355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Тея Лав » Просто люби меня » Текст книги (страница 1)
Просто люби меня
  • Текст добавлен: 11 апреля 2020, 17:07

Текст книги "Просто люби меня"


Автор книги: Тея Лав



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 3 страниц)

ТРИЛОГИЯ «ПРОСТО»

1. Просто коснись меня

2. Просто забудь меня

3. Просто люби меня

Совершить ошибку может каждый. Но не каждый признает, что это было ошибкой. Энтони винит себя в том, что их отношения с Эйвери закончились плохо и за то, что произошло после. Но дело в том, что виноватых здесь нет. Если что-то происходит, не стоит искать виноватых, нужно искать решение.

Эйвери это осознала. Она примирилась с собой, справилась с тем плохим, что преследовало ее каждый день. Теперь она открыта для мира и людей, которые постепенно начинают возвращаться в ее жизнь.

Но что если она возвращается, а он уходит в себя? Сможет ли Эйвери быть рядом с Энтони, когда совсем недавно была на его месте и совсем одна?

Они хотят быть счастливыми, но это непросто. Никогда и ничего не бывает просто.

Трилогия «Просто» о первой любви. Когда тебе семнадцать, все кажется простым и легким. Главные герои проходят стадию, когда нужно понять, кто ты или кем ты хочешь быть. Когда гормоны зашкаливают и вечеринки кажутся самым главным событием недели. Когда ты должен, но не хочешь слышать это слово.

Когда тебе семнадцать, все не так-то просто.

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Энтони

Linkin Park «Valentine’s Day»

В школьных коридорах суматоха. Повсюду витают запахи фруктов и роз. Я прижимаюсь затылком к шкафчику и сжимаю в руке «валентинку». Она глянцевая, с красивыми буквами и пожеланием найти свою любовь. Пробежавшись глазами по тексту еще раз, я читаю имя отправителя.

Эйвери.

Словно не было этих нескольких месяцев. Сейчас мне даже не верится, что еще совсем недавно я целовал эту девушку, прикасался к ней. Словно я переместился во времени и заново переживаю те чувства, которые пережил, когда впервые появился в этой школе год назад.

Только в этот раз все иначе. Я понимаю, что это всего лишь мой эгоизм, и как бы банально это ни звучало, но то, что было прошло. Можно вернуть лишь часть, и я делаю для этого все, что могу. Но все что я могу получить взамен, это улыбку или непродолжительную непринужденную болтовню.

Как же глупо с моей стороны ожидать чего-то большего. Я такой идиот.

Положив «валентинку» между учебниками в шкафчик, я захлопываю его и иду на урок.

Сегодня игр нет, в актовом зале в честь праздника ставят какой-то спектакль. Если честно, я не особо обращал внимания на повсюду развешанные флаеры.

После уроков мы с Робом и Бреттом идем в актовый зал. Там уже практически нет мест. Стоит невыносимый шум и гвалт. Девчонки все еще таскаются со своими розами, которые они получали сегодня во время почти всего учебного дня. Бретту машет Кара, где они с Грейс сидят чуть пониже места, где мы стоим.

Бретт салютирует нам и удаляется к своей девушке. Мы с Робом находим два свободных места рядом с другими ребятами из команды. На сцене еще ничего не происходит, горят рампы и несколько раз в секунду пробегает какой-то парень, постоянно что-то поправляя.

– Как думаешь, что сейчас будет? – лениво интересуется Роб, вытягивая ноги.

Сидящая перед ним девушка поворачивается и недовольно смотрит на его колени, которые он упер в спинку ее кресла. Роб на это лишь улыбается ей невинной улыбкой.

– Понятия не имею, – пожав плечами, отвечаю я.

– Может про Ромео и Джульетту, – предполагает Роб.

– Ну, может.

– Или какая-нибудь скучная любовная сценка.

– Ага.

– Или…

Девчонка резко разворачивается, взмахнув светлым длинным хвостом.

