![](/files/books/160/oblozhka-knigi-luzer-si-287525.jpg)
Текст книги "Лузер (СИ)"
Автор книги: Валерий Быков
Жанры:
Боевая фантастика
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 7 страниц)
–Это плохо, мне кажется, я никогда не привыкну к розовому небу.
–Привыкнешь, но там есть своя фишка, высоко в горах небо на этой планете голубое, как на Земле, так что там есть разные части...
–Но высоко в горах, наверное, очень холодно?
–Нет, в отличие от Земли, атмосфера планеты прогрета, потому что она очень толстая, поэтому в горах на высоте пятнадцати километров над уровнем моря почти также тепло, как в самых тёплых областях. Ты привыкнешь, так куда идём?
–Я хотел бы поработать в вашей лаборатории, наверняка на корабле кроме меня есть другие ядерные физики, не могли бы они поработать со мной.
–Это можно устроить...
Глава 4: Память.
Мне снился жуткий кошмар, моя любовь детства целовалась с Павликом у меня на глазах. И я знал, что это не просто сон, это реальность, так и было на самом деле. Я ухаживал ей, дарил цветы, правда, отстойные, в основном ромашки, потому что денег у меня не было. А она потом сказала мне, что я дистрофик и урод, и выбрала другого. Впрочем, я действительно дистрофик и урод. Она потом долго потешалась надо мной, не знаю за что, ведь я не сделал ей ничего плохого, и вот она снова и снова издевалась надо мной, думаю, ей это доставляло удовольствие. Потом ко мне подошёл сам Павлик, и сказал: «Вали отсюда, она моя.» И мне ничего не осталось как уйти. Дело было даже не в том, что я боялся Павлика, нет, я его не боялся, просто та девушка решила, что да, она его, а не моя. Потому что продолжать гнуть свою линию, досаждать чужому счастью, это не правильно, и вот я ушёл. Всё-таки у меня есть свои понятия чести. И уходил я так ни раз, и ни два. Хах. Да я за всю жизнь ни с кем даже не поцеловался, не знаю почему, может, был слишком не обоснованно высокого о себе мнения. Почему? Потому что я хорошо знаю ядерную физику с химией, тоже мне заслуга. Почему-то...
А вот другой кошмар, меня били, били за то, что я решил дать сдачи тому, кто меня постоянно называл придурком и оскорблял, и никто не вступился за меня и не отомстил. Вопрос, за что? За что мне ценить людей теперь хоть маленько, если они всю мою жизнь только и делали, что все вытирали об меня свои ноги?
Вот другой сон, меня всё-таки пригласили на день рождение, кажется к Вовику, моему другу. Я пришёл к нему, подарил ему книгу, в своём репертуаре. Кажется книга называлась "Звёзда яркие игрушки". Но эта книга не фантастика, и не про любовь, это вполне научная книга. В которой ведущие учёные Земли рассматривают то, сколь интересным объектом с точки зрения физики является звезда. Но это очень хорошая книга, там всё так понятно и интересно написано. А Вовик не оценил, даже немного разозлился, и велел мне пройти к столу.
–Смотрите, что мне мой друг подарил?
–А что это?
–Учебник по физике.
–О ужас, парень, тебе лечиться надо.
–Ладно, это было ожидаемо, – смягчился Вовик. – Выпей с нами.
Я осмотрел всех присутствующих, многие были в стельку пьяны, я пришёл позже, потому что у меня были уроки, и все присутствующие уже успели основательно напиться. А что они пили понятно, обычную самую дешёвую водку. Впрочем, тут была пара бутылок вина, так что я зря на них грешу. Я сел, мне налили водки, ни соков ни лимонада у них не было. Я тяжело вздохнул, и так и просидел до конца. К счастью меня никто не докапывался, почему не пью. В кампанию влиться у меня не получилось, шутки их меня не смешили. Весь день рождения был... Не важно, но мне не понравилось, я знаю, не все такие, но очень многие, и мой друг Вовик такой. Нет, они не плохие люди, никто не обижал, не оскорблял меня тогда, но интересно ли мне было с ними? Очевидно, что нет, не интересно, совсем. Я не люблю так сидеть, шутить и пить водку, это не моё. Я здесь был лишним, и весь вечер ощущал себя лишним, такова моя жизнь.
Я проснулся, в дверь стучали, я встал, быстро оделся и открыл дверь, за ней стояла Свита и ещё один врач, тоже женщина. Последнее время я уже научился различать сайрусов по полу внешне. У них у мужчин и женщин были немного по-разному посажены глаза, и главное гребень на голове. Женщины как-то растили этот гребень больше, как у нас на Земле девушки волосы, только у них был гребень. Но конечно, красота оценивалась не по гребню. Впрочем, я узнал, что красоты как таковой у сайрусов не было, потому что они и так все были стройными и красивыми, результат генной инженерии, впрочем, довольно аккуратной. Это приводило к тому, что они ценили друг друга не за физические качества, а за знания, полезность и умение общаться.
–Привет, как спалось?
–Да спалось не очень.
–Кошмары мучают, это нормально, прошлую жизнь вспоминаешь?
–Вспоминаю, и очень сильно чешется кожа, даже не кожа, а словно внутри всё чешется.
–Это нормально, ткани перерождаются.
–Позволь мне посмотреть твои глаза, – сказала докторша.
–Хорошо.
Она подошла ко мне, и светанула мне в глаза каким-то прибором, у меня от неожиданной яркой вспышки даже звёздочки перед глазами запрыгали.
–Ой.
–Не бойся, всё хорошо, но нам надо отвести тебя в медпункт, сделать полное сканирование организма.
–Что-то не так?
–Не волнуйся, всё хорошо, надо просто время от времени отслеживать изменения.
–Хорошо.
Мы пошли вслед за докторошей, медпункт был рядом, а Свита по пути туда мило болтала со мной, рассказывала, что они собираются всей командой устроить банкет в честь своего нового года. И сейчас после мед обследования мы все пойдём туда. Мы дошли до медпункта, здесь была кушетка, я наполовину лёг на неё, и докторша медленно несколько раз провела по моему телу каким-то сканером, потом мне в тело было введено несколько нано игл, но я их не почувствовал.
–Я возьму пробы тканей, надо проанализировать ДНК.
–Берите.
–Всё вроде нормально, вы в принципе свободны, но осталась ещё одна мелочь.
–Какая.
–Вот эта.
Докторша протянула свою лапку, и чуть дёрнув, выдернула у меня из головы целый клок волос, но те оторвались вместе с корнями на удивление легко. Я от неожиданности дёрнулся и сделал шаг назад.
–У вас начали выпадать волосы, не только на голове, но и в других местах. У меня есть специальный прибор, он выдергивает волосы вместе с корнями. Вот он.
Она показала мне устройство, чем-то напоминавшее электробритву.
–Будет не красиво, если вы будете ходить везде, и с вас будут постоянно сыпаться волосы. Я предлагаю вам сейчас удалить все волосяные покровы со всего тела.
–Хорошо.
Я был немного в замешательстве, дрожащими руками взял у неё из рук прибор, и замер с ним неподвижно.
–Андрей, всё нормально, – сказала Свита. – Это должно было случиться, ты же видишь, у нас нет волос, ни у кого, и тебе они не нужны.
–Я просто не думал, что это произойдёт так быстро.
–Это произошло быстро, потому что они лишние и не нужны тебе.
–Ногти тоже отвалятся уже завтра, не переживайте, вы просто превращаетесь в сайруса. Это естественно, а после завтра начнётся активная фаза, вы пролежите в бессознательном состоянии около месяца, лишь иногда приходя в себя, и потом всё закончится. А сейчас не волнуйтесь, идите и удалите свои волосяные покровы.
Свита взяла меня за руку, я вздрогнул и пошёл удалять свои волосы, которых у меня больше никогда не будет.
–У нас впереди замечательный ужин со всей командой. – Сказала мне на ухо психолог.
Я пошёл и сделал то, что она сказала. Я вошёл в комнатку напоминавшую душ, и стал водить по себе волосоудаляющим устройством, волосы легко отваливались, это продолжалось недолго. Потом меня опрыскали белой жидкостью, напоминавшей воду, и все волосы оказались на полу. Я вздрогнул, я никогда не ценил свои волосы, я ж не девушка. И всё же, это было, как будто я потерял нечто человеческое, теперь я стал абсолютно лысым везде, даже под мышками и между ног, это было не естественно. Я вышел из комнатки, вытерся, заботливо протянутым мне Свитой полотенцем, и быстро оделся. Впереди у меня был праздник, по крайней мере, так говорила Свита.
–Молодец, теперь ты стал куда больше похож на нас, – подбодрила она меня, а потом сделала то, чего я совсем не ожидал. Поцеловала меня в щёку, и даже не поцеловала, а как-то лизнула, своим влажным, шершавым языком, который напоминал змеиный, но не был раздвоен, просто длинный и тонкий.
–Зачем это?
–Ты же мой подопечный, и очень умный подопечный, – ответила мне психолог.
Когда мы пришли в кают кампанию, там нас уже все ждали, но праздник без меня не начался, я подошёл к ним, поздоровался с капитаном, и сел рядом с ним.
–Я смотрю, вы Андрей стали больше похожи на нас, – заметил он на чистом русском языке.
–Да, увы, волосы все выпали, – пожаловался я.
–Не хотите фруктового соку?
–Давайте, хочу, а с чем он?
–Это секрет, боюсь, что у вас на Земле этот фрукт не водится. И даже не только не водится этот фрукт, но даже вкус этого сока совсем иной, не такой как земной, мне не с чем сравнить, но я уверен, он вам понравится.
–Хорошо, попробую.
Я настороженно взял большой хрустальный бокал, и хлебнул зелёного варева. Вкус действительно был необычным, но похожим на нечто земное.
–Если честно напоминает киви.
–Вы любите киви?
–Я говорил, люблю всё в меру кислое.
–Значит, мы вам угодили, – улыбнулся капитан.
–А всё что я вижу здесь, тут есть алкоголь?
–Нет, вы же не пьёте, и даже скажу более. На той планете, куда вы летите жить, там господствует сухой закон, запрещены наркотики, выпивка и иные наркотические благовония.
–Да?
–Конечно.
–А вас не смущает то, что вы из-за меня не можете пить.
–Сказать по правде, мало кто из нас пил наркотические вещества раньше, это не принято в нашем обществе. А кто не согласен потерпит, ведь это ваш мир, а мы ваши граждане.
–Вы умеете сказать приятное.
–Это, правда, а что касается умения сказать приятное, тут преуспел ваш самый ближайший товарищ Свита.
–У неё профессия такая, она же психолог.
–Просто мы все понимаем, что у вас Андрей сейчас очень тяжёлый период в вашей жизни, и поэтому мы все готовы вас поддержать.
–Ясно, что ж... Давайте выпьем за ваш новый год.
–Выпьем.
Капитан поднял фужер наполненный жёлтым соком, и они все по-русски чокнулись. Я не знал, традиция ли у них такая, так поступать, или же они создают для меня лучшую атмосферу, но здесь все вели себя по земному, и старались мне угодить во всём. Но они делали это очень тонко, и у меня не создавалось впечатления, что меня обманывают.
Глава 5: Наука
Мне снился кошмарный сон, меня отчисляли из университета, я получил три двойки за четыре экзамена, и теперь меня, не смотря на то, что я и так платил за своё обучение, хотел отчислить. Я очень не хотел, чтобы меня выкинули, поэтому пришёл в университет со всеми скопленными деньгами, прошёл прямо к декану. Меня пустили, сзади за мной закрыли дверь.
–У меня к вам деловой разговор.
–Да?
–Меня отчисляют.
–Я знаю, – ухмыльнулся тот.
–Я бы хотел остаться тут, сколько это стоит?
–Я такими вопросами не занимаюсь. Подойдите с этим вопросом к аспиранту Жене.
–Хорошо. Сколько будет стоить?
–Он вам всё скажет.
Я поднялся и вышел, я знал, декан сам никогда не возьмёт у меня деньги, потому что так можно попасться на взятке и сесть в тюрьму, всё-таки в нашей стране есть ФСБ, а не только полиция. А аспирант, он посредник, его не жалко. Часть денег пойдёт ему в карман, часть самому декану, не знаю кому и сколько, но цена может быть разной, в зависимости от успеваемости того, кто покупает экзамен. Для меня с моей успеваемостью, цена будет максимальна, я же не знаю ядерную физику. А дело не в том, что я её не знал. Просто в нашем ВУЗе, вся ядерная физика сводилась к решению и доказательству многочисленных интегрально дифференциальных уравнений, которые часто и по отдельности и в целом были бессмысленны. У меня не очень хорошо получалось решать длинные и сложные интегрально дифференциальные уравнения, поэтому я был в ауте. Но как-то никто из них, тех кто занимался ядерной физикой здесь и считал уравнения, никто не понимал, что главное это не сложность уравнения, главное, это знание как сделать. Потому что если ты знаешь, ты сделаешь, а если ты только и умеешь что считать уравнения, но понятия не имеешь, что происходит с атомом, ты не сделаешь вообще ничего.
Аспирант сидел в дальнем коридоре, в дальней двери. Я прошёл к нему, открыл дверь, и увидел толстого доброго парня.
–Здравствуйте.
–Что вам молодой человек?
–Я бы хотел купить экзамен.
–Эхх... – Тяжко вздохнул аспирант. – Назовите свою фамилию.
–Щукин, факультет...
–Не надо, я знаю.
Он открыл журнальчик, просмотрел его, нашёл цифру и объявил мне.
–Для вас это будет стоить шесть тысяч рублей.
–Хорошо.
–Давайте зачётку, я отнесу её преподавателю.
–Хорошо.
–Приходите часа через два.
Я протянул ему деньги и зачётку и вышел. Я ненавидел его, этого аспиранта и систему, потому что они, только и делали что, наёбывали, они обманывали и наживались, они не учили никого. Я их ненавидел, но сделать ничего не мог. И не важно, что я знал ядерную физику в миллион раз лучше, чем любой из них, это не важно. Главное я не умел запоминать наизусть длинные запутанные интегрально дифференциальные уравнения.
А эти деньги, они дались мне с трудом, и именно из-за того, что я учился здесь, у меня не было денег чтобы сходить куда-то, я всегда сидел дома или работал, потому что денег у меня совсем не было. Это они все виноваты в том, что у меня не было ни друзей, ни девушки. А я ведь ухаживал, за одной, за другой, и все меня... Почему??!! Зачем мне сдалось это образование, эти корочки, почему я не пошёл просто работать и жить в своё удовольствие как другие. Только эта навязчивая мысль, что я должен стать ядерным физиком и только. Ради чего? Создать термоядерный реактор и спасти тех людей, что вытирали об меня ноги?
Я проснулся, встал, меня немного подташнивало, голова кружилась, в комнату почти сразу вошла Свита.
–С тобой всё в порядке?
–Да.
Я пошевелил пальцами, и с пальца что-то отвалилось, я не сразу понял, что это ноготь, мой ноготь с большого пальца, я потрогал другие, они пока ещё держались. Маленький корабельный робот уборщик деловито въехал в комнату, и скушал мой упавший ноготь.
–Идём, – сказала Свита.
Мне стало лучше, я пришёл в себя и пошёл вслед за Свитой, с трудом припоминая, куда мы сегодня собирались пойти.
–Куда мы идём?
–Ты хотел поработать в нашей лаборатории, помнишь, у тебя была какая-то теория, мы хотим, чтобы ты прочитал наш отчёт по ней.
–Если честно не помню, потому что теорий у меня было много, и какую ты имеешь ввиду я не знаю.
–Я не ядерный физик, и не знаю чем ты там занимался, я только знаю, что ты очень умный. с тобой поговорит наш корабельный учёный, он объяснит тебе всё.
–Хорошо.
Мы шли в этот раз довольно долго, вероятно лаборатория находилась довольно далеко, шли около километра. Всё это время Свита болтала со мной о ерунде, она вообще постоянно со мной болтала. и это было мило. Я очень радовался этому, в прошлом никто никогда со мной так не болтал. Наконец, мы дошли до какой-то большой двери, она отъехала в сторону, за ней было большое помещение, уставленное кнопочными компьютерами, там сидело два сайруса.
–А, здравствуйте Андрей, знакомьтесь, меня зовут Лун, я здесь главный физик на корабле.
–А на корабле нужен физик?
–Нет, физик на корабле не нужен, но меня забрали с планеты, специально, чтобы я мог общаться с вами. Я долго и тщательно изучал ваши труды, у меня накопились вопросы, ну и кой что я должен вам рассказать. Садитесь.
Я сел на кресло, куда пригласил меня Лун, и тот включил большой экран компьютера, висевший на стене, там появился атом.
–Вы выдвинули теорию, что аннигиляционным синтезом третьего уровня можно управлять через вырожденные переохлаждённые нейтроны.
–Да. Но потребуется создать пулю из сверхплотных атомов, имеющих порядковый номер не меньше четырёхсот в таблице Менделеева.
–Мы смогли воспроизвести ваш опыт, и да параметры самосборки частиц изменились, но мы не получили то, что вы прогнозировали.
–Сверхлёгкие и сверхмаленькие протоны и электроны вы имеете ввиду, с зарядом много меньше единицы.
–Именно.
–Но что-то же должно было получиться.
–Получилось вещество ТМ, которое мы никогда не встречали раннее во вселенной, но оно бесполезно.
–Почему?
–Его частицы слишком крупные, и обладают малой магнитной силой.
–А вы не пробовали повысить температуру.
–Температуру?
–Да, чтобы налипание частиц и самосборка шли иначе... Просто смотрите, введите вот сюда, дополнительную температуру, повысьте с 9трлн К, до 25трлн К.
–Допустим.
–Ваш компьютер может вычислить последствия?
–Нет, там слепая зона, нужно ставить опыт, но как вы планируете повысить температуру?
–Это не сложно, можно выполнить банальным лазером.
–Это не логично, вы хотите и охлаждать и повышать температуру. Смысл действия?
–Нет, мы сначала нагреем, а уж потом остудим.
–Повторить это будет сложно, ведь частицы сталкиваются с огромной скоростью, а потом разлетаются в разные стороны.
–КПД будет низкий, но я уверен, вы сможете получить предсказанный мной результат.
–Мальчики, – обратилась к нам Свита, – вы долго ещё будете общаться?
–Я думаю, пока не надоест, – ответил Лун.
–Я думаю, мне долго не надоест. – Ответил я.
–Я тогда пройду, погуляю, у меня есть пара мелких дел, никак не успеваю их сделать, потому что постоянно с тобой Андрей.
–А что за дела? Я не буду ревновать? – Впервые пошутил я.
–Ой, нет, – она улыбнулась, насколько ящерица вообще может улыбаться, – мне надо написать отчёт, о тебе же дорогой, как ты себя чувствуешь, готов ли ты стать Сайрусом.
–Я понял, ладно, шпионские игры, иди...
Она ещё раз улыбнулась, показала свой длинный язык и ушла. А я сел за ядерную физику, сегодня мы обсуждали многое и долго. Я ещё никогда не был так счастлив, рядом со мной сидел человек, который подобно мне любил науку с детства, он был слабее меня как физик. Но я всё равно мог свободно с ним разговаривать, и поэтому я был счастлив. Ещё никогда на Земле, я не работал так производительно и интересно как сейчас. И в конце, он похвалил меня, и сказал, что сегодня мы сделали очень многое. Даже пошутил, что за такие заслуги, сайрусы должна подарить мне не одну планету, а тысячу.
Спать я лёг в ужасном состоянии, всё чесалось и болело, болели пальцы и не отвалившиеся ногти, болела голова, меня жутко тошнило, а перед глазами была кровавая пелена. Мне снова вводили в организм какие-то биологически активные вещества, сказали, что будет лучше.
Сон был ужасным, я был в школе, совсем маленький, класс так одиннадцатый примерно. Я ухаживал за девочкой, и в этот раз я ей нравился, она общалась со мной, и я почти любил её. А потом пришёл Денис с парнями, и сказал что она его, а не моя, чтобы я даже не думал. Они поймали меня впятером, и мы подрались, я один, а их пятеро, они долго били меня, называли кретином и хлюпиком. В итоге мне пришлось уйти, я не смог сделать ничего.
Здесь был и иной сон, вот я выложил своё стихотворение в Интернет, первое робкое детское стихотворение, попытку, я тогда мечтал стать поэтом. Стихотворение было нежным, и мне показалось очень красивым.
Печально многоточие сюжета,
Несчастных и несбывшихся надежд,
Свои крик души оставив без ответа,
Я убежал туда где её нет.
Двоим нам нету в мире места,
Давно уж потеряли что то мы,
И станет скоро чья-то уж невеста
Она, а мне остались только дни...
И память, и печаль далёкой боли,
И нет надежды быть с ней никогда,
Не знаю я, покончить с жизнью чтоли,
Иль просто всё забыть и навсегда?
И в мире столь далёком и суровом,
Во мгле иных пространств чужих миров,
Мне всё-тки суждено под тьмы покровом,
Вновь полюбить, а может, нет?
Действительно печально в жизни это,
Я так хотел любить её одну,
Но знаю я, давно не мной согрето,
То сердце, что покорно лишь огню.
Я знаю, и лишь помню с болью это,
Но сделать то что должен не могу,
Мне больно, но пускай, уж пусть не спето,
Про то как сильно и давно её люблю...
На моё стихотворение слетелось вороньё наверное со всего Интернета, все вылили на него кучу грязи. Один написал, что в топку, другой сказал, что этим надо в туалете подтираться, третий сказал, что стихотворение писал умственно не полноценный неудачник. Я подумал, и решил больше никогда не писать стихи. Последнее моё стихотворение:
Тебя в историю стихами,
Своими жалкими мечтами,
И всеми добрыми словами,
Впишу, забыв, что между нами,
Стена покрепче адской стали.
И тебя помнить будут вечно,
Не важно, что меня беспечно,
Ты бросила так бессердечно,
Да, в этой жизни всё конечно,
И время очень быстротечно,
Но напишу я безупречно,
И твоё имя словно нечто,
Останется в сердцах навечно.
Так и не было нигде выложено. Я скомкал бумажку, на котором его писал, и потом сжёг. И не важно, что Воланд из Мастер и Маргариты говорил, что рукописи не горят. Я то знаю, горят, и очень даже хорошо. И вообще, зачем писать, если то, что я пишу, если этим подтираются в туалете? Не знаю... С тез пор я замкнулся, учил свою ядерную физику, и не хотел ни с кем более общаться. Впрочем, я каюсь, учил не только ядерную физику, я пытался рисовать цветы, кой-кто сказал даже, что я рисую не плохо, но я также бросил, творческая личность из меня не вышла. И я окончательно замкнулся в себе. Я привык, что всё что могут сказать люди о моём творчестве это грязь. И лишь мой друг, зонд пришельцев, мог меня похвалить и оценить, и именно поэтому я стану Сайрусом, и не буду больше человеку. И да, я хочу быть сайрусом, и я хочу, чтобы всегда рядом со мной была Свита. Психолог, который ценит меня очень высоко, и, наверное, почти даже любит, или как минимум играет в любовь, и будет играть в любовь ещё очень долго. До тех пор, пока я владею знаниями в области ядерной физики. А этими знаниями я буду владеть всегда. И любит она меня именно за мои знания, за то, что я всегда так ценил.
Я проснулся, мне было плохо, тело горело, я весь покрылся потом, мне было очень плохо. В глаза ударил режущий свет, мне кажется, я бы лучше вернулся в эти сны, где меня мучали, где меня не уважали. Но кто-то взял меня за руку, и я узнал голос Свиты, такой ласковый, такой успокаивающий и нежный. Откуда-то из пустоты до моего сознания донеслось:
–...всё будет хорошо, терпи, пик пройден. Скоро ты станешь одним из нас. А сейчас спи.
–Нет, ему нельзя спать, мозг не выдержит, он должен хотя бы два часа побыть с нами, здесь, отвлеки его Свита.
–Слышишь, Андрей, тебе нельзя спать, побудь здесь с нами. Сядь, давай, садись.
Я с трудом сел, поднялся, всё-таки открыл глаза, взял за руку Свиту, осмотрел себя. Вся кожа была красной, и местами покрыта волдырями, ногти с моих пальцев давно слезли. Я кашлянул, в горле запершило сильнее, и я стал харкать кровью.
–Это нормально? – Испуганно спросила у врача Свита, не знаю, неужели она действительно за меня так боялась?
–Его лёгкие перестраиваются, ты же знаешь, мы можем дышать и на суше и под водой, а люди не это не способны. Всё будет хорошо.
–А кровь, он не истечёт ею?
–Нет, не волнуйся, крови не так много как кажется, в крайнем случае, вольём ему в жилы искусственную кровь, всё будет в порядке.
–Да что со мной? – Выругался я.
–Завершается активная перестройка вашего организма, перестраиваются старые органы, растут новые, ткани изменяются, это процесс очень болезненный, но всё будет хорошо, не бойтесь, всё будет хорошо.
–Доктор говорит, что всё будет хорошо, очень хорошо, спи.
–Я думаю, сейчас когда закончится перестройка мозга, я погружу его до конца в искусственную кому, потому что всё идёт не так уж хорошо, как хотелось бы.
–Да? Доктор, если он умрёт при перерождении, с нас тут всех кожу снимут, и в первую очередь с вас.
–Он не умрёт, всё идёт хорошо.
–Но раньше то случаи смерти при перестройке бывали, а он харкает кровью.
–Всё будет хорошо госпожа психолог, морфирование всегда идёт тяжело, но его организм очень похож на наш, а пик уже пройден успешно, худшее позади.
–Я пить хочу, – пожаловался я.
–Сейчас вам нельзя ни пить, ни есть, желудок меняется, всё необходимое подаётся вам в кровь, не волнуйтесь, терпите.
–Хорошо бы... Но то что я от вас услышал, оно не радует, раз умирают...
–Всё будет хорошо.
Этот сон впервые не был кошмарным, я шел по осеннему парку, один, совсем один, людей здесь не было. Зато здесь было довольно тепло, лишь иногда дул слабый ветерок, а под ногами были опавшие оранжевые листья, я шёл и шёл здесь. И мне было хорошо, и не важно, что я один. Я подошёл к озеру, сел на скамейку и стал смотреть. Редкие прохожие не трогали меня и не обращали на меня внимания, и мне было хорошо сидеть здесь, только я был один, и не было у меня ни друзей ни подружек. И тут, сидя в парке, среди осенней листвы у озера, я ощутил всю глубину своего одиночества, у меня не было никого, разве то родители. Но даже родители не уважали меня, потому что я плохо учился, потому что я не умел суетиться как чурка на рынке. Потому что я не такой, как другие люди, я отверженный, и никто меня не ценит, и это бесит и раздражает, обижает меня. Все мои таланты, нафиг никому не нужны, кроме друга из Интернета, а есть ли эти таланты вообще? Такой ли уж я хороший ядерный физик, как сам считаю? Может да, а может и нет, где истина.
Посидев на лавочке минут тридцать, я пошёл в другую часть парка, там были белочки и старые дубы, красиво, и я люблю красивые места, а вот кто-то сказал, что я не романтик, а ведь на самом деле я романтик и в душе и по жизни, меня просто никто не понимает, почему? Почему я не от мира сего? А ведь я хочу, очень хочу быть нормальным человеком, жить как все, радоваться всему как все, почему я не могу, почему я не такой как все? За что все эти испытания на мою душу?
И тут сидя на лавочке у озера, в этом бредовом сне, я вдруг осознал и вспомнил, что на самом деле я сейчас лечу на инопланетном корабле, меня похитили, и рядом Свита, готовая развлекать и заботиться обо мне в любое время. И она, эта умная жёлтая ящерица всегда со мной именно потому, что я совсем не такой как все.
Дальше день сменялся днём, один кошмар приходил на место другого, и что уж я жалуюсь, это не всегда были именно кошмары, я просто вспоминал всю свою старую жизнь, она проносилась у меня перед глазами. Мои теории, мои занятия ядерной физикой, моё первой знакомство с инопланетным зондом, его восторг и похвалы. И это ужасно. Но эти инопланетяне, были единственными, кто понял и оценил меня, и люди бы никогда бы не оценили бы меня так, как оценили они. Потому что я не такой, потому что я сам инопланетянин.