Текст книги "Америка против России. Агония финансовой пирамиды ФРС. Рэкет и экспроприации Вашингтонского обкома"

Автор книги: Валентин Катасонов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

Нужны международные механизмы урегулирование долговых споров

До недавнего времени в случаях надвигающегося дефолта или его объявления применялись Правила коллективных действий (Collective action clauses, САС). Заемщик предлагает условия реструктуризации долга. Вопрос ставится на голосование. Если большинство держателей облигаций (обычно от двух третей до трех четвертей) соглашаются на реструктуризацию долга, то обязательство выполнять достигнутые договоренности и придерживаться согласованного графика получения платежей распространяется на всех кредиторов. В последние 10 лет практически все страны выпускали облигации, предусматривающие CAC. Это стало нормой, ведь «коллективные действия» позволяют провести контролируемый и цивилизованный дефолт. Однако правила САС стали торпедироваться (оспариваться в судебном порядке) теми, кого принято называть «финансовыми стервятниками».

Еще в 90-е годы прошлого века в воздухе витала идея создания международного органа, который позволял бы «разруливать» непростые споры в связи с суверенными долгами. После кризиса в Аргентине была предпринята попытка создать единый международный механизм для справедливой реструктуризации госдолгов, но администрация президента Джорджа Буша наложила вето на этот проект.

Нужно внедрить в механизм управления суверенными банкротствами обычаи из корпоративного права, считает упоминавшийся нами выше корейский экономист Ха-Джун Чанг. Следует вернуться к упомянутым выше Правилам коллективных действий, заключив соответствующие международные соглашения (конвенции). Корейский экономист не одинок в этом мнении: аналитики все больше склоняются к тому, что риски долгового колониализма слишком высоки, причем не только для стран, оказавшихся в роли колоний, но и для мировой экономики в целом. Особенно, если в долговую колонию превратилась Греция, которая не относится к странам ПМК.

Решение американского суда также прокомментировал известный американский профессор экономики Нуриель Рубини, которого пресса окрестила «экономическим пророком». Он обратил внимание, что с конца 1990-х годов в мире постепенно формировалась система проведения контролируемых суверенных дефолтов. Один из них как раз пережила Греция в марте прошлого года, когда была списана часть задолженности страны перед частными кредиторами. Решение нью-йоркского суда может подорвать всю эту систему, отметил Рубини. Хотя ее надо было просто совершенствовать. Рубини уверен, что решение суда Нью-Йорка создает очень опасный претендент для всех стран мира, прежде всего для Греции. По Афинам будет нанесен удар: необходимая ей вторая реструктуризация частной задолженности просто не состоится. Рубини заметил, что ее официальные кредиторы из «тройки» (ЕС, ЕЦБ и МВФ) ничем не лучше «фондов-стервятников». Ведь контролируемые суверенные дефолты оставляют за указанными структурами статус «привилегированных» кредиторов, которым надо платить 100 %. Он отметил, что МВФ может и должен заниматься вопросами урегулирования спорных вопросов при возникновении угроз дефолтов и их объявлении. Однако Фонд этим не занимается, а лишь молчаливо взирает на беззаконные решения американских судов.

Аргентина против «финансовых стервятников»

Нетрудно догадаться, сколь остро на решения американского суда прореагировала Аргентина, в первую очередь ее президент Кристина Киршнер. Как мы сказали, Буэнос-Айрес будет пытаться оспорить предыдущие судебные решения в Верховном суде США. В этом случае, по мнению экспертов, история может затянуться до середины 2015 года. Защита аргентинской стороны открыто заявила, что если суд вынесет решение не в их пользу, то Буэнос-Айрес просто откажется платить. «Мы представляем правительство, – подчеркнул адвокат Джонатан Блэкман. – А правительствам нельзя указывать делать то, что идёт вразрез с их фундаментальными принципами». Если раньше во внутренние дела страны вмешивался МВФ, то теперь это пытается делать американский суд.

Если же дефолт всё-таки будет объявлен, это может привести к падению стоимости государственных облигаций Аргентины и нанести удар по местным банкам, имеющим много накопленной задолженности. Однако большинство экспертов считают, что технический дефолт не ввергнет страну в кризис, поскольку аргентинские экспортёры не зависят так сильно от кредитов для финансирования внешней торговли, как это было в 2001 году. После смерти президента Венесуэлы Уго Чавеса Кристина Киршнер является, пожалуй, наиболее последовательным борцом с американским империализмом в Латинской Америке. Она фигурирует в «черных списках» Финансового интернационала вместе с таким живым политиком, как Фидель Кастро.

Впрочем, на особом счету у Финансового интернационала находится не только президент Аргентины, но и вся страна. Она не может использовать возможности международного финансового рынка для привлечения денежных средств. Однако нет худа без добра. Аргентина научилась жить без внешнего долгового финансирования, поддерживая положительное сальдо по внешней торговле. Т. е. не заимствует, а зарабатывает деньги. Так, в 2011 году страна имела положительное сальдо в 13,3 млрд. долл., в 2012 году – 12,6 млрд. долл. Страна сталкивается со многими социально-экономическими трудностями, однако темпы ее экономического развития выше, чем в странах, послушно следующих рекомендациям МВФ и решениям американских судов.

Борьба с коррупцией или строительство Pax Americana?

Экстерриториальность американских законов

В своей статье «Долларовый рэкет» я затронул такой важный аспект современной жизни США, как принятие в последние годы большого количества законов, имеющих экстерриториальный характер. США активно раздувают кампании борьбы с такими угрозами, как организованная преступность, коррупция, уклонение от уплаты налогов, финансирование терроризма, наркобизнес, отмывание «грязных» денег и т. п. В этой связи принимаются новые законы, а также вносятся поправки в действующие акты. Эти законы направлены на предотвращение и ликвидацию соответствующих угроз безопасности США, устанавливают ответственность физических и юридических лиц, занимающихся тем или иным видом незаконной деятельности. При этом ответственность по этим законам может возникать не только у тех физических и юридических лиц, которые квалифицируются как «резиденты» США, но также у нерезидентов – компаний, банков, граждан других стран.

У США больше, чем у какого-либо другого государства имеется возможностей для того, чтобы наказывать нерезидентов. Или держать их в узде.

Во-первых, иностранные физические и юридические лица имеют в американских банках депозиты, исчисляющиеся триллионами долларов. Как в свое время заявил З. Бжезинский, только российская элита держит в американских банках примерно 500 млрд. долларов.

Во-вторых, львиная доля всех международных расчетов осуществляется в американской валюте; транзакции проходят через корреспондентские счета, открытые банками разных стран мира в американских банках.

В-третьих, многие зарубежные компании и банки зарегистрированы на нью-йоркской фондовой бирже (NYSE); их акции, облигации, а также американские долговые расписки (АДР) обращаются на американском рынке ценных бумаг. Нью-йоркская биржа – ведущая мировая торговая площадка. Накануне последнего финансового кризиса ее совокупная капитализация равнялась 21 трлн. долл. США; на бирже торговались ценные бумаги 447 иностранных компаний из 47 стран с общей рыночной капитализацией 7,5 трлн. долл.

В-четвертых, многие иностранные компании и банки приобретают доли в капитале американских акционерных обществ, открывают представительства, филиалы, создают дочерние структуры. Иначе говоря, иностранный бизнес располагает весьма внушительными активами в американской экономике. Например, 20 процентов активов банковского сектора США принадлежит иностранным банкам.

Таким образом, у американских властей есть возможность накладывать штрафы на неамериканских нарушителей законов, блокировать их международные долларовые расчеты, арестовывать различные активы, «замораживать» средства на банковских счетах и т. п. Уже не приходится говорить о таких возможностях американских властей, как давление на другие государства через Международный валютный фонд, Всемирный банк, Банк международных расчетов, другие международные финансовые и экономические организации, где США имеют «контрольный пакет».

Юристы выделяют следующие области, в которых экстерриториальность законов США проявляется особенно ярко: борьба с коррупцией; борьба с терроризмом; борьба с незаконным отмыванием денежных средств; нарушение прав человека; защита конкуренции (борьба с монополизмом); защита прав интеллектуальной собственности; регулирование рынков ценных бумаг; борьбы с уклонением от уплаты налогов; предотвращение распространения ядерного оружия. Американские экстерриториальные законы позволяют фактически вмешиваться во внутреннюю экономическую и политическую жизнь других стран, постепенно ставить их под свой контроль. Используются такие законы и как оружие устрашения в отношении граждан, политиков, руководителей компаний и банков других стран. Одним из последних примеров подобного рода законов, нацеленных на устрашение российских политиков и чиновников, является принятый в прошлом году так называемый «Акт Магницкого». Этот закон объявляет соответствующих лиц Российской Федерации «персонами нон грата» в США, а также предусматривает наложение ареста на их банковские счета и имущество за рубежом.

Ярко выраженный экстерриториальный характер имеют принятые в разные годы в США законы о санкциях против ряда иностранных государств – Кубы, КНДР, Ирана и т. д. Всего на сегодняшний день США объявили о санкциях против 14 государств. Эти законы предусматривают, в свою очередь, санкции против тех иностранных государств, компаний, банков, частных лиц, которые замечены в нарушении американских законов о санкциях. Кстати, законы США о санкциях против отдельных государств были, пожалуй, единственной категорией законов, которые уже несколько десятилетий назад имели экстерриториальный характер. Достаточно вспомнить, что в 70-е годы прошлого века США пытались сорвать сделку «газ – трубы» («сделка века») между Советским Союзом и западноевропейскими компаниями. Тогда были заключены контракты на поставку в СССР труб, компрессоров, специальной трубопроводной арматуры. Вашингтон использовал различные рычаги влияния на европейских поставщиков, однако, в конечном счете, при определенных издержках и задержках для участников «сделки века» проект был реализован. Сегодня США так увлеклись санкциями против неугодных им государств и компаний, сотрудничающих с государствами изгоями, что соответствующие экстерриториальные законы принимаются не только на федеральном уровне, но также на уровне отдельных штатов. В законах штатов содержатся запреты на закупки товаров и услуг у зарубежных компаний, замеченных в сотрудничестве с государствами, занесенными в «черные списки» американского правительства.

Резкое усиление экстерриториального характера американских законов произошло после событий 11 сентября 2001 года. Тогда в США был принят закон, который обычно называют «Patriot Act» и который под предлогом борьбы с международным терроризмом дал американским государственным ведомствам, спецслужбам и судам большие полномочия вмешиваться в дела других государств. Некоторые американские законы были приняты достаточно давно, при этом лишь потенциально имели экстерриториальный характер. Их экстерриториальный потенциал до поры до времени не был задействован.

Закон США о коррупции за рубежом

Таким законом, в частности, является Закон США о коррупции за рубежом (Foreign Corrupt Practices Act – FCPA), который вступил в силу в 1977 году. Он считается первым в мире законом о запрете подкупа иностранных должностных лиц, но до середины прошлого десятилетия применялся достаточно редко. Толчком к принятию данного закона послужил скандал, который разразился в 1977 году. В его эпицентре оказалась американская авиастроительная компания «Локхид» и правительство Японии. Выяснилось, что компания «Локхид» для получения заказов в «стране восходящего солнца» систематически практиковала раздачу взяток высокопоставленным японским чиновникам. Кончилась эта история тем, что правительство Японии ушло в отставку, а американский конгресс в срочном порядке подготовил и принял Закон о коррупции за рубежом. В то время острие закона было направлено на американские компании, предусматривались достаточно жесткие наказания тех физических и юридических лиц США, которые будут замечены в подкупе иностранных чиновников. Закон имел неоднозначные последствия для США. С одной стороны, он поднял репутацию Америки, которая объявила бескомпромиссную борьбу с коррупцией как внутри страны, так и за ее пределами. С другой стороны, этот закон поставил американский бизнес в неблагоприятное положение по сравнению с иностранными компаниями, которые практиковали взятки для получения выгодных контрактов. Законы других стран могли преследовать коррупционеров лишь при использовании взяток внутри своих стран, но не за их пределами. Более того, законы некоторых европейских стран даже поощряли такую практику. Например, законодательство ФРГ разрешало включать в издержки производства расходы на взятки за рубежом, они относились к категории «накладных расходов», квалифицировались как расходы, способствующие продвижению немецких товаров на мировых рынках. Попытки правящих кругов США заставить принять другие страны законы, аналогичные FCPA, успехами не увенчивались. В октябре 1995 г. Министерство торговли США при содействии ЦРУ и других спецслужб подготовило закрытый доклад для Конгресса и краткий открытый вариант для общественности об использовании взяток иностранными конкурентами американского бизнеса. По оценкам авторов доклада, за период с января 1994 г. по сентябрь 1995 г. американские фирмы потеряли за рубежом контрактов на сумму около 45 млрд. долл. из-за недобросовестной конкуренции иностранных компаний, применявших незаконное «стимулирование» иностранных чиновников, ответственных за принятие решений.

Лишь через двадцать лет после принятия FCPA Вашингтону удалось добиться «прорыва» в деле приобщения других стран к борьбе с зарубежной коррупцией. В декабре 1997 г. в рамках ОЭСР была принята Конвенция по борьбе с подкупом иностранных государственных чиновников при совершении международных сделок (Convention on Combating Bribery of Foreign Public Officials in International Business Transactions). Конвенция обязывает подписавшие страны принять внутренние законы, предусматривающие уголовную ответственность за подкуп иностранных чиновников. Конвенция ОЭСР была ратифицирована Соединенными Штатами в середине 1998 года, а с февраля 1999 года она вступила в силу. В январе 1999 года Совет Европы принял Конвенцию об уголовной ответственности за коррупцию. В ноябре 1999 года Совет Европы принимает ещё один документ – Конвенцию о гражданско-правовой ответственности за коррупцию. Наконец, 31 октября 2003 года была принята Конвенция ООН против коррупции. На сегодня её подписали 140 стран. Великобритания, США и Россия конвенцию подписали и ратифицировали.

Конвенция ООН является наиболее полным и всеохватывающим международным документом в сфере борьбы с коррупцией, в том числе подкупом иностранных чиновников. Страны, подписавшие и ратифицировавшие данную конвенцию, обязаны предусмотреть в своем внутреннем законодательстве уголовную ответственность за все преступления, признанные таковыми в соответствии с настоящей конвенцией. Конвенция создала определенные предпосылки для применения национального антикоррупционного законодательства одной страны на территории других стран.

Проблема коррупции всегда была острой для любого государства. Но сегодня усиливается ее внешнеэкономический аспект. Обостряется международная конкуренция за рынки сбыта высокотехнологичной продукции и услуг, получение концессий и лицензий на разработку природных ресурсов, приобретение активов в рамках программ приватизации и т. д. По весьма консервативным оценкам экспертов ОЭСР, ежегодно в мире в форме взяток выплачивается около 100 млрд. долл., в том числе 30 % этой суммы идет на продвижение компаниями своих коммерческих проектов за рубежом. Многие европейские страны приняли после присоединения к выше перечисленным конвенциям свои законы о борьбе с коррупцией (или внесли поправки и дополнения в ранее действовавшие). Они не имеют столь ярко выраженного экстерриториального характера как американский закон FCPA. Пожалуй, за исключением закона о взяточничестве Великобритании. The UK Bribery Act (UKBA) принят британским парламентом в апреле 2010 г. и вступил в силу 1 июля 2011 г.

Безусловно, Конвенция ООН позволила Вашингтону задействовать на полную мощность свой закон FCPA, в том числе раскрыть его экстерриториальный потенциал. Закон FCPA заработал активно лишь через три десятилетия после его принятия.

FCPA: «спящий» закон начинает работать

В 2007–2008 гг. в США было зафиксировано резкое увеличение количества рассматриваемых дел по подозрению в совершении коррупционных действий в рамках FCPA. Если в предыдущие три десятилетия в среднем количество одновременно проводившихся расследований не превышало десятка, то в 2008 году количество таких дел перевалило за 100. Примечательно, что количество компаний-нерезидентов, проходивших по этим делам, уже намного превышало количество компаний США. Основаниями для расследований в отношении компаний-нерезидентов были такие формальные моменты, как наличие у иностранных компаний части активов и бизнеса на экономической территории США, участие в капитале иностранных компаний американских инвесторов (физических и юридических лиц), включение компаний в листинг нью-йоркской фондовой биржи. Наконец, принимались во внимание даже такие моменты, как прохождение средств иностранных компаний через корреспондентские счета в американских банках. Т. е. дело (расследование) против иностранной компании могло быть начато даже в том случае, если никаких коммерческих операций компанией на территории США не осуществлялось. При этом передачу денег (взятки) могло осуществлять лицо, не имеющее американского гражданства или даже разрешения на проживание в США. Расследования осуществлялись (и продолжают осуществляться) министерством юстиции и комиссией по ценным бумагам и биржам США.

Daimler и Siemens (Германия), Statoil (Норвегия), «DPC Тяньцзинь» (КНР) и Vetco Gray (Великобритания) – вот всего лишь несколько примеров неамериканских компаний, привлеченных к ответственности на основании FCPA за взятки, выплаченные неамериканским должностным лицам за пределами США. На первом месте по величине наложенных штрафов до сих пор остается немецкий концерн Siemens (2008 год). Среди крупных дел можно также отметить, что в 2009 году две американские компании согласились выплатить 579 млн. долларов, начисленных в виде санкций за различные нарушения FCPA в Нигерии. Но, примечательно, что все-таки основное количество дел, рассматриваемых министерством юстиции и комиссией по ценным бумагам, касается компаний-нерезидентов. Кроме того, с 2009 года началась практика широкого преследования за нарушения закона физических лиц – как граждан США, так и иностранцев.

Примеры акций в рамках FCPA: Сименс и Даймлер

До сих пор наиболее громким и крупным в рамках расследований FCPA остается дело немецкого концерна Siemens. Он был обвинен в том, что в период с 1999 по 2006 гг. выплатил в разных странах мира взяток на сумму в общей сложности 1,3 млрд. евро. В частности, были обнаружены случаи причастности концерна к коррупции в Ираке в период осуществления программы ООН «Нефть в обмен на продовольствие», а также в таких странах, как Венесуэла, Бангладеш, Аргентина, Франция, Нигерия, Турция, Италия, Китай, Израиль, Вьетнам, Россия и Мексика. В конце 2008 года министерство юстиции США и комиссия по ценным бумагам США оштрафовали немецкий концерн на 800 миллионов долларов за дачу взяток по всему миру (штраф министерства – 450 млн. долл.; штраф комиссии – 350 млн. долл.). Кроме того, для дальнейшего расследования нарушений Siemens обязался предоставить независимому аудитору доступ к своей документации. Надо отметить, что даже при мировом соглашении и многомиллионных компенсациях неамериканские компании, попавшие под действие FCPA, в течение нескольких лет находятся под контролем назначенного независимого аудитора, которым обычно является американский адвокат или судья. Таким образом, появляется ещё один рычаг воздействия со стороны США на иностранную компанию.

В декабре 2008 года суд в Вашингтоне вынес свое решение, которое затем одобрил наблюдательный совет концерна на своем чрезвычайном заседании в Мюнхене. В этот же день мюнхенская прокуратура наложила на концерн штраф в размере 395 миллионов евро. Однако даже такое наказание оказалось более мягким, чем ожидалось.

Сравнительно мягкий приговор американского суда объясняется тем, что сотрудники Siemens активно участвовали в расследовании нарушений. По словам представителя министерства юстиции США, «готовность концерна помогать расследованию была образцовой».

Наказание понесли и топ-менеджеры концерна. В августе 2008 года был вынесен приговор первому виновному, бывшему директору Siemens, отвечавшему за торговлю медицинским оборудованием. Его приговорили к двум годам тюремного заключения условно и к уплате штрафа размером 108 тысяч евро. Прямых доказательств его виновности не было, осужденный сознался сам. Два бывших председателя правления Siemens Хайнрих фон Пирер (Heinrich von Pierer) и Клаус Кляйнфельд (Klaus Kleinfeld) отрицали, что знали о незаконных платежах. Были отправлены в отставку члены правления – всего восемь человек. Каждому из них пришлось частично компенсировать убытки концерна (взыскания от 0,5 до 4 млн. евро).

Были также подозрения в отношении некоторых дочерних структур немецкого концерна. В частности, у Всемирного банка появились претензии к дочернему предприятию германского концерна Siemens в России в связи с его участием в реализации проекта «Развитие транспортной инфраструктуры в Москве». В конечном счете, российская «дочка» концерна была уличена во взятках и финансовых махинациях. Было доказано, что в 2005 и 2006 году в качестве взяток по московскому проекту было выплачено около 3 миллионов долларов. Пытаясь урегулировать конфликт вокруг российской «дочки», Siemens предложил Всемирному банку компромисс, пообещав в течение 15 лет выделять ежегодно пять миллионов евро на борьбу с коррупцией. Средства должны направляться в общественные фонды, неправительственные организации, а также ООН. Германский концерн также выразил готовность на два года добровольно отказаться от участия в реализации проектов, финансируемых Всемирным банком. Однако в конце 2009 года Всемирный банк всё-таки отстранил на четыре года российское дочернее предприятие Siemens от участия в тендерах на получение заказов. В общей сложности концерн Siemens заплатил штрафов по всем случаям и эпизодам около 1,6 млрд. евро, а с учетом упущенной выгоды его убытки были оценены в 2 млрд. евро.

Не менее громким был разразившийся в 2010 году скандал с немецким автомобильным концерном Daimler, который был инициирован министерством юстиции США в рамках FCPA. По данным американского министерства, концерн создал в 22 странах, в том числе России, целую систему подкупа чиновников с целью получения выгодных заказов. Общий объем взяток за период 1998–2008 гг. был оценен в 51 млн. долл. Во избежание дальнейших судебных разбирательств, Daimler согласился заплатить американским властям во внесудебном порядке штраф в размере 185 миллионов долларов. Корпоративный контроль над проведением комплексной программы в отношении компании Daimler, в частности, за соблюдением ею закона «О внешней коррупции» (FCPA) в течение трех последующих лет поручен американскому судье. Суд также обязал концерн принять некоторые меры. Во-первых, привести все филиалы компании Daimler в соответствие с регулирующим законодательством и кодексом компании. Во-вторых, было решено, что назначение местных руководителей и прочих сотрудников филиалов Daimler должно происходить исключительно по решению и с ведения руководства центрального офиса компании. В-третьих, концерн обязался провести расширение международной программы подготовки кадров Daimler, в том числе регулярные конференции, учебные семинары, тренинги, а также обмен информацией. И, в-четвертых, создать специальный отдел по надзору за соблюдением антикоррупционного законодательства.

Доктрина «минимального контакта» США. Американофобия

Примечательно, что многие иностранные компании были «зацеплены» американскими властями на том основании, что эти компании были участниками нью-йоркской фондовой биржи (были включены в «листинг»). Реакцией ряда компаний-нерезидентов на активизацию применения закона FCPA были решения об уходе с американского фондового рынка. Так, в мае 2010 года концерн Daimler объявил о намерении вывести ценные бумаги с Нью-Йоркской фондовой биржи Финансовый директор Daimler Бодо Уэббер (Bodo Uebber) объяснил, что этот шаг направлен на снижение управленческих расходов и упрощение отчетности. В Нью-Йорке котируется лишь небольшая часть акций концерна, примерно пять процентов от общего числа. Главным местом торговли ценными бумагами по-прежнему останется биржа во Франкфурте-на-Майне. Основной причиной ухода видится то, что после ухода с Нью-Йоркской биржи отпадет необходимость подачи финансовой отчетности в Комиссию по ценным бумагам США.

В апреле 2010 года другой немецкий концерн – Deutsche Telekom – тоже решил прекратить размещение своих ценных бумаг на бирже в Нью-Йорке. А в феврале 2011 года прокуратура Штутгарта начала расследование в отношении концернов Deutsche Telekom и Volkswagen. Следователи подозревают их бывших менеджеров, курировавших футбольное спонсорство, в коррупции. Похоже, что Deutsche Telekom принял превентивные меры, чтобы не платить штрафы ещё и властям США.

Уже не приходится говорить о том, что многие европейские компании стараются избавиться от акционеров американского происхождения. Ведь если в компании доля физических и юридических лиц превышает 10 % в капитале, то такой компании придется нести ответственность по закону FCPA в полном объеме. Не менее настороженно европейские банки относятся к своим клиентам. Если это лица американского происхождения, то им может быть отказано в открытии депозитного счета. Правда, в данном случае у европейского банка возникает опасения попасть под «колпак» другого американского закона – FATCA (The Foreign Account Tax Compliance Act) Это закон о налогообложении иностранных счетов, принятый в 2010 году и имеющий все признаки экстерриториального акта. Фактически американская налоговая служба планирует превратить все банки за пределами США в своих налоговых агентов и наказывать неамериканские банки за ненадлежащее выполнение агентских функций. Неамериканский банк может оказаться в ситуации, когда ему придется нести солидарную ответственность за неуплату американским клиентом налогов в казну США. А заодно попасть в какую-нибудь неприятную историю, связанную с коррупцией по закону FCPA.

У юристов это называется доктриной «минимального контакта». Суть ее в том, что даже самое незначительное соприкосновение неамериканской компании с юридическим или физическим лицом США может привести к тому, что неамериканская компания приобретет статус, который называется «person of the United States». Это еще не юридическое или физическое лицо США, но уже такое лицо, которое несет юридическую ответственность по американским законам. Таким, как FATCA или FCPA.

FCPA: роль американских спецслужб

Как мы уже отметили, основными организациями, отвечающими за выполнение закона FCPA, выступают министерство юстиции США и комиссия по ценным бумагами и биржам. Условием успешной реализации закона FCPA является получение указанными организациями информации, подтверждающей факты подкупа иностранных чиновников американскими гражданами и компаниями или нерезидентами, имеющими прямое или опосредованное отношение к американскому бизнесу и США. Или, по крайней мере, получение информации, вызывающей подозрение того, что коррупционные отношения имели место. Или же информации о том, что имели место намерения вступить в коррупционные отношения (закон FCPA за такие намерения также карает). Даже расследование по немецкому концерну Siemens показало, что иногда прямых улик явно не хватает для обвинения в коррупции. Отчасти эту проблему власти США пытались решить еще в начале нынешнего века. Министерство торговли США объявило об открытии в интернете «горячей линии» для того, чтобы любое частное лицо и любая компания могли сообщить о фактах коррупции и нарушении закона FCPA. После прошедшего финансового кризиса в США был принят закон Додда-Франка (подписан президентом США в 2010 г., вступил в силу в 2011 г.). Полное его название – Закон о реформировании Уолл-стрит и защите потребителей (Wall Street Reform and Consumer Protection Act). Закон этот очень объемный (более 2300 страниц текста). Обратим лишь на одну новацию, заложенную в нем – институт финансового доносительства. Закон предусматривает возможность сотрудникам компаний, как американских, так и тех неамериканских, которые имеют статус «person of the United States», сообщать о всевозможных нарушениях американских законов в различные организации и ведомства США (налоговая служба, комиссия по ценным бумагам, министерство финансов, министерство юстиции и т. д.) В том числе и о нарушениях закона FCPA. В случае подтверждения нарушения и начисления компании-нарушителю штрафа добровольный агент-информатор вправе рассчитывать на получение вознаграждения в размере в среднем от 10 до 30 % начисленного штрафа (подробнее см.: В. Ю. Катасонов. О законе Додда-Франка и финансовом доносительстве // Фонд стратегической культуры. 21, 22 августа 2012).

Очевидно, что для того, чтобы закон FCPA эффективно работал, все перечисленное выше необходимо, но недостаточно. Требуется получение информации с использованием специальных средств и методов. Проще говоря, необходимо подключение спецслужб. Почти с самого начала действия закона к его реализации было привлечено Федеральное бюро расследований США (ФБР), в котором было даже создано специальное подразделение, отвечающее за FCPA. Впрочем, время от времени в СМИ в связи с FCPA упоминаются и другие спецслужбы США – ЦРУ, АНБ, финансовая разведка Министерства финансов США и некоторые другие.