, не сыпь мне соль на рану, она и так болит. Эта подлая ворона, когда я в нее прицелился и чиркнул коробком по запалу, повернула ко мне морду клювом вперед, а потом и сама повернулась в фас. После этого поражаемая площадь у нее сразу уменьшилась раз в десять. Тут и Боб, и ты бы промазали – это однозначно. Ну а пулька – она же дура, вот она и попала в гинекологию.
– Это ты Леня попал в гинекологию, – поправил его Боб Коженков.
– В общем, пуля – дура, пробив оба стекла в кабинете, попала в медицинскую карту одной особы. Отгадай с трех раз, чья это была карта? – задал вопрос Дроздов.
– Фокина Наталья, которая была в тот вечер со мной?
– Мимо, и близко нет.
– Партайгеноссе по комсомолу – мамзель Бойцова?
– Снова в молоко. Давай последнюю попытку снайпер по женскому полу, – произнес Павел, без особой надежды на догадливость Леонида.
– Аня! Аня Соколова! – воскликнул утвердительно Леонид, быстро опрокинув в себя полстакана «виски».
– Точно, в десятку! Пулька застряла в медицинской карте Анны. Тогда ее нигде не могли найти. А представляешь, примерно месяц назад мадам Соколова приводит Анну к гинекологу, та ее внимательно осматривает, а затем на ухо старшей Соколовой говорит, что Аня…?
– Беременна! – хрипло восклицает побледневший Леонид, вливая в себя без закуски полный стакан «вискаря».
– Есть, снова в десятку, да ты настоящий ворошиловский стрелок – супер снайпер по женскому полу! – одновременно воскликнули Дроздов и Коженков.
Дроздов затем внятно рассказал Леониду, что у них с Коженковым появилась эта сугубо конфиденциальная информация в результате случайно услышанного разговора врача – гинеколога с матерью Павла. Отметил также, что медицинский аборт прошел, по словам доктора, весьма успешно и без ущерба для здоровья Анны.
– Должен также сказать тебе, что когда у Анны стали упорно допытывать, кто тот таинственный партнер, с которым у нее были любовные отношения, так она ушла в полный отказ. Сказала, что никогда не предаст своего друга даже под пыткой, – успокоил Леонида Дроздов.
– Да она молчала, молчит, и будет молчать как героиня – партизанка в белогвардейской контрразведке, – добавил Коженков, увидев, что Леонид еще раз наполнил и собирается опрокинуть в себя последний полный стакан «виски».
– Э! Реже Леня, оставь нам немного этого бодрящего напитка, не забывай про нас и закуси как следует, – сказал Павел, вовремя остановив Леонида и разлив остатки «виски» на 3 стакана поровну.
– Леня! Тебе не кажется, что этот романтический сюжет напоминает русскую народную сказку про «Царевну лягушку»? – спросил по – доброму Боб Коженков.
– Еще как напоминает. Но я дальше постараюсь действовать более разумно, чем Иванушка – дурачок, так как лимит на глупость я уже явно исчерпал. А у Ани я обязательно попрошу прощения, не вдаваясь в подробности, о которых вы мне сказали.
Друзья выпили оставшееся спиртное с подходящим тостом «за дружбу и любовь», доели полностью всю закуску и Павел с Бобом проводили до дому изрядно захмелевшего Леонида Хайтова.
– Мы на «автопилоте» ходим по очереди, сейчас как раз Ленькина очередь, обратили внимание? – утвердительно произнес Дроздов.
– Спасибо вам парни за важную информацию, вы поступили как настоящие друзья! – с благодарностью произнес Леонид, с трудом открывая несколькими ключами двери своей квартиры. Оба друга постояли немного у двери «плейбоя» прислушиваясь. Так как два женских голоса (это были мать и старшая сестра Леонида) ругали провинившегося не очень сильно, то было ясно, что инцидент можно считать исчерпанным. С хорошим чувством выполненного долга и слегка «навеселе» друзья разошлись по домам.
Начиная со следующего дня, сразу после школы Борис с Павлом и его младшим братом Владимиром плотно занимались изготовлением аэросаней. Работа увлекла Боба. Он довольно грамотно изготовил воздушный винт из бруска мелкослойной березы – той, что является основным сырьем для изготовления прикладов для стрелкового оружия. Винт получился неплохо сбалансированным, был тщательно отшлифован и покрыт влагостойким лаком. Корпус аэросаней открытого типа, имеющего в плане сверху вид равнобедренного треугольника, был также изготовлен из прочных березовых брусков, скрепленных по углам с помощью фанерных книц (косынок).
Аэросани были поставлены на три широкие лыжи. Первая, подпружиненная поворотная лыжа, была самой короткой и легко управлялась установленным велосипедным рулем.
Две задние лыжи, более длинные, были поставлены параллельно друг другу, и на них приходилось около 80 % веса аэросаней вместе с водителем. Скорость вращения воздушного винта регулировалась рукояткой «газа», от которой отходил гибкий боуденовский трос. Этот трос был связан с дроссельной заслонкой карбюратора ДВС.
Самым сложным оказалось изготовление пускового устройства с выдвижным храповым механизмом. Но здесь профессионально помог отец Павла, умеющий работать на любом станке.
Для него изготовление такого механизма не было столь уж сложной задачей. Для обеспечения безопасности сделали ограждение воздушного винта с помощью дуг безопасности и стальной, крупноячеистой сетки.
Наконец в первых числах марта были проведены ходовые испытания этой одноместной самоделки. Так называемая «тяга на швартовых», развиваемая воздушным винтом, достигала 30 кгс. Хотя тяга была несколько меньше расчетных значений по укатанному снегу аэросани развивали вполне приличную скорость – до 50 км/час, а по снежной целине – всего лишь 14 км/час. Однако когда на лыжи аэросаней установили широкие полосы дефицитной нержавеющей стали толщиной 1 мм, скорость возросла более, чем на 25 %.
Леонид Хайтов доработал сценарий спектакля и обсудил его с Дроздовым и Коженковым. При обсуждении кого назначить на роль героической девочки, являющейся по сценарию дочерью выдающегося советского ученого Хайтовского, Павел и Леонид одновременно пришли к выводу, что это может быть только Анна Соколова. С трудом удалось уговорить на роль «шпиона» Николая Змитриченко и то с помощью Софочки Пудель, продвигающую своего возлюбленного, где только можно. Вторым узким местом была роль «дочери выдающегося ученого», то есть Анны Соколовой. Но ее, как раз, уговаривать и не пришлось. Роль патриотки и комсомолки ее очень устраивала, особенно в компании и под руководством такого талантливого режиссера как Леонид Хайтов. То, что она до сих пор влюблена в «плейбоя» было видно невооруженным глазом даже близорукому первокласснику. Времени на подготовку качественного спектакля было не достаточно, хотя несколько репетиций все же провести удалось. Лучшим артистом оказался Павел Дроздов, склонный к творческой импровизации.
Неожиданно и очень хорошо проявил себя в роли матерого шпиона Николай Змитриченко, которого по сценарию должен раскрыть и изобличить Коженков. А Дроздов, в свою очередь, должен в одиночку скрутить и арестовать матерого врага.
На репетициях Змитриченко, отбросив прежние обиды, охотно изображал безуспешно сопротивляющегося врага народа, но терпящего неизбежное поражение в единоборстве с мужественным советским чекистом. А Павел на этом фоне выглядел неким былинным богатырем, легко справляющемся даже с самым сильным и опасным противником.
8 марта 1930 года был днем подлинного триумфа лучшего сценариста и режиссера школы № 102 микрорайона «Озерки» Леонида Хайтова, которому позавидовал бы сам Немирович – Данченко.
Во – первых, цветы, подаренные всем девочкам 9в класса и учительницам, были великолепны. Вся школа удивлялась тому, как даже такой «доставала» как Леонид Хайтов умудрился заполучить большое количество шикарных букетов в условиях СССР да еще накануне любимого праздника Клары Цеткин и Розы Люксембург? Тут ответ один – это большой талант.
Во – вторых, праздничный банкет был великолепен: пирожные, мороженое нескольких видов и вкуснейший лимонад, который был выпит всеми девочками их класса «на ура». А Софочка Пудель, выпившая лимонада больше всех и просившая налить ей еще чашечку «лимонада», стала громко читать стихи запрещенного поэта Сергея Есенина, что было небезопасно в то время. И только инициативная тройка парней знала, что креативный Леонид щедро разбавил лимонад своим бесподобным «виски», доведя крепость фирменного «лимонада» до 7 % (это соответствует крепким сортам пива).
В-третьих, «гвоздь сезона» – патриотический спектакль, на который были приглашены журналисты, писатели, работники районо, театральные критики и высокопоставленные гости из райкомов комсомола и ВКП(б). Большой актовый зал школы был набит зрителями «под завязку» – яблоку негде было упасть.
Сценарий и игра актеров впечатлили всех зрителей. Матерым, глубоко законспирированным иностранным шпионом оказался безобидный с виду увалень – заведующий домом культуры, гуманист и общественник – типичный «ботаник» из тех, кто и «мухи не обидит».
А изобличили опасного врага советские чекисты, и то не сразу. Шпион, пользуясь наивностью выдающегося советского ученого Хайтовского, сумел пробраться в квартиру профессора с целью похищения чертежей сверхмощного оружия.
Однако в квартире Хайтовского шпиона поджидала неудача – он никак в течение нескольких часов не мог найти замаскированный сейф с чертежами супероружия, хотя облазил все места в квартире. Но тут ему очень повезло – в квартиру неожиданно зашла ничего не подозревающая дочь выдающегося ученого Анна, которую он стал долго уговаривать, пытался подкупить большими деньгами, золотом и бриллиантами. Однако, не добившись ничего, приступил к зверским пыткам, для чего включил утюг и собирался прострелить ей колени.
Но герой – чекист, которого играл Павел, успел войти вовремя, когда шпион уже занес горячий утюг над красивым лицом Анны.
– Руки вверх гад! – громко выкрикнул Павел, наведя свой наган на шпиона. По сценарию шпион должен был вытянуть руку со своим пистолетом так, чтобы Павлу было удобно выбить оружие ногой. На репетициях это происходило безукоризненно. Но здесь Змитриченко поступил так, как и должен был бы поступить в действительности опытный враг, пистолет был, молниеносно вскинут и плотно прижат к боку – так, что обезоружить противника в таком положении ударом ноги было очень тяжело. Но Павлу эта нелегкая задача удалась – он выбил – таки ногой оружие у своего врага. Однако, при этом, он на какую – то долю секунды потерял равновесие и «раскрылся», как говорят в боксе. Наказание за это последовало мгновенно – Змитриченко резко ударил левой рукой в открытую челюсть Павла, и доблестный чекист, получив классический нокаут, эффектно рухнул на пол.
Однако победа у шпиона была еще не окончательной – из – за портьеры выскочил и вступил в единоборство с сильным врагом второй чекист – Коженков. Но он не смог устоять против мощнейших ударов чугунных кулаков матерого шпиона и одной минуты и тоже рухнул на пол, опрокинув торшер и обеденный стол.
Тут послышалось стариковское покашливание, и в комнату на шум борьбы вошел так же внезапно пришедший к себе домой профессор Хайтовский. – Что за шум, а драки нет? Или она все же есть? Что здесь вообще происходит товарищи? – только он успел спросить, приложив старомодное пенсне к своим подслеповатым глазам, как тут же был схвачен шпионом за горло.
– Тамбовский волк тебе товарищ! Быстро открывай сейф старый козел, а то придушу тебя здесь как Отелло Дездемону! – хрипло выкрикнул с перекошенным от злобы лицом Змитриченко.
Однако тут совершенно неожиданно в борьбу вступила «дочь профессора» Анна, которой удалось освободиться от веревок. Подскочив к опасному противнику сзади, она вцепилась обеими руками в его пышную шевелюру. Змитриченко, взревев как бык, стал мотать Анну по сцене. Но долго не мог ее сбросить с себя, так как она вцепилась во врага как клещ. Тем временем Павел уже полностью пришел в себя после полученного нокаута и ожидал удобного момента для нападения на «шпиона». И этот момент настал. Змитриченко, схватив Анну за ворот ее платья, рванул его изо всей силы. Модное, отлично седевшее на «дочери профессора» платье, с треском разорвалось пополам, явив восторженной публики великолепную фигуру Соколовой, облаченной лишь в кружевные трусики и бюстгальтер. Змитриченко подскочил к Анне, и, пригнув ее к полу, низко нагнувшись, собирался нанести бедной девочке мощный удар в лицо. Но ударить не успел, так как Павел, будучи «мастером по пробиванию штрафных ударов», с разбегу дал сильнейший пендель по толстой заднице «шпиона».
От этого удара Змитриченко плюхнулся лицом в пол, едва успев подставить руку. Однако, мгновенно вскочив, Змитриченко обрушил на своего противника град тяжелых ударов.
– Лупит как паровым молотом, где только он успел так научиться? – подумал Павел, с трудом отбиваясь от разъяренного «шпиона». Пришлось Павлу пойти на хитрость, изобразив, что от полученных ударов он находится в полуобморочном состоянии. А когда его противник пошел «на добивание», неосмотрительно выставив вперед левую ногу, Павел четко провел боковую подсечку его левой ноги – свой коронный прием. Как только Змитриченко внезапно грохнулся на пол и раскрылся, «чекист» Дроздов нанес ему сильнейший нокаутирующий удар без каких – либо церемоний.
– Сволочь, негодяй! Не смей скотина бить Коленьку! – раздался из зала истошный вопль нетрезвой Софочки Пудель. Но зал, напротив, был очень рад, что опасный враг народа был обезврежен. Общими усилиями «чекистов», «профессора» и его «дочери» матерый шпион был крепко связан. Переполненный зал долго рукоплескал, раздавались восторженные возгласы и крики «браво». Успех превзошел все ожидания. Особенно впечатлены были «мастера пера» – писатель и несколько журналистов.
А двое театральных критиков, от которых доброго слова никогда не услышишь, тут прямо заявили: «Каков эффект присутствия и проникновения в образы! Какой сценарий! А какие яркие и достоверные сцены борьбы! Да тут сам великий Станиславский воскликнул бы: «Верю!».
В общем, все артисты пожинали лавры и особенно «профессор Хайтовский» со своей любимой «дочерью Анной», на которую он нежно и с любовью накинул свой профессорский сюртук, не столько от холода, сколько от того, что полураздетая Аня выглядела уж слишком эротично. А это не входило в утвержденный сценарий спектакля, который и так был полностью переделан психанувшим Змитриченко.
Когда почти все зрители и гости разошлись к Дроздову подошел директор школы и неожиданно стал пожимать ему руку и благодарить.
– За что Василий Григорьевич? – искренне удивился Павел.
– За то, что ты предотвратил массовую драку. Если бы ты не одолел Змитриченко, то на него, как на «шпиона» ринулись бы школьники – патриоты – а это в основном «хорошисты» – не самая многочисленная группа учеников. В этом случае на защиту «своего парня» тут бы выступило большинство «троечников» и «двоечников». Они, скорее всего, наваляли бы группе «хорошистов» и «отличников», а так же заодно и всем гостям. Масла в этот огонь подлила еще Софья Пудель, рвавшаяся на помощь второгоднику Змитриченко. Она, как дикая кошка, одному десятикласснику расцарапала щеку, а другому прокусила руку. Ее с трудом удалось успокоить. То, что может произойти жестокая, массовая драка понимали все учителя и большинство школьников. А вот из прибывших гостей, похоже, никто и не подумал, какой серьезной опасности удалось избежать. – И это все благодаря Вам Павел! – пояснил свою благодарность директор Иванов.
– Да не за что меня благодарить, Василий Григорьевич. Я просто не мог допустить, чтобы «шпион» победил, – смущенно ответил Павел.
– А что это Змитриченко вдруг «закусил удила»?
– Да это, Василий Григорьевич, обычный «эксцесс исполнителя», как говорят за границей. Просто Николай глубоко затаил обиду на меня, полученную около года назад. Только решил «поквитаться» с размахом и не только со мной. Вот и «слетел с катушек».
День здоровья был проведен в рамках всего 9в класса в ближайшее воскресенье и также прошел «на ура». Погода была слабо морозная, идеальная для коллективной лыжной прогулки. К аэросаням прицепили обычные большие санки с поклажей и запасом горючего в двух десятилитровых канистрах. На аэросанях катались по очереди всем классом, так как особых навыков в управлении этот технический «шедевр» не требовал. По накатанной лыжне аэросани легко тащили за собой двух и даже трех человек на лыжах с вполне приличной скоростью около 15 км в час, что было очень занятно и весело. Потом развели большой костер и устроили обеденный перерыв с бутербродами, горячим чаем, вином и грогом, приготовленным Леонидом Хайтовым на основе его легендарного виски «Три озера». После такой трапезы настроение одноклассников еще более улучшилось и слегка охмелевшие школьники устроили песнопения и танцы под гитару и граммофон. Дроздов вполне прилично перетанцевал со многими девочками своего класса. Особенно хорошо ему удавался моднейший танец «Чарльзтон», которому его профессионально обучила его потерянная любовь Раиса Ахмадеева. Боб Коженков все время танцевал со своей ненаглядной пассией – Валентиной Баданиной.
Между делом «режиссер» Хайтов все же спросил Николая Змитриченко, с какой это стати он пошел на такое опасное изменение сценария спектакля?
– Не вижу никакой опасности, наоборот, все получилось очень натурально, – не очень уверенно ответил Змитриченко.
– Коля, ты что, не «въехал», что наш спектакль из – за твоей самодеятельности мог закончиться грандиозной дракой, в которой победили бы сторонники «шпиона» – вот это был бы номер!
– А я бы просто «застрелился» из стартового пистолета, понятно, что не по настоящему, а «понарошку». Еще бы и выкрикнул чего – нибудь на прощание, типа: «Гады, я вас всех ненавижу, я умру сегодня, а вы – проклятые большевики, умрете завтра, придут наши – всех вас перевешают на фонарных столбах».
– Но это явный перебор. А за «проклятых большевиков» и «фонарные столбы» тебе бы могли вклеить по самые помидоры от партии и ленинского комсомола, – резонно возразил Леонид Хайтов.
– Извини, я об этом не подумал, напрасно я погорячился, был неправ, сознаю. Но ведь все обошлось, а журналисты, культурологи, и остальные гости были вообще в восторге.
– Ладно, проехали. All is well, that ends well, – закончил свою мысль по – английски Леонид.
– Все хорошо, что хорошо кончается, – перевел эрудированный Дроздов.
Веселье было в самом разгаре, когда лучший лыжник в их школе Николай Носов, по прозвищу «Нюх» заметил, что уже пришло время повысить градус. А для этой цели послать гонца за бутылками винца.
– Ты Нюх совсем потерял нюх, кое – кто об этом позаботился заранее, – назидательно ответил Леонид, вынимая из своего рюкзака здоровенный кусок сала, две буханки хлеба и 4 бутылки своего фирменного «виски». «День здоровья», получив мощное материальное подкрепление, продолжился с новой силой. По требованию одноклассников Леониду Хайтову пришлось профессионально и очень эротично исполнить аргентинское танго с красавицей Баданиной, а потом и со своей возлюбленной Аней Соколовой. Веселье, песни и танцы продолжались то тех пор, пока заходящее солнце не коснулось вершин деревьев.
Домой потянулись, когда стало уже смеркаться. Аэросани, дожигая последние литры горючего, с натугой тащили наиболее уставших лыжниц. Но, тем не менее, все присутствовавшие на «дне здоровья» были в восторге. А трое друзей: Леонид, Павел и Борис еще раз подтвердили свою креативность и укрепили свой авторитет перед одноклассниками.