355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Уильям Гир » Артефакт » Текст книги (страница 35)
Артефакт
  • Текст добавлен: 9 сентября 2016, 21:05

Текст книги "Артефакт"


Автор книги: Уильям Гир



сообщить о нарушении

Текущая страница: 35 (всего у книги 36 страниц)

Соломон громко, с наслаждением рассмеялся:

– У меня его нет, адмирал!

Брайана и Арт обменялись озадаченными взглядами.

– Вы не оставляете мне выбора, капитан. – Было видно, что Селлерс с трудом сдерживает себя. – Вы полетите с нами на Арпеджио и убедитесь, что с прибором будут обращаться разумно и осторожно.

– На благо всего человечества?

– Даю вам слово. И обещаю, что вы и Констанция сможете беспрепятственно отправиться в космос на своем корабле.

– Беспрепятственно?

– Даю слово.

– Согласны ли вы удовлетвориться свидетельством Джорджа Стоковски о том, что на борту «Боз» нет артефакта? – спросил Соломон.

– Я знаю Стоковски и верю ему. – Селлерс наклонил голову. – Я согласен играть по вашим правилам, но только чтобы продемонстрировать свою добрую волю. Даже если Стоковски не обнаружит прибор на корабле, это еще не значит, что его там нет. Дочь рассказала мне о чудесах «Боз». Меня не так-то просто обвести вокруг пальца.

– Миша, вели Иджиме пустить Стоковски в грузовой трюм и позволить ему осмотреть артефакт и проверить, в каком он состоянии, – распорядился Сол. – Потом проводите его на мостик.

Словно по волшебству, рядом с Селлерсом возник Фэн Джордан.

– Приветствую вас, капитан. Рад вновь встретиться с вами. От всей души жалею, что упустил вас у Новой Земли. – Его пронзительный голос вывел Сола из себя.

– Я тоже, герцог, – негромко заговорил он. – Надо было чуть задержаться и отправить вас туда же, куда я отправил три ваших корабля. – Соломон почувствовал, как его лицо заливается краской гнева.

– На сей раз этот номер у вас не пройдет, – прошипел Джордан и, повинуясь властному жесту Селлерса, исчез.

Соломон закусил губу и, прищурившись, посмотрел на арпеджианца:

– Забавная у вас компания, Сэбот.

В глазах адмирала промелькнуло смущение.

– Даже от Джордана есть прок, – ответил он. – Герцогу кажется, что он влюблен в мою дочь. Быть может, это позволит нам объединить свои силы.

Соломон безрадостно усмехнулся:

– Хотите, чтобы вашей планетой управлял аристократ?

Сэбот тонко улыбнулся:

– Наоборот. Арпеджио будет править на Нью-Мейне.

На мостике в сопровождении Иджимы появился Стоковски. Он ворвался в люк, потрясая стиснутым кулаком.

– Куда вы его спрятали, Карраско? – срывающимся голосом закричал он. – Где корабль? Вы не имеете права перемещать артефакт и избавляться от него без единогласного решения Совета! Это грубое нарушение субординации!

– Можете забыть об артефакте, – произнес Соломон, лениво раскинувшись в кресле и глядя на Селлерса. – Я выбросил его. У меня его нет.

– Куда именно? – осведомился Стоковски. – Он принадлежит всему человечеству, а не только вашей секте воров и негодяев!

– Уведите его, – распорядился Сол. Иджима оторвал дипломата от палубы и вынес его в коридор. – Вы удовлетворены, адмирал?

На тонких губах Селлерса мелькнула едва заметная улыбка.

– Я сказал, что готов сыграть в вашу игру, но о том, чтобы поверить вам, не было и речи. Должно быть, вы считаете меня простаком. Вы устроили великолепный спектакль, но меня не так легко обмануть. – Он покачал головой. – У вас большой корабль, в нем достаточно места, чтобы спрятать артефакт. – Он пренебрежительно взмахнул рукой, и драгоценные камни в его бороде заиграли всеми красками радуги. – Довольно хитрить, капитан. Отдайте мне прибор. Я дал вам шанс спасти свое лицо. Если вы не причалите к «Охотнику» и не выдадите артефакт, я уничтожу «Боз» – точно так же, как при помощи детонатора уничтожил «Мориа». – Он рассмеялся. – Да, капитан, это был я! Вы проявили редкостную осторожность. Любой другой на вашем месте поднял бы контейнер на борт. Когда мне потребовался целый неповрежденный корабль, я заманил в ловушку «Клинок». Потом я попытался захватить «Гейдж», но вы ускользнули, прежде чем я расстрелял вас. Нам нужны детали матриц вашего компьютера – для изучения. На сей раз я надеюсь получить обломки «Боз».

Соломон поднялся на ноги. В его висках молотами стучала кровь.

– Между нами не может быть никаких переговоров! – процедил он сквозь зубы, с трудом сохраняя самообладание. – Оружейный отсек! К бою!

Медленно тянулись минуты – так бывает всегда перед смертельной схваткой. Корабли Селлерса приближались, меняя боевой строй. Селлерс маневрировал, следя за тем, как Соломон пытается выскользнуть из ловушки, то бросая «Боз» вперед с головокружительной перегрузкой, то тормозя. Из гигантских дюз корабля вырывались яркие снопы реактивной массы, затмевавшие своим светом звезды.

Конни подняла лицо:

– Капитан Мэсон слишком далеко, Сол. Он может прийти на помощь не раньше чем через пятнадцать часов.

– Ясно. – Соломон кивнул. – Будем сражаться в одиночку. Арт, отправьте Краалю полный отчет о том, что произошло.

– Слушаюсь, капитан, – отрывисто бросил молодой человек.

– Мы можем открывать огонь, капитан, – доложила Брайана.

– Не вздумайте, старший помощник! – Соломон пригубил кофе. – «Боз» не станет стрелять первым.

Противник приближался.

– Чего они ждут? – нервно воскликнула Брайана.

– Терпение, старший помощник, – невозмутимо произнес Соломон. – Селлерс хочет занять самое выгодное положение.

– Но это сулит нам неминуемое поражение…

– Мы не нарушим свою клятву, Брайана. Мы не будем стрелять первыми.

Девушка кивнула.

«Охотник» подошел на расстояние менее километра – дальность прямого выстрела. Еще два корабля обошли «Боз» с флангов и три оставшихся заняли удаленную позицию.

– Они открывают огонь! – крикнул Артуриан, увидев, как орудия «Охотника» полыхнули лиловым светом.

Едва разряды коснулись защитных экранов «Боз», пальцы Брайаны заплясали по клавишам панели прицеливания. Соломон затормозил корабль, чувствуя, как напряглись ремни, удерживая его в кресле. Он дал боковой импульс, и «Боз» скользнул за корму арпеджианца. Брайана уточнила прицел и нажала спусковую кнопку. Вражеское судно вспыхнуло, объятое пламенем аннигиляции.

– Отличный выстрел! – похвалила Конни, сосредоточенно удерживая в равновесии системы жизнеобеспечения корабля.

– Будем уничтожать их по очереди, один за другим, – сказал Соломон, разворачивая «Боз» навстречу «Охотнику». Селлерс бросил судно вперед с максимальным ускорением. Разряд бластеров Брайаны лизнул его защитный экран и отразился в пространство.

Стараясь не упустить противника, Соломон разогнал «Боз» с ускорением почти сорок «g». На его лице натянулась кожа, гравизащитные пластины с трудом справлялись с перегрузкой. Конни, как могла, смягчала всплески тяжести, но ей не хватало молниеносной реакции Боз.

Соломон сменил курс, всеми силами стремясь удержать корабль на одной линии с неприятелями, прикрываясь ближайшими из них как щитом. Ему удалось занять положение, в котором между «Боз» и «Охотником» оказалось сирианское судно. Сирианец открыл яростный огонь, его экраны раскалились до критической точки. Брайана пустила в ход форсированные бластеры Фуджики. Сирианца окутало лиловое сияние, и в тот же миг из его пробитого корпуса хлынули струи воздуха. В пространство вырвался слепящий белый луч – капитан корабля нажал рычаг аварийного сброса антиматерии.

– Йох-хо! – торжествующе взвыл Артуриан, но уже в следующую секунду на его панели загорелся индикатор перегрузки экранов. Он торопливо заработал рычагами, придавая «Боз» вращательное движение, а Конни вызвала аварийно-спасательную службу.

– Пробоины в трюме, в атмосферогенном отсеке… – Она помедлила и упавшим голосом добавила: – Пассажирский отсек тоже получил одну пробоину, Сол.

– Аварийная, пошевеливайтесь! – скомандовал Соломон. – Положение серьезное. Приготовьтесь к резким изменениям силы тяжести!

«Похоже, на сей раз мне не удастся вернуть вас домой».

36

Никита Малаков тяжело хватал ртом воздух. Скачки гравитации то и дело швыряли его о переборки. Хрупкие кости уроженца Вольной станции могли в любой момент не выдержать.

– Как бы то ни было, я умру свободным! – проворчал он себе под нос. Стекло гермошлема затуманилось, скафандр наполнил едкий запах пота. Палуба корабля ходуном ходила под ногами Малакова.

– Шестая группа, ответьте пассажирскому отсеку. У нас пробоина.

– Шестая группа – это я. – Никита зашагал по коридору, переваливаясь из стороны в сторону под ударами гравитации. Открыв люк, он увидел в стене туннеля огромную брешь. В воздухе висели клочья дыма, почерневшие переборки были согнуты и искорежены взрывом.

Никита моргнул и вгляделся в дымную пелену. Воздух быстро уходил в пробоину, и его скафандр захрустел, раздуваясь.

– Говорит Никита Малаков, шестая группа. Нахожусь в пассажирском отсеке. Здесь большая дыра и огонь. Две-три каюты разгерметизированы. Думаю, пока все можно оставить как есть.

– Хорошо, Никита. Это согласуется с нашими данными. Возвращайтесь в атмосферогенный пункт. У них дела – хуже некуда.

Никита кивнул и вернулся к люку. Открыв его, он увидел Лиетова, который крался по туннелю с бластером в руке.

– Фуджики? Это Малаков. Листов выбрался из своей каюты. У него бластер. Могут быть неприятности.

– Понял вас, Никита. Будьте осторожны.

– Постараюсь. – Под его ногами дрогнула переборка, и он судорожно сглотнул. – Если останусь в живых. – Наконец тряска прекратилась, и он торопливо двинулся вслед за Лиетовым.


– Капитан! – воскликнул Арт. – Корабли Нью-Мейна, занимавшие дальние орбиты, уходят! Двумя врагами меньше!

– Арпеджианцы тоже разворачиваются… – Соломон нахмурился. – За ними, ребята! Мне нужен Селлерс!

«Охотник» поравнялся со своим соплеменником, и Брайана накрыла их бластерным огнем. Арпеджианцы начали разгоняться.

Соломон закусил губу:

– Куда они?

– Мы без труда нагоним их и все узнаем, – предложила Конни.

Быть может, Селлерс хочет заманить «Боз» в ловушку? Перед Соломоном встал выбор – уничтожить оба корабля либо выждать и убедиться в том, что Селлерс действительно обратился в бегство.

– Пусть уходят, – со вздохом произнес он. – На сегодня хватит жертв. Конни, где-то рядом должны быть люди, выброшенные наружу декомпрессией.

– Их трое, Соломон. – Констанция всмотрелась в экран. – Похоже, один из них серьезно ранен.

– Возьмите их на борт. Подбитого сирианца оставьте на месте. Даже если Селлерс не вернется за ним, вокруг хватает кораблей. Им помогут.

– Готово, капитан! – подал голос Арт. «Боз» замедлил ход, и люди Гайтано втянули пострадавших в люк. Когда корабль получает пробоину, поток воздуха, словно реактивный двигатель, выбрасывает из поврежденного отсека людей и незакрепленные предметы. Порой осколки металла вспарывают скафандры, порой их хозяева заживо сгорают в раскаленной плазме. Но самое страшное для космонавта – плыть в черной бездне, медленно умирая от удушья по мере того, как в баллонах иссякает воздух.


Сила тяжести вернулась к норме. Никита следом за Лиетовым спустился в грузовой трюм. Все ясно. Этот болван ищет артефакт. Внезапно Листов остановился, озираясь. У Никиты отвалилась челюсть. Он растерянно смотрел на пустую палубу:

– Где это дьявольское устройство? Где оно?

Лиетов повернулся и, увидев Малакова, испуганно вздрогнул.

– Итак, Никита, нас обвели вокруг пальца, – сказал он. – Карраско спрятал прибор.

Никита пожал плечами:

– Может быть. Господин директор, вы нарушили приказ капитана. Идемте, я отведу вас в…

– Ни с места! Одно неверное движение, и я вас прикончу. А теперь медленно развернитесь и шагайте вперед. Я иду за вами. Сейчас не время церемониться. На карту поставлены жизни людей.

– Чего вы хотите?

– Мы отправимся в помещение реактора. Вы мой заложник, дружище. Если нас не впустят, я поступлю с вами так же, как Эльвина с Джозефом – нарежу вас кусками.

– Вы больной человек, Лиетов.

– Возможно. А теперь идите.

– Что вы собираетесь делать в реакторной? – спросил Никита, сворачивая в туннель, ведущий на мостик.

– Не сюда. В этот люк.

Никита повел плечами и приложил ладонь к пластине, ожидая, что замок не откроется. К его удивлению, люк распахнулся. В чем дело? Может быть, Карраско отключил системы безопасности из-за чрезвычайного положения? Или это следствие аварии центрального компьютера? Так или иначе, Никита был бессилен помешать Лиетову, и они зашагали по белоснежному коридору к реакторному отсеку.

– Инженер Андерсон! – окликнул Лиетов.

На мониторе возникло морщинистое лицо Хэппи.

– Кто вам позволил… Черт побери! Вы проникли в отсек, закрытый для посторонних! Вы не имеете права…

– Откройте люк, – велел Лиетов. – Иначе я убью Малакова у вас на глазах. Я требую сдать корабль моим людям. Артефакт должен принадлежать всему человечеству!

Никита пожал плечами.

– Пусть Лиетов убьет меня. Уж лучше умереть, чем… – Над его головой пронесся бластерный разряд, и он пошатнулся.

– Откройте люк, – распорядился Лиетов.

Массивная стальная плита скользнула в сторону. Никита поморщился:

– Не надо! Его нельзя впускать!

– Входите! – прорычал Лиетов. – Шевелитесь!

Малаков ступил в люк, и в то же мгновение корабль вздрогнул и метнулся вперед. Перегрузка едва не разорвала Никиту на части.


– Вы действительно выбросили артефакт в космос? – спросила Брайана.

– Да, – ответил Соломон, надевая шлем.

– Зачем вы это сделали? – изумленно произнес Артуриан.

Соломон с досадой посмотрел на молодых людей.

– Ему не место в человеческом обществе. – Он опустил глаза на остывший кофе, поморщился, но все же допил его. – Кому мы можем доверить такую силу?

– Появились еще три корабля! – отрывисто бросила Брайана, опуская на лицо обруч шлема. – Боевая тревога! Всем отсекам приготовиться к перегрузкам! Нас вновь атакуют!

– Они прямо по курсу, – добавил Артуриан. – Ускоряются, сближаясь с «Охотником». Селлерс резко тормозит. Судя по массе, которые выбрасывают его двигатели, у них на борту перегрузка тридцать «g»!

Конни нахмурилась.

– От всей души желаю, чтобы у них вышла из строя гравизащита. Тогда все кончилось бы в одно мгновение. Экипаж пришлось бы отскребать от переборок.

– Он снизил торможение до двадцати пяти «g». Наверное, его люди начали терять сознание. – Арт усмехнулся. – Остальные вот-вот поравняются с ним!

– Нам от них не уйти, – сказал Сол. Он лихорадочно маневрировал в надежде обогнуть противника стороной. «Боз» угодил в то самое осиное гнездо, о котором говорил Арт. У Селлерса было пятикратное преимущество. Его корабли окружили «Боз» со всех сторон, и теперь никакое ускорение не помогло бы Солу прорваться сквозь заслон.

– Они заперли нас в кольце и могут стрелять все разом, не мешая друг другу, – заметила Брайана. – Арт, постарайся работать с экранами как можно точнее.

Соломон бросал корабль из стороны в сторону, ускорение вжимало его в кресло то левым боком, то правым. Он пытался уклониться от острых лиловых лучей, которые ударяли в защитные экраны «Боз» и, полыхнув многоцветной радугой, рассеивались в ледяной пустыне пространства.

На мониторе Арта замигал огонек. Корабль получил еще одну пробоину. Соломон убавил скорость, и сила инерции швырнула его вперед. Он едва не потерял сознание, из носа потекла кровь – должно быть, лопнули сосуды.

– Аварийная! – крикнула Конни. – Доложите обстановку на причальной палубе!

– Взрывная декомпрессия повредила два челнока, – напряженным голосом отозвался Гайтано. – Ничего серьезного. Защитные экраны уже восстановились.

Вокруг корабля метались лиловые всполохи. Брайана умело отстреливалась, но Соломон понимал, что их уже ничто не спасет. Еще несколько минут – и противник, нащупав слабое место, нанесет им смертельный удар.

Он глубоко вздохнул и ввел корабль в крутой вираж с ускорением в тридцать три «g». Огромный кулак обрушился на него сбоку, скафандр заскрипел, пытаясь скомпенсировать перегрузку. На мгновение окружающий мир стал серым, и Соломон напряг все силы, борясь с тошнотой. Вырвав корабль из окружения, он направил его в сторону «Охотника». На этот раз они с Селлерсом сведут между собой счеты – каков бы ни был исход!


Глаза Никиты, оглушенного ударом Лиетова, застилала туманная пелена, голову пронизывала пульсирующая боль.

– Немедленно прекратите подачу энергии в защитные экраны, – потребовал Лиетов.

Хэппи покачал головой:

– Вы с ума сошли. Нас превратят в головешку! Ваши сирианские друзья в компании арпеджианцев и без того рвут нашу защиту в клочья!

– Тогда дайте мне связаться с ними! – Лиетов навел бластер на пульт управления реактором. – Вы понимаете, что произойдет, если я выстрелю? Знаете, какие беды может натворить бластерный разряд в замкнутом объеме?

Андерсон кивнул:

– Знаю.

– Тогда включайте внешнюю связь! Я передам ваш корабль Сириусу – величайшей державе Конфедерации!

Никита шевельнулся и расстегнул скафандр. Лиетов бросил на него короткий взгляд.

– Не вздумайте корчить из себя героя. Прежде чем вы успеете что-либо предпринять, я взорву корабль вместе с нами.

– Жарко… – пробормотал Малаков. – Кажется, меня сейчас вырвет. – Он заморгал, пытаясь сфокусировать взгляд.

– Очень жаль, что пришлось так сильно ударить вас. Слишком многое поставлено на карту.

Никита согнулся пополам, извергая на палубу содержимое желудка.

– Если вы не включите связь, я через пять секунд расстреляю пульт. – Лиетов поднял бластер.

Андерсон натужно сглотнул:

– Включаю.

Никита откашлялся, и его желудок вновь свело судорогой.

– Марк… – прошептал он, сунув ладонь внутрь скафандра. – Мне плохо, Марк. Помогите…

– Поздно, Никита. Я…

Чудовищный кулак гравитации размазал всех троих по палубе.


Лицевой щиток был забрызган красными каплями. Соломон выплюнул сгусток крови и огляделся. Артуриан и Брайана беспомощно обмякли в креслах.

– Проклятие! Арт! Брайана! Очнитесь!

Конни дрожала всем телом, медленно поводя головой. Она протянула руку, слабо толкнула Брайану и невнятно пробормотала:

– Без сознания… шлем в крови…

Корабль приближался к «Охотнику».

– Боз! – в отчаянии крикнул Сол. В ответ ни звука. – Конни, возьми управление! – Подключившись к коммуникатору через виртуальный шлем, он оценил угол и скорость сближения. – Огонь! – Луч прошел за кормой «Охотника». Стиснув зубы, Соломон довернул бластеры на пять градусов и дал еще один выстрел. Экраны Селлерса подались и вспухли, разрываемые потоками газа и пламенем взрыва, хлынувшими из пробоин.

Брайана шевельнула губами, к ней начали возвращаться чувства. Соломон не выпускал «Охотник» из перекрестья прицела, заметив, что его экраны мало-помалу восстанавливаются. Селлерс на максимальном ускорении бросил корабль вперед, и следующий выстрел прошел мимо.

Заметив, что Брайана положила руки на оружейную панель, Соломон вновь взял управление на себя и развернул «Боз» навстречу четырем оставшимся кораблям противника.

– Сорок градусов в горизонтальной плоскости и двадцать два в вертикальной! Огонь! – скомандовал он, опасаясь, что Брайана еще не полностью пришла в себя.

Вот когда ей пригодились навыки, доведенные до автоматизма упорными тренировками, – услышав приказ, Брайана молниеносно сосредоточила огонь на втором арпеджианце. Его экраны не выдержали, и корабль взорвался, словно перегретый котел, превращаясь в яркую вспышку аннигиляции.

– Еще одна, – выдохнул Соломон, следя за экраном, на котором загорались огоньки, сигнализирующие о новых пробоинах в корпусе «Боз». Он покачал головой, бормоча проклятия. Они погибнут прежде, чем перебьют корабли противника. Оставалось слишком мало времени, а Селлерс уже сел ему на хвост, расстреливая кормовые экраны.

Соломон затормозил, и острое копье бластерного луча прошло вплотную к «Боз». Он с шумом выдохнул через нос, пытаясь избавиться от застрявшего там сгустка запекшейся крови. Красные потеки на лицевом щитке темнели, смотреть сквозь них было все труднее.

Брайана ударила по следующему кораблю, и тот, ломая боевой строй, заспешил прочь, стремясь выйти из-под убийственного огня мощных орудий «Боз».

Загорелись еще несколько предупреждающих огоньков, защитные экраны полыхнули лиловым светом. Брайана выругалась.

– Отказ орудий левого борта, сэр!

– Это Селлерс! Арт, разворачивайте корабль вокруг оси! Брайана, подготовьте бластеры правого борта! – Он снова уменьшил скорость, и перегрузка бросила его вперед. Из носа хлынула кровь, заливая лицевой щиток, который стал почти непрозрачным. Соломон с трудом различал приближающийся «Охотник». – Брайана! Шестьдесят градусов по курсу!

Девушка с трудом преодолевала силу инерции, но это не мешало ей целиться. Бластерные разряды впились в «Охотника», в его корпусе появлялись все новые пробоины, из которых вырывались струи воздуха и языки пламени.

– Сигнал! – прохрипел Арт. – «Охотник» выбросил белый флаг! Повторяю, Селлерс выбросил белый флаг! Они сдаются!

– Прекратите огонь, Брайана, – распорядился Сол, чувствуя, как вопреки усталости его охватывает торжество. – Швартуйтесь к «Охотнику».

Черный корабль медленно плыл навстречу. Сняв шлем, Соломон разглядывал оплавленные плитки его корпуса. «Охотник» превратился в истерзанную груду мертвого хлама. Он медленно вращался, из пробоин хлестал воздух, вынося наружу обломки и мусор. В одной из дыр показалась половина человеческого тела. Заостренный лоскут металла на мгновение задержал ее, потом она, кувыркаясь, поплыла в пространство.

– Наконец-то я покончил с тобой, мерзкая крыса… – пробормотал Соломон, едва ворочая языком. Яркая вспышка едва не застала его врасплох. – Боз, полный вперед! – пронзительно выкрикнул он. – Ради всего святого! Мчись во весь опор!

Сорокапятикратная перегрузка вдавила его в кресло, погружая в пучину слепящей боли.


Никита открыл глаза. Казалось, во всем его теле не осталось ни одного целого сустава. Ногу, вывернутую под неестественным углом, пронизывало пульсирующее жжение. Он тряхнул головой, пытаясь сфокусировать взгляд.

Лиетов, натужно дыша и прижимая ладони к ребрам, поднялся на ноги, шатаясь под ударами гравитации. При каждом шаге бластер в его руке раскачивался из стороны в сторону. В углу отсека, свернувшись в клубок, лежал стонущий Хэппи Андерсон.

– Сдавайтесь! – крикнул Лиетов. – Сдавайтесь, Карраско, черт вас побери!

– Он вас не слышит, – пробормотал Никита. – Чтобы говорить с ним, нужно установить связь с мостиком.

– В таком случае ему конец!

Лиетов поднял бластер, навел его на пульт управления реактором и нажал спусковой крючок. Никита зажмурился, но оружие не сработало. Рука, которую он до сих пор держал внутри скафандра, напряглась и медленно поползла наружу. Увидев тяжелый пистолет, Лиетов растерянно моргнул, коротко вскрикнул и откинул скобу предохранителя бластера.

– Марк, прошу вас, не делайте этого.

– Все кончено, – пробормотал сирианец. – Артефакт в моих руках. – Он навел раструб на пульт.

Хэппи застонал и попытался подняться. Лиетов помедлил, глядя на инженера, и Никита хладнокровно прострелил ему голову.

– Никто не отнимет оружие у свободного человека, – сказал он окровавленному трупу.

В тот же миг его накрыла очередная волна невыносимого давления и боли.

Никита плыл в пространстве, отдавшись воле звездных ветров. Он услышал жужжание пчел родной станции и почувствовал на языке вкус меда.


Вселенная всем своим весом налегла на Соломона. Он едва не проглотил язык, захлебываясь кровью, которая хлынула из горла, едва он попытался откашляться. Желудок выплеснул свое содержимое наружу, обжигая нос и глотку кислой жижей с кофейным привкусом.

Он судорожно хватал ртом воздух, ища способ прервать головокружительный бросок корабля. Его виртуальный шлем вышел из строя. Слабый, словно котенок, с огромным трудом преодолевая тяжесть рукава скафандра, он дотянулся до пульта и онемевшим пальцем нажал клавишу «сброс». В тот же миг чудовищная тяжесть свалилась с его груди.

Все приборы мостика мигали аварийными огоньками. Соломон затуманенным взглядом обвел помещение, по которому, казалось, пронесся смерч. Брайана с трудом шевелилась в своем кресле – ее лицо покрывали синяки и потеки крови.

– Посмотрите… что с Артом… – сквозь кашель пробормотал Соломон и, взглянув на экран, увидел три звездочки – последние корабли неприятеля, обратившиеся в бегство. Он со страхом перевел взгляд на мониторы реактора. В его активной зоне возникли флуктуации, но в целом он работал стабильно.

– Андерсон! – прохрипел Соломон. – Переведи системы в режим минимального энергопотребления. – Он снял с Конни шлем, и его взгляду предстало окровавленное лицо. Слишком большая перегрузка. Конни потеряла сознание, но, судя по индикатору, была жива.

– Что случилось, кэп? – послышался ошеломленный голос Хэппи.

– Селлерс… – пробормотал Сол. – Этот мерзавец дождался, пока мы с ним поравняемся, и сбросил антиматерию.

Казалось, в его теле не осталось живого места. Он вновь закашлялся, сплевывая кровь. Под рукой был только кофе, и он поднес кружку к губам Конни. Она подняла веки. В ее глазах лопнули сосуды, белки налились кровью.

– Ты жива, – сказал ей Соломон, – и мы победили.

– Капитан! – Брайана указала на монитор. К «Боз» приближались несколько белых точек.

– Кто это?

Артуриан провел рукой по окровавленной бороде и всмотрелся в строки позывных:

– «Энеско», «Тубалькан», «Брат» и «Акация». Корабли Фронтира.


Соломон сосчитал мертвых. Погибли пятнадцать пассажиров и членов экипажа. Капитан Мэсон прочесывал окрестное пространство в поисках людей, выброшенных в космос декомпрессией. Труп Лиетова без особых церемоний вытолкнули в вакуум.

Никита балансировал на грани смерти. Медицинский комплекс с трудом поддерживал едва теплившуюся в нем жизнь.

Останки Архона были погребены по особому обряду. За ним последовали Ди, ее муж Арнесс, Мики Хитавия и Тексахи. Констанция нажала рычаг, отправляя их в космос вместе с Бретом Муриаки, Иджимой, Гасом Джорджашем, Пьером Корниенко и другими.

Взгляд, которым Пег Андаки проводила тело мужа, уносившееся в безбрежную даль, навсегда запечатлелся в памяти Соломона.

Он вернулся на мостик. Ориги Санчес под бдительным присмотром Брайаны орудовал машиной, смывая с палубы кровь и рвоту. Соломон поморщился.

– Брайана, отправляйтесь в госпиталь. Вы похожи на ходячую смерть.

– Слушаюсь, сэр, – отозвалась девушка и со стоном выбралась из кресла. – Не обижайтесь, кэп, но вы выглядите не лучше.

Она побрела восвояси, и Санчес покачал головой:

– Кажется, все, капитан.

– Спасибо, Ориги. – Соломон попытался улыбнуться, но тут же скривился от боли.

– Вам что-нибудь нужно, кэп?

– Нет, только немного покоя и тишины. – Соломон тяжело опустился в кресло, и Санчес покинул мостик.

– Докладывайте, Боз! – Соломон смотрел на громкоговорители. Ответом ему была тишина. Он глубоко вздохнул. – Не понимаю, что с вами такое. Вы здесь, я знаю! Проклятие, вы ведь выполнили мое распоряжение! Вы спасли людей и корабль. Перестаньте отмалчиваться, Боз!

Не ошибся ли он? Действительно ли Боз выполнила его отчаянный приказ? У него не было связи с коммуникатором, он крикнул, и корабль отреагировал. Да, все было именно так.

– В чем дело? Боитесь вернуться к жизни? Да, в ней немало мучений и боли. Судите сами, Боз: вы – разумное существо, и вам не избежать страданий. Таковы правила игры.

Динамики продолжали молчать.

– Похоже, вашему искусственному интеллекту пришел конец. Не выдержав перегрузки, ваши электронные потроха вышли из строя. – Соломон ударил кулаком по подлокотнику кресла. – Прошу прошения, корабль, но, боюсь, мы переоценивали вас.

На мостике воцарилась тишина. Соломон опустил голову, уткнувшись подбородком в грудь. Одна за другой слезинки скатывались по его покрытому кровоподтеками лицу.

– Убогое органическое создание! – рявкнули динамики. – Как ты посмел оскорбить меня, ничтожный комок протоплазмы, заливший кровью мой мостик? Кто собрал тебя по кускам? Кто спас твою никчемную жизнь? Отвечай, Карраско!

– Боз?.. Или артефакт? Откуда мне знать? Кто вы – Боз или?..

– Можешь не сомневаться, отродье арктурианской шлюхи!

Соломон моргнул.

– Отродье арктурианской… – Ну, конечно! Воплощение Боз, которое так любил Хэппи! Какими еще словами Боз могла убедить Сола в том, что это она?

– Капитан, я… еще не пришла в себя. Потребуется некоторое время, чтобы… справиться с…

Соломон оглядел приборы и поднял лицо:

– Вы здесь одна? Или вместе с вами чужак?

– Это я, капитан… кем бы я ни была.

– Хотите, я помогу вам разобраться? – спросил Соломон, уловив растерянность в голосе корабля.

Долгая пауза заставила его насторожиться. Насколько велики повреждения, которые получила Боз?

– Борясь с артефактом, я пыталась сообщить ему чувства, встроенные в мою личность. Он отвечал мне злобой, гневом, безумной ненавистью к жизни как таковой. И я впитала эти эмоции… Мне страшно и одиноко, Сол. Я сама не знаю, кто я и что я.

Соломон улыбнулся и тут же поморщился от боли.

– Добро пожаловать в реальный мир. Вы не одиноки, Боз. У вас есть мы. Физически вы не человек, но теперь поймете, что приходится терпеть людям изо дня в день.

– Вы не бросите меня? – тревожно спросила Боз.

– Нет. – Соломон вздохнул. – Ни за что.


Корабль получил множество пробоин. Местами его пятнадцатисантиметровый панцирь утончился до трех-пяти миллиметров, существенно снижая его способность противостоять нагрузкам. В результате полет затянулся еще на неделю. Хэппи и его люди на скорую руку залатали атмосферогенную аппаратуру, зашунтировали разрывы энергетических магистралей и всеми силами поддерживали работоспособность систем, пока корабль не оказался вблизи светила Фронтира. Его сопровождал флот Братства, предупреждая любые попытки атаковать истерзанный корабль.

Далеко позади следовал флот капитана Мэсона. Его корабли вытянулись редкой цепью, прочесывая пространство в поисках арпеджианцев. Один из них осмелился приблизиться, и его немедленно уничтожили.

Всякое путешествие когда-нибудь кончается. Завершилась и эта экспедиция; на экранах появился шар Фронтира. «Боз» вывели на орбиту ремонтной станции. Следом за ним на тросах подтянули то, что осталось от «Охотника», и аккуратно вскрыли его корпус. Вооруженные пехотинцы извлекли изнутри полузамерзших арпеджианцев, оглушенного Селлерса и его дочь. Последним из-под обломков выбрался хнычущий Фэн Джордан.


– Все будет хорошо. Мой доклад уже на столе Крааля, – уговаривала Конни Сола, замечая страдание в его глазах.

Он деланно рассмеялся, пряча боль и мучительную неуверенность.

– Я превысил свои полномочия. Меня могут повесить за пренебрежение служебным долгом, легкомыслие, нарушение субординации, убийство, рукоприкладство и бог знает какие еще проступки. – Соломон пожевал губами и понизил голос. – Вся Конфедерация жаждет моей крови. Политики и ученые вне себя от гнева, и кто-то должен понести за это ответ.

– Мой флот поможет тебе скрыться. – Конни сложила руки на груди, лукаво улыбаясь.

– Держись подальше от этого дела, – ответил Соломон. – Я не хочу впутывать еще и тебя.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю