332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Валентина Савенко » Чужое счастье. Мой чужой монстр » Текст книги (страница 11)
Чужое счастье. Мой чужой монстр
  • Текст добавлен: 4 ноября 2017, 10:30

Текст книги "Чужое счастье. Мой чужой монстр"


Автор книги: Валентина Савенко






сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

– Знал. – Последний шанс уйти, инстинкты обострены до предела. Но смуглянка настолько желанна, что я боюсь ее напугать внезапным напором.

Неторопливо касаюсь ее губ, ищу в широко распахнутых глазах сомнение. Не нахожу. В них радость, облегчение и ответное желание. Зарываюсь пальцами в волосы Марины, целую податливые губы, раскрывающиеся навстречу.

Марина

Долгий и такой желанный поцелуй оборвался внезапно. Лир закрыл глаза, потемнел лицом, чудом не превратился в «спрута».

«Прорыв», – прозвучало как приговор нам обоим. Хотелось крикнуть: «Да черт с ними! Что, стражи не могут полчаса продержатся без тебя?» – но я послушно, на подгибающихся ногах встала с колен Лира и плюхнулась рядом на диван.

Иераклионец глубоко вздохнул, закрыл глаза, и его дыхание быстро выровнялось. Подозреваю, какие-то чары, потому что я уловила небольшое движение воздуха вокруг Лира. Просить что-то подобное для себя – зачем? Каждая минута промедления может стоить кому-нибудь жизни. А у меня есть универсальный успокоитель – душ!

Заморачиваться со спуском по лестнице Лир не стал – ласточкой выпрыгнул в окно и скрылся в волнах.

Пожелав ему удачи, я поплелась к себе. У лестницы ждал сюрприз – от вожделенных ступенек меня отделяла прозрачная пленка. Так вот как выглядит закрытый этаж! До этого я была слишком зла на сбежавших от меня ребят, не обратила внимания, хотела поскорее поговорить с Лиром. Думала лишь о том, как удержать его в доме, не дать догнать и прибить Стена. Идея с закрытым этажом тогда казалась вполне логичной. Про то, что охваченный яростью Лир может выпрыгнуть в окно, я не подумала. А ничего, симпатично, и никто не войдет, не побеспокоит. И не выйдет.

Есть хочется. А кухня внизу.

Выпрыгнуть в окно – не вариант, не уверена, что перелечу через край платформы и не убьюсь. Хорошо, хоть душ на этаже Лира есть. Пойду успокаивать гормоны.

Ограбила шкаф иераклионца и закрылась в душевой ракушке. Откисала долго, со вкусом. Кстати, Лиру нравились по большей части цитрусовые ароматы. Как и мне. Благоухая грейпфрутом, я надела рубашку иераклионца, не обнаружив фена-торнадо, подсушила волосы полотенцем. Побродив по комнатам, нашла библиотеку.

Ряды разноцветных ракушек аккуратно стояли на полках. Прикосновением пальцев активируя чары обложек, я восхищенно присвистнула. «Чары бытовые», «Чары боевые», «Архитектура», «Ближней бой», «История Иераклиона», «Культивирование наземных растений»… А Лир, оказывается, весьма разносторонний… иераклионец!

На самом верху нашла семейный альбом, в нем были запечатлены образы из памяти. Вначале шли старые изображения – на них красовалась большая, я бы даже сказала, огромная семья. Потом род стал уменьшаться. На последних были то Лир с Стеном, то Лила с избранником.

Немного раньше нашла картинку, где Лир и Стен были с родителями, мальчикам на вид лет по пятнадцать. Сходство между главой рода и нынешним Лиром было потрясающим. Весь в отца! Как и Стен. Его родителей я нашла, пролистав несколько страниц назад. Мальчики были практически копиями своих отцов.

В конце я обнаружила нечто вроде переписи рода. Все мужчины в роду служили стражами. Вначале охраняли город, потом – Туманные Воды. Наткнувшись на знакомое имя, я не поверила, прочла еще раз – так и есть. Моар – пожиратель душ, посылающий чудовищ из Туманных Вод, был одним из Черных дельфинов!

Неудивительно, что род Лира вымирает. А я-то думала, что только люди переносят вину за проступки на родственников! М-да, и люди перенесли, и энерийцы. Уверена, камней чар у подножия родового коралла внизу очень много. И в отличие от Лира их владельцы не сами отказывались от жемчужин.

Вот бы посмотреть на этот коралл!

После занятия с Рестари я знала, почему иераклионец не допустил меня туда сразу. Чести увидеть родовой коралл удостаивались далеко не все. Потому что, глядя на него, можно понять многое о роде и его членах. Самое безобидное – как скоро наступит угасание, молод ли владелец ветки, полон ли сил.

Занятно, но в этом мире не было понятия «старость». Ни у одного народа, включая людей. Доживая до определенного возраста, они переставали меняться внешне.

Еще на островах я обратила внимание, что в поселке нет стариков. Самым взрослым островитянам на вид лет сорок-сорок пять или чуть больше. Энерийцы и иераклионцы выглядели не старше тридцати пяти-сорока.

Смерть от старости напоминала угасание. Умирающий индивид меньше двигался, выглядел заторможенным и однажды просто не просыпался. У переселенцев из других миров после божественной переделки происходило то же самое.

Кроме этого, по кораллу можно определить уровень магических способностей. И многое другое.

Естественно, без предварительной подготовки к нему посторонних не пускали. Подготовка состояла главным образом в том, что глава рода определял, можно доверять человеку… индивиду или нет. Кому понравится, если чужак будет знать всю твою подноготную?

Надеюсь, Лир однажды покажет мне коралл его рода.

А еще безумно хотелось посмотреть на коллекцию цветов Лилы. Я о ней столько слышала. И анемоны у подводного крыльца дома такие красивые и необычные. А ведь это только излишки того, что растет в саду!

Честно, я бы даже не подошла к родовому кораллу! Посмотрела на цветы и ушла. А по дороге в сад осмотрела бы комнаты в подводной части дома. Все равно больше заняться нечем.

Посмотрела бы. Но я заперта на верхнем этаже. И есть хочется, живот поскуливает не хуже обделенного косточкой хозяйского пса.

Не может же быть, что пленку нельзя убрать без Лира? Все чары, с которыми я сталкивалась в доме, имели второе, не магическое, ручное, управление. А пленка – это своего рода дверь, запертая изнутри, так?

Забрав свои вещи из комнаты с панорамными окнами, я старательно осмотрела прозрачную пленку, отделяющую меня от лестницы. Обнаружила несколько толстых жилок на ее поверхности. Они, сплетаясь, уводили к стене. Вместо кнопки на ней нашла слегка выдающийся над поверхностью цветок, расположенный на узоре, который покрывает древесно-коралловые стены.

А вот и ручное управление!

Его просто не могло не быть. Не все же обитатели дома обладают магией.

Я нажала на «кнопку», и пленка быстро втянулась в потолок. Ура! Свобода!

Мой живот предвкушающе заурчал. Потерпи, сейчас переоденусь, и пойдем осваивать местную скороварку. Ох, надеюсь, на кухне что-нибудь осталось от соревнований Стена и Лилы.

Надежды не оправдались. Миски с крышечками оказались пусты. Изучив продукты в холодильной камере, я решила перекусить фруктом, напоминающим нашу грушу, только лиловую, и приготовить филе рыбы. Самое простое – поджарить в капсуле-луковице.

Жуя грушу, я выбрала маленький ломоть филе – в две моих ладони, остальные оказались еще больше, что неудивительно, аппетит у иераклионцев отменный! Нашла специи. Но, внимательно осмотрев и обнюхав, добавлять не рискнула. Из знакомых был только перец, но и он странно мерцал фиолетовым светом и менял запах с привычного душистого на лимонный.

На этом мое везение закончилось.

Повар из меня так себе. Хорошо, отвратительный из меня повар. А тут еще все незнакомое, магическое.

Саморежущий нож отказался резать рыбу красивыми ломтиками, искрошил ее в фарш. Второй кусок, извлеченный из шкафа, превратил в ажурную сеточку. Из третьего вышла рыбная лапша.

Разложив все это по мисочкам и немного подсолив, я приступила к жарке.

Луковица-капсула вместо того, чтобы выполнить команду, сработала в трех разных режимах.

В итоге у меня была отварная рыба в форме лапши. Каша из фарша. И копченая сеточка, больше напоминающая деревянный брусок, которым, при желании, можно было убить кого-нибудь.

Съев лапшу, я выбросила остальные кулинарные страшилки, надела на руку браслет с дыхательным камнем и отправилась на экскурсию в подводную часть дома.

Обошла одну комнату за другой, пришла к выводу, что тут необычно. Магия, не дающая всплыть, позволяла спокойно ходить по подводным этажам. Или плавать, если есть такое желание. Мебель тут была без защитной пленки, самых любопытных форм и размеров. Больше всего меня впечатлило кресло в форме многолучевой звезды! Шторы на окнах росли снизу, оставляя небольшие зазоры сверху, через которые в комнаты проникал свет. Светильники, рыбки и всевозможные ракообразные плавали под потолком, привязанные чарами.

А еще тут было много цветов и всевозможной зелени. Очевидно, Лила высаживала излишки своей коллекции не только у крыльца дома.

Но коридоров садовое буйство не коснулось. Как я уже знала, там все было довольно просто. Наверное, брюнетка пока еще до них не добралась.

Остановившись у двери в сад, я задумалась. С одной стороны, обещала Лиру туда не заходить. А с другой – могу ведь и не входить внутрь, только открою дверь и посмотрю.

Легкое прикосновение к перламутру раковины, и я пропала.

Это было невероятно!

Умом я понимала, что фантастические цветы невообразимых форм, размеров и расцветок – это морские анемоны и лилии. Но как ажурный, вспыхивающий золотом шар на тонкой ножке с резными лепестками может быть животным? А пышная красная елочка, слегка покачивающаяся над мелкими веточками, больше похожими на пихтовые?

Не знаю, сколько я блуждала между засаженными цветами выступами, образующими настоящий лабиринт. Пришла в себя, когда увидела знакомое серебристое мерцание впереди.

Кажется, я все-таки нарушила обещание, данное Лиру!

Родовой коралл больше всего напоминал небольшое, но очень ветвистое деревце темно-синего, почти черного цвета, окруженное серебристым сиянием, точно аурой. Почти все ветки были мертвы. Только на концах двух светло-фиолетовыми огоньками светились, похожие на крохотные цветы ночной фиалки, полипы. Коралл был огорожен невысоким ажурным заборчиком. Пространство между ним и основанием выложено круглыми серебристо-голубыми камнями величиной с куриное яйцо. С одной из сторон забор изгибался и образовывал узкий проход, по которому можно было подойти к кораллу, не боясь наступить на мерцающие камни чар.

Тропинка упиралась в небольшую серебристую чашу, установленную у основания коралла. Именно в ней появлялись жемчужины.

Вблизи я заметила, что полипы Стена и Лира отличаются. «Цветок» младшего члена рода светится ярче, внутри мерцает серебряная искра. А рядом, на крохотной новой веточке, приросшей к его ветке основанием, подрагивал серебристый бутон – Лила.

Видимо, скоро нужно будет проводить обряд принятия в род, раз коралл начал чувствовать ее жизнь. Тем более непонятно, зачем парочке понадобилась я.

«Цветок» Лира выглядел неправильно. Асимметричные лепестки. С одной стороны – сжавшиеся в попытке защититься, с другой – обвисшие. Странный серый цвет, тонкими жилками расползающийся по ножке от основания. Лиру плохо, и его полипу тоже.

Жаль, что не могу избавить иераклионца от последствий путешествия в Туманные Воды, только облегчить симптомы подпиткой.

Поежившись от не самых приятных воспоминаний, я заглянула в чашу.

Никаких жемчужин, естественно, в ней не было.

Думала, увижу пыль от последней жемчужины Лира. Рестари объяснила, что, когда иераклионец отказывается от жемчужины, она разрушается, и некоторое время в чаше остается магическая пыль, ее частички постепенно впитываются обратно в родовой коралл. Видимо, Лир давно отказался от последней жемчужины – ни крошки не осталось. Жаль. Посетила меня одна шальная мыслишка. Но, видимо, не судьба!

Напоследок осмотрела камни чар.

Внешне напоминают лунный камень. Форма идеальная, словно обкатанная водой. Светятся с разной интенсивностью – оно и понятно, кто-то был сильным магом при жизни, кто-то слабым.