– Это спектакль про Купидона. Господи, вам совсем плевать, на что смотреть?

Ее горящий и злобный взгляд направлен на Роба. Мы даже съеживаемся. Роб приподнимает руки в защитном жесте.

– Спасибо за информацию. Не нужно так злиться.

Я прыскаю, и девчонка пронзает взглядом меня, от чего я моментально замолкаю. С виду она такая маленькая, но почему-то не хочется с ней спорить. Когда она отворачивается, Роб открывает свой рюкзак.

– У меня есть «Читос».

– Круто.

Мы начинаем шуршать упаковкой, затем грызть чипсы. Девушка снова разворачивается, и мы замираем с полными ртами.

– Вы можете вести себя тише?

– Что в тебя вселилось, крошка? – улыбается Роб, продолжая грызть чипсы. – С парнями нужно быть поласковей. Иначе останешься одна в старшей школе.

Девушка сужает глаза, глядя на него.

– Что-то я не вижу рядом с тобой девушки. Может, тебе тоже стоит быть «поласковей»?

Я снова смеюсь, но в этот раз на меня никто не обращает внимания. Роб не улыбается и даже кажется сконфуженным.

– Смотри свой спектакль, – отвечает он, специально толкнув спинку ее сидения.

Мы еще некоторое время находимся в молчании, прежде чем я тихо говорю:

– А она симпатичная.

Роб смотрит перед собой.

– Не заметил.

Я улыбаюсь, покачав головой. Еще бы он не заметил.

На сцене свет рамп становится приглушенным. Из-за кулис показывается миссис Томас и кричит в микрофон так, что все громко стонут и закрывают уши руками.

– Тишины! Всем убрать гаджеты и еду!

– Боже, – бурчит Роб, опускаясь ниже в кресле.

По всему актовому залу проносится музыка арфы. В свете единственного софита на сцене появляется девушка, одетая в костюм Купидона. Кажется, мы ходим в один класс, но я, к сожалению, не помню ее имени. Приставив ладонь к груди, она начинает громко говорить:

– Я талисман дня всех влюбленных! Но вот стряслась со мной беда. Я потерял все стрелы и теперь не могу пронзать тех, кто не видит свою любовь.

Все парни ржут. Позади меня склоняется Кент.

– Эй, а нам обязательно здесь быть?

– Боюсь, что да, – отвечаю я. – Иначе будут проблемы с английской литературой.

– Вот дерьмо.

Кивнув, я вытаскиваю из рюкзака наушники и подключаю их к телефону. Тем временем девушка на сцене продолжает:

– Одинокие сердца, как много вас. О, где же мои стрелы!

Ржач за моей спиной продолжается, к ним присоединяется и Роб, но я по какой-то причине неотрывно смотрю на сцену, слушая монолог девушки-Купидона и даже не замечаю, как убираю телефон и наушники в карман.

Когда спектакль заканчивается, все выскакивают на сцену на поклон. Среди множества людей на сцене сложно не заметить яркие голубые волосы Эйвери. Она стоит чуть позади всех и нервно оглядывается. Не знал, что она вернулась в театральный кружок. Я продолжаю стоять и смотреть на сцену даже тогда, когда актовый зал начинает слишком быстро пустеть.

***

На следующий день после тренировки я выхожу из школы и быстрыми шагами направляюсь к своей машине. Сегодня у меня рабочий день, и я уже опаздываю. Тетя Кары меня любит, да и Хорайзон никогда не бурчит из-за моих опозданий, но все же мне не хочется пользоваться их терпением.

На парковке лишь несколько машин. Рядом с одной из них стоит Эйвери. Она кутается в шарф, который плотно обмотан вокруг ее шеи поверх черной воздушной куртки. На ее голубых волосах вязаная шапка, которую она натягивает еще ниже, когда по парковке проносится внезапный порыв ветра.

Естественно я не могу пройти мимо. Совсем недавно мы договорились быть друзьями. Хотя о таком вовсе и не договариваются. Это происходит незаметно. Я думал это просто – быть ее другом. Но я ошибался. Это совсем не просто.

– Привет, – говорю я, засовывая руки в карманы своей куртки-аляски.

Эйвери улыбается. Все еще удивительно видеть ее улыбку.

– Привет. Как ты?

Это обычный и обыденный вопрос. Друзья задают его друг другу, верно? Так почему же мне сложно на него ответить?

– Я в порядке, – все же отвечаю. – А ты?

– Хорошо. – Эйвери тоже засовывает руки в карманы. – Куда так спешишь?

– У меня работа, – отвечаю я.

Эйвери кивает и опускает глаза на ноги.

– О, ясно.

Я тоже смотрю вниз и замечаю ее новые лакированные ботинки, которые по подошве прошиты синими нитями. На моем лице появляется улыбка. Эйвери это замечает.

– Мама, – с улыбкой говорит она.

– Круто.

Мы смотрим друг на друга с улыбками. Может, мне пригласить ее в кино? Чтобы научиться общаться, говорить, о чем угодно. Мне не хватает наших разговоров.

– Ты без машины? – Я начинаю оглядываться в поисках «Тахо».

– Да, – кратко отвечает она.

После всего случившегося я видел ее за рулем «танка» всего лишь дважды. Первый раз, когда она застряла рядом с фермой Хиттера, и второй раз, когда они с Ноем приезжали ко мне и обнаружили у меня дома Ингрид. Я уже собираюсь заикнуться про кино, но внезапно позади себя слышу быстрые шаги.

– Я уже здесь.

Рядом с Эйвери стоит запыхавшийся Уолт Беннет, и слегка нахмурив брови, смотрит на меня. Они дружили, но поругались в прошлом году, когда мы с Эйви были еще вместе. Здорово, что они помирились.

– Не знал, что ты вернулась в театральный кружок, – говорю я.

Эйвери качает головой.

– Ой, нет, я просто немного помогла со сценарием. Уолт попросил.

– Круто. – Смотрю на нее, затем на Уолта, который переминается с ноги на ногу.

– Эм, – он смотрит на нее и снова на меня. – Мы можем опоздать.

Эйвери кивает ему и обращается ко мне:

– Да, мы идем смотреть фильм.

– О, здорово. – Я отступаю назад. – Я на самом деле тоже опаздываю. Ну, увидимся?

Уолт кивает и идет к своей машине. Эйвери все еще стоит на месте и смотрит на меня.

– Да, конечно. Увидимся.

Эйвери идет в кино с Уолтом. Но они ведь и раньше дружили. Почему меня так волнует статус их отношений сейчас? Я уже говорил, что я жуткий эгоист. Ведь все дело в том, что я хочу быть тем, кто будет находиться рядом с ней в тот момент, когда она будет возвращаться. Ведь как бы я себя ни убеждал, что все дело было не только во мне, я все равно виноват. Очень виноват перед ней.

И сейчас Эйвери возвращается, а я не тот, кто ей в этом помогает. Это мучает меня. Но я рад. Рад, что она вновь улыбается, смотрит фильмы, садится за руль «Тахо». Я счастлив за нее, но внутри меня образуется огромная дыра, заполнить которую мне совершенно нечем.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Эйвери

– Давай закажем еще? – предлагает Уолт, отодвигая учебник в сторону.

Я смотрю на наши пустые тарелки и стаканы. Вообще-то мой желудок уже достаточно наполнен, но я очень долго не ела блинчики «Маки».

– Давай.

Уолт расплывается в широкой улыбке и подскакивает с сиденья.

– Я даже сам принесу.

Я смотрю ему вслед и не могу удержаться от улыбки. Даже не знаю, как так вышло. На данный момент, Уолт – единственный человек, с кем я могу быть самой собой. То есть той, которой я стала. Уолт не смотрит на меня, словно я новичок в школе. Бывают моменты, когда он шутит, как прежде, но тут же замолкает, в ожидании моей реакции. Я делаю вид, что не замечаю этого. Мне нравится вспоминать наши шутки и смеяться над ними. К тому же прошло не так много времени. Всего несколько месяцев. Но как же они изменили нас всех.

С Карой и Грейс все еще туманно. Им сложно принять меня, но они пытаются. Я не хочу себя навязывать, мне неловко о чем-то говорить, нужно еще время и это нормально. Так говорит доктор Бордман, к которому я все еще хожу.

Уолт возвращается с двумя порциями блинчиков, политыми кленовым сиропом. У меня снова текут слюни, когда он ставит одну порцию передо мной.

– Боже, почему они такие вкусные?

Уолт кивает.

– Да уж, я буду по ним скучать.

Мы едим молча, наслаждаясь теплом блинной и тихой музыкой инди. За окном все так же холодно, но весна уже близко. Все меняется. На прошлой неделе я подала заявку в колледж в Эдмонтоне. Ноэль уже решил, что мы будем вместе снимать квартиру. Я найду работу, и мы постараемся оградить папу от лишних трат. Пока планы такие. С командой Ноэля, в которой он будет играть с каждым становится все яснее. Он останется в Эдмонтоне и не уедет в другой город, чего я боялась. Наконец-то мы снова будем вместе.

– Уверена, в Виннипеге тоже есть блинные, – говорю я.

Но Уолт отрицательно качает головой.

– Но не такие, как «Маки».

– Придется привыкать.

– Эй, еще февраль.

Мы смеемся, продолжая поедать блинчики.

– А ты уверена на счет Эдмонтона? – внезапно интересуется Уолт. Он отставляет в сторону пустую тарелку и, вытирая рот салфеткой, пристально на меня смотрит.

Что-то в Уолте изменилось. Он стал выглядеть старше. Хотя все те же голубые глаза, темно-каштановые волосы, которые он редко коротко стрижет, и они вечно лезут ему в глаза. Но это отличительная черта Уолта. Осенью ему исполнилось восемнадцать, но ведь это не делает человека автоматически взрослым. Я имею в виду физически.

Все дело в том, что я слишком долго провела времени в своем коконе, совершенно не замечая, как вокруг меняется мир и люди в нем.

– Конечно, – отвечаю я. – А что?

– Нет, я просто… подумал, эм…

Мне становится смешно.

– Что?

– Это из-за Ноэля.

Да, это нормально, что так думают. Но ненормально, когда друзья боятся сказать при мне что-то вслух. Словно я в любой момент взорвусь, и что-нибудь произойдет. И их нельзя их за это винить.

– Отчасти, – признаюсь я. – Еще у меня там мама и бабушка. И это ближе, чем твой Виннипег.

– Да, точно, – с улыбкой отзывается Уолт.

С мамой мы начали созваниваться еще пару недель назад. Я попросила ее не говорить ничего о том, что я видела. Мне хочется это забыть. Сделать вид, что ничего не было, и пока у меня получается. Мама была естественно рада и, следуя нашей традиции, нашла ботинки, прошитые по подошве синей нитью, когда я покрасила волосы.

Кстати о волосах…

Я оттягиваю прядь и смотрю на секущиеся кончики. Обесцвечивание и краска испортили их. Но я так не хочу отращивать свой скучный темный цвет. Мел обещала купить мне кокосовое молоко. Надеюсь, она не забыла.

– Ну что, продолжим? – Кивком головы я указываю на учебники, лежащие в стороне. Уолт со стоном опускается лбом на стол.

– Ненавижу математику.

Я смеюсь над ним.

– Поверь, я тоже.

За время моего «отсутствия» мне ничего не оставалось кроме как учиться. Поэтому я хорошо подтянулась даже в математике, в то время как Уолт заметно отстал. Мы уже второй день сидим здесь и занимаемся после уроков. Вчера после тренировки как обычно пришли ребята из команды. К счастью мы уже закончили, поэтому ушли еще до того, как на меня бы все глазели. Это смущает. Мне неловко. На данный момент я выбираю то, где я чувствую себя комфортней всего. И это Уолт. Даже немного странно.

Сегодня тренировки у хоккейной команды нет, поэтому мы сидим до самого закрытия.

– Ребята, пора закрываться. – Мистер Маккинли выходит из-за прилавка и вытирает руки о передник.

– Уф. – Уолт тянет руки в разные стороны. – Я и не заметил, как пролетело время.

– Точно. – Я подавляю зевок.

Мы выходим на улицу и, прячась от мороза, бегом несемся к пикапу Уолта. Он сразу же включает печь.

– Еще рано. Может, – он нерешительно смотрит на меня. Я натягиваю шапку. – Поедем ко мне? Мама будет рада тебя видеть.

В этом я не сомневаюсь. Но есть сомнения в самой себе. Миссис Беннет такая болтушка, что боюсь не выдержать ужин рядом с ней. Мне и раньше с трудом это удавалось. К тому же… мы слишком много времени проводим с Уолтом. Мы гуляли за старой хоккейной коробкой, и я даже согласилась помочь ему с постановкой на день Святого Валентина, чему мистер Донел был удивлен. Ребята из театрального кружка мне улыбались, но заговорить мало, кто решился. В конце спектакля я решилась выйти на сцену со всеми, но быстро передумала и ушла раньше. Там мне точно не место. У меня всегда была боязнь сцены, которую я никогда побороть не могла. Звучит, как бред, но это так. Даже был случай, о котором неприятно вспоминать. Ноэль тогда сказал, что надерет задницу любому, кто хоть заикнется об этом, и никто ничего никогда не говорил. Ну, было и было.

Мне нравится проводить время с Уолтом, но должны быть границы. Побыть в одиночестве неплохо. Временами это даже очень полезно. И это тоже говорит доктор Бордман. Он сказал мне найти золотую середину. И, кажется, я ее нашла.

– Может, в следующий раз? – предлагаю я.

Уолт кивает, явно разочаровавшись.

– Хорошо. В следующий раз.

***

Хелен выглядывает из кухни, когда я захожу в дом.

– Ты почти вовремя.

– Почти? – Я сбрасываю ботинки и снимаю куртку.

– Ужин почти готов. Мел и Райан приедут с минуты на минуту.

– Круто. – Я плюхаюсь на диван.

Папа уехал на работу и вернется через неделю. Ноэль звонит каждый день, но все равно он далеко. Мы остались втроем, и как ни странно, нам не скучно. Энтони периодически водит Ноя на каток, а Мел постоянно заходит к нам, поэтому у нас редко бывает скучно.

– Надеюсь, она не забыла про кокосовое молочко, – самой себе бормочу я.

Хелен это слышит, потому что кричит с кухни:

– Не забыла!

– Отлично, – говорю я. – Тебе помочь?

Думаю, ей все еще странно видеть меня такой… приветливой что ли. Все дело в том, что я не играю. Я чувствую себя так, словно родилась заново. И я это я. Удивительное чувство, на самом деле. Надеюсь, это не пройдет.

– Нет, – отвечает Хелен. – Но ты можешь помочь Ною с уроками. Он наверху.

– Хорошо. – Я встаю с дивана и неохотно плетусь в бывшую комнату Ноэля, которую сейчас занимает Ной.

Видимо у меня такая судьба, всем помогать с учебой.

Ною почти пять, и он выглядит немного старше своих лет. Это можно судить по его упрямому взгляду и острому подбородку. Но эти пухлые щечки никого не обманут. Он так злится, когда я треплю его за щеки. Даже Ной повзрослел, а я не заметила. С ним мне нужно быть предельно осторожной. Проблема в том, как бы это осторожно замаскировать, чтобы он не заметил. Еще один совет доктора Бордмана.

– Не может быть, – сложив руки на груди, тихо говорю я, открыв дверь в комнату.

Там, за компьютерным столом сидит Ной, точнее он лежит на этом столе. И судя по тому, что он даже не шелохнулся, когда я открыла дверь, крепко спит.

Покачав головой, я вхожу и с порога спотыкаюсь об рюкзак. Он точно такой же, как и старший брат. Убрав рюкзак, тянусь за спортивной сумкой и вешаю ее на крючок. Затем осматриваюсь, словно не была в этой комнате много лет. Сейчас я смотрю на нее немного иными глазами. В общем-то, здесь все, как и прежде. Висят постеры с Сидни Кросби и Марио Лемье, которые повесил еще Ноэль. Большая удобная тахта у стены, рядом встроенный шкаф, а у окна стол с компьютером и учебниками.

Я присаживаюсь на корточки рядом со столом прямо на уровне лица Ноя. Из меня вырывается смешок, глядя на его сплюснутое лицо.

– Я думала, что в начальной школе не задают уроков.

Ной моментально открывает глаза и моргает, увидев меня.

– Это какое-то дурацкое задание, – сонно бормочет он и указывает на груду цветной бумаги, разложенной перед собой. – Поможешь мне ровно приклеить все это на трафарет?

– Конечно. – Я беру стул рядом с тахтой, убираю с него одежду и ставлю рядом со столом.

Несколько минут мы заняты заданием, но затем Ной вздыхает, откинув голову.

– Дурацкое и детское задание, – заявляет он.

Я смеюсь, закрывая клей крышкой.

– Почему ты засыпаешь на ходу?

– Устал. – Ной чешет макушку. – Мы с Энтони остались еще после нашей тренировки.

При имени Энтони мое дыхание слегка сбивается. Так происходит всегда. Но сейчас это уже что-то другое. Не то, что я чувствовал еще в прошлом году. Мне даже не было больно, когда я увидела Ингрид в его доме, когда несколько недель назад Ной уговорил меня поехать на каток на «танке» и заехать за Энтони. Не знаю, где я набралась этой смелости, но я сделала это.

По всему видимому Ингрид он очень нравится или она испытывает к нему что-то большее, чем просто симпатия. И если она нравится и ему, то в этом нет ничего плохого. По крайней мере, я пытаюсь себя в этом убедить. В любом случае Энтони не обязан сдерживаться ради того, чтобы я снова не слетела с катушек. Он не обязан прятать свои чувства под замок. Это ужасно, я в этом убедилась.

– Вы молодцы. – Я складываю остатки бумаги.

Ной помогает убрать со стола обрезки, но смотрит на меня

– Когда он привез меня, мама предложила ему остаться на ужин.

– Правда? – Я выдавливаю улыбку.

Ной кивает.

– Но он спросил о тебе, затем сказал, что ему нужно ехать домой.

Не получиться у нас быть друзьями. Как-то все спутанно и непонятно.

– Ну, бывает, – кратко говорю Ною.

Но мой младший брат продолжает сверлить меня взглядом.

– Ты ему до сих пор нравишься.

Ну да, только вот все совсем не так, как может показаться на первый взгляд.

– Мы же друзья. Он тоже мне нравится.

– Он же не виноват?

Я едва ли не дергаюсь от этого вопроса. Ной никогда со мной об этом не говорил. Хоть он и был тем, благодаря которому я сейчас дышу и ем блинчики «Маки».

– Нет, Ной, – вздыхаю я. – Никто ни в чем не виноват, ясно?

Он кивает, соскакивая с кресла.

– Ага, ясно. Сейчас же все хорошо?

У меня едва ли не наворачиваются слезы. Вряд ли ребенку хочется еще раз пройти через все это. Какой же я была дурой. Это я виновата. Только я одна.

– Все хорошо, – тихо отвечаю я.

Снизу раздается шум, и слышится звонкий голос Мел. Я выдыхаю от облегчения.

– Пошли, иначе Мел сейчас ворвется прямо сюда.

Ной хихикает и открывает передо мной дверь.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю