Текст книги "Татуировка на запястье руки (СИ)"

Автор книги: Валентина Батманова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 30 страниц) [доступный отрывок для чтения: 13 страниц]

Трудные дни аудитора Юлии

Прошло четыре года, как Юля и Вячеслав создали семью, и когда их сыну-первенцу исполнилось три года, ее жизнь постигло испытание судьбы. Как-то вернувшись вечером со службы, Слава сказал сидящим за столом жене и сыну.

– Вот что, дорогие мои, через несколько дней мой корабль и другие корабли Балтийского флота уходят в поход на продолжительное время. Мне вас будет очень не хватать. Ну, ничего здесь не изменить. Вы, родные мои, знаете, я ведь военный моряк, и у меня военная служба.

Юля внезапно заплакала, потом, вытерев салфеткой текущие по щекам слезы, побелевшими губами еле слышно сказала:

– Я, Славочка, привыкла, что ты постоянно с нами и даже не могу себе представить, как мы с Кириллом будем без тебя жить.

– Юля, хорошая моя девочка, успокойся, моя командировка пролетит быстро, а когда вернусь, отлюблю тебя за все прожитые нами врозь дни и ночи. Это мне следует больше тревожиться о том, что пока я буду плавать в нейтральных водах, а тебе надоест меня ждать, и ты найдешь себе другого.

– Ну что ты, Слава, говоришь. Ты и сам не веришь в то, что сейчас сказал. Я буду жить только для твоего сына, и в моей постели другому мужчине места никогда не будет.

Всю последнюю неделю перед предстоящей командировкой Слава не спускал с рук трехлетнего Кирилла, а ночами не выпускал из объятий жену. Быстро пролетела неделя. Наступил день ухода мужа в поход. Юля все это время мужественно держалась, чтобы не плакать. Но слезы сами ручейками текли по ее красивому женскому лицу. И муж, видя, что женщина держится из последних сил, взял жену на руки и, крепко прижимая к себе, сказал:

– Родная моя, если бы только знала, как я тебя люблю! Разлука с тобою причиняет мне невыносимую боль, но я военный моряк и от меня моя служба требует постоянного повышения военных знаний, а практические знания мы получаем на учениях и в походах.

Юля, проводив мужа в командировку и немного успокоившись, решила сделать косметический ремонт в своей квартире. Она купила дорогие и очень красивые обои и попросила своих родителей помочь ей в ремонте. Запасаясь необходимыми строительными материалами, она каждый раз говорила сыну:

– Вот, сыночек, пока наш папа находится в походе, мы с тобою в квартире сделаем строительную революцию, сделаем ремонт с применением новых технологий и импортных стройматериалов. Обязательно купим новый, очень большой телевизор и каждый день будем с тобою смотреть кассеты с фильмами, снятыми на заливах Балтийского моря, где мы с папой много раз отдыхали.

В ответ, реагируя на слова матери, мальчик приветливо улыбался и просил взять его на ручки. И обещания, данные сыну, она сдержала. Она пригласила мужа Любови Михайловны, и тот установил на стенке новенький, огромного размера японский телевизор. Поблагодарив Льва Николаевича за выполненную работу, она тут же включила кассету и стала показывать сыну те места, где они всей семьей бегают в белоснежных костюмах по берегу залива, а вода Балтийского моря омывает их ноги до самых колен. Юля с сильно бьющимся сердцем смотрела на мокрую прилипшую к телу мужа белоснежную одежду, который стоял по щиколотку в воде и подбрасывал вверх радостного сынишку. Вглядываясь в смеющееся лицо отца, Кирюша внезапно заплакал, при этом приговаривал: «Хочу к папе». Юля стала успокаивать малыша и, прижимая его к себе, приговаривала:

– Наш папочка пишет: «скоро приеду домой и вас с сыночком поцелую и обниму». Слушая ласковые слова матери, мальчик переставал плакать.

Время в разлуке с любимым мужем тянулось мучительно медленно. Когда до возвращения мужа из похода осталось чуть меньше десяти дней, Юля стала потихоньку заполнять холодильник необходимыми продуктами питания и продумывать рецепты блюд, которые она приготовит к приезду любимого человека. Но неожиданное событие нарушило все ее планы.

Ранним субботним утром, когда она с сыном еще спала, в дверь неожиданно кто-то очень сильно позвонил. Испуганная женщина, словно предчувствуя беду, босая и прямо в ночной сорочке бросилась к двери. Открыв дверь без промедления, она увидела стоящих на пороге высокого роста женщину и рядом стоящую с нею улыбающуюся девочку лет двенадцати.

– Здравствуйте! – Смело поздоровалась женщина и, толкнув дверь, переступила порог квартиры.

Юля на некоторое время растерялась и, посмотрев на девочку, поняла, что это дочь Вячеслава. А женщина – его первая жена. Но женщина не дала ей даже раскрыть рот. Опустив на пол свою поклажу и смело, посмотрев в лицо хозяйке квартиры, сказала:

– Меня зовут Ангелиной, я первая и единственная жена Вячеслава Доронина. А это его любимая дочь Верочка. Вячеслав мне прислал письмо, с просьбой вернутся к нему. – И она показала пухлый конверт, на котором красовался аккуратный почерк Вячеслава. – Хочешь, возьми, прочитай, что он нам с Верочкой пишет.

– Нет! – Сказала хозяйка квартиры и сделала несколько шагов в сторону от гостей. И, подняв на руки малыша, сказала. – Так ведь Слава с тобою давно развелся, и теперь я его законная жена!

– Кем ты ему приходишься, – распаковывая свои чемоданы, громко смеясь, сказала гостья, – меня вовсе не интересует. Вячеслав любит только меня! Я его первая и последняя любовь, а старая любовь никогда не ржавеет. Так что, милочка моя, собирай свои вещички и давай на выход и не забудь забрать с собою своего щенка. – И, оскалив в лошадиной улыбке рот так, что ее крупные зубы показали два ряда примыкающих к ним воспаленных десен.

Заметив, что Юля рассматривает ее ярко-красные десны, гостья поспешила прикрыть рот ладонью руки. А Юле пришли на ум когда-то услышанные стихи:

 
– Молодая, с чувственным оскалом,
– Я с тобою не нежен и не груб.
– Расскажи мне правду, дорогая.
– Сколько было рук и сколько губ?».
 

А гостья, тем временем совсем осмелев, перешла в наступление. Взглянув на часы, она сказала, обращаясь к хозяйке квартиры:

– Ну, чего ты раздумываешь, попользовалась чужим мужем и баста! Иди к своей мамочке и поплачься ей в жилетку. А своего мужа на прокат больше ни кому не отдам. Ты я вижу, в квартире моего мужа хорошо устроилась. – И, снова посмотрев на часы, добавила, – если через полчаса ты отсюда не уберешься, то я тебя выкину за дверь силой!

Юля молча пошла в детскую комнату собирать вещи. А гостья, быстро схватив лежащий на столе мобильный телефон хозяйки, положила его себе в карман брюк и тут же вышла на кухню, где ее дочь Вера смотрела телевизор. Юля, уложив вещи в детскую коляску, взяла за ручку сына, молча вышла из дома. На улице, усадив сына в коляску, она оглянулась на дом, где она была так счастлива со своим любимым Славой. Обливаясь слезами, она молча покатила коляску к дому своих родителей.

Переступив порог родительского дома, Юля, рыдая, бросилась на грудь матери. Выслушав дочь, мать сказала:

– Ну и дура, ты моя доченька! Ты без борьбы за свое счастье, поджав плечи, уступила своего законного мужа какой-то авантюристке.

– Ну, что ты, мама, говоришь! – Пыталась возразить Юля, – она мне показала Славино письмо, которое он ей написал и просил вернуться к нему.

– А ты его читала? – Продолжала возражать мать.

– Нет! – Почти шепотом ответила Юля. – Но на конверте был почерк Вячеслава.

Мать молча подошла к коляске, взяла на руки внука и сказала:

– Ну, мои дорогие, не надо так сильно расстраиваться, будете жить с нами, в нашей квартире места много.

Оборудовав комнату в квартире матери для себя и сына, Юля настраивала себя на то, что она теперь брошенная женщина и ей предстоит заниматься воспитанием сына одной. Она посмотрела на портрет мужа, который поставила на тумбочку у кровати и, обращаясь к улыбающемуся Вячеславу, сказала:

– Ты, мой дорогой, жил двойною жизнью, ты видно меня никогда не любил. – И, присев на краешек кровати, обливаясь слезами, сказала. – Ты целовал меня, а на твоих губах всегда была горькая полынь. Горькой полынью обернулись твои слова, горькой полынью обернулась любовь твоя. – И, подняв на руки наблюдавшего за нею сына, сказала. – Ничего, мой дорогой сыночек, проживем мы с тобою и без нашего папы.

На следующий день, оставив ребенка с матерью, она, стараясь держатся бодрой, пошла на работу. Но и тут ее ждала неприятность. Не успела она раскрыть компьютер, как ей позвонили из отдела кадров и велели зайти к ним ознакомится с приказом. Юля спокойно выслушала консультанта из отдела кадров и без лишних вопросов расписалась в приказе, об увольнении ее с работы по сокращению штатов. Возвратившись на свое рабочее место, она стала осмысливать происходящую вокруг нее обстановку. И только сидя за своим рабочим столом, поняла, что она осталась и без мужа и без любимой работы. Словно хмельная она пошла в кабинет к своей начальнице. Переступив порог кабинета, она застала Светлану Викторовну молча сидящую за своим рабочим столом. Подняв от пустого стола голову, хозяйка кабинета громко расхохоталась. И, показывая рукою на стул, сказала:

– За что с тобою мы боролись, на то и напоролись! Не понравилось некоторым чиновникам из команды губернатора то, что ревизионный отдел один акт за другим кладет ему на стол результаты отдельных проверок комитетов и управлений. Губернатор не желает афишировать злоупотребления, существовавшие в администрации области при работе предыдущего губернатора области. Поэтому он пошел по наименьшему пути сопротивления, принял решения сократить ревизионный отдел, который подчинен контрольно-ревизионному управлению и создал его в комитете по финансам и бюджету. Да ведь это в корне неправильно, вновь созданный ревизионный отдел в комитете по финансам и бюджету по идее будет сам распределять бюджетное финансирование, и сам себя будет проверять. Ну, это теперь их проблемы, а нас дорогая Юля, предали все. Даже наш начальник управления делает вид, что ничего особенного не произошло.

– А давайте Светлана Викторовна, всем отделом напишем письмо на имя Владимира Григорьевича, напомним ему, как мы под угрозой быть уволенными с работы бывшим губернатором, четыре месяца подряд мотались по Калининградской области, поднимали народ, агитировали голосовать за адмирала Егорова. А после, когда он стал губернатором, работали без выходных и праздников на проверках.

– Да Юля, ты права. Мы старались раскрыть Владимиру Григорьевичу глаза на злоупотребления, которые были в администрации области. Да они и сейчас существуют у него под боком. Нет, писать нам нечего не следует, получим расчет и помашем ручкой всем своим недоброжелателям. Меня сегодня по телефону ехидно поздравляют те чиновники, которые фигурируют в наших актах проверок. Одна женщина мне сказала по телефону, что мол, они живучие, работали при экс– губернаторах Маточкине и Горбенко и переживут еще не одного такого адмирала как ваш Егоров. Меня, Юля, этот звонок так зацепил, что я ее обматерила, а после самой стало стыдно, ведь я ни когда в своей жизни не сквернословила. А потом положила трубку телефона и от бессилия разрыдалась на весь свой кабинет. – Она поднялась из своего кресла, открыла сейф, достала из него бутылку молдавского коньяка и, отвинтив крышку на бутылке, налила полстакана себе и столько же своей подчиненной. И подняв высоко над головою стакан, сказала. – Да пошли они все в писуньку! Мы свою работу знаем на отлично и, думаю, без работы не останемся. – И, выпив до дна коньяк, добавила. – Наталья Николаевна уже устроилась в одну из коммерческих организаций на должность главного бухгалтера, а я дала согласие на работу в областную налоговую инспекцию на должность начальника отдела, а тебя, если пожелаешь, возьму к себе заместителем.

– Ой, большое вам спасибо, дорогая Светочка Викторовна! – Обнимая за плечи свою начальницу, захмелевшим голосом Юля сказала. – Меня предали и дома и на работе, я теперь кругом одна.

Прошло время, обе женщины, получив в бухгалтерии расчет, а в отделе кадров свои трудовые книжки, ни с кем в управлении не разговаривая, покинули стены областной администрации.

Возвратившись в квартиру матери, Юля не находила себе места, ее угнетало то, что ее неожиданно покинул муж и так же неожиданно уволили с работы. Постоянно она себе задавала один и тот же вопрос, почему злодейка судьба ей так неожиданно преподнесла такие коварные сюрпризы. Ведь мужа она безумно любила, а он с нею так жестоко поступил. Она посмотрела в лицо улыбающемуся на фотографии Вячеславу, сказала:

– А я тебе, дорогой мой Славочка, доверяла как себе, а ты меня предал. Почему ты со мною поступил так нечестно? – Еще немного себя пожалев, Юля громко сказала на всю квартиру. – А я сейчас, мой хороший, эти слова задам тебе по телефону! – Она бросилась искать свой телефон и только сейчас поняла, что телефон она забыла у себя в квартире на столе.

От безысходности Юля зарыдала на всю комнату и этим сильно напугала сына Кирилла. Мальчик увидел плачущую мать и принялся тоже громко плакать. Женщина, немного успокоившись, взяла сына на руки, сказала:

– Не плачь, мой маленький, не мы с тобою первые и не последние люди, которых бросает отец. Проживем и без него, а он еще об этом жестоко пожалеет. – И, вытерев платком заплаканное лицо ребенка, пошла с ним на кухню, где за столом их ждали родители.

Поужинав с родителями, она пожелала им спокойной ночи и пошла, укладывать сына спать. В родительском доме она спала с сыном на одной кровати. Перед сном Юля пела сыну колыбельные песни, которые в детстве пела ей мать. Когда Кирилл заснул крепким сном, женщина предалась воспоминаниям. Перед глазами, словно кино, проходили эпизоды тех дней, когда они с Любовью Михайловной во время выборов губернатора колесили, по районам Калининградской области, агитировали за адмирала Егорова. Ей вспомнилось первое впечатление от знакомства с Вячеславом, который возил их на своей «Волге». Все это было как во сне. А теперь ее предали все. Из областной администрации, ее уволили и показали на дверь как бездомной кошке, а человек, который ей клялся в любви, оставил ее с маленьким ребенком на руках. Заснула она перед самым рассветом, а когда она открыла глаза, Кирилл уже сидел за столом с ее родителями и за обе щеки уплетал, овсяную кашу.

А в это время Вячеслав несколько раз звонил ей по телефону, посылал сообщение одно за другим. Но Юля на его звонки не реагировала. Тогда капитан первого ранга позвонил жене на работу, но женский голос с раздражением ему ответил, что ревизор Доронина уволилась с работы. Это известие сильно напугало Вячеслава. «Но это мне понятно, – сказал он сам себе. – Не каждая женщина будет жить такое долгое время одна». У него сильно защемило сердце, ведь Юля женщина особенная и поменять его на другого мужчину она себе не позволит. Ну, пусть все идет, как идет, вернусь в Калининград, разберусь.

Через некоторое время корабль, которым командовал капитан первого ранга Доронин, возвратился в город Балтийск. Его работа была отмечена как одна из лучших, а командир корабля заслужил благодарность от командующего Балтфлотом.

Возвращаясь к себе домой, Вячеслав чувствовал на душе непонятную до сих пор для него тревогу. И предчувствие его не обмануло. Он открыл своим ключом дверь в квартиру и, переступив порог своего дома, через открытую дверь в кухню он заметил сидящую за обеденным столом свою первую жену Ангелину. Она сидела в купальном костюме, с большим куском белого батона, намазанного вареньем. Рядом с нею сидела их дочь Вера и тоже жевала намазанный вареньем кусок батона. Увидев Вячеслава, женщина быстро накинула на себя халат. А Вячеслав прямо с порога спросил:

– Мне непонятно, что ты делаешь в моей квартире?

Женщина, заискивающе улыбаясь, сказала:

– А мы вот с Верочкой приехали к тебе жить навсегда. Дело в том, что я прошлый раз сказала тебе не правду, я Веру с собою в Финляндию не брала. Она жила с моей мамой в деревне. А вот недавно мама умерла, а мой муж Томас у себя не хочет видеть нашу дочь. Да и вообще я не хочу больше ехать к Томасу, он постарел, потолстел, по ночам сильно храпит и присутствие его рядом со мною меня угнетает.

– Ну, моя дорогая, это уже твои проблемы. Меня ты не спросила, хочу ли я видеть тебя в своем доме? Я же отвечу тебе однозначно, ты для меня теперь чужая женщина и у меня есть жена и сын! Поэтому прошу тебя, забирай свои вещички и кати ты к своему финскому Томасу. Вера пусть остается у меня.

Ангелина молча подошла к телефону, вызвала такси. И когда она уехала в аэропорт «Храброво», Вячеслав сказал дочери:

– Ты, доченька, посмотри пока телевизор, а я поеду, привезу Юлю и Кирилла.

Сидя за рулем своей «Волги» офицер думал только об одном, простит ли Юля ему выходки его первой жены. Он остановил автомобиль у Юлиного дома, вышел из машины, закурил сигарету и, затянувшись сигаретным дымом, подумал: «Юля умная женщина. Она поймет, что я не виноват». С этими мыслями он расстегнул свою флотскую шинель и на одном дыхании влетел на третий этаж.

У дверей квартиры жены, немного отдышавшись, нажал на кнопку звонка. Он звонил долго, пока не услышал у двери голос сына. Сильно стуча в дверь, сказал:

– Кирюша, позови маму! – Он слышал, как по коридору застучали детские ножки, и малыш закричал что, было мочи:

– Мама, там папа стучится. – Делавшая на балконе уборку Юля сбросила с головы платок и бросилась к двери.

Отворив дверь, она увидела на пороге мужа. В расстегнутой шинели, запрокинув фуражку на самый затылок, он стоял и думал, не разлюбила ли за такое долгое отсутствие его Юля. А та увидела мужа и молча бросилась к нему на шею. Прижимаясь к его груди, шептала:

– Я верила, Славочка, что ты ко мне вернешься.

А Вячеслав, обнимая жену, сказал:

– Это ты, моя хорошая, засомневалась в моих чувствах, быстро сдала позиции моего дома этой проходимке Ангелине. Ну, все, это давай оставим в прошлом, а сейчас, моя хорошая, собирай вещи и поехали к себе домой.

Переступив порог своего дома, Слава сказал стоящей у входа на кухню дочери:

– Знакомься, Верочка, это Юля, а это твой младший брат Кирилл.

Приготовив хороший ужин и покормив семью, Юля сказала, обращаясь к Вере:

– Жить вы будете в комнате вместе с Кириллом. Комната ваша большая, светлая. В ней стоит две кровати. Стол для тебя мы пойдем и купим прямо завтра. У папы служба, мы его отвлекать не будем, поэтому заниматься с тобой и Кириллом буду я. Я также буду водить тебя в школу, а Кирилла в садик. К счастью школа у нас здесь рядом, а детский сад прямо через дорогу. А сейчас идите и устраивайтесь в своей комнате. – И уже вслед детям сказала. – Кирилл, Вера твоя старшая сестра, поэтому ты должен ее всегда слушаться!

– Хорошо, – не поворачивая головы, сказал мальчик и, взяв за руку Веру, повел ее в свою комнату.

Уложив детей в постель и приведя в порядок кухню, Юля вошла в свою спальню, где в кровати с нетерпением ее ждал муж. Всю ночь напролет они любили друг друга, а Слава, прижимая к своей груди жену, говорил:

– Хорошая моя, эта чудная ночь была для нас такой, как та, когда я тебя узнал впервые, в ночь после проведенной инаугурации Владимира Григорьевича. – А потом, немного помолчав, спросил. – А за что тебя, моя хорошая, уволили из администрации области? Я когда услышал по телефону от твоей сотрудницы, что тебя уволили с работы, всю ночь не находил себе покоя.

– Меня, Славочка, не уволили, весь наш отдел сократили.

– Ну, вам надо было обратиться лично к Владимиру Григорьевичу и с ним обо всем поговорить.

– Что ты, какой там к нему обратиться, ему его окружение заморочило голову тем, что ревизию проводят не совсем грамотные люди, он им поверил, а его умница помощник, понимая, что с нами поступили несправедливо, при встрече прятал глаза.

– Ну, хочешь, я прямо сегодня запишусь на прием к губернатору и постараюсь с ним поговорить.

– Нет, Слава, говорить с Владимиром Григорьевичем тебе уже не надо. Мы со Светланой Викторовной уже работаем в налоговых органах, она начальник отдела, а я у нее заместителем. – И немного помолчав, добавила – Ну, а Егорова его окружение подставит и не один раз. Они за его спиною такое творят, что нашему всесильному губернатору даже во сне не приснится.

Командировка в Москву

Над федеральной целевой программой развития Калининградской области с придельной нагрузкой работало Главное управление экономического развития и торговли. Материалы, которые нарабатывались в соответствии с решением правительства, аккумулировались именно в управлении. На экспертном совете материалы анализировались губернатором области Владимиром Егоровым и после этого, отвозились в Москву.

Администрации области очень важно было наработанные материалы в срочном порядке представить в Москву. На их представление было отведено, очень мало времени. Кроме губернатора и его заместителей, в Москву с черновыми материалами направлялись и другие работники отделов и управлений. В такую командировку в Министерство финансов была направлена начальник отдела Шуленина Любовь Михайловна.

Она взяла билет на самолет в одну сторону, сложила документы в свой рабочий портфель. Утром очень рано в аэропорт «Храброво» ее отвез муж. Он дождался, когда жена сядет в самолет, сел в свой автомобиль и поехал обратно к себе в Калининград.

Любовь Михайловна в салоне самолета пристегнула ремень безопасности, закрыла глаза, думая о предстоящей ей в министерстве работе. В таком состоянии она даже заснула. Открыла глаза, когда самолет пошел на посадку. До места, предписанного ей командировочным удостоверением, ей пришлось с аэропорта добираться более часа. Устроившись в гостиницу, она поспешила в министерство.

Показав на проходной свое командировочное удостоверение и паспорт, без лишних вопросов направилась в нужный ей кабинет. Здесь она была впервые. Общаясь с нужными ей специалистами, сразу почувствовала, что к ней относятся с особым вниманием. Одна из сотрудниц министерства сказала, что с людьми из Калининграда очень легко работать:

– Грамотные специалисты, работают очень оперативно. Все даже малейшие наши замечания своевременно исправляют. Особенно приятно работать с вашим губернатором. Он не бравирует своими связями с высокопоставленными должностными лицами. Всегда спокойно выслушает, если ему бывает не ясно, не стесняется переспросить. Команду он подобрал себе достойную, а то у нас есть такие регионы, когда приезжают вице-губернаторы и ругают налево и направо своих губернаторов. Ваш же регион попал в такую трудную ситуацию, но выходит из нее умело и достойно. Его замы защищают интересы региона смело и последовательно. Раньше интересы вашей области защищали только клерки и не квалифицированно. Им все было безразлично. Главное – отметить командировочное удостоверение, и прощай матушка Москва. И довело безразличное отношение их к своему региону, что хоть караул кричи. Сам президент дал установку Калининграду на всех направлениях открыть зеленый коридор. А губернатор, видно, умница, если за такой короткий срок подобрал себе достойную команду, смело навалился на такую сложную и очень ограниченную временем программу.

– Да, – сказала Любовь Михайловна, – вы правильно подметили, что губернатор Владимир Егоров – большая умница. Он у нас боевой адмирал, кандидат военных наук. Закончил с золотыми медалями две академии. Военно-морскую и академию генерального штаба. Мы все за него горой шли на выборы, когда он баллотировался в губернаторы Калининградской области. – И стеснительно улыбаясь, призналась москвичке. – Я, если честно вам сказать, работала при экс-губернаторе Горбенко начальником отдела. Но как девочка бегала со своими подчиненными по домам с агитационным материалом. Приглашала поддержать на выборах в губернаторы адмирала Владимир Егорова. И, как видите, наш труд не пропал даром. Адмирал, как вы понимаете, выиграл выборы и тут же занялся со своей командой разрабатывать федеральную целевую программу для Калининградской области. И я думаю, вы сами здесь в Москве видите, как из труднейшего состояния губернатор Владимир Егоров вытягивает со своими единомышленниками давно заброшенную Калининградскую область.

Женщина в знак согласия кивнула головой, при этом сказала:

– Вот поэтому мы все, от кого только зависит федеральная целевая программа, бросаем все дела и стараемся вам всем оказать посильную квалифицированную помощь.

– Наши люди, которые у вас бывают в командировке, с теплом и благодарностью отзываются о москвичах. И мы все в Калининградской области знаем, что федеральный центр о нас помнит и знает все те трудности, перед которыми на современном этапе столкнулась наша самая западня российская область, – сказала Любовь Михайловна.

Завершив все дела в министерстве, Любовь Михайловна сделала отметку о прибытии и убытии в своем командировочном удостоверении. Зашла в гостиницу, рассчиталась за номер и, подхватив свою походную сумку, вышла из гостиницы. Вошла в метро и уже через несколько минут была у Белорусского вокзала. Купила в кассе билет в купейный вагон фирменного поезда «Янтарь» Москва-Калининград. Посмотрев на часы, отметила себе в уме: «Еще до прихода моего поезда целых два часа. Но ничего здесь страшного нет. Посижу в зале вокзала и немного отдохну, ведь последние дни приходилось работать на пределе своих человеческих возможностей». Она купила в киоске журнал и стала его с интересом читать. Вдруг ее внимание привлекла подошедшая к ней молоденькая цыганка с двумя цыганятами, вероятно, близнецами. Окинув Любовь Михайловну взглядом, стала говорить:

– Женщина красивая, добрая, успешная, дай я тебе погадаю. Расскажу тебе всю правду, и что было, и что тебя ожидает в будущем.

– Не надо, дорогуша, мне гадать! Что было, я уже знаю, а что будет, знает только один единственный Господь Бог.

Цыганка поняла, что перед нею сидит женщина, которая в чудеса не верит. Просящим голосом сказала:

– Ну, если ты не хочешь, чтобы я тебе погадала, тогда дай денежку на хлебушек моим цыганятам.

Любовь Михайловна открыла кошелек, протянула цыганке двадцать рублей, при этом сказала:

– Возьми и больше у меня не проси. Я, как видишь, отдала все, что было в моем кошельке.

Цыганка пошла дальше промышлять со своими близнецами, а Любовь Михайловна, подумала: «Хорошо, что остальные мои деньги лежат в другом отсеке моего кошелька, а то точно цыганка у меня их выманила бы до последней копеечки. – И, посмотрев в след уходящему цыганскому семейству, сказала тихим голосом. – Лучше давать милостыню тому, кто просит, нежели ее самому просить. – И уже шепотом добавила. – Да не оскудеет рука дающего человека. В наше время русские не все могут найти себе работу, а куда же деваться этим несчастным цыганам».

Забыв о цыганке, Любовь Михайловна снова принялась читать свой журнал. «Честно сказать – подумала она, – я последнее время ничего не читаю, кроме нормативных документов». Снова от чтения ее отвлекла пара, довольно молодых людей. Подняв голову от своего журнала, Любовь Михайловна увидела в нескольких метрах от себя женщину и мужчину, одетых в поношенные вещи. «Наверно это местные бомжи», – подумала, Любовь Михайловна. Парочка была занята подсчетом денег. Мужчина, перекладывая монеты с одной руки в другую, громко матерясь, сказал:

– Я тебе говорю, что здесь не хватит даже на пол-литра, а нам еще нужно купить чего-нибудь пожрать.

Женщина, отвечая ему и почти каждое свое слово сопровождая матом, полезла в карман и достала, вероятно, свою заначку.

– На! Подавись, – громко, сказала, она.

Мужчина снова посчитал деньги и довольный подсчетом, поспешно вышел из здания вокзала. Женщина этим временем не бездействовала. Она подходила к парочкам молодых людей и, виновато улыбаясь, просила денег. Любовь Михайловна усмехнулась, подумала: «Правду говорят в народе, что голь на выдумки мудра». Пьяница, своим наметанным глазом выбрала парочку влюбленных, подошла и, жалобно глядя в лицо молодому человеку, стала просить:

– Молодой человек, дай бездомной женщине на пропитание.

Парень, чтобы достойно выглядеть в глазах своей девушки, доставал кошелек и щедро одаривал просящую. Пьяница, низко кланяясь молодым людям, положив деньги в боковой карман, пошла к другой парочке влюбленных. Увидев вошедшего в здание вокзала своего собутыльника, она, глуповато улыбаясь, пошла ему на встречу. Они удобно уселись на креслах, где совсем не было людей. Мужчина достал из пакета бутылку вина и развесную селедку, все это разложил на газете, и счастливая парочка принялись пировать. Выпив вино из одноразовых стаканчиков, собутыльники принялись терзать лежащую на газете селедку. Все это время они не переставали между собою ругаться, сопровождая брань матерными словами. После пированья мужчина положил стаканы и пустую бутылку в пакет, замотал кости от селедки в газету и выбросил все в мусорный бак. Женщина в это время сняла с себя курточку, подняла вверх руки и пустилась в пляс, при этом припевая:

 
– Я бывало, выпивала,
– По четыре раза в день,
– А теперь моя спиртовка,
– Получила бюллетень.
 

В это время, словно из небытия, в здании вокзала появились два милиционера. Подойдя вплотную к веселившейся паре, сержант милиции сказал, обращаясь к пьяненькой женщине:

– Александра, ты опять мне здесь устроила представление. – Увидев стражей правопорядка, женщина словно протрезвела. Она одела свою курточку, не спеша застегнула ее на все пуговицы, потом, словно проснувшись, сказала, приложив руку к виску:

– Здравия желаю товарищ капитан!

– Когда ты, уважаемая Александра, возьмёшься, наконец, за ум? Когда ты перестанешь пить и мне здесь на вокзале куролесить?

– Я же вам уже говорила, что сегодня пью последний раз. А с завтрашнего дня все, баста, с выпивкой завязываю.

– Да какой уже раз ты мне, красавица пьяная, обещаешь с этим делом завязать. Но, как видно, завязывать и не думаешь. Такая молодая, здоровая девица, вместо того чтобы идти работать, ходишь по вокзалу, клянчишь у людей деньги и пьянствуешь все время с новыми партнерами. Давай, забирай своего напарника и пока сегодня я добрый, мотайте оба с вокзала. И чтобы я тебя больше здесь не видел, иначе, Александра, я тебя отправлю в медвытрезвитель, пусть там тебя ребята искупают холодной водой.

Александра поднялась с кресла, схватила за полу куртки своего напарника, сказала:

– Давай, дорогой, на выход! У меня еще есть денежки, сейчас купим бутылочку и пойдем ко мне домой. – И повернувшись к сержанту, помахав ему рукой, сказала. – Прощай, дорогой мой капитан.

– Прощай, Александра, и запомни, чтобы больше здесь на вокзале ни тебя, ни твоего приятеля я не видел.

– Вот этого, мой красавчик, я тебе не обещаю. Это, товарищ капитан, уж как получится. – Александра, по-прежнему держа своего напарника за полу курточки, скрылась за массивными дверями вокзала.