Приглядевшись внимательней, я заметила тонкие нити, тянувшиеся от камней к ауре коралла.

Очевидно, мое внимание тоже заметили. Из серебряного свечения соткался дельфин. Покружившись у коралла, превратился в детеныша-подростка с розовыми глазами и красивой белой шкурой. Подплыл ко мне и приветливо защебетал.

– Привет! – улыбнулась как старому другу. – И не стыдно тебе? Вытащил в другой мир, ничего не объяснил.

От дельфина пришла волна возмущения.

– Ладно-ладно, – примирительно похлопала его по спине, – божественная воля, я помню. Спасибо, что вытащил, не дал утонуть. Не хотелось бы так глупо погибнуть.

До сих пор в голове не укладывается, что в своем мире я могла утонуть!

Хранитель успокаивающе ткнулся рылом в мою ладонь. Весело защебетал, делая сальто назад.

– Я уже не грущу! – успокоила, поглаживая лобастую голову. – Жаль, что ты принес мне жемчужину Стена, а не Лира. Ведь ты мог его уговорить, чтобы не отказывался?

Хранитель уныло щелкнул, потом воодушевленно крутанулся на месте, чуть не сбив меня хвостом, и оттолкнул прочь от коралла.

Кажется, мне только что напомнили – пора уходить. Новый толчок в бок и возмущенное щебетание.

– Я поняла! Уже ухожу!

Дельфин проводил меня до двери. Как он не снес по дороге «цветы», не знаю. Наверное, магия помогла. Ну или то, что хранитель, по сути, не материальное существо.

Поднявшись наверх, выяснила, что уже глубокая ночь. Лир все еще не вернулся, и я начала волноваться. Сидя у окна, постоянно мысленно возвращалась к родовому кораллу.

«Цветок» Лира выглядел таким больным и неживым. Больше всего меня пугали серые жилки, оплетающие основание. Они напоминали плесень, поражающую обычные цветы. Иераклионец сказал, что его вернула богиня, попутно переделав из дельфина в спрута. А Лейтана, судя по легендам, редко применяла свои силы удачно.

Что же она на самом деле сделала с Лиром?

Можно попробовать обратиться к ней, в мою жизнь богиня пока не вмешивалась. Но это чревато еще большими проблемами. Неизвестно, что ей в голову придет. Если она вообще меня услышит.

Нужно расспросить Лира о том, что с ним случилось. Может, получится найти «лекарство» без божественного вмешательства?

ГЛАВА 11

Иллир

С момента заключения Моара в Туманные Воды мой народ боялся, что недобитый чародей найдет способ вырваться из закрытого чарами разлома. Очевидно, этот момент уже не на далеких островах за горизонтом, а совсем рядом, за соседним рифом.

Я успел к глубоководной впадине вовремя – чутье стража, приобретенное за годы работы, не подвело. Вчера думал, что три пробудившихся у города – это ставший реальностью кошмар, пережить который большое счастье. Я ошибался.

Черная плотная вода, граница чар, дрожала, клубилась туманом, напоминая чернильное пятно каракатицы, готовая сдаться под напором монстров. Нам ничего не оставалось, как, растянувшись в цепочку, ждать.

– Сколько, думаешь, в этот раз? – Ар, сжимая в руке сотканный из чар трезубец, занял позицию за моей спиной. Энерийцы всегда были второй линией – так повелось. Мы – народ, породивший Моара, – впереди, а энерийцы, пострадавшие от этого, но благосклонно решившие поучаствовать в защите, – поодаль.

Нет, среди энерийцев, ставших стражами, не было трусов или предателей. Сюда присылали сильнейших магов и воинов. Потому что даже они понимали – если пробудившиеся снесут нашу оборону, их города не устоят. И только люди считали, что монстры из глубин не достанут до них. И даже если пробудится их хозяин, они будут в безопасности на своих островах. Ибо у них теперь есть летающие корабли, и плавать нет надобности. Именно так заявил их король сегодня днем, разрывая дипломатические отношения с нами.

Трусы!

Ярость, ледяная, требующая выхода, поднималась в груди. Ее усиливал растущий голод. А ведь я не так давно питался. Это злило. Меня раздражало буквально все. Энерийцы за спиной, мои товарищи, весело переговаривающиеся, не видящие масштабов проблемы, считающие, что это всего лишь очередной прорыв. Туманные Воды, скрывающие в своих недрах Моара. Сам не мертвый чародей, который и живым не являлся. Не мог придумать способ выбраться и дать уже себя убить! Сколько можно сидеть в глубине разлома и портить всем жизнь?

Странные мысли для стража. Я должен радоваться, что он там и останется там. Навсегда.

Останется ли? Навсегда ли?

Разглядывая колышущийся внизу магический барьер, я не был в этом уверен.

Голод затмевал разум, ярость обостряла чувства. Инстинкты требовали: нужно самому напасть на никак не решающихся на прорыв монстров. Что за дикая идея? Барьер уничтожит меня, примет за добровольную жертву. В прошлый раз мне повезло.

Повезло?

Губы сами сложились в жестокую ухмылку, зубы превратились в острые клыки.

Идите сюда, чудовища! Ваш пастух готов к встрече! Он невероятно зол и голоден!

Марина

– Марина!

Вздрогнув всем телом, я подняла голову с подлокотника кресла и, сонно потирая глаза, высунулась в открытое окно.

– Бегом сюда! – вместо приветствия приказал Ар.

Выглядел энериец странно. Всклокоченные волосы, поцарапанный, побитый.

– Поторопись!

Ага, разбежался. Вначале выясню, что ему надо, потом выйду. Чары Ферузы отлично помню и устрицы тоже.

– А что случилось?

– Ты ведь источник Лира?

Пожала плечами. Сплетни тут распространяются со скоростью света.

Ар скривился, будто я не источником тепла стала, а щупальца отрастила.

– Пошли, будешь спасать своего монстра.

Ничего не понимаю! Спасать? Я?

– Объясни нормально, что случилось?

Русал недовольно поморщился:

– По дороге объясню. Марин, нам еще плыть к Туманным Водам. В прошлый раз Лир взял под контроль свои чары, когда увидел тебя. Надеюсь, в этот раз все получится. Да пойми ты! Там сейчас толпа стражей в магическом ступоре! Ночь и куча чудовищ, которые не откажутся ими пообедать!

– Уже бегу!

Выскочив на улицу, я буквально влетела в объятия Ара. Энериец довольно усмехнулся, покосился на браслет на моей руке, точнее, на дыхательный камень и, не разжимая объятий, прыгнул в воду. Несколькими мощными ударами хвоста он выплыл за границу городской защиты. И мы понеслись вперед.

Меня совершенно не смущала близость русала. В голове билась одна мысль: что с Лиром?

По дороге к Туманным Водам Ар посвятил меня в суть дела. Случился очередной прорыв. Лир взял под контроль сразу пять монстров. То, как они влетели обратно в Темные Воды, словно все мышцы в их теле свело судорогой, навело Ара на мысли о том, что с Лиром что-то не так.

С исчезновением последнего монстра за барьером иераклионец не успокоился. Он впал в ярость, бесновался у границы, будто его тянуло внутрь, попытки вытащить его из разлома ни к чему не привели. А потом Лир погрузился в состояние транса. Стоило командиру стражей до него дотронуться, как последовал выброс чар. Они сковали всех стражей.

Ару повезло, он в этот момент был наверху, прикидывал, кто может вывести Лира из клинча. Вспомнил обо мне. Перед тем как плыть в город, энериец, отнюдь не слабый маг, пытался снять чары, но у него ничего не вышло.

– Такое чувство, что его подпитывает большой узел. Но это невозможно, единственный узел поблизости – на дне Туманных Вод, и его поглотил Моар. Видимо, это какой-то дар Лейтаны…

– Почему ты думаешь, что у меня получится? – крепче вцепляясь в энерийца, спросила я, стараясь не думать, что сейчас мы плывем со сверхзвуковой скоростью, оставляя шлейф пузырьков.

– Не знаю, какие у вас с Лиром отношения, но именно ты привела его в себя в прошлый раз. – И через паузу задумчиво произнес: – Ничего не хочешь мне сказать?

«Хочу, я его „грелка“. Остальное наше с Лиром дело, господин русал! Черт! Когда я уже научусь контролировать мысли?» – пронеслось в голове.

– Значит, ты с ним… Гм, предсказуемо. Ты с самого начала на него так смотрела… А кто такой русал?

– Без понятия! Оговорилась!

– Прибыли!

Ар остановился у края глубоководной впадины. В его руке вспыхнул небольшой шар, он направил «фонарик» вниз.

– Вот, полюбуйся!

Свет выхватывал из темноты одного стража за другим. Иераклионцы и русалы, замершие в разных позах, словно решили сыграть в детскую игру «Морская фигура, замри!» – все попали под чары Лира.

А внизу, у маслянисто поблескивающего магического барьера висел сам виновник случившегося. По черной коже спешили мерцающие голубые огоньки. Тело Лира снова претерпело очередную трансформацию – к острому гребню вдоль позвоночника добавились еще два и ребристые бляшки на щупальцах. Взгляд ярко-синих, светящихся в темноте глаз был прикован к барьеру.

– Лир? – подплывая к иераклионцу, позвала я.

Никакой реакции.

Взяла в ладони его лицо, заглянула в безжизненные глаза. Пальцы коснулись ледяной кожи. Тело Лира тут же среагировало на мою близость, щупальца обвились вокруг талии и притянули меня ближе, сквозь ткань платья я чувствовала вымораживающий тепло холод, исходящий от мужчины.

– Лир! – Не зная, что еще сделать, обняла его, прижалась щекой к груди. – Пожалуйста, очнись!

Стало по-настоящему жутко. Из меня вытягивали тепло, мышцы покалывало, от озноба клацали зубы, но я не слышала биения сердца Лира. И без того редкий пульс иераклионца исчез. Словно я обнимала труп!

– Лир!

Тук!..

Неужели получилось?

Тук!

– Лир!

Тук!

Яростный рык, и мою шею стиснули когтистые пальцы.

– Лир! Это я! Стой!

В светящихся глазах не было и тени узнавания. Лир повернул голову набок, разглядывая меня, будто в первый раз видел. Его лицо исказила ярость, точно я была для него помехой, угрозой.

«Лир, это я!» – говорить мысленно, когда тебя почти придушили, невероятно сложно. Мысли путаются, скачут. Где Ар?! Мне сейчас голову оторвут! В панике скосила глаза назад. Энериец замер метрах в полутора от нас. Кажется, когда Лир начал шевелиться, его чары тоже пришли в движение и нашли себе новую жертву. Где хранитель, когда он так нужен?

– Лир! – цепляясь за руку, заглянула в перекошенное яростью лицо. – Да очнись же ты!

Не придумав ничего лучше, пнула его ногой по голове. Все же в том, что мы под водой, есть свои плюсы. Всю ногу отбила об его каменную башку! Лир покачнулся, вздрогнул. Взгляд стал осмысленным.

– Марина? Что ты тут делаешь? – Меня осторожно отпустили, бережно придерживая за руку. Иераклионец прикрыл глаза, и, спустя секунду, стражи и Ар отмерли.

– Получилось! – радостно сообщил русал, подплывая к нам.

Я бы так не сказала.

– Как ты? – Прикрывая юбкой наливающийся синяк на ноге, вопросительно дотронулась ладонью до потеплевшей груди Лира.

– Странно… я загнал пробудившихся… и все, провал… дальше ничего не помню.

Я поспешно прикрыла волосами шею, у местного способа укладки есть еще один несомненный плюс – волосы в воде не плавают облачком, а держат форму, которую при желании можно немного изменить.

К нам подплыли стражи. Они наперебой расспрашивали Лира, хвалили Ара за сообразительность и недоумевали… как мне удалось вывести «спрута» из транса. Особо дотошно выспрашивал один иераклионец. Высоченный, темноволосый и женатый. Насколько я поняла, командир.

Стражей ничуть не смущала близость Темных Вод, а вот мне было не по себе. Постоянно мерещилось, что за мной кто-то наблюдает из-за масляной черноты магического барьера. И ему я очень не нравлюсь.

Здравствуй, шиза, вовремя же ты пришла!

При всем желании я для Моара, спящего внизу, опасности не представляю. Магии ноль. Из боевых навыков – умение влипать в неприятности, ну и сегодня появилось второе: бить в воде ногой по голове неадекватных личностей.

Пока страдала мнительностью, стражи пришли к выводу, что мне удалось привести Лира в себя, потому что я – его источник. Связи не уловила. Согласилась потому, что это лучше, чем шизоидная идея с наблюдающим за мной монстром, для которого я опасна. Ага, разбежалась! Моар вон каких монстров создает!

Оставив стражей обследовать барьер на предмет прорывов, мы с Лиром поплыли домой. Ар напоследок напомнил мне, что завтра я иду с ним к центральному узлу города. Я откровенно растерялась: русал прекрасно понял, какие у меня отношения со «спрутом», и все равно хочет пойти со мной? А Лир весьма выразительно потемнел лицом и отрастил когти. Заметив это, Ар рассмеялся и заверил, что собирается общаться со мной исключительно по-дружески.

Дорога обратно заняла несколько часов.

Вначале Лир вылечил мою ногу и синяки на шее. Потом, затащив в небольшую уединенную пещерку, допросил. То, что я рассказала, ему не понравилось. Насколько поняла, иераклионец ничего не помнил. Он не вдавался в подробности, лишь сказал, что отправил обратно пробудившихся, взяв контроль над их телами. Переоценил себя и отключился. Разум перестал контролировать инстинкты, и мы получили то, что получили. Выброс чар и неадекватного Лира.

Интуиция подсказывала: Иллир рассказал далеко не все, побоялся напугать еще больше, но у меня попросту не осталось сил на расспросы. На борьбу с Лиром и подпитку ушли все силы. Сейчас мне хотелось добраться домой, принять душ и лечь спать.

Иллир

– Теперь я буду плавать с тобой в дозор, – сонно зевая, объявила мне Марина, целуя.

– Зачем? – Я помог ей, устало покачивающейся, дойти до кровати.

– На случай нового приступа. В следующий раз Ар может не успеть меня привести.

– Посмотрим. Спи.

Погасив бабочку, я вышел из комнаты Марины. Уже у себя, глядя на ночной океан за куполом, решил, что в ее словах есть смысл.

Случившееся сегодня может повториться. И Ар действительно в следующий раз может не успеть или попадет под действие чар вместе со всеми.

«На случай приступа». Марина подобрала точное сравнение. В происходящем со мной наблюдалась определенная закономерность. Ярость, злость, голод усиливались. Отключали разум. Но если раньше я с трудом, но мог вернуть контроль над телом, понимал, что со мной происходит. Сейчас совершенно не сознавал себя. Казалось, кто-то выключил мое сознание, оставив инстинкты. Не все, а лишь те, что отвечают за агрессию.

Я почти ничего не помнил. Обрывки ощущений, образов… далеких звуков? Кажется, отправив пробудившихся к их создателю, не сразу прервал связь, некоторое время слышал происходящее за барьером и в его глубине. Было сложно понять, что происходило там. Пришлось напрячь память, вспомнить, что рассказывали в детстве родители о слухе и о том, как им пользоваться, как разбираться в новых ощущениях.

Вскоре мне удалось понять, что я услышал ушами пробудившихся. Драку снаружи – видимо, товарищи пытались оттащить меня от барьера. А в это время внутри кто-то тихо зарычал, словно его не устраивало происходящее по ту сторону барьера. Моару снился кошмар?

В совпадения я не верил. Нужно немедленно сообщить об этом Совету.

Глава Совета встретил меня на пороге своего дома. Он сам собирался меня навестить. Ему уже подробно доложили о происшествии у Туманных Вод.

– Моар не может проснуться, чары барьера не дадут, – сказал он в ответ на мое предупреждение.

– Сознание дельфинов никогда не спит полностью, – напомнил я известную всем истину. – А Моар сейчас – зверь, сохранивший разум, не совсем живой, привязанный к узлу чар, но зверь.

В комнату заглянула жена главы. Пышнотелая островитянка подслушала разговор и сейчас обеспокоенно поглядывала на мужа, покачивая на руках спящего младенца.

Я почувствовал укол зависти. У меня никогда не будет ребенка. Зато есть Марина. Смуглянку не смущает мое бесплодие, и, зная ее деятельную натуру, дети у нас будут. Не нами рожденные, но будут.

– В случае опасности мы эвакуируем вас в один из дальних городов, – успокоил супругу Трай. И мне: – Звери могут рычать во сне. Это нормально. Им тоже иногда снятся сны.

Пришлось согласиться с его доводами. Предчувствия и догадки вряд ли стоит брать в расчет – у разлома мною двигала животная ярость и голод. Об этом и хотел поговорить со мной глава.

Я рассказал все. От этого зависела безопасность окружающих. Поделился подозрениями, возможно, меня спасла и превратила в спрута не Лайтана.

Трай помрачнел и согласился, что за мной нужен дополнительный надзор.

Марина

Едва я проснулась, как первой мыслью было: «Где Лир?» Почему-то мне показалось, что он уплыл к Туманным Водам сражаться с монстрами и опять потерял контроль. Поспешно надев первое попавшееся платье, я побежала искать своего «спрута».

Иераклионец нашелся на кухне.

– Как самочувствие? – Поставив в луковицу-микроволновку миску, он повернулся ко мне. Выглядел потрясающе. Светлая рубашка, небрежно расстегнутая на груди, свободные брюки, босой. Домашний.

– Нормально, – выдохнула я, обнимая его за талию.

– Я готовлю нам завтрак, – хмыкнул Лир.

– А я соскучилась! – Игриво коснулась его губ легким поцелуем, запустила пальчики под рубашку, пробежалась по прохладной гладкой коже от ключиц до живота, второй рукой расстегивала мешающие мне круглые липучки, которыми тут заменяли пуговицы.

Я слишком испугалась вчера за Лира, чтобы медлить еще.

– Марина, ты уверена? – сипло выдохнул сквозь сжатые зубы Лир, когда моя ладонь соскользнула ниже, за ремень его брюк. – Вчера я…

– Совсем омонстрился? – с хриплым смешком перебила я, оценив твердость намерений «спрута». – Не беспокойся, я это переживу.

Лир тихо рассмеялся. Наклонился и начал меня целовать. Вначале нежно, осторожно, потом все исступленней. Его ладони скользили по моей спине, оглаживали и слегка стискивали ягодицы, заставляя прижиматься все ближе. Его прикосновения чувствовались остро. Словно он ласкал не тело, душу. В какой-то момент Лир приподнял меня за бедра, и я оказалась сидящей на столе. Со звоном улетели на пол тарелки. Туда же отправилась наша одежда.

Лир устроился между моих колен. Его губы изучали, дарили наслаждение, туманили разум. Выгибаясь навстречу ласкам, я таяла от прохладных прикосновений.

– Последний шанс отказаться! – Сипло дыша, Лир остановился, глядя на меня с надеждой и скрытой болью. – Ты уверена? Я никогда не смогу назвать тебя своей женой, у нас не будет детей. Возможно, я изменюсь еще больше. Монстр во мне станет сильнее.

Вместо ответа я обняла его ногами, заставила развернуться и занять мое место на столе. Приникнув к его губам поцелуем, приподнялась и медленно опустилась. И без того сбившееся дыхание перехватило от восторга. Лир, поддерживая меня под ягодицы, задавал ритм. То ускоряя, то замедляя движения, удерживал на краю. Вцепившись пальцами в его плечи, я выкрикивала его имя. Лир больше не сдерживался – несколько яростных толчков, и нас накрыла волна удовольствия.

Некоторое время мы сидели на столе, прижавшись друг к другу. Я слушала, как замедляется непривычно быстрый ритм сердца моего мужчины, и улыбалась. Мне было все равно, что он – монстр, что с ним происходит что-то нехорошее, главное – мы есть друг у друга. С остальным разберемся. Была уверена, что Лир меня не бросит. Никогда. Что бы он там ни говорил о душе и избрании…

Не это ли любовь? Когда я успела? Но не зря говорят, что любовь приходит без объявления войны. Вот и ко мне пришла. И победила. А я и не заметила.

– Я тебя люблю, – тихо прошептала, уткнувшись лицом в ямку над ключицей своего мужчины.

– Марина… – Меня крепко прижали к себе. Я понимала, что Лир хочет сказать. Он не может любить. Чертова жемчужина!


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